авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |
-- [ Страница 1 ] --

Стендаль.

Портрет работы шведского художника Улафа Сэдермарка (1840)

я. ФРИД

СТЕНДАЛЬ

ОЧЕРК ЖИ3HИ И ТВОРЧЕСТВА

Издание второе,

пересмотренное и дополненное

ИЗДАТЕЛ ЬСТВО

«ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА»

М о с к в а 1967

ПАМЯТИ

ЕВЫ МИХАИЛОВНЫ ФРИД

ОТ АВТОРА

Сто двадцать пять лет прошло со дня смерти Стен даля, но можно сказать, что в потоке времени его про изведения не стареют и волнуют «ас сильнее, чем фран цузов первой половины XIX века, современников их автора.

Стендаль не ошибался, выражая надежду, даже уве ренность, что его поймут в XX столетии. Его творческий облик близок нашей эпохе, многие из его 'идей созвучны с нею. Как. художник Стендаль опередил свое время, начав конкретно изображать жизнь общества и внут реннюю жизнь человека как процессы непрерывного и противоречивого, полного борьбы движения. Не слу чайно французские 'исследователи говорят о кинемато графичности прозы этого писателя, чье творчество от делено десятилетиями от первого лепета киноискус ства.

Во французской литературе Стендаль и его великий современник Бальзак подобны двум вершинам. Их твор ческие достижения были важнейшей стадией развития реализма, который М. Горький назвал критическим.

Стендаль — основоположник этого реализма во Фран ции.

Он родился за шесть лет до Великой французской революции 1789 года, сокрушившей феодальный строй во Франции,,и умер за шесть лет до революции 1848 го да, которую К. Маркс охарактеризовал как первую ве ликую битву между пролетариатом и буржуазией. Со бытия в жизни Стендаля, процесс его духовного разви хил и творческих исканий неотделимы от драматиче ской эпохи двух французских революций (1789—1793 и 1830 гг.) и 'наполеоновской империи. Невозможно впол не понять своеобразие произведений Стендаля в отрыве от эпохи, от его биографии и истории духовного разви тия, «е учитывая неизменно активного и страстного отношения Анри Бейля к жизни общества, современни ком которого он был.

Конечно, это -не означает, что по верному пути идут те зарубежные исследователи, которые ищут в творче стве Стендаля зеркальное отражение его личности и ivH3'HH.

Каждый писатель опирается на личный опыт, на воспоминания. Биографический метод абсолютизирует эту особенность художественного творчества, требуя на ходить в личности и жизни автора источник чуть ли не каждой детали произведения. Добросовестность этого рода приучает исследователя, а вслед за ним и чита теля— незаметно для них — не доверять изобретатель ности художника, творческой силе его вдохновения, воображения, искусства перевоплощаться (которым Стендаль владел в совершенстве). Узкий биографизм оставляет простор для субъективистски-тенденциозного истолкования фактов, для всевозможных домыслов (на пример, д а ж е о том, что Анри Бейль был психически больным человеком).

Биографизм, отдаляющий личность художника от общественного содержания его эпохи, подчас соединяет ся с психоанализом, с компаративизмом. Удивительная бесплодность такого сочетания блестяще, хотя и не вольно, подтверждена французским литературоведом Жильбером Дюраном, автором книги «Мифическая оправа «Пармского монастыря» Это сочинение—образ чик схоластической классификации, фразеологии, напо минающей афоризмы мольеровских врачей. Историче скую конкретность и поэзию, индивидуализацию харак теров и стиль творческой р а б о т ы — в с е неповторимое искусство Стендаля — Ж. Дюран растворил, словно ал мазы в уксусе, в «комплексах», в «первичных» мифоло G i l b e r t D и г a n d, Le decor mythique de La «Chartreuse de Parme», Contribution a I'esthetique du romanesque, Corti, Paris, 1961.

гических и литературных образах;

вместо анализа — безжизненная, охватывающая тысячелетия схема, в ко торой творчество Стендаля механически связано с древ нейшими мифами.

Но ошибочным было бы представление, будто по книге Ж. Дюрана можно судить об уровне зарубежного стенда л сведения.

Большая, кропотливая и трудная работа проделана группой высококвалифицированных стендалеведов-тек стологов.

Менее сорока лет прошло после первого полного из дания незавершенного шедевра Стендаля — романа «Люсьен Левей», написанного почти за сто лет до того.

Серьезное текстологическое изучение :и опубликование всего наследия Стендаля было начато в конце XIX века и еще не вполне закончено. iBce новые и новые страни цы и строки Стендаля становятся достоянием читателей.

Французские исследователи-энтузиасты — Анри Марти но, Пьер Мартино, Анри Дебре, Поль Арбле, Анри Рамбо, Луи Руайе, Виктор Дель Литто, Пьер Журда и многие другие — изучали и изучают рукописи Стендаля, расшифровывая их слово за словом (в 1834 году Анри Бейль сам признал, что его почерк «превратился в' шифр»), издают его неизвестные и малоизвестные тек сты, без которых было бы невозможно изучить творче ский путь автора «Красного и черного». Анри Мартино, один из лучших знатоков наследия французского клас сика, в течение почти полувека печатавший в своем журнале «Диван» только статьи и заметки о Стендале, подвел итог собственным изысканиям и работе других ученых, выпустив под своей редакцией следующие кни ги: а) юношеские тетради Анри Бейля — «Мысли. Но вая философия»;

1 б) фрагменты юношеских пьес Анри Бейля и материалы, связанные с работой над ними,— «Театр»;

2 в) тексты на политические и исторические те мы;

3 г) тексты автобиографического характера и ^ S t e n d h a l, Pensees. Filosofia nova, tt. I—II, «Le Divan», Paris, 1931 (в дальнейшем при ссылках на это издание оно будет обозначаться сокращенно — Р.).

S t e n d h a l, Theatre, tt. I—III, «Le Divan», Paris, (краткое обозначение — Т.).

S t e n d h a l, Melanges de politique et d'histoire, tt. I—II, «Le Divan», Paris, 1933 (краткое обозначение — M. P. H.j.

заметки на полях рукописей и книг;

1 д) наброски худо жественных произ-ведений и литературно-критических статей;

2 е) статьи Стендаля для английских журналов (переведенные с английского языка, так как рукописи не найдены);

3 ж) тексты, посвященные Италии;

з) тексты, посвященные искусству и итальянской живописи;

и) за метки о Мольере, Шекспире, комедии;

к) материалы для ненаписанного тома «Записок туриста» и др. В. Дель Литто в 1955 году издал со своими комментариями большой дополнительный том текстов Анри Бейля 4.

Существует немало талантливых и серьезных иссле довательских работ—книг и журнальных статей,—авто ры которых в той или иной степени глубоко изучили раз личные стороны деятельности и творчества Стендаля.

К книгам этого типа принадлежат труды Анри Мар тино: «Сердце Стендаля. История его жизни и его чувств» 5 и «Творчество Стендаля. История его книг и его мьгсли» 6. Писатель и литературовед, герой Сопро тивления Ж а н Прево написал впервые изданную в году очень талантливую, насыщенную интересными на блюдениями и ценными выводами из них книгу: «Сози дание у Стендаля. Этюд о ремесле и психологии писа теля» 7. Высокой оценки достойны монографии итальян ских литературоведов Марио Бонфантини «Стендаль и реализм» 8 и Луиджи Фосколо Бенедетто «Черный мо S t e n d h a l, Melanges intimes et marginalia, tt. I—II, «Le Divan», Paris, 1936 (краткое обозначение — M. I. M.).

S t e n d h a l, Melanges de litterature, tt. I—III, «Le Divan», Paris, 1933 (краткое обозначение — M. L.).

S t e n d h a l, Соитпег anglais, tt. I—V, «Le Divan», Paris 1935—-1936 (краткое обозначение — С. A.).

En marge des manuscrits de Stendhal. Complements et frag ments inedits (1803—1820), Presses Universitaires de France, Paris, 1955 (краткое обозначение — С. F.).

H e n r i M a r t i n e a u, Le coeur de Stendhal. Histoire de sa vie et de ses sentiments, tt. I—II, Albin Michel, Paris, 1952—1953.

Henri M a r t i n e a u, L'oeuvre de Stendhal. Histoire de ses livres et de sa pensee, «Le Divan», Paris, 1945.

J e a n P r e v o s t, La Creation chez Stendhal. Essai sur le metier d'ecrire et la psychologie de lecrivain, «Mercure de France», Paris, 1951 (на русском языке эта книга издана под названием:

«Стендаль, опыт исследования литературного мастерства и психо логии писателя», М.—Л. 1960).

Mario Bonfantini, Stendhal е realismo, Feltrinelli, Milano, 1958.

настырь. Как родился «Пармский монастырь» 1 и «Пар ма Стендаля» 2. Очень интересна книга Луи Арагона «Свет Стендаля» 3, содержащая принципиально важные обобщения. В. Дель Литто, обладающий широким кру гозором и замечательным знанием материала, опубли ковал «Жизнь Стендаля» 4, множество фактов собрал и проанализировал в исследовании «Интеллектуальная жизнь Стендаля. Возникновение и развитие его мыслей.

1802—1821» 5. Вкладом в изучение творческой истории первого большого романа Стендаля является моногра фия К. Липранди «Сердцевина «Красного и черного».

Дело Лаффарга и кКрасное и черное» 6.

Значительны успехи зарубежных литературоведов, изучающих эпоху Стендаля. Так, по инициативе извест ного стендалеведа Роберта Виньерона в Соединенных Штатах Америки подробно исследуется развитие фран цузского романтизма. Полезность этой работы подтвер ждена книгой К. Иенсена «Эволюция романтизма в 1826 году» 7.

Подлинным центром стендалеведения стал « 1958 го с да трехмесячный журнал «Стендаль клуб». Основанный и руководимый В. Д е л ь Литто, он печатает неизвестные ранее тексты Анри Бейля и другие материалы, статьи, библиографию. Он широко осветил тему «Стендаль в Рос сии», поместив интересные статьи советского литературо веда Т. Кочетковой и часть ее ценной библиографиче ской работы на эту тему (полностью изданной в Москве) 8.

L u i g i F о s с о 1 о В е n е d е 11 о, La Chartreuse noire. Com ment naquait «La Chartreuse de Parme», Sansoni, Firenze, 1947.

L uig i Foscolo B e n e d e t t o, La Parma di Slendhal, Sansoni, Firenze, 1950.

A r a g o n, La lumiere de Stendhal, Denoel, Paris, 1954.

V i с t о r D e 1 L i 11 o, La vie de Stendhal, recit, Ed. du Sud Albin Michel, Paris, 1965.

V. D e 1 L i 11 o, La vie intellectuelle de Stendhal. Genese et revolution de ses pensees (1802—1821), Presses Universitaires de France, Paris, 1959.

С l a u d e L i p r a n d i, Au coeur du «Rouge». L'affaire Laf farguet et «Le Rouge et le Noir», Editions du «Grand Chene», Lausan ne, 1961.

С h r i s t i a n A. E. J e n s e n, L'evolution du romantisme.

Annee 1826, Droz-Minard, Geneve — Paris, 1959.

Стендаль. Библиография русских переводов и критической литературы на русском языке, 1822—1960, изд-во Всесоюзной книж ной палаты, М. 1961.

Следует отметить, что В. Дель Литто признал необ ходимым «подчеркнуть важность участия марксистской критики в области стен дал еведе-ния»

Вступительные «статьи и комментарии к двум совет ским изданиям собрания сочинений Стендаля написаны одним из лучших в СССР знатоков французской лите ратуры Б. Г. Реизовым. Их достоинства обусловлены не только превосходной эрудицией автора, но и научным, (историко-литературным подходом. Б. Г. Реизову при надлежат и изданные в последние годы монографии о романтическом историческом романе и о романтической историографии, углубившие изучение эпохи Стендаля 2.

Работы других советских авторов о Стендале также свидетельствуют о том, что наше литературоведение уделило немалое внимание его творчеству.

i«B искусстве социалистического реализма, основан ном на принципах народности и партийности, смелое новаторство в художественном изображении жизни со четается с использованием и развитием всех прогрессив ных традиций мировой культуры» (Программа Комму нистической партии Советского Союза). М. Горький не раз напоминал, что он многому научился у французских реалистов XIX столетия. Один из них — Стендаль, ге ниальный художник-гуманист.

«Stendhal Club», Ed. du «Grand Chene», Grenoble — Lausanne, № 3, 15 -avril 1959, pp. 236—237.

Б. Г. P e и з о в, Французская романтическая историография (1815—1830), изд. Ленинградского университета, JI. 1956;

Б. Г. Р е п з о в, Французский исторический роман в эпоху романтизма, Гослитиздат, Л. 1958.

АНРИ БЕЙЛЬ В ГОДЫ РЕВОЛЮЦИИ, ДИРЕКТОРИИ, ИМПЕРИИ Всегда работать для XX столетия (1802).

Используй опыт: пусть он не соскальзывает с тебя, подобно воде (1805).

Анри Б е йль, записи в юношеских тетрадях Гренобль. — Италия Д в а д ц а т ь третьего января 1783 года в Гренобле ро дился Мари-Аври Бейль, сын адвоката местного парла мента (судебной палаты) Шерюбена-Жозефа Бейля и его жены Аделаиды-Генриетты.

Д е д и прадед Анри Бейля тоже были адвокатами (а произошел их род из крестьян старинной провинции, Дофине, в которую входил Гренобль);

дед и прадед Бейля по материнской линии — врачи (а их предки — крестьяне Прованса, в далеком прошлом — итальянцы).

В автобиографической заметке (1837) Стендаль ска зал о социальном положении своих родителей: они «имели достаток и принадлежали к высшим кругам буржуазии».

Анри было семь лет, когда он потерял горячо любимую мать;

ее образ и через полвека жил в памя ти Стендаля как воплощение женственности и грации, чудесной доброты и одухотворенности;

он с гордостью вспоминал о том, что его мать читала Д а н т е в подлин нике.

О своем отце — Шерюбене Бейле — Стендаль не сказал, пожалуй, ни одного доброго слова: мрачный х а в ж а и лицемер, реакционер и тиран, алчный скупец и фантазер. Шерюбен Бейль мог бы, пожалуй, не менее колоритно выразить свое мнение о сыне: бессердечный и недоброжелательный соглядатай в родном доме, легко мысленный вертопрах и... фантазер. Но Шерюбена Бейля увлекала всего лишь честолюбивая мечта срав няться с владельцами поместий. А на долю Анри Бейля •выпало счастье щедро обогащать своей фантазией реальную жизнь людей. С малолетства душевный склад сына был чужд отцу, -и Бейль навсегда остался отчуж денным от него.

Личный опыт Анри Бейля отразился в произведени ях Стендаля: изо всех его героев лишь у Люсьена Ле вей а веселый, добрый,и ласковый отец.

Мальчика воспитывал дед по материнской линии, Анри Ганьон — почитатель Вольтера, просвещенный гу манист, автор книг о гальванизме, метеорологии и вид ный общественный деятель Гренобля. Анри Ганьон, по мере того как внук подрастал, все более пробуждал его любознательность, беседуя с ним о литературе, отвечая на его вопросы. Мальчик хохотал, наслаждаясь «Дон Кихотом», обливался слезами над «Грандисоном» Ри чардсона, поглощал Бюффона и римскую историю, Кор неля и Мольера, Лафонтена, «Новую Элоизу» Руссо и «Неистового Роланда» Ариосто. В десять лет он тайком написал первое действие комедии в прозе в трина дцать— полюбил Шекспира и читал «Энциклопедию».

Книги приобщили Анри Бейля к миру необычайного, к стихии героики и комического.

И жизнь изумляла и воодушевляла необычайными событиями, героикой и патетикой революционной эпохи.

Гренобль, окруженный снежными вершинами фран цузских Альп, — центральный город края, который из давна славится вольнолюбием и высоким патриотизмом.

Совсем недавно, в 1942—1944 годах, Гренобль называли «столицею Сопротивления», а полутора веками ранее, в 1788 году, народный мятеж на его улицах был предве стием Великой французской революции.

В 1788 году Анри Бейлю было всего пять лет;

но он хорошо запомнил день, когда впервые «народ воз мутился против правительства...» («Жизнь Анри Брю лара»). Прошло еще пять лет, и тетка Анри обвинила его в жестокости, когда лицо мальчика выразило ра дость при вести о казни Людовика XVI — ведь короля изобличили в предательстве. Так народное понимание справедливости вторглось в дом адвоката Бейля, ко торый надменно отвергал новый строй.

С первых дней революции поэты-несенники (а их было немало) и сатирически и патетически комменти ровали события. В начале 1793 года в Париже были изданы куплеты «песенника-патриота» Ладре «Смерть Луи Капета»:

Король и заговорщик По имени Луи, Капет — тиран последний — За происки свои Подарок новогодний Отменный получил — Его нож гильотины Сурово проучил.

Тираны-венценосцы И бешеная знать, Пора, пора понять вам, Что нам нельзя мешать!

Уже монарх французский — Добыча палача, И злобные святоши Трепещут и молчат... Примерно так настроен был тогда и Анри Бейль;

примерно так относился к «знати» (к своему отцу) и к «святоше» (своей т е ш е ), под одной крышей с кото рыми жил.

От сестры деда, Элизабет Ганьон, женщины гордой и благородной, с пафосом произносившей поговорку:

«Это прекрасно, как «Сид»!» 2, Анри воспринял «испан ское»— рыцарски-возвышенное — представление о чести.

И когда Гренетскую площадь — в годы революции пло щадь Свободы — пересекали полки, призванные защи щать родину от вторжения иностранных войск, мальчик видел живых, реальных героев и понимал: честь — это революционный патриотизм.

Гренобльское Общество якобинцев образовало вое низированные «батальоны Надежды» из граждан горо да в возрасте от восьми до восемнадцати лет. Маль чик, завидуя своим сверстникам, сочинил письмо и под писал его именем гражданина Гардона, который воз Стихотворные тексты, имеющиеся в книге, переведены авто ром.

«Сид» — героическая трагедия Корнеля.

главлял эту армию: Аир и Ганьон обязан направить внука в «батальон Надежды». Хитрость мальчика была раскрыта.

Шерюбен Бейль поручил воспитание сына аббату — иезуиту Райяну, которому удалось одно: вызвать в мальчике равнодушие и недоверие к религии, ненависть к иезуитизму и клерикалам. Зато другого своего учи т е л я — талантливого геометра Гро, известного в Гре нобле бедняка-якобинца — Анри полюбил. «Великий че ловек», «милый мне человек», скажет впоследствии о нем Стендаль. С нежностью вспоминал автор «Жизни Анри Брюлара» и о Фальконе, содержавшем в Греноб ле библиотеку-читальню;

это был патриот, преданный республиканским идеалам и во времена Наполеона, и при Бурбонах.

Однако внук доктора Ганьон а — н е Гаврош эпохи французской революции 1793 года. Анри Бейля пле няют нравственная чистота и сила Гро, величие народа, защищающего революционное отечество. Но он далек от бытия простонародья, плебейской Франции. Заглянув однажды в якобинский клуб, Анри с удивлением при сматривался к беднякам, участникам собрания;

они по казались ему «ужасно вульгарными» («Жизнь Анри Брюлара»). Он от души сочувствовал простым людям;

но не так легко было стать своим в их среде. Ведь мальчик совсем не знал этих мужчин и женщин;

не складная речь, жалкое одеяние неотесанных санкюло тов помешали ему разглядеть в их облике ту одухотво ренность, ту гордую непреклонность, за которые он по любил просвещенного передового человека Гро и кото рые живописец революционной Франции Давид увидел и запечатлел в своей «Зеленщице».

В 1795 году Конвент постановил основать в главных городах всех департаментов центральные школы. Про граммы для них составил философ де Траси, особое внимание уделив логике и философии XVIII века — главным образом сенсуалистской теории познания, враждебной философскому идеализму.

В 1796 году тринадцатилетний Анри Бейль начал проходить курс второго «цикла» в гренобльекой цен тральной школе. Анри Ганьон, входивший ;

в ее совет, произнес при ее открытии речь;

он отметил прогресс наук, опирающихся на опыт, и выразил надежду, что школа воспитает в но.вом поколении любовь к респуб ликанским добродетелям.

Стендаль рассказал в «Жизни Анри Брюлара» о том, как завершилось в центральной школе его «первое воспитание». Подросток с увлечением воспринял пате тический призыв учителя математики: «Дитя мое, изу чай «Логику» Кондильяка, она — основа всего». Но па фоса у преподавателя было, очевидно, больше, нежели знаний, и Анри овладевал математикой вне школы, под руководством Гро, и очень полюбил ее. Бейль уверен был, что железная логика этой науки поможет ему ис кать истину — «царицу мира»;

он надеялся найти ее в Париже, в Политехнической школе;

он страстно же лал покинуть Гренобль, где проникся отвращением к «забавному животному—французскому буржуа года».

Изучая математику, Бейль не забывал и о литера туре, читал и перечитывал Шекспира в плохом перево де Летурнера, старался не пропускать драматические и оперные спектакли и решил, что станет новым Молье ром...

Луи Крозе, соученик и близкий друг Анри Бейля, всю жизнь бережно, как реликвию, хранил групповой * портрет, на котором — как предполагают — преподава тель рисования Гренобльской центральной школы, неплохой портретист, изобразил в конце учебного года своих лучших учеников. Среди них, в самом деле, узнаем Анри Бейля. Сходство с позднейшими его порт ретами— явное. Тот же, широкий у лба, менее широкий у полных щек, овал лица;

тот же слегка приплюснутый нос с широкими ноздрями. Так же своевольно вьются черные волосы и удивленно взлетают к вискам брови, подчеркивая, что не совсем прямо поставлены внима тельные глаза (которыми Бейль ненасытно будет вгля дываться в свою беспокойную эпоху, насыщенную энер гией классовой борьбы, страстями, мечтаниями, разоча рованиями людей)...

В 1799 году юноша окончил школу, получив первую награду по математике. Перед этим комиссар Директо рии в Гренобле произнес речь, в которой напомнил мо лодым гражданам: только свобода «может возвысить душу над пошлыми мыслями;

она одна дает возмож ность гению отдаться его естественному и возвышенному порыву» К С таким напутствием вступил в жизнь Анри Бейль.

Путь в Париж был перед ним открыт. Он покинул Гренобль 30 октября 1799 года, когда в Париже захва тил власть над Францией молодой генерал республики Бонапарт, победами которого Бейль так же восхищался, как очень многие его современники.

Французской революции XVIII века «придавал раз мах и силу» «союз городского ксплебса» (^современного пролетариата) с демократическим крестьянством...» 2.

Девиз революции «Свобода, Равенство, Братство» отве чал чаяниям плебейской, демократической Франции и ее идеологов. Либеральные буржуа не протестовали против того, что в революционных событиях и патрио тических войнах усилия и лишения выпадали главным образом на долю плебейских масс. Но буржуа и их идеологи уверены были, что только им принадлежат плоды этих усилий плебса;

и они не так, как трудовой народ, понимали призыв к равенству. Либеральная бур жуазия «начала обнаруживать свою вражду к последо вательной демократии еще в движении 1789—1793 го дов» 3.

А в 1799 году некий гражданин Лзйя в пропагандист ском «Стихотворном послании молодому земледельцу, недавно избранному депутатом» уже поучал простона родье: ему не то что к равенству стремиться, но и во обще политической деятельностью заниматься не сле дует;

пусть лучше оно возлюбит удел «скромного Кан дида», возделывавшего свой с а д 4.

Бедствовавшие плебейские массы городов, лишенные земли крестьяне участвовали в революции и защищали родину, желая покончить с привилегиями высших клас сов, завоевать свободу от угнетателей и нищеты, стать Цит. по кн.: P a u l А г b е 1 е t, «L'Histoire de la peinture en Italie» et les plagiats de Stendhal, Paris, 1913, p. 282.

В. И. Л е н и н, Полное собрание сочинении, т. 21, стр. 89.

T а м ж е, стр. 83.

Epitre a un jeune cultivateur nouvellement elu depute, par le citoyen Laya, A Paris, An VII.

полноправными гражданами демократической респуб лики.

Буржуазия стремилась не к последовательной демо кратии, а к освобождению от абсолютизма. Отжившие феодальные отношения препятствовали развитию капи талистического 'производства;

они мешали предприни мателям покупать рабочую силу. Одно из завоеваний крупной буржуазии в первый период революции — утверждение права на «свободный» договор работода теля с полностью зависимым от него рабочим.

Даровав труженику эту свободу быть эксплуатируе мым, буржуазия законом Ле Шапелье (1791) запретила рабочим объединяться в союзы и бастовать. Разделив население Франции на четыре миллиона «активных»

(имущих) граждан и двадцать миллионов «пассивных»», она лишила политических прав рабочих и других бед няков.

Десятого августа 1792 года парижские санкюлоты совместно с отрядами патриотов, прибывших из провин ции, подняли восстание против стоявшей у власти круп ной буржуазии и завоевали право на свое участие в голосовании. Был избран Конвент. В нем после ожесто ченной борьбы победили мелкобуржуазные демократы,' якобинцы-монтаньяры, считавшие, что необходимо опи раться на поддержку масс. Под руководством Робес пьера они установили диктатуру революционного (прави тельства. Революция приобрела демократический харак тер. Благодаря поддержке народных масс оказалась возможной победа над войсками иностранных интервен тов. «Якобинцы дали Франции лучшие образцы демо кратической революции и отпора коалиции монархов против республики» К Реакционная буржуазия взяла реванш 9 термидора II года Республики (27 июля 1794 г.). Бенжамен Кон стан, который впоследствии стал известным француз ским политическим деятелем-либералом, а в конце XVIII века выражал сочувствие термидорианцам, точно охарактеризовал в дневнике 1811 года совершенный ими переворот: «Это — война имущих против неимущих».

Вновь захватив власть, крупная буржуазия уничтожила политическое равенство. Восстания народа 1 апреля и В. И. Л е н и н, Полное собрание сочинений,,,!. 32, стр. 374, 20 мая 1795 года были жестоко подавлены. Сынки но вых богачей и дворянская «золотая молодежь» расправ лялись с якобинцами. Уделом народа стала ужасающая нищета. После принятия закона о максимуме заработ ной платы (1795) шахтеры в Литри (Нормандия).полу чали, сообщает французский историк Ж о р ж Лефевр, от 15 до 45 су в день, а фунт мяса на черном рынке стоил 25 су, фунт масла 45 су. Бабеф из тюремной камеры призывал «достигнуть главной цели — священного ра венства». Новое правительство — Директория — беспо щадно расправлялось с республиканцами-демократами и эгалитаристами, единомышленниками Бабефа.

Чтобы наполнить.пустую казну, оно обкладывало все большими налогами бедствовавших тружеников. А фан тастически богатые и наглые хищники-спекулянты, бан киры, биржевики, поставщики обмундирования для ар мии роскошествовали.

Демократически настроенный публицист Э. Лустело еще в 1790 году проницательно предупреждал: плоды революции достанутся богатым и «аристократия денег займет место родовой аристократии». Термидор, правле ние Директории —этапы на этом шути буржуазии к по беде.

Беспощадно подавляя движение плебейских респуб ликанцев, термидорианцы пытаются установить твердую вла-сть контрреволюционной крупной буржуазии. Но у Директории нет авторитета. Все разнузданнее спекуля тивная анархия, обостряется кризис промышленности и торговли, растет дороговизна. Трудовому народу Дирек тория ненавистна. И буржуазия и сторонники Бурбонов ни во что не ставят бездарное правительство. Стендаль впоследствии упомянул о «всеобщем презрении» к Ди ректории (С. А., III, 303).

Вот почему враги Республики решают, что пришло их время выступить с оружием в руках. Но генерал Бо напарт поразил картечью с паперти церкви Сен-Рок их нестройные ряды, заполнившие 13 вандемьера узкую улицу Сент-Оноре и спас режим. Теперь он —опора Ди ректории, воздающей ему почет и опасающейся его ре шительности и энергии.

Один роялистский песенник так сказал об исходе борьбы 13 вандемьера (назвав при этом «народом» про тивников Республики):

Таланты, добродетель, трон — не без причин — Изгнал с презреньем век бездушный и растленный:

Без них вы заработаете высший чин, Коль расстреляете народ наш суверенный.

Недальновидный.песенник не угадал: в этой сложной обстановке Бонапарт не удовлетворится самым высшим военным званием. Он может стать — и становится — тем, кто до зарезу нужен крупной буржуазии: диктатором.

18—19 брюмера VII года (9—10 ноября 1799 г.) Бона парт совершает государственный (переворот. Консульст во сменило Директорию.

А народу — не легче. Об этом смело говорит поэт плебеев, автор «Новой песни для предместий» (1800):

Сыты золотом богачи, Все бездельники, ловкачи, И житье у них — чистый рай.

Ну, а ты, работящий народ?

У тебя подвело живот?

Что ж, как страус, железо глотай!

Пусть пред нами явится Брут, Чьи дела никогда не умрут, Пусть оплотом нам будет он!

О, бесстрашный трибун, поспеши!

И в сердца людские впиши:

Наше равенство — высший закон...

...Скоро сесть мне в тюрьму, друзья, — То расплата за песню, и я Начинаю уже горевать.

Станет песню народ распевать, А поэта — добром поминать.

Вот что будет меня утешать!..

Мечты о новом Бруте, о равенстве — вне закона. Так было при Директории, так и теперь — при Первом Кон суле Бонапарте.., Сосредоточив постепенно в.сю власть в своих руках, он укреплял фундамент и создавал правовую надстройку того общественного строя, который Фурье охарактери зовал как «новый, индустриальный феодализм».

Бетховен дал оценку карьеризму и властолюбию На полеона: в гневе порвав заглавный лист симфонии, по священной республиканскому генералу и названной «Буонапарте», композитор-демократ наименовал ее по иному — «Героической».

Зато публицист (в дальнейшем 'наполеоновский чи новник) Ж- Блан де Воль в посвящении к сочинению «Коммерческое состояние Франции в начале XIX века»

(1803) славил Бонапарта — «Героя», создавшего условия для расцвета французской промышленности и торговли.

В такой книге слово «герой» в применении к Наполеону было в то время, пожалуй, как нельзя более на месте:

генерал-консул действительно вскоре стал героем реак ционной крупной буржуазии, которую, впрочем, он так же подчинил своей воле, как народные массы, бесконеч но пополнявшие армию завоевателя, и либеральную бур жуазию, принужденную предать забвению Республику.

Но 18 брюмера Бонапарт еще клялся, что не изменит республиканскому строю;

он действовал осторожно, до биваясь доверия французов (и в первую очередь, влия тельной интеллигенции). Через несколько дней после переворота на сценах! парижских театров начали не только восхвалять героизм Бонапарта, но и пророчить, что консулы установят длительный мир.

Спаситель республиканского строя, миротворец — так парадоксально звучит во время своего зарождения наполеоновская легенда;

впоследствии она постепенно видоизменится.

Чем объясняется сложность и противоречивость от ношения к ней самых проницательных «художников в первой половине XIX века? Только ли тем, что перед взорами Байрона, Стендаля и Беранже, Пушкина, Лер монтова и Гейне Наполеон возвышался над прозаиче ской действительностью как поэтический герой с необык новенной и трагической судьбой?

Эта противоречивость объективно была обусловлена тем, что Наполеон Бонапарт предстал перед современ никами подобным -мифическому двуликому Янусу: в его исторической деятельности были две основные стороны.

Первая была связана с отношением Наполеона к демо кратии и к реакционной буржуазии. Вторая — с его от ношением к еще живучим и сильным пережиткам фео дализма.

Бонапарт беспощадно растоптал республиканскую де мократию во Франции, создавая твердую власть, в чем была заинтересована крупная буржуазия.

Говоря о второй.стороне деятельности Наполеона, Ф. Энгельс писал в 1845 году: «Наполеон был в Гер мании представителем революции, он распространял ее принципы, разрушал старое феодальное общество» 1.

И -в Италии Наполеон установил свою, 'бонапартистскую фор-му правления, свое господство. Но, уничтожая пере житки феодализма, которые сохраняла в этой стране власть Габсбургов, пробуждая ее от спячки, он и здесь тем самым был в какой-то мере представителем револю ции 2. Таково второе лицо Наполеона Бонапарта. Без родный лейтенант, а затем героический генерал Респуб лики, полководец и государственный деятель, он изум лял огромными дарованиями.

В оде Пушкина «Наполеон» (1821) Бонапарт — и «тиран», плененный самовластьем, и «великий человек»:

он «миру вечную свободу из мрака ссылки завещал».

После реставрации Бурбонов во Франции, когда вос торжествовала реакция Священного союза, взору Стен даля и многих его современников все чаще представля лось второе лицо Наполеона — «великого человека», раз рушителя феодализма. Но к бонапартизму как форме тирании Стендаль и в юности и в 20—30-х годах отно сился враждебно.

Анри Бейль приехал в Париж в тот самый день, когда Бонапарт завершил государственный переворот.

Тогда Бейль о значении событий 18—19 брюмера мало думал, удрученный одиночеством в многолюдном, чужом и грязном Париже, вокруг которого не было родных, прекрасных гор. Столица оказалась и неприветливой.

Давно ли полумиллионный город прочесывали ночные облавы — полиции приказано было вылавливать эми грантов, тайком возвращавшихся на родину и просачи вавшихся в Париж (одним из них был виконт де Шато К- М а р к с и Ф. Э н г е л ь с, Сочинения, т. 2, стр. 563.

Об этой стороне деятельности Наполеона писал и основатель Итальянской коммунистической партии Антонио Грамши: наполео новские войны, в которых погибло множество самых смелых и бесстрашных людей, «ослабили политическую и военную энергию»

французского и других европейских народов, но «в отношении интеллектуальном» они «были плодотворны для обновления Евро пы» ( A n t o n i o G r a m s c i, II Risorgimento, Einatidi, Torino, 1950, p. 89).

бриан). Теперь облав больше, они участились;

но ищут уже якобинцев: их обвиняют во взрыве адской маши н ы — покушении на жизнь Первого Консула, произве денном через два месяца после 'государственного пере ворота Как и решено было в Гренобле, юноша явился к дальнему родственнику своей семьи Пьеру Дарю, зани мавшему высокий ;

пост в военном министерстве. А от поступления в Политехническую школу внезапно отка зался: бесспорно, интереснее жить, сочиняя комедии.

Ведь он уже не в Гренобле. А это — важнее всего!

Он и начал писать комедию в стихах «Сельмур».

И, как всегда, с увлечением читал («во всех моих» печа лях меня утешала какая-нибудь новая, неизвестная мне книга»). Еще в Гренобле его покорили смелость и логи ка философского труда Гельвеция «Об уме». Теперь Бейль обратился к другим философским произведениям.

Вместо Политехнической школы он поступил в Школу изящных искусств;

но посещал ее недолго.

В начале 1800 года Пьер Д а р ю взял Бейля на рабо ту к себе. Но скучно сидеть в канцелярии — притом бояться вторично сделать орфографическую ошибку и услышать еще одно замечание строгого родственника!

Не о такой жизни мечтал юноша. Как на единственных друзей, поглядывал он в окно на прекрасные многолет ние деревья.

Наконец Бейль вырвался на свободу: Пьер Дарю.по зволил ему принять участие во втором итальянском по ходе Бонапарта.

Взгромоздив на лошадь большой чемодан с три дцатью книгами, юноша пустился догонять армию. Он ликовал. Хорошо перечитывать «Новую Элоизу» среди вольной природы! Влюбленный в романтику, он приго товился «видеть все великое». Ему казалось, что он — «наблюдатель, откомандированный в армию и призван ный писать комедии...».

Но должности наблюдателя и комедиографа в Италь янской армии для Бейля не приготовили. Он рад был на деть зеленый с ярко-красными обшлагами мундир, когда в Милане генерал Удино по просьбе Пьера Дарю зачис Адскую машину взорвали роялисты. Бонапарт знал об этом, но решил обрушить репрессии на якобинцев.

лил его, «Анри-Мари Бейля, 18-ти лет 1... хорошо учив шегося и сведущего в математике» 2 сублейтенантом в 6-й драгунский полк легкой кавалерии.

В сентябре 1801 года новый драгунский офицер стал адъютантом генерала Мишо, который впоследствии в письменной форме удостоверил храбрость юного офице ра на поле боя.

Военные действия длились недолго, и Бейль менее всего сожалел об этом.

Он был очарован природой Ломбардии, поэтической красотой ее женщин и музыкой Доменико Чимарозы.

Италия навсегда осталась в представлении Стендаля прекрасной. Здесь нашел он искусство Возрождения и людей, способных отдаваться глубокому чувству, чуж дых тщеславию и лицемерию. Овладевая итальянским языком, Бейль переводил комедию Гольдони «Любовь Зелинды и Линдора»;

читал «Походы» Юлия Цезаря и «Историю русских» Левека (вероятно, заинтересовав шись ею после недавнего героического перехода армии Суворова через Альпы);

начал вести дневник;

часто бы вал в театрах, завидуя завсегдатаям самого прославлен ного из них — Л а Скала;

задумал две комедии, истори ческую трагедию и пьесу об Улиссе;

изучал историю первого итальянского похода Бонапарта в 1796—1797 го дах.

Из Парижа прислан новый приказ военного минист ра: адъютант должен иметь звание лейтенанта. "Поэтому младший лейтенант Бейль откомандирован в полк. За скучав в гарнизоне, он добивается отпуска, а в Париже немедленно подает в отставку...

Стендаль, воскрешая во вступлении к «Пармскому монастырю» свое восторженное изумление и состояние счастья во время знакомства с Миланом в 1800—1801 го дах, не случайно перенес действие в 1796 год и расска зал о ликовании миланцев после того, как армия Бона парта впервые вступила в их» город.

Тогда итальянцы, угнетенные империей Габсбургов, верили, что республиканская, революционная армия не сет им полное освобождение. Его обещала декларация В действительности Бейлю тогда было 17 лет.

V. D e l L i t t о, Une lettre de Pierre Daru. — «Stendhal Club», № 21, 15 octobre 1963, p. 4.

прав, провозглашенная в 1795 году Французской респуб ликой («посягательство па свободу одного народа яв ляется покушением против всех народов»).

В конце XVIII века демократически настроенные итальянские патриоты-якобинцы, воодушевленные при мером французской революции 1793 года, поддерживали связь с другом и единомышленником Бабефа — Филип пом Буонаротти (который и в годы господства Наполео на настойчиво добивался взаимодействия между тайными республиканскими обществами Франции и Италии 1 ).

Стремясь объединить Италию и мечтая о демократиче ских преобразованиях, эти патриоты в 1796 году с нетер пением ждали пришествия французов — друзей и освобо дителей 2.

Французская армия изгнала австрийцев. Но Бона парт уже в 1796 году предстал перед итальянским наро дом не только как посланец революционной Франции, но главным образом как завоеватель-властелин. Он сра зу проявил неприязнь к якобинцам, приказывая пресле довать и изгонять их из городов созданной им в Север ной Италии Цизальпинской республики 3. Вступив в Милан, Бонапарт запретил итальянцам установить демо кратическое самоуправление и образовать националь ную гвардию. Патриоты безуспешно взывали к Дирек тории о справедливости 4.

И в 1800 году передовые люди Италии предпочитали Габсбургам Бонапарта, уничтожавшего пережитки фео дализма. Но они знали, что Первый Консул снова будет решительно осуществлять свою программу превращения Северной Италии в «дочерние республики», предназна ченные поглощать изделия французской промышленно сти и поставлять Франции солдат. Италия опять про буждалась от спячки. Но в 1800 году у итальянских демократов уже не было оснований для бурной радости.

R е n a t о S о г i g a, Le societa segrete, 1'emigrazione politice e i primi moti per l'independenza, Modena, 1942, pp. Ill—ill2.

А. Грамши напоминал об относительной слабости движения итальянских единомышленников Буонаротти, которыми ни в конце XVIII века, ни после 1815 года не была создана революционная партия (A. G r a m s c i, II Risorgimento, p. 87).

F r a п со C a t a l a n о, Tenderize unitarie e giacobine alia fine del secolo XVIII («II Risorgimento», Milano, febbraio, 1954, p. 8).

R e n a t o S o r i g a, Le societa segrete..., pp. 253—235 Романтически настроенный, свободолюбивый Бейль оказался не «наблюдателем» и не просто сублейтенан том, а офицером войск, оккупирующих страну, которая полюбилась ему. Он записал в мае 1801 года о днев в нике: «Нельзя ли сочинить пьесу под названием «Сол ^атомания» или «Мания воинственности»?» Он думал об уже происходившем превращении республиканских войск, призванных» защищать независимость родины, в армию, существующую для вторжений в другие стра ны и полностью подчиненную воле полководца-завоева теля. «Новая песня для предместий», обращаясь к сол датам, сообщает о то,м, как относились ;

к этой мета морфозе очень многие республикански настроенные французы:

Были вы грозой королей И гордились славой своей.

Не узнать вас теперь, не узнать!

За Республику бились, как львы.

Стали гвардией Консула вы!

Кто ж разгонит новую знать?

Стендаль опирался на собственные наблюдения, когда напомнил в июле 1825 года о «военной чуме», которую разносил по Европе Наполеон, разрешавший армии грабить и убивать гражданское население окку пированных стран. Стендаль писал тогда: «Преступле ния войск, допускаемые Наполеоном, никогда не оста вались безнаказанными в армиях Республики е 1793 по 1800 тод. Это были поистине героические времена фран цузской отваги» (С. А., V, 130).

Бейля не увлекала мечта о маршальском жезле, который, по словам Наполеона, носил в своем ранце каждый солдат — участник вторжения в чужую землю.

В 1836 году Стендаль скажет в «Жизни Анри Брю лара»: «гарантия, что меня не будут преследовать for my future writing 1,— вот мой маршальский жезл, правда недосягаемый».

И летом 1801 года он уже знал, какой путь должен избрать: «Будем спешить наслаждаться, у нас считан ные минуты... Будем трудиться, потому что труд — отец За мои будущие произведения (англ.).

радости... Упорством можно добиться всего. Будем то ропиться использовать наши таланты;

настанет день, когда я, быть может, пожалею о -потерянном времени»

(Дневник).

И в дальнейшем, в письмах к сестре Полине, он повторяет: радость в труде. «Без труда корабль 'чело веческой жизни лишен балласта», — скажет он в 1832 году («Воспоминания эготиста»).

Анри Бейль—против Наполеона Бонапарта• — Юношеские тетради• —» Ученик Мольера Стендаль назвал 1803—1805 годы, проведенные глав ным образом в Париже, временем своего «второго вос питания». Он жил тогда, «никого не посвящая в свои планы и ненавидя тиранию Наполеона, похитившего свободу у Франции». «Мант, бывший ученик Политех нической школы, друг Бейля, вовлек его в заговор единомышленников М о р о 1 (1804). Бейль работал две надцать часов в сутки, читая Монтеня, Шекспира, Мон тескье и записывая свои суждения о них» (Автобиогра фическая з а м е т к а ).

Бейль учится без устали;

но он и не отшельник. Он старается не пропускать спектакли во Французском театре и, беря уроки декламации у известного актера Дюгазона, сближается с артистической средой;

пытает ся защитить актрису Дюшенуа от нападок критика Ж о ф р у а ;

решает блистать в обществе и иметь успех у женщин (и возмущается скупостью отца, высылающего ему деньги нерегулярно и понемногу). Он часто встре чается с молодой артисткой Мелани Гильбер (и в днев нике анализирует свои взаимоотношения с нею, — как, впрочем, и с другими знакомыми). И он постоянно об щается, переписывается с земляками и ровесниками — Луи Крозе, Фортюне Мантом, Феликсом Фором, Жозе фом Реем. Когда Бейль преодолевает.природную за стенчивость, когда искрятся смехом, суживаясь, его О генерале Моро см. стр. 32—33.

чуть-чуть косо поставленные глаза (почему и говорят, что он похож на «китайца», на «калмыка»), необычай ная живость, остроумие и оригинальность беседы дела ют его привлекательным...

Анри Бейль окончательно решил: он будет писате лем и слава необходима ему. Вот для чего должно трудиться неустанно, помня, что «у нас считанные ми нуты».

Бейль с юных лет читал и размышлял с пером в руке. Тетради, заполненные им в 1802—1805 годах, его дневник и переписка дают возможность составить от четливое представление о напряженной работе мысли, противоречивых чувствах, духовном развитии моло дого человека, о том, что тогда волновало Бейля и его друзей — Луи Крозе, Феликса Фора, Жозефа Рея, Фортюне Манта, с которыми его объединяли общие настроения.

Это была группа передовой интеллигентной моло дежи, воспитанной революцией. Словарь Бейля и его друзей («свобода», «тирания», «деспотизм», «развра щающая роскошь») типичен для революционных лет, когда были сложены «Марсельеза», «Походная песня»„ «Гимн верховному существу». Их сжигала жажда зна ния, и своими наставниками они, конечно, избрали философов XVIII века. Главным из учителей был Гель веций. К. Маркс так сказал об отличительной особен ности философии этого просветителя: у него «.материа лизм получает собственно французский характер. Гель веций тотчас же применяет его к общественной жизни...»

Бейль и его товарищи увлекались наукой, которая, ду мали они, поможет разумно наладить жизнь общества.

Они также изучали книги Кабаниса и де Траси, Вольте ра и Гоббса. Письма Бейля к сестре, письма, которыми обменивались он и его друзья, содержат восторженные отзывы и о работах по физиологии. «Логика» де Траси, изданная в 1805 году, стала их настольной книгой. Мо лодые люди горячо верили, что наука, философия откро ют человечеству путь к счастью. Все беды и горести людей — следствия их заблуждений. Люди овладевают истиной, проверяя верность своих идей на практике. Ло гика учит мыслить, избегая ошибок, а благодаря К. М а р к с и Ф. Э н г е л ь с, Сочинения, т. 2, стр. 144.

этому — познавать действительность и создавать разум ные отношения между людьми. В 1804 году Бейль на бросал в одной из тетрадей, озаглавленных им «Новая философия», следующую программу борьбы человече ской мысли за всеобщее счастье: «Познание большей части взаимосвязей между нами и явлениями мира»;

они «еще неведомы нам, но мы их узнаем» (P., II, 11).

В этой борьбе должна участвовать и литература. «Вели ко искусство прививать людям прекрасные идеи, кото рые учат жертвовать всем для счастья рода людского»

(P., II, 204). Ведь «всякий раз, когда народ не ослеплен какими-нибудь предрассудками или какими-нибудь суе вериями, он оказывается способным выносить самые тонкие умозаключения о том, что его интересует» (С. F., 98;

P., II, 170).

Итак, Бейль хочет стать писателем не только пото му, что мечтает о славе;

он будет бороться с предрас судками сограждан, «работать, чтобы стать полезным нации, разрушая господство тиранов над ней»

(P., II, 9).

В основе этого оптимизма — уверенность во всемогу ществе разума, в том, что познание действительности и просвещение нации приведут ко всеобщему счастью.

Намерение Бейля «разрушить господство тиранов»

было связано с тревогой, охватившей тех французов, которым дорог был республиканский строй, когда стало ясно, что Бонапарт прокладывает себе путь к трону.

В 1801 году он уже, случалось, говорил о себе, слов но о коронованной особе: «мы». После гонений на рес публиканцев, амнистии эмигрантам, подписания кон кордата между Первым Консулом и папой Пием VII, исключения оппозиционно настроенных двухсот сорока человек из Законодательного корпуса и восьмидесяти — из Трибуната Наполеон, устроив плебисцит, был про возглашен в августе 1802 года пожизненным Консулом с нравом назначить своего преемника. Затем он объя вил себя президентом Итальянской республики. Еще не коронованный, он обладал неограниченной властью.

Плебисцит был произведен после заключения мира Франции с Англией в Амьене. А в мае 1803 'года вновь произошел разрыв дипломатических отношений между ними. Война опять стала неизбежной.

В 1798 году, когда популярного генерала-корсикан ца в народе еще именовали Буонапарте, его проект вы садки «Ирландской» армии в Англию.пропагандировал ся в залихватских куплетах, опубликованных газетою «Друг законов»:

Великолепный будет бал — Его француз устроит, Британец предоставит зал, Расходы он покроет...

Француз поспеет точно в срок, И пусть не спит британец — Буонапарте даст урок:

Спляши французский танец!..

Альманах «Лира Аполлона» на 1803 год дает более ясное представление о том, кто приветствовал милита ристские замыслы повелителя Франции и кому они не могли нравиться. Песенке, поэтизировавшей солдат Бо напарта («Мы всех своих» богов в отряды и армии све- ' ли»), отвечала другая, исполнявшаяся на популярный мотив:

— Нам нужен мир, — сказал мне пахарь, — Чтоб снять богатый урожай.

— Ах, мне война сладка, как сахар! — Вдруг спекулятор завизжал,..

В третьей песенке завсегдатай биржи сообщил:

Чуть не убил меня разносчик новостей, О перемирии в кофейне рассказав...

Мир нужен был крестьянам, рабочим, ремесленни кам, широким слоям населения, мечтавшим о лучшей жизни. В донесениях полиции постоянно отмечалось, что с самого прихода Бонапарта к власти парижанами овладевала тревога, когда в городе распространялись слухи о неизбежном продолжении военных действий, а слухи о близком мире порождали всеобщую радость К «Paris sous le Consulat», Recueil des documents pour l'histoire de lesprit public a Paris par A. Aulard, t. I, Paris, 1903, pp. 24, 244, 270, 274, 278, 287, Передовые люди были против завоевательных войн.

Когда на берегу Ла-Манша спешно сооружали Булон ский лагерь, откуда армия Бонапарта должна была обрушиться на Британию, Бейль надеялся, что вторже ние окажется неудачным. Тогда же, читая «Гаргантюа и Пантагрюэля», он признал лучшей ту главу романа Рабле, в которой рассказано о «рушении «воздушных замков» короля Пикрохола, возомнившего себя поко рителем мира.


Войны необходимы были крупной буржуазии, же лавшей превратить Европу в рынок для своих товаров.

Они нужны были Бонапарту. Полководец хотел побе дами укрепить свой авторитет в стране.

Закрыв большую часть газет, Бонапарт умело ис пользовал остальные, внушавшие французам, что мож но доверять только ему, что он, герой, приведет страну к миру дорогою славы.

Влиянию на общественное мнение Наполеон всегда придавал большое значение. Меттерних впоследствии утверждал: газеты заменяли Наполеону трехсоттысяч ную армию, так как «наибольшей силой является обще ственное мнение». В наполеоновских «Бюллетенях Ве ликой армии» печатались самые фантастические измыш ления, распространяемые затем французскими газетами и резидентами Франции за границей. Они предназначе ны были воздействовать на общественное мнение Фран ции и других стран. Стендаль вспоминал в «Жизни Анри Брюлара»: «Как смеялся я, читая в Вене, в Дрез дене, в Берлине, в Москве «Монитер» 1, который в ар мию почти не присылали, чтобы избежать насмешек над ложью». Бюллетени Наполеона «были военными машинами, инженерными работами, но не исторически ми документами» («Жизнь Анри Брюлара»).

В 1803 году французские газеты, книги и брошюры восторженно восхваляли Бонапарта, «великого героя» и «спасителя отечества». Уличные певцы славили его. На картинах и фресках Жерара, Давида, Прюдона, Монне Наполеон изображен богоподобным властелином, окру женным фигурами, символизирующими Мир, Искусства, преданность и поклонение нации.

Официозная газета Наполеона.

В 1797 году был издан памфлет термидорианца Г. Буше-Ларишардери «О влиянии французской рево люции ;

на национальный характер»;

автор, отвергая и деспотизм монархии и «тираническую анархию» сторон ников Бабефа, восхвалял разум и благотворное воздей ствие Гельвеция, Вольтера на французский националь ный характер. В годы Консульства и такая книга уже не могла быть издана. Бонапарт.придирчиво следил за литературой, ненавидя «идеологов» — философов XVIII века и их учеников.

Впоследствии Стендаль обвинит Наполеона в том, что он больше всего на свете страшился «мыслящей головы».

Уже в 1803 году во Франции думать о серьезных ве щах полагалось одному Бонапарту. Отныне только он будет выносить решения о том, какие деяния полезны, какие идеи благотворны. Отныне мечты о счастье всех, о благе народа, «опасные мысли» — под запретом.

Альманах «Лира Аполлона» на 1803 год поучал:

Послушав мудрецов, Ты станешь молодцом, Чтоб не впустую жить, Ты будешь петь и пить...

А чтоб впустую жить, Ты сам начни мудрить, — Старайся, милый мой, Исправить род людской...

Двадцатилетний Анри Бейль -и его друзья желали «исправить род людской» и быть ему полезными.

Жозеф Рей писал своему другу Анри Бейлю о ре зультатах воздействия пропаганды Наполеона, ставше го уже императором французов и королем Италии, на общественное мнение: «Бедные головы парижан — в остолбенении от поклонения. Ты,.конечно, читаешь, к своему несчастью, газеты. Так вот — все, что они го ворят о поклонении жителей славного города Парижа, нисколько не преувеличено. Они доходят в этом до ту поумия» (1805) К В «Записках туриста» (1837) Стендаля читаем: «Бо напарт начал с того, что использовал энтузиазм, по рожденный революцией. Подменить его энтузиазмом по отношению к своей личности, к себе и своим низменным интересам — это стало в дальнейшем одной из главных задач его жизни».

Так же думал Бейль в 1802—1805 годах и изливал возмущение политикой Наполеона, заполняя тетради размышлениями и пытаясь сочинять пьесы, предназна ченные просвещать и воспитывать граждан, показывая им, сколь ужасен будет их удел, если они потеряют за воевания революции (Т., III, 31). Писатель-республика нец призван благотворно воздействовать на обществен ное мнение «подавляющего большинства людей»

(P., II, 115). Таким образом должен он бороться с ти ранами, которым свободное общественное мнение ме шает: они всегда хотят «развратить его, как действовал и Коршун» (Т., III, 26).

Бейль зашифровывал в тетрадям имя Бонапарта.

И, словно предугадав, что Наполеон сделает гербом своей империи изображение орла, он говорил: не орел, а кор шун, мелкий хищник похищает свободу у Франции 2. «Кор шуну» Бейль противопоставил тогда генерала Моро.

Бонапарт, видя в Моро возможного соперника и опасаясь, что этот популярный во Франции генерал, республиканец по убеждениям, преградит ему путь к трону, сначала распространял через газеты слухи, бро савшие тень на Моро, а затем, несправедливо объявив его соучастником заговора изменника Пишегрю и монар хиста Кадудаля, предал суду. Но патриотизм и заслуги Моро были всем известны, и даже жандармы, пристав ленные во время суда к этому генералу, как к преступ нику, отдавали ему воинские почести. Когда Моро по дал просьбу о разрешении покинуть пределы Франции, Бонапарт поторопился избавиться от этого человека, выслав его из страны.

Lettres a Stendhal (1803—1806), 1 II, «Le Divan», Paris, 1943, p. 27.

И в дневнике Луи Крозе, друга Бейля, Наполеон именуется «Коршуном» (С. F., 142).

Гренобль. Гренетская площадь.

Современная гравюра Ученики Центральной школы в Гренобле (1798) В середине, очевидно, Анри Бейль Анри Бейль в 1812 году. Портрет работы Буайи Бейль и его друг Мант сочувствовали Моро. После суда над ним Бейль начал набрасывать листовку «Об обвинении, предъявленном дивизионному генералу Моро»;

в ней он писал об уверенности солдат и рабочих в невиновности изгнанника и выразил предположение, что, если бы Моро был осужден на смерть, произошло бы восстание и французы избавились бы от Бонапарта (М. P. Н., I, И ). В действительности оснований для та кого предположения не имелось.

Не более оправданной была и надежда Бейля на то, что он поможет своими пьесами отстоять республикан ский строй. Он хотел противопоставить в этих пьесах передовые идеи реакционным и высмеять литераторов, которые занимались «оболваниванием общества» и, как он предполагал, были «на содержании у Кромвеля» (P., II, 167—168).

Он ежедневно работал, оставляя один замысел для другого и записывая свои размышления о произведе ниях Шекспира, тираноборческих трагедиях Альфьери, комедиях Мольера, о морали и политике. В 1802 году он задумал переделку «Гамлета». Отец Гамлета — «ве ликий законодатель» — стремится быть полезным народу, сделать его счастливым. Его брат — центральный пер сонаж— честолюбец и негодяй. Он опирается на под--' держку феодалов и духовенства, недовольных реформа ми короля. После безуспешного мятежа он соблазняет жену короля, отравляет его и захватывает власть. Но, проложив дорогу к трону преступлением, он непрестан но страшится возмездия, никому не верит и даже уби вает свою соучастницу — королеву. Д л я Гамлета вер ность долгу — выше всего;

поэтому тиран недолго тор жествует.

Решив «следовать принципу Шекспира» (P., II, 341), Бейль наметил темы «драм в манере Шекспира»

(P.. I, 321): «Восшествие Бонапарта на трон и суд над Моро» (замысел, перекликающийся с «Гамлетом» Бей ля);

пьеса, герои которой — французские эмигранты и английские политические деятели;

-пьеса о царевиче Алексее, сыне Петра I. Замыслы комедий на современ ные темы: «Показать глупость тех, кто разоряется, по могая беднякам и не помышляя о том, что нужно сме То есть у Бонапарта.

2 Я. Фрид нить правительство, по вине которого люди бедствуют»

(P., И, 310);

осмеять эгоиста (P., II, 308).

Бейль долго и настойчиво работал над комедиями «Двое» и «Летелье». В комедии «Двое» он решил стол кнуть «республиканский характер» с «монархическим характером». Считая эту идею злободневной, начи нающий писатель надеялся, что пьеса произведет сильное впечатление. Ее главный персонаж, «враг фи лософии, современный тартюф», — критик Жофруа. Про тотипы отрицательных персонажей комедии «Летелье»

тот же Жофруа и писатели-католики Бональд, Ша тобриан.

Ученик иезуитов, шестидесятилетний Л. Жофруа вел отдел театральной критики в «Journal des Debats»

(«Газете дебатов»), которая при всех режимах неиз менно была одной из самых реакционных. Ее немалую популярность в те годы не без оснований приписывали перу Жофруа, красноречивого и злого памфлетиста.

О чем бы ни писал Жофруа в 1803—1804 годах, он выступал как воинствующий мракобес и реакционер.

Отвергая героику «Сида», он изрек: жанр трагедии мо жет нравиться только пошлякам. Он издевался над «Тартюфом», посягающим на религию, и призывал вы смеивать «новых тартюфов свободы, равенства, филосо фии». В статье о «Гамлете» он заявил: французы чув ствуют отвращение к «зверствам британского театра», так как они пресытились еще большими зверствами революции.

Особенно свирепо нападал он на философию Дидро, Вольтера, Гельвеция: она «озлобляет бедных против богатых, распространяя дух возмущения и любви к новшествам», «революционную анархию». С революцией уже покончено, об этом, — с торжеством напоминал Жофруа, — объявил сам Первый Консул. Осталось по ложить конец «большому заговору ничтожных бумаго марателей» — литераторов, верных идеям философии и революции. Ими должна заняться полиция!

В статьях Жофруа яростное преследование револю ционеров, передовых идей и прогрессивного искусства было неотделимо— и это закономерно — от прославле ния Бонапарта, «нового Карла Великого», «сковавшего анархию могучею и непобедимою рукою...». В октябре 1803 года в «Journal des Debats» было опубликовано любопытное анонимное письмо в редакцию. Бго автор сопроводил комментариями цитаты из Вергилия, уве ряя читателей, что в «Энеиде» было предсказано появ ление Бонапарта — «умиротворителя Европы и покори теля Египта». Он сообщил, что только недостаток места мешает ему привести такие же пророческие намеки, содержащиеся в произведениях Горация, Овидия, фран цузских и итальянских поэтов. Должно быть, это пись мо -иные читатели восприняли как злую издевку над Жофруа и ему подобными. Но, независимо от того, было или не было письмо пародией, самый факт его опубликования свидетельствует о размахе «оболвани вания общества» (Бейль). «Остолбенение от поклонения»


(Жозеф Рей) новому повелителю было столь велико, что нелегко было — да и теперь трудно — отличить низ копоклонную лесть по отношению к Наполеону от па родии на нее.

Набрасывая варианты планов и сценариев комедий, работая над ними и отделывая диалог, молодой писа тель вновь и вновь анализировал с точки зрения поэти-, ки Мольера их сюжеты, развитие действия, характеры.

Положительный герой комедии в стихах «Двое» — Шарль, напоминающий Альцеста из «Мизантропа»

Мольера, благороден, искренен и доверчив, умен,.честен и горяч. Ему и его дядюшке, философу Вальбелю, про тивостоят легкомысленный и бесхарактерный, но пред приимчивый светский фат Шамуси и гувернер аббат Дельмар (Жофруа)—интриган и доносчик, льстец и лицемер, чьи поступки продиктованы желанием разбо гатеть. В написанных сценах Бейль учился искусству обрисовывать характеры, развивая действие. В конце комедии разоблачаются безнравственность Шамуси и подлость Дельмара (Вальбель освобождает из тюрьмы несправедливо осужденного отца Шамуси;

оказывается, что его оклеветал Дельмар). Комедия была задумана после того, как Бонапарт заключил конкордат с Вати каном, чем были возмущены передовые люди;

она дол жна была посрамить в лице Дельмара «партию защит ников религии и врагов философии, помогающую уста новлению деспотизма» (Т., II, 218), и показать граж данам, что философия воспитывает благородных людей, а религия — тщеславных и бесчестных карьеристов.

В 1803 году, во время пребывания в Гренобле, Бейль задумал другую комедию-сатиру: «О какой ужас! или Друг деспотизма и развратитель общественного мне ния». Затем он озаглавил ее «Летелье» — по имени центрального отрицательного персонажа, продажного реакционного журналиста (Жофруа), заключающего союз со святошами Сен-Бернаром (Шатобриан) и Па туйе (Бональд) для похода против философии и под держки деспотизма. Обратясь к материалу литератур ной жизни, Бейль стремился разоблачить «сторонников Коршуна», «врагов добродетели» (как писал он, повто ряя формулу Сен-Жюста). Он проявил проницатель ность, сделав покровителем Летелье банкира Фужара;

продажный журналист защищает интересы банкира.

Луи Крозе, друг молодого писателя, желая показать, как точно метит он во врагов прогресса, рассказал в письме к нему об одном знакомом— сыне гильотини рованного во время революции откупщика, обвинявшем в невзгодах своей семьи философию XVIII века и до словно повторявшем все, что читал в статьях Жофруа.

Комедия должна была осмеять Летелье, Сен-Берна ра и Патуйе: они безуспешно травят ученика филосо фов и ссорятся, борясь за руководство своею «парти ей». Некоторые реплики Фужара подымаются до под линного комизма.

К «Летелье» Бейль, после пятилетнего перерыва, вернулся в 1810 году, приспособляя сюжет комедии к новым общественным условиям и назвав ее «Клеветник»

(а в дальнейшем — «Враг просвещения», «Мраморный камин»). Он не забывал о ней до 1830 года, внося в нее дополнения и изменения.

Анри Бейль с увлечением читал, внимательно анали зировал произведения писателей и мыслителей минув ших веков — Шекспира, Аристофана, Филдинга, фран цузских классиков XVII века, философов XVIII века.

Учась у них, он стремился увидеть жизнь собственными глазами и по-новому изображать ее. «Я думаю, что для того, чтобы стать выдающимся в любой области, надо быть самим собою», — с к а ж е т он в 1818 году (М. L., III, 129). И в 1803 году он дает себе наказ: «освобож даться от предубеждений», воспринятых вместе с про* читанными художественными произведениями (С. F., 83). Он должен иметь собственное мнение обо всем и выработать самые разумные принципы творчества.

Его тетради производят впечатление хаоса. Но в этом хаосе — своеобразная система. Столбцы имен пи сателей, с произведениями которых необходимо срочно ознакомиться,— среди них русский драматург Шумаков (Schoumakoff), вероятно Сумароков, — чередуются в тетрадях Бейля с размышлениями о философии, о сти ле классиков (он и в дальнейшем продолжит эту рабо ту, нередко занимаясь ею совместно с Луи Крозе). При участии этого друга и самостоятельно Бейль учится анализировать характеры реальных людей и зарисовы вать ш с натуры. И без устали классифицирует харак теры и страсти, размышляя о нравах, которые порож дают их;

выписывает определения понятий «воля», «же лание», «ощущение», «чувство» и т. п. в различных формулировках философов, дополняет их собственными и решает «составить книгу из всех определений» (С. F., 106). Уточняя прежние формулировки, он испещряет тетради заметками на полях. Идеология (философия, логика)—костяк, а познание страстей — мускулы нау ки о человеке, пишет Бейль сестре Полине.

Как справедливо заметил В. Дель Литто, Бейль «охотился за идеями» с настойчивостью почти неисто вой. Увлечение классификацией и дефинициями было порождено потребностью юноши разобраться © том, что его больше всего интересовало и оказалось очень сложным, — в чувствах, в «жизни сердца». Заполняя тетради выписками и собственными формулировками, Бейль стремился понять сложное и научиться говорить о нем ясно, просто, но не упрощая, — точно 1. Это стремление выражено в самой сути девиза, который Бейль тогда избрал на всю жизнь: «простой стиль» — единственно хороший. И содержание работы молодого Бейля, и его творческий путь показывают, что такое понимание его девиза—наиболее верное. Он сам впо следствии противопоставит точность и правдивость «простого стиля» расплывчатости «вычурного», помо гающего обманывать людей. Но в 1804 году он удов И в 1839 году Стендаль однажды снова займется классифи кацией страстен (М. I. М., II, 54).

летворен иным определением: стиль, возникающий при монархии, — напыщенный, потому что он соответствует типичному для монархии ложному представлению о величии;

«простой», «естественный» стиль — республи канский.

Бейль не отделяет своих исканий от запросов обще ства, от окружающей действительности (и от своей лич ной жизни;

анализируя комедии Мольера, размышляя о философии, он тут же применяет выводы к обстоя тельствам собственной жизни). Ему чужды абстрактные рассуждения, всякая метафизика.

В эти годы Бейль начинает разработку той новатор ской реалистической поэтики, основоположником кото рой он станет в 1817—1825 годах.

Выделив разбросанные в его тетрадях варианты од них и тех же обобщений, можно проследить, как начи нающий писатель постепенно, со свойственной ему ло гичностью, приходит к следующим выводам. Сила ли тературы— в ее эмоциональном воздействии на чита телей и зрителей. Степень эмоционального воздействия произведения зависит от степени.совершенства изобра жения, от мастерства писателя. Совершенство недоступ но художнику, который не умеет передавать нее оттенки чувств. А это невозможно без обостренной 'воспри имчивости и наблюдательности. «Наблюдать», «анали зировать»,— без конца повторяет Бейль. Писатель обя зан с «математической» точностью изучать «язык стра стей», «человеческое сердце» (P., I, 125 и др.). Чтобы всесторонне изобразить человека, недостаточно расска зать о его поступках, — необходимо раскрывать побуж дения, заставляющие людей действовать так, а не ина че (P., II, 240—241;

С. F., 131). Эту мысль Стендаль в дальнейшем углубит, и она станет одной из основ его искусства изображать жизнь 1.

Идеал Бейля — естественность изображения. Интри га, ситуации должны помогать изображению характе ров (P., II, 41 и др.). Необходимо заострять характер ные черты, «возвышая» образ над обыденной жизнью.

Только такой характер, писал Бейль, глубоко правдив При этом Стендаль опирался на опыт французской литера туры. Требование выяснять мотивы человеческих поступков, реаль ные интересы человека — одна из центральных тем «Максим» Ла рошфуко.

и производит большое впечатление. «Когда я захочу нарисовать характер, я буду изучать всех людей, дей ствительно похожих на него. Затем — возвысить его...»

(P., II, 60, 221 и др.), то есть сделать героя более силь ным, более умным, чем прототипы. Научиться этому искусству можно у Шекспира.

Если писатель 'глубоко анализирует действитель ность, он становится зорким, начинает предугадывать возможное: «Находя причины происходящих явлений, мы можем предвидеть явления, которые возникнут...»

(P., I, 83).

Отношение автора к действительности неотделимо от представления об «идеале счастья», запечатленного в его произведениях (P., I, 147).

Если некоторые особенности интриги и характеров «отдаляют от театра трагические или комические сю жеты», эти сюжеты наиболее пригодны для романов;

трагедия и роман, комедия и роман — родственные жанры. Углубив впоследствии эту мысль, Стендаль при дет к следующему выводу: опираясь на огромный опыт драматической литературы, можно усовершенствовать роман.

Анри Бейль хотел писать не для тех, кто воспитан сочинителями «лживой болтовни, оплачиваемой тира нами», а для людей, воспитанных событиями револю ции (P., II, 168). «Нам нужна не литература, созданная для двора, а литература, созданная для народа», — чи таем в его дневнике тех лет. От сформулировал глав ное требование программы, которую выразит через двадцать лет в памфлетах «Расин и Шекспир».

Но такой литературы тогда не было и не могло быть.

Противники Бонапарта, не находя на сцене современ ных пьес, созвучных их настроениям, воспринимали тему тирании в «Британике» Расина как современную;

как-то Бейль, придя домой из театра, отметил в днев нике злободневные «намеки» (обнаружив, например, в «Федре» Расина выпад «против льстецов, окружаю щих. к. 1 » ) (Т., и, 72).

Консула.

В эпоху Империи во Франции издавалось лишь че тыре газеты. Литература прозябала. Наполеону, любив шему трагедии французских классицистов, ненавистны были литераторы, склонные философствовать и разра батывать политическую тематику. Е. В. Тарле привел в монографии «Наполеон» такой факт: в 1807 году им ператор приказал министру полиции Фуше немедленно изменить вкусы и суждения редакции журнала «Мегси re de France» («Французский Меркурий»). К писателям Наполеон относился так же, как к другим специали стам: существование их было оправдано в том случае, если ему удавалось извлечь из них пользу. Искусство надобно было практичному Бонапарту для того, чтобы оно воспевало его всемогущество, его империю, укра шало его двор, его столицу. Стендаль утверждал:

«С 1800 по 1814 год Наполеоном было приостановлено развитие литературы. Он купил литераторов, раздавая им должности и пенсии, потому что боялся их» (1828, С. А., III, 442) К Не только потому, что Бейль уже тогда по-настоя щему мечтал о большой, непреходящей славе, но и по тому, что существующие условия были враждебны сме лому и правдивому искусству, писатель в самом начале XIX столетия, в декабре 1802 года, решил, что должен писать для XX века (P., I, 16).

Обстановка оказалась неблагоприятной для замыс лов Бейля и потому, что он хотел стать писателем-три буном в то время, когда не было освободительного об щественного движения, которое вдохновляло бы его ясной, конкретной положительной программой.

«Мои благородные и республиканские принципы, моя ненависть к тирании, естественный порыв, застав ляющий меня видеть насквозь людей, притворяющихся честными...» 2 — говорил Бейль в 1805 году о воодушев лявших его-идеях и чувствах (Дневник).

Критицизм — сильная сторона этого лирически вы раженного отношения к социальной действительности.

И Бейль «видел насквозь», когда описал в дневнике появление Наполеона на улицах Парижа после коро Об отношении Наполеона и литературе см. в статье И. Верц мапа «Наполеон и Руссо» («Вопросы литературы», 1961, № 12).

Курсив мой. — Я. Ф.

нации: «Он часто раскланивался и улыбался. Улыбка театральная: показывает зубы, а глаза не смеются...»

«Коршун» играет роль повелителя, обожаемого на родом.

Идеал, который Бейль хотел защищать, выражен здесь в общих словах («благородные и республиканские принципы»). Расплывчатость идеала — слабая сторона программы молодого.писателя.

Бейль, конечно, противопоставлял деспотизму не ту республику, которая существовала в годы Директории, а совсем иную — Римскую. Мы узнаем язык 1793 го да. Подобно многим современникам-республиканцам, Бейль, вслед за Сен-Жюстом, объявлял «божественно го Брута», человека с «возвышенной душой» (P., II, 208 и д-р.)» образцом для граждан;

вслед за политиче скими деятелями буржуазии, участвовавшими в первой французской революции, он видел современность как бы сквозь призму античности. Бейля воодушевляли и ти раноборческие трагедии Альфьери, его просветитель ская программа, страстность его пламенных героев.

Бесчестным людям Бейль противопоставлял «доброде тельных»— последователей философии XVIII века. Но мелкобуржуазных и плебейских революционеров, для, которых фразеология Сен-Жюста, имя Брута, «респуб ликански е добродетели» были призывом к действию, ставленники крупной буржуазии уничтожили либо из гнали из сферы общественной деятельности. Если же эти новые вершители судеб нации сами демагогически обращались к революционному языку, для них он был пустыми словами 1. И не было уже подъема обществен ной борьбы, которая наполнила бы этот язык дыханием новой жизни.

Бейль это чувствует. Летом 1804 года он признает ся: когда глядит на дворец Тюильри, резиденцию импе ратора, ему кажется, что он ощущает тяжесть этого здания на своих плечах;

восхищаясь врагом тиранов Брутом, тут же записывает: время республики и рес публиканцев, как видно, прошло. Поэтому бессильна Так Бонапарт в день переворота 19 брюмера призвал рес публиканцев стать Брутами, если он окажется вероломным. И он сравнивал своих противников с «коршунами». Таков был язык эпохи.

и его ненависть к деспоту, и она делает его несчастным...

(P., II, 159—162).

В 1805 году Луи Крозе сообщает Бейлю, что Жозеф Рей поделился с ним выводами из своих' наблюдений:

«все пороки народа» — следствия его униженности, «его ни во что не ставят, и он чувствует свое ничтожество в обществе» К Полководец-диктатор железною рукой установил свое безраздельное господство над Францией, над на родными массами, которые еще недавно самоотвержен но защищали 'свободу и независимость революционной родины, а теперь были как бы отброшены в далекое прошлое — принижены и безгласны.

Французские историки любят вспоминать о том, что Наполеон в 1812 году, в Москве, нашел время подумать о лучшей организации Французского театра. Но объяс няется это тем, что он, совсем как Людовик XIV, иск ренне считал Францию своею вотчиной и поставил за правило держать под контролем всю жизнь в стране.

Например, в 1807 году, во время сражения под Прей сиш-Эйлау и Тильзитского мира, Наполеон, находясь далеко от П а р и ж а, в армии, регулярно получал список гостей, которых принимала находившаяся под надзором г-жа де Сталь;

«о каждом ее жесте, о каждом слове ему сообщали» 2. Книге «Описательное и философское путешествие по старому и новому Парижу», изданной в 1815 году, после Ватерлоо и вторичной реставрации Бурбонов, предпосланы заметки о прошлом и настоя щем Франции и ее столицы;

в них, наряду с хвалами Людовику XVIII, имеются штрихи, характеризующие (конечно, несколько сгущая краски) нравы Империи.

«Все подозревали друг друга, и никто не осмеливался говорить о политике на улицах, в театрах, в кабинетах для чтения, в ресторанах и в гостях, опасаясь, что его услышит агент одной из восемнадцати полиций прави тельства». Среди этих агентов были не только шпионы, работавшие сдельно;

немало светских людей система тически получало деньги на устройство больших зва ных обедов, лакеев на которые присылала полиция. По Lettres a Stendhal (1803—1806), t. II, p. И18.

Ы е п г i G u i 1 1 е m i n, Madame de Stael, Benjamin Constant et Napoleon, Plon, Paris, 1959, p. 98.

словам автора, агентура, шпионившая за полумиллион ным населением города, обходилась казне дороже, чем стоило бы содержание целой армии. И в этом притаив шемся, притихшем Париже, — рассказывает автор кни ги,— не редкость встретить ничем не занятого и груст ного молодого человека 1 (примерно такого, каким Стендаль увидит в годы Реставрации Октава, героя романа «Арманс»).

В 1805—1806 годах разочарованы и нередко очень грустны Ж о з е ф Рей и Анри Бейль.

Только благодаря вере в силу разума, непрерывной работе мысли, мечтам о лучшем будущем и ключом бьющей в них энергии они остаются оптимистами.

Ж о з е ф Рей пишет в 1805 году Бейлю, обращаясь и к другим товарищам: они счастливы жить в эпоху, когда здание ложной науки разрушается. «Да, славные мои друзья, существующая уже наука о человеке, все эти науки, ведущие его к счастью, все науки,.политиче ские и моральные,.помогают нам немного опередить печальную действительность, и мы можем тешить свое воображение самыми сладостными идеями» 2.

Военный чиновник. —1812 год Луи Крозе, окончив Политехническую школу и Шко лу гражданских инженеров, сооружал мосты и плотины.

Феликс Фор и Ж о з е ф Рей стали юристами. Фортюне Мант недоучился в Политехнической школе;

родители ввели его в долю в марсельском торговом доме Менье и Перье. У Бейля профессии не было.

Но он не жалел о том, что не поступил в Политехни ческую школу. Он будет писателем, и ему для творчест ва необходимы достаток и свободное время. Этот мираж манит его долгие годы. Писатель должен быть независи мым: иметь небольшую ренту.

Voyage descriptif et philosophique de l'ancien et du nouveau Paris. Promenades descriptives et politiques dans Paris, par L. P., Paris, 1815, pp. 26, 62, 63.

Lettres a Stendhal (1803—1806), t. II, p. 25.

Один прожект Бейля сменяется другим. Не отпра виться ли ему к кузену в Северную Америку — в Луи зиану, недавно проданную Наполеоном Соединенным Штатам? Не уехать ли в Индию — во французскую ко лонию Пондишери? Если отец не пожалеет денег, он станет совладельцем банка, «богатым эпикурейцем»

(P., II, 316).

Артистку Мелани Гильбер, в которую Бейль был влюблен, пригласили в 1805 году в марсельский театр.

Молодой человек последовал за ней, и Мант устроил его на службу к Менье. Когда отец раскошелится, — и Бей лю удастся стать совладельцем этого предприятия или же основать вместе с Мантом другое... «Только торговля может дать мне хлеб»,—писал юноша сестре Полине, прося ее отправить ему две сорочки и четыре галстука и сообщая, что он работает «как дьявол». Снимая копии с коммерческой корреспонденции, выполняя поручения на таможне и бирже, он в свободное время по-прежнему трудился над «Летелье» и без конца читал. Обширные письма Бейля нежно любимой сестре,— ее образова к нием он руководил заботливо и строго, — заполнены раз мышлениями о философии и литературе, списками про изведений, с которыми необходимо ознакомиться (среди них — сочинения Гельвеция, Гоббса, Кабаниса и психи атра Пинеля), напоминаниями о том, что надо овладеть итальянским языком, указаниями, как следует изучать английский, читая Шекспира.

Мелани Гильбер уехала из Марселя. Вскоре после этого Бейль признался: его надежды на профессию ком мерсанта не оправдались. Это мещанское занятие не давало ни достатка, ни возможности узнать жизнь. Если уж служить, то в самом большом предприятии — таком, как Французская империя. Быть может, благодаря по кровительству Пьера Дарю, члена Государственного совета, удастся стать чиновником в этом высшем административном органе Империи. Луи Крозе и Феликс Фор 'советовали Бейлю пойти по этому пути.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.