авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |

«СОВЕТСКАЯ ЭТНОГРАФИЯ Редакционная коллегия: Ю. П. П е тр о в а -А в е р к и ев а (гл а в н ы й р е д а к т о р ), В. П. А ...»

-- [ Страница 4 ] --

Т ам твои дети На повети, В к р ас н ы х р у б а ш к а х, В б ел ен ьк и х п о р то ч к а х,4.

В за к л и ч к а х и п р иговор ках одинаково сохрани лось и д а ж е усилилось свойственное ка л е н д а р н о й поэзии — п оэзии трудовы х праздников — светлое, радостн ое восп рияти е природы. Эта-то особенность и способст­ в о в а л а их переходу в детскую среду.

Отличительны м п ризн ак ом произведений данного ж а н р а яв л яется м у зы ка л ь н о -р и т м и ч е ская структура. И заклички, и приговорки не поют­ ся, а скан ди рую тся н араспев. П о д о б н а я ф о р м а исполнения вообщ е ши­ роко р ас п р о с тр ан ен а в собственно игровом ф ольклоре. С одной сторо­ ны, это о б ъ яс н я ется тради ци ей п роисхож ден ия (так исполнялись з а го ­ воры и многие песни магического н азн ач ен и я ), с другой — тем о бстоя­ тельством, что она о к а з а л а с ь очень удобной д л я в ы р а ж е н и я бурных эмоций детей-исполнителей.

Р а з л и ч и я ж е м е ж д у з ак л и ч к ам и и приговоркам и безусловно я в л я ­ ются частны ми, неглубокими. Т ак, зак л ич ки в ы к р ик ивал и сь хором, а приговорки могли произноситься к а ж д ы м ребенком отдельно. К роме того, зак л и ч ки о б р ащ е н ы к си лам природы, а приговорки адресованы птицам, ж и вотны м, насекомы м. Н етрудно зам етить, что в них речь идет о м ален ь ки х безобидны х сущ ествах, неспособных н ап угать ребенка.

Д ей ств и я, которы е в ы зы в ает приговорка («улитка, высунь рожки»,, « б о ж ь я коровка, полети на небо» и т. д.), воспринимаю тся к а к выпол­ нение условий игры.

С читалки, или, по уд ачном у определению Г. С. В иноградова, «игро­ вые прелюдии», п редш ествую т многим играм городских и крестьянских детей. П одобно з а к л и ч к а м и приговоркам они скандирую тся. Реп ертуар их ч резвы чай н о велик, а бытование активно. Этот ж а н р всегда р а с ­ см а т р и в а л с я к а к ф о р м а исклю чительно детского творчества. Но при бо­ л ее вни м ател ьн ом ан а л и зе о казы в ается, что и здесь целый р я д текстов заи м с тво в ан из песенного р еп ер ту а р а взрослых.

В ы р а ж а я увлечение игрой, считалки изобилую т восклицаниями,, м еж д ом ети ям и, зв у к о п о д р а ж а н и я м и. Н еодн о кр атн о указы вал ось, что многие -считалки вообщ е лиш ены определенного смысла и переходят у ж е в сплош ную «заум ь». И з этого обстоятельства д ел ал и сь ф о р м а л и ­ стические выводы: отношение детей к слову алогично, иррационально.

Н а том ж е основании детский ф ольклор настойчиво с б л и ж а л с я с м а ги ­ ческими ж а н р а м и — загов о рам и, г а д а н и я м и 15.

М е ж д у тем « заум ь» в сч и тал ках ч ащ е всего об ъясняется их проис­ хож дением. О дни из них иноязычны и возникли в процессе общения с детьми других национальностей. Так, в П о в о л ж ь е крестьянские р е б я ­ тиш ки в качестве счи талок и сп ользовали т а та р ск и е и мордовские д ет­ ские песенки 16. Д р у г и е считалки выш ли из стен старой школы. Так, по­ 14 В. А. К у д р я в ц е в, Д е т с к и е и гры и песни в Н и ж е го р о д ск о й губернии, « Н и ­ ж его р о д с к и й сборник», 1871, т. IV, стр. 218.

15 Г. С. В и н о г р а д о в, Р у с с к и й д е тс к и й ф о л ьк л о р, стр. 31.

16 А. М о ж а р о в с к и й, И з ж и зн и к р ес тьян с к и х д е те й К а за н с к о й губернии, К а ­ з а н ь, 1882, с тр. 23.

п у л я р н а я некогда песенка «эне, дуне, рес, квинтор, финтор, жес» восхо­ дит к л ати н ско м у перечню числительных. Третьи, в котор ы х 'ч исл итель­ ные вы ступаю т в причудливой, необычной форме («анзы-дванзы-трин зы», « первинчики-другинчики»), слож ились на основе древнего пере­ счета охотников и рыболовов.

О. И. К ап и ц а считала это словесное экспериментаторство основны п р изн ак о м ж а н р а : « Х арактерны м и и присущими только этой группе детского ф о л ь к л о р а сторонам и яв л яе тся наличие во многих считалках счета и обилие заум ного элем ен та» 17. М еж д у тем сочетание этих при­ зн ако в свойственно л иш ь одной, хотя и широко распространенной р а з ­ новидности игровых прелюдий. Г. С. В иноградов общим и главным при­ зн аком ж а н р а в целом считает его назначение, удачно подчеркнутое сам и м термином.

Д р у г о й тип считалок, которые по композиции и об р азам напомина­ ют потешки и прибаутки, не содерж ит в себе ни зауми, ни д а ж е элемен­ тов счета. В центре их — один поэтический образ, раскры ваю щ и йся о б я ­ зател ьн о в действии, в движении: « К ати л ась торба с высокого горба», « З а я ц белый, к у д а бегал», «Н иточка-иголочка лети, лети, лети». Д е й ­ ствие в так и х сч и тал ках р азв и ва ет с я стремительно и неож иданно обры­ вается, коснувшись одного из участников игры. Именно внезапное и резкое п рекращ ен и е действия — х ар актерн ы й призн ак считалок этого типа.

К произведениям детского ф о л ь к л о р а относятся и задорны е песен­ ки-выкрики, которые сами исполнители н азы ва л и «дразнилками». В н а ­ учной л и т ер ату р е п е р в а я о б сто ятел ьн ая оценка ж а н р а была д ан а Г. С. В иноградовы м 18. Он ж е ввел термин «детская сатири ческая лири ­ ка». О д н ако в работе Г. С. В ин огр ад ова этот ж а н р р ассм атри в ал ся со­ верш енно и золированно от народной сатиры в целом. М еж д у тем связь эта в ы ступ ал а с особой наглядностью, когда в д р а зн и л к а х за т р а г и в а ­ лись социальны е мотивы.

«С оци альн ы е симпатии и антипатии», по в ы раж н и ю А. М. Горького, п р о б у ж д а л и сь в творчестве крестьян ски х детей старой России довольно рано. В д р а зн и л к а х, сделанны х в середине XIX в., к а к и в сатирических песнях взрослых, в ы см еи ваю тся баре, попы, монахи:

...П оповы -то д етк и Г орох в о р о в ал и.

Н а поп а с к а з а л и... Ч а сто в д р а з н и л к а х вы см еи вается лень и неумение работать.

Д р а з н и л к и возни кал и в р езу л ь тат е импровизации, сопровождали всп ы хи вавш и е ссоры и столкновения. В них часто вводились т а к ж е э л е ­ менты игры словом. Это х ар а ктер н о д л я дразн ил о к, связанны х с и м е­ нами: Ф едя-бредя, А н н а-б ан н а и т. д. Д р а з н и л к и «на имена» — одна из са м ы х популярны х и безобидных разновидностей ж а н р а.

Н о одноврем енно с веселыми игровы ми мотивами в старых д р а зн и л ­ ках в стречали сь и педагогически вредные. Это издевки н ад физически­ ми нед остатк ам и сверстников (о косом, хромом, рябом, ры ж ем и т. д.), а т а к ж е н а с а ж д а в ш е е с я с а м о д ер ж а в и ем пренебрежительное отношение к т а к н азы в а ем ы м и н о р о д ц а м 20.

И д ей н ая противоречивость, свойственная старому крестьянскому ф ол ькл о ру, в какой-то мере с к а з а л а с ь и на этом ж а н р е детской игро­ вой поэзии.

17 О. И. К а п и ц а, У каз. р аб., стр. 120.

18 Г. С. В и н о г р а д о в, Д е тс к и й ф о л ьк л о р и бы т, И рк утск, 1925, сгр. 29— 34.

19 П. В. Ш е й я, В ел и ко р у се в с в о и х п есн ях, о б р я д а х, об ы ч аях, веро в ан и ях, с к а з ­ к а х, л е г е н д а х и т. д., т. I, Спб., 1898, с тр. 35.

20 А. М о ж а р о в с к й, У к аз. р аб., с тр. 23.

и З а в и си м о ст ь от х а р а к т е р а игры, косвенно ощ у ти м а я.в считалках и д р а зн и л к а х, в ы ступает у ж е с полной очевидностью в собственно игро­ вых песнях, к отор ы е яв л я ю т с я важ н ей ш ей, необходимой частью игры, подобно тому к а к о брядовы е песни — составной частью о б р я д а.

Н ео бх од и м о оговориться, что зн ач и т е л ь н ая часть народны х детских игр п р е д с т а в л я е т собой д р ам ати ч еск и е сценки и диалоги («Похороны К остромы», «Гуси-лебеди», « Р ед ь к а» и т. п.). П оэтом у их словесное со­ п р овож дени е не м о ж ет р ас с м а т р и в а т ь с я к а к песенный фольклор, хотя очень часто соп р и кас ает с я и взаи м о д ей ству ет с ним. Но провести чет­ кую гр ан ь м е ж д у играми д р а м а ти зи р о в а н н ы м и и играми, основой кото­ рых я в л я е т с я песня, — нелегко. Г лавное р азл и чи е м еж д у ними, очевид­ но, в степени поэтического и м у зы кальн ого оф орм лен и я текста и его связи с народной песенной традицией.

С этой точки зр ен и я песни, орган и зую щ и е и определяю щ ие игру, п о д р а зд е л я ю тс я на хороводные, припевки, музыкально-игровые. Хоро­ водны е песни переш ли к д етям из об рядового ф о л ькл ор а взрослых, игровы е припевки и песни м узы кальн о-и гро вы е в большинстве сл у ч а­ ев — р е зу л ь т а т творчества сам их детей.

По п роисхож дению и гровы е хороводны е песни близки к к а л е н д а р ­ ной детской поэзии. Н о по особенностям игровых действий и по прин­ ципам худож ественного оф орм лен и я — это, несомненно, различны е ж а н р ы. И гр а, с о п р о в о ж д а е м а я хороводны ми песнями, строго уп о ряд о­ чена: сох р а н я ется и п овторяется одна и т а ж е последовательность дви­ жений, чему соответствует и строгая последовательность песенной ком ­ позиции. В песнях этого ж а н р а и з о б р а ж а ю т с я либо трудовы е процессы («Л енок», « Н а горе м а к » ), либо ж и в отны е и птицы (« З а и н ь к а серень­ кий», «Уточка л у г о в а я » ). М ногие из таких песен бы товали и среди м о­ л о д е ж и. П ри переходе в детскую среду они зам етно приспособились к ее в к у са м и потребностям. П р и этом объем песен обычно сокращ ался, условное значение и символический подтекст о б р азо в утрачивались.

Н а первый п лан в ы ступали черты внешнего об ли ка и поведения ж и в о т ­ ных, п о в а д к а м которы х п о д р а ж а л и и граю щ и е дети.

И гр о в ы е припевки по сравнению с хороводны ми песнями отличают­ ся меньш ей устойчивостью текста, который вы ступал л иш ь к а к иллю ­ ст р а ц и я к игре. М ногие игровые припевки не имею т ни четко намечен­ ной темы, ни закончен н ы х словесных образов. З а т о исключительную роль п р и о б ретал ритм, с помощью которого координировались д в и ж е ­ ния участников игры. П рипевки изобилую т п р и м ерам и гибкости и вы ­ рази тел ьн ости ритма, которы й опред ел яется не столько содерж анием песни, сколько ее подтекстом — ходом игры.

Так, внезап ное ускорение р и тм а в конце песенки, сопровождавш ей игру «горелки», п рекрасн о п ер ед ае т нетерпеливое о ж и д ан ие детьми ми­ нуты, ко гд а н ачнется стремительны й бег:

Гори, гори ясно, Ч т о б ы не п огасло....

Г л ян ь н а небо — П ти ч ки л ет я т, К о л о к о л ьч и к и зв е н я т 21.

П о это м у нельзя, на наш взгляд, согласиться с выводом В. А. В аси­ ленко, который считает ритмику игровых песенок «спокойной, п л а в ­ н о й » 22. Д а т ь общ ее единое определение их ритмической структуры во­ обще н евозм ож но.

21 М. Б у л а т о в, Т р и д ц а т ь т р и п и р о га, М., 1962,.сгр. 54.

22 В. А. В а с и л е н к о, У к аз. р аб., стр. 191.

5 С о в е т с к а я э т н о гр а ф и я, № 1 П ри п евки могли за и м с тв о в ать ся детьми из самы х разнообразны х источников. Тут и остатки обрядовой поэзйи (те ж е «горелки», восходя­ щие к д р ев н ем у б р ач ном у р и т у а л у ), и в езд есущ ая частуш ка, и произ­ ведения советских поэтов. Так, Г. С. В иноградов н аблю дал, ка к две девочки 4— 5 лет во в р ем я игры зад орн о вы крикивали первую половину частуш ки « Ч а й н и к чистый, чай душистый, кипяченая в о д а » 23, а В. А. В аси л ен ко в наш и дни засви д етел ьств ов ал бытование отрывков из к н и ж ки С. Я. М а р ш а к а « У саты й -п оло с аты й »24.

Н а б л ю д е н и я советских ученых п оказы ваю т, что игровые припевки — один из ж йвы х, активно р а зв и в а ю щ и х ся видов советского детского ф ол ькл ора.

Песни, которы е выш е были н азв ан ы музы кально-игровы ми, немно­ гочисленны. К а к более или менее са м о стоя тел ьн ая разновидность игро­ вого ф о л ь к л о р а они обычно не р ассм атр и в ал и сь, хотя, на наш взгляд, з а с л у ж и в а ю т этого. Если в ни м ательн о п рислуш аться к известным детским песням «Бубень-тулубень», «Ай-ду-ду, ду-ду-ду-ду, сидит ворон на дубу», становится ясно, что словесны й об р аз в них подчинен музы ­ кальн ом у. Текст перед ает мелодию и подчеркивает ее.

С кв о зь песню с н а ч а л а до кон ц а к а к бы проходит мелодия кол окол ь­ ного звона, пастуш ьей дудки, б ал а л а й к и. О б разц ом песен этой группы я в л я е т с я л учш е других с о х р а н и в ш ая ся им и тац ия музыки церковных колоколов в п р аздничны й день:

Т ен ь-тен ь-п отетен ь, В ы ш е го р о д а пл етен ь, У С п а с а бью т, У Н и к о л ы зв о н ят, У с та р о го Е го р ь я Ч а с ы г о в о р я т 25.

Очень ценные наб лю д ен и я с о д е р ж а т с я в работе А. М ожаровского.

Он сообщ ает, что песенный зап ев «б от-бот-барабан » передает удары д ву х пал очек по кузову или негодному ведру;

рефрен «ой-ду-ду» о б ъ ­ ясняется ак ко м п ан ем ен том дудочки и т. д. Т ак и м о б разом, м узы кальн о -и гр овы е песни р о ж д ал и сь и о ф о р м л я ­ лись в процессе игры особого рода, игры м узы кальн ы м и звуками, о т р а ­ ж ени ем которой о к а з ы в а л с я текст.

О бновление современного детского творчества происходит преиму­ щественно з а счет частуш ки. Е щ е в 20-х годах Ол И. Капица п исала об исполнении детьми ч астуш ек и оценила это явление о тр и ц а тел ь н о 27.

О д н ако А. П. С еребренников в своих статьях д о к а за л, что в советскую эпоху частуш ки у ж е не яв л яю т с я только заимствованием, а создаю тся сам и м и д е т ь м и 28. Б л а г о д а р я гибкости частуш ки в ней отразились р а з ­ ные стороны ж и зн и детей всех возрастн ы х групп.

В творчестве р еб ят среднего в о зр а с т а она используется к а к сатири ­ ческий откл и к на повседневную ш кольную ж изнь, тесно срастается с пионерской х удож ественной самодеятельностью. У дош кольников и м л ад ш и х ш кольников ч асту ш ка к а к бы «скрещ ивается» с игровыми ж а н р а м и. Она бытует в качестве игровой припевки, легко п р е в р ащ а ет ­ ся в д р а з н и л к у и в небылицу, не тер я я до конца специфической струк­ туры, ритма, интонации.

23 Г. С. В и н о г р а д о в, Д е гс к и й [фольклор и бы т, стр. 16.

24 В. А. В а с и л е н к о, У к а з. р аб., стр. 191.

25 О. И. К а п и ц а, У к а з. р а б., стр. 200.

26 А. М о ж а р о в с к и й, У к а з. р аб., стр. 68.

27 О. И. К а п и ц а, У каз. р аб., с тр. 10.

« Д е тс к и й бы т и ф ол ьк л ор», с тр. 63.

О снова ч астуш ки отчетливо выступает, наприм ер, в следующей д р а зн и л к е из со б р ан и я А. А. К ай ев а:

Т а м а р к а с горки к ат и т ся, Н а ней б о р д о в о п л ать и ц е, Н а б ок у б о р д о вы й бан т, Е е л ю б и т м у зы к ан т.

М у з ы к а н т м ол оден ьк и й, З о в у т его В о л о д е н ь к о й 29.

Почти все виды русской детской поэзии н ахо д ят себе соответствие в детском ф о л ь кл ор е н аро д ов мира. С русскими «переверты ш ами» пере­ к л и к аю тс я ан глий ские n u r s e r y rhym es. Р усские п рибаутки кум у ля ти в ­ ной ф орм ы очень н ап ом и наю т ф р ан ц у зски е ra n d o n n e e s. Потешки, сопро­ в о ж д а е м ы е игрой на п ал ьц ах, п о дб р асы в ан и ем р еб ен ка на коленях и т. д., р асп ростран ен ы во всем мире. То ж е самое мож но ск азать и о зак л и ч к ах, приговорках, считалках.

Р азу м е е т с я, в основе этой близости л е ж и т соответствие ж а н р о в д ет­ ской поэзии в озрастн ы м особенностям психики ребенка. «Р ебенок до десятилетнего в о зр а с т а треб у ет з а б а в, и т реб о в ан и е его биологически з а ­ к о н н о » — писал А. М. Горький. Он хочет играть, он играет всем и по­ зн ает о к р у ж аю щ и й его мир п р е ж д е всего и легче всего в игре, игрой.

Он и грает и словом, и в слове. И м енн о на игре словом ребенок учится тонкостям родного я з ы к а 30. И поэтому в детском ф о л ькл ор е достаточно убедительно п р о я в л я етс я н ац ио н ал ьн ы й колорит. Язык, образы, кон­ кретно-исторические и бы товы е д е т а л и — все это неповторимо в своей национальной вы р азител ьн ости и характерн ости.

П р и в ед ем л и ш ь один пример. В русской потешке б ратья-пальчики усердно топ ят баню. Во ф ран ц у зской — молоко д л я м лад ш его братца мизинчика н а л и в а ю т в деревян н ы й б а ш м а ч о к («ип реи du la it d a n s un sab o t» ). В русских ко л ы бел ьн ы х лю би м ое ж ивотное — кот-баюн. Во фран ц у зски х — курочка, ко то р а я снесет ребенку яичко. Это связан о с распростран ен ны м в ряд е местностей Ф ран ц ии обычаем д ари ть ребен­ ку яйцо при первом посещении им д ом а. Р а з б и т ь это яйцо озн ачало н а­ влечь несчастье на р е б е н к а 31.

Р усский детский песенный ф ол ькл о р необычайно н аглядно демонст­ рирует зак он о м ерн ость сочетания нац ион альн ого и интернационального в н ародном искусстве, частью которого он является. Н а р я д у со сказкой детский ф ол ькл о р н асто ятел ьн о треб ует пока еще не начатого историко­ сравнительного изучения.

G E N R E S IN R U S S IA N C H IL D R E N ’S F O L K S O N G S R u s s ia n c h ild re n ’s fo lk s o n g s of v a r io u s c o n te n ts a n d o rig in a re e x a m in e d a s a n in te ­ g ra l sy s te m of g e n re s h a v in g in c o m m o n th e ir ro le a s a n e le m e n t of p la y a n d th e ir d istin c t a g e g ro u p in g ;

th e y h a v e p a s s e d th e te s t of m a n y c e n tu rie s fo lk p e d a g o g ic a l p r a c ­ tice. T h e ro le of eac h g e n re w ith r e g a r d to c h ild r e n s ’ p la y a c tiv itie s is in clu d e d a m o n g its d is tin g u is h in g c h a ra c te ris tic s. T h e s u b je c t m a tte r a n d m e a n s of a r tis tic e x p re ssio n of ch ild ren s’ s o n g s becom e e n ric h e d a s th e c h ild ’s life e x p e rie n c e w id e n e d a n d m a s te ry of its m o th e r to n g u e is a tta in e d. In c o n c lu sio n th e p ro b le m is p o se d of a c o m m o n b a se of c hildren’s fo lk lo re a m o n g v a rio u s p e o p le s a n d of a p ro fo u n d ly n a tio n a l d e v e lo p m e n t of its g e n res.

29 А. А. К а й e в, У к аз. р а б., с тр. 127.

30 А. М. Г о р ь к и й, С обр. соч. в 30 т о м а х, т. 25, М., Д953, с тр. 113.

31 A. v a n G е n n е р, L e fo lk lo re des H a u te s -A lp e s, t. I. D u b e rc e a u a la tom be, P aris, 1946, p. 62.

5* А. А. 3 у б о в О Д О Н ТО ЛО ГИ Ч Е С К И Е ДАННЫЕ П О НАСЕЛЕН И Ю ПРИБАЛТИКИ В июне 1967 г. намй б ы л а п редпри н ята поездка в Прибалтийские республики д л я сбора одонтологического м а тер и ал а. Обследование про­ водилось, к а к всегда, среди ш кольников, и лиш ь в восточных районах Л а т в и и по р яду причин приш лось ограничиться изучением взрослых индивидуумов.

Н а территории Л а т в и и (города Ц есис и В ал м и ер а) по сокращенной п р о гр ам м е был изучен 81 человек. В восточной части Литовской ССР (г. И о н а в а ) были получены д ан ны е по 97 учащ и м ся, а в западной ее ч асти (г. К р е т и н г а ) — по 158. В Эстонии было обследовано 90 ш коль­ ников. М а т е р и а л со б и рал ся в восточном (г. И и зак у) и центральном (г. П ы л ь т с а м а а ) р ай о н ах республики.

В п р о гр ам м у исслед ован и я входило определение частоты скученного р а с п о л о ж е н и я зубов, степени редукции верхних резцов, процента рез­ цов л опа то о б р азн о й формы, д истального гребня тригонида, определе­ ние типов строения коронки верхних и н иж них моляров, степени р а зв и ­ тия б угорка К ар а б е л л и, протостилида, колен чатой складки метаконида, внутреннего среднего дополнительного бугорка на ниж них молярах.

Определение производилось по обычной, у ж е не р аз описанной нами методике '.

Таблица Ч а с т о т а р езц о в л о п а то о б р азн о й формы (б а л л ы 2 и 3 суммарно) у разн ы х групп н асел ен и я П ри балтики I Груп пы п п № № %.

% 7,5 5 6,1 81 80 Л аты ш и Ц еси са и Валмиеры 10, 7,9 6 ИЗ ИЗ Л и товц ы И онавы 3,1 1,2 6 158 2 Л итовц ы К ретин ги 16,8 7,7 7 90 Эстонцы И и зак у 12,0 2,4 Эстонцы П ы льтсам аа 2 83 5,4 3,6 109 4 Р у с с ки е П олученны е резу л ь таты представлены нами в приведенных ниже таб л и цах, в которы х по основным п р и зн а к а м в отдельности сопоставля­ ю тся все изученные группы населения П ри б ал тики. Д ан н ы е по л а т ы ­ ш ам Ц еси са и В ал м и ер ы в зяты только среди взрослого населения, вследствие чего м а те р и а л ограничен одним п ризн аком — формой р ез­ цов. П оэтом у д ан ны е по л а т ы ш а м приводятся лиш ь в табл. 1, а в по­ следую щ и х отсутствуют. Д л я ср авнения во всех т аб л и ц а х д ается мате 1 А. А. З у б о в, О д о н то л о ги я. М ето д и к а а н троп ол оги ч еск и х и сследований, М., 1968.

риал по русским ш к о льн ик ам, т а к к а к одонтологический тип русских п р ед ставл яется достаточно гомогенным, стабильны м, нейтральны м в отношении д и ф ф ерен ц и ац и и «юг — север» и м ож ет с успехом служить эталоном з ап ад н о го одонтологического ствола. Все это д ел ает взятую группу особенно ценной д л я сопоставления в интересующем нас.

случае.

Табл. 1 п о к а зы в а е т частоту л о п атоо б разн о й формы верхних резцов в изученных группах.

По этом у п р и зн ак у все взят ы е группы н ахо д ятся в п ределах воз­ м о ж ны х в ар и ац и й внутри зап ад н о го одонтологического типа, однако Таблица Таблица Д и стал ьн ы й гр еб ен ь т р и го н и д а на Ч а с т о т а кол ен ч ато й скл адки м етаконида п ервы х н и ж н и х м о л яр ах у разн ы х групп на первом ниж нем м оляре у разны х групп н асел ен и я П ри бал ти ки насел ен и я П рибалтики (сумм арно все типы складки) № п Группы % п № Группы % Л аты ш и Ц еси са и 5 5,1 Л и товц ы И онавы В алм иеры 81 3,7 9 6,0 Л итовц ы К ретинги 95 Л итовц ы И онавы 3,1 18 2 8,5 Э стонцы И и заку 5 3,3 Л и товц ы К ретин ги 7 1 0,9 Э стонцы П ы льтса- 3 4,4 Эстонцы И и зак у маа Эстонцы П ы л ьтса Русски е 88 1,1 2 3,2 м аа Р у с с ки е 87 3,4 при этом несомненно р а зл и ч а ю тся м е ж д у собой. Н екоторое повышение концентрации л о п а то о б р а зн ы х резцов приходится на восточные районы П р и б ал ти й ск и х республик, в то в р ем я к а к к з а п а д у процент лопатоо б ­ разн ы х резцов падает. М и н и м а л ь н ая, т а к ск а за т ь « у л ьтр а зап ад н ая »

к он ц ен трац ия этого п р и зн ак а н аб л ю д а е т с я в зап ад н ой Л и тве (Кретин г а ). Очень м а л процент л о п а то о б р азн о й формы м еди альны х резцов у эстонцев П й л ь т с а м а а, од нако высокий процент л опато о б р азн ы х л а т е ­ р ал ьн ы х резцов в этой группе не п озвол я ет ставить последнюю в р я д с « у л ьтр а зап ад н ы м и » одонтологическими типами и скорее сб л и ж ает ее с эстон цам и И и зак у. П о сравнению с русскими все изученные п риб ал ти й ­ ские группы, кром е литовцев Кретинги, о б н а р у ж и в а ю т несколько более в ы р а ж ен н у ю л оп а то о б р азн о сть резцов.

Ч а с т о т а д истального гребня тригонида (табл. 2) во всех изученных груп пах примерно о д и н ак ова (слегка повы ш ена лиш ь у эстонцев И и з а ­ ку ), н аходится в п р ед ел ах в ар и ац и й внутри зап ад н ого ствола и не отли­ чается от частоты этого п р и зн ак а у русских.

С л е д у ю щ а я «восточная особенность» — к о л ен ч ат ая с к л а д к а м етако­ нида (табл. 3) встр еч ается чащ е в Эстонии, особенно в восточной. Ч а ­ стота коленчатой ск л а д к и у эстонцев И и з а к у соответствует у ж е тем зн ачениям, которые н а б л ю д а ю т с я в метисных группах, наприм ер у к а ­ захов. Интересно, что столь ж е высокий процент этого о б р азо в ан и я от­ мечен у п о л я к о в 2. У л ито вц ев частота коленчатой ск ладк и ниже, чем у эстонцев, но все ж е выше, чем у русских, по сравнению с которыми все изученные группы П р и б ал ти к и о б н а р у ж и в а ю т определенный «восточ­ ный» сдвиг в отношении р ас см а т р и в ае м о го п р изнака.

Г ен н ая частота б угор ка К а р а б е л л и (табл. 4) достигает максим ум а у литовцев Кретинги, от которы х значительно отличаю тся восточные литовцы, сб л и ж а ю щ и е с я с русскими. Эстонцы, к а к восточные, так и з а ­ падны е, п ред став л яю т собой по этому п р и зн ак у одну гомогенную группу 2 W. S t e s l i c k a, M o rfo lo g ia u z g b ie n ie sre d n io w ie c z n e y lu d n o sc i P o m o rz a i K ujaw, «A cta U n iv e rs ita tis w ra tis l», 1967, № 56, str. 357— 370.

Таблица Бугорок Карабелли на первых верхних молярах у разных групп населения Прибалтики Формы Генная к* Группы Формы 2-j-3+4-}-5, З -И + 5. % частота Л аты ш и Ц еси са и Валмиеры 4 7,2 55 21,8 1 0,4 7 Л итовц ы И онавы 97 5 0,4 9 17,5 1 0,4 2 Л и то вц ы К ретинги 157 5 4,9 5 0,5 5 2 8,4 Э стонцы И и зак у 85 4 2,3 5 2 5,8 8 0,5 3 Э стонцы П ы льтсам аа 72 2 3,6 4 4,4 4 0,5 2 Р у сски е 110 4 1,8 0 1 9,9 0 0,4 2 и о тли чаю тся высокой концентрацией гена бугорка К араб ел л и. Частота этого п р и зн ак а у л аты ш ей Ц еси са и В алм иеры выше, чем у восточных литовц ев и русских, но н иж е, чем у эстонцев и литовцев Кретинги.

В целом м ож но считать, что ни одна из изученных групп не об н ару ж и ва­ ет существенного понижения часто­ Т аблица ты бугорка К ар аб ел л и, характерн о­ Суммарный процент форм 3 и 3 -f го д л я восточных и метисных групп.

второго верхнего моляра у разных групп населения Прибалтики Табл. 5, 6 и 7 показы ваю т часто­ ты р азн ы х форм верхних и нижних п Группы № % моляров в исследованных группах.

Р асово-диагностическое значение Л и товц ы И онавы 75 44 5 8,6 Л итовц ы К ретин­ тех или иных форм верхних моляров ги 50 5 3,1 пока ещ е недостаточно выяснено.

Э стонцы И и заку 46 6 0,8 В данном случае их распределение Эстонцы П ы л ьт­ (табл. 5) мож ет свидетельствовать сам аа 62 5 6,4 Русски е 91 6 0,4 55 о значительной близости всех при­ балтийских групп м еж д у собой и сходстве их с русскими (особенно литовцев И он авы и эстонцев И изаку).

М о ж н о к о н стати ро в ать некоторое понижение процента трехбугорко­ вых форм к зап ад у, т. е. сохранение тенденции к разграничению за п а д ­ ных и восточных районов П р и б ал т и к и в одонтологическом отношении.

П о уровню редукции н иж ни х первы х м о л яр ов (табл. б) в П р и б ал ти ­ ке резко в ы д е л я ю тс я обе группы эстонцев, отличаю щ иеся весьма боль­ шой частотой четы рехбугорковы х форм первого нижнего м оляра П о ­ д о б н а я частота до сих пор н а б л ю д а л а с ь л иш ь в ряде групп, п ринадле­ ж а щ и х к ю ж н ы м в а р и а н т а м европеоидной расы. Обе литовские группы о б н а р у ж и в а ю т зн ач ительн о меньш ую редукцию бугорков на этом зубе.

Они очень сходны по д ан н о м у п р и зн а к у м е ж д у собой и очень близки к русским. Ш естибугорковы е первые ниж ние моляры в П рибалтике ред­ ки. Н а и б о л ьш и й их процент отмечен у литовцев Ионавы.

Относительно р асп ределен и я узоров У и +, имеющих меньшее диагностическое значение, чем число бугорков, мож но с к азать немного:

б ольш им процентом ф ормы + 5 на первом нижнем м оляре отличаются л итовцы Кретинги, особенно сб л и ж аю щ и ес я по этому признаку с рус­ скими. П р оц ен т у зо р а У5 на р ас см а тр и в ае м ы х зу б ах сильно повышен у литовцев И онавы, что вы д ел яет их среди всех других групп;

повышен­ н а я ч асто та ф о р м ы + 4, обычно редкой на этом зубе, отмечена у эстон­ цев П ы л ь т с а м а а.

В то р о й н и ж н и й м о л я р (т а б л. ц а я м е н е е ре.дуцяровая \ лятовцев И о н а в ы, где вы сок процент т и п а + 5 и соответственно довольно низка ч астота типа + 4. В этом отношении литовцы И он авы сближ аю тся сре­ д н еев ро п ей ски х групп со средневековы м и ф р и з а м и 3.

„опс3 -Г ьЕ - г Л ^ Г » ? к ’ иА, q u a l i f i c a t i o n of lo w er пь,.-.г p a tte rn -' in deu tero -M ala y a n s, « Z e its c h n ft fu r M o rp h o lo g ie u n d A n th ro p o lo g ie », 1967, B. 59, № 1, 5. 40— 56.

Таблица Ч астота различны х форм первого нижнего моляра у некоторых групп населения Прибалтики, в % У6 + УЗ У5 +5 У4 + Группы 1,3 4,0 5,3 8 5,3 3 4,0 Л итовцы И онавы 5,3 3 5,3 8 9,3 Л итовц ы Кретингй — 0,7 4,2 2 4,2 6 8,3 1 2 2,5 3 8,4 4 0,7 9 0,8 Эстонцы И и заку — 1,7 3,0 2 2,8 3,5 6 8,7 4,7 2 2,8 7 2,3 Эстонцы П ы л ьтсам аа — 3,0 4,6 1 1 2,3 0 1 0,7 6 9,2 3,0 2 3,0 7 3,8 -- Р усски е — 6 8,8 8 8,8 8 2,2 2 0,0 8 88,8 8 2,2 Таблица Ч астота различных форм второго ниж него моляра у некоторых групп населения Прибалтики, в % У4 У УЗ + Группы У5 + + 7,6 9 6 9,2 3 2,5 Л и товц ы Ионавы 1,2 8 1 9,2 7 6,9 2 0,5 1 2,5 0,9 7,3 3 4,5 8 | 8 4,4 0 2,7 Л и товц ы Кретинги — — 8 8,9 8 0,9 7,3 3,4 6 9 0,4 5 — Э стонцы И и заку 3,4 6 1,6 1 — 3,4 6 9 3,9 2,9 4 1,4 Эстонцы П ы л ьтсам аа 1 2,2 3 8 2,3 — — — 8 5,2 9 1,4 1 3,2 1,0 Р усски е 2,0 6 I 7,2 1 3,0 9 | 8 6,5 9 — — 1,0 9,2 7 8 9,6 М а к с и м а л ь н а я р ед укц и я отмечена у эстонцев И и зак у, чем они отли­ чаю тся от эстонцев П ы л ь т с а м а а. У эстонцев И и з а к у и литовцев Кретин ги отмечены тр ехбугорковы е ф ормы второго ниж него м оляра. М ак си ­ м а л ь н а я ч астота ш ести бугорковы х форм н аб л ю д а е т с я у литовцев Ио навы. Н а и б о л ьш ее сходство с группой русских по строению второго ниж него м о л я р а в среднем о б н а р у ж и в а ю т литовцы Кретинги.

И з других признаков, не вош едш их в представленны е здесь т аб л и ­ цы, о б рати м вни м ани е на гиподонтию, скученное располож ени е зубов, редукцию верхних резцов, п ротостилид и внутренний средний дополни­ тельный бугорок.

Гиподонтия полностью отсутствует у эстонцев. В обеих группах л и ­ товцев и у русских в стречали сь случаи гиподонтии верхнего л а т е р а л ь ­ ного р езц а (литовцы И о н ав ы 1,11%, л итовцы Кретинги — 1,29%, рус­ с к и е — 2,7 2 % ).

Скученное р ас п ол о ж е н и е зубов в той его форме, которая считается хар а к тер н о й д л я групп восточного ствола (лингвальны й сдвиг верхних л а т е р а л ь н ы х р е з ц о в ), с повышенной частотой отмечено у эстонцев П ы л ь т с а м а а — 18,07%. Во всех других груп пах частота этого явления не п рев ы ш ает 7%, у русских он а м и н и м а л ь н а — 2,72%.

Р е д у к ц и я верхнего л а т е р ал ьн о г о р езц а в П р и б ал ти к е увеличивается с востока на за п а д : л итовцы И о н а в ы — 2,22%, литовцы Кретинги — 3,16%, эстонцы И и з а к у — 1,19%, эстонцы П ы л ь т с а м а а — 3,65. В русской группе этот п р и зн ак совсем отсутствует.

П ро тостил и д был отмечен всего один р аз в группе литовцев Ионавы.

В этой ж е группе н ай ден а м а к с и м а л ь н а я частота внутреннего среднего дополнительного бугорка: литовцы И о н а в ы — 6,32%, литовцы Кретин­ г и — 5,33%, эстонцы И и з а к у — 2,70%, эстонцы П ы льтсам аа-— 1,21%.

Эти данны е, кстати, еще р аз п о к азы в аю т более высокий уровень редук­ ции н иж них м о л яр о в в Эстонии.

Выводы 1. В одонтологическом отношении по больш инству признаков насе­ ление П р и б ал ти к и относится к зап ад н о м у типу. В то ж е врем я все изу­ ченные группы П р и б а л ти к и (кроме, м ож ет быть, зап ад н ы х литовцев) о б н а р у ж и в а ю т некоторый сдвиг в сторону восточного одонтологическо­ го ствола. У казанн ы й сдвиг во всех изученных группах (за исключением эстонцев) почти по всем п р и зн ак ам настолько мал, что не выходит за п ред елы вар и ац и й к а ж д о й из взяты х особенностей внутри западного ствола.

2. У эстонцев ч асто та такого п р и зн ак а, к а к к о л ен ч атая ск ладк а ме тако-нида, н аходится у ж е на уровне частот, н аб лю д аем ы х в метисных «западно-восточны х» группах, а кроме того, зам етно повышена частота л о п а то о б р азн о й ф орм ы верхних л а т е р а л ь н ы х резцов. Обе эстонские группы отли чаю тся т а к ж е сильной степенью редукции нижних моляров, в стр еч аю щ ей ся обычно только среди ю ж ны х групп европеоидной расы.

Все эти особенности п рид аю т одонтологическому типу эстонцев опреде­ ленное своеобразие, если п рин ять во внимание, что н алет восточных черт обычно б ы в ает св яза н с понижением общего уровня редукции.

М о ж н о д ум ать, что у к а зан н ы е выше особенности приобретены в разные эпохи б л а г о д а р я разл и чн ы м ф ак т о р а м и что одонтологический тип эс­ тонцев имеет значительно более слож н ую историю, чем тип литовцев и русских.

3. О донтологический тип литовцев очень сходен с типом русских, причем русские с б л и ж а ю т с я н о одним п р и зн ак ам с западным и лито в­ цами, по другим — с восточными. З а п а д н о л и т о в с к а я группа (Кретин га) отли чается от восточнолитовской (И о н ав а ) сильно пониженной кон ц ен трац ией призн аков, х ар а к тер н ы х д ля восточного одонтологиче­ ского типа (м инимум д л я всей П р и б а л т и к и ), и высоким уровнем ре­ дукции моляров.

4. У к аза н н ы е выше р азл и ч и я м е ж д у одонтологическими п р и з н а к а ­ ми населени я восточных и за п а д н ы х районов Л итвы были отмечены и в Эстонии: эстонцы П ы л ь т с а м а а отличаю тся от эстонцев И и з а к у мень­ шей концентрацией восточных одонтологических особенностей.

Т ак и м образо м, в П р и б а л ти к е н аб л ю д ае т ся повышение удельного веса восточной примеси к востоку. Интересно, что при д альн ей ш ем п р о­ д ви ж ени и на восток, в России, процент восточных одонтологических особенностей снова п адает, т а к что восточная П ри б алтика представля 'е т собой к а к бы порог, н ар у ш а ю щ и й плавность и постепенность повы­ ш ения концентрации восточных особенностей в Европе в сторону У рала.

O D O N T O L O G IC A L DATA O N T H E P O P U L A T IO N O F T H E B A L T IC A R E A T h e in v e s tig a tio n c o m p rise d th e d e n titio n of sc h o o lch ild ren in L ith u a n ia a n d E s to n ia a n d t h a t of a n a d u lt g ro u p in L a tv ia. M o rp h o lo g ic a l c h a ra c te ris tic s w e re stu d ie d : sh o v e l s h a p e d in c iso rs, th e r e d u c tio n of th e u p p e r a n d lo w e r m o la rs, C a r a b e lli’s cusp, th e d ista l t r ig o n id c re s t, th e d e fle c tin g w rin k le of th e m e ta c o n id. A c e rta in s h ift in th e o d o n to lo g ic a l ty p e of E s to n ia n s (e sp e c ia lly th o se in h a b itin g th e e a s t of th e R ep u b lic) to w a r d s an E a s te r n (M o n g o lo id ) ra c ia l ty p e is n o te d ;

th e p ro p o rtio n of a n E a s te rn in g re d ie n t a m o n g B a ltic p e o p le s in c re a s e s from w e st to e a st.

Г. 3. Л а з а р е в ' ИЗ ИСТОРИИ Я П О Н С К О ГО Ж И ЛИ Щ А И м е ю щ и еся д ан н ы е в н асто я щ ее в р ем я не п озволяю т полностью про­ следить р азв и ти е типов и форм архитектуры японских ж и л ы х соор уж е­ ний от истоков и до сл ож ен и я х ар а ктерн ого д л я Японии типа ж и л и щ а, яв л яю щ ег о ся вершиной японской нац ион альн ой архитектуры. Тем не менее п р ед став л яе тся в о зм о ж н ы м вы д ел и ть несколько основных этапов в этом развитии.

Первы й из них с известной степенью условности о хв аты вает I ты ся­ челетие до н. э. и первые века наш ей эры. Известно, что в,ХХ—X вв.

до н. э. на японских островах было распростран ен о несколько типов примитивны х ж и л и щ, в частности ж и л и щ а в виде горизонтальны х пе­ щ ер (ё к о а н а ), ж и л и щ а, сл о ж енн ы е из камней с кры ш ей из веток и т р а ­ вы, и ж и л и щ а в виде ш а л а ш е й с элем ен тарн ы м к а р к ас о м и покрытием т а к ж е из веток и тр а в ы '. П е щ ер н ы е ж и л и щ а не получили в Японии больш ого распро стр ан ен ия. Это отчасти произош ло потому, что почвен­ ные усл ови я и в л а ж н ы й к л и м а т д е л а л и этот тип ж и л и щ не очень подхо­ д я щ и м д л я Японии;

кро м е того, обилие лесов с хорошей древесиной обеспечивало достаточно м а т е р и а л а д л я сооруж ен ия других типов жилищ.

К а к свидетельствую т д ан н ы е археологических раскопок, во I I — I ты­ сячелетии до н. э. н аи б о л е е распростран ен ны м типом ж и л ы х построек были ж и л и щ а типа п олузем л ян ки ( татэана). Эти постройки п ред став ­ л я л и собой круглую, д и а м етр о м в несколько метров, овальную или п р я ­ моугольную с зак р у гл е н н ы м и угл ам и ям у глубиной 0,6—0,9 м, с н еболь­ шой насы пью по пери м етру 2. Ч е ты р е или более опор, соединенные по­ верху б ал к ам и, о б р а зо в ы в а л и несущий к а р к ас, н а который опирались стропила, покры ты е сверху травой или корой деревьев. Ш а л а ш е о б р а з ное соо руж ен ие за в е р ш а л о с ь своеобразной конструкцией с открытыми фронтонами, сл уж и в ш и м и д л я вы хода д ы м а от очага, р ас п о л ага вш его ­ ся в центре хижины. В округ ж и л и щ а у с т р а и в а л с я д р ен аж н ы й р о в 3. Н е ­ сколько т ак и х п о л у зем л ян о к возводилось на ск лон ах гор или в других местах, которы е легко могли быть приспособлены д л я обороны. П р я м о ­ угольны й остов к а р к а с а п о лу зем л ян ки в определенной степени предоп­ редели л п р ев р ащ е н и е данного типа ж и л и щ а в ж и л ой дом с п рям оугол ь­ ным планом. П о л у зе м л я н к а с прям о уго л ьны м планом зан и м ае т особое место, т а к к а к именно она л е г л а в основу дальн ей ш его р азви тия япон­ ского ж и л о г о дома.

Татэана с п рям оугольны м планом глубиной 0,5— 1,0 м могла иметь и несколько другую конструкцию : д ве опоры по продольной оси с конь­ ковой балкой, соединяю щ ей их к п о д д ер ж и в аю щ ей наклонны е слеги с к а т о в 4. К рай ни е слеги вы ходили за конек, о б р а зу я характерн о е завер 1 И т о Н о б у о, М и я г а в а Т о р ао, М а э д а Т ай д зи, Е с и д з а в а Тю, И с то р и я яп он ­ с ко го и с к у сс тв а (пер. с яп о н ск о г о ), М., 1965, с тр..12, 13.

2 J. Е. К i d d е г, J a p a n be fo re b u d d h ism, N. Y., 1966, p. 43— 44.

3 W. A 1 e x, J a p a n e s e a rc h ite c tu re, N. Y„ 1963, p. 15, 16.

4 J. H a r a d a, T h e le sso n of J a p a n e s e a rc h ite c tu re, B o sto n, 1954, p. 14.

Рис. 1. Ж илищ е типа татэана (I I— I тысячелетия до н. э.) Ри с. 2. Ж и л ы е п острой ки (I ты сяч ел ети е д о н. э. — первы е в ек а н а ­ ш ей э р ы ): 1 — т ен ги -к он гэн ;

2, 3, 4 — тип так аю к и шение, в котором м ож но п р ед у гад ать декоративную д етал ь тиги, х а р а к ­ терную д л я последую щ их периодов. С олом ен ная кр ов л я по гребню ко н ька п р и ж и м а л а с ь дополнительной б ал кой с короткими поперечны­ ми брусьями, получивш ими впоследствии н азван ие кацуоги. Этот тип построек н а з ы в а л с я т а к ж е тенти-конген и известен к а к один из самых ранних типов японского ж и л и щ а. Р а зв и т и е его привело в X в. до н. э. — III в. н. э. к п оявлению нового типа ж и л ь я с приподнятым над поверх­ ностью зем ли полом, а затем к сооруж ениям на опорах (такаюки), ко­ торые с л у ж и л и в первую очередь к а к кл ад о в ы е д л я зерна и, реже, как Р и с. 3. Ж и л ы е д о м а р а зн ы х типов. Р е л ь е ф ы на бр о н зо в о м к о л о к о л е ( I I I — V в в.) : 1 — т а к а ю к и ;

2 — т а к а ю к и ;

3 — «-дом н а зем л е»;

4 — т а т э а н а ж и л и щ а п риви леги рованн ы х классов, и в целом были распространены меньше, чем ж и л и щ а ти па п олузем лянки. С о ору ж ен и я на опорах имели четкий к а р к а с из столбов по периметру, стены своеобразного соломен­ ного плетения, конек п о д д е р ж и в а л с я ц ен трал ьны м и опорами. Крыш а т а к ж е п о к р ы в а л а с ь соломой. Впоследствии в стенах вместо соломы ст а­ л и п рим ен ять доски, которы е крепились м е ж д у стойками к а ркаса.

Н екотор ы е и сследователи считают, что этот тип сооружений обязан своим появлением п р ед став и тел ям м а л а зи й ск и х народов, продвинув­ ш ихся на японские острова и принесш их свою технику с тр о и т ел ь ств а5.

П р е д с т а в л я е т с я, однако, вероятны м, что тип сооружений на опорах мог возникнуть в Японии самостоятельно. У ж е в глубокой древности з д а ­ ния типа такаюки исп о л ьзо вал и к а к хр ан и л и щ а ц ерем ониальны х пред­ метов ку л ь та синто, а впоследствии к а к храм ы. К сож алению, отсутствие д остаточ н о полных археологических д ан ны х в н астоящ ее врем я не по­ з в о л я е т д а т ь более точный ответ на этот вопрос. Хотя несомненно, что навыки, которы е принесли с собой с континента или с ю жны х островов плем ен а, переселивш иеся в Японию, о к а за л и определенное влияние на все типы сооруж ений, в о звод и в ш и еся в I ты сячелетии до н. э. И х строи­ тел ь н ы е н авы ки д а л и толчок к р азв и ти ю новых типов сооружений, одним из которы х и яви л ось зд ан и е на опорах.

Второй период ох ваты ва ет I I I — VI вв. В это в рем я в связи с д ал ьн ей ­ шим р азви тием общ ества, зар о ж д е н и ем р ан н еф еод ал ь н ы х отношений у сл о ж н я ю тс я и ф орм ы ж и л ы х сооружений. По рисункам на керамике, р ел ь еф а м на бронзовы х з е р к а л а х и колоколах, относящ имся к I I I — V вв., м ож но в ы дели ть несколько основных типов построек, в их числе п о лузем лян ку, дом на уровне зем ли и зд ан и я на опорах. В сооружениях п оследнего типа лестни ц а, в е д у щ а я на верхний уровень, свидетельству­ ет, что именно он я в л я е тся главны м, а наличие о гр а ж д а ю щ и х конструк­ ций внизу д а е т в озм о ж н ость предполож ить, что нижнее пространство 5 W. A l e x, У к аз. раб., стр. 15;

Н. К i s h i d a, J a p a n e s e a rc h ite c tu re, T okio, 1952, p. 82.

могло и сп ол ьзоваться д л я хозяйственны х нужд. Все постройки имеют явно в ы р а ж ен н у ю к а р к ас н у ю структуру. Сходство своеобразной фор­ мы кровли у сооруж ений р азн ы х типов свидетельствует об определен­ ной преемственности в развитии.

Об архитектуре ж и л ы х сооруж ений того времени мож но судить и по глиняны м м о д ел ям зд ан ий «ханива», относящ им ся к IV— VI вв. «Хани ва» — это св язан н ы е с п огребальн ы м и об р яд ам и керамические и зо бр а­ ж е н и я колчанов, щитов, зд ан ий и т. д. Они свидетельствуют, что в этот период у ж е сущ ествовали д о м а на зем ле со сравнительно сложной к а р ­ касной структурой, с р а зв и ­ той кровлей, имеющей с двух сторон фронтоны. Ч асть сооруж ений с кровлей, по­ верх конька которой р а з м е ­ щ а л и сь кацуоги, вероятно, были главны ми зданиями, другие — с более простыми ф ор м а м и — вспомогательны ­ ми. С ооруж ен и я с приподня­ тым полом, крышей без р а з ­ витых фрОНТОНОВ МОЖНО' считать кл ад овы м и и а м б а ­ рами. М ож н о предполо­ жить, что древнейш ие типы домов на зем ле имели у т р а м ­ бованный зем ляной пол, а соломенные маты клались п р ям о на землю. Д о м а по­ добного типа становятся н аиболее распространенны ­ ми по всей стране, особенно в сельских районах. Б л и ­ зость к ним массового к р е­ стьянского ж илищ а посл е­ дую щ их периодов, в том числе и сохранившихся до ( I l l — V вв.) наш их дней ж илищ п р ош л о ­ го века, свидетельствуют об этом.

Д р ев н е е ж и л и щ е на о п ор ах было в этот период привилегией знати.

По своей п ланировке, по принципам орган и зац ии внутреннего прост­ ран ства, по связи с о к р у ж аю щ ей природой оно значительно отли чалось от более позднего японского классического ж илого дома. Есть осн о в а­ ния п ред п о л а га ть, что в своем разви тии ж и лой дом привилегированных кл ассов п рош ел р я д этапов, что вы разилось, в частности, в значительном уменьш ении высоты опор.

Третий период, с VI по V II I в., был периодом укрепления японской государственности, периодом установлен и я более тесных связей с м ате­ риком и п о следовавш и х затем реформ. Ж и з н ь японского общ ества в зн ачительн ой степени изменилась. П о я в л я ю тс я новые черты и в архи­ тектуре ж и лищ. В V II I в. специальны ми у к а зам и у стан авл и в ал о сь, что д о м а чиновников и зн ат и высш их рангов д о лж н ы были иметь определен­ ный облик, в частности черепичную кровлю, краш ен ы е колонны и сте­ ны. Р ег л ам е н та ц и и в японской архитектуре имели место и раньше. Еще в V в. во в рем ена и м п ер атора Ю р я ку (466— 479 гг.) простому народу з а п р е щ а л о с ь иметь на кры ш е д еко ративн ы е д етал и тиги и к а ц у о г и 6.

6 J. Н а г a d а, У к а з. р а б., стр. 15.

В ведение особых регл ам ен т ац и й в V III в. свидетельствовало о по­ пы тках насильственного внедрения в архи тектуру ж и л и щ а некоторых черт, х ар а к т е р н ы х д л я китайской архитектуры. Но новые веяния р а с ­ про стр ан ял и сь г л ав н ы м о б разо м в столицах, в то врем я ка к на перифе­ рии п р о д о л ж а л и п р ео б л а д а ть местные традиции. Б о л ее того, новые вл и ян и я с трудом н аходили сторонников д а ж е среди феодальной и чи­ новничьей знати, тяготевш ей к тр ад и ц и ям нац ион альн ого быта. Только с укреплением ф еод ал ь н ы х отношений влияние культуры К итая отчет­ ливо проступило ро всех с ф е р ах общ ественной жизни. Относительно из­ менился быт ари стократи и, и новые черты начинаю т укрепляться в а р ­ хитектуре ж и л и щ п ривилегированного кларса. Это был длительный процесс, отл и чавш и й ся от прямого восприятия форм и типов в архи­ тектуре культовы х сооруж ений, процесс постепенного осмысления опы­ та К и т а я и его приспособления к местным традициям.

В н асто я щ ее в р ем я трудно сказать, к а к вы гл я дели ж и л ы е ком пл ек­ сы в V I — V II вв., хотя известно описание городской усадьбы одного придворного. У сад ь б а состоял а из главного зд ан ия, имевшего кры ш у из коры ки п ар и са и деревян н ы й пол, четырех вспомогательных сооруж е­ ний с кровлей из досок;

кухни, крытой соломой, и трех деревянных к л а ­ д о в ы х 7. Ж и л о й а н с а м б л ь был создан из зданий, близких к древним ти ­ пам, т. е. к зд ан и я м с приподнятым полом и стоящ им на земле. Б олее разв и т ы й тип ж и л и щ а п р ед став л яе т дом, п р и н ад л еж а в ш и й придворно­ му министру Ф у д зи в а р а Тоёнари, известный к а к «Итадоно». Он был п о­ строен в 743 г. в г. С и г а р а к и и имел пять пролетов по ф ас ад у и три про­ л е т а в глубину. Д в е тер р а сы (х и с а с и ) по обеим продольны м сторонам з а н и м а л и три ц ен тр ал ь н ы х пролета. И х кровли подходили под карниз д ву скатн о й кры ш и основного сооруж ения. Д ер ев ян н ы й пол, поднятый на высоту менее 1 м и вы ход ящ ий за периметр внешних стен в виде об­ ходной галереи, имел общий уровень к а к д л я главного здания, т ак и д л я террас. Все конструкции сооруж ения, в к л ю ч а я дощ атую кровлю, были выполнены из д е р е в а 8. «И тадоно» свидетельствует о большом прогрессе в архи тектуре ж и л и щ, о четком функциональном разделении элем ентов к а р к а с а на несущ ие и о г р а ж д а ю щ и е конструкции. Вероятно, о г р а ж д а ю щ и е конструкции внешних стен ещ е не были мобильны, но три ц ен тр ал ь н ы х п р олета с к а ж д о г о ф а с а д а у ж е имели двери, что т ак ж е я в л я е т с я несомненным ш агом вперед.

Н еско л ько иначе были реш ены вопросы организации внутреннего п р остр ан ств а в доме, п р и н а д л е ж а в ш е м п ервоначальн о матери и м п ерат­ рицы Комю, а зате м переданном монасты рю Тонн (Ю мэдоно) храм а Х о р ю д з и 9. Оно т а к ж е было построено в V II I в. и известно к а к «Дем подо». Д о перестройки сооруж ение имело пять пролетов по ф асад у и четы ре более узких п ролета с торца. П ричем средний р я д колонн, за исключением крайних, отсутствует, что д е л а е т зд ан ие трехпролетным с ш и роки м ц ен трал ьны м пространством. П ол сооруж ения приподнят н а д землей, к а к и в «Итадоно». М о щ н а я д в у с к а т н а я кро в л я с конько­ вым гребнем, и мею щ им сл егка приподняты е концы, за в е р ш а е т все з д а ­ ние. Д в е р и и перегородки зан и м аю т тол ько три бли ж н и х ко входу про­ л ета, о с т а в л я я д в а д р уги х свободными, в ы ступаю щ им и в виде крытой террасы. С етка колонн с переменны м ш агом, изогнутые балки, связы ­ в аю щ и е колонны поверху, пром еж уточны е опоры на них в известной мере близки к п рием ам, хар а кт ер н ы м д л я буддийских храмов, и с в я з а ­ ны с вл ияни ем К и тая. Н о применение их в ж и л о м сооружении в соеди­ нении с приподняты м н а небольш ую высоту полом, смелое асимметрич 7 M in o ru О о k a, O s a m i M o r i, P a g e a n t of J a p a n e s e a rt, « A rc h ite ctu re a n d G a r­ d e n s», vol. 6, T okyo, 1952, p. 25— 28.

8 Т ам ж е, стр. 27;

р еко н ст р у к ц и я вы п о л н ен а М. Секино.

9 Т ам ж е, стр. 27. Р е к о н с т р у к ц и я вы п о л н ен а К- А сано.

/ г Р и с. 5. 1 — И т а д о н о. Ж и л о й дом, п р и н а д л е ж а в ш и й Ф у д зи в а р а Т оёнари, 743 г. (ф а с а д, р а зр е з, п л а н );

2 — Д е м п о д о. Ж и л о й дом, п р и н а д л е ж а в ш и й Т ат и б а н а, 741 г. (ф а с а д, р а зр е з, п л а н ).

ное решение п л а н а свидетельствую т о сам остоятельн ы х творческих по­ исках на путях соверш ен ствовани я типов и ф орм ж и л ы х зданий.

С лед ую щ ий этап в разв и ти и японского ж и л и щ а охватывает IX— XII вв. В этот период отдельны е черты постепенно склады ваю тся в ед и ­ ную стройную систему. Этот процесс з а в е р ш а е т с я в IX— X вв. и находит н аи более полное в ы р а ж ен и е в типе ж и л и щ а, получившем назван ие син д э н -д зу к у р и. С IX в. кры ты е терр асы хи саси н аходят все большее п ри ­ менение. Они устр а и в ал и сь с тр ех или четырех сторон главного зд ания, ув ел и чи вая его р азм ер ы и у с л о ж н я я план. В конечном счете хисаси п рев р ати л и сь в сплошную кры тую террасу, идущ ую по всему периметру здан ия. М е ж д у внешними колоннам и хи с а си у страивались перегородки ситомидо, н и ж н я я часть которы х бы ла съемной, а верхняя п одн и м ал ась вверх и за к р е п л я л а с ь специальны м приспособлением в горизонтальном полож ении.


С и н д з н - д з у к у р и п р е д с т а в л я л собой систему принципов, к отор ая вы ­ р а ж а л а с ь в особенностях п лан ировки к а к отдельного зд ания, т а к и всей усадьбы. О на б ы л а с в я з а н а не только с особенностями архитектурных форм, присущ их именно этом у типу зд аний, но и со всей организацией быта, зн ачительн о выходя з а р а м к и понятия чисто архитектурного стиля. С и н д э н -д зу к у р и сф о р м и р о в ал с я к а к тип аристократического ж и ­ л и щ а и был привилегией высших классов. У сад ь б а имела п рямоуголь­ ный уч асто к зн ачительн ы х р азм еров. Н а п р и м ер, в г. Хэйан усадьба часто з а н и м а л а целый небольш ой городской к в а р т а л с р а зм ер ам и 120Х Х 1 2 0 ж 10. В центре уса д ь б ы р а з м е щ а л с я синдэн, гл авное здание жило 10 И т о Н о б у о, М и л г а в а Т о р ао, М а э д а Т ай д зи, Е с и д з а в а Тю, У каз. раб., с тр. 28.

Р и с. 7. З д а н и е ти п а синдэн: 1— м ой я;

2 — к о р и д о р хисаси;

3 — т ер р а са суноко;

4 — п о д ъ е м н ы е и с ъ е м н ы е п ер его р о д к и ситом и до;

5 — р а зд в и ж н ы е двери;

6— д в у х с т в о р ч а т ы е д в ер и ;

7 — б а м б у к о в ы й з а н а в е с с у д ар э ;

8 — з а н а в е с из ткани;

9— п ер ен о сн ая ш и р м а кито;

10 — м аты т а т ам и го ком плекса, сл уж и вш ее ж и л и щ ем главы дома. Оно имело прямоуголь­ ный п ла н в 5.на 3 или более пролетов, в центре которого находилось пространство без п ро м еж уточн ы х опор (м ойя). Это пространство по мере необходимости р азгр а н и ч и в ал о сь э к р а н а м и и ширмами. С тр ех или четырех сторон главного о б ъ ем а ш л а г ал ере я или коридор (хис а си ) и д а л е е о го р о ж е н н ая п ер и л ам и в е р а н д а (суноко-эн), защ и щ ен н а я от солн ц а и д о ж д я выносом к арн и за. М е ж д у опорами к а р кас а по перимет­ ру зд ан и я у с т а н а в л и в ал и с ь сп ец и альн ы е реш етчатые оклеенные б ум а­ гой пан ели (ситомидо). Д ер ев ян н ы й пол был приподнят н а д уровнем земли. Н е б о л ь ш а я лестни ц а с навесом, служившим продолжением кровли, р а с п о л а г а л а с ь с юга и сл у ж и л а п арадн ы м входом. К зап ад у и востоку от синдэн р ас п о л а г а л и с ь вспомогательные постройки (тай н о я ), соединенные с гл авны м сооруж ением крытыми г ал ер е ям и (вато д о н о ). Д л я гл ав ного зд а н и я и д л я всей усадьбы, ка к правило, х а р а к ­ т ер н а ю ж н а я ориентация. К северу от главного здан ия р а зб и в а л с я сад с водоемом, на берегу которого возводились небольшие павильоны (цу р и д а н о ), т а к ж е со еди н яв ш и еся с основным комплексом галереями.

Т ер ри то ри я усадьб ы обносилась стенами. Входы в усадьбу устраивались с востока или з а п а д а. З а входом распол агал ись помещ ения д л я стр а­ жи, приемные ком наты, вспомогательные служ бы и т. д. Количество сооруж ений в комплексе, их разм ер ы зависели от достатк а и ранга в л а д е л ь ц а и ко л еб ал и сь в значительны х пределах.

В наиболее ран н их у с а д ь б а х с и н д эн -д зу к у р и принцип симметричной п лан и ро в ки з а н и м а л в аж н о е м е с т о 11. Четко в ы д ел я л а сь гл ав н а я ось, на которой возводили синдэн, симметрично ему р аспо л агал ись другие павильоны, г ал ер еи, ворота в стенах. Этот ж е принцип п рослеж ивался и в п л а н и р о в к е собственно ж и л о й части усадьбы, и в организации под­ 11 Т. Y о s h i d a, J a p a n e s e a rc h ite k tu re, T u b in g e n, 1952, p. 133.

собных и хозяйственны х помещ ений и дворов, зан и м ав ш и х северную часть усадьбы. И звестны й элем ен т регулярности в п лан ировку южной части у са д ь б ы с п ар к о м вносили симметричные, равн ы е по длине г а л е ­ реи ватодоно.

В более поздней у садьб е Г осандзо-дэн (IX— XII вв.), п р и н а д л е ж а в ­ шей одному из членов к л а н а Ф уд зи ва р а, более четко проявилось стрем­ л ен и е к асим метричной п л ан и р ов ке усадьбы. Хотя синдэн и занимает ц ен тр ал ь н о е место в общ ей ком позиции, но вся она в целом получила б олее свободный х а р а к те р и р а з в и в а л а с ь уступам и от восточного вхо­ д а к р а с п о л о ж е н н ь щ севернее зап ад н ы м воротам. Вместо двух галерей ватодоно с о х р а н е н а лиш ь од на з а п а д н а я, а вместо восточной галереи р а с п о л о ж и л с я целый ком плекс построек, с в яза н н ы й с восточными во­ ротам и.

Т а к и м об разом, строители, сохр а н я я общ ие принципы при сооруж е­ нии отдельны х зд ан ий и ко м плекса в целом, подходили в к аж д ом конк­ ретном случае к своей з а д а ч е творчески, с о з д а в а я разви ты е ж и лы е ан ­ са м б л и с р а зн о о б р азн о й планировкой. Они свободно об р ащ а л и сь с прин­ ц ип ам и симметричной композиции, предпочитая к а к более естественную асим м етри чн ую планировку, стремились к органичному ком пакт­ ному плану. О громную роль в форм и рован ии с и н д эн -д зу к у р и играли с а д ы и парки. П е р вы е сады появились в Японии в VI в., и вполне в е­ роятно, что искусство созд ан и я садов и п арков приш ло вместе с другими ф о р м а м и ку л ьту ры из К итая. У ж е тогда в у с а д ь б а х знати стали у стр а и ­ в а т ь сады с в од ое м ам и и островам и, но л иш ь к X— XII вв. разви вается п ер вы й тип классического японского с а д а — «сама». Озеро с островом я в л я л о с ь ком позиционным центром всего п ар к а. Эта часть п ар к а сим­ в о л и з и р о в а л а буддийский «За п а д н о й рай», влад ы кой которого был буд­ д а А м и д а и который, согласно л еген дам, р ас п о л а г а л с я на острове среди б е з б р е ж н о г о моря. Ф о р м а самого острова обычно н ап ом и н ала черепаху или ж у р а в л я, сл уж и в ш и м и к а к в китайской, т а к и в японской м и фоло­ гии си м во л ам и долголетия. Д а л ь ш е к югу за озером распо л ага л ся не­ б о льш о й холм ( ц у к и - я м а ). Арочный мостик соединял северный берег с островом, а небольшой мостик н ад самой водой вел с острова на ю ж ­ ный берег. По озеру п л а в а л и р азу к р аш е н н ы е лодки, наподобие ки тай ­ ских. А ри стократы, р а зв л е к а я с ь, сл уш ал и музыку, зан и м ал и сь поэтиче­ ским и у п р а ж н е н и я м и 12. Ж и л а я у са д ь б а я в л я л а свой особый мир, отли ­ чительны й чертой которого было специфическое отношение к природе — п ассивное л ю бов ан и е ею. З д есь нет спора с природой, ка к нет и следов ж е л а н и я п еред ел ать, подчинить ее.

Б ы л и и другие типы садов, отличные от классического сима, т. е.

п а р к а с островом 13. В этих сл у ч аях в зависимости от ж е л а н и я в л а д е л ь ­ ц а основным с о д е р ж а н и е м п а р к а становились цветы или деревья. Г л а в ­ ное за к л ю ч а л о с ь в воспроизведении красоты природы. В этом отноше­ нии искусство со зд ан и я п арков было очень близко древней японской ж и вопи си, т а к к а к творческий процесс и цели были схожи. И мерой с о в ер ш ен ств а п а р к а часто с л у ж и л а его близость к кар тин ам п ро сл ав ­ л е н н ы х мастеров, в чем видно п р одолж ени е некоторых китайских т р а ­ диций.

С ад ы си н д э н -д зу к у р и вполне соответствовали атмосфере утонченно­ го эстети зм а, изы сканной тонкости хэйанской аристократии, отгородив­ ш ейся от р еальн ой ж и зн и созданны м и ими ж е иллю зиями. Н о именно в э то т период в японских п а р к а х проявились такие качества, к а к тон­ кое понимание природы, глубокое восприятие естественной красоты и б о г атств а м и ра в его бесконечной переменчивости, которые получили р а зв и т и е и более позднее время.

Р а с с м а т р и в а я архи текту ру ж и л и щ а Японии, можно прийти к выво­ 12 Т. Y о s h i d a, G a rd e n s of J a p a n, N. Y„ 1957.

13 М. T a t s u i, G a rd e n s of J a p a n, T okyo, 1935, p. 3—5.

6 С о в е т с к а я э т н о гр а ф и я, № ду, что V I — XII вв. были периодом укрепления новых принципов орга­ низации ж и л ищ, которые хотя и были связан ы с более древними т р а ­ дициями, в то ж е врем я значительно от них отличались. Это объясня­ ется социально-экономическими изменениями, развитием ф еодальны х отношений и определенным влиянием китайской архитектуры. ' Н екотор ое сходство китайского и японского ж и л и щ а заклю чается в усадебн ом х ар а к т е р е застройки, особенно городской. Н о если в Китае основные планировочны е принципы на протяж ении веков почти не из­ м енялись и в основе их п о-преж нем у л е ж а л и дворы типа саньхэюань и сы хэю ань, д. е. дворы, обстроенные по периметру с трех или четырех сторон, то в Японии разви тие ж и лой усадьбы происходило несколько иначе. Только с н а ч а л а IX— X вв. в у с а д ь б а х си н д эн -д зу ку р и можно проследить такие принципы, приш едш ие с континента, как симметрич­ ность, отдельны е зд ания, перекрыты е отдельной кровлей и соединенные с другим и галереям и. У ж е в X в. п л а н и р о в к а преобретает че,рты асим­ метричности, и в д ал ьн ей ш ем асимметричное построение всей план и ­ ровки усадьбы и отдельного зд ан и я становится одним из главны х прин­ ципов в архитектуре ж и л и щ а. Отдельны е зд ан и я начинают сб лиж аться, о б р а з у я единые соору ж ен ия со слож н ы м планом, перекрытые не менее сл ож н ы м и кровлями.

К итайское влияние на японское ж и л и щ е выразилось и в создании при у са д ь б ах садов и парков. Н о в К итае п ар к хотя и был тесно связан с ж и л ой частью, тем не менее п р ед став л ял собой, ка к правило, сам о ­ стоятельную часть ж илого ком плекса со своими внутренними план и ­ ровочны ми и композиционными законом ерностям и. В Японии ж е сад входил в у садь б у к а к н ео тъ е м л ем а я часть, естественно св язан н ая с ж и ­ лой частью. Собственно в си н д э н -д зу к у р и п ар к не обособлялся вообще.


Синдэн, тайноя, галереи и павильоны свободно входили в парк, образуя единое целое. К омпозиция п ар к а со зд а в а л а с ь и с учетом обозрения его из ж и л ы х помещений. В этом качественное отличие от К итая, где п арки об озрев ал и сь главны м о б разом во в рем я прогулок и из отдельных беседок и павильонов самого п арка. В Японии был сделан ш аг от свой­ ственного К итаю соотношения « ж и л ая часть — парк», или «парк при ж илищ е», к «ж и л и щ у в парке».

О пределенное влияние на японскую архитектуру, в частности жилую, о к а з а л а к и тай ск ая система фэнш уй, о краш ен н ая разного рода мисти­ ческими воззрен и ям и и суевериями, исходивш ая из положения, что при­ рода м ож ет влиять и в л и я ет на обитателей данной местности и на ар х и ­ тектурны е сооруж ения. С о гласн о ей, п р авильны й учет требований ф энш уй при выборе места, ориентации и т. д. обеспечивал защ иту от злых духов, покой и счастье обитателей, сохранность зданий. Н аруш ение правил д ел а л о лю дей и сооруж ение беззащ итн ы м и против несчастий, болезней, п о ж ар о в и т. д. Н а д о сказать, что учет климатических и других при­ родны х условий, многовековой опыт строителей, отраж енны й в этих п р ав и л а х, играл п олож ительную роль. В Японии в результате соедине­ ния с местными суевериями возни кает система правил суйдо и хогаку,.

т. е. ф ак тор ов, оп р ед ел яю щ и х п равильн ое соотношение «воды и земли»

и «верного н ап рав л ен и я» при выборе места и ориентации при строи­ тельстве н.

Вместе с тем гл авны м д л я японской архитектуры ж и л и щ было с а ­ м остоятельное р азв и ти е древних, традиционных принципов. К итайская архи тек тура п о с л у ж и л а главны м образом не примером д ля заим ство­ в ан ия или п о д р а ж а н и я, а скорее стимулом д л я быстрого развития.

Принесенное декретами, но чуждое по существу, не смогло укрепиться и со временем отпало. Так, произош ло, например,, с попы тками ввести:

цвет (красны е колонны, балки ) в архитектуру ж и л ы х зданий.

14 Н. Т. Ф е д о р е н к о, Я п он ски е зап и ск и, М., 1966, стр. 52 В японской архитектуре в озникаю т новые черты, не имеющие а н а ­ логий в ар хи тек тур е К итая: д ощ аты й пол, лиш ь незначительно припод­ нятый н ад землей, р а з д в и ж н ы е перегородки, откры ты е веранды, обход­ ные гал ер е и, п р ео б л а д а н и е асимметричности в планировке усадьбы, композиции ж и л ого ком плекса, разм ещ е н и е с а д а на юге, а не на севе­ ре, к а к в Китае, отка з от четкого вы делени я центральной оси, р а з м е ­ щ ение входа с востока или з а п а д а, а не с юга, и т. д.

Р а зв и т и е сельского ж и л о го д о м а в этот период шло сам остоятел ь­ ными путями. С ельский ж и л о й дом, тесно связан ны й с древними н а ­ ц ион альн ы м и тр ад и ц и ям и «дома на земле», был, к а к правило, более у т и л и т а р е н !5. Р а з в и в а л с я он на основе р еальн ы х связей с природой.

Он з а щ и щ а л от д о ж д я и сол н ц а летом и от снега и холода зимой.

Р ац и о н ал ь н о сть и ф ункциональность сельского ж и лого д о м а в дальней нем повли яли на разви тие и ж и л и щ привилегированны х классов. С кон­ ца XII в. н ачин ается новый этап в разви тии японского ж и лищ а. Приход к вл асти к л а с с а са м у р а е в во главе с сегунами повлиял на архитектур­ ные ф орм ы ж и л ы х сооружений. Н овы е черты, связан ны е со стремлением к больш ой простоте, д а ж е некоторой суровости и аскетичноети, с умень­ шением объемов, о п р ед ел яю тся иногда к а к н ап р авл ен ие или тип букэ д зу к у р и. Г л авны м дости ж ен и ем его явилось распространение р а з д в и ж ­ ных п ерегородок типа ф усум а, п рим ен яем ы х в интерьерах, и сёдзи, о б р азу ю щ и х внешний ряд.

В XV— XVI вв. р а зв и в а е т с я новое н аправление, известное ка к сёин д зу к у р и, в об ра вш ее в себя лучш ие д ости ж ен и я предш ествую щ их перио­ дов и приведш ее к со зд ан и ю японского классического ж илого дома и у са д ь б ы ф ео д ал ьн о й эпохи, которые в д ал ьн ей ш ем не подвергались у ж е сущ ественным изменениям 16.

Зн ач и те л ьн ую роль в разви тии японского ж и л ого д о м а сы грали ч ай ­ ные церемонии, приш едш ие и з К и т а я ещ е в V II I в. с н а ч а л а ка к религи­ озный обряд, а затем получивш ие распростран ен ие к а к светская церемония. В ж и л и щ е стало вы д ел яться д л я чайного ри ту ал а специ­ альное помещение, интерьер которого оп р ед ел ял ся п р ав ил ам и этих церемоний. Н а и б о л е е полное в ы р а ж е н и е они н аш л и в сёи н -д зу к ур и с его чайны ми п ав и л ь он ам и и домиками.

П ринципы п лан ировки у са д ь б ы и отдельного сооружения, о р г а н и за ­ ции внутреннего п ространства, применения м атериалов, связи природы и архитектуры, интерьер а и ок р у ж ен и я в сё и н -д зу к у р и были одинаковы д л я больш их загор од н ы х д вор ц овы х комплексов и маленьких чайных домиков, д л я усадеб высш их и средних слоев, т. е. д л я феодалов, с а ­ мураев, чиновников, свящ енников и т. д. В них соединялись ари сток р а­ ти ческая и зы сканность си н д эн -д зу к у р и, суровость и рац и онал изм ж и л и щ с а м у р ае в и простота сельского дома. Д л я с ё и к -д зу к у р и характерен п р я ­ моугольный план, или план, состоящий из р я д а прямоугольны х фигур, об р азу ю щ и х порой слож н ы й рисунок, объединенный под общей крышей.

Уровень п ола поднят на 60— 70 см над землей. Т е р р а с а огибает здание по всему п ери м етру или отдельной его части, имея при этом различную ширину. Д е р е в я н н ы е стойки к а р к а с а идут с определенным ритмом по п рямоугольной сетке, причем если по периметру зд ан и я величина п ро­ л ета не изменяется, то внутри р я д опор у б и р ается так им образом, чтобы в середине помещ ений не было отдельно стоящ их опор. Колонны не з а г л у б л я ю т с я в землю, они в озвы ш аю тся на каменны х б азах, что пред о хр ан яет их от сырости и обеспечивает достаточную сейсмостой­ кость.

Внутреннее пространство в с ё и н -д зу к у р и тр ак то ва л о сь не ка к какой то н ав сегд а зад ан н ы й объем, а к а к совокупность пространств, имею­ 15 И т о Т ай д зи, М и нка (Ж и л и щ а к р е с т ь я н ), Т окио, 1969.

16 К и т а о Х арум и ти, Сёин кэн ти к у сёсай д зи ф у (А р х и те к ту р а р азл и чн ы х зд ан и й типа с ёи н ), Т окио, 1956.

6* щ и х возм ож н ость изменяться. С истем а перегородок — стенок, сёдзи и ф ус ум а, ш и рм в виде тонких д ерев ян н ы х рам, склеенных бумагой, ко­ торы е могли р а зд в и г а т ь с я или у б и раться совсем, д а в а л и простой и на­ д е ж н ы й способ у п р а в л я т ь планом и пространством дома, уменьш ая или у в ел и ч и ва я его. С д е л ав подви ж н ы м и элементы н ар уж н ы х стен, японцы получили возм ож н о сть с в я з а т ь внутреннее пространство с окруж аю ­ щ ей природой. З д е с ь п ро сл еж и в ает ся не только эстетическое начало, с в я за н н о е с изменяемостью внутренней структуры, с подчинением ее человеку, с многообразием связей интерьера и окр уж аю щ ей природы, но и ф ун к ц и о н ал ь н ая необходимость, т а к к а к раскры тие части или все­ го зд а н и я п озвол я ет более точно регу л и р овать естественное охлаждение ж и л о г о дома.

В этот период у креп л я ется стрем лен ие к естественности, которая про­ я в л я л а с ь не только в п опы тках вклю чить природу в жизнь дома через об ъед и нени е пространств, но и посредством использования природного состояния м а тери ал ов, главны м о б разом д ерев а, поверхность которого, тщ а т е л ь н о о б р аб о тан н а я, сохраняет свою структуру и не окрашивается;

прим енением д л я кровли тростника, коры хиноки, а д л я матов и цино­ вок рисовой соломы.

О тд ел ьны е элем енты интерьера, пол, стены, потолок и т. д. высту­ п аю т не только в конструктивном и ф ункциональном качестве, но и в закончен н ом д екоративн ом, не требую щ ем дальнейш ей обработки и украш ен и й в виде мебели, картин, ковров и т. п. М атериалы — дерево, б у м аг а, р и со в ая солом а — непосредственно участвую т в создании ин­ тер ь ер а, соеди н яя в себе ф ун кц ион альн ое и эстетическое начало.

Т атам и, или маты из рисовой соломы, появились еще в древности, но в V I — X III вв. они испо л ьзовал и сь в качестве отдельных циновок или д оро ж ек, з а к р ы в а я лиш ь часть пола. П о зж е они, получив стан­ д ар тн ы й р а зм е р около 0,6 X 1,8 м, стали п окры вать весь пол помещений и п рев р ати л и сь в единицу измерения, определяю щ ую не только величи­ ну п л о щ ад и ком нат, но и остал ьн ы е разм еры, в частности высоту р а з ­ д в и ж н ы х перегородок. Б о л ь ш о е значение имеет д л я японского интерь­ е р а особый способ освещ ения, точное определение соотношения света и тени, которое гарм он и р ует с общ им стилем и композицией. М атовая р и со в ая б ум ага, п ро пуская рассеянны й свет, д е л а е т излишним резкую игру ярк и х красок, н а п р а в л я е т наш е внимание не к отдельным элемен­ т а м интерьера, а к их совокупности.

Т ак и м обр азо м, в японской архитектуре у ж е в IX— XII вв. сформи­ р о в а л а с ь зак о н ч ен н ая система принципов о рганизации ж и л и щ а син д э н -д зу к у р и, ко то р а я п о с л у ж и л а основой дальнейш его развития япон­ ского ж и л и щ а. Вершиной этого р азв и ти я с та л а д р у г а я система, извест­ н а я к а к сё и н -д зу к ур и, р асц в ет которой приходится на X V I— XVIII вв.

В ней отрази л и сь лучш ие черты японского традиционного зодчества и древней культуры, д остоинства и ценность которых позволили японско­ му кл ас си ч е ск о м у ж и л о м у д ом у стать одним из наиболее значительных дости ж ен и й мировой архитектуры.

F R O M T H E H IS T O R Y O F T H E JA P A N E S E D W E L L IN G T h e a rtic le d e sc rib e s th e e v o lu tio n of th e J a p a n e s e d w e llin g up to th e b e g in n in g of the II m ille n n iu m A. D. T he a u th o r d is tin g u is h e s fo u r s ta g e s w ith in th e p eriod u n d e r study:

1 m ille n n iu m В. C,— f irs t c e n tu rie s A. D.;

I l l — V c e n tu rie s, V I— V III c en tu rie s;

IX — XII c e n tu rie s ;

th e s e s ta g e s a re lin k e d to th e c h a r a c te ris tic fe a tu re s of h isto ric developm ent a n d th e so c ia l-e c o n o m ic sy s te m of so c ie ty in eac h p e rio d.

T he e v o lu tio n of th e J a p a n e s e d w e llin g -h o u se is tra c e d fro m p rim itiv e d w e llin g s h a lf­ s u n k in to th e g ro u n d to w a rd s a h o u se s ta n d in g a t g ro u n d level a n d a h o u se ra is e d upon su p p o rts. T he o rig in s of th e fa rm s te a d p la n, th e rise a n d d e v e lo p m e n t of th e Sinden-D zu k u ri s ty le a re d e sc rib e d. A n a tte m p t is m a d e in th e a rtic le to d e te rm in e th e ro le and im p o rta n c e of C h in e se a rc h ite c tu re in th e d e v e lo p m e n t of th e J a p a n e s e d w e llin g.

ДИСКУССИИ И ОБСУЖ ДЕНИЯ Г. А. Х а б у р г а е в ЭТНИЧЕСКИЙ С О С ТА В ДРЕВНЕРУССКОГО ГО С У Д А Р С ТВ А И ОБРАЗОВАНИЕ ТРЕХ ВОСТОЧ НО СЛАВЯ НСКИХ НАРО ДН О СТЕЙ (Л О ГИ Ч ЕС К И Е И ЛИНГВИСТИ ЧЕСКИ Е ЗАМ ЕЧАНИЯ К О Б С У Ж Д Е Н И Ю «ПЕРВОПРИЧИНЫ »

О Б РА ЗО В АН И Я Б ЕЛ О Р УС С К О Й Н А Р О Д Н О С ТИ ) 0.1. П лод отвор н ость любой научной дискуссии мож ет быть обеспе­ чена л иш ь при условии строгого с о б л ю д е н и я е е л о г и ч е с к и х о с н о в. У частни кам и дискуссии об этногенезе б е л о р у с о в 1 это в а ж ­ нейшее условие было наруш ено, и только п оэтому им не уд алось прийти к едином у мнению, хотя ф акты, из которы х исходили спорящ ие стороны, явно т р еб о в ал и однозн ачн ы х в ы в о д о в 2, что мне и хотелось бы показать.

В связи с этим п о стараю сь по возм ож н ости не п р ивл ек ать новых архео­ логических и этнограф ич ески х д ан ны х: в ходе дискуссии их приводилось вполне достаточно. Н у ж д а е т с я в пополнении л и ш ь м атери ал восточно­ сл ав ян ской диалектол оги и, поскольку он почти не наш ел отр аж ен и я в дискуссионных статьях. В м еш ател ьство ж е д и а л е кто л о га в решение проблем ы белорусского этногенеза м ож ет о к а з а т ь с я небесполезным, коль скоро п р изнается, что именно я зы к я в л я е тся основным внешним призн ак ом этнической п рин адлеж н ости. Во всяком случае, очерченный Е. Ф. К а р с к и м ар е а л белорусов, который л еж и т в основе построений В. В. С ед о ва (см. 1967, № 2, к арты на стр. 115, 117, 121, 122), выделен исключительно по лингвистическим д ан н ы м и полностью совп ад ает с ар е ал о м белорусских говоров к н а ч а л у XX в. (ср. ка р ту 4 настоящей статьи).

0.2. Д искуссию в ы зв а л тезис В. В. С едова, гласящ и й, что «политиче­ ское и экономическое обособление зап ад н о русск и х зем ель н е б ы л о п е р в о п р и ч и н о й о б р а з о в а н и я белорусского я зы к а и народности»

(1967, № 2, стр. 129;

р а з р я д к а моя.— Г. X ): такой «первопричиной»

1 См.: В. В. С е д о в, К п р о и сх о ж д ен и ю бел о р у со в (П р о б л е м а б ал тско го с у б стр а ­ та в э т н о ген езе б е л о р у с о в ), «С ов. эт н о гр аф и я », 1967, № 2;

е г о ж е, Е щ е р а з о п р о ­ и схож д ен и и б ел орусов, «С ов. эт н о гр аф и я », 1969, № 1;

П. Н. Т р е т ь я к о в, В осточны е с л а в я н е и б а л ти й ск и й с у б с т р а т, «С ов. эт н о гр аф и я », 1967, № 4;

В. А. Ж у ч к е в и ч, К в о п р о с у о б а л ти й ск о м с у б с т р а т е в этн о ген езе б ел орусов. «Сов. этн ограф и я», 1968, № 1;

М. Я. Г р и н б л а т, К п р о и сх о ж д ен и ю б ел о р у сск о й н а р о д н о с ти (по п оводу теории с у б с т р а т а ), «С ов. эт н о г р аф и я », 1968, № 5. П ри с сы л к ах н а ди скуссион ны е с та ть и у к а ­ зы в аю тся л и ш ь вы п уски и с тр ан и ц ы ж у р н а л а « С о в ет с к а я эт н о гр аф и я».

2 Э то, по су щ е ст в у, у ж е отм ечено в р е д ак ц и о н н о м к о м м ен тар и и к ди скуссии, где сп р ав ед л и в о у т в е р ж д а е т с я, что « р а зн о г л а с и я м е ж д у сп орящ и м и сто р о н ам и « е т а к у ж велики» (1969, № 1, стр. 121).

яв и л ся балтийский с у б с т р а т 3. А ргументируя этот тезис, автор явно см еш ивает, с одной стороны, вопрос о п р и ч и н а х о б о с о б л е н и я части потомков древнерусской народности в н о в у ю лингво-этническую общ ность — белорусов, с другой стороны, вопрос об и с т о ч н и к а х п р о и с х о ж д е н и я отдельны х язы ковы х и этнографических особенно­ стей, которы е ун асл ед о в ан ы белорусам и от их древнерусских предков.

С меш ение этих р азн ы х проблем (в конечном счете — отсутствие логиче­ ской строгости) отр аж ен о и в других дискуссионных выступлениях, в ре­ зу л ьтате;

чего спор с обсуж д ен и я «первопричины» перешел к выяснению д о л и б алтийских элементов в лингво-этническом своеобразии белорус­ ского н ар од а (см. статьи, у казан н ы е в сноске 1).

«В моей статье...,— р а зъ я с н я е т В. В. Седов в ответе оппонентам,— было показано, что некоторые элементы культуры верхнеднепровских сл ав я н V I I I — X II вв., р яд этнографических, антропологических и языко­ вых о с о б е н н о с т е й белорусов яв л яю тс я следствием взаимодействия приш лого славянского населения с местными балтами. Отсюда неизбе­ ж е н вывод — ф орм и рован ие б е л о р у с с к о й э т н о л и н г в и с т и ч е ­ с к о й о б щ н о с т и происходило при воздействии на днепро-двинско понеманскую часть восточного с л ав я н с тв а балтского субстрата» (1969, № 1, стр. 105;

р а з р я д к а моя.— Г. X ). Н е л ь зя не заметить, что между первым тезисом этого р азъ ясн ен и я и выводом отсутствует вторая посыл­ ка, ко то р а я п о зв о л я л а бы о тож д ествл я ть «верхнеднепровских славян V I I I — XII вв.» (!) с «белорусской этнолингвистической общностью».

В. В. Седов, к сож алению, не о брати л на это в н и м а н и я 4, а потому сфор­ м ули рованн ы й им вывод (балтийский субстрат — причина обособления белорусов) остается логически необоснованным: чтобы проверить его, необходимо найти вторую посылку, т. е. установить, с о о т в е т с т в у ю т ли в р е г и о н е д р е в н е р у с с к и х п о с е л е н и й а р е а л ы т р ех с о в р е м е н н ы х в о с т о ч н о с л а в я н с к и х н а р о д о в (в том числе и белорусов) л о к а л ь н ы м я з ы к о в ы м и э т н о г р а ф и ч е с к и м а р е а л а м д р е в н е р у с с к о г о п е р и о д а (до X II I— XIV вв.).

1. Н овей ш и е археологические исследования подтверж даю т давн пред пол ож ени е о генетической неоднородности славян Восточной Е вро­ пы: север был освоен потом кам и носителей «венетских» древностей, в то в р е м я к а к к о л он и зац и я остальны х районов осущ ествлялась из ареала культуры ж итом и рско -кор ч акского ти па (V I— V II вв.) и об н а р у ж и ва ю ­ щейся, позднее, но явно связанной с нею роменско-боршевской культу­ ры 5. Я зы к о вы м отр аж ен и е м этих двух колонизационных потоков можно считать качество (способ о б р азо в ан и я ) звонкого заднеязычного соглас­ ного: гр ан и ц а г (смычного) ~ h (фрикативного) делит ареал восточных с л ав я н на северную и ю ж ную части;

при этом г, х ар актери зу я северно­ великорусские (и среднерусские) говоры, свойствен так ж е д иалектам П о л ьш и и Л у ж и ц ы (лехитским) — «венетским» по п роисхож д ен ию 6, a h 3 Ср. т а к ж е 1969, № 1, стр. 119;

см. т а к ж е : В. В. С е д о в, С л а в я н е Верхнего П о д н е п р о в ь я и П о д в и н ь я, « М а т ер и а л ы и и с сл е д о в а н и я по арх ео л о ги и С С С Р » (дал ее М И Д ), № 163, 1970, с тр. 192.

4 См., в ч астн ости, 1969, № 1, стр. 118, где В. В. С едов в о з р а ж а е т против с п р а­ в е д л и в о го за м е ч а н и я М. Я. Г р и н б л а т а о том, что в его р а б о т а х по сущ еству д о к а зы ­ в а е т с я « в л и ян и е б ал ти й ск о го с у б с т р а т а на ф о рм и рован и е д р е в н е го в осточн осл ав ян ­ с к о г о н асел ен и я», а м е б ел о р у со в (см. 1968, № 5, стр. 81).

5 См.: Б. В. Г о р н у н г, И з п р ед ы сто р и и о б р а зо в а н и я о б щ ес л ав ян с к о го язы кового е д и н с тва, М., 1963, стр. 4 и д р.;

П. Н. Т р е т ь я к о в, Ф инно-угры, б ал ты и с л а в я н е на Д н е п р е и В олге, М.— Л., 1966, с тр. 280— 285 и д р.;

Л. В. А л е к с е е в, П о л о ц к а я зем ­ л я (очерки и сто р и и С еверн ой Б ел о р у сси и ) в IX — X III вв., М., 1966, стр. 33, 34, и д р.;

И. И. Л я П у ш к и н, С л а в я н е В осточной Е вр о п ы н а к ан у н е о б р а зо в а н и я Д р е в н е ­ русск о го го су д а р с т в а (V III — п е р в а я п ол ови н а IX в.). И стори к о-археол оги ч еск и е очер­ ки, М И Д, № 152, Л., 1968, стр. 15, 16;

В. В. С е д о в, С л а в я н е В ерхнего П однеп ровья..., стр. 70— 71, и д а л ее, в ч астн ости, закл ю ч ен и е н а стр. 191.

6 В л и н гви сти ч еск ой л и т е р а т у р е на генетическую с в я зь северн овосточн осл авян ски х д и а л е к т о в с л ех и тски м и у к а з ы в а л о с ь у ж е д а в н о, н ап ри м ер, в р а б о т а х Л. Л. В аси ­ (задн ен ебн ы й или ф а р и н г а л ь н ы й ), известный ю жновеликорусским, бело­ русским и украин ск им д и а л е к там, х ар актер ен т а к ж е д л я словацкого и чешского язы ков, п р о д о л ж а ю щ и х д и а ле кты носителей культуры п р а ж ­ ского типа, л о кал ьн о й разновидностью которой яв л я л ас ь житомирско корч ак ская.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.