авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

ОЙКУМЕНА

Регионоведческие исследования

Научно-теоретический альманах

Выпуск 1 (5)

Дальнаук

а

Владивосток

2008

Редакционная коллегия:

к.и.н., доцент Т.Г. Римская (главный редактор), к.п.н., доцент

В.А. Бурлаков, д.г.н., профессор А.Н. Демьяненко, к.и.н., до-

цент Е.В. Журбей, к.п.н., доцент А.А. Киреев (ответственный

редактор), д.ф.н., профессор Л.И. Кирсанова, к.и.н., профессор В.В. Кожевников, д.и.н., профессор А.М. Кузнецов.

Ойкумена. Регионоведческие исследования: Научно-теоретический альманах. Выпуск 1 (5) – Владивосток: Дальнаука, 2008.

© Филиал ВГУЭС в г. Находке. 2008 © Коллектив авторов. 2008 http://www.ojkum.ru/ СОДЕРЖАНИЕ СОДЕРЖАНИЕ............................................................................................................ I. ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ РЕГИОНОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ......................... С.А. Нефедов Теория культурных кругов и проблема влияния монгольского завоевания на формирование российской цивилизации (часть I)........... II. РЕГИОН В РАКУРСЕ ПРЕДМЕТНОГО АНАЛИЗА: СТРУКТУРЫ И ПРОЦЕССЫ............. Я.А. Барбенко Размещение крестьянства в Приморской области во второй половине XIX в.............................................................................. Н.Г. Артемьева Происхождение и эволюция традиционной системы отопления (кан и ондоль) народов Дальнего Востока.............................. Е.А. Багрин Место ножа в комплексе холодного оружия русского служилого человека на территории Сибири и Дальнего Востока в XVII в............................................................ С.Г. Поповкина Народная медицина и знахарство восточных славян:

традиции и новации в условиях Дальнего Востока России...................... Е.В. Никитина Из истории становления профессионального хореографического образования в Приморье............................................ А.О. Лёвушкина Электоральное поведение приморских избирателей:

специфика и проблемы изучения................................................................. III. МИРОВАЯ СИСТЕМА И МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ............................... О.И. Сергеев Русское православие на североамериканском континенте:

основные этапы развития и проблемы единства....................................... Н.Н. Носенко Перспективы развития внешнеторговых отношений Дальнего Востока со странами АТР.............................................................. IV. НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ...................................................................................... В.В. Постников Terra incognita. Очерк четвертый.

Регионоведческий аспект в научно-педагогической работе ТОВМИ имени С.О. Макарова (г. Владивосток)........................................ НАШИ АВТОРЫ......................................................................................................... УВАЖАЕМЫЕ АВТОРЫ!............................................................................................... http://www.ojkum.ru/ Editorial board:

Senior lecturer T.G. Rimskaja (Editor-in-chief), senior lecturer V.A. Burlakov, professor A.N. Demyanenko, senior lecturer E.V. Zhurbey, senior lecturer A.A. Kireev (Editor), professor L.I. Kirsanova, professor V.V. Kojevnikov, professor А.М. Kuznetsov.

Oykumena. Regional researches: the Scientific-theoretical almanac.

vol. 1 (5) – Vladivostok: Dalnauka, 2008.

© Branch VVSU in c. Nahodka. © Collective of authors. http://www.ojkum.ru/ CONTENТS CONTENТS................................................................................................................... I. THE THEORY AND METHODOLOGY OF REGIONAL RESEARCHES............................ S.A. Nefedov The theory of cultural circles and problem of influence of the mongolian gain on formation of the Russian civilization (Part I)......... II. REGION IN A FOCUS OF THE SUBJECT ANALYSIS: STRUCTURES AND PROCESSES....... Y.A. Barbenko Territorial location of peasantry in Maritime Province (Primorskaya oblast) in second half of XIX century....................................... N.G. Artemieva Origin and evolution of traditional system of heating (caen and ondol’) of the people of the Far East............................................................................. E.A. Bagrin Knife place in a complex of a cold steel of Russian soldier in territory of Siberia and the Far East in XVII century................................. S.G. Popovkina Folk medicine and folk-healing (znakharstvo) among the Eastern Slavs of the South area of the Russian Far East:

tradition and innovation................................................................................... E.V. Nikitina From history of formation of professional horeography education in Primorsky region........................................................................................... A.O. Levushkina Electoral behavior of the Primorsky region voters:

specificity and researching problems................................................................ III. WORLD SYSTEM AND INTERREGIONAL RELATIONS............................................... O.I. Sergeev Russian orthodoxy on north American continent:

the basic stages of development and the unity problem................................. N.N. Nosenko Expected future development of foreign trade relations between the Far East and APR countries......................................................... IV. SCIENCE AND EDUCATION.................................................................................... V.V. Postnikov Terra incognita. Fourth sketch.

Regional aspect in scientific and pedagogical work of PNI S.O. Makarova's name (Vladivostok).................................................. OUR AUTHORS........................................................................................................... DEAR AUTHORS!......................................................................................................... http://www.ojkum.ru/ I. ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ РЕГИОНОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ С.А. Ндудгов Теория культурных кругов и проблема влияния монгольского завоевания на формирование российской цивилизации The theory of cultural circles and problem of influence of the mongolian gain on formation of the Russian civilization Предлагаемая статья раскрывает неиспользованные до сих пор воз можности применения методологии диффузионизма к решению одной из давних проблем исторической науки. Становление российской евразийской цивилизации рассматривается автором с точки зрения процесса возникно вения и расширения монгольского культурного круга.

Offered article opens not used till now possibilities of application of diffu sionizm methodology to the decision of one of old problems of a historical science. Formation of the Russian Euroasian civilisation is considered by the author from the point of view of process of occurrence and expansion of the Mongolian cultural circle.

Принято считать, что последняя четверть XX века была вре менем кризиса исторической науки, кризиса, который был вы зван новой волной критицизма по отношению к существующим методологическим подходам. Результатом этой критики, по сло вам Ж. Ревеля, явилось состояние "эпистемологической анархии", господство "микроистории" и нарратива.2 Однако в последнее де сятилетие наблюдается возрождение интереса к исторической теории;

в значительной степени это связано с деятельностью аме риканской школы исторической социологии и с работами таких известных историков, как Ш. Эйзенштадт, Т. Скочпол, Дж. Голд стоун, П. Турчин. Изучение новых методологических подходов ведется и в России;

в этой связи можно, в частности, назвать ра боты И.М. Дьяконова, Л.С. Васильева, Н.С. Розова.

В контексте методологических поисков нужно рассматривать и новое обращение к теории диффузии, как к объяснительному инструменту российской истории, предпринятое в статье В.В.

Автор признателен Н.П. Рябченко за полезное обсуждение статьи.

Ревель Ж. История и социальные науки во Франции // Новая и новейшая история. 1998.- № 6.- С. 82.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований Алексеева, С.А. Нефедова и И.В. Побережникова.1 Авторы статьи пытаются интерпретировать основные события средневековой ис тории России на основе теории культурных кругов – историко этнологическая концепции, весьма популярной в 20-х и 30-х го дах нашего столетия. Как известно, создатель этой концепции Фриц Гребнер считал, что сходные явления в культуре различ ных народов объясняются происхождением этих явлений из од ного центра.2 Последователи Гребнера полагают, что важнейшие элементы человеческой культуры появляются лишь однажды и лишь в одном месте в результате великих, фундаментальных от крытий. Фундаментальные открытия – это открытия, позво ляющие овладеть новыми ресурсами и возможностями, в совре менной терминологии это открытия, расширяющие экологиче скую нишу этноса и способствующие увеличению его численно сти. Это могут быть достижения в области производства пищи, например, доместикация растений, позволяющая увеличить плотность населения в десятки и сотни раз. Это может быть новое оружие или новая военная тактика, позволяющие раздвинуть границы обитания за счет соседей. Это могут быть транспортные средства, позволяющие открыть и освоить новые земли. В качест ве фундаментальных открытий можно рассматривать новые тех нологии, способствующие достижениям в упомянутых выше об ластях. Например, освоение металлургии железа, с одной сторо ны, позволило создать железные топоры и плуги, облегчившие освоение целины, с другой стороны, сделало возможным появле ние нового оружия – железных мечей. Эффект фундаментальных открытий таков, что они дают народу-первооткрывателю решаю щее преимущество перед другими народами. Освоение земледе лия, к примеру, привело к тому, что племена земледельцев, рас пахав все свои земли, стали переселяться на территории охот ничьих племен, и поскольку они обладали превосходством в чис ленности, то соседи не могли им препятствовать. Охотников от тесняли в леса и в горы;

часть из них присоединялась к земле дельцам, перенимала их культуру и, в свою очередь, передавала им некоторые традиции аборигенов. Таким образом, происходил культурный и социальный синтез, результатом которого было появление новых племен и новых народов, но эти новые народы сохраняли культурный комплекс, связанный с использованием земледелия и сохраняли его в той конкретной форме, которую придал ему народ-первооткрыватель. Волна расселения, между тем, продолжала двигаться дальше, постепенно образуя культур ный круг – область распространения данного культурного ком плекса.

Как отмечалось выше, фундаментальные открытия, как пра вило, совершаются один раз и в одном месте. Теоретически, ко нечно, возможно, что фундаментальное открытие, породившее Алексеев В.В., Нефедов С.А. Побережников И.В. Модернизация до модерни зации: средневековая история России в контексте теории диффузии // Ураль ский исторический вестник. 2000. – № 5-6. – С. 152-184.

2 Graebner F. Methode der Ethnologie. Heidelberg. 1911.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып данный культурный круг, будет конвергентно повторено в другом месте, но в реальности вероятность такого события близка к ну лю: быстрота распространения информации о фундаментальном открытии не оставляет времени для его независимого повторе ния.

Ф. Гребнер выделил несколько культурных кругов на терри тории Австралии и Океании. В качестве примера часто приво дится культурный комплекс "восточно-папуасского" круга: зем леделие с возделыванием клубневых растений, рыболовство при помощи сетей, дощатая лодка, огневая пила, тяжелая палица с утолщением на конце, хижина с двухскатной крышей, спираль ное плетение корзин, широкий щит, деревянный или плетеный, два экзогамных класса с женским счетом, тайные мужские союзы и пляски в масках, культ духов умерших и черепов, лунная ми фология, людоедский миф, пластические изображения духов, круговой орнамент, сигнальный барабан, флейта Пана, одно струнный музыкальный инструмент, звучащие дощечки и неко торые другие культурные элементы.1 Легко видеть, что в основе этого культурного круга лежат три первых элемента, которые яв ляются фундаментальными открытиями, остальные элементы играют "сопровождающую" роль, но они важны, поскольку их распространение несет с собой существенные перемены в культу ре и социальных отношениях. Кроме того, эти элементы играют роль своеобразных маркеров, помогающих более четко обозна чить границы культурного круга и прояснить направление его распространения.

Созданная почти столетие назад, теория культурных кругов прошла длительный путь развития;

одно время она подвергалась критике, но затем авторитет теории был в целом восстановлен, она до сих пор эффективно применяется в археологии и этногра фии.2 Что же касается применения теории культурных кругов в исторической науке, то она использовалась довольно редко, глав ным образом в тех случаях, когда в условиях недостаточности письменного материала историки использовали археологические и этнографические данные.3 В случае наличия достаточного ко личества письменных источников обращение к этому методу обычно становится излишним: пути и обстоятельства распростра нения новых культурных элементов выясняются путем непосред ственного обращения к документам. Существенным препятстви ем на пути распространения теории культурных кругов были стимулируемые политиками националистические и этноконфес сиональные предубеждения. Тем не менее, в наше время важная роль диффузии инноваций не вызывает сомнения у большинства историков;

например, в изучении истории нового времени теория Grabner Fr. Kulturkreise und Kulturschichten in Ozeanien. // "Zeitschrift fur Ethnologic". 1905. – B. 37. – H. 1.

2 См.: Васильев Л. С. Проблемы генезиса китайской цивилизации. – М. 1976. С. 3-36.

3 См. например: Heichelheim Fr. Wirtschaftsgeschichte des Altertums. Bd. I-II.

Leiden. 1938.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований диффузии является важной составной частью теории модерниза ции. Смысл нового обращения к теории культурных кругов за ключается в перенимании историками заключенной в этой тео рии общей идеи: фундаментальное открытие делается однажды и в одном месте, оно порождает миграционную и диффузионную волну, которая, распространяясь, создает новый культурный или цивилизационный круг – попросту говоря, новую цивилизацию.

Чаще всего в роли фундаментального открытия выступает новое оружие, а миграционная волна принимает вид волны завоева ний. Классическим примером такой волны являются завоевания Александра Македонского, приведшие к образованию того куль турного круга, который называют эллинистической цивилизаци ей. Можно перечислить многие элементы определявшего эту ци вилизацию культурного комплекса. В этот комплекс входят стан дартные образцы греческой архитектуры, такие как храмы, пале стры и гимнасии, греческая керамика, монеты с греческими над писями, греческая одежда, характерные черты социальной орга низации полисов и клерухий и т. д. Однако главный элемент это го культурного круга, фундаментальное открытие, обусловившее его быстрое расширение, – это македонская фаланга. Именно фаланга одерживала победы, прославившие Александра.2 Имен но создание фаланги выдвинуло на арену истории до того мало кому известный горный народ, македонян. Овладев культурными областями Греции, македоняне затем распространили греческую культуру по всему ближнему Востоку, но по отношению к фунда ментальному открытию греческие культурные элементы имели в основном сопровождающий характер.

Главным признанием могущества фаланги было перенима ние этого открытия противниками македонян, в частности, Спар той.3 Фундаментальное открытие – в данном случае новое ору жие – дает в руки своих обладателей решающее преимущество и, чтобы устоять перед их натиском, окружающие народы вынужде ны поспешно перенимать это оружие. Именно это обстоятель ство – перенимание оружия противника – является свидетель ством фундаментального характера данной военной иннова ции. Вместе с тем это перенимание является главной составляю щей механизма диффузии: вслед за перениманием нового ору жия перенимается тактика его использования и военная органи зация, которая часто является частью социальной организации (например, система клерухий или поместная система). В боль шинстве случаев перенимаются и сопровождающие фундамен тальное открытие культурные элементы, такие как политические институты, одежда, обычаи и т. д. – но формально это перенима ние уже не является необходимым, и глубина этих заимствова ний свидетельствует о силе того давления, которое оказывает на соседей народ-первооткрыватель. Перед волной завоеваний дви Подробнее см.: Алексеев В. В. Нефедов С. А. Побережников И. В. Указ. соч.

Conolly P. Greece and Rome at War. L. 1981. р. 73.

Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Т. III. – М.,1964. – С. 93.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып жется волна диффузии;

заимствуя новые культурные элементы, окружающие народы присоединяются к новому культурному кру гу.

Таким образом, культурно-историческая школа представляет историю как динамичную картину распространения культурных кругов, порождаемых происходящими в разных странах фунда ментальными открытиями. История отдельной страны в рамках этой концепции может быть представлена как история адапта ции к набегающим с разных сторон культурным кругам, как ис тория трансформации общества под воздействием внешних фак торов, таких, как нашествие, военная угроза или культурное влияние могущественных соседей. В исторической науке такие трансформации применительно к конкретным случаям обозна чаются как эллинизация, романизиция, исламизация, вестерни зация и т. д. В приложении к истории России часто говорят о том, что сначала наша страна принадлежала к византийскому куль турному кругу, затем, после монгольского нашествия, русская культура подверглась сильному восточному влиянию, а после реформ Петра I стала частью европейского культурного круга. Однако если интерпретация реформ Петра как приобщения к ев ропейской цивилизации не вызывает возражений у большинства историков, то роль монгольского нашествия является предметом давней дискуссии. "Создается впечатление, что русские стыди лись того времени, когда они были покорены "азиатами", – отме чал американский историк П. Силфен. – До некоторой степени русские исследователи были способны превратить недостаточ ность и неопределенность имеющихся свидетельств в свое пре имущество. Не имея точных руководящих принципов, историки имели возможность объяснять факты своим собственным спосо бом и развивать теории в соответствии с историческими и поли тическими концепциями, преобладавшими в их время. Таким образом, Соловьев и Рожков могли утверждать, что монголы не оказали никакого существенного влияния на российскую жизнь, в то время как Сергеевич мог доказывать, что этические стандар ты завоевателей нанесли русским глубокий и непоправимый ущерб. Свидетельств было настолько мало, и они так зависели от персонального восприятия, что никто не мог доказать другому его неправоты". Такое положение характерно и для современной российской историографии. "Вопрос о воздействии монгольского нашествия на развитие русского общества – один из самых сложных в исто рии Руси, – отмечают А.Л. Хорошкевич и А.И. Плигузов. – Край ний недостаток источников затрудняет ответ на него, поэтому вполне возможным становится появление таких работ, в которых См. например: Guins G. G. Russia’s place in world history// The Russian Re view. 1963. Vol. 27. N 4. р. 355-368;

Mirsky P.P. Russia. A Short cultural history.

London. 1952. р. 183-186;

Florinsky M. Russia. A History and an Interpretation.

Vol. I. N.-Y. 1953.

2 Silfen P. H. The Influence of the Mongols on Russia : A Dimensional History. N.

Y. 1974. р. 91.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований отрицается какое-либо воздействие нашествия на развитие Ру си". Любопытно, что подобная ситуация сложилась в последнее время и в среде исследующих эти проблемы западных историков.

На сегодняшний день наиболее полное исследование проблемы распространения административных институтов Монгольской империи на Руси принадлежит Дональду Островскому, однако концепция Островского встречает возражения со стороны гипер критически настроенных исследователей. П. Силфен ясно формулирует причины создавшегося поло жения: ограниченность свидетельств, а также отсутствие четких методологических принципов. Представляется, что теория куль турных кругов, предназначенная для использования в ситуации недостаточности свидетельств, может до некоторой степени вос полнить этот методологический пробел.

*** Переходя к конкретному рассмотрению монгольского куль турного круга, необходимо, прежде всего, установить причины его возникновения и расширения, указать на то фундаменталь ное открытие, которое играло в этом определяющую роль. Нет со мнения, что монголы обладали военным превосходством над своими противниками, но каковы были масштабы этого превос ходства? Приведем один пример. В сентябре 1211 года монголы встретились в битве у крепости Хуйхэпху с армией могуществен ной империи Цзинь. Это была регулярная армия, состоявшая из профессиональных воинов-латников. "В авангарде выставляют копьеносцев, которых называют "ин", "стойкими", – писал о цзиньцах сунский историк Сюй Мэн-синь. – Солдаты и их лоша ди одеты в латы". За копьеносцами, которые составляли около половины армии, следовали лучники, одетые в легкие панцири.

Копьеносцы таранили строй противника, а лучники производили залп, ворвавшись в него на глубину ста шагов. Численность цзиньской армии составляла около 500 тысяч солдат – это были лучшие войска, собранные со всей огромной империи. Монголов было не более 100 тысяч – тем не менее, цзиньская армия была наголову разбита и практически уничтожена. "По шло такое истребление, что кости трещали, словно сухие сучья", – говорит "Сокровенное сказание". Убитых было столько, что "степи Хорошкевич А. Л. Плигузов А. И. Русь XIII столетия в книге Дж. Фенел ла//Фенелл Дж. Кризис средневековой Руси. 1200-1304. -М. 1989. – С. 22.

2 Ostrowski D. Muskovy and the Mongols. Cambridge (Mass.). 1998;

Idem. Mus covite Adoption of Mongol-Tatar Political Institutions: A Reply to Halperin’s Ob jections// Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. 2000. Vol. 1.

№. 2.

3 Воробьев М. В. Чжурчжени и государство Цзинь (Х в. – 1234 г.). М 1975. – С.

126. 196. 198;

Кычынов Е. И. Чжурчжени в XI веке// Сибирский археологиче ский сборник. – Новосибирск. – С. 277-278;

Мэн-да бэй-лу ("Полное описание монголо-татар"). – М. 1975. – С. 72.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып стали издавать зловоние". Военное превосходство монголов было колоссальным – но чем оно объяснялось? Историки по-разному объясняют причины мон гольских побед;

одни говорят о талантах монгольских полковод цев, другие – о четкой военной организации, о маневренной так тике. Однако известно, что монголы заимствовали свою тактику и организацию у Цзинь и побежденной ею империи Ляо2, что в сотнях битв на протяжении XIII века монголами командовали разные (и не всегда талантливые) полководцы – тем не менее, они почти всегда побеждали. Так в чем же заключалась причина этих побед? Ответ на этот вопрос был одной из задач посольства, направленного римским папой ко двору монгольского хана. Воз главлявший это посольство ученый монах Плано Карпини оста вил подробное описание оружия и тактики монголов.

"Оружие же все по меньшей мере должны иметь такое, – пи сал Плано Карпини, – два или три лука, или по меньшей мере один хороший, и три больших колчана, полных стрелами, один топор и веревки, чтобы тянуть орудия. Богатые же имеют мечи, острые в конце, режущие только с одной стороны и несколько кривые… Некоторые имеют латы… Железные наконечники стрел весьма остры и режут с обеих сторон наподобие обоюдоост рого меча… Надо знать, что всякий раз, как они завидят врагов, они идут на них, и каждый бросает в своих противников три или четыре стрелы;

и если они видят, что не могут их победить, то от ступают вспять к своим;

и они это делают ради обмана, чтобы враги преследовали их до тех мест, где они устроили засаду…" Плано Карпини акцентирует внимание на стрелковом вооруже нии и стрелковой тактике монголов: "…Надо знать, что если можно обойтись иначе, они неохотно вступают в бой, но ранят или убивают людей и лошадей стрелами, а когда люди и лошади ослаблены стрелами, тогда они вступают с ними в бой". В заклю чение посол дает рекомендации о том, как противостоять тата рам: нужно иметь хорошие луки и закаливать стрелы, как это делают монголы, а чтобы уберечься от монгольских стрел, нужно иметь двойные латы. С выводами Плано Карпини перекликается свидетельство армянского царевичи Гайтона. "С ними очень опасно начинать бой, – рассказывал Гайтон в 1307 году, – так как даже в неболь ших стычках с ними так много убитых и раненых, как у других в больших сражениях. Это является следствием их ловкости в стрельбе из лука, так как их стрелы пробивают все виды защит ных средств и панцирей… В сражениях в случае неудачи отсту пают они в организованном порядке, преследовать их, однако, Козин С.А. Сокровенное сказание. Т. I. – М.-Л. 1941. – С. 179.

Ларичев В.Е. Тюмина Л. В. Военное дело у киданей (по сведениям из "Ляо ши") // Сибирь, Центральная и Восточная Азия в средние века. – Новосибирск.

1975. – С. 112;

Кычанов Е. И. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир. – М. 1973.- С. 81.

3 Путешествие в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. – М. 1957. – С.

50-53, 62.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований очень опасно, так как они поворачиваются назад и умело стреля ют во время бегства и ранят бойцов и лошадей. Как только видят они, что противник при преследовании рассеян и его ряды при шли в беспорядок, поворачивают они опять против него и таким образом достигают победы". "В битвах с врагом берут они верх вот как, – свидетельствует Марко Поло, – убегать от врагов не стыдятся;

убегая, поворачи ваются и стреляют из лука. Коней своих приучили, как собак, во рочаться во все стороны. Когда их гонят, на бегу дерутся славно да сильно, так же точно, как бы стояли лицом к лицу с врагом;

бежит и назад поворачивается, стреляет метко, бьет и вражеских коней и людей, а враг думает, что они расстроены и побеждены, а сам проигрывает, оттого что и кони у него перестреляны, да и людей изрядно перебито. Татары, как увидят, что перебили и вражьих коней, и людей много, поворачивают назад и бьются славно, храбро, разоряют и побеждают врага. Вот так-то они по беждали во многих битвах и покоряли многие народы". В "Великой Хронике" Матфея Парижского многократно по вторяются свидетельства разных авторов о том, что монголы "не сравненные лучники", "удивительные лучники", "отличные луч ники". Один из венгерских епископов подчеркивает, что монголы более искусные лучники, чем венгры и половцы, и что "луки у них более мощные".3 Фома Сплитский, описывая осаду Пешта, свидетельствует, что "смертоносные татарские стрелы разили на верняка. И не было такого панциря, щита или шлема, который не был бы пробит…".4 "Говорят, что стреляют они дальше, чем другие народы, – писал венгерский монах Юлиан. – При первом столкновении на войне стрелы у них, как говорят, не летят, а ливнем льются. Мечами и копьями, они, по слухам, бьются менее искусно". Таким образом, свидетельства источников сходятся на том, что монголы уклонялись от ближнего боя, что они были сильны главным образом в стрелковом бою. Монголы были прекрасными лучниками, они выпускали тучи стрел, которые летели дальше, чем у других народов, и ударяли с такой силой, что убивали ло шадей и пробивали доспехи всадников. Монголы обладали не обычно мощными луками, которые к тому же позволяли поддер живать высокий темп стрельбы – такой вывод следует из свиде тельств современников.

Обратимся теперь к свидетельствам археологии. Вторая по ловина XX века ознаменовалась рядом выдающихся открытий российских археологов;

благодаря исследованиям А.П. Окладни Цит. по: Кирпичников А.Н. Древнеруское оружие. Вып. 3. – Л. 1971. – С. 78.

Марко Поло. Путешествие. – Л. 1940. – С. 65.

3 Матфей Парижский. Великая Хроника // Русский разлив. Арабески истории.

Мир Льва Гумилева. – М.,. 1997. – С. 268, 270, 277, 283, 287.

4 Фома Сплитский. История архиепископов Салоны и Сплита. – М., 1997. – С.

111.

5 Аннинский С. А. Известия венгерских миссионеров XIII-XIV веков о татарах в Восточной Европе // Исторический архив. 1940. т. III. – С. 87.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып кова, Г.В. Киселева, В.Е. Медведева, Н.Я. Мерперта, Д.Г. Сави нова, Л.Р. Кызласова, Е.М. Хамзиной, Ю.С. Худякова и ряда дру гих специалистов была воссоздана картина развития средневеко вых культур кочевников Центральной Азии и Дальнего Востока.

Одним из результатов этих исследований было получение дан ных о появлении в период, непосредственно предшествующий началу монгольских завоеваний, нового типа лука. В основе лу ков, распространенных в Великой Степи ранее, в I тыс. до. н. э., лежал лук, некогда созданный племенами хунну. Это был лук с боковыми костяными накладками, которые фиксировали жест кие зоны деревянной основы лука (кибити). Поскольку эти зоны не участвовали в создании рефлекторного усилия, то лук хунн ского типа имел большие размеры – порядка 160 см. В I-V веках однотипные гуннские луки господствовали на широких просторах степей от Амура до Дуная, но затем на основе этой конструкции появилось множество новых вариантов. В степи начался процесс поиска новых технических решений, и к началу II тысячелетия многие народы имели несколько разных типов лука – так что лу ки разных типов иногда можно было встретить в одном захороне нии.

Среди этого многообразия встречались и отдельные прото типы позднейшего монгольского лука, однако, как доказывает Д.Г. Савинов, "лука универсального типа, обычно называемого монгольским, в то время еще не было". Отбор новых конструкций продолжался вплоть до XII века, когда вместе с монголами на арену истории вышел монгольский лук. Этот лук отличался от хуннского лука тем, что имел не боковые, а одну фронтальную костяную накладку, игравшую принципиально иную роль: она не лишала участок кибити упругости, а наоборот, увеличивала уп ругость, добавляя к рефлекторному усилию деревянной основы усилие расположенной по центру лука костяной пластины. Кос тяная пластина имеет максимальный предел прочности пример но вдвое больше, чем древесина (около 13 кг/мм2), и, соответст венно, распрямляясь, создает вдвое большее усилие. Луки такого типа называют "рефлексирующими". При небольших размерах (около 120 см) монгольский лук обладал большой мощью, эту мощь можно было при желании увеличить, добавляя костяные накладки на плечи лука. Кроме того, по сравнению с другими луками, монгольский лук был более гибким и тетива оттягива лась на большее расстояние, поэтому она оказывала на стрелу более длительное воздействие и сообщала ей больший импульс. 1 Савинов Д. Г. Новые материалы по истории сложного лука и некоторые во просы его эволюции в Южной Сибири // Военное дело древних племен Сибири и Центральной Азии. – Новосибирск. 1981. – С. 155, 161;

Худяков Ю. С. Эво люция сложносоставного лука у кочевников Центральной Азии // Военное дело населения юга Сибири и Дальнего Востока. – Новосибирск. 1993. – С. 121, 140, 142;

Немеров В. Ф. Воинское снаряжение и оружие монгольского воина XIII XIV вв// Советская археология. – 1987. – № 2. – С. 214-215;

Макьюэн Э., Мил лер., Бергман А. Конструкция и изготовление древних луков// В мире науки.

Scientific American. 1991. № 8. – С. 46;

Chambers J. The Devil’s Horsemen: The Mongol Invasion of Europe. N. Y. 1974. р. 55-57.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований По данным китайских источников, сила натяжения монголь ского лука составляла не менее 10 доу (66 кг), что, по крайней мере, в полтора раза превышало мощность цзиньских луков ( доу или 46 кг). Х. Мартин определяет силу монгольских луков в 166 фунтов (75 кг) и отмечает, что они не уступали знаменитым английским лукам, погубившим французское рыцарство в битвах при Креси и Пуатье. Ю. Чамберс оценивает силу монгольских луков в 46-73 кг, а английских – в 34 кг. После английских луков самыми мощными луками в Европе были венгерские – их натя жение оценивается в 32 кг. Напомним, что эти луки противостоя ли монгольским в битве при Шайо, которая закончилась страш ным разгромом венгров. Небольшие размеры монгольского лука делали его удобным для конного лучника;

это позволяло точнее прицеливаться и вес ти стрельбу в высоком темпе – до 10-12 выстрелов в минуту. Ю. С.

Худяков сравнивает военный эффект появления монгольского лука с эффектом другого фундаментального открытия – появле ния автоматического оружия в XX веке. Скорострельность мон гольского лука имела не меньшее значение, чем его мощность, она позволяла монгольским воинам сокращать дистанцию боя, давала им уверенность в том, что противник не устоит перед "ливнем стрел". Новому луку соответствовал новый господствующий тип стрел. В монгольское время получили преобладание стрелы с плоскими наконечниками в форме лопатки или трилистника – так называемые "срезни". Плоские наконечники летели с боль шей скоростью, чем трехлопастные, и в колчан входило большее количество плоских стрел, нежели трехлопастных. Большинство плоских стрел имело ширину пера до 25 мм и вес до 15 граммов, они не очень отличались по весу от наконечников, применявших ся прежде. Однако наряду с обычными "срезнями" довольно часто встречались огромные наконечники длиной до 15 см, шириной пера в 5 см и весом до 40 граммов. При обычном соотношении ве са наконечника и стрелы (1:5, 1:7), стрела с таким наконечником должна была весить 200-280 граммов. Тяжелые стрелы были еще одним свидетельством мощи монгольского лука;

они обладали огромной убойной силой и предназначались для поражения ло Мэн-да бэй лу… – С. 7;

Кычанов Е. И. Чжурчжени в XI в… – С. 277;

Шавку нов В. Э. К вопросу о луке чжурчженей // Военное дело древнего населения Северной Азии. – Новосибирск. 1987. – С. 200;

Martin H. D. The Rise of Chigis Khan and His Conquest of North China. Baltimore. 1950. р. 195;

Медведев А. Ф.

Ручное метательное оружие (лук, стрелы и самострел) VIII-XIV вв// Археоло гия СССР. Свод археологических источников. Е1-36. М. 1968. – С. 34;

Cham bers J. OP. cit. P. 57;

Szab C. A Brief Historical Overview of Hungarian Archery – http:// www.atarn.org/magyar/magyar_1.htm.

2 Худяков Ю. С. Вооружение кочевников Южной Сибири и Центральной Азии в эпоху развитого средневековья. – Новосибирск, 1997. – С. 124;

Chambers J.

Op. cit. P. 57.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып шадей. Согласно Ю. Чамберсу, дальность стрельбы из монгольского лука достигала 320 метров, а дальность английского лука – метров. В Эрмитаже хранится каменная стела, найденная в г. близ Нерчинска;

надпись на этой стеле говорит, что когда в 1226 году Чингисхан устроил праздник по поводу одной из своих побед, победитель в соревновании стрелков Есугей Мерген пус тил стрелу на 335 алда (538 м). Однако на таком расстоянии было практически невозможно попасть в цель, прицельная дальность стрельбы из лука монгольского типа была гораздо меньше;

она составляла около 150 метров. Стрела татарского лука XVI века на расстоянии 200 метров убивала лошадь или пробивала кольчугу навылет.2 По мощи лук не уступал аркебузам, а по скорострель ности намного превосходил их – однако научиться стрелять из лука было намного сложнее, чем научиться стрелять из аркебу зы. Современные спортивные луки имеют силу натяжения "всего лишь" 23 кг, но стрельба из них требует хорошей физической подготовки, и даже спортсмену непросто выпустить за день со ревнований около сотни стрел. Луки монгольского типа требова ли необычайно сильных рук: император Фридрих II особо отме чал, что у монголов "руки сильнее, чем у других людей", потому что они постоянно пользуются луком. Кроме того, требовалась особая сноровка: монгольские лучники использовали для захвата тетивы специальное кольцо с крючком, которое играло роль спус кового механизма. Плано Карпини свидетельствует, что монголы с трехлетнего возраста учили своих детей стрелять из лука, по степенно увеличивая его размеры. Таким образом, они наращи вали мускулатуру рук и отрабатывали механизм стрельбы на уровне условных рефлексов. В принципе, обучение стрельбе из лука с раннего детства было характерно для кочевых народов со времен гуннов – но дело в том, что более мощный лук требовал от стрелка особых физических и психологических качеств. Должно было пройти немало времени, прежде чем монголы освоили новое оружие. Воинам других народов было чрезвычайно трудно, а иногда и невозможно научиться хорошо стрелять из монгольского лука – даже если бы он достался им в качестве трофея. Писав ший в XV веке арабский автор наставления по стрельбе из лука отмечал, что в его время (спустя столетие после падения монголь ского владычества в Персии) многие секреты стрельбы были уже Медведев А.Ф. Татаро-монгольские наконечники стрел в Восточной Европе// Советская археология. 1966. № 2. – С. 55;

Киселев Г. В., Мерперт Н. Я. Желез ные и чугунные изделия из Кара-Корума // Древнемонгольские города.- М.

1965. – С. 192-93;

Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие… – С. 52, 73, 75;

Худяков Ю. С. Вооружение центрально-азиатских кочевников в эпоху раннего и развитого средневековья. – Новосибирск. 1991. – С. 122-123.

2 Chambers J. OP. cit., р. 55-57;

Lhagvasuren G. The stele of Chinggis Khan// http://www.atarn.org/ mongolian/ mongol_1.htm;

Измайлов И. В блеске мисюрок и бехтерцов. – Родина. 1997. № 3-4. – С. 106.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований утеряны. Еще сложнее было наладить производство луков монгольско го типа. Изготовление сложносоставных луков требовало большо го мастерства. Слои дерева, костяные накладки и сухожилия склеивали под сильным прессом, после чего лук подвергался про сушке иногда в течение нескольких лет. Окончание изготовления лука сопровождалось специальными церемониями. Мастера по изготовлению луков пользовались большим уважением, и даже великий хан оказывал им почести. Высоко ценя (и даже почитая) свои луки, монголы, естественно, стремились уберечь их от непо годы;

для этого использовалось налучье, которое вместе с колча ном называлось "сагайдак". Монгольский лук перенимался другими народами в составе комплекса культурных элементов, определявших культурный круг. Остановимся, прежде всего, на тех элементах, которые были связаны с вооружением. Новое оружие требовало применения тактики, которая обеспечила бы использование всех его преиму ществ. Как отмечалось выше, это была тактика уклонения от ближнего боя, обстрел противника из луков, который мог про должаться несколько дней. Монгольская легкая кавалерия мча лась вдоль фронта противника, поливая его дождем стрел;

если же противник переходил в атаку, то она обращалась в мнимое бегство, но во время этого "бегства" лучники, обернувшись назад, расстреливали своих преследователей и их лошадей. Мощный лук и массивные стрелы позволяли убивать лошадей – и, дейст вительно, цитированные выше источники свидетельствуют, что поражение лошадей было едва ли не главным элементом этой тактики. Если же противник упорно держался на своей укреп ленной позиции, то в атаку шел полк "мэнгэдэй" – это название означает "принадлежащие богу", то есть "смертники". Задача "мэнгэдэй" состояла в том, чтобы (возможно, ценой больших по терь) завязать ближний бой, а затем симулировать бегство и все таки вынудить противника преследовать лучников. Когда в ходе длительного преследования противник оказывался ослаблен по терями и расстраивал свои ряды, он подвергался внезапному фланговому удару "засадного полка". Как свидетельствует "Со кровенное сказание", именно таким образом была одержана ре шающая победа в битве при Хуйхэпху. Нужно отметить, однако, что сама по себе тактика "мэнгэдэй" была не новой, ее использо вали гунны, скифы и многие другие степные народы – классиче ским примером применения этой тактики является победа тюрок над византийцами при Манцикерте (1071 г.). Преимущество мон 1 Пастухов Н. П., Плотников С. Е. Рассказы о стрелковом оружии. – М. 1983. – С. 7-8;

Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие… – С. 14, 31, 32;

Путешест вие в восточные страны… – С. 36;

Бичурин Н. Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. Т. I. М. 1950.- С. 39;

Матфей Парижский. Великая Хроника… 2 Ермолов Л. Б. Сложносоставной монгольский лук // Сборник музея антропо логии и этнографии. 1987. вып. XLI. – С. 153, 154;

Маркевич В. Е. Ручное огне стрельное оружие.- СПБ. 1994. – С. 22.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып голов заключалось лишь в том, что новые луки позволили им применять эту старую тактику с большим успехом. Полное преобладание у монголов стрелковой тактики еще более оттеняется тем обстоятельством, что, по свидетельству ис точников, лишь очень немногие из монгольских воинов имели железные доспехи. Приводя ряд свидетельств такого рода, А. Н.

Кирпичников отмечает, что монголы испытывали "хронический недостаток" защитных доспехов, которые обычно добывались в качестве трофеев или изготовлялись пленными мастерами.2 Ар хеологические данные подтверждают этот вывод: при раскопках было обнаружено очень малое число бронебойных стрел, и это да ет специалистам основание утверждать, что монгольское войско составляли, в подавляющем большинстве, легковооруженные лучники. Это особенно контрастирует с тяжелым вооружением главных противников монголов – воинов Цзинь (чжурчженей) и прежних, домонгольских, властителей степей, киданей.3 По видимому, в данном случае имел место сознательный отказ части воинов от тяжелого вооружения, который объясняется тем, что тогдашние доспехи все равно не могли защитить от стрел, выпу щенных из монгольского лука. Эффект появления нового лука был таким же, как эффект появления огнестрельного оружия: он заставил большинство воинов снять доспехи. Тяжелое вооруже ние стесняло движения лучников и уменьшало скорострельность стрельбы;

оно не требовалось воинам, не участвовавшим в кон тактном бою. Кроме того, для удобства стрельбы монгольские лучники использовали короткие стремена: привстав в стременах, лучник мог отчасти стабилизировать качку и точнее целиться.

Однако короткие стремена делали всадника неустойчивым в сед ле и затрудняли ведение ближнего боя. Монголы вступали в ближний бой лишь тогда, когда противники были изранены стрелами и исход сражения был практически решен;

эту послед нюю атаку проводили сравнительно немногочисленные отряды тяжелой конницы. Характерно также и то, что действия монгольской тяжелой конницы не обратили на себя внимания современников и источ ники не сохранили их описания. До сих пор отсутствуют находки монгольских ударных копий, шпор, специальных седел с упором и других специфических приспособлений для таранных ударов. Chambers J. Op. cit., р. 64-66;

Худяков Ю. С. Вооружение средневековых ко чевников Южной Сибири и Центральной Азии. – Новосибирск. 1986.- С. 225;

Козин С. А. Сокровенное сказание... – С. 2 Кирпичников А. Н. К оценке военного дела средневековой Руси//Древние славяне и Киевская Русь. – Киев, 1989. С. 186;

Киселев Г. В., Мерперт Н. Я.

Указ. соч. – С. 199.

3 Худяков Ю. С. Вооружение центрально-азиатских кочевников… – С. 147, 148;

Горелик М. В. Ранний монгольский доспех (IX – первая половина XIV в.)// Археология, этнография и антропология Монголии. – Новосибирск. 1987. – С.

169.

4 Ostrowski D. Muskovy and the Mongols… P. 51.

5 Храпачевский Р. П. Военная держава Чингисхана. – М., 2004. – С. 202.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований В некоторых сражениях у монголов совсем не было тяжелой кон ницы. Так, по свидетельству армянского историка Нерсеса Пали енца, в большой битве при Джебель-ас-Салихийе в Сирии сра жалось 50-тысячное монгольское войско под предводительством самого владыки Ирана Газан-хана и при этом у монголов "кроме стрел, не было ничего другого". Египетский султан Насер рассчи тывал без труда одолеть монголов в ближнем бою, когда они из расходуют свои стрелы. Однако "затемнилось солнце от них, а люди остались в тени от густоты стрел. Этими стрелами войско султана было разбито и обращено в бегство".1 Отсутствие тяжело го вооружения тем более показательно, что битва происходила в 1300 году, в период, когда господствовавшие над Ираном монго лы получали более чем достаточное количество оружия от иран ских ремесленников.

Защитное вооружение монгольских воинов было подробно изучено М.В. Гореликом.2 Лучники носили легкий стеганый панцирь из кожи, войлока или толстой ткани. Такой панцирь по монгольски назывался "хатангу дегель" – "твердый халат". Тя желовооруженные всадники были облачены в пластинчатые панцири;

металлические пластины крепились на ремешках, по этому панцири назывались "худесуту хуяг" – "пронизанный, прошитый (ремнями) панцирь". Другой вид панцирей ("бехтер") представлял из себя кольчугу, усиленную на груди и на спине металлическими пластинами, иногда вместо нескольких пластин для усиления кольчуги использовалось круглое железное "зерка ло" (такой доспех на Руси называли "зерцалом").3 По утвержде нию специалистов, металлические доспехи монгольских воинов лишь незначительно отличались от доспехов киданей и китай цев;

то же самое относится и к металлическим конским доспехам.

Одна из разновидностей конского доспеха – "мягкий доспех" – была заимствована монголами на Ближнем Востоке, где такие доспехи стали популярны в конце XII века. Таким образом, в об ласти тяжелого вооружения монголы не создали ничего принци пиально нового. Победы монголов приписывались мастерству конных лучников, а в ближнем бою, как свидетельствует Юлиан, монголы были "менее искусны". "Монгольские полководцы стремились к решительному столкновению с противником, – пишет Ю.С. Худяков. – Вера в свою непобедимость была столь велика, что они вступали в бой с Армянские источники о монголах. – М., 1962. – С. 98-99.

Горелик М. В. Ранний монгольский доспех… ;

Горелик М. В. Монголо татарское оборонительное вооружение второй половины XIV- начала XV в// Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины. – М. 1983.

3 Горелик М. В. Монголо-татарское оборонительное вооружение… – С. 248;

Худяков Ю. С. Вооружение центрально-азиатских кочевников… – С. 148.

4 Горелик М.В. Ранний монгольский доспех… – С. 200;

Худяков Ю. С., Со ловьев А. И. Из истории защитного доспеха в Северной и Центральной Азии// Военное дело древнего населения Северной Азии. – Новосибирск. 1987. – С.

158-159;

Бранденбург Н. О влиянии монгольского владычества на древнее русское вооружение // Оружейный сборник. 1871. № 3. отд. 2. – С. 53.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып превосходящими силами противника, стараясь подавить его со противление массированной стрельбой. Однако в ближнем бою, если противник проявлял стойкость, их возможности были огра ничены. Поэтому монголы старались разъединить силы врага, применяя различные уловки".1 Таким образом, тактика монголов была, в основном, стрелковой – но эффективность стрельбы была столь велика, что Р.П. Храпачевский сравнивает ее с огневой мощью регулярных армий нового времени. Р.П. Храпачевский и Ю.С. Худяков полагают, что лишь развитие огнестрельного ору жия положило предел господству конных лучников. Как отмечалось выше, главным доказательством фундамен тального характера военной инновации является ее перенимание другими народами. "Повсеместное распространение и заимство вание монгольского оружия в кочевом мире в XIII-XIV веках на глядно свидетельствует о его большой эффективности", – отмеча ет Ю.С. Худяков. "Оружие всегда было более "международным", чем другие предметы материальной культуры, – писал А.Ф. Мед ведев. – Новые его виды, более совершенные и эффективные, появившиеся у того или иного народа, значительно быстрее за имствуются и распространяются, чем украшения или орудия тру да. Отставание в военном деле… могло привести к потере неза висимости. Это и было причиной сравнительно быстрого распро странения некоторых видов вооружения у соседних народов".

Процесс распространения нового оружия археологически про слеживается как ареал находок луков и стрел монгольского типа – эти находки служат главными маркерами нового культурного круга. А.Ф. Медведев детально изучил ареал распространения наконечников стрел монгольского типа в Восточной Европе. Эти наконечники в больших количествах найдены в курганах кочев ников в Поволжье, на Днепре, на Кубани, а также в развалинах осаждавшихся монголами русских и литовских городов. При этом важно, что наконечники монгольского типа, относящиеся к XIII XIV векам, были найдены и там, где монголы не воевали – в Смоленске, Новгороде, Пскове. Однако находки наконечников стрел не всегда являются на дежным свидетельством того, что в данном регионе было освоено изготовление луков соответствующего типа. Поскольку находки луков и их частей сравнительно редки, то вопрос о распростране нии монгольских луков более сложен. Известно, что к XVI веку на Руси умели делать рефлексирующие луки, но когда именно было освоено их изготовление, остается неясным. Летописи сви детельствуют, что попытки перенимания монгольского вооруже ния начались уже вскоре после нашествия. Когда в 1248 году га лицкий князь Даниил Романович прибыл на помощь венгерско Худяков Ю. С. Вооружение кочевников Южной Сибири…- С. 136.


Храпачевский Р. П. Военная держава… – С. 198;

Худяков Ю. С. Вооружение кочевников Южной Сибири… – С. 137.

3 Медведев А. Ф. Татаро-монгольские наконечники стрел… – С. 51;

Медведев А.Ф. Татаро-монгольские наконечники стрел… – С. 51;

Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие… – С. 75-76, 78.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований му королю, то немецкие послы были удивлены татарским воору жением княжеской дружины. "Немцы же дивящеся оружию та тарьскому беша бо кони в личинах и коярах кожаных и людье в ярыцех…" – говорит Ипатьевская летопись. Известно, что князь Даниил привлекал в основанный им город Холм ремесленников, бежавших из татарского плена, и среди этих ремесленников были мастера по изготовлению луков и кузнецы. Археологические данные свидетельствуют, что с середины XIII века в вооружении русских воинов традиционная кольчуга ("броня") постепенно ус тупает место пластинчатому "доспеху" монгольского типа;

слово "броня" понемногу выходит из употребления. Процесс перенимания монгольского оружия на Ближнем Востоке освещен источниками более подробно, чем на Руси. Ра шид-ад-дин свидетельствует, что в Персии оружие для армии ильханов изготовлялось в организованных монголами больших государственных мастерских "кархана". В этих мастерских рабо тали преимущественно местные ремесленники, обращенные во время завоевания в рабов;

оружие делалось "по монгольским обычаю" и при участии монгольских мастеров, причем перечис ляя специальности ремесленников, персидский историк упоми нает в порядке очередности лучников, изготовителей стрел, кол чанов, сабель, а остальных зачисляет в разряд "прочих". К нача лу XIV века производство монгольского оружия было освоено сво бодными ремесленниками, работавшими вне кархана. "Прежде не было ремесленников, которые умели бы изготовлять оружие по монгольскому обычаю, а теперь большинство ремесленников на базарах научилось", – писал Рашид-ад-дин. Таким образом, в Персии образовался центр производства монгольского оружия, которое стало достоянием всего Ближнего Востока. Распростра нение монгольского оружия облегчалось тем, что большинство воинов армии ильханов составляли тюрки, и, вооружив эту ар мию, монголы сами снабдили тюрок (и арабов) новым оружием и научили обращению с ним. Тюрки были военным сословием во всех государствах Ближнего Востока, а также в Египте, в Сред ней Азии и в Индии;

таким образом, принесенные монголами об разцы оружия могли свободно распространяться в тюркской во енной среде по всему обширному региону. Естественно, что, попав к тюркам и арабам, монгольский лук описывался исследователя ми как "турецкий" или "арабский", но все это был один и тот же рефлексирующий лук, господствовавший как на Ближнем Восто ке, так и на Руси. "Сравнение составных частей сложных русских луков с составными частями, подробно перечисленными в араб ском трактате XV века, – отмечал А. Ф. Медведев, – как и памят ники изобразительного искусства, свидетельствует, что и араб ские, и русские, и турецкие луки средневековья изготовлялись по 1 ПСРЛ. Т. 2. – М. 1962. Стб. 814;

Медведев А. Ф. Ручное метательное ору жие… – С. 13;

Соловьев С. М. Сочинения. Кн. II. – М. 1988. – С. 515;

Кирпич ников А. Н. Военное дело на Руси в XIII-XV вв. – М. 1976. – С. 33;

Медведев А.

Ф. К истории пластинчатого доспеха на Руси// Советская археология. 1959.

№ 2. – С. 119-121.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып совершенно аналогичному принципу, имели в своем составе сходные детали из сходных материалов и даже по внешнему виду и размерам были похожи друг на друга. Именно поэтому Флетчер и другие иностранцы, побывавшие в России в XVI веке, отмеча ли, что русские луки похожи на турецкие". О заимствовании монгольского оружия говорит и перенима ние соответствующей терминологии. Монгольские термины при ходили в русский язык из тюркских языков, поэтому принятие русскими того или иного монгольского термина означало, что он принят на всем пространстве от Монголии до Руси, а также и там, где обитали тюрки, – то есть на Ближнем Востоке и в Средней Азии. Прежде всего, перенималась терминология, связанная с луком. Славянское слово "тул" было вытеснено монгольским сло вом "колчан". Лук в комплекте с колчаном и налучьем стал на зываться "сагайдаком" или "саадаком", чехол для колчана – "тох туем". Большие стрелы (характерные для монголов) назывались на Руси "джид", другая разновидность стрел – "томары". Перени малось и оборонительное оружие. Легкий стеганый доспех луч ников на Руси назывался "тигиляй" (от монгольского "дегель"), тяжелый пластинчатый доспех – "куяк" ("хуяг"), усиленная коль чуга – "бехтерец" ("бехтер"). В XIV-XVI производившие монгольское оружие персидские ремесленники славились по всему Востоку – а также и на Руси.

Франческо Тьеполо писал, что во времена Ивана Грозного рус ская знать носила персидские доспехи из "тонких и хорошо зака ленных металлических пластинок". Со временем первоначаль ные монгольские названия разных видов оружия заменялись персидскими или арабскими. Так, широко распространившиеся монгольские доспехи типа "зерцала" были известны на Руси, в Индии и других странах как "юшманы" (от персидского "джав шан", "зеркало"). Слова "кибить", "кайдалики" (стрелы), "пика", "кистень", "кинжал", "калантарь", "тарч" (кавалерийский шит) имеют персидские или арабское происхождение. Монгольские доспехи перенимались народами как оружие победителей – но в то же время необходимо отметить, что оборо нительное оружие перенималось медленнее, чем лук и стрелы.

Основная масса кочевников Восточной Европы осталась верна своему старому доспеху, кольчуге;

в погребениях кипчаков коль Рашид-ад-дин. Сборник летописей. Т. III. – М.-Л. 1946. – С. 301-302;

Медве дев А. Ф. Ручное метательное оружие… – С. 13.

2 Бранденбург Н. О влиянии монгольского владычества на древнее русское вооружение// Оружейный сборник. 1871. № 3. отд. 2. – С. 50, 53, 55;

№ 4. отд. 2, – С. 76-78.

3 Аннинский С. А. Франческо Тьеполо. Рассуждение о делах Московии 1560 г.

// Исторический архив. 1940. т. III. – С. 341;

Бранденбург Н. О влиянии мон гольского владычества на древнее русское вооружение// Оружейный сборник.

1871. № 3. отд. 2. – С. 52, 57;

№ 4. отд. 2, – С. 76;

Горелик М. В. Ранний мон гольский доспех… – С. 196;

Винклер П. Оружие. М. 1992. – С. 251;

Кирпични ков А. Н. Оружие времен Куликовской битвы// Вестник АН СССР. 1980. №8. – С. 99-100.

http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований чуга встречается в десять раз чаще, чем пластинчатые доспехи монгольского типа. Говоря о распространении монгольского оружия, необходимо упомянуть также и о порохе. Порох был китайским изобретением, ко времени монгольского завоевания метаемые баллистами поро ховые гранаты "хо пао" широко использовались в армии Цзинь.

Монголы быстро заимствовали эти гранаты и применяли их при осаде городов в Китае и на Ближнем Востоке. С этого времени порох становится широко известен;

рецепт его изготовления при водится в книгах арабского писателя XIII века Гассана Аль фамаха и византийца Максима Грека. На Руси слово "порох" впервые упоминается в конце XIII столетия в так называемом "Новгородском словаре". Неизвестно, применялись ли на Руси пороховые гранаты, но, во всяком случае, они использовались воинами Золотой Орды: в Поволжье известны находки таких гранат. Вслед за вооружением заимствовалась военная организация и тактика. Десятичная организация, жесткая военная иерархия и суровая дисциплина не были изобретением монголов. "Многое из того, что нередко приписывается исключительно гениальности Чингисхана, – отмечает Н.Н. Крадин, – на самом деле было лишь повторением… того, что уже случалось в истории Халха Монголии на 1400 лет раньше".3 Деление войска на десятки, сот ни, тысячи было заимствовано монголами у киданей и Цзинь, а затем было введено ими по всех завоеванных странах. В.В. Бар тольд писал, что военное устройство тюрок XV века было "насле дием империи Чинхисхана", в определенной степени это можно сказать и о Руси. Характерной чертой десятичной организации было наличие у каждого командира знамени и сигнального бара бана;

русские слова "хоругвь" и "тулумбас" (седельный барабан) имеют монгольское происхождение. Большой барабан, "набат" (арабск. "неубэт") считался принадлежностью воеводского звания.

Как у монголов (и у тюрок), русское войско иногда называлось "кошун" и делилось на пять частей, по крайней мере две из кото рых именовались так же, как у кочевников ("правая рука" и "ле вая рука"). Сигизмунд Герберштейн, описывая тактику русских, отмечал, что "они удачнее сражаются в дальнем бою, чем в ближнем, а поэтому стараются обойти врага и напасть на него с тыла";

он упоминал о коротких стременах русских всадников, об их ловкости в стрельбе из лука и о том, что саблей они пользуют ся весьма редко. Ричард Ченслер также писал, что все русские всадники – это стрелки из лука, что их луки подобны турецким и что они избегают ближнего боя. Об этом же свидетельствует Дже 1 Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоор дынских ханов. – М. 1966. – С. 35.


2 Арендт В. Где и когда был изобретен порох// Искры науки. 1928. № 12. – С.

453;

Школяр С.А. Китайская доогнестрельная артиллерия (материалы и ис следования). – М. 1980. – С. 161, 162, 178;

Недашковский Л. Ф. Золотоордын ский город Увек и его округа. – М. 2000. – С. 76.

3 Крадин Н.Н. Империя хунну. – М., 2001. – С. 60.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып ром Турбервиль: "Когда русского преследует жестокий враг, он ускачет прочь и, неожиданно повернувшись, поражает его из лу ка". Наиболее ярким примером заимствования русскими военной системы татар было принятие на службу царевича Касима с его ордой: в этом случае заимствовалось не только оружие и тактика, но и само войско. Это татарское войско впоследствии сыграло большую роль в битве на реке Шелонь;

в этом бою была исполь зована тактика "мэнгэдэй", и, как отмечает Н.С. Борисов, "татар ская выучка очень пригодилась москвичам": они одержали побе ду над десятикратно превосходящим по численности противни ком. Стрелковая тактика и лук стали настолько важным элемен том русского военного дела, что саадак был включен в число го сударственных регалий – то есть стал символом Московского цар ства. Венчаясь на царство, Михаил Федорович принимал не только Мономахову шапку и державу, но и саадачный набор. Следует отметить, что стрелковая тактика не получила рас пространения к западу от рубежей Руси. Литовцы высоко ценили русских стрелков из лука, переняли у них термин "саадак" и по сле присоединения Белоруссии включали их в свои войска – но, по-видимому, так и не завели собственных подразделений луч ников. Военная техника Запада пошла по пути, рекомендован ном в свое время Плано Карпини: чтобы противостоять лучни кам, рыцари одели двойную броню и стали использовать конский доспех. Западная граница Руси превратилась в линию противо стояния двух культурных кругов, каждый из этих кругов имел свой тип оружия. А.В. Чернецов отмечает, что это противостояние очень ясно осознавалось на бытовом уровне и проявлялось, в ча стности, в том, что на русских миниатюрах XV-XVI веков воины татары (и другие кочевники) и русские были практически неот личимы, они имели одинаковое вооружение. Напротив, немец кие, польские, литовские воины изображались иначе, в других шлемах и в других доспехах. В противостоянии Востока и Запада Русь выступала на стороне Востока;

к примеру, в сказании о бит ве при Ворксле Витовт рисуется не как союзник Руси в борьбе с Бартольд В. В. Сочинения. Т. V. – М. 1968. – С. 179;

Малик-зода А. Монголь ский военно-исторический словарь – http://xlegio.enjoy.ru/pubs/mongol_voco/ mongol_voco.htm;

Бранденбург Н. О влиянии монгольского владычества на древнее русское вооружение // Оружей ный сборник. 1871. № 4. отд. 2. – С. 81;

Герберштейн С. Записки о Московии. – М. 1988. – С. 113-114;

Вернадский Г. В. Монголы и Русь. Тверь-Москва. 1997. С. 370-371;

Мэн-да бэй лу… – С. 77;

Кычанов Е. И. Чжурчжени в XI в… – С.

278;

Ченслер Р. Книга о великом и могущественном царе России и князе Мос ковском// Россия XVI века. Воспоминания иностранцев. Смоленск. 2003. – С.

446, 447;

Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Т.IV. – М. 1964;

Турбервиль Дж. Стихотворные послания-памфлеты из России XVI века// Гор сей Дж. Записки о России. XVI–начало XVII в. М. 1990. – С. 256;

Борисов Н. С.

Иван III. М. 2000.- С. 240.

2 Беляков А. Всеоружие по царски – Интеррос, 2002. № 5. Режим доступа:

//http://www.interros.ru/magazine/05-2002/Rev/Arsenal http://www.ojkum.ru/ I. Теория и методология регионоведческих исследований Ордой, но как злейший враг, а победа мусульман над христиа нами объясняется не "попущением", а прямой помощью (христи анского!) Бога. (окончание следует) 1 ПСРЛ. Т. 35. – М. 1980. – С. 139;

Срезневский И. И. Словарь древнерусского языка. Т. 3. – М. 1989;

Пашуто В. Т. Образование Литовского государства. – М.

1959. – С. 355;

Чернецов А. В. К проблеме оценки исторического значения монголо-татарского нашествия как хронологического рубежа// Русь в XIII веке.

Древности темного времени. – М. 2003. – С. 16.

http://www.ojkum.ru/ II. РЕГИОН В РАКУРСЕ ПРЕДМЕТНОГО АНАЛИЗА: СТРУКТУРЫ И ПРОЦЕССЫ Социальные и демографические структуры Я.А. Барбднко Размещение крестьянства в Приморской области во второй половине XIX в.

Territorial location of peasantry in Maritime Province (Primorskaya oblast) in second half of XIX century В статье анализируется процесс размещения русских крестьян переселенцев в южной части Приморской области во второй половине XIX в., рассматриваются хронологическая и пространственная составляющие этого процесса. Основной предмет исследования – интенсивность возникно вения крестьянских селений и порядок их распределения по территории области. Выявлены два периода расселения в составе четырех этапов, опи саны характеристики процесса занятия переселенцами территории в раз ных частях области.

In article process of placing of Russian peasants-immigrants in a south ern part of Primorskaya oblast in second half XIX century is analyzed, chrono logical and spatial components of this process are considered. The basic object of research – intensity of occurrence of country settlements and an order of their distribution on oblast territory. Two periods of moving consisted of four stages are revealed, characteristics of process of territory settling in different parts of oblast are described.

Русская колонизация южной части Дальнего Востока (Амур и Уссурийский край) в XIX веке протекала в сжатые сроки и при непростых внешнеполитических условиях. Существует несколько направлений этого процесса, в том числе военная, казачья, кре стьянская и другие виды колонизации. Крестьянская отличалась относительной свободой, а следовательно – большей гибкостью в контексте имеющихся природных и социальных условий. В тра диции изучения русской колонизации Дальнего Востока кресть янская колонизация рассматривается главным образом с точки зрения переселения и хозяйственного развития;

то есть из поля зрения выпадает значительный пласт исторической реальности:

расселение крестьянства по территории, формирование рисунка расселения, основания этого процесса. По возможности исправить указанный недостаток призвана данная работа.

Поселение русских крестьян на Амуре начиналось с самых его низовий – от озера Кизи в направлении устья. Данный отре зок течения Амура (здесь размещалась Удская округа) был занят преимущественно в период 1855 – 1860 гг., селения размещались вдоль русла реки достаточно равномерно. Это обстоятельство можно толковать по-разному: как следствие естественных усло вий расселения, как следствие давления властей. Поскольку по http://www.ojkum.ru/ II. Регион в ракурсе предметного анализа: структуры и процессы следнее неоспоримо1, то остатся отметить, что преимущественно гористый характер местности, в которой протекает Амур, и боло тистость долин его притоков заставили селения колонистов жать ся к руслу главной реки. Это обстоятельство серьзно сократило потенциал вселения указанных территорий, в первую очередь по причине недостатка мест и площадей для вселения. Необходимо иметь в виду и климатический фактор, который для данной ме стности не благоприятствует возделыванию хлебов2. Вс вышепе речисленное объясняет, почему заселение территорий Николаев ской (Удской) округи занимает короткий промежуток времени – вторую половину 50-х гг.3 (см. табл. 1).

Табкица 1. Хрнмнкнгия нбразнвамия крестьямских секемий в южмнй части Прилнрскнй нбкасти, 1855 – 1900 гг.

Количество основанных селений Софийская/ Северно Этап/ Южно Николаевская/ Хабаровская Уссурийский Период Всего Уссурийский Удская округа округа край и район край по Амуру* Хабаровки* I. 1855 – 1867 55 21 19 1 II. 1868 – 1882 8 0 0 0 A. 1855 – 1882 63 21 19 1 III. 1883 – 1897 97 1 1 12 IV. 1898 – 1900 67 0 0 39 B. 1883 – 1900 164 1 1 51 Всего 227 22 20 52 * Примечание: Район Амура близ устья Уссури, даже левый берег, отнесен к Северно-Уссурийскому краю, поскольку в случае заселения данный район тяготеет именно к Уссури, а селения, основанные в этих местах, продолжают ось заселения, пролегаю щую вдоль Уссури. Кроме того, район устья Уссури – это единст венное место по Амуру в пределах Приморской области, где в конце XIX в. основывались крестьянские селения;

это обстоятель ство также привязывает эти сла и деревни к Уссури.

Вс дальнейшее пространство по Амуру от оз. Кизи вверх до Меньщиков А. Очерк заселения низового Амура // Журнал предварительна го междуведомственнаго совещания по вопросу о мерах, которыя должны быть приняты для колонизации низовьев Амура.

На правах рукописи

. Б. м., б. и, б. г. Приложение №3. С. 5;

РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 227. Л. 85 об. – 2 См.: представление начальника Удской округи генерал-губернатору, 1900 г., об условиях земледелия в округе. РГИА ДВ. Ф. 702. Оп. 5. Д. 103. Л. 57 об. – 58.

3 Кабузан В. М. Дальневосточный край в XVII – начале ХХ вв. – М.: Наука, 1985. С. 252.

4 Составлено по: Кабузан В. М. Дальневосточный край в XVII – начале ХХ вв. – М.: Наука, 1985. – С. 243 – 254.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып устья Уссури, то есть Софийская (позднее – Хабаровская) округа, заселялось в течение 1860 – 1863 гг.1 (табл. 1), ещ меньше, чем Удская. Климатические и почвенные условия здесь несравненно лучше, поскольку позволяют вести пашенное зерновое хозяйство, что и требовалось русским колонистам. Правда, необходимо отме тить специфическую черту строения поверхности части Софий ской округи, примыкающей к руслу Амура. Северная часть окру ги находится в узкой долине, что сокращает возможности разме щения пашенных угодий, сенокосов и проч., следовательно – и самих селений.

Необходимо найти причину, укоротившую период занятия крестьянскими селениями Софийской округи, ведь природные основания водворения в Софийской округе более благоприятны2, а упоминавшийся выше административный фактор действует в той же степени, как и в Удской. Такой причиной можно назвать "открытие" крестьянами Южно-Уссурийского края (его сельскохо зяйственных возможностей, весомо превосходящих соответст вующие возможности Софийской округи) в период заселения уча стка Амура от устья Уссури до оз. Кизи. Так, во второй половине 60-х гг. в Софийской округе не основывается ни одного селения, зато ежегодно появляются деревни в Южно-Уссурийской округе3.

Подобный "перехват" переселенцев вызван не только лучшими природными условиями, но и более либеральной политикой вла стей по отношению к размещению крестьян в Южно-Уссурийской округе4.

Возвращаясь к особенностям расселения в Софийской округе, можно отметить, что указанная выше черта поверхности север ной половины округа, а именно узкая долина Амура, имеет не отрицательное – как можно было подумать, – а положительное значение. Видно это по плотности заполнения селениями данно го отрезка по сравнению с более южными районами. Объясняется это просто: высокие берега не подвергались постоянным амур ским разливам и не страдали избытком влаги, чего так недоста вало соседним амурским территориям. Однако за это положи тельное обстоятельство крестьяне заплатили вполне, поскольку в данном районе высокие и гористые берега покрыты густым ле сом5, расчистка площадей от которого – тяжлый труд, который подчас ведт к нарушению на используемых участках природного равновесия, что в условиях покатых мест ведт к стремительной деградации почв и скорой необходимости новых расчисток6.

Там же. С. 250 – 251.

Однако недостаточны для комфортного возделывания, см.: РГИА ДВ. Ф. 1.

Оп. 1. Д. 745. Л. 227.

3 Кабузан В. М. Дальневосточный край в XVII – начале ХХ вв. – М.: Наука, 1985. – С. 245 – 251.

4 РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 320. Л. 187 – 187 об.

5 Маак Р. Путешествие на Амур, совершенное по распоряжению Сибирского Отдела Императорского Русского Географического общества, в 1855 году. – СПб.:б. и., 1859. – С. 58 – 59.

6 РГИА ДВ. Ф. 702. Оп. 5. Д. 103. Л. 57 об. – 58.

http://www.ojkum.ru/ II. Регион в ракурсе предметного анализа: структуры и процессы Выходом из такого положения было оставление крестьянами земледельческих занятий, по крайней мере в качестве основных, и переключение на заработок, даваемый дровяной торговлей и почтовой гоньбой1. Данные основы крестьянского хозяйства2 ог раничивали потенциальные возможности Низового Амура как зоны массового расселения3. Рост амурского крестьянского насе ления возобновляется только в 90-е гг., что связано с возникнове нием нового вида масштабных промыслов – рыбного4. По видимому, он давал достаточно средств к существованию для большего числа людей, чем проживало на Нижнем Амуре к на чалу 90-х. Однако следует отметить, что возобновление крестьян ского заселения Амура в конце века не привело к изменению гео графии расселения, но только к росту количества жителей.

Итак, период формирования сетки крестьянского расселения по Амуру в пределах Приморской области продолжался всего де сять лет, с 1855 по 1864 гг. За это время русским удалось занять долину Амура, однако на разных е участках плотность расселе ния различна, что связано с причинами как естественного, так и исторического характера. В северной Удской округе, территория которой занималась с военно-стратегической целью, имеется дос таточно плотное размещение сл, расстояние между которыми редко превышает 20 км. В Софийской округе, заселение которой крестьянами началось несколько позже, расстояние между селе ниями, особенно в южной части (Троицкая волость), может дости гать сотни километров. Это, возможно, связано с изменением по литического климата вокруг этих территорий в период образова ния здесь селений (начало 60-х гг.). Также не стоит забывать о природном факторе: неудобстве расселения земледельческого на селения по берегам Амура, в низменной части ежегодно зали ваемым рекой, в гористой – неудобным для возделывания хлебов.

Большие расстояния между селениями в данном районе слу жили источником недоразумений между властью и населением.

Так, в 1893 г., в связи с переносом волостного центра из с. Вятского в с. Троицкое, от большинства жителей волости по ступило ходатайство о возврате волостного правления на преж нее место. Мотив – удалнность нового местоположения правле ния от "густонаселнной" части волости: "При вводимой же вновь организации напротив, управление это значительно удаляется от более населенных частей волости … В один конец от этого се РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1153. Л. 18 – 18 об.

Если амурских жителей крестьянского происхождения, в массовом порядке занимающихся профессионально торговлей и извозом, можно назвать полно ценными крестьянами.

3 Сборник главнейших официальных документов по управлению Восточной Сибирью. Том V. Леса Приамурского края. Вып. 1. Описание лесов Примор ской области. Хабаровск: б. и., 1893. – С. 42 – 43.

4 Меньщиков А. Очерк заселения низового Амура // Журнал предварительно го междуведомственного совещания по вопросу о мерах, которые должны быть приняты для колонизации низовьев Амура. На правах рукописи. Б. м., б. и, б. г. Приложение № 3. – С. 3.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып ления (Троицкого – Б. Я.) до Хабаровки считается 188 верст рас стояния, а в другой конец, до Иннокентьевскаго селения, – толь ко 54 версты"1.

Заселение крестьянами Южно-Уссурийского края начинается в 1861 г. С этого года открывается новый период в переселении на Дальний Восток, хотя необходимость свободного расселения по области администрация осознала раньше – например, первое крестьянское селение в Южно-Уссурийском крае, Фудин, факти чески было основано в 1860 г. в процессе осмотра местности ходо ками2. В дальнейшем расселение крестьян по краю протекало свободно, ограничиваясь только советами и вполне необязатель ными наставлениями чинов администрации. Осложняющим фактором рассмотрения процесса крестьянского расселения в Южно-Уссурийском крае является его географическая неодно родность, причм таковая превосходит неоднородность северных округ (см. рис. 1).

Первая половина 60-х гг. (первый этап крестьянского рассе ления по области, см. табл. 1) для южного края прошла под зна ком занятия крестьянскими селениями окраин: ключевых пунк тов на побережье Японского моря (Фудин, 1861;

Владимировка и Александровка, 1864;

Шкотово, 1865), оз. Ханка (Турий Рог, 1863). Очевидна привязка русского гражданского населения к военным постам в этом новом, неизвестном и потенциально опас ном крае3. Вторая половина 60-х гг. для Южно-Уссурийского края (второй этап расселения, см. табл. 1) – это время расселения крестьян по его внутренней, низменной части. Точнее говоря, это местность, лежащая между оз. Ханка и зал. Петра Великого, именно здесь возникает первая колсная дорога в крае (и облас ти). Неудивительно, что "вторая очередь" заселения приходится именно на указанную местность. Селения в данном регионе рас полагались двумя группами: в районе оз. Ханка – Троицкое, Аст раханка, Камень-Рыболов, в районе среднего и нижнего течения р. Суйфун – Раздольное, Никольское, Красный Яр. Эти группы лягут позже в основу начальной системы самоуправления кре стьян в Южно-Уссурийском крае4. На 70-е – начало 80-х гг. при ходится занятие суйфунско-ханкайской низменности и западного побережья зал. Петра Великого5 (см. также рис. 1).

К завершению первого периода русского крестьянского рас селения по Приморской области картина распределения кресть янских селений в Южно-Уссурийском крае была такова: заняты РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 3. Л. 93 об – 94.

Материалы по обследованию крестьянских хозяйств Приморской области.

Старожилы-стодесятинники. Том IV (описание селений) / А. Меньщиков. Под ред. А. А. Татищева. – Саратов: б. и., 1912. – С. 533.

3 О размещении постов см.: Барткова И. И. Формирование сельских поселений Приморья (1858 – 1917 гг.). // Записки Приморского филиала Географического общества СССР. Т. XV. – Владивосток: ДВКИ, 1966. – С. 63 – 70.

4 Буссе Ф. Ф. Переселение крестьян морем в Южно-Уссурийский край в 1883 – 1893 годах. – СПб.: б. и., 1896. – С. 134.

5 Там же.

http://www.ojkum.ru/ II. Регион в ракурсе предметного анализа: структуры и процессы Условные обозначения Государственная граниеа Преимущественный ареал расселения, гг.

Название Фудин 1861 до конеа 60-х и год основания селения 1868 – 1883 — 1892 — Рис. 1. Этапы расселения русского крестьянства на юге Приморской области во второй половине XIX в.

http://www.ojkum.ru/ Ойкумена. 2008. Вып ми оказались все удобные для того времени места, а именно – ханкайско-суйфунская низменность, морское побережье, особенно вблизи портовых пунктов. Не отрицая выгодности и "справедли вости" такой конфигурации расселения, можно задаться вопро сом: почему переселенцы оставляют без внимания восточное по бережье Ханки и прилегающие к нему территории, вполне вы годные для расселения? Думается, что объяснить это можно соче танием двух факторов. Во-первых, конфигурацией путей сообще ния, обходивших обсуждаемую местность стороной (пути шли ли бо по линии Никольское – Ханка – Сунгач – Уссури, либо по ли нии Никольское – Даубихэ – Уссури, причм основным был пер вый путь, по нему и перевозили крестьян1. Таким образом, пере селенцы не имели возможности осмотреть местность, находясь в пути. Во-вторых, был переизбыток земель в пределах тогдашней крестьянской ойкумены в Уссурийском крае. Всерьз изменить географию крестьянского расселения в таких условиях были спо собны приток большого количества переселенцев (устранение зе мельной избыточности) и изыскательские работы (вывод удобных для землепашества территорий из неведения). Вс это было реа лизовано на следующем этапе расселения.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.