авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

М. В. НИКОЛАЕВ

ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ,

ОРГАНИЗАЦИОННО-ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ

И МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ

ЭФФЕКТИВНОСТИ

Издательство

Казанского университета

2005

УДК 330.1

ББК 65.01

Н 63

Печатается по рекомендации

Ученого совета Казанского университета

Научный редактор

доктор эконом. наук, профессор Г.В.Семенов

Рецензенты:

доктор эконом. наук, профессор, Заслуженный деятель науки РТ С.В.Мокичев, доктор эконом.наук, профессор М.К.Насыров Николаев М.В.

Н 63 Институциональные, организационно-хозяйственные и макроэкономические условия эффективности / М. В. Николаев. – Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2005. – 112 с.

ISBN 5-7464-1406-9 Монография посвящена исследованию комплекса инсти туциональных, организационно-хозяйственных и макроэкономичес ких условий эффективного функционирования неравновесных хозяйственных систем. В ней рассматривается влияние на эффек тивность со стороны институтов предпринимательства и собственности в их взаимосвязи с состоянием и изменениями технологического базиса, анализируются современные эффек тивные направления развития форм организации производства, особенности неравновесной макроэкономической динамики, показана роль доминирующих институтов в эффективности макроэкономического регулирования Рекомендуется для научных работников, специализирующихся в области экономической теории, преподавателей, аспирантов и студентов экономических специальностей.

ISBN 5-7464-1406-9 © Николаев М.В., 2005.

ВВЕДЕНИЕ Повышение эффективности хозяйствования было и остается главным условием экономического развития и увеличения общественного благосостояния, основным средст вом решения многочисленных социальных проблем. Ее рост зависит от массы применяемых средств производства и рабочей силы, от степени их использования и определяется большим комплексом институциональных, организационно хозяйственных и макроэкономических условий. Выражая совокупность наиболее общих и устойчивых связей и отношений, касающихся результатов экономической деятель ности и произведенных при этом затрат, эффективность выступает не только ключевым понятием хозяйственной практики, но и важнейшей категорией экономической науки, в которой воплощается обобщенный итог использования факторов производства, качества и плодотворности их соединения.

Различные аспекты проблемы эффективности всегда были предметом научных исследований. Им посвящены многочисленные публикации отечественных и зарубежных ученых, в том числе Л.И. Абалкина, А.Г. Аганбегяна, А.И. Ан чишкина, В.С. Астраускаса, А.В. Барышевой, Л.С. Бляхмана, Б. А. Буханевича, Р.В. Гаврилова, Е.И. Капустина, Е.П. Мане вича, В.С. Немчикова, В. В. Новожилова, С. Г. Струмилина, А. А. Френкеля, М. Алле, Дж. Кейнса, О. Ланге, А. Маршалла, Дж. фон Неймана, А. Пигу, П. Сраффы, Э. Хансена, М. Фрид мена и других.

Вместе с тем, в связи с переходом России и ряда государств Восточной Европы на рыночную форму отношений, в последние годы все более актуальными становятся исследования вопросов эффективности с точки зрения условий экономического неравновесия, в которых находятся все трансформирующиеся (переходные) экономики этих стран.

Сложный и неоднозначный характер зависимости эффектив ности хозяйствования от типа формирующегося неравновесия, противоречивость, а нередко и непредсказуемость результатов функционирования переходных систем обусловили необхо димость более глубокого осмысления и понимания сущности происходящих в них экономических трансформаций и выяс нения характера их глубинных взаимосвязей и взаимодействий с развитием технологического базиса общества, с институтами предпринимательства и собственности, с денежными социаль ными и политическими институтами. Потребовались уточнения и новые исследования связей эффективности с организа ционными формами производства и управления, ее зависи мости от выбора стратегий макроэкономического регулиро вания.

Все вышесказанное предопределило выбор темы и цель настоящей монографии, которой является исследование условий эффективного функционирования хозяйственных систем различных уровней на стадии их трансформации.

Тематически монография примыкает и фактически является продолжением исследований, изложенных в другой работе автора "Теоретико-методологические проблемы формирования эффективных хозяйственных систем", в которой были рассмот рены вопросы содержания категории эффективности с точки зрения экономического неравновесия, раскрыта сущность механизма самоорганизации неравновесных хозяйственных систем как основы их эффективности, проанализированы интегральные свойства неравновесных экономических систем, непосредственно воздействующие на результативность их функционирования.

В соответствии с заложенной логикой первая глава настоящей работы посвящена анализу изменений, происходя щих в технологическом базисе общества и выступающих главной предпосылкой институциональных и структурных преобразований в экономической системе, определяя в конеч ном счете основные характеристики и черты нового типа эконо мического неравновесия, в том числе степень экономической эффективности.

Во второй и третьих главах, опирающихся на результаты и выводы первой, исследуется влияние на результативность хозяйствования со стороны института предпринимательства и показана его недостаточность, в особенности малого и средне го бизнеса, обусловленная негативными тенденциями, склады вающимися в технологической структуре российской экономики.

В четвертой главе анализируется, с учетом сегодняшнего состояния технологического базиса и главных направлений в его изменении, эволюция форм организации современного производства и их влияние на устойчивость хозяйственных систем. В частности, установлена тенденция к организа ционному многообразию, реализация принципа дополни тельности форм по отношению друг к другу, показаны особен ности развития организационных систем, проявляющиеся в их "идеализации" и интеграции.

Пятая – седьмая главы посвящены различным аспектам проблемы макроэкономического регулирования хозяйственных систем. В них проанализированы особенности неравновесной макроэкономической динамики: наличие флуктуаций, дисба лансов, малых циклов, показана роль доминирующих инсти тутов в эффективности макроэкономического регулирования, установлена целесообразность воздействия государства на структурные соотношения в экономике.

ГЛАВА ИЗМЕНЕНИЯ В ТЕХНОЛОГИЧЕСКОМ БАЗИСЕ ОБЩЕСТВА КАК ПРЕДПОСЫЛКА ФОРМИРОВАНИЯ НОВЫХ ТИПОВ ЭКОНОМИЧЕСКОГО НЕРАВНОВЕСИЯ Изменения в технологическом базисе приводят к глубоким качественным преобразованиям в системо- и структурооб разующих связях, характеризующих и регулирующих сущностный уровень экономической деятельности и соответст вующий стиль хозяйственного поведения, определяя тем самым конкретный новый тип экономического неравновесия и содержание эффективности. Указанные изменения находят свое выражение в динамике технологической структуры экономической системы, реализующейся через процессы развития и смены технологических укладов, под которыми понимаются целостные комплексы сопряженных производств.

На сегодня, как известно, принято выделять пять технологических укладов, каждый из которых характеризуется своей технологической волной продолжительностью в 50 лет.

Первая из них охватывает период с 1770 по 1830 - е гг., вторая – с 1830 по 1880 - е гг., третья – с 1880 по 1930 - е гг., четвертая – с 1930 по 1980 - е гг. и наконец, пятая волна, соответствующая пятому технологическому укладу, начавшись в 1980 г., будет продолжаться предположительно по 2030 г.1, после чего должна произойти очередная структурная перестройка мировой хозяйственной системы в направлении использования новых перспективных факторов экономического роста, связанных, в частности, с использованием в производстве систем искусственного интеллекта и глобальных информационных сетей.

В основе смены технологических укладов и динамики технологической структуры лежит взаимодействие ключевых отраслей, образующих так называемое ядро соответствующего уклада, и постепенная переориентация экономических ресурсов из названных отраслей в базовые отрасли – ядро нового более высокого технологического уклада, являющаяся, в конечном счете, следствием рационального или ограниченно рациональ См.: например,: Кушлин В. И Инновационность хозяйственных сис тем / В. И. Кушлин, А. Н. Фоломьев, А. З. Селезнев, Е. К. Смирницкий. – М.: Эддиториал УРСС, 2000. – С.13.

ного поведения хозяйствующих субъектов, стремящихся к максимальному (или к наилучшему из возможных в данных конкретных усло-виях) результату.

Вместе с тем указанная переориентация представляет собой не просто последовательный переход от одной к другой отраслевой структуре, а сложный и противоречивый процесс, характеризующийся остановками, возвратами, движениями вспять или, напротив, ускорениями, проявляясь лишь как общая структурная направленность в изменении воспро изводственных процессов, обусловливая более или менее выраженную многоукладность любой экономической системы, уровень которой определяется многочисленными другими обстоятельствами, в том числе соотношениями между инсти тутами власти и собственности, рыночными и админист ративными рычагами управления, показателями эффектив ности в различных отраслях хозяйственной деятельности, уровнем и динамикой нормы накопления. При этом степень технологической многоукладности в целом выступает важней шей характеристикой типа сложившегося или формирую щегося экономического неравновесия, а направленность и ско рость ее изменения – критерием эффективности развития хозяйственной системы.

Воздействие преобразований, происходящих в техноло гической структуре производства под влиянием смены техно логических укладов, на формирование новых типов экономи ческого неравновесия и эффективность хозяйствования в значительной мере осуществляется через институт собствен ности и изменения, происходящие в нем под влиянием выше названных преобразований.

Так, например, развитие третьего и четвертого технологи ческих укладов, обусловившее в свое время переход к массовому и серийному производству, стимулировало быстрое развитие государственной собственности, как наиболее соответствующей названному типу хозяйствования и поэтому обеспечивающей его более высокую эффективность по сравнению с индивидуальной частной собственностью.

Однако последующее развитие пятого технологического уклада, уравнявшего экономические возможности крупного и мелкого производства, вновь обусловила интерес к индиви дуальной частной собственности, как более эффективной уже в новых условиях хозяйствования и положила начало новому витку ее развития.

Вернемся к анализу процессов развития и смены техно логических укладов.

Ядром первого из них выступает текстильная промыш ленность, текстильное машиностроение и выплавка чугуна, второго – машиностроение, станкоинструментальное произ водство и угольная промышленность, третьего – электротех ническое и тяжелое машиностроение, прокат стали и хими ческое производство, четвертого – автомобилестроение, цветная металлургия, производство товаров длительного пользования и отрасли переработки нефти. А ядром сегодняш него пятого уклада являются электронная промышленность, роботостроение и производство информационных услуг.

Из приведенного перечисления видно, что в каждый данный период действительно имеет место сосуществование и пересечение производств, относящихся к различным техноло гическим укладам, при доминировании какого-либо одного или нескольких, с которыми связаны перспективы дальнейшего экономического роста и повышения эффективности. Так, осо бенности сегодняшнего этапа развития определяются главным образом соотношением базовых отраслей двух последних укладов – четвертого и пятого. При этом отрасли четвертого уклада в развитых странах достигли своей технологической зрелости и быстро уступают лидерство основным компонентам формирующегося пятого уклада – микроэлектронике, програм мному обеспечению, космическим технологиям, технологиям производства средств автоматизации и переработки инфор мации, сопровождаясь переходом от массового серийного производства, характерного для 1980 - х гг., к удовлетворению индивидуальных единичных потребностей, а также явлениями экологизации и дезурбанизации.

Вместе с тем аналогичные процессы взаимодействия технологических укладов в российской трансформационной экономике отличаются значительной спецификой, определяя особенности формирующегося типа неравновесия.

Еще в советский период ей была присуща весьма высокая, по сравнению с другими странами, степень многоукладности, связанная главным образом с относительной неразвитостью и неналаженностью механизмов эффективной переориентации ресурсов из отсталых отраслей в базовые. Становление каж дого нового технологического уклада в СССР обычно сопро вождалось одновременно продолжающимся расширением укладов более низкого порядка, наряду с медленным формированием пятого технологического уклада продолжалось устойчивое воспроизводство четвертого и даже третьего, что в целом неизбежно снижало эффективность хозяйственной системы, увеличивало отставание от развитых стран и вело ко все большему нарастанию структурных диспропорций.

Все это создавало объективные предпосылки для перио дического возобновления попыток экономического реформиро вания, приведя в конечном счете к необходимости радикальной перестройки механизма хозяйствования на рыночных принципах.

Однако, вопреки ожиданиям, преобразования 1990 – х гг.

не обеспечили позитивных сдвигов в технологической струк туре производства. Напротив, она начала меняться даже в худшую сторону. Уже в самом начале реформ, в 1992 г., произошло резкое снижение индустриального сектора, соот ветствующего четвертому технологическому укладу, как по абсолютной величине, так и по удельному весу в валовом выпуске продукции. И к 1994 г. по степени его развития рос сийская экономика оказалась на уровне 1974 г. по абсолютным характеристикам и всего лишь на уровне 1969 г. – по относи тельным.

Доля продукции этого уклада в производстве потреби тельских товаров сократилась в 1990 – 1994 гг. с 52 до 42 %, в аграрном комплексе – с 38 до 27 %, в строительстве – с 50 до 42 %, на транспорте – с 62 до 58 %. Но еще более негативные изменения произошли с пятым технологическим укладом, уровень развития которого упал в 1995 г. до уровня 1990 г., а его доля в валовом выпуске промышленной продукции, и так составлявшая всего лишь 6 %, сократилась до 2 %, при этом в машиностроении – с 20 до 8 %, а в производстве промыш ленных товаров для населения – с 4 до 1 %1.

Эти же негативные тенденции продолжали развиваться и в последующие периоды, что не позволяет отнести их, как это См.: Биншток Ф. Предприятие и формация / Ф. Биншток, С. Глазь ев, Д. Москвин, М. Фельдман. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. – С.265 – 268.

нередко делается, только на счет неизбежного трансформа ционного спада. Так, к 2000 г. еще более снизилась доля постиндустриального сектора в валовом выпуске продукта. В целом по промышленности она сократилась на 30 %, в том числе в машиностроении на 20 %. Рост на 2 % имел место только в одной отрасли – лесной, деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности, во всех остальных он либо упал, либо остался на прежнем уровне. Уменьшилась также и доля индустриального сектора, соответствующего четвертому технологическому укладу, на 18 % (суммарно) в нескольких отраслях промышленности (лесной, деревообра батывающей и целлюлозно-бумажной, производстве строи тельных материалов, в легкой и пищевой промышленности) и на 30 % – в сельском хозяйстве при одновременном росте в этих же отраслях доли еще доиндуст-риального сектора, в том числе в сельском хозяйстве – на 30 %1.

Если сопоставить эти данные с изменениями в материа льно-технической базе, то можно увидеть, что отрицательные явления в изменении технологического базиса продолжали развиваться и в последующие годы. Так, например, степень износа основных фондов в целом по промышленности выросла с 46,4 % в 1990 г. до 53,6 % в 2003 г., при этом в машиностроении с 47,5 до 54,8 %, коэффициент обновления основных фондов в целом по промышленности упал с 6,9 в 1990 г. до 1,7 в 2003 г., причем в машиностроении с 6,6 до 0,8, соответственно, а коэффициент выбытия основных фондов снизился за этот же период по промышленности в целом с 1, до 1,0, а в машиностроении – с 1,6 до 1,22, что свидетельствует не только о замедлении научно-технического прогресса, но и о нарастании технологического отставания российской эконо мики.

Об этом же говорит и ухудшающаяся возрастная структура оборудования в промышленности, отраженная в таблице 1.

См.: Красильников О. Ю. Структурные сдвиги как фактор экономи ческого роста в современной России / О. Ю. Красильников // Формирование российской модели рыночной экономики: противоречия и перспективы / под ред. К. А. Хубиева. – М.: ТЕИС, 2003. – Ч.2. – С. 110.

См.: Российский статистический ежегодник: стат. сб. / Гос. ком. Рос.

Федерации по статистике. – М., 2003. – С.353;

Россия в цифрах, 2004:

Краткий стат. сб. / Федер. служ. гос. статистики – М., 2004. – С. 190.

Таблица Возрастная структура производственного оборудования в промышленности (в %) Все из него в возрасте, лет Средний оборудо возраст вание Годы оборудо (на Более вания, до 5 6 – 10 11 – 15 16 – конец 20 лет года) 1970 100 40,8 30,0 14,0 6,9 8,3 8, 1975 100 37,5 29,7 14,8 9,0 9,0 8, 1980 100 35,5 28,7 15,6 9,5 10,7 9, 1985 100 33,1 28,2 16,0 9,8 12,9 10, 1990 100 29,4 28,3 16,5 10,8 15,0 10, 1995 100 10,1 29,8 22,0 15,0 23,1 14, 1996 100 7,2 27,5 23,4 16,1 25,8 15, 1997 100 5,2 24,1 24,7 17,5 28,5 16, 1998 100 4,1 20,1 25,3 18,9 31,6 17, 1999 100 4,1 15,2 25,7 20,1 34,8 17, 2000 100 4,7 10,6 25,5 21,0 38,2 18, 2001 100 5,7 7,6 23,2 21,9 41,6 19, 2002 100 6,7 5,8 20,0 22,6 44,9 20, Источник: Российский статистический ежегодник: стат. сб. / Гос.

ком. Рос. Федерации по статистике. – М., 2003. – С. 354.

Из таблицы 1 видно, что тенденция к его старению четко просматривается, начиная еще с 1970 г. по настоящее время, однако за годы реформ положение не только не изменилось в лучшую сторону, а, напротив, еще более ухудшилось, а темпы старения увеличились. Так, доля оборудования в возрасте до лет упала с 29,4 % в 1990 г. до 6,7 % в 2002 г., а в совокупности с оборудованием в возрасте до 10 лет, соответственно, – с 57, до 12,5 %, в то время как доля оборудования возрастом более 20 лет увеличилась с 15 % в 1990 г. до 44,9 % в 2002 г. и средний возраст его составляет в настоящее время 20,1 года.

О своеобразии типа неравновесия, формирующегося в российской экономической системе и зависимости его эффек тивности от состояния технологического базиса свидетельст вуют не только вышеприведенные материалы, но и его анализ на основе геоэкономического подхода, который показывает достаточно быстро возрастающую аграрносырьевую направ ленность развития российской экономики. Об указанной направленности говорит, например, все более усиливающаяся в последние годы специализация России в основном на экспорте единичных товаров – природных ресурсов и соответ ствующее встраивание ее в низшее звено целостной мировой воспроизводственной цепи, что, однако, выглядит с точки зрения структуры мирового хозяйства малоперспективным.

Последнее хорошо иллюстрируется данными об изме нении товарной структуры мирового экспорта (табл. 2).

Таблица Динамика товарной структуры мирового экспорта в 1955 – 2015 гг. (в % к общему итогу в текущих ценах) Годы Товарные группы 20001 20051 1955 1973 Готовые изделия 40,9 55,5 74,6 77,1 79,8 86, Машины и оборудование 21,0 32,7 38,3 41,7 43,9 48, Химические продукты 5,3 7,3 9,3 10,1 10,7 12, Другие товары произв.

4,8 5,0 8,1 8,1 8,0 8, назначения Потребительские 7,0 8,1 18,9 17,2 17,2 17, товары Топливно-сырьевая группа 23,2 21,5 13,6 11,8 10,0 6, Топливо и 11,0 11,0 7,7 5,9 4,1 2, электроэнергия Черные металлы 4,7 5,0 2,9 2,9 2,7 2, Руды, минералы, 7,5 5,5 3,0 3,0 3,2 2, цветные металлы Аграрные продукты 34,9 21,1 11,8 11,1 10,2 6, Продовольствие 21,9 15,0 9,1 8,0 7,6 5, Сельскохозяйственное 13,0 6,1 2,7 3,1 2,6 1, сырье Прогнозные данные Источник: Шишков Ю. Структурные проблемы врастания России в мировую экономику / Ю. Шишков // Politekonom. – 1998. – № 4 – С. 39.

Из таблицы 2 видно, что из трех главных товарных групп, определяющих названную структуру (готовых изделий, топливно-сырьевой и аграрных продуктов) только первая характеризуется быстрым и устойчивым возрастанием своей доли в структуре мирового экспорта. Если еще в 1955 г. она составляла только 40,9 %, т.е. значительно меньше половины, то в 2000 г. – уже 77,1 %, более двух третей, а к 2015 г. должна достичь почти 87 % или более четырех пятых. При этом абсолютно большая доля экспорта во все годы приходится на группу "машины и оборудование": 21,0 % в 1955 г., 41,7 % в 2000 г. и почти половину – 48,7 % она должна составить к 2015 г. Существенно меньшая доля падает на группу "химические продукты": 5,3 % в 1955 г., 10,1 % в 2000 г. и, предположительно, 12 % в 2015 г. Сложнее изменяется доля группы "потребительские товары". Вначале, с 1955 по 1995 гг., она быстро увеличивается с 7 до 18,9 %, но затем несколько снижается в 2000 г. – до 17,2 % и в дальнейшем остается примерно на том же уровне. Таким образом, очевидно полное доминирование в структуре мирового экспорта товарной группы "готовые изделия".

Из приведенных материалов видно также быстрое сокра щение доли топливно-сырьевого рынка и рынка аграрных продуктов относительно других секторов мировой торговли, что можно объяснить быстрым развитием пятого технологического уклада, массовым переходом в этой связи на новые ресурсо сберегающие информационные технологии и, как следствие, общим значительным снижением ресурсоемкости мировой эко номики. При этом обращает на себя внимание то, что на топливно-сырьевом рынке быстрее всего уменьшается доля сектора топлива и электроэнергии, на который в основном и ориентируется сегодняшняя российская экономика. Если еще в 1973 г. ее величина составляла 11 %, то в 2000 г. – уже только 5,9 %, а к 2015 г. она должна упасть до 2,9 %.

Еще более высокими темпами происходит сокращение доли рынка аграрных продуктов – с 34,9 % в 1955 г. до 11,1 % в 2000 г. и предположительно до 6,6 % в 2015 г., а внутри него быстрее всего уменьшается (более чем в 8 раз) доля сектора сельскохозяйственного сырья, которая составляет на сегодня в общей структуре экспорта только 2,6 %, а к 2015 г. должна сократиться всего лишь до 1,5 %.

В свете сделанного анализа сегодняшняя аграрно сырьевая направленность российской экономики и выраженная топливно-сырьевая ориентированность ее экспорта действи тельно выглядят, как отмечалось выше, малоперспективными, не позволяют говорить о ее эффективности и свидетельствуют о нарастании технологических проблем.

Таким образом, проведенное исследование позволяет утверждать, что состояние технологического базиса общества и происходящие в нем изменения выступают важной мате риальной основой развития типа экономического неравновесия и в значительной мере "задают" его эффективность. Тем не менее зависимость между ними не так прямолинейна и однозначна, как это вначале может показаться. Она определяется многими параметрами и прежде всего типом доминирующего института и институциональной структурой производства, целевыми установками и общей направлен ностью экономической эволюции, характером проявления интегральных свойств экономической системы.

Так, формирующийся на сегодня тип неравновесия в российской экономической системе представляется, с точки зрения общих закономерностей рыночной экономики (ее запад ной модели), неэффективным. Хозяйственная система по прежнему продолжает оставаться технологически многоук ладной с преобладанием и продолжающимся расширением укладов более низкого порядка (в том числе доиндустриа льного) и расширением аграрно-сырьевого сектора, с неразвитыми механиз-мами эффективной переориентации ресурсов из технологически отсталых отраслей в базовые отрасли перспективных укладов, что способствует усилению неравномерности развития, углублению общего экономического неравновесия и создает реальные предпосылки для новых застоев и экономических кризисов.

Вместе с тем с точки зрения закономерностей переходного (трансформационного) периода, в особенности с учетом прояв ления таких интегральных свойств экономической системы, как, например, ее фрактальность или иерархичность, а также с точки зрения формирования не рыночной, а смешанной экономики, оценки будут более сдержанными и более опти мистичными.

ГЛАВА СТАНОВЛЕНИЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА КАК ОБЩЕСТВЕННОГО ИНСТИТУТА И ЕГО РОЛЬ В ФОРМИРОВАНИИ ЭФФЕКТИВНЫХ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ СИСТЕМ Развитие института предпринимательства и обеспечение позитивной динамики предпринимательского капитала являю тся важным условием эффективного функционирования хо зяйственной системы и успеха рыночных преобразований. На предпринимателя в рыночной экономике возлагается роль организатора производства товаров и услуг, он координирует расширяющиеся потребности общества с возможностями про цесса производства. Вместе с тем предприниматель однов ременно выступает участником формирования новых общественных потребностей при помощи активных хозяйствен ных стратегий. Субъект предпринимательской деятельности отвечает за стратегический выбор своего предприятия (корпо ративной структуры), формирование стратегических приори тетов, а эффективность такого выбора в конечном счете определяется конкурентоспособностью и занимаемой рыночной позицией фирмы. В зависимости от успешности стратегий поведения формируется той или иной тип предпринима тельской деятельности и предпринимательской культуры, института предпринимательства.

Термин "предпринимательство" был, как известно, введен в научный оборот еще в XVIII в. Р. Кантильоном, а интерес к данному феномену со стороны экономической теории возник в связи с попытками объяснения источников экономического роста и природы прибыли. С точки зрения классиков полити ческой экономии Ф. Кенэ и А. Смита предприниматель предс тавал как собственник капитала, который вкладывает его в наиболее привлекательные и испытывающие недостаток ресурсов сектора производства, при этом от рантье его отли чало то, что он сам управлял своим капиталом. Впоследствии функции предпринимателя как организатора производства, оказались в центре внимания экономической науки, особенно в работах А. Маршалла, Л. Вальраса, К. Менгера, Ф. Визера, определивших предпринимателя как менеджера. Содержание предпринимательства интерпретировались ими как приспо собление производства к изменяющимся условиям среды, восстановление рыночного равновесия или как более эффек тивное использование ресурсов в целях насыщения спроса.

В более позднее время трактовка предпринимательства существенно расширяется. Например, в концепции Д. Найта главной из них становится несение бремени риска и неопределенности. Согласно этой концепции, люди, несущие указанное бремя и гарантирующие выплату заработной платы наемным работникам, получают в обмен на такие гарантии право на управление деятельностью людей и получение части прибыли.

Взгляд на предпринимателя как организатора произ водства получает новое развитие в работах Й. Шумпетера и П. Дракера, согласно которым инновационный характер предпринимательства заключается не только в выборе наилучшей из альтернатив, но и в активном формировании новых возможностей для производства. Согласно теории Й. Шумпетера, предпринимательство оказывается в полном смысле неотъемлемой функцией экономической системы, реализацию которой нельзя связывать исключительно с каким то субъектом, представителем специфического класса. В процессе развития экономики предпринимательские функции, заключающиеся в осуществлении организационно-хозяйствен ных инноваций, "новых комбинаций факторов производства" могут брать на себя различные хозяйственные субъекты.

С точки зрения неоинституционализма предприниматель является специфическим "механизмом" минимизации трансак ционных издержек, выбирая организацию фирмы как альтер нативу контрактным отношениям на рынке1.

Таким образом, в широком смысле предпринимательство может рассматриваться как экономическая функция хозяйст венной системы по осуществлению спектра организационных и технологических инноваций, реализацию которой в зависи мости от конкретных условий могут осуществлять различные субъекты, движимые мотивами извлечения прибыли. При этом содержание предпринимательской деятельности отличается большим разнообразием. Она может быть связана и не свя зана с собственностью на капитал, сопровождаться управлен Коуз Р. Фирма, рынок и право / Р. Коуз. – М.: Дело, 1993. – С. 36.

ческой или организационной активностью, осуществляться в рамках иерархических структур или по собственной инициати ве, основываться на тщательном изучении рынка, сборе всеобъемлющей информации о предпочтениях потребителей, или опираться на чистую интуицию.

Как точно отметил В. Радаев каковы бы ни были те или иные особенности предпринимательской деятельности, в эко номическом понимании она выступает как функция, воз никающая и исчерпывающаяся по мере необходимости, могущая бесконечно дробиться и интегрироваться. Эта функ ция присуща любой хозяйственной системе, по крайней мере, с момента ее вступления в стадию индустриализации, вполне может реализовываться в государственном и в негосу дарственном секторах, существовать при самых различных политических режимах1.

Становление института предпринимательства тесно связано с изменениями, происходящими в институциональной матрице общества, с развитием институтов собственности и денежных институтов, с состоянием и тенденциями изменения технологического базиса.

Сохранение активной социальной среды доминирования институтов власти, формирование института частной собственности при одновременном широком использовании разнообразных схем индивидуальных, кол лективных, региональных, ведомственных, профессиональных и социально-групповых привилегий создают в сегодняшней российской экономике условия, во многом отрицательные для развития предпринимательских функций отечественной хозяйственной системы. Преобладающий психологический тип, мотивы, унаследованные со времен централизованной экономики, исторические и социальные корни формируют весьма своеобразный российский тип предпринимателя, су щественно отличающийся от традиционных представлений.

В этой связи оправданным будет остановиться на основных чертах традиционного, классического предпринима теля, на исторических условиях его формирования, чтобы яснее представить возможные направления развития эффек тивного предпринимательства в трансформационной эконо Радаев В. Экономическая функция и психологический аспект предпринимательства / В. Радаев // РЭЖ. – 1995.– № 10. – С. 91.

мике. Несомненно, что психологический склад предприни мателя должен сочетать в себе особые интеллектуальные способности, умение осваивать новые знания, воображение, изобретательность, личную энергию, волю к действию, фантазию. Возвращаясь к "шумпетерианскому" типу предприни мателя, можно отметить, что последний постоянно находится в движении, в поиске новых направлений приложения собствен ных сил, он не привязан к какому-то одному предприятию или собственности, текуч и изменчив, его воля и усилия направ лены на изменение окружающей среды.

Одним из важных мотивов предпринимательской деятель ности является извлечение прибыли, но она понимается преимущественно не как средство удовлетворения личных потребностей, а как критерий успеха, источник реализации новых проектов, развития других направлений деятельности.

Предприниматель, по Й. Шумпетеру, движим стремлением к свободе и самоорганизации. Среди психологических особен ностей предпринимательского типа человеческой личности ученые нередко называют повышенную потребность в достижениях и склонность к риску.

Немаловажное значение в становлении института предпринимательства играют исторические традиции общест ва. Так, М. Вебер, характеризуя "дух предпринимательства", подчеркивал, что в его основе лежало стремление сохранить традиционный образ жизни, традиционную прибыль, тради ционный рабочий день, традиционное ведение дел, тради ционные отношения с рабочими и традиционный, по существу, круг клиентов, а также традиционные методы в привлечении покупателей и в сбыте, и все это определяло "этос" предпринимателей данного круга1. В. Зомбрат видел в синтезе духа предпринимательства и духа мещанства рождение капиталистического человека: "Предпринимательский дух это синтез жажды денег, страсти к приключениям, изобрета тельности и многого другого;

мещанский дух состоит из склон ности к счету и осмотрительности, из благоразумия и хозяйствен-ости"2. Диалектическое противоречие и единство Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма / М. Вебер // Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. – С. 87.

Зомбрат В. Буржуа. Этюды по истории развития современного экономического человека / В. Зомбрат. – М.: Наука, 1994. – С. 19.

столь разнообразных черт и создают движущую силу капита листического духа.

Разумеется, исторические и социальные корни предпринимательства глубже и разнообразнее и не исчер пываются религиозной или расовой спецификой. Так, со-лас-но современным концепциям, институт предпринимательства получил свое развитие в Западной цивилизации, во-первых, благодаря становлению и усилению городской культуры, успешно противостоящей феодальному праву, во-вторых, – изначальной слабости институтов власти в средневековой Европе, в результате чего сформировались доминирующие институты собственности, в-третьих, – эпохе религиозных войн, расколовших и ослабивших католическую церковь, являвшуюся одним из важнейших властных институтов. Развитие институтов собственности, денежных институтов, формирование условий для свободного проявления личной хозяйственной инициативы в конечном счете сформировали весьма динамичный и многообразный институт предпринимательства.

В отличие от Запада Россия пошла по пути усиления доминирования институтов власти, по словам Л. Гумилева "… уничтожив традиции вечевой вольности и княжеских межу собиц, заменив их другими нормами поведения …– системой строгой дисциплины, этнической терпимости и глубокой рели гиозности"1, что сыграло решающую роль в специфике российского института предпринимательства, направив его по несколько иному пути, нежели в европейских государствах. По меткому замечанию Ю. Ольсевича, "…традиция централи зованной дисциплины, прокладывая себе дорогу в обстановке хронической нестабильности, общего неуважения к законам и казенному имуществу, имеет тенденцию перерастать в огосударствление всех сторон жизни… Традиция духовности в этих условиях перерастает в государственную религию либо идеологию и при склонности к утопизму мышления превра щается в идеологическую нетерпимость. Способность к долготерпению дает этим тенденциям накапливаться, после чего наступает разрушительный взрыв…"2. В таких условиях Гумилев Л. От Руси к России. Очерки этнической истории / Л. Гуми лев – М.: АСТ, 2003. – С. 377.

Ольсевич Ю. Хозяйственная система и этнос / Ю. Ольсевич // Вопросы экономики. – 1993. – № 8. – С.11.

для российского предпринимательства с самого начала были характерны "клановость", "семейственность" и "фрагментар ность", которые в условиях повышенной рискованности реализации предпринимательских проектов и высоких трансак ционных издержек выступали своеобразными страхующими элементами. Похожая картина нередко наблюдается и сегодня, проявляясь в формах "олигархического корпоративизма", преобладании трансакционных стратегий и соответствующих типов контрактов.

Развитие современного института российского предпринимательства происходит сложно и противоречиво. С одной стороны, на него оказывает непосредственное влияние совершенствование корпоративного и государственного предпринимательства. С другой стороны, негативные тенден ции в изменении технологического базиса фактически тормозят продвижение предпринимательства вперед, консервируя его устаревшие, малоэффективные формы.

В этой связи приобретает актуальность вопрос "выжива ния" предпринимательской структуры в противоречивой и агрессивной среде.

Существует несколько моделей теории выживания. Одна из них, предложенная Б. Джовановичем, опирается на тот факт, что для новой компании в большей степени присуща неопределенность, чем для уже существующей1. Предприни матели не знают, каковы будут издержки, насколько эффектив ным окажется новое дело до того момента, пока работа их фирмы не начнется. Они могут приступить к делу, имея смутные представления о том, насколько жизнеспособна их идея, ради реализации которой и была открыта фирма. Если действительность и способности предпринимателя превосхо дят его ожидания, то дело расширяется, в противном случае он уходит с рынка. При этом новые фирмы постепенно развиваются и усиливаются, выходя на тот уровень, где эффект масштаба положительно сказывается на эффектив ности.

Важными факторами развития института предпринима тельства выступают горизонтальная и вертикальная мобиль См.: Jovanovic Boyan. Selection and Evolution of Industry / B. Jovanovic. – Econometrica. –1982. – Vol.50, № 3. – Р.649 – 670.

ность (возможность открыть дело в любом секторе экономики и вырасти до крупного предприятия). Там, где новые фирмы могут не только преодолевать барьеры входа в отрасль, но и иметь возможность вырасти до размеров крупных производств, эффективность предпринимательства обычно является достаточно высокой. Если говорить об условиях российской экономики, то и тот, и другой тип мобильности в этих условиях сильно затруднен различными административными, отрасле выми, региональными и технологическими барьерами. Условия переходной экономики создали даже необычный феномен поглощения крупного предприятия малой фирмой в процессе приватизации путем скупки приватизационных чеков и акций.

Особенно часто такие схемы поглощения встречались в нефтехимической отрасли.

Наличие условий для вертикальной мобильности имеют особо важное значение в тех отраслях, где эффект масштаба играет большую роль, что характерно прежде всего для сырьевых отраслей, машиностроительной и металлургической промышленности. Заметим, что структура российской эконо мики с преобладанием таких отраслей создает эффект обратной селекции для небольших предпринимательских структур.

Для описания факторов мобильности предпринима тельских структур Д. Одрич предложил две модели – "вращающейся двери" и "леса"1. В первом случае новые фирмы свободно входят и выходят с рынка, в другом – новички вытесняют существующие деловые предприятия с рынка, "выкорчевывая" для себя свободную нишу. Реализация той или иной модели зависит от технологических условий, эффекта масштаба и спроса. В условиях, когда эффект масштаба играет большую роль для эффективного функционирования предприятия, действует модель "вращающейся двери".

Аналогично, данная модель больше соответствует техническим условиям сильно регламентированного режима производства, так как в условиях регламентации предприниматель будет склонен реализовывать собственную идею вне иерархической структуры, мотивируемый стремлением достичь признания или См.: Audretsch David B. Innovation and Industry Evolution / D. Audretsch. – Cambridge, Mass.: MIT Press, 1995. – 112 р.

присвоить большую часть прибыли от производства нового продукта. Но при этом эффект масштаба будет накладывать жесткие рамки на существование таких небольших фирм – их будет много рождаться, но и много уходить. Большая популяция инновационных предпринимателей благоприятст вует технологической и организационной эволюции крупных фирм, которые могут активно взаимодействовать с ними на основе субконтрактации, франчайзинга, инкубаторства и лизинга.

Таким образом, основным механизмом селекции предпри нимателей в отраслях с преобладанием крупных, массовых производств оказываются не барьеры входа на данный рынок, а последующая неспособность новых фирм достичь опти мального размера. Много фирм входит на такой рынок, много покидают его. Организационная среда вокруг крупных предприятий насыщается, способствуя выработке новых знаний, выгодному взаимодействию в рамках субконтрактных, лизинговых и иных схем. Все это способствует динамической эволюции технологий и организаций.

Если же барьеры входа на такие рынки высоки, то организационная среда обедняется, мало фирм входит на рынок, но большое их число отсеивается, затрудняется реализация инновационных проектов и внедрение новых технологий, отсутствует продуктивное взаимодействие крупных и малых предприятий. Такая ситуация, описывается моделью "леса".

Важным параметрам насыщения отрасли предпринима тельскими структурами является то, на каком этапе экономи ческого цикла она находится. В начале экономического цикла отрасль характеризуется высоким потенциалом инновационной деятельности и, следовательно, условия будут благоприятст вовать расширению масштабов предпринимательства. На этапе роста деловой активности наиболее удачливые предпри нимательские структуры могут достигать эффективных размеров производства, одновременно и крупные предприятия ориентируются на активную исследовательскую деятельность.

На этом этапе нововведения создаются в основном крупными компаниями.

В период зрелости отрасли характеризуются пониженным инновационным потенциалом, а большей склонностью к изобретательской деятельностью опять же отличаются крупные фирмы. Там, где наступает этап спада, уровень инновационной активности низок, а изобретательская деятельность может снова перемещаться в сферу интересов малых фирм.

Если с учетом сказанного посмотреть на российскую трансформационную экономику, то следует сделать вывод, что институт предпринимательства в ней пока еще полностью не сформировался, его функции выглядят весьма противо речивыми и не соответствующими характеристикам свободной рыночной системы, а экономическая среда недостаточно насыщена предпринимательскими структурами.

Основной причиной этой недостаточности представляются особенности сложившейся еще в условиях централизованного хозяйства институциональной, производственной и организа ционной структуры, которые заключаются в следующем.

Особенности институциональной структуры: сохраняю щееся и в известной степени самовоспроизводящееся доми нирование институтов власти, слабость институтов собст венности и денежных институтов, чему способствует целый ряд факторов культурно-исторического, ментального и природно географического характера.

Особенности производственной структуры: технологи ческая многоукладность с преобладанием отраслей ранних технологических укладов, ориентированных на массовое произ водство и в настоящий момент находящихся в стадии спада.

Особенности организационной структуры: преобладание крупных иерархических образований и достаточно жесткие ограничения властного характера на горизонтальную и верти кальную мобильность предпринимательских форм.

ГЛАВА ОСОБЕННОСТИ ВОЗДЕЙСТВИЯ ИНСТИТУТА МАЛОГО И СРЕДНЕГО БИЗНЕСА НА РЕЗУЛЬТАТИВНОСТЬ ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ Воздействие малого и среднего бизнеса, непосредственно связанного с состоянием и тенденциями развития собствен ности и технологического базиса, на эффективность хозяйство вания и экономический рост, имеет определенные особенности.

Становление этого института, оказывающего, как и институт предпринимательства в целом, прямое влияние на форми рование главных системо- и структурообразующих связей в экономической системе, происходит весьма сложно и проти воречиво как в российской экономике в целом, так и в ее регионах. Его развитие в последние годы, как это следует из таблиц 3-5, замедлилось, а в ряде регионов фактически приостановилось.

Из приведенных материалов видно, что количество малых предприятий в Российской Федерации существенно не меня ется, остановившись на уровне примерно 890 тысяч, в большинстве же федеральных округов, за исключением Центрального, имеет место тенденция к медленному его сокращению, наиболее сильно выраженная в Уральском и Южном округах. Их число несопоставимо с аналогичными пока зателями стран с развитой рыночной экономикой, в которых количество малых предприятий намного больше как по абсолютной величине (например, в США их около 30 мил лионов), так и по количеству на 1000 жителей (здесь Россия занимает на сегодня одно из последних мест среди "рыночных" стран).

Сложно говорить о каких-либо положительных тенденциях и в изменении показателя численности занятых на малых предприятиях. Только в 2003 г. произошли определенные пози тивные сдвиги в Российской Федерации в целом, а также в некоторых федеральных округах. В большинстве же округов этот показатель, хотя и неравномерно, но убывает. Да и сама доля занятых на малых предприятиях в целом по стране составляет немногим более 11 %, что тоже достаточно далеко от оптимального значения.

Таблица Число малых предприятий (на конец года;

тысяч) Место, Годы зани Регионы мае 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 мое в РФ Российская Федерация 861,1 868,0 890,6 879,3 843,0 882,3 890,9 – Центральный федеральный 290,3 292,3 304,3 308,2 309,6 331,3 322,2 округ Северо Западный 142,7 159,2 157,7 156,3 122,3 132,5 136,1 федеральный округ Южный федеральный 102,1 97,8 91,9 82,2 81,8 85,5 94,4 округ Приволжский федеральный 115,3 125,0 136,1 131,4 131,9 148,8 148,3 округ Уральский федеральный 83,6 64,1 65,9 56,2 56,3 56,6 57,7 округ Сибирский федеральный 91,4 94,5 96,5 103,8 100,7 92,1 98,9 округ Дальневосточн ый 35,7 35,1 38,2 41,2 40,4 35,5 33,2 федеральный округ Составлено автором на основе следующих источников: Регионы России: Социально-экономические показатели, 2003: стат. сб. / Гос. ком.

Рос. Федерации по статистике. – М., 2003. – С. 362–363;

Регионы России:

Социально-экономические показатели, 2004: стат. сб. / Гос. ком. Рос.

Федерации по статистике. – М., 2004. – С. 394–395;

Россия в цифрах, 2004. – С. 164.

Таблица Среднесписочная численность работников, занятых на малых предприятиях (тысяч человек) Годы Регионы 1997 1998 1999 2000 2001 2002 Российская 6514,8 6207,8 6485,8 6596,8 6483,5 7220,3 7433, Федерация Центральный 2020,3 2051,0 2261,1 2394,7 2370,6 2802,7 2799, федеральный округ Северо-Западный 877,1 996,0 10004,4 1028,0 1039,0 1028,4 1075, федеральный округ Южный 860,4 812,0 716,9 660,3 596,6 708,3 780, федеральный округ Приволжский 1056,7 1005,2 1089,9 1038,2 1054,4 1251,1 1242, федеральный округ Уральский 564,1 348,7 410,1 424,4 435,1 457,9 517, федеральный округ Сибирский 789,4 705,1 725,2 752,3 712,9 686,0 733, федеральный округ Дальневосточный 346,8 289,8 278,2 298,9 274,8 285,9 282, федеральный округ Составлено автором на основе источников: Регионы России:

Социально-экономические показатели, 2003. – С. 366–367;

Регионы России: Социально-экономические показатели, 2004. – С. 400–401;

Россия в цифрах, 2004. – С.165.

Сказанным определяется и главный отрицательный ре зультат – отсутствие выраженного позитивного влияния малого предпринимательства на экономический рост. Его доля в вало вом продукте Российской Федерации, как видим из таблицы 5, упала с 13,6 % в 1997 г. до 10,7 % в 2002 г. и только в 2003 г.

немного возросла, но тем не менее не достигнув уровня начала периода.

Четкая тенденция к падению видна и во всех феде ральных округах, кроме Северо-Западного и Приволжского, где только в 2002 г. наметился некоторый положительный сдвиг с 9,7 до 13,6 %. Наиболее сильное снижение имело место с 17,7 % в 1997 г. до 12,0 % в 2002 г. в Центральном округе и с 19,2 до 15,1 %, соответственно, в Южном. Если учесть, что в ведущих странах мира вклад малого бизнеса в ВВП значительно превышает 50 %, то не удовлетворительное (с этой стороны) положение дел в российской экономике очевидно.

Вместе с тем представляется, что вопрос о влиянии института предпринимательства в целом и одной из его важнейших организационных форм – малого бизнеса на эффективность и экономический рост является значительно более сложным, чем это часто излагается, недостаточно изученным, а его решение вовсе не сводится к механическому увеличению количества малых предприятий и сосредоточенной на них рабочей силы.

Таблица Доля малого бизнеса в ВВП Российской Федерации и регионов (% %) Годы Регионы 2003 * 1997 1998 1999 2000 2001 Российская Федерация 13,6 10,8 10,2 9,8 10,8 10,7 12, Центральный 17,7 11,1 10,8 9,1 11,9 12,0 федеральный округ Северо-Западный 13,1 18,9 15,5 14,7 13,8 18,4 федеральный округ Южный 19,2 10,0 11,2 12,4 12,1 15,1 федеральный округ Приволжский 10,0 10,6 8,7 9,7 9,7 13,6 федеральный округ Уральский 8,2 7,2 7,2 6,6 8,1 7,1 федеральный округ Сибирский 13,5 8,5 8,3 9,0 9,1 9,8 федеральный округ Дальневосточный 13,6 10,0 11,1 13,0 12,7 12,6 федеральный округ Рассчитано автором на основе источников: Регионы России:

Социально-экономические показатели, 2003. – С. 319–322, 370, 371;

Россия в цифрах, 2004. – С. 27, 166.

* Данные за 2003 год только по Российской Федерации в целом.

В этой связи проанализируем вначале тенденции и связи, складывающиеся в сфере взаимодействия различных форм института предпринимательства с экономическим ростом в зависимости от состояния технологического базиса и организа ционной среды, используя некоторые идеи геоэкономического подхода к оценке эффективности экономических систем.


В конце XVIII – начале XIX вв., в период формирования первого технологического уклада, в качестве основной формы предпринимательства выступали семейные предприятия, мелкие фирмы и отдельные предприниматели. Однако уже с середины XIX в. и вплоть до 1930 - х гг., в период развития вто рого и третьего технологических укладов, основывающихся на паровом и электрическом двигателях, все большее значение начинают приобретать крупные предприятия и корпорации, где постепенно сосредоточивается все основное производство, а численность и доля независимых собственников в изготав ливаемой продукции быстро сокращается.

С 1930 - х до 1980 - х гг., в период формирования четвер того технологического уклада, быстро усиливается роль госу дарства и государственной собственности, военно-промыш ленного комплекса, транснациональных корпораций. Госу дарство на этой стадии развития все чаще берет в свои руки поддержку и продвижение предпринимательских проектов на мировых рынках, формируя весьма своеобразные и перспек тивные типы товаров (товар-объект и товар-программа), реализация которых обеспечивается при помощи не только экономических, но и политических, и военных рычагов.

Названные явления сопровождаются изменением организационных форм предпринимательства и хозяйство вания в зависимости от того, на каком типе товаров они спе циализируются. Так, производство единичных товаров или товаров-групп осуществляется, как правило, отдельными фирмами или крупными объединениями с достаточно однород ной организационно-экономической структурой, включающей обычный, "стандартный" набор подразделений производства, сбыта, сервиса, отделов, связанных с поиском и освоением новых технологий из смежных отраслей, с привлечением субподрядчиков, обучением и подготовкой специалистов, свя занных с монтажом и эксплуатацией оборудования.

При специализации на производстве товаров-объектов, в связи с тем, что предпринимателю приходится объединять теперь значительно большее количество материальных ресур сов и средств, а также мобилизовывать громадные финансовые активы и расширять сложившуюся ранее сеть субподрядчиков, требуется создание уже новых организационных предприни мательских структур, включающих сложные производственно коммерческие агломерации, пулы промышленных концернов, банков, научно-исследовательских институтов, лабораторий, консультационных агентств. При этом их организационная эволюция нередко осуществляется как за счет разрастания "вширь", включения все новых подразделений, занимающихся обеспечением производственного процесса, так и "внутрь" – за счет перестройки внутренней структуры самой организации.

Однако наибольшие организационные изменения в формах предпринимательства происходят при производстве и реализации товаров-программ, обусловливающих необходи мость сращивания государственных и коммерческих предпри нимательских структур путем создания особых органов и институтов в результате подписания межправительственных соглашений, организации смешанных компаний с участием национальных фирм, поддержки деятельности данных структур банковскими консорциумами, достраивания их различными военно-политическими организациями и союзами. В этом случае государство само выступает в качестве глобального предпринимателя.

При специализации предпринимательства на товарах объектах его влияние на экономический рост определяется долговременным экономическим и организационным эффек том, который образуется в результате того, что произ водственно-коммерческие агломерации вступают в длительные хозяйственные отношения с потребителем, обеспечивая проектирование, монтаж, эксплуатацию и сервис объектов, обучение специалистов и реализацию прочих сопутствующих функций. При этом происходит как бы своеобразное "вживление" агломерации в чужеродную организационную структуру, расширение и удержание рыночной ниши, а часто и получение сверхприбыли.

При специализации предпринимательства на продвижении товаров-программ влияние на экономический рост идет по линии долговременной геоэкономической, военно-стратегичес кой и политической эффективности, которая достигается за счет объединения корпораций с различными государственными институтами. Учитывая большие масштабы подобных программмных сделок, к их использованию обычно привлекается большое количество фирм, что позволяет отчасти за счет эффекта масштаба, а отчасти из-за разницы в цене ресурсов снизить совокупные издержки. Системный эффект в этом случае, кроме того, дополняется включением потребителя в сферу прямого экономического, политического и военного влияния поставщика товара-программы. При этом воздействие предпринимательства на экономический рост в значительной мере обеспечивается государственной полити ческой и военной машиной, значительно снижающей конкуренцию.

И наконец, начиная примерно с 1980 - х гг., при формиро вании пятого технологического уклада, основывающегося на микроэлектронных компонентах и в силу этого в значительной мере уравнивающего возможности крупных и мелких предприятий, во всех развитых странах начинается новый "бум" малого и среднего предпринимательства, а также индиви дуальной и мелкой частной собственности, причем в наиболее технологически развитых секторах экономики. Говоря другими словами, фактически уже на новом эволюционном витке происходит своеобразный возврат к доминированию неболь ших предпринимательских структур, реализующих инноваци онные функции в "насыщенной" организационной среде с развитой системой институционализированных функций хоз яйственной системы. При этом по мере достижения инсти туциональной стабильности и правовой защищенности пред принимательству становятся все более присущи такие новые качества, как респектабельность, рациональность и разумный риск, а коммуникации, информация и доверие к партнерам становятся важнейшим капиталом. В результате, соответст венно, усложняются виды предпринимательской деятельности и ее организационные формы, появляются новые пути ее влияния на эффективность хозяйствования и экономический рост.

Таким образом, зависимость развития института предпринимательства и характера его связи с эффективностью и экономическим ростом от состояния технологического базиса и организационной среды очевидна. До недавнего времени основную роль в реализации этой связи играли крупные и корпоративные предпринимательские структуры, часто связан ные с государственной собственностью, а нередко также и основывающиеся на ней. А в настоящее время эта роль в значительной степени стала переходить к малому и среднему бизнесу.

Вместе с тем именно этот последний этап в развитии института предпринимательства поставил ряд новых вопросов, не на все из которых пока есть точные и полные ответы.

Главный из них связан с источниками эффективности малых предприятий и их влиянием на экономический рост.

Дело в том, что в большинстве случаев, несмотря на "уравнивающие" тенденции пятого технологического уклада, эти предприятия из-за малых масштабов производства не способны обеспечить достаточную экономическую эффектив ность, а проблема их развития, например, в Соединенных Штатах, где их на сегодня наибольшее количество, часто рассматривается под иным углом зрения, нежели, как правило, в работах российских исследователей, где количество малых предприятий в США обычно представляется в качестве ориентира – эталона. Так, ряд ученых небезосновательно считают, что изменение структуры экономики США в пользу все большего расширения количества малых и средних фирм, не способных из-за недостаточной эффективности обеспечить высокий уровень оплаты труда своим работникам, и отток на них рабочей силы с крупных предприятий являются главной причиной снижения жизненного уровня американцев и недостаточно выраженного экономического роста.

А поэтому любые меры по возвращению хозяйствующих субъектов из малого бизнеса в крупные корпорации они рассматривают как оказывающие позитивное воздействие на повышение уровня жизни и эффективность экономики в целом1.

Таких неэффективных малых предприятий, называемых "субоп тимальными" (слишком малыми, чтобы быть эффективными) только в обрабатывающей промышленности США в настоящее время больше 50 %.

Из сказанного следует, что развитие малого предприни мательства является не самоцелью, а вынужденной объек тивной реакцией на изменения в технологическом базисе и См., например: Brown Charles and Hamilton James and Medoff James. Employers Large and Small. – Cambridge: Harvard University Press, 1990. – 109 р.

организационно-экономической среде. Однако уже в силу одновременного сосуществования и ко-эволюции различных технологических укладов, каждому из которых соответствуют свои предпринимательские структуры и формы, количество малых и средних предприятий ограничено, и они не могут и не должны подменять собой и вытеснять другие формы предпринимательских структур, а могут существовать и эффек тивно функционировать лишь во взаимосвязи с ними.

При этом источник эффективности малого предпринима тельства как экономического явления связан не с их количеством и не с копированием ими крупного производства, а с новым содержанием (качеством), которое заключается в том, что малое предпринимательство выступает проводником технологических и организационных перемен. Согласно одной из популярных моделей малых фирм, они вовлекаются в погоню за новым знанием с тем, чтобы использовать его в качестве ресурса для создания новых продуктов и технологий, а источником таких знаний выступают научные исследования и опытные разработки.

Другими словами, малое и среднее предпринимательство эффективно и конкурентоспособно вовсе не всегда, а только в тех случаях и в тех отраслях деятельности, где имеют место все соответствующие технологические, организационно экономические и институциональные условия. И только наличием такого соответствия можно объяснить высокую роль малого предпринимательства (как и других организационных форм бизнеса) в формировании позитивных тенденций эконо мического роста в развитых западных странах.


Посмотрим теперь с этой точки зрения на развитие российского предпринимательства. Его состояние, как и всей экономической системы в целом, определяется, как было показано выше, соотношением и взаимодействием четвертого и пятого технологических укладов. В этой связи вспомним, что в 1990 - х гг. происходило весьма быстрое падение четвертого уклада как по абсолютному размеру, так и по его доле в экономической структуре, опустившихся, соответственно, до уровня 1974 и 1969 гг., что, безусловно, отрицательно сказа лось на развитии предпринимательства.

А если учесть еще и неразвитость институциональной и организационной среды, то можно сказать, что на сегодня условия для формирования "цивилизованных" форм пред принимательства очень сложны, фактически они еще только начинают создаваться. При этом малый и средний бизнес в российской хозяйственной системе чаще выполняет на сегодня функции, существенно отличающиеся от рассмотренных выше, выступая не столько проводником технологических и организационных перемен, сколько средством решения различных социальных проблем – занятости, дополнительных доходов и других, будучи по своему экономическому содержанию ближе к мелким предприятиям доиндустриального уклада, нежели к современному венчурному производству.

Поэтому пока, при отсутствии выраженных позитивных тенденций в развитии пятого технологического уклада, вряд ли целесообразно дальнейшее увеличение количества малых и средних предприятий, поскольку реально это не изменит в лучшую сторону ни структуру, ни результативность производства и будет свидетельствовать не столько о техни ческом и технологическом прогрессе, сколько о примитиви зации экономики.

Анализ показывает, что сложившиеся темпы их образования и роль в повышении эффективности хозяйство вания и экономическом росте, хотя и недостаточны с точки зре ния закономерностей развития рыночной экономики, в целом соответствуют условиям сегодняшней сложившейся экономи ческой среды.

ГЛАВА ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ В ЭВОЛЮЦИИ ФОРМ ОРГАНИЗАЦИИ ПРОИЗВОДСТВА И ИХ ВЛИЯНИЕ НА ЭКОНОМИЧЕСКУЮ ЭФФЕКТИВНОСТЬ Определим форму организации производства как целостную взаимосвязанную систему экономических, культур ных, пространственных и технологических компонентов (эле ментов), придающих потоку внутрифирменных, внутрикорпо ративных или внутрисистемных событий определенный конкретный характер, образ и порядок или, в целом, некоторую структурную упорядоченность.

В доперестроечный период в экономической теории обыч но рассматривались формы общественной организации производства – концентрация, специализация, комбинирование и кооперирование. При этом под концентрацией понималось сосредоточение производства во все более крупных предприя тиях, проявляющееся в росте их размеров и повышении доли крупного производства в выпуске и используемых факторах.

Под специализацией – углубление межотраслевого и внутри отраслевого разделения труда, реализующееся в формиро вании узкообособленных производств разнородных продуктов и сокращении номенклатуры изделий. Под комбинированием – технологическое и организационное соединение в одном предприятии различных производств по принципу последова тельности связи отдельных их ступеней или их допол нительности. И, наконец, под кооперированием – организация тесных производственных связей между самостоятельными, независимыми предприятиями, проявляющаяся в формирова нии многочисленных производственных объединений. Развитие этих явлений, продолжающееся в тех или иных модифи цированных формах и сегодня во взаимосвязи с много численными другими эволюционными процессами, факторами и условиями, определяет организацию и структурирование множества хозяйственных образований в различных конк ретных формах – в виде небольших индивидуальных произ водств, малых предприятий, венчурных фирм, специа лизированных и диверсифицированных предприятий, средних и крупных объединений, транснациональных корпораций. Дру гими словами, происходит непрерывное насыщение хозяйст венной системы новыми разнообразными организационными формами.

При этом эволюция хозяйственных систем ведет ко все большему усложнению их структуры и возникновению таких форм организации производственной деятельности, взаимо действие между которыми все чаще происходит не только на основе конкуренции, но и кооперации, и дополнительности.

Нередко эти типы организации производства обладают достаточно глубокой специализацией и приспособленностью к условиям современной экономической жизни, а их успешное функционирование во многом зависит от умения сочетать такие противоречивые свойства, как гибкость и устойчивость, управ ляемость и инновационность, соперничество и сотрудни чество.

В силу ряда причин ни одна организационная структура не может функционировать с максимальной эффективностью во всех случаях. Например, достоинством крупных организацион ных форм является возможность налаживания массового производства и получения значительной экономии на масш табе, обеспечивающих конечный эффект деятельности, но они же испытывают серьезные трудности в обеспечении эффектив ности инновационного процесса, требующего совсем иных подходов и иных форм организации. Хозяйствующим субъектам нередко оказывается выгоднее передать часть своих функций государству, особенно в сфере фундаментальных научных разработок и образования, с тем, чтобы получать значительную выгоду от подобной специализации. И в этом случае крупные частные компании и государственные агентства уже нельзя рассматривать как независимые или антагонистические по отношению друг к другу, напротив, они взаимно дополняются, что позволяет им достигать системного эффекта.

В современных рыночных условиях с динамичной внешней средой не существует какой-то единой универсальной, эффек тивной и устойчивой формы организации производства, они все требуют дополнительных по отношению к себе форм. Крупные корпорации активно сотрудничают с небольшими предприя тиями, рыночные субъекты нуждаются во взаимодействии с государственными институтами, а развитые страны не могут динамично развиваться за счет только своих собственных ресурсов без "подпитки" со стороны государств "третьего мира".

Так, в США, еще начиная с 1970 - х гг., наблюдалось зна чительное уменьшение роли корпораций в создании новых рабочих мест. В 1980 - х гг. в них было занято уже на 1, миллиона человек меньше, чем 10 лет назад. Но это не привело к серьезному обострению проблем безработицы, поскольку высвобождающуюся рабочую силу интенсивно погло щали новые формирующиеся небольшие фирмы. Разно образие форм и размеров предпринимательских организаций в эти же годы имело место даже внутри таких отраслей, где действовали наиболее крупные по своим материальным и финансовым ресурсам корпорации. Например, в нефтепе реработке США насчитывалось в то время 152 отличающиеся по многим параметрам компании, автомобиле-строении – 165, в производстве стали – 245, штамповке автодеталей – 788. И даже в таких наиболее концентрированных отраслях, как самолетостроение, автомобилестроение и нефтепереработка, вполне успешно действовали и до сих пор находят свою нишу небольшие предприятия. Например, в американской автомо бильной промышленности на сегодня четыре крупнейшие корпорации разрабатывают, осуществляют сборку и продажу автомобилей, но, согласно статистике их закупок, большую часть деталей и материалов они приобретают у субпод рядчиков. Огромное количество небольших фирм производят запасные части, а иногда даже и специализированные транспортные средства, закупая при этом шасси у автогигантов.

Все чаще происходят активные перемены во взаимоотно шениях крупных корпораций, их субподрядчиков и клиентов, нацеленные не только на их более тесную интерацию в организационном плане, но и направленные на построение технологически взаимосвязанных горизонтальных или верти кальных производственных комплексов. Это хорошо видно на примере одного из заводов "Дженерал моторс" – Сатурн, на котором было реализовано новшество, позволившее изменить традиционные взаимоотношения заказчика и субподрядчика.

Если раньше последние находились на самом низу иерар хической пирамиды автогиганта, дожидаясь, когда компания спустит им заказ на производство тех или иных деталей, то теперь они выступают как звенья единого воспроизводствен ного цикла: на заводе имеется открытая информационная база данных, работающая в режиме реального времени, где постав щики имеют доступ к графику производственного процесса и сами определяют объем и время поставок комплектующих.

Детали, прибывшие вовремя и в нужном количестве немед ленно оплачиваются заводом1. Аналогичные процессы проис ходят во взаимоотношениях предприятий со своими клиентами, которые также перемещаются вверх с нижних позиций организационной структуры и становятся равноправными партнерами и соучастниками бизнес-процесса.

Таким образом, видим, что одно из направлений в развитии форм организации производства – это тенденция к их организационному многообразию, а другим, не менее важным, является реализация принципа их дополнительности по отношению друг к другу.

Еще одним направлением, играющим серьезную роль в совершенствовании форм организации производства, выс тупает так называемая "идеализация" организационных систем, под которой можно понимать стремление последних к комплексности и уменьшению до минимума размеров и численности занятого в них персонала, к снижению до пренебрежимо малого уровня величины внутриорганизацион ных трансакционных издержек.

Процесс "идеализации" может происходит по-разному.

Например, путем уменьшения сложности организационных систем за счет упрощения управленческой структуры, сокра щения занятого персонала, снижения материальных и денежных затрат на поддержание функционирования при одновременном сохранении количества выполняемых данной системой функций.

На практике этот процесс нередко принимает форму все большего углубления разделения труда, специализации производства и управления, перестройки внутренних связей.

При этом он охватывает не только микроуровень, т. е.

отдельное предприятие или фирму, но и распространяется на уровень отрасли, региона, государства и системы стран, где принимает свои специфические, в зависимости от масштаба, формы.

Так, на уровне предприятия или фирмы можно наблюдать См.: Ойхман Е. Реинжиниринг бизнеса / Е. Ойхман, Э. Попов. – М.:

Финансы и статистика, 1997. – С. 46.

процесс передачи части выполняемых организационной сис темой функций другим, соседним над- или подсистемам. В качестве наиболее ярких примеров таких процессов можно назвать возникновение сетевых и оболочечных фирм. Сетевая фирма, например, по сути представляет собой предельный случай идеализации обычной корпорации, где единый технологический процесс как бы "разъят" среди небольших предпринимательских структур с универсальным оборудова нием, высококвалифицированными, как правило, рабочими, и чей управленческий аппарат представлен самим владельцем предпринимателем. Оболочечная же фирма характеризуется сохранением управленческих функций при ликвидации уже собственно производственного звена, чья роль передается различным субподрядчикам.

На макроуровне также явно наблюдается постепенный отход от универсальных, многофункциональных и в какой-то степени самодостаточных хозяйственных систем, проявляю щийся в усилении страновой специализации, углублении международного разделения труда, когда, например, развитые западные страны выступают производителями и экспортерами высоких технологий, юго-восточные – специализируются на выпуске бытовой электроники, компонентов для компьютеров, текстиля, а страны периферии – на экспорте сырья и агропромышленной продукции. Усиление специализации необходимо сопровождается изменением организационной системы на уровне отдельных государств и на межгосударст венном уровне возникновением разнообразных новых междуна родных организаций, союзов и альянсов.

"Идеализация" может происходить и по-иному, когда организационная сложность системы сохраняется, но в ее рам ках увеличивается количество выполняемых функций. Приме ром может служить формирование транснациональных, диверсифицированных корпораций.

"Идеализацию" организационных систем можно рассмот реть также через совокупность периодически повторяющихся процессов дифференциации (или развертки) и интеграции (или сворачивания, свертки) их отдельных компонент и в этом случае развитие систем приобретает вид своеобразной разворачивающейся во времени эволюционной волны. Причем такая специфическая волнообразная форма изменений, как выясняется, присуща всем уровням организационных систем – микро-, мезо- и макроуровню.

Процесс развертывания организационных систем связан с выделением и обособлением отдельных функциональных зон труда, специализацией по функциям, когда каждая часть организации становится объектом усиления функциональных обязанностей, усложнением организационных систем и развитием в конечном счете неоднородных организационных структур – корпораций. А процесс свертывания означает уменьшение до минимума количества элементов организа ционной системы, когда остается либо только управленческая оболочка компании (оболочечная фирма), либо производст венное ядро (сетевая фирма). При этом переданная на мезо или макроуровень система нередко становится системой коллективного пользования для подобных компаний.

Примером являются неспециализированные производственные активы сетевых фирм, сервисные агентства или венчурные фонды.

Весьма интересной и перспективной формой интеграции хозяйственных и организационных систем является в настоя щее время образование стратегических альянсов, направ ленных на образование любых видов объединенных произ водственных комплексов – горизонтальных, вертикальных, дифференцированных с целью достижения за счет такого объединения максимально возможного синергетического эффекта.

Рассматривая макроуровень, можно сказать также, что процесс интеграции, или свертывания, неизбежен и для над систем, под которыми понимается уровень государства. Важ нейшим результатом развития организационных структур здесь является переход от селективных государственных функций и частей общего хозяйственного механизма к инсти туционализации наиболее общих базовых функций воспро изводственной системы. Например, создание всеобщей образовательной системы и системы защиты прав собствен ности, на межгосударственном уровне – системы свободной торговли, международного рынка капиталов, системы догово ров о коллективной безопасности. Хорошей иллюстрацией институционализации и "свертки" сразу целого комплекса над систем является образование Европейского Союза, фактически представляющего собой новое над-государственное образова ние.

Важнейшим фактором, определяющим насыщение хозяйственной системы разнообразными организационными формами, является динамика технологических циклов, свя занных с развитием соответствующих рассмотренных выше укладов.

В разное время основную роль в реализации рассмотренной зависимости в странах с развитой рыночной экономикой последовательно играли те или иные сменяющие друг друга и иногда возвращающиеся вновь организационные структуры: единичные или семейные обособленные субъекты хозяйствования;

небольшие предприятия и фирмы;

средние и крупные предприятия и корпорации, сосредоточивающие большую часть производства;

производственно-коммерческие агломерации и объединения;

смешанные компании с участием национальных фирм;

разнообразные консорциумы и союзы;

небольшие венчурные фирмы;

комплексы функционально или технологически связанных предприятий и организаций и другие.

Нередко все эти формы складывались и переплетались, порождая новые организационные структуры, не всегда впи сывающиеся в жесткие рамки существующих классификаций, так что на сегодня речь идет обычно о некоем "симбиозе" форм организации производства, о их ко-эволюции с технологичес кими укладами, повышающей в конечном счете устойчивость и эффективность всей хозяйственной системы в целом.

В современных условиях выработались и новые соответствующие им специфические формы взаимодействия крупного и мелкого производства. Например, делегирование крупными предприятиями мелким производственным структу рам части своих производственных, обслуживающих или управленческих функций, что осуществляется обычно через широкое использование механизмов субконтрактации в произ водстве и франчайзинга – в производстве и сбыте. Другой формой является интрапренерство (интрапредпринима тельство) – создание небольшой структуры внутри крупного предприятия, которой поручается разработка какой-либо технологической или организационной новации. Интрапренер ство обычно реализуется в форме венчурного финансиро вания. И еще одной новой формой является "выращивание" малой фирмы внутри крупного предприятия, оказание ей необходимой помощи до тех пор, пока она не встанет на ноги, нередко называемой инкубаторством, и чаще всего реализу емой через лизинг оборудования.

Если с учетом всего вышесказанного, в том числе прове денного в предшествующей главе анализа состояния техноло гического базиса, посмотреть на развитие организационно хозяйственных процессов в российской экономике, то увидим, что оно происходит весьма специфически.

С одной стороны, налицо все названные характеристики и тенденции в эволюции форм организации производства и организационных структур управления: взаимодействие круп ного и мелкого производства на основе кооперации и дополни тельности, их "симбиоз", реализующийся, в частности, через субконтрактацию и франчайзинг;

усиление организационного многообразия;

"идеализация" организационных систем;

разви тие интрапренерства и инкубаторства;

образование страте гических альянсов. Однако, с другой стороны, эти пере численные явления часто выражены недостаточно четко и противоречивы, их реализация на всех уровнях хозяйственной системы сопряжена с большими трудностями, нередко по прежнему преобладают устаревшие организационные формы.

Такое положение дел связано с рядом конкретных причин, среди которых можно особо выделить несколько следующих.

Первая – это состояние технологического базиса, характери зующееся серьезными структурными диспропорциями, многоукладностью, низкими темпами формирования постин дустриальной экономики. Вторая – продолжающееся развитие преимущественно крупных иерархических организационных структур, обусловленное наследием тенденций предшествую щей хозяйственной системы СССР, высокая капиталоемкость российской промышленности. Третья – высокий уровень риска в трансформационной экономике, степень которого снижается за счет использования, хотя и недостаточно эффективных организационных форм, но выступающих своеобразными инструментами хеджирования. Четвертая – особенности задач неравновесной экономики переходного периода, когда на первый план вообще выдвигается не столько необходимость собственно максимизации эффективности хозяйствования, сколько проблема выживаемости предприятия (фирмы), и предпочтение отдается организационным формам, обеспечи вающим, в первую очередь, сохранность и устойчивость системы.

Таким образом, можно сказать, что сегодняшние условия в отечественной экономике в целом пока не способствуют формированию новых современных эффективных форм орга низации производства.

Для описания и исследования перечисленных особеннос тей процесса развития организационных систем в современ ной экономике используется целый ряд моделей, среди которых основными являются: популяционная;

зависимости от ресурсов;

рациональной случайности;

трансакционных издер жек;

институциональная модель.



Pages:   || 2 | 3 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.