авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 63 |

«Министерство культуры Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего и послевузовского профессионального образования «Всероссийский ...»

-- [ Страница 28 ] --

«Дан приказ ему на Запад»

Новое поветрие не обошло стороной и советское кино. Оно и раньше достаточно умело и результативно использовалось властью для пропаганды за рубежом советского образа жизни. Но теперь, в годы оттепели, перед «важнейшим из искусств» были поставлены не только более сложные и ответственные задачи, но и даны для этого более широкие полномочия.

Основные перемены по этой части заключались в том, что теперь в отличие от сталинских лет контакты советского кино с западным миром стали осуществляться не по одному, а сразу по двум довольно отличающимся каналам.

Один из них, как и в прежние годы был чисто государственным, сугубо официальным. На этом поприще трудились структуры МИДа, соответствующие подразделения Минкульта СССР ( ВО «Совэкспортфильм»

и пр.).

А вот второй канал, по которому стали в годы оттепели устанавливаться и бурно развиваться связи советского кино с зарубежным киномиром, был уже совершенно другого порядка. Миссия установления более широких и свободных контактов с зарубежными киноорганизациями и кинематографистами разных стран, задача более широкого проникновения на зарубежный экран теперь была доверена еще и чисто общественной организации – Союзу кинематографистов СССР.

Уже на первом пленуме новосозданного творческого союза(1957г.) его председатель И.А.Пырьев заявил: «В задачу Союза должно входить и расширение наших связей с зарубежными деятелями кино. Сейчас это приобретает особо важное значение потому, что, как вы знаете, все больше и больше расширяется практика совместных постановок наших киностудий с кинопроизводством других стран. Отсутствие общественно-творческих организаций зачастую лишало нас возможности участвовать в международных прогрессивных кинообъединениях, осложняло наши связи с академиями кино, фильмотеками и киномузеями, существующими во многих странах. Создание Союза во многом облегчит эту задачу и даст возможность установить со всеми подобными организациями деловой контакт, обмен опытом и фильмами. Кроме того, Союз будет принимать активное участие и в отборе кинокартин на международные фестивали и в подборе состава наших делегаций, что до сих пор, как мне кажется, носило случайный и не всегда продуманный характер. В задачу Союза должно входить и расширение наших связей с зарубежными деятелями кино. Сейчас это приобретает особо важное значение потому, что, как вы знаете, все больше и больше расширяется практика совместных постановок наших киностудий с кинопроизводством других стран. Отсутствие общественно-творческих организаций зачастую лишало нас возможности участвовать в международных прогрессивных кинообъединениях, осложняло наши связи с академиями кино, фильмотеками и киномузеями, существующими во многих странах. Создание Союза во многом облегчит эту задачу и даст возможность установить со всеми подобными организациями деловой контакт, обмен опытом и фильмами. Кроме того, Союз будет принимать активное участие и в отборе кинокартин на международные фестивали и в подборе состава наших делегаций, что до сих пор, как мне кажется, носило случайный и не всегда продуманный характер»587.

На самом деле, диапазон задач и практической работы Союза кинематографистов в сфере наведения мостов с зарубежным киномиром оказался куда более широким, чем это было намечено в программной речи лидера СК.

Буквально с момента появления этой организации на общественной арене там с санкции властей была создана соответствующая мощная и Пырьев И. Избранные произведения. Т 2. – 1978. – С. 17–18.

эффективная структура – комиссия по международным связям. Именно ей и была поручена работа по быстрому и качественному «наведению мостов».

На первых порах комиссию возглавили секретари пырьевского СРК – режиссеры С.Юткевич и А.Згуриди, уже и тогда обладавшие солидным опытом общения с зарубежным кинематографом, и немалой «коллекцией»

личных связей с видными деятелями мирового кино. Позднее в должности внешнеполитического эмиссара СК СССР оказался такой тонкий, образованный, умнейший, инициативный и порядочный человек, как Александр Васильевич Караганов. Благодаря его умной и изобретательной работе наше кино имело уровень отношений с зарубежным кинематографом на порядок выше и чище, чем это можно было наблюдать в стане других муз и организаций.

Работа международной комиссии Союза кинематографистов строилась по нескольким направлениям:

– установление контактов и вступление в международные киноорганизации: Международная Ассоциации научного кино (Манк), Международный Союз кинотехнических объединений (УНИАТЕК), Международный центр кинофильмов для молодежи при Юнеско (СИФЕЖ), Международная гильдия сценаристов и др.;

– обеспечение более широкого участия советского кино в международном фестивальном движении и на экранах зарубежных стран;

– установление личных контактов с ведущими прогрессивными мастерами мирового кино, выявление и формирование своего рода клуба «сторонников и друзей Советского Союза».

Для более успешного выполнения последней задачи СК были даны и некоторые полномочия по части отбора тех представителей мировой общественности, которых стоило бы пригласить в Советский Союз и слегка обласкать и ненавязчиво поагитровать ради закрепления в статусе упомянутых «сторонников и друзей СССР». Но этой предоставленной льготой СК пользовался для решения более широкой задачи – пусть и ограниченного продвижения на советские экраны лучших достижений мирового киноискусства, ознакомления советской общественности с самыми выдающимися его мастерами. Именно СК СССР вел в СССР инициативную работу по организации так называемых недель французского, итальянского, польского кино и др., инициировал и организовывал приглашения в СССР ведущих мастеров кино в СССР, проведение ретроспектив их фильмов.

Конечно, ходатайствуя перед властями о приглашении в СССР ту или иную мировую кинознаменитость, представители СК вполне отдавали отчет в том, что помимо «укрепления культурных связей между народами», у властей могут быть еще и кое-какие свои особые интересы. Их тоже старались как-то предугадать и по возможности учитывать. Когда в феврале 1962г. президиум Оргкомитета СРК СССР обратился в ЦК КПСС с ходатайством о приглашении в СССР американской киноактрисы Ким Новак, то в направленном обращении имелась многозначительная фраза: «По имеющимся сведениям, актриса Ким Новак близко знакома с семьей президента США Кеннеди».

В русле продвижения действительно лучших фильмов мирового кино СК вел достаточно капитальную информационно-аналитическую работу по состоянию зарубежного кино. Именно там пробили еще одну дыру в «железном занавесе», добившись соизволения ЦК КПСС издавать собственный информационный бюллетень союза по зарубежному кино. Он должен был выходить ежемесячно объемом по 5 листов, тиражом 250 экз., отпечатанный ротапринтным способом.

Сегодня, когда мы просто изнасилованы информацией о западном кино, над этой победой СРК можно только горько ухмыльнуться. Но тогда, в начале 60-х, был такой голод на информацию о зарубежном кино, что скромное издание информационного бюллетеня СРК казалось, действительно, благим делом. Поистине бесценным был банк закрытой информации, быстро пополнявшийся пространными и содержательными отчетами бесчисленных делегаций союза, направлявшихся на разведку буквально во все концы мирового киносвета.

Ну а как выглядела деятельность государственных инстанций по развитию международных связей советской кинематографе на фоне поразительно инициативных и успешных усилий Союза кинематографистов на этом же поприще?

Старый-новый «Совэкспортфильм»

Мы уже обращали внимание на то, что климат оттепели утверждался в разных сферах жизни советского общества и в организациях разного типа очень и очень равномерно. Где-то процессы оттепельной перестройки развивались быстро и достаточно неконфликтно, где-то новые веяния утверждали себя медленнее, с трудом и боями преодолевая сопротивление косных сил. А поскольку внешнеполитическая деятельность советских госорганизаций в целом оказалась в числе особо консервативных сфер, то и ВЭ «Совэкспортфильму» переход на новые принципы работы давался очень и очень непросто. Один из ведущих сотрудников объединения в своем завлении в ЦК КПСС писал: «Осуществляемая руководством В/К «Совэкспортфильм» практика проката советских фильмов за границей преследует главным образом коммерческие цели. Условия проката советских фильмов, навязанные «Совэкспортфильмом» странам народной демократии, тяжелые для выполнения киноорганизациями этих стран. В Болгарии, например, условия проката советских фильмов настолько тяжелые, что киноорганизация страны, согласно заявлению ее руководителя, терпит от проката советских фильмов убытки. Такие условия стали тормозом для расширения проката советских фильмов в странах народной демократии.

Навязанные «Совэкспортфильмом» условия проката советских фильмов странам народной демократии не соответствуют политике Партии и Правительства СССР. Практикуемый руководством В/К «Совэкспортфильм»

нажим на киноорганизации стран народной демократии с целью добиться наибольшего процента прокатного времени для советских фильмов и соответствующее поведение уполномоченных «Совэкспортфильма» в странах, доходящее в некоторых случаях до вмешательства во внутренние дела стран их пребывания, являются грубым нарушением принципов внешней политики СССР и правил поведения советских командированных работников за границей. Примерно до 1953 года прокат советских фильмов в странах народной демократии развивался успешно потому, что советские фильмы были главным и основным фондом для проката. Когда же в страны народной демократии начали ввозиться на более льготных условиях фильмы из других стран, а также появились фильмы национального производства, киноорганизации стран народной демократии значительно сократили прокатное время для советских фильмов, вследствие чего количество зрителей по советским фильмам в некоторых странах резко снизилось.

Руководство В/К «Совэкспортфильм» осуществляет прокат советских фильмов в странах народной демократии без учета внутриполитических и внешнеполитических изменений в странах и факторах, влияющих на успех проката советских фильмов. В настоящее время, вследствие изменившихся условий проката советских фильмов в странах народной демократии, необходимо коренным образом пересмотреть в сторону облегчения условия поставки фильмокопий в эти страны и перестроить работу В/К «Совэкспортфильм» …»588.

Тем не менее, по ходу развития общеоттепельных процессов в стране ледник косности потихоньку подтаивал и в кабинентах совэкспорфильмовских начальников.

Государственные чиновники, улавливая потепление времени, тоже очень старались шире и поосновательнее продвинуть советское кино на зарубежный экран, нарастить армию потенциальных друзей советского кино и СССР из числа представителей мирового киносообщества, попользоваться техническим и технологическом опытом самых продвинутых западных РГАНИ, ф. 5, оп. 17, д. 502, л.95–127.

кинематографий. В госструктурах также разрабатывались некоторые вполне толковые и дельные инициативы по изменению и оптимизации работы по развитию и укреплению связей советской и мировой кинематографии. Так министр культуры СССР Н.А.Михайлов в мае 1956г. обратился в ЦК КПСС с достаточно дерзким ходатайством о разрешении министерству самостоятельно решать вопрос о приобретении кинофильмов капиталистических стран: «В результате расширения культурных связей Советского Союза с зарубежными странами и увеличения плана проката советских фильмов за границей, число приобретаемых для проката в СССР иностранных кинофильмов за последнее время значительно увеличилось.

Так, например, в 1954 году для проката в СССР было куплено за границей полнометражных художественных фильмов, в том числе 15 фильмов буржуазных стран;

в 1955 году куплен 71 фильм, из которых 27 фильмов буржуазных стран и за 4 месяца текущего года приобретено 52 фильма, в том числе 27 фильмов из буржуазных стран. Вопрос о покупке кинофильмов стран народной демократии решается самостоятельно Министерством культуры СССР;

приобретение же фильмов буржуазных стран производится только по решению ЦК КПСС. Учитывая, что количество фильмов, приобретаемых в буржуазных странах заметно увеличивается, что в свою очередь требует более оперативного решения об их покупке, Министерство культуры СССР просит ЦК КПСС разрешить ему самостоятельно решать вопросы о приобретении кинофильмов капиталистических стран для проката их в СССР. Расчеты за эти фильмы будут производиться в пределах сумм, утверждаемых планом импорта «Совэкспортфильм», а также путем безвалютного обмена на советские фильмы»589.

В 1957г. тот же Н.А.Михайлов обратился в ЦК КПСС с инициативной запиской о расширении сферы общественного показа советских фильмов за рубежом. А годом спустя он же покусился на священный порядок оформления заграничных командировок и затребовал у ЦК КПСС упрощения РГАНИ, ф.5, оп. 36, д. 30, л 117.

процедуры выезда кинематографистов в страны народной демократии для совместных постановок: «Планами культурного сотрудничества со странами народной демократии на 1958 год, утвержденными ЦК КПСС, в 1958 и 1958/59 гг. предусмотрено производство 31 совместного художественного, документального и научно-популярного кинофильма. Работа над созданием этих фильмов требует частых оперативных выездов и приездов сценаристов, режиссеров, директоров студий и фильмов, съемочных групп и актеров, необходимость которых зачастую нельзя предусмотреть заблаговременно.

Направление писем в ЦК КПСС по каждому отдельному выезду и приезду кинодеятелей, работающих над созданием совместных кинофильмов, создаст излишнюю переписку, осложнит работу и увеличит загруженность аппарата ЦК КПСС мелкими вопросами»590.

Достаточно энергично возглавляемое им министерство продвигало советские фильмы в недоступные прежде просторы Африки и Латинской Америки. Кстати, куратором международных связей Министерства культуры по линии кино являлся заместительминистра культуры В.Н.Сурин, которому.

Начиная с 1958 года доведется возглавить «Мосфильм». При его директорстве главная киностудия страны переживет, пожалуй, свои лучшие и самые плодоносные годы.

К тому же многие мероприятия СК СССР и структур Министерства культуры в области зарубежных связей носили совместный характер. И если они оказывались успешными – а так было практически всегда – то и успех был общим. И из наших сегодняшних дней уже не разглядишь, кто именно – СК или МК – вложились в этот успех основательнее.

И, тем не менее, сравнивая сегодня работу этих двух главных «институтов» реализации внешней политики советского кино в годы оттепели, поневоле приходишь к выводу, что сугубо общественная организация – СК СССР – вела эту работу на порядок инициативнее, тоньше, результативнее.

РГАНИ, ф. 5, оп. 36, д. 80, л. 17.

Козыри СК Главная причина более успешной деятельности СК заключалась в том, что здесь тонкую и деликатную работу по установлению и укреплению контактов с западным киномиром выполняли не государственные чиновники, с ног до головы повязанные строгими должностными инструкциями, а люди хотя бы относительно свободные. И самое главное – творческие личности.

Ведь одно дело, когда за столом переговоров, особенно в начальной стадии, перед вами сидит не какой-то никому неведомый, скованный своей ответственностью государственный чиновник и совсем другая история, когда перед с вами начинает общаться знаменитый режиссер или обаятельный актер, которые будут говорить с вами от своего имени, которые могут и удачно пошутить и ответить вам нетривиально. А самое главное, знают о кино все до последней мелочи и знают о его проблемах не по горе бумаг, пылящихся на канцелярских столах.

У СК была всегда наготове первоклассная команда опытнейших, умелых, поистине матерых переговорщиков. В нее помимо умного, находчивого, гибкого Александра Караганова входили Сергей Герасимов, Григорий Чухрай, Станислав Ростоцкий, Алексей Каплер и другие известнейшие мастера кино, умевшие обаять, убедить, уговорить, упросить кого угодно на свете. При этом любая делегация СК – будь то фестиваль или какие-то особо ответственные переговоры – неизменно комплектовалась не менее тщательно, чем какое-нибудь воинское спецподразделение забрасываемое в тыл врага для выполнения некого сверхтрудного задания.Такие бригады вернулись бы с подписанными договорами о показе советских фильмов, даже побывав в племени людоедов.

С учетом всех этих обстоятельств функции госструктур, отвечавших за развитие зарубежных связей советского кино, и СК СССР были разведены.

Комиссия по зарубежным связям СК и ее посланники, преимущественно, осуществляли «разведывательную» функцию, первыми оказывались и заводили знакомства там, где еще не ступала нога советского кинематографиста – в странах далекой Азии, Африки, Латинской Америки.

Посланцы СК первыми осматривали еще «неосвоенные» места, присматривались к тамошнему кинематографическому миру, заводили необходимые знакомства. И уже позднее на свет божий там, как правило, появлялись посеянные этими первопроходцами семена в виде представительств ВО «Совэкспортфильма».

Приоритетной сферой посланцев СК СССР как правило были вопросы организационного плана, дискуссии и обсуждения по идеологически и творческим проблемам. Но при первой возможности, понятное дело, они проявляли самый пристальный интерес и к чудесам зарубежной кинотехники, новейшим технологиям в кино. Хозяйственно-экономическими аспектами намечаемых договоров и соглашений посланцы Васильевской, 13, как правило, не занимались. Это была епархия профессионалов из «Совэкспортфильма» и других госструктур.

Искренняя и глубокая заинтересованность самих членов СК СССР в расширении и углублении сотрудничества с зарубежными кинематографиями уже сама по себе подталкивала эту организацию к выдвижению все новых и новых инициатив в этой сфере, обращениям к властям с настоятельными просьбами о предоставлении более широких прав и полномочий в сфере международной деятельности.

Бегло перечислим хотя бы некоторые из этих бесчисленных инициатив.

Так в апреле 1958г. председатель Оргкомитета СРК СССР И.А.Пырьев озаботил ЦК КПСС о расширении составов делегаций киноработников, направляемых на международные кинофестивали.

По установившейся в те годы практике страна – устроитель кинофестиваля обычно приглашала официальные делегации в количестве 3– человек, содержание которых относилось за счет устроителей фестиваля.

Однако эта квота, – утверждал лидер СК, – для большого отряда советских кинематографистов явно недостаточна, поскольку они едут на такие мероприятия отнюдь не праздновать и наслаждаться новинками зарубежного кино. Советские кинематографисты едут в Канны и Венеции серьезно вкалывать.«Встречи на фестивалях кинематографистов всех стран мира – говорилось в письме, – дают возможность устанавливать личные контакты, участвовать в творческих дискуссиях, обмениваться опытом. Такие поездки позволяют также ознакомиться с зарубежными киностудиями и организацией на них кинопроизводства, в чем очень заинтересованы советские кинематографисты, так как большинство стран, где проводятся фестивали, имеют развитую кинопромышленность. Кроме того, эти поездки способствуют пропаганде советского киноискусства. В связи с этим Оргкомитет Союза работников кинематографии СССР просит ЦК КПСС разрешить направлять дополнительно к официальному составу каждой делегации, выезжающей на крупные международные кинофестивали, 4– деятелей советской кинематографии сроком на 2 недели за счет средств в иностранной валюте, выделенной Союзу на загранкомандировки»591.

В марте 1959 г. Оргкомитет СРК подбил Министерство культуры СССР выдвинуть достаточно дерзкое совместное предложение об изменении процедуры отбора фильмов на международные кинофестивали. СРК и Минкульт попросили передать им самим право отбирать фильмы для участия в международном фестивальном движении, за исключением кинофестивалей в Москве, Карловых Варах, Каннах и Венеции. Это была одна из самых радикальных попыток вырваться из-под тотальной опеки Старой площади.

В марте того же 1959г. в очередном ходатайстве в ЦК КПСС И.А.Пырьев убедительно разрисовал все выгоды и преимущества, которые посыпались бы как из рога изобилия в том случае, если бы ЦК КПСС дал благословение на установление контактов с Британским киноинститутом.А следом на стол руководства Отдела культуры ЦК КПСС легло убедительно мотивированное требование СК СССР о расширении представительства этой организации в составе комиссий по закупке зарубежных фильмов. И т.д., и. т.п.

РГАНИ, ф.5, оп. 36, д. 81, л.19–20.

Многие из этих просьб и инициатив власть игнорировала, не моргнув глазом. Но нередко хозяева Старой площади все же вынуждена были идти навстречу, осознавая, что расширяя СК поле свободных и инициативных действий, они, хоть и рискуя, могут получить от этого и свой приварок. И не только идеологический, но и экономический. Таким образом, роль творческого союза в развитии зарубежных связей советского в ходе оттепельных лет неуклонно и качественно возрастала.

Фестивальное наступление Справедливости ради, надо все же заметить, что успешной международной деятельности СК СССР, как в прочем и соответствующих госорганизаций, основательно поспособствовали два обстоятельства.

Эта деятельность протекала в достаточно благоприятном международном климате. Перемены в общественно-политической жизни СССР, ее значительные и несомненные успехи в хозяйственно экономической, научной и культурных сферах вызвали в мире волну большого интереса к СССР. Большой интерес вызвали и замечательные успехи советского кино. В 1957 году Григорий Чухрай покоряет и публику и жюри Каннского фестиваля своим «Сорок первым». А на следующий год там же переживают поистине небывалый триумф калатозовские «Летят журавли». Мастерство оператора С.Урусевского отмечено первым призом Высшей технической комиссии Франции. Специальный диплом за исполнение главной роли вручен артистке Т.Самойловой. А сам фильм не только получает «Золотую пальмовую ветвь», но кардинально меняет отношение мировой общественности к советскому кино, безоговорочно выводит советскую кинематографию в лидеры мирового кино. Да, как киноиндустрии лидерство ей явно не светит, но в творческом отношении именно оно в оттепельные годы являет миру высшие и абсолютно новые образцы кино как искусства. «Грим кинозвезд, – читаем в энциклопедии «Первый век нашего кино», – был испорчен слезами. «Я оглянулся вокруг и не узнал аудиторию. Члены жюри потеряли свою невозмутимость. Они подозрительно посапывали носами и прятали носовые платки», – вспоминал режиссер Сергей Юткевич. 3 мая во Дворце фестиваля был показан советский фильм «Летят журавли». Зал, поначалу настороженный, после эпизода проводов на фронт разразился бурей аплодисментов, в сценах ночной бомбежки и смерти Бориса – снова аплодисменты, а финальный пробег Вероники на вокзале был накрыт оглушающей волной рукоплесканий, которые, когда зажегся свет, перешли в овацию. За полтора часа экранного времени преисполненные самомнения дамы в бальных туалетах и мужчины в смокингах, вся эта чопорная, сосредоточенная на кулуарных сплетнях и выгодных сделках публика превратилась в потрясенных и восторженных зрителей. Снобистская пресыщенность и душевное самодовольство были сокрушены, смяты и изломаны отчаянными ракурсами, светотональными, пластическими, фактурными контрастами стремительной камеры Сергея Урусевского. Ритмические скачки, виртуозность и непредсказуемость проездов и панорам, динамика света потрясали и ставили в тупик технически оснащенных и искушенных западных специалистов.… Равноценность всех элементов фильма, слившихся в органическом единстве, их целостная соподчиненность чисто жанровой основе и новизна субъективно-динамического кинозрелища, рожденные блестящим дуэтом Урусевского и Самойловой, не могли не потрясти пресыщенную и оттого потаенно страдающую «сенсорным голоданием» буржуазную публику. А заодно и прессу. Правую, левую, бульварную, светскую, фестивальную. Все, кто обсуждал гонорары и туалеты Джейн Мейнсфилд, суммы сделок и любовные похождения, цены на картошку и процесс Анны Андерсон, выдающей себя за Анастасию Романову, – все были единодушны в оценке советского фильма»592.

Первый век нашего кино. Энциклопедия., М.: 2006. – С. 438–439.

Начиная с этого момента, советские фильмы переживали новые триумфы не только на крупных международных кинофестивалях, они вырвались и на широкий экран многих зарубежных стран.

А сам урожай престижных фестивальных наград все еще был стол велик, что председателю Кинокомитета А.В.Романову пришлось озаботиться вопросом создания их специальной коллекции и даже издать приказ «О порядке хранения призов и дипломов, получаемых на международных кинофестивалях»593.

ММФ Апофеозом активности международной комиссии СРК Первый Московский Международный кинофестиваль под девизом «За гуманизм киноискусства, за мир и дружбу между народами» прошедший 3–17 августа 1959г. с большим успехом.

Сегодня трудно объяснить, почему фестиваль 1959 года стали называть первым – именно от этой даты стали вести отсчет всех последующих ММФ.

Возможно, его не в меру честолюбивым устроителям очень хотелось войти в историю в качестве первопроходцев и основоположников. На самом деле, им-то, не столь уж и молодым людям, было прекрасно известно, что первый Московский международный кинофестиваль состоялся еще в далеком году. Этот первый выпуск ММФ собрал представительнейшую конкурсную программу с участием всех ведущих кинематографий мира, прошел на высоком уровне и увенчался заслуженным триумфом советского кино. В любом случае не стоило отрекаться от этого достойнейшего события в своей истории.По крайней мере даже самые именитые международные кинофестивали в работе которых также случались немалые временные перерывы старались не «молодиться» и не стеснялись своего настоящего «возраста».

РГАЛИ, ф. 2944, оп. 1, д.84, л. 155.

Но так или иначе не первый МКФ все равно счел необходимым поименовать себя первым. Согласно распоряжению Совет Министров СССР от 2 июня 1959г «Об условиях проведения Московского международного кинофестиваля» устроителям дозволялось пригласить в Москву иностранных участников (делегатов, членов жюри, почетных гостей и кинокритиков), организовать показ фильмов фестиваля в Кремлевском театре, Московском Доме кино, кинотеатрах «Ударник» и «Форум»;

установить цены на билеты при показе фильмов в размере 7, 10 и 15 рублей за билет и освободить организации, демонстрирующие указанные фильмы, от прокатной платы.

Тем же распоряжением предоставлялась возможность:

1. Израсходовать на проведение Международного кинофестиваля млн. рублей, из них 1402 тыс. рублей за счет доходов от продажи билетов при показе фильмов на кинофестивале и 598 тыс. рублей за счет 50% сверхплановых прибылей предприятий и организаций Министерства культуры СССР, направляемых на оказание временной финансовой помощи предприятиям и организациям Министерства;

2. Израсходовать в пределах общей сметы расходов на проведение Международного кинофестиваля 24 тыс. рублей на организацию приема участников кинофестиваля, 20 тыс. рублей на приобретение памятных подарков – сувениров для иностранных участников кинофестиваля, 50 тыс.

рублей на призы-премии кинофестиваля и 38 тыс. рублей на оплату проезда из г. Москвы на родину членов жюри Международного кинофестиваля с женами.

Помимо этих благ от таможенного досмотра поступающие из-за границы в адрес дирекции Международного кинофестиваля иностранные кинофильмы и рекламные материалы освобождались от таможенного досмотра594.

Архивная коллекция НИИ киноискусства.

«ММКФ 1959г., – читаем взволнованные строки в энциклопедии «Первый век нашего кино», – устроенный с огромной помпой, задал тон всем последующим фестивалям, проводившимся в советский период.

Официальность и идеологическая выдержанность, подцензурность в выборе лент «прогрессивных» и лояльных по отношению к режиму гостей сочетались с праздником души для киноманов, один раз в два года получавших фантастическую возможность смотреть зарубежное кино, которое нигде и никогда больше они посмотреть не могли. Огромное количество призов соответствовало принципу «всем сестрам по серьгам».

Обязательным было председательство в жюри крупного советского режиссера и награждение главным призом (в крайнем случае экс-эк-во) советского фильма»595.

Конкурсная программа МКФ, проходившего с 3 по 17 августа, состояла из 30 фильмов. Председателем жюри был Сергей Герасимов. Большой золотой приз достался С.Ф. Бондарчуку за «Судьбу человека». Кажется, нигде не упоминалось: Президиум Оргкомитета СРК салютовал Джульетте Мазине Специальным дипломом за исполнение роли в фильме «Ночи Кабирии».

В дни фестиваля «Мосфильм» устроил день открытых дверей для зарубежных гостей. Прием удался на славу!

Министр культуры СССР Н.А. Михайлов направил в ЦК КПСС отчет об итогах ММФ. Итоги впечатляли. Фестиваль уважили своим посещением гостей из-за рубежа. В программах фестиваля был задействован 281 фильм (из них 88 – в конкурсе). На 724 сеансах их посмотрело 500000 зрителей. Валовой сбор от показа фестивальных фильмов составил 5 млн. рублей. Вспомнив, что Совмин СССР выделил на проведение фестивального действа 2 млн. рублей, легко подсчитаем полученную государством прибыль».

Начиная с этого года фестиваль, быстро набирая популярность и авторитет, стал проводиться на регулярной основе.

Первый век нашего кино.Энциклопедия. – М. 2006. – С. 444–445.

Идеология или коммерция?

Как славно и приятно было бы завершить на этой высокой ноте наш рассказ о победно-триумфальном выходе еще совсем недавно полузадушенной советской кинематографии на авансцену мирового кино. К сожалению, реальная история отечественной киномузы даже в этот самый благотворный ее период, не оставляет места для одних мажорных красок.

Мы уже отмечали противоречивый, непоследовательный характер этой эпохи, предопределенный метаниями и шараханиями властей.

В годы хрущевского правления хватало суетливых, непродуманных, подчас совершенно неоправданных реформ. Так, в мае 1959г. Совет Министров СССР с подачи ЦК КПСС разразился постановлением «О мерах по улучшению проката советских кинофильмов в зарубежных странах». Этот документ под столь воодушевляющим названием, на самом деле, означал тотальный разгром Всесоюзного объединения «Совэкспортфильм». Его деятельность была оценена однозначно негативно как «несправляющегося»

со своими задачами, а потому оно было приговорено к радикальному реформированию. «Реформирование» же свелось,по сути дела, к расфиромированию этой совсем небезнадежной организации.

Во-первых,«Совэкспортфильм» неожиданно вывели из киноотрасли и переподчинили Министерству внешней торговли. «1.Признать целесообразным, – гласило постановление, – возложить работу по организации коммерческого проката советских кинофильмов за рубежом на Министерство внешней торговли и торговые представительства за границей, передав Всесоюзное кинообъединение «Совэкспортфильм» из системы Министерства культуры СССР в ведение Министерства внешней торговли.

2. Обязать Министерство внешней торговли принять меры к более активному продвижению советских кинофильмов за границу и резкому повышению доходов в инвалюте от кино, используя для этого установление деловых отношений с крупными кинопрокатными фирмами и широкую рекламу советских фильмов»596.

Сам же отбор советских кинофильмов на экспорт был возложен и на Министерство внешней торговли и на Министерство культуры СССР, для чего должна была быть создана специальная совместная комиссия.

Обеспечение высококачественными материалами, изготовление кинофильмов, фильмокопий и других фильмоматериалов, поставляемых на экспорт, необходимой документации к ним и своевременную отправку их в зарубежные страны по заказам-нарядам Министерства внешней торговли возлагалось на Министерство культуры.

Министерство культуры СССР отвечало так же за организацию работы по проведению кинофестивалей, кинонедель и премьер зарубежных кинофильмов в СССР и советских кинофильмов в зарубежных странах, а также других мероприятии, связанных с участием советской кинематографии в международном культурном обмене.

А вот общественный прокат советских кинофильмов в зарубежных странах отныне возлагался на Государственный комитет по культурным связям с зарубежными странами при Совете Министров СССР, Союз советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами и посольства СССР за границей.

Как видим, то была типичная «расчлененка», когда все функции прежде сходившиеся в единой управленческой структуре, теперь распределялись по совершенно разным по своей природе ведомствам Ничего путного из этой затеи не получилось. Да и не могло получиться, что с самого начала совершенно очевидно было кинематографистам старшего поколения. Ведь на подобные грабли власти наступали уже еще в 30-е годы. Тогда пожелав заполучить более весомые доходы от сбыта советских фильмов за границу, они надумали передать «Союзинторгкино» из киноотрасли ведение комиссариата внешней торговли (см. раздел 3.). И Архивная коллекция НИИ киноискусства.

быстро пожалели – признав решение ошибочным, отрулили назад. Теперь, в годы оттепели, хрущевцы-реформаторы решили повторить эксперимент, наступив на те же, по сути, грабли. Результата долго ждать не пришлось.

На исходе 1960г. И.А.Пырьев подготовил развернутую докладную записку в ЦК КПСС «О недостатках советской кинематографии в области международного обмена». В этой записке руководитель Союза попытался объяснить, что даже за год пребывания в орбите другого министерства «Совэкспортфильм» растерял все связи с киностудиями, производителями экспортной продукции, стал относиться к фильмам исключительно как к обычному товару, забыв об идеологии и творческой стороне дела.

«После перехода в систему Министерства внешней торговли, – отмечалось в письме лидера СК, – эта организация оказалась оторванной от производства кинокартин, от сферы художественного творчества. Она лишилась не только производственной базы, где бы могла подготавливать иностранные варианты экспортируемых фильмов, но и всякой связи с киностудиями, с творческими коллективами.

Более того, она оказалась изолированной от важнейшей идеологической работы в области кино, устранилась от такой важной работы, как международные кинофестивали, Недели советских фильмов, проводимых за рубежом, от участия в творческих встречах, организуемых советскими органами в зарубежных странах Такое положение не могло не сказаться на работе «Совэкспортфилъма». Как со стороны зарубежных коммерческих фирм, так и со стороны советских дипломатических представительств беспрерывно поступают жалобы на «Совэкспортфильм». Фирмы и представительства справедливо жалуются на крайнюю задержу в присылке копий фильмов, исходных материалов по проданным или переданным в прокат советским фильмам (контратипов, фонограмм), на плохую рекламу фильмов, на отсутствие своевременной информации о выходящих на экраны фильмах фильмов, на невозможность организовать премьеры с участием советских киноделегаций»597.

Обратив внимание на рассогласованность различных советских организаций в деле продвижения наших фильмов за границу, Пырьев предложил создать единый центр, в котором совмещались бы интересы коммерческого и некоммерческого проката, производство совместных картин и т.д.

Последствия допущенной ошибки были столь значимы и очевидно, что пришлось к Пырьеву-надоеде прислушаться и вернуться к тому, от чего так опрометчиво ушли.

Но недаром говорят «беда одна не ходит». Реформатская чесотка партийных чиновников-хрущевцев коснулась не только дела продвижения советских фильмов на экраны Запада. Еще больше у них болело сердце за то, какие зарубежные фильмы крутятся на советских экранах. И тут уже на исходе 50-х замигала красная лампочка тревоги.

На заседании Идеологической комиссии ЦК КПСС прозвучала жесткая критика МК СССР в связи с чрезмерной закупкой зарубежных фильмов для проката на советском экране. «За последние годы, – отмечалось в подготовленной к заседанию справке, – Министерство культуры СССР в значительных размерах увеличивает приобретение иностранных кинофильмов и прокат их в кинотеатрах нашей страны. В 1955 году было выпушено на советский экран 63 иностранных кинофильма, а в 1958 году – 113. Министерство культуры планирует дальнейшее расширение покупки иностранных кинофильмов. В текущем году оно намерено купить в зарубежных странах 125–130, а в 1960 году 160 кинофильмов. При таком подходе к делу в предстоящем году наши кинотеатры выпустят на экраны 120 отечественных и 160 иностранных фильмов. Таким образом, внимание советских зрителей неизбежно будет направлено в преобладающей степени в РГАЛИ, ф. 2936, оп. 1, д. 100, л.230–238.

сторону тем и идей, не связанных с задачами коммунистического строительства, осуществлением которых занят советский народ».

В подготовленном для ЦК КПСС проекте постановления формулировки были еще жестче: «ЦК КПСС отмечает, что в деле приобретения зарубежных фильмов и организации их проката в нашей стране все еще существуют серьезные недостатки. Нередко на экраны выпускаются такие зарубежные кинокартины, в которых приукрашиваются порядки в современном капиталистическом мире, идеализируется буржуазный образ жизни, проповедуются буржуазные идеи классового мира. Руководствуясь только коммерческими интересами, органы кинопроката и кинофикации непомерно заполняют репертуар кинотеатров иностранными фильмами.

Серьезные недостатки имеются в подготовке зарубежных кинокартин к выпуску на экраны кинотеатров, не осуществляется необходимое редактирование при дублировании их на русский язык».

Постановления обязывало радикально изменить «подход к отбору фильмов буржуазных стран, приобретать для проката в нашей стране высокохудожественные фильмы, в которых с прогрессивных позиций освещается жизнь в современном буржуазном мире.

2.Предложить Министерству культуры СССР изменить существующую практику проката зарубежных кинофильмов, имея в виду резкое сокращение тиражей фильмокопий, уменьшение количества сеансов и кинотеатров, в которых демонстрируются эти фильмы. При подготовке зарубежных фильмов для проката осуществлять необходимое редактирование»598.

Позднее, уже по ходу 60-х властям еще не раз приходилось одергивать Госкино СССР и ВО «Совэкспортифльм» за «недостаточную идеологическую выдержанность» и «коммерческий уклон» в деле закупки зарубежных фильмов. Было выпущено целое собрание куда более строгих постановлений на сей счет. Едва ли не до последнего времени эти телодвижения властей вызывали у представителей киносообщества как РГАНИ, ф. 11, оп. 1, д. 425, л. 2–7.

минимум саркастическую улыбку, воспринимаясь как очередное проявление чисто бюрократической перестраховки и благоглупости. И не мудрено. О масштабах и серьезности информационной войны, объявленной СССР и активно разворачиваемой сразу по окончании Второй мировой войны, в Советском Союзе по настоящему не знал решительно никто, за исключением высшего руководства страны и спецслужб. Поэтому тупые страшилки на тему идеологической угрозы, выпускаемые для массового потребления пропагандистским конвейером Агитпропа ЦК КПСС, мало кто тогда мог воспринять всерьез.

Между тем, для высшего партийного руководства страны не было тайной за семью печатями, то какие мощные силы и ресурсы были задействованы Западом для ведения информационной войны. Руководство были известны все детали «доктрины Трумэна» Оно было в курсе и о директиве 1950г. СНБ 20-1, и про принятый в 1959г. в США закон «О порабощенных нациях». Так что у хозяев Кремля были основания беспокоиться за сохранение идеологической девственности советской культуры, а в том числе и в первую очередь – советского экрана. И не случайно уже в 1958г. на свет божий появилось постановление идеологической комиссии ЦК КПСС «О неверном изображении буржуазной действительности в современном советском искусстве и литературе»599, в котором печально констатировалось, что отдельные бастионы советской культуры уже пали от первых залпов враждебной западной пропаганды и начинают запевать ее мотивчики.

Позднее идеологический штаб ЦК КПСС во главе с ее серым кардиналом М. А. продолжал неутомимо множить бумаги подобного типа, проводить регулярные встречи руководителей партии и правительства с творческой интеллигенции, организовывать сотни масштабнейших мероприятий и кампаний по противостоянию идеологической агрессии Запада. Но вся эта грандиозная деятельность, чем старательнее и энергичнее РГАНИ, ф. 11, оп. 1, д. 329, л. 70–80.

она проводилась, приносила как правило прямо противоположный результат.

Армия искренне верующих в КПСС и ее вероучение о классовой борьбе и диктатуре пролетариата таяла на глазах.

Нынешние специалисты по геополитике считают, что советский Агитпроп начал проигрывать противостоящей ему западным силам не только по качеству исполнителей, входивших в сусловскую команду, но и потому что команда эта вела идеологическую войну, а противники вели войну информационную. А это означало, что наступление противника осуществлялось по несопоставимо более широкому фронту, и он без особых проблем обходил «сусловцев» с неприкрытых флангов.

Одним из таковых дырявых оборонительных плацдармов и оказалось в годы оттепели «важнейшее из искусств.

Превратить его в неприступную крепость было не просто трудно. Но и практически невозможно уже только в силу несоединимости двух исходных установок, на которых обязана была базироваться репертуарная политика ВО «Совэкспортфильм».

1. Всеми силами блюсти и охранять идеологическую девственность советского зрителя.

2. С каждым годом круто повышать планку экономической прибыли от кинопроката.

Исправно выполнить задачу №1 автоматически означало завалить выполнение задачи №2. Экспортфильмовцы и советские прокатчики по честному старались как-то выкрутиться, выполняя сразу обе задачи.

Но известно чем кончается сидение сразу на двух стульях.

Проблема осталась нерешенной не только в период оттепели. Она досталась в наследство следующему периоду, где также осталась в статусе нерешаемой. Решение ее нашлось уже только в период перестройки, но такое, что от советского кино остались только рожки да ножки.

6.9 Кадры Радикальное расширение производственной базы советского кино в первые оттепельные годы, его быстрое и качественное техническое переоснащение, расширение киносети, появление на арене активного и пробивного Союза кинематографистов и многие другие благоприятные обстоятельства при всей их значимости были все же только предпосылками возрождения и поистине чудесного преображения советской кинематографии.

Одним из ключевых факторов этого мощного и непрерывного роста, продолжавшегося как минимум десятилетие, оказалось то обстоятельство, что появилось и сумело быстро и убедительно утвердить себя новое кинематографическое поколение, окрещенное впоследствии поколением «шестидесятников». Впрочем, в кино выход этого поколения на арену реализовался в виде сразу нескольких следовавших одна за другой поколенческих волн.

Первая плеяда блистательных «шестидесятников», лидерами которой стали Г.Чухрай, М.Хуциев, Т.Абуладзе, А.Алов и В.Наумов, С. Ростоцкий, Э.Рязанов, Л.Кулиджанов показала товар лицом еще в 50-е. Представители этого первого призыва, пожалуй, еще только приближались к пику своих возможностей, а из вгиковских стен выплеснулась еще одна высокая волна новых киноимен;

в начале 60-х ошеломили своими первыми работами А.Тарковский, В.Шукшин, К.Муратова, А.Михалков-Кончаловский, Э.Климов, О.Иоселиани, Л.Шепитько, Ю.Ильенко, Э.Лотяну, В.

Жалакявичюс, Б.Мансуров, А.Хамраев и многие-многие другие их сверстники. А почти следом мощно заработала и вторая кузница талантов – Высшие сценарные и режиссерские курсы выдали на-гора последнюю обойму «шестидесятников». Назовем хотя бы несколько имен: Юрий Клепиков и Глеб Панфилов, Алесъ Адамович и Илья Авербах, Рустам Ибрагимбеков и Толомуш Океев, Иван Драч и Карен Геворкян...

Если суммировать все эти имена, если к тому же и учесть, что более чем плодотворно в тот же период работали ветераны советского кино Е.Габрилович, М.Ромм, Ю.Райзман, М.Калатозов, И.Пырьев, Гр.Козинцев, И.Хейфиц и другие их сверстники, переживавшие вторую молодость, то следует признать, что наше кино, и прежде уж никак не обделенное талантами, все же не знавало столь высокой их концентрации, как в годы оттепели.

Именно три поколенческих волны, слившиеся в едином порыве, и образовали ту неодолимую энергию, которая взметнула советское кино на самые высокие в его трудной истории рубежи.

Вклад какого поколения оказался более весомым?

Вряд ли это можно определить, не впав в субъективщину. Но вот уж точно ничуть не ошибешься, сказав, что без ВГИКа не было бы у нас в кино никакой оттепели!.. Ведь, если верить фильму Петра Тодоровского «Какая чудная игра!», посвященному ВГИКУ, то первыми в стране ненавистную цензуру устранили именно студенты-вгиковцы, громко объявив о том в своей общаге по самодельно-игрушечному радио. Правда, сделали они это благое дело в шутливой форме, но зато получили за свой веселый и отчаянный розыгрыш сполна и на полном серьезе – по пуле в затылок...

Петр Тодоровский, рассказавший эту историю в фильме «Такая чудная игра», может быть, кое-что и присочинял в отдельных деталях, но зато сам образ вгиковской вольницы воспроизвел точно и колоритно. Даже в суровые времена «отца народов» главный кинороддом страны мало напоминал ортодоксальное советское заведение при всем внешне ретивом исполнении советской обрядовости. Надо ли говорить, как «распоясались» вгиковцы, охмелев уже от первого глотка оттепельной свободы?

О том, что институт кинематографии является рассадником вольнодумства, о том, что здесь под видом обучения разным кинематографическим профессиям воспитывают махровых антисоветчиков, шпионов и даже террористов-заговорщиков, «киноведы» с Лубянки знали не только по сагам и былинам бериевских соглядатаев, но и по свежайшим рапортам данного ведомства.

Ввиду указанных обстоятельств ВГИК не раз «профилактировали».

Еще и во второй половине 50-х не брезговали «силовыми» операциями, отправляя особо «отпетых» куда подальше от Москвы. Потом стали опробовать и отрабатывать более гуманные и тонкие формы наведения советской благопристойности в стенах института. Однако все эти старания до поры до времени были не только тщетными, но и давали, скорее, обратный результат. Отношение к власти становилось еще более негативным, а стихия вольности все глубже проникала и захватывала студенческое житье-бытье.

Вот реальный документ, характеризующий состояние умов вгиковских студентов по шкале политической благонадежности лубянского ведомства:

«Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР февраля 1964г. Секретно. ЦК КПСС. Комитет госбезопасности докладывал ЦК КПСС (сообщение №1105-3 от 19 апреля 1963 года) о недостатках в воспитательной работе во Всесоюзном государственном институте кинематографии. Имеющиеся в органах КГБ материалы свидетельствуют о том, что в институте существенных изменений не произошло. Поступающая в институт молодежь в основном является политически выдержанной и устойчивой в моральном отношении. Однако через некоторое время у многих студентов появляются нездоровые настроения, нигилистическое отношение к современной действительности, ревизионистские суждения по вопросам литературы и искусства, а отдельные из них явно с антисоветских позиций оценивают мероприятия партии и правительства. Студент третьего курса операторского факультета ВГИКа БАЛАН, обращаясь к одному из своих друзей сказал: «Не могу терпеть, когда вокруг меня написано черным по белому одно, а в действительности совсем другое, не могу смириться с такой «справедливостью». Истинная справедливость скрыта от народа, он теряет веру в нас, в партию.... Надо повесить всех бюрократов, обманщиков, мошенников, сделать народ, как кристалл, тогда все будет, даже хлеб в неурожайный год и без химических удобрений. Всегда буду бороться с такими недостатками, знаю, что за это, быть может, меня ждут решетки, я не боюсь». Давая оценку фильмам «Все остается людям», «Знакомьтесь, Балуев», «При исполнении служебных обязанностей», БАЛАН заявил: «Разве это искусство? Но руководству нравится это. У нас все диктует правительство и диктует грубо, неотесанно и безо всякого стыда.

Правительство никогда не сотворяло искусство. Оно уничтожает искусство»

.... Студент второго курса киноведческого факультета БЕЛТОВ, 1939 года рождения, на учебу прибыл из гор. Куйбышева, где характеризовался только с положительной стороны. Однако в настоящее время допускает нездоровые высказывания. Так, он заявил: «В искусстве происходит нечто ужасное и несколько похожее на то, что происходило в недоброй памяти 1948 года, с той лишь разницей, что людей не расстреливают. Если единственным критерием художественности считать идейность, то не остается ничего более, как признать гениальным «Коммунистический манифест». На одном из вечеров в компании молодежи БЕЛТОВ пел песни антисоветского содержания с клеветой на партию и ее руководство. В 1958 году на операторский факультет института поступил БАЛБОЧАНУ.... В настоящее время работает на киностудии «Молдова-фильм», где среди окружения высказывает политически неправильные суждения, утверждая, что «лишь в капиталистических странах существует настоящая свобода творчества, а в СССР оно ограничено рамками партийной и государственной политики». Также нездоровые, а порой и антисоветские разговоры ведут работники этой же студии ЛЫСЕНКО, ДЕРБЕНЕВ и КАЛАШНИКОВ, московские сценаристы ДАВЫДОВА и РЯЗАНЦЕВА, которые окончили недавно ВГИК. ДАВЫДОВА, например, заявила: «В пределах нашей социалистической системы сделать ничего нельзя. Ее нужно взорвать.

Подпольные партии у нас невозможны - всех арестуют, да и неизвестно, к чему эти партии приведут: будет новый культ, и опять система придет в тупик. Раз ничего нельзя сделать в пределах системы, нельзя создать подпольную партию, значит нужно эту систему «раскачать» по принципу:

«чем хуже – тем лучше». Преподаватель диалектического и исторического материализма ВГИКа МЕЛЬВИЛЬ выразила беспокойство в связи с тем, что студенты на ее занятиях допускали нездоровые высказывания, заявляя, что «никакого социализма у нас нет», «справедливости также нет», появились «новые классы», создан «новый культ» и т.


п. «Когда я пришла в институт, – заявила МЕЛЬВИЛЬ, – то просто растерялась, услышав политически неправильные высказывания студентов. Я думала, что это у меня одной, что надо мной издеваются, поскольку я молодой преподаватель. Теперь я вижу, что так обстоит дело у многих и в институте к этому привыкли. В марте года с рыболовецкого судна «Симферополь», в районе пролива Унимак, вблизи американских берегов, исчез студент пятого курса режиссерского факультета СМИРНОВ, 1940 года рождения, член ВЛКСМ. На основании материалов расследования можно сделать вывод, что СМИРНОВ, очевидно, изменил Родине. В беседах со студентами он восхвалял отдельные моменты из жизни в капиталистических странах и клеветал на положение творческой молодежи в СССР. Вызывает тревогу состояние дисциплины в институте.... Много претензий студенты высказывают в адрес профессорско преподавательского состава, особенно кафедр марксизма-ленинизма, литературы, кино. Занятия по таким предметам, как история КПСС, диалектический материализм и научный коммунизм проходят сухо, неинтересно.... По мнению Комитета Госбезопасности, целесообразно обсудить на Идеологической комиссии ЦК КПСС вопрос о состоянии воспитательной работы студентов ВГИКа. Прошу рассмотреть. Заместитель Председателя Комитета Госбезопасности Н. Захаров». Откуда заводилась крамола?

Похоже, что более всего тут дали себя знать «проколы» в кадровой политике. Не совсем «те» преподавали и, соответственно, не совсем «тех»

отбирали для обучения. Среди студентов всех факультетов, каким-то образом РГАНИ, ф. 5, oп. 55, д. 112, л. 2–5.

оказалось слишком много детей репрессированных. Назовем хотя бы несколько известных режиссерских имен: Марлен Хуциев – отец расстрелян, Лев Кулиджанов – отец расстрелян, Александр Митта – отец погиб в лагерях, Василий Шукшин – отец расстрелян, Булат Мансуров – отец умер сразу после освобождения из лагеря. Невеселый этот список можно продолжать долго. Многие студенты – будь то литовский оператор Ионас Грицюс или киновед Наум Клейман, еще будучи детьми, успели пройти школу сибирской ссылки. Да и вообще среди вгиковской братвы трудно было найти человека, у которого в семье не нашлось бы брата или свата, не отведавших гулаговской похлебки.

Скорее всего, эта концентрация обиженных, больно задетых властью во ВГИКе не была более высокой, чем в любом другом советском вузе той поры. Другое дело, что последствия социально-политической травмы в стенах ВГИКа, заведения гуманитарно-художественного, неминуемо должны были проявиться и проявились куда более глубоко, чем, скажем, в вузах технического профиля, где уже сам состав дисциплин отсекал молодое неокрепшее сознание от травмирующих обстоятельств советской истории. А во ВГИКе саднящая память о личных «приветах» от советской власти обострялась и соответствующими более чем наглядными уроками еще и по линии кинематографических «отцов». Ученики Сергея Михайловича Эйзенштейна, Игоря Андреевича Савченко, Александра Петровича Довженко и других мэтров и первоклассиков советского кино имели возможность во всей красе увидеть картины унижения и уничтожения их любимых учителей правящим режимом. На их глазах режим вытирал о великих сапоги, плевал и измывался как хотел. Забыть и простить такое было трудновато.

Вдобавок ко всему среди вгиковских педагогов уже оттепельной поры оказались и те, кто сам прошел академию ГУЛАГа. К ним, не сговариваясь, все относились как-то особенно трепетно, избегая язвительных шуточек, которых обычно не удавалось избежать вполне почитаемым и даже любимым преподавателям. От педагогов-зэков, естественно, ждали воспоминаний об их лагерном опыте и соответствующих откровений о родной власти. Ничуть не бывало! Вполне возможно, отсутствие высказываний на столь животрепещущую для нас тему объяснялось тем, что кумиры студенческой братвы были строго-настрого предупреждены органами или даже давали какую-нибудь страшенную подписку о «неразглашении». Но, скорее всего, это они – более чем опытные и умудренные – хорошо понимали, что лучше и в самом деле «не гнать волну», поскольку их воспитанники «дозреют» скоро и сами по себе и без их откровений.

Зато по своей специальности они выкладывались на всю катушку!

Отдавали студентам все, что знали. А знали-понимали они по своей профессии многое, хотя преподавали по-разному. И разное. Одна группа обожаемых преподавателей состояла из отчаянных «прогрессистов». Самая, может быть, бесшабашная из них – Паола Дмитриевна Волкова, преподавательница по ИЗО, – пламенно и вдохновенно влюбляя доверенных ей отроков во все гонимое, отрицаемое официозом. Одними лекциями дело не ограничивалось. Паола Дмитриевна водила учеников на какие-то полуподпольные выставки, в мастерские самых оголтелых московских авангардистов. Как-то она привела еще не совсем просветленных ею киноведов – первокурсников в мастерскую художника, который уже несколько лет рисовал «белое на белом». Несколько часов она втолковывала последним тупицам как это здорово!..

К счастью, были и другие преподаватели. В отличие от не в меру напористых «прогрессистов» они воспитывали любовь и уважение к традиции, просвещая свою паству не особенно напирая, но более основательно. Они не тратили время и энергию, чтобы развенчивать в глазах своих подопечных советский художественный официоз, зато со знанием дела и увлеченно втолковывали об особенностях новгородской школы иконописи или интеллектуальных романов Томаса Манна. Педагогический подвиг вгиковских учителей – а это все-таки был настоящий подвиг и никак не меньше – заключался в том, что в эпоху обязательной соцреалистической лоботомии они умудрялись передавать своим ученикам представления о подлинном искусстве, о безграничности сокровищ культуры, накопленных в разные века и в разных культурах. Вот почему уже самые первые фильмы выпускников вгиковской школы – Григория Чухрая, Сергея Параджанова, Марлена Хуциева, Андрея Тарковского, Василия Шукшина и других – не выглядели бледно и провинциально на фоне работ даже самых крупных западных киномастеров.

Кульминация оттепельных процессов во ВГИКе пришлась на 1961 1964гг. Пятерок за дипломные работы хватало и раньше, но, пожалуй, никогда общий уровень дипломов не был столь высок. Достаточно напомнить, что «Первый учитель», «Зной», «Состязание», «Через кладбище», «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» – это всего лишь дипломные работы тогдашних вгиковцев. Причем потрясающие дебюты наблюдались не только у режиссеров, золотые кадры ковали тогда все факультеты института. Казалось, этому извержению все новых и новых талантов не будет конца!

Тем не менее, он стал обозначаться.

Возможно, просто на небесах слегка прикрутили соответствующий крантик, стали поскупее отпускать приемным вгиковским комиссиям особо породистые кадры.

Но и на самой земле тоже были приняты к тому соответствующие меры.

Роковые последствия в истории института имели события весны 1963г., когда случился громкий политический скандал на встрече с делегацией итальянских кинематографистов.

Последствия его были тяжелыми и сказались не сразу. в институте стали потихоньку закручивать гаечки. Началось «укрепление» руководящего и педагогического состава, после чего из института исчез М.И.Ромм и еще кое-кто. Перестали привозить зарубежные киноделегации, резко ограничили просмотры новых иностранных картин.

И т.д. И т.п. Все эти большие и серьезные усилия, кажется, не прошли зря. Вполне определенно скажутся они уже на уровне выпускников ВГИКа 70-х- начала 80-х годов, ощутимо отмеченных печатью усредненности и посерения.

*** Все выше сказанное, отнюдь не означает, что главный кинороддом страны в 50-60-е годы имел проблемы только в сфере политико воспитательной работы и страдал только из-за повышенного внимания Лубянки. Отнюдь нет! Было у него и множество других, кстати, куда более серьезных проблем и по линии чисто профессионального обучения, организации быта студентов и т.д.

Откроем раздел «О подготовке творческих кадров» из обширной докладной записки председателя Оргкомитета СССР И.А.Пырьева, направленной в 1961г. в адрес ЦК КПСС: «Основные кадры молодых кинематографистов подготавливаются во ВГИКе Институт за последние годы сделал немало по линии перестройки учебно-воспитательного процесса.

по улучшению подготовки молодых кинематографистов Основное ядро творческой молодежи киностудий страны – режиссеры, актеры, операторы, художники – недавние питомцы ВГИКа. Ими создан ряд хороших картин.

Тем не менее необходимо принять меры для более решительной перестройки всей системы образования во ВГИКе, к ее дальнейшему приближению к кинопроизводству. В настоящее время воспитание будущих кинематографистов оторвано от живой практики киноискусства, от творческой жизни киностудий, от смежных искусств. Это отрицательно сказывается и на теоретической подготовке молодежи, и на общей культуре выпускников ВГИКа. Серьезное беспокойство внушает преподавательский состав, сложившийся в настоящее время в институте. Хотя среди педагогов ВГИКа есть ряд видных мастеров советского кино, все же многие преподаватели не имеют достаточных знаний, производственного опыта и не обладают творческим авторитетом. Учебные программы института перегружены второстепенными предметами в ущерб более важным дисциплинам и практическим занятиям. Слабо поставлено в институте преподавание иностранных языков, хотя знание этих языков все более становится насущной необходимостью в таком интернациональном искусстве, каким является кино. На наш взгляд, решительное улучшение подготовки творческих кадров кино может быть достигнуто только путем реорганизации ВГИКа в ВУЗ-студию, располагающую своей производственной базой. ВУЗ-студия должна получить все необходимые производственные и организационные возможности для создания силами учащихся небольших кинофильмов с правом их выпуска на экраны. После окончания вуза-студии молодые кинематографисты должны осуществлять свои первые самостоятельные постановки на киностудиях под непосредственным наблюдением и при творческой помощи со стороны мастеров-педагогов. Несмотря на то, что Коллегия Министерства культуры СССР приняла в свое время решение о реорганизации ВГИКа в вуз-студию, практически это не реализовано. Строительство учебной студии приостановлено. Такое положение должно быть срочно исправлено»601.


Но срочно исправить не получилось. В полной же мере светлое мечтание Пырьева о вузе-студии возможно осуществиться наконец только в ближайшие годы – грандиозный комплекс здания нового ВГИКа в настоящий момент поднялось над котлованом до уровня 4 этажа… Кинороддом № Большая часть самых знаменитых «шестидесятников». Как уже отмечалось, вышла, из стен ВГИКа. Но где-то уже в начале 60-х огонь в знаменитой кузнице киноталантов стал как-то заметно ослабевать и инициатива в этой сфере все очевиднее стала переходить к Высшим курсам сценаристов и режиссеров. Высшие сценарные курсы подряд выдают два, Архивная коллекция НИИ киноискусства.

пожалуй, самых лучших в своей истории выпуска. В 1964г. защищают свои дипломные работы И.Авербах, А.Адамович, Э.Ахвледиани, В.Говяда, И.Драч, В.Иовице. Э,Дубровский, М.Ибрагимбеков, Ф.Горенштейн, Ю.Клепиков, А.Найман, М.Розовский, А.Чичинадзе и др. Следом за ним идет еще одно представителънейшее созвездие – Р.Габриадзе, А.Битов, Г.Матевосян, Р.Ибрагимбеков, В.Маканин, Т.Пулатов, Г.Полонский.

Параллельно из стен режиссерской мастерской выпускаются сразу Г.Панфилов, Т.Океев, К.Геворкян, Н.Рашеев, К.Ершов, А.Аскольдов, М.Осепьян, Г.Юнгвальд-Хилькевич, Г.Водэ и др. Отечественное кино получает в их лице мощнейшее подкрепление. На арену выходит, пожалуй, последняя волна кинематографического поколения, рожденного оттепелью...

Впрочем, Высшие курсы и сами по себе оказались детищем оттепели не только в духовном, но и в чисто организационном плане. На некоторых деталях создания этого учебного центра стоит поэтому остановиться особо.

В 1956г. на киностудии «Мосфильм» по инициативе и непосредственном руководстве И.А.Пырьева были впервые созданы Высшие режиссерские курсы. Идея их создания была подсказана самой ситуацией в кинематографе тех лет. «Мосфильм», директором которого тогда и являлся И.А.Пырьев, быстро рос, производство стремительно расширялось. Росли или создавались республиканские кинематографии. Надо было позаботиться о новых кадрах.

За первые полтора года своей работы Высшие режиссерские курсы при «Мосфильме» подготовили пятнадцать режиссеров. Среди их выпускников оказались Г.Данелия, И.Таланкин, Ш.Аббасев, В.Гориккер, М.Захариас, С.Микаэлян и др.

Высшие сценарные курсы были основаны в 1960г. Приказом Министерства культуры СССР от 25 мая 1960г. за № 319 министерству совместно с Оргкомитетом Союза работников кино было предложено создать новое учебное заведение – Высшие сценарные курсы. Приказ был подписан министром культуры СССР Е. Фурцевой. В приказе указывались сроки начала работы курсов (1 октября 1960г.), количество будущих слушателей (30 человек), организации, имеющие право направлять своих кандидатов на курсы (министерства культуры союзных республик, союзы писателей и работников кинематографии). Вся организационная работа по проведению курсов была возложена на Оргкомитет Союза работников кинематографии СССР. Разместить курсы было решено в здании Союза.

В приложение к приказу было утверждено положение о Высших сценарных курсах, согласованное с Председателем Оргкомитета Союза работников кинематографии СССР И.Пырьевым, в котором разъяснялся статус будущего учебного заведения и условия его существования.

Высшие сценарные курсы должны были стать тем единственным в стране местом, где люди не моложе 23 и не старше 35 лет, окончившие высшие или специальные учебные заведения, имеющие опыт литературной, журналистской и иной культурной деятельности, а также определенный стаж работы по своей специальности, могли за два года овладеть профессией кинодраматурга. В первом году обучения слушатели должны были пройти все основные теоретические курсы в форме лекций, бесед, просмотров.

Второй год занятий предназначался для написания дипломных сценариев под руководством мастера. Уже в начале первого года обучения слушатели закреплялись за определенными мастерами, опытными кинодраматургами.

Практические занятия сценарным мастерством начинались с первых же месяцев учебы на курсах.

9 июня 1960г. было подписано циркулярное письмо о наборе (подписано зам. министра культуры СССР Н.Даниловым и Председателем Оргкомитета Союза работников кинематографии СССР И.Пырьевым), которое было разослано в адрес союзных министерств культуры, оргбюро СРК, союзов писателей, директоров киностудий.

25 сентября 1960г. приказом Оргкомитета СРК за подписью Председателя И.Пырьева был назначен директор курсов – Маклярский Михаил Борисович. Этим же приказом был утвержден Совет Высших сценарных курсов, в который вошли Каплер А.Я. – председатель, Вайсфельд И.В., Кокорева И.А., Метальников Б.А., Магат Е.А., Маклярский М.Б., Соловьев В.И., Сытин Т.Г., Трауберг Л.З. Позднее, 10января 1961г. приказом Оргкомитета СРК №58/1 в состав Совета были введены: Арнштам Л.О., Габрилович Е.И., Кулиджанов Л.А. и руководители творческих мастерских.

Союзные республики выдвинули на курсы 59 кандидатов, кроме того, поступило 73 индивидуальных заявления, поддержанных различными общественно-литературными организациями. Для рецензирования литературных работ всех кандидатов была образована специальная группа рецензентов из числа опытных кинодраматургов, критиков, писателей в составе 25 человек.

Занятия на курсах начались 1 декабря 1960 года. На курсы было зачислено 33 человека. Основная группа слушателей – 22 человека была зачислена на курсы приказом Оргкомитета Союза работников кинематографии от 23 ноября 1960г.

Список преподавателей и названий лекций красноречиво свидетельствует о том, что все обучение на курсах было направлено на профессиональную подготовку и расширение кругозора слушателей курсов (этот принцип по возможности будет сохраняться и в дальнейшем), необходимая идеологическая добавка – «Основы марксистско-ленинской эстетики» – составила всего 10 занятий по 2 академических часа на протяжении 2-х лет, и к чтению этого предмета был привлечен один из лучших педагогов этой дисциплины, автор книг по эстетике профессор Зись А.Я. Вообще круг привлекавшихся к работе на курсах преподавателей и просто деятелей культуры, литераторов, искусствоведов, практиков кинематографа, руководителей кинопроцесса говорит о высоком престиже вновь созданного учебного заведения. И о том, что на курсах с первых же дней существования был выработан принцип – знакомить слушателей со всем лучшим, что есть в современной культуре. Очень показательно, что среди разовых бесед по проблемам зарубежной культуры выделены «Киноискусство Франции» и беседа об актуальных вопросах чешской и словацкой драмы. Именно в эти годы чехословацкий театр становится одним из самых сильных европейских театров, а во Франции это годы «новой волны» в кинематографе.

Во все времена своего существования курсы славились своими просмотрами. Их даже называли «Высшие просмотровые курсы». Они располагали прекрасно составленными программами, куда входили лучшие фильмы мирового кино, имеющиеся в Госфильмофонде СССР.

По окончании теоретического курса обучения дипломные сценарии защитили 19 человек.

Приказом Министерства культуры № 255 от 31 мая 1962г. был объявлен второй набор на Высшие сценарные курсы. По аналогии с первым набором во все республики были разостланы циркулярные письма о наборе, содержащие условия проведения набора и его сроки. Республиками к поступлению на курсы было рекомендовано 145 человек. По итогам предварительного конкурса к участию в экзаменах было приглашено абитуриента. Порядок проведения экзаменов был тот же, что и в первом наборе. Конкурсные испытания состояли из написания рецензии на просмотренный фильм, письменного литературного этюда на заданную тему и устного собеседования.

Занятия на курсах начались 20 ноября;

было зачислено 35 слушателей и 10 вольнослушателей. В протоколах заседаний приемной комиссии можно найти решения зачислить (в порядке исключения) на курсы без экзаменов писателей А.Адамовича (Белоруссия) и Ч.Айтматова (Киргизия). Ч.

Айтматов по-видимому по каким-то причинам от мысли об обучении на курсах отказался, и его имени нет в приказе о зачислении на курсы.

Возможно, это было связано с его назначением на пост председателя Оргкомитета (1961г.), а затем Председателем правления СК Киргизской ССР.

Основная часть слушателей была зачислена приказом по Министерству культуры СССР и Оргкомитету СРК СССР №566 от 17 декабря 1962г.

Обучение на курсах продолжалось 18 месяцев (с ноября 1962г. по май 1964г.). 32 человека, успешно защитившие сценарии, получили свидетельства об окончании курсов.

Следует отметить, что в 1964г. произошло историческое событие в жизни как Высших сценарных, так и Высших режиссерских курсов: они были реорганизованы в Высшие двухгодичные курсы сценаристов и режиссеров (Приказ Председателя Госкино СССР и Оргкомитета СРК СССР №245/150 от 6 августа 1964г.).

Первый набор на режиссерское отделение был проведен в 1963г.

Приемную комиссию возглавил кинорежиссер И.Пырьев и его заместители – С.Юткевич, Л.Трауберг, Л.Кулиджанов. В отборе кандидатов участвовали практически все известные московские кинорежиссеры. Это говорит о том, что идея курсов встретила горячий отклик в среде кинематографистов, курсам хотели помочь и помогали, они были близки кинопроизводству. кандидатов подали на предварительный конкурс следующие работы:

1. Отражение образа В.И.Ленина и его идей в советском киноискусстве.

2. Очерк о творчестве крупного кинорежиссера.

3. Режиссерская разработка известного литературного произведения (или фрагмента).

4. Репортаж о значительном событии, свидетелем которого был автор.

5. Случай из жизни.

Первый тур конкурса был анонимным, работы подавались под девизами (А.Аскольдов – «Стремительный», К.Геворкян – «Лазер», М.Осепьян – «Фауст» и т. д.) Среди рецензентов: А.Роом, М.Ромм, Р.Симонов, Б.Барнет. Эти рецензии сохранились в личных делах слушателей.

На каждого кандидата было по одному рецензенту.

На второй тур – собеседование – было вызвано 48 человек. Приняли 30.

Из Москвы, Ленинграда, России и союзных республик. В то время республики особенно нуждались в постановщиках, поскольку планы производства фильмов увеличивались, а квалифицированных кадров не было. Курсы были необходимы.

Срок обучения на курсах был минимальным – 2 года. Из них теоретическое обучение – 1 год. Летом слушатели проходили двухмесячную производственную практику на киностудиях в съемочных группах в качестве ассистентов режиссеров.

Программа обучения была очень насыщенной. Каждую неделю проводились встречи со всеми наиболее интересными деятелями искусства, науки, советскими и зарубежными кинематографистами. Профессиональные предметы читали известные режиссеры – М.Ромм, С.Юткевич. Курс «Работу с актером» вели Ю.Райзман и А.Мачерет, «Операторское мастерство» – А.Головня. С самого первого набора на курсах читал А. Тарковский.

Слушателям преподавали английский, французский и русский языки.

Художественным руководителем отделения был Л.З.Трауберг, известный режиссер и теоретик кино, человек энциклопедических знаний. Он также читал курс «Литература и кинематограф».

Вообще система обучения на курсах была задумана в какому-то смысле как «элитарная» (впоследствии в обиходе курсы стали именоваться «лицеем»). С небольшим количеством слушателей на курсах занималась целая плеяда самых крупных, самых ярких мастеров кино. Слушатели, со своей стороны, тоже были подготовлены к учебе. Все имели высшее образование, все знали кинопроизводство (так как пришли с него), являлись в основном уже сложившимися творческими личностями. Кроме того, они были желанны для киностудий, их ждали, они сразу готовились к серьезной работе. Все это способствовало созданию совершенно особой, уникальной атмосферы курсов – творческой свободы и высокого профессионализма.

На втором году обучения продолжались занятия по работе с актером (всего было два задания на площадке;

в первом слушатели играли сами, для второго брали профессиональных актеров) и велась подготовка дипломных сценариев. Первоначально диплом планировался как постановочный проект полнометражного фильма, но потом было решено, что в качестве диплома слушатели снимают короткометражный (две части) фильм. Курсовых работ не было, поэтому диплом должен был стать первой съемочной работой. И тем не менее многие слушатели получили от киностудий предложения поставить полнометражные картины. Совет курсов дал свое согласие.

Ю. Райзман говорил на заседании Совета: «Это будет редчайшим случаем, если вдруг человек, прослушав курс 1,5 года, вдруг сможет сделать картину, да еще и полнометражную, да еще и хорошо. Мы не верим чудесам, но будем стараться способствовать им». И чудо произошло. Дипломные фильмы этого набора оставили наиболее яркий след в истории курсов, открыли ряд новых имен в нашем кино. «В огне брода нет» Г.Панфилова, «Небо нашего детства» Т.Океева, «Три дня Виктора Чернышева»

М.Осепьяна, «Комиссар» А.Аскольдова и др. Всего девять полнометражных фильмов. Остальные слушатели защитились короткометражными.

Конечно, жизнь курсов не была в этот период безоблачной. Многие помогали, но были и недоброжелатели. Жесткое давление осуществлял Комитет по кинематографии, требовал строгого идеологического контроля за дипломами. Курсы наряду с киностудиями утвердили практически все этапы работы над фильмами. В качестве учебы это было полезно, но с курсов спрашивали за все неудачи, за все обнаруженные в фильмах идейные просчеты.

Курсам дорого обошлись и первая неудача Юнгвальда-Хилькевича, «Вий» К.Ершова и особенно «Комиссар» А.Аскольдова. Было подготовлено специальное Постановление Госкино СССР о курсах, шел разговор об их закрытии. Л.З.Трауберг писал в Кинокомитет: «Что за непонятная злость против отделения, которое при небольшой штате и затратах из 27 принятых режиссеров наверняка даст национальным студиям больше десятка молодых постановщиков. Если дело во мне, в плохом руководстве, то снимать надо меня, а не прогрессивную идею курсов... Решительно не пойму, почему благую идею приема именно вместе режиссеров и сценаристов надо убивать... Простите, что резок. Я ведь почти два года молчал и только работал и выслушивал попреки».

Наряду с этим кинокомитет все же много помогал курсам, поддерживал их, если они вступали с киностудиями в конфликт по творческим вопросам, касающимся дипломов. И, несмотря на регулярные отчеты в идейной благонадежности, на курсах создавались произведения свободного духа, чуждого официальному. Сказывалась атмосфера, которая царила на них. Курсы ругали, фильмы клали «на полку». Но дух жил. И курсы продолжали оставаться маленьким «островком свободы» в нашем кино. За все это слушатели и преподаватели платили им огромной, горячей любовью. Архив сумел сохранить какие-то следы этой атмосферы - отчасти в письмах слушателей своим педагогам.

Вообще же, этот первый набор явился тем прочным фундаментом, на котором впоследствии было возведено все здание курсов. Дальнейшая их история – это развитие тех принципов обучения, которые были заложены здесь.

Курсы долго не имели своего помещения. До 1979г. они располагались в двух небольших комнатах в помещении Театра киноактера на ул.

Воровского. В 1979г. Они получили собственное помещение – часть первого и цокольного этажей в жилом доме по Б.Тишинскому переулку, 12.

Собственное общежитие (16-й этаж ВГИКовского) у курсов тоже появилось в 1979г.

Испытание К чести этого поколения вгиковцев и выпускников ВСРК, представители которого вскоре или чуть попозже составят кадровое ядро советской кинематографии и создадут самые значительные его произведения, большинство из них не пойдут на сговор с совестью, достойно пройдут через выпавшие на их долю испытания. Кажется, ни один из них не соблазниться заманчивой возможностью пойти к власти в услужливые лакеи. Но дистанцироваться они будут только от институтов КПСС, но никак не от Родины. И даже когда для одних представиться шанс официально покинуть страну и обрести и полюбить новую «историческую родину», лишь очень и очень немногие прельстятся поменять «молоткастый, серпастый советский паспорт» на иные паспорта.

Но именно это обстоятельство – дистанцирование от идеологии КПСС и ее институтов – и предопределит особый драматизм судеб поколения «шестидесятников». Отказавшись быть ее проповедниками, оно предстало перед очами власти в облике подозрительной и опасной «контры», за которой нужен особый глаз. И не только жесточайший контроль, но и строгие профилактические меры.

Внутренний же смысл разыгравшейся драмы кинематографического поколения оттепели заключался в том, что отринув официальную идеологию, оно оказалось словно в чистом поле. При том – совершенно голеньким, без каких-либо общих идейных опор для своего творчества. Эти опоры каждому пришлось искать уже в одиночку...

Однако новой общей идеологии, нового мировоззрения этому поколению даже к моменту крушения СССР выработать не удалось. И когда, наконец, пришла долгожданная и выстраданная свободы, нового знамени, своего знамени у страны не оказалось….

6.10 Итоги Установить начало оттепельных перемен в кино, кажется, не составляет особых проблем. При всем при том, что эти перемены давно назрели и были ожидаемы, совершенно очевидно, что реальным первотолчком к ним послужили события прежде всего в сфере общественно политической: смерть Сталина, приход к власти Хрущева, первая волна реабилитации жертв политических репрессий, XX сьезд.

А вот определить, когда именно, как и чем завершилась эпоха оттепели в кино уже гораздо сложнее. Здесь прямой хронологической синхронности между процессами общественно-политической жизни и движением кинематографа уже не прослеживается. При всей относительности, подчас даже и смехотворности допущенных властями свобод и послаблений кинематограф уже в первые годы оттепели успел набрать такую высоту, так сгруппировать все свои здоровые силы, так ускорить сам темп своего развития, что одним махом, одним ударом остановить его мощное движение оказалось практически невозможным. И если общественно-политическая оттепель была окончательно добита в 1968г., то в кинематографической жизни процессы, запущенные хрущевскими реформами, имели свои локальные продолжения и отзвуки еще и в начале 70-х.

Уходящая эпоха оттепели оставила после себя, без всякого преувеличения, великое кино, впечатляющее собрание замечательных фильмов, художественных открытий, признанных всем миром. Впечатляющи оказались наши достижения в развитии всех основных звеньев кино как киноиндустрии.

Конечно, эти впечатляющие результаты могли быть и намного выше.



Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 63 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.