авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«Александр Ильянен Дорога в У. Дорога в У.: KOLONNA Publications; 2000 ...»

-- [ Страница 4 ] --

Продолжение действительности, женский ум, вну тренности. Слова. Женское сердце, башня из женских бивней, взгляд, очарованная даль. Близость. Отвра щение, брезгливость, поиск на дорогах. Чтение статьи, старый новый год, ветки ели с шарами на холодильни ке, кухня, грубые сапоги в воображении, мужские бо тинки, женская шапка, противоречие ума и сердца, го лос, походка. Перформанс с женскими волосами, бо тинки в прихожей, вчерашним гостем, тяжелыми пред метами, острыми и тупыми предметами, елочными ша рами, индийским дымом, словами санскрита. Любовь к конкретным предметам. Аристократия маний, шлейф понятий, французские сказки. Свобода от навязчивых мыслей, учебник психиатрии, Генеральный штаб. Бо язнь черточек, вплоть до границ. Титулы. Страты, со словия, революции обществ. Страсть и преджюдис.

Современный мир после войны. Снежная буря и име на. Отдых в Финляндии. Подъем в Гималаи. Трудность языка. Его архаика, язык-ископаемое, реликт, дино завр.

Лед, его физические свойства. Твердость, блеск словно хрусталя на солнце. Санскрит. Плоды и фрук ты. Гойя музеев. Изгнания, последний период жизни, бордосская ссылка, тетрадь.

Болото, родничок, чистый ключ. Лес: океан, сосны Арзамаса. Алжирцы в автобусе, аэропорт Москвы, при ехали, наконец, улетели. Коровы и лошади, поле, род ник. Автобус. Открытие родины. Ландыши, люди, пес ни. Репетиция страниц.

Случилось. Непонимание после аудиенций в госпи тале для ветеранов войны. Блестящие шары на вет ках, бивни, утюги. Открытие людей, двери, времена го да. Континент, сапоги солдат, отдых на войне. Театр во енных действий. Сцена на Театральной площади. Сад чувств, буря, настоящий ураган. Интерьер городского жилища, машина, корабль, подводная лодка. Разруше ние мостов, беседок от взрыва. Девушка-террористка сжигает беседки, подрывает мосты дружбы. За други своя.

Концертная зала вокзала. Женские внутренности это сердце, вицеральные органы. Женский ум и зима, одежда, конкретность предметов страсти. Икона в му зее. Пост-импрессионизм. Статья для газеты. История финского языка. Эпос. Собирание отрывков в карель ских деревнях в песню, из лоскутков. Пачворк. Пес ни-лоскутки, целый эпос, одеяло тепла. Портрет на бу маге денег. Э.Л.

*** Бездна, мрак, волны, влекущая сила пустоты. Пою щая воронка. Само по себе горло, свирель, серебро, ветер. Золото и розовое там наверху. Здесь: несказан ное синее неземное. Ветер, холод.

То, что за окном Финляндии. Снег и солнце. Про должение П. Теплый дом, словно человеческий с те левизором речи. Погружение в прошлое. Настоящее.

Вокзал, мысли, город. Народ, родина, еда. Письма и звонки между двух снегов. Воды, над бездной тишь и гладь. После бури. Немота, сосредоточенно-востор женное состояние. Между тем страхи, сомнения, тре воги. Это животное, зов. Встреча в воскресенье в ме тро Лебуркина, борода, в руках газета. Вот Дублин. Без дна. Дно. На Невском он же, идет к поэтессе Белле, дом рядом с костелом.

Фигуры на крыше костела, четыре святых. Улисс.

Света сказала вчера в театре. Ты как персонаж. Оче редь за контрмарками. Театр огромный как дрова. Вой, дороги в пещеры, скалы, холод. Стихи Исайи о пусты не, шакалах, обещание воды и дороги в сад. А пока ежедневность. Роза и п. Вокзал это наш Нотр дам де п.

Торжество постмодерна. Триумф арок, кладбища сол дат. Их неизвестность подлинная и мнимая как недуг.

Воображение бездны, зверя. Его шерсть, аппетит, кровь на губах.

Термины перепутались. Авангард, андерграунд, постмодерн. Дерн могил, дерево креста. Московские кладбища, русские в деревне. Швейцарские.

Львы, шакалы, свиньи. Настоящий бестиарий. Со баки, кошки, рыбы в аквариуме. Клонирование живот ных. Овца, лягушка, сам человек без разума. Человек думающий, играющий. Одомашненность животных, их приручение. Собаки у магазина. Цирк, каштанки, ис пуг в теле. Доктора и пациенты. Ересь. Ранняя про за Аполлинера. Прага, квартал гетто, старинные часы.

Встреча на входе в театр. Человеческие лица. Ожида ние. Грустные глаза артиста. Поэма о Петербургской Б. матери. Московский вокзал. Сор. Рождение цветов.

Плачущие милиционеры, утешение. Тело зверя, книга, ее изобретение. Страх перед потопом, извержением.

Доисторическое в угле, бриллианте, камне. Давно ус нувшее, память. Окаменелость слез, их блеск. Мягкое и твердое. Человеческий организм, Финляндия, утрен няя вода, взгляд за окно. Небо и снег. Обещанная гора с лыжниками, спусками, огнями.

Поэма гор. Малые и большие как завещания. Сана торий. Мой ученик куда-то исчез. Мысль о иерархии потерь. Поиски утраченного. Кругами. Низ, выси. Рас траченное в поисках, новые находки. Клумбы Донского монастыря с цветами. Нарциссы, сирень, тюльпаны. В Мытищах утром цвели яблони, вишни, сирень. В реке плескались как в древнем К. утки. Люди шли на работу.

Спешили на электричку, в Москву. Стремление учить и лечить людей, дороги. Педагогический прием, дидак тика поездок. Пессимизм как основа философии.

*** Сон о воде. Острова. Толкование слов. Прогулка по городу, слякоть, то что осталось от вчерашнего снега.

Мое кафе. Угол Графского переулка и Владимирского проспекта, дом Достоевского, один из домов, не самый последний. Собор и колокольня, что на гравюре. Сон.

Невский, еще не горят фонари. В моем кафе бар мен и девушка за стойкой, помощница, она же убира ет со столов. Лица клиентов как во французском ки но. Музей лиц из воска. Век кино, новый роман. Зерка ло, в котором вижу пухлое лицо посетителя в очках с губами, заказывает у стойки чай. Большой господин с красным кейсом проливает что-то на стол, брюки. Бар мен приходит вытирать, его ботинки цвета кейса. В зер калах. Будто в кабинете-театральной уборной. После св.чудовищ.

Дом. Роман о комнатах, дачных, моя крепость. Ве тер. Дом. На берегу у воды сна. Дальнее синее, океан.

Мой ученик как в Африке. Город сна. А тот, другой. Ма триархат словно в А. Эмансипация коров. Сон, кино, вокзал. Время разбазаривать. Разгадка сна, ежеднев ные упражнения, страсть, сон. Водная стихия, воздуш ная, русский сезон. Лица и интриги, театр, уборные, лестницы, кулисы. Сцена. Пустой зал. Полный зал, го рящие угли сердец. Углы, болезнь. Боль словно птицы.

Стая. Проповедь.

Граница сна и то. Звонок из Воронежа, радио в суб боту. Приглашение к. Путешествие сначала в Арзамас, потом в Финляндию Возвращение. Двойное, оттуда и оттуда.

Письма и звонки, воображение. Итальянская сту дентка, студент другой, его тело. Туман сомнений, ту ман от сна разума. Крещенская неделя, прогулка на свежем воздухе по городу. Тело города, его вокзал, ко локольни. История болезни. Приглашение к медицин скому освидетельствованию. Страх перед врачами, их вердиктом. Молот ведьм. Ле гэ савуар. Кто сказал, ка жется Ницше? Поиски профессии, путешествие. Путе шествие д. Название романа. Зеркала как в кафе, туа лет театра, вокзал. До и после нас, потоп, таянье сне гов, сон. Царство-лицедейство. На границе парадокса сам человек.

Церковь в царскосельском парке рядом с лицеем.

Ее ремонт. Икона в семинарии, рядом с обводным ка налом, американское место, дикое таинственное. Пу стырь, сумасшедший дом, трубы.

Монастырский сад. Жизнь настоящая и мнимая вро де болезни. Воображаемое оружие, всадники, снег блаженных. Когда шел по Графскому переулку от Ру бинштейна, видел одну у дома в красном пальто как на иконе. Св.кино.

Крещенье. Омывающие воды, очищающие. Про рубь.

Не это опускает вниз. Искусство и наука спусков.

Погружение. Признание, исповедь, паузы. Мнимость и подлинность чувств. Магазин цветов. Цветы за сте клом зимой, свечи.

Что еще? Встречи и доктора, страдающие люди.

Очищение св.водой. Владимирская площадь, талый снег, слякоть. То, что под ногами, то, что над головами, под шапками. Пальто, платья с вырезом, траурные пе рья, боа. Зеркала.

Девочка на шаре. Смерть п., стихотворение. Дух от рицания и сомнения, Лермонтов, Врубель, вокзал, не бо. Опыт. Скафандр, эссеистика поз, одежд, разгово ров. Выход в народ. В людях, название киноромана.

Нижний Новгород. Памятник летчику на берегу реки.

Дали, тоска по месту.

*** Соль памятников. Песок на дорожках, ведущих к п. в парках и на кладбищах земли. Моря, синие, зеленые, голубой далекий океан. Берега. Морские пучины, про сторы, песок на берегу, мокрые следы теплых и живых ног. Ганг, развеивание праха.

Спинной мозг, мысли, чувства, и походка. Репертуар поз. Воскресение, праздник, вечер. Богоявление, Кре щение, прорубь.

Черное знамя анархии, ночь, смерть. Любовь отсту пает, чтобы снова наступать, новая сила, Триумф во рот, вечные стихии.

Визит к даме, переводящей Голдинга, студентка, Се режа, ученик, прихожая, серебряные ложки, чистота.

Не копите сокровищ на земле, а копите на. Вспоми наются другие снега, почти прошлогодние, календари везде и всюду, снега.

Свобода от страхов, рисков, сомнений. В океане, в свободной стихии, на небе, в воздухе, сне. О богаты рях, не нас. Их доля, часть благая. Участь. Москва и мир, африканская война. Журналы и книги везде: ме тро, киоски, переходы, на вокзале, везде. Кино по те левизору. Страсть, Жан-Люк Годар.

Божья милость. Мир, Рим, пусть третий. Пути и до роги, пластинка. Ученик из туалета на Московском вок зале, все дороги. Сам учусь у. Встреча в метро и на Невском с Лебуркиным, два раза, Джойс, Улисс, ночь, огни. Магрит, необходимость подвига. П. Простота это категория, вечный императив. Кант, колокольня, пости жение трансцендентного. Хуже воровства. Лучшее, Ре не Магрит. Прекрасная узница. Письмо. П. спутница, Валентина, дом кино. Платок, пальто, нечто. Восторги, брызги, соль волн. Потом нищие у входа в магазин, на самом пороге. Их глаза, костыли, руки. Наш брат, се стра, тихое обаяние буржуазии, мурлыкающее синема.

После театра кино и книга, тихие и громкие страни цы, война, мечта о вечном мире, письмо в В. Взгляд из под платка, воспоминание. Свое, чужое, граница снов. Доктора и п. Думаю, ехать или не ехать сегодня в академию, начинать процедуру увольнения. Меди цинская комиссия. ВВК. Как ВВС. Крылья, облака, са лон самолета. Бомонд в небесах. Пушкинские б., ме тель, магазины, святая вода. Французский шарф, ко ричневые перчатки из Кореи, страны утренней прохла ды, дешевые из кроликов, купленные в ГД. На вокза ле разговор с м. человеком, который хочет заниматься французским языком. Смещения календарных дней, геологический процесс, катаклизм социума. Утро. Слух о денежной реформе, отмене нулей на ден. знаках.

Их цвет, символика тестов, ощущений. Страсть копить.

Ад магазинов, блеск витрин, дорога в А. через до брые намерения. Художники, их пещеры, звери на во ле, клетки, ямы. Медведь в церкви Спаса Нерукотвор ного образа. С крещением. Греция, Египт, Рим. Первый этаж Эрмитажа. Ступени, саркофаги.

Узкие врата, романс о калитке, дверном запоре, зам ках, открытой двери, ночном портье. Ресепшен. Посло вица про аппетит.

Тревога, ветер, песок сомнений. Морской берег, си нее небо киноромана, волны, голубые и зеленые, даль безбрежная. Окоем. Океан.

Мир актрис, больших и маленьких как птицы. Мир людей, зверей, дверей магазинов.

*** Вчерашний музей, вчерашний тир кино, где стреля ют и сходят с ума, идут в воду, прыгают вниз. Вчераш ний снег. Битва за место в кафе, за столиками новые и старые русские. Милиция! Дом Достоевского, мое ка фе, которое любит и мафия машин. Словно американ ский салун, Дикий запад, прерии. В голубой час на Вла димирском. После музея и Невского. Открытие карты Сибири в Эрмитаже, виденной до этого мимоходом не один раз. Изображение справа налево. Москва спра ва, Ярославль, Кострома, Н. Новгород, Вологда, Ар хангельск внизу, Волга, Муром, край Сибири.

Позы и место, взгляды в кафе. У стойки бара, ат мосфера нагнеталась, взрыв, наконец. Милиция! Бар мен: не кричите! Куски торта летят в даму, в господина.

Шум в доме Достоевского, настоящее кафе. Девушка с тетрадью, любительница вин, пожилой господин с да мой, молодые люди сзади в зеркалах, нуво е вьё рюс.

Все смешалось в доме Д. Дамская кампания у входа разлетелась как стая птиц при крике милиция, кавыч ки. Долгое искусство, быстрый и скорый конец. Неожи данный, долгожданный. Помощь, простыня. Конец, ко нец, конец.

Государство Московское на карте Сибири, Эрмитаж, в начале русского коридора. Кафе, потом свежий воз дух, театр у черного входа, там где вахта, электрики, два или три маленьких кресла, толпятся люди в ожида нии контрамарки, артисты-люди-артисты. Ласкин ухо дит, говорит, что приехал из Пушкина, больной, мэтр не появился на черном ходу. Милиционер. Триумфальная арка на свежем и зимнем воздухе, вход и спуск в метро вместо театра.

Молодой мафиози бьет пожилого господина в ка фе, дама за стойкой говорит: это твой отец. Трое мо лодых мафиози, гордые мужчины в черном, испанцы, итальянцы, Гренада и Сицилия, Санкт-Петербург, на против театра, в доме Достоевского. Фашизм, все в од ном венике. Будто Сенная площадь, вместо крестьян ки пожилой мужчина, тихий буржуа с дамой за сто ликом кафе Бедные люди. Карта Сибири, составлен ная Ремизовым в конце семнадцатого века. Мука ки но, ночь пятницы, суббота. Мафия, спектакль Смерть Тарелкина в фильме. Артистка Кабанова. Тяготение к фатальности, сцене в любом виде, прошлогодние и нынешние снеги. Кафе, потом метро, искусство тота литарной эпохи, Нарвская. Невский, потом Владимир ский, снег, колокольня, голубое и синее сияние. Моло дой бармен в красной жилетке, белой рубашке, черная стойка. Чашка чая, кусок орехового торта, конец века в доме. Дом писателя, прошлый век, настоящий. Отчего вы так злитесь, господин И.? Посмотрев до конца не выключив ночное кино про дачу, парализованного ма фиози, тюрьму, кочегарку, сумасшедший дом.

Россия, кафе-дом писателя, музей с рисунками Гойи последнего периода, тридцать пять, в т.ч. т.н. бордос ская тетрадь. Сумасшедшие, нищие, кающиеся мона хи, больные, катающиеся на коньках, летающая жен щина, махи: все это углём, железными чернилами. О этот юг, эти повешенные в лесу, продающая билети ки счастья безумная женщина. Дикая сказка Гойя. Ме тро, люди в ожидании театра, ночное кино про мафию, фильм громкого и тихого ужаса в ночь на Татьянин день, выстрелы не освобождают, это ужас. Да и такой, моя Россия, где человеческая жизнь. Тяжесть, невоз можность погружения. Такой фильм с бесполезными выстрелами в конце.

*** Жилище сна, страхов, фатальных ожиданий. Гра ница между снами и другими реальностями. Сон ра зума. Мертвые встают и едут в поезде. Случай с А.

Е., которая умирает во сне во время поездки в дерев ню, где она раньше жила. Вечером звонок от Антона.

Упоминание об Уайльде. О том, как важно быть сре ди юных для свежести и бодрости. О школе для дево чек, выставке, визите его знакомой, преподавательни це португальского языка. Преподавателе университе та, муж которой в Париже. Визит в воскресенье. Про гулка по кладбищу, чуть-чуть, несколько шагов, сон го рода, огни, деревья, собор. Счастье длится несколь ко секунд, открытие Достоевского-Гете. Вспомнил об этих секундах утром. Прогулка по городу за святой во дой с пустой бутылкой из под испанского вина. Барсе лона в Санкт-Петербурге, Севилья, воображаемое мо ре. Атлантический океан. Век географических закры тий, торжественных как в манеже, Эрмитаже, других музеях и театрах. Прекрасная незнакомка из дома ки но. Девушка по имени Валентина, русская мечта. Пер форманс на закрытии конференции о преступлении и наказании. Девушки, жертвы проворных сигналов. От крытие сигнальной системы. Сон, собор, где музей Се вера, палатки и мех исследователей. Проворные паль цы вышивальщиц, хирурги и шахматные шаманы. Чер ная и белая магия. Мой город, река и мы. Классическая цитата. Б. и черное. Звонок Ларисы. Мысли в январе, шубы, проруби, сон разума. Город и монстры, мертве цы, узор чугунных оград. Чтение девяностого псалма.

Среди змеев и львов, не пугайся. Не бойся. Святость воды и огня, земли, и воздуха. Их чистота. Очищение ими. Сцена с Сергеем. Мой страх как в театре, тогда во время визита на Бассейную улицу к госпоже Вере Николаевне, переводчице Голдинга, итальянской сту дентке Сильвии. Он вышел из кухни в коридор. Его тон кие пальцы пианиста, его голова, обдумывающая ход.

Его ультиматум, предложение подумать о плате за ру копись тела. Слова Соловьева о чухонском Содоме, нашей северной столице.

Длинное искусство, роман о розе, трубадуры, люди в офицерских бушлатах на дорогах, в метро, на вокза ле. Французский антироман, Роб-Грийе, черные платья мадемуазель. Взгляды мужчин как прелюдия к. Про ворные кинжалы, прекрасная пленница. Вспоминаю в этих снегах о других, через то лето, риторика через ве сенние воды, осенние. Сияние вод и воздуха. Прозрач ная бумага с водяными и воздушными знаками. Музы ка из кухни, провода, сигналы. Аудио – и видеоаппара тура, буквы.

Египетская книга мертвых, живое дыхание, папирус письма. Между восходом и заходом солнца длинное искусство.

Их шапки, пальто, ботинки, п. вокзала. Сенная пло щадь. Собор П. Богоматери. Метро, бывшая церковь, видел на календаре у Ларисы в прихожей фотографию разрушенной церкви Знамения Б. матери, почти как со бор в Арзамасе. Котлован или кратер метро, другой па вильон со шпилем и звездой. Лиговка, название из дет ства. Огни и линии трамвая, дома. В век географиче ских открытий. Смирение в рубашках, пальто, брюках.

Смирение в одежде. Белая Индия, длинные рукава как поездка переводчиком в автобусе. То, что ты видишь за окном.

*** Темное время суток, город между полусветом и тьмой. Полутьма, полусвет. Состояние между, доли как в музыке. Воспоминание о золотом сиянии. О голубом, розовом, других цветов. Черные ботинки, слякоть на Невском проспекте до и после. Памятник Гоголю через год лицом к Невскому проспекту ежась в шинели, та кая поза писателя. Писатель как балерина или певи ца с внутренним голосом. Это потом. После моего воз вращения из Франции и Швейцарии. После моего кру изинга. Открытие памятников Достоевскому и Гоголю.

Фильм Сокурова.

Гостиный двор, костел, его зеленая крыша, крест.

Святые на крыше, наверху, я выхожу из кафе и вижу.

Взгляд из кафе, пальто и шапка, шарф. Люди стоят и сидят, один спит. Столики высокие и низкие. Стулья не для всех, а тем, кто успел. Невский проспект, свида ние полшестого на станции метро. Не спеша, выхожу и вижу костел, людей, святых на крыше. Еще не за жгли фонарей, мистический час, голубой, синий. Друг в черном на Невском, черная куртка, глаза, шарф, жел тые ботинки, волосы, брюки. Идем по темному зимой.

Освещение сдержанное, скромное как невеста. С вну тренним ликованием. Не яркое. Темнота подкрадыва ется со всех сторон. Волосы, глаза, мысли. После про гулки, троллейбус, народный проезд по Невскому, тес нота как в фильме Параджанова (овцы для тепла в церкви). Невский проспект, угол Литейного, несколько десятков метров. Мы у подворотни, через темную как туннель, во двор направо, в полуподвал, Борей, ка фе-клуб. Рядом с бывшей Мариинской больницей для бедных. Бывшей-настоящей. Лица, разговоры как в Ти хих страницах, кино Сокурова. Тело, деньги, перегово ры.

Потом садимся на двадцать восьмой трамвай, оста новка напротив, на другой стороне Литейного, едем к Лене-художнице, мимо Владимирской площади, коло кольни, церкви, их не видно, они как на гравюре. Чер ная молчащая фигура, волосы инка или ацтека, ин дейца, затылок с тайными мыслями. Трамвай светлый, грохочет по темному. Мимо домов на Колокольной, по Марата мимо бывшей Никольской церкви, музея Севе ра, арктических экспедиций, лыж, радио, пеленгации, белых медведей, моржей, меховых шуб, рядом часов ня, вновь открытая, полуоткрытая для культа, с лам падным маслом, ладанками, свечами, иконами, разго ворами с людьми. Мимо по рельсам до Марата. Тем ное место, рядом шоколадная фабрика, переход для слепых, символический свет для пешеходов как в Гре ции. Семафор. Дом семьдесят, дом семьдесят шесть, в подворотню налево, через весь двор, вверх по тем ной лестнице без перил, узкая щель света, звонок. Го лос мальчика. Кто там? Это Клим, сын.

Разговор на кухне. Ренессанс традиции. Список го стей на воскресенье, табель о рангах, имена. Св. во да в зеленой бутылочке, ее принесла художница Ма рина Бошару. У которой муж африканец. Не шлет по чему-то факс с приглашением в Африку. Дитя счаст ливое зачем горишь желаньем? Воспоминание о Ниж нем Новгороде на полях письма-впечатления. От раз говора светлело, светлело, откуда-то из мистических бездн, затаившейся темноты молчания, бездн, пока зался свет. Когда бы ни Е., что вам этот город, конь стратагемы, деревянные стены, стрелы, кипящая смо ла на головы солдат. Власть мрачных предчувствий.

Пифийство женщин, их вицеральное не врет. Черный бархат, вода, бисер дождя, деревья. Вы в молчании, ветки, редкие птицы зимы. Попив св. воды и поговорив в прихожей. Выйдя из кухни, железные предметы над столом. Тема рукописи тела как в кино Гринуэя. Начать издалека.

*** Шелк и бумага лозунгов. Железо. Egalite, liberte, fraternite. Лес, волосы, тепло тел. После спектакля Три умфальная арка, прогулка или название романа. По топ Триумфа. Режиссер уехал в Москву как барин. Пе тербург-Москва. Нам оставил маркиза Де Сада, встре чу в триумфе, арку, подворотню, идем дворами к Ната лье Романовой, живущей недалеко от триумфа, в неко тором отдалении словно в изгнании. Не застаем дома, автобус вновь везет нас к Триумфальной арке. Встре ча киноромана. Переполненное метро. Мирей приво зит мне книгу Зази в метро. Лариса достает билет на триумфальный спектакль. Тот вечер в освещенном за ле, набитом почти до отказа будто ангар или амбар.

Вокзал театра. Уходим через несколько минут. Десяток минут. Напротив Триумфальной арки метро.

Арфа, арка, арба. Всюду солдаты и солдатки с име нами и фамилиями. Неизвестность солдата, огонь, во да, повозка коней. Триумф. Свежий воздух после теа тра. Воздух как арка, мираж в пустыне. Конструктивизм планов, Башня Татлина, улитка постмодерна, взвивай ся выше и выше башней. Снег дней. Цифры и име на. Первые и последние буквы. Звонок Ларисы: во прос о триумфе. Журнализм разговоров. Jour apres jour. Смерть поэта год назад, двадцать восьмого числа.

Известность числа (пусть мнимая). Неизвестность сол дата. Известность-неизвестность. Диалектика мемуа ров. Память, кинороман. Пруст. Нобелевский Бродский умер. Триумф. Могила неизвестного солдата. Вечный огонь свечи.

Да здравствует поэт. По календарю скоро гибель Пушкина. Пока живет. Известность поэта, поле солда та, огонь. Черный обелиск. Три товарища. Нобелев ский пепел, воды Ганга, динамит. Петербурга, кладби ща, памятники. Триумфальный ужин при свечах, ба бочках, студентах. Достижения в области всего, ниче го. Смерть не в Венеции. Другое кино. Хорошо или ни как. Хорошо, ладно, пусть. Руки девушек вышивают слова по шелку. Известие о девушке погибшей от лю бви. Сожженное платье, Триумфальная пирамида. Де вушка, деньги, кинжалы.

Эврика, греческое горло, голос. Берег моря. Откро вение о географии, сибирская карта в музее. Семна дцатый век, города еще не обозначено, вину и спра ва на карте Сибири. Город святого Петра на немец ком языке. С француженкой Мирей открываем Триум фальную арку, до и после театра. Свобода выбора. Вы бор свободы. Крутиться выбирая. Танец шаманов. Ее очки, глаза, зубы. Шубка из неизвестной овцы. Ее ци гейка невидимая миру кацавейка. Захер Мазох, дру гая сторона. Походка людей как солдат по льду. Го род оставленный, сожженный, библейский. Потоп по том как триумф. Уроки другого языка. Педагогическая поэма.

*** Ночь без дна, вчерашний снег, урок. Провожаю не до передней, а до метро. Визуальные радости. Верлен, стихотворение о сентябрьских розах (в самом конце).

Скорей бы расцвели сентябрьские. Про осу, ее пьяный полет. Полдень бьет. Кинофильм стихотворения с ком ментариями, его произношением. Жесты. Театр одно го стихотворения, пьесы. Полдень в деревенском до ме. Хлев, ферма, блестящая солома, надежда в щель амбара как луч солнца. Длинные ноги будто из стихо творения, длинные волосы, пальцы, держащие книгу.

До этого на кухне. Моя бессонная ночь и тело как ули ка и алиби. До этого звонок А. Будто монаха из Дека мерона, учителя литературы из женской гимназии, его голос, невидимые руки, глаза. Невольно хочется зайти в полусумрак собора в Севилье, в Равенне. Его жела ние все выведать. Свежий воздух утром выветрит все лишнее.

Рассказ Тенесси У. Об одноруком боксере, его смер ти, деньгах за рукопись тела.

Разговор словно театр, проповедь, попытка испове ди, эпизод киноромана. Потом приходит В., станем пе реводить стихотворение, озвучивать его, разыгрывать.

Он приносит новость о снеге и ветре. В мой дом прони кает зимняя свежесть. Воспоминание о поэме. О вос питании чувств. Педагогическая п. Провожаю до ме тро. Покупаю хлеб, возвращаюсь в дом. Звонок Сере жи. Вопрос. На своем берегу, после дня рождения и от мечания приема в художники Лены и Маргариты. Кар тина, которая засветилась сегодня ночью, ритин пей заж. Сережа спрашивал. Монастырь Италии, четыр надцатый или пятнадцатый век, уточнить. Уроки лите ратуры, это кино. Обучение сценической речи, движе нию, основы ремесла. Мастерство мэтров в монасты ре, ветер, снег. Ученики, зеленая книга Верлена, зе леные штаны ученика. Его волосы, голос, руки. Сла бость мэтров, их падение, полет, плавание, погруже ние, сон о лестнице в небо. Подъемы-спуски. Поиск формулы. Ученик перед зеркалом, его спина, когда он шнурует ботинки, купленные два года назад, когда он работал на одной дерево-перерабатывающей фабри ке. Четыреста пятьдесят. А у другого В. красивые бо тинки, те в Мытищах. Его плечи, спина, черный шей ный платок. Путешествие, комната, урок французско го. Повторяем слова на остановке. Мой бред, мой на прасный, мой Всё. Ранде-ву с учеником французского, так он представился на свадьбе художниц. Когда Ва дим увидел вазелин на полке, где китайская ваза, по дарок ученицы, книги, каштаны на память о доме, где жила Лукреция, глиняная фигурка Вадима из М., ико на, крестик. (…) Офицер-переводчик в мире. Времен ное жилье всех людей. Кибитка, Мой дом, Мойка, 12.

Бардак, сказал Вадим, посмотрев под стол, там как под мостом разбросан хлам книг. Сожженные мосты, беседки, мечта. Огонь, потоп. Его руки в краске, он кра сит мебель у Смоленского кладбища. Его фразы. Оля может быть знает, что делать с ним. Романс сомнения.

Она пока в Москве оплакивает тело. Может быть она вернется в два часа ночи, звонок в дверь, он открыва ет ей в полосатой пижаме. Romances sans paroles. Зо лотые доспехи, меч, одежда из фильма. Статуэтка из бронзы похожа на Валентину, сказал он. А я думал на тебя, Вадим. Конечно на Валю, танцовщицу из дома кино. Сон о том кино, где снег. Название: Coup de grace.

*** Апокалипсис последних дней, цифры, тела. La chair de Vadime. Неприкасаемые. Доктор Антон, Валентина, дочь мафии, мой ученик. Вчера не поехал на заснежен ное кладбище, остался у берегов и случилась роковая встреча с Вадимом. До этого спускался в Борей (север ный ветер), там видел выставку художницы Ольги К.

Открытие (апокалипсис), фотографии, пение. Ф. и пе ние это фон встречи с Большаковым, который вернул ся неизвестно откуда сюда, восвояси. Григорьев при вез мне голубенькую книжку Б. с иллюстрациями Мар гариты. Ее пейзаж увезу через год в Париж.

Ссора с Вадимом из-за его тела, неприступной кре пости, встреча тяжелее чем Измаил. Ее осада. Друг ко варнее турецких пашей. Танцующие дервиши. Приста вал и домогался Вадика? Какая-то досада, строка из Иры. Вадим последнего вечера. Снег, разговор, пока шли до моста. Остановка. Он вспомнил о следователе прокуратуры, молодом Панковском. Его фиаско. Ряд.

В конце я. Возвышение Вадима как в Египте. Прекрас но-трогательный В. Отповедь мне, нимфетке, словно ответ на мое письмо. Назидательность и дидактизм.

После урока французского. Обещание все рассказать Оле. Ночью ворочался, зверь числа. Смешное, воло сы. Рыхлый снег киноромана. Возвращение в дом. Моя отверженность. Огонь на город. Потом воды потопа все унесут. Верлен Булатовского. Вечером признался А. во всем.

Шаман и В. Это одно. Красота это талант. Губы, во лосы, что еще? Сказал: буду платить деньги за уро ки. Желание откупиться, вместо бумаги тела, его бе лых матовых листов, чистейшей рисовой – звон несу ществующих монет, шорох несбыточной бумаги. Каю та через год, летом, на Грибоедове. Мой стипендиат.

А пока. Ответ на письмо. Без букв. Устное послание.

Язык семи проворных. Жестокость и мягкость киноро мана. Особенно упоминание о прокуроре. Моя наив ность. Голубое, розовое мое небо у горизонта, волны.

Что без бури о.? Океан ночью. Какие-то разряды мол ний. Все сверкало, девятый вал. Изнеможенье и позор, поэзия. Безумия, дикие сожаления, песня. La chanson du mal-aime. Свет и тени. Снег, атлетизм чувств по Ан тонену Арто. Парижские тайны, детство, с бабушкой на сеансе взрослого кино в Паризиане. Встреча в четверг после снега, перед снегом, во дворе на Невском у экс трасенса. День без числа словно, снег без кладбища, не поехал, пережил бурю, остров имени, камень бле стит. Разрушение беседок и моста, мечта Гауди. Вме сто чистого поля кладбища, птиц, черных фигур разго вор после урока, строка из близкого-далекого. Изнан ка романтизма, фрустрация, красота руин. Вместо по ездки на кладбище как на маяк, на самую окраину го рода, где начинается простор, покой и воля. Девушка, которая стяжает любовь по крохам, покупает как про центщица, берез, дает. Пограничная ситуация, гром и молнии, чин естества. Триумфальная арка, кинороман Р. Я не понимал, что язык это сам человек. Щедрота полная угодна. О вкусе и цвете. Обида на самое себя.

Сад, аллеи, как будто не было вод и огня.

*** Ноmme, animal sociable. Кажется, Аристотель. Вче ра, на Фонтанке, у дамы Анны, в готическом зале, при ем. Потом шел голубым вечером в дом Достоевского, мое кафе. До ранде-ву с Валентиной, дочкой мафии, оставался час. Le tour de quartier. Рынок, покупка про визии будто на войне провиант. Потом с сеткой про зрачной шел вдоль ограды церкви, нищие из бордос ских рисунков Гойи. Мимо театра, там шло Лицо Бер гмана. Перехожу улицу к кафе. Глухонемые девушки, с которыми я сидел встают, уходят, я сажусь за сосед ний столик, жду Валю, дочь мафии. Она рассказыва ет мне о поездке в Петергоф, о снеге, голубом сиянии, каких-то легких замках, розовых лицах. Мультфильм.

Плов, сбор денег на водку, о диминой обиде, о том, как он собрался уходить, в пальто в передней, тогда его окружили девушки, принялись ласкать, гладить, шеп тать слова. Он остался, разделся. Весь день до этого он читал лекцию о маньеризме, меценатах, о перема нивании артистов. Как артисты приживались при дво рах. Потом мы стали говорить о деле, переводе пьесы, американской. Дал ей номер телефона Драгомощен ко. Рассказал ей, что происходило в Петербурге второ го числа, дошел до котельной в театре. Юра, как жена истопника при дворце провел нас с А. в театр, на по эзоконцерт Аллы Д. Реквием, ее черные очки, уборная после сцены. У Юры в каморке, черное пиво портер, топчан, какая-то шкура, трубы центра Помпиду, Париж в П. Он ведет себя как сатир, подсаживается к Анто ну. Слова, касанья, козлиные ноги торчат из штанов.

Я пересадил А. на другой стул. Когда Антон отказался взять номер телефона, Юра указал нам на дверь. Мы ушли. Такой театр. Черный двор, волшебные сосульки, дерево все словно в хрустале. После реквиема. Двор, лабиринты, двери. Внутренний двор театра с сатиром, переводящим с мертвых языков на топчане покрытом шкурой.

Я рассказал Вале о внутреннем дворе театра, о том звенящем дереве, как бы хрустальном. О маленьком конфузе, посттеатральном скандале, показал в окно на ту сторону, как в мемуарах. Мы вышли на Влади мирский проспект. Она сказала, что хочет прогуляться, пошли в направлении Невского п. Решили зайти в Се верный ветер в надежде встретить Д. и попросить пье су. Хозяйка кафе сказала, что у Д. день рождения, кафе закрыто. Мы извиняясь и кланяясь, выходили во двор, где секс-шоп. Решили ехать к самому и договариваться о пьесе. Доктора, сиделки, дома милосердия. Рассказ об А., Лукреции. О страхе перед цифрами. Шумеры, Вавилон, строительство египетских п. Все эти расчеты и халдейские вычисления. Она ответила, что раньше хотела иметь духовника, теперь нет. Наверное, ты са ма мечтаешь быть матерью. Она сказала, что не зна ет. Тяжелая дорога к Д. Дом и не знающий, что он. За яц, крокодил, медведь, такое панно на доме Д. Восемь дробь один. Манифесты-тосты мэтра в бабочке, бе лой рубашке. Возвращение гостей в маршрутном так си. Финляндский вокзал. Поэту С. дочь мафии расска зывает о розовых лицах, голубом снеге, украденных у Д. пяти тысячах на водку, пока мы спускаемся по само му длинному эскалатору города святого П.

*** Белый день беспокойства, мутная белая река. Снег, минус один – минус три, русский язык. После ночи бе лая молочная река. Продолжение или новый мир на смену боевым действиям. Покой в беспокойстве на бе регу этой светлой реки. Проводы друга, холодный воз дух. Его бесполезные мемуары (Гоцци!) о том лете, той даче, той женщине. Друг семьи: черные волосы тузем ца Америки. Город, снежная река, отдых на войне. Вме сто кобылицы и ковыля, автобус на набережной вдоль замерзшей реки. Патафизическая река, струящаяся, ее воды. Стремящаяся к морю-океану. Левиафан сна.

Потом потоп, мир. Страшный мир со звонками, визи тами, звоночками. Прекрасный мир. Это граница стра ницы, белой как наш снег, саван романа. Лена словно жена египетского П. соблазнила и спала ночь. После той свадьбы с воображаемым генералом мечты. Сила сна, снег, свежий ветер из форточки. Еще не написан свежий в. Может быть еще пишется. Никогда, слова по пугая из романса, перевод. Жамэ, жамэ. Плачем, пе реводя. Сидим у воображаемого океана сна, плачем и смеемся. Копим и тратим без расчета, плач и смех. Над всем этим океан воздуха. Тихое, название огромное.

Тишина вод и воздуха. Граница света и тьмы. Атланти ка чувств. Освобождение от плена эмоций. Зона аф фектов, ее беспредел. Вышки, собаки, расстрел при попытке к бегству. Побег из плена аффектов, сам аф фект. Скорбь бесчувствия. Белая или черная одежда.

Свобода стихий и сам человек. Нотр Дам де П. Ды хание Сибири, провода и рельсы. Стремление туда, к большому воздуху. Граница веков и тысячелетий. Путь в Москву. Его открытие. Тема железной дороги. Путь сна, с печи на полати. Простота русского пути.

Барыня и х. Хулигана. Джентльмены, их гениталии.

Танец. Легкий шелк художницы, барыни. Темная ночь как в песне после гостей, все цыгане в других комна тах, Фильштинская спит с Климом, сыном Елены. Сон разума, дети, чистота и страсть. Покой как на русской реке. Звонок-рассказ о той ночи. Другая Таня звала до мой, обещала театр, ее крепкие руки. Желание быть гейшами, стать ими. Чай, разговоры, амбар театра, се новал. Животная сила желаний, женщины, живот. Ради други своя, гибель террористок. Их сумочки, шпильки, ножи, зубочистки, бомбочки, баллончики с газом, зажи гательной смесью. Их сон, обман, желания.

Изменение пейзажа, долгое искусство души. Чтение Идиота как экранизация. Спать с человеком это как ис кусство. Долгое, а жизнь коротка. Вышито шелком по латыни. Экранизация, защита сна.

Сцена визита Н.Ф. в дом Гани. Приехал Рогожин, Ганя бьет по щеке князя Мышкина. Ужасный перепо лох. Вадим рассказывал, как он дрался с Виленским.

Я ему говорю по дороге в метро, через мост, что вилэн пофранцузски значит отвратительный, мерзкий. Вла димир Ленин, махатма. Имя Вилен. От города Виль на. Несовпадение аббревиатуры нового имени, ста рого города и французского названия крестьян. Типа смердов. Вилэн. Виллон, Вийон. Просто звучание букв.

Гадость искусствоведов, их наглость, противность. За стенчивость в душе моряков, их красота. Потом поми рились. Вадим с ним дрался из-за понятия чести. Шелк прекрасных дам. Рыцарство моего ученика, его лень, страсть к коллекционированию. Пою, трубадур дома. У берегов, на берегу. Утешаю ученика как могу, вербаль но. Вадим показывает след маленьких зубов на пре красной руке.

*** Как на войне в Африке или в Индии эпоса: привалы, бивуаки. Отдых на войне. Звонки и письма на фронт и с фронта. Продолжение другими средствами. Провода.

Поезда и компьютеры, все опутали сетями как и сказа но в Библии. Вздох моей бабушки, взгляд из окна ваго на. Выезжаем с Московского вокзала. Как в книге книг.

Вчера пили и ели, ждали капитана на Марата, у худож ниц. Я читал голубенькую книгу Булатовского, рисунки Лобановой о городе Библии, на который поэт призыва ет огонь.

Научиться показывать, женское искусство, шелк, те атр. Дом Арины Родионовны, няни, напротив часовни и Никольской церкви (Арктического музея). Валентину хотят отправить на три года на Новую землю изучать оленей. Вечер закончился тихо на кухне на Петроград ской где крыши. Взгляд из окна. В черной комнате лю ди: двое мужчин смотрят телевизор про самураев, гей шу и иностранца. Мы сидим в этой же комнате и разго вариваем на диване, Валя стоит у окна. Потом перехо дим на кухню, где разговариваем как птицы или рыбы на своем языке. Женская одежда, манекен, мужская, слова. Женские фигуры в коридоре. Стол как на свадь бе. Рассказ Вадима о своей службе сначала помощ ником следователя в красных погонах, допросы свиде телей, пишущая машинка как у писателей, Псков, про дажа ваучеров, охрана цыганами, девушки из Великих Лук, две. Вот здесь работала моя жена, показывает на каменную стену, проходим по Марата в сторону ТЮЗа.

Девушка как гитара, жертва проворных кинжалов. Мо сква, смерть девушки. Рассказ Вадима о поездке Оли в М. Фильштинская и ее косметический кабинет, вход че рез кафе. Как в Кане галилейской: бутылки, стол, еда.

Разговоры, музыка, волшебство. Дети. Девушка, зани мавшаяся верховой ездой, знающая, где хребет и круп животных. Короткая стрижка, карие волосы как у всад ников Батыя или Тимура. Степная красавица с крепки ми руками. Мадера, память о Распутине. Два Сережи.

Общее кривлянье, веселье.

Шахта лифта, эскалатор метро, вниз и вверх. Есть другие глубины, высоты. В театре у Нарвских ворот должны играть по маркизу де Саду, философия в бу дуаре, вечером. Передача в субботу по радио. Сквозь шум волн. Радиосеанс. Бал в манеже. Рассказ Наташи, сожжение в знак протеста платья. Вниз и вверх, от Ма рата до Каменноостровского, лестница, лифт. От стола к столу, свечи, лица, слова, провалы в тьму, будущий фильм Луи Маля. Сон. Обязательность и потусторон ность тем. Их странная связь, письма и голоса.

Болезнь и здоровье лиц, тел, одежд, душ. Амфи театр, книги с обложками разных цветов, тем, толщи ны. От больших и малых как птичьи голоса. Крысы и зеленая голова. Вий. Начало и конец света. Про тяженность лучей. Рассказы об Индии, далекая стра на, Тверь, Афанасий Никитин. Портрет на бутылке, как будто почта, путешествие за три моря. Три века спустя.

Такой кинороман.

Одна девушка в коридоре, другая входит в комнату, музыка по проводам, кино в черной комнате по ТВ.

Совсем не нужно ехать на три года в тундру, на Но вую землю изучать радиоактивный мех оленей, мох.

Здесь есть все. Исследовательницы, испытательницы, теплые комбинезоны, рукавицы. Летчицы, натурщицы, искусствоведы. Косметический салон рядом с зоопар ком. Лотос, бывшее кафе. Линии трамвая по Белой Ин дии.

*** Под сводами метро. Свод как в кино Роб-Грийе. La belle captive et l’ete passe a Marienbad. Ждали под зе леным куполом Олю и Вадима, чтобы поехать в Петер гоф второго февраля, это Олин день рождения. Я при шел немного раньше и гулял по квадратному залу Бал тийского вокзала в стенах-руинах, неизменных часах.

В понедельник всегда писать с утра непривычно после календарного воскресенья. Театр каждый день, если не представление то репетиция, если не театр, то ки нороман, дефис и слитно. Кинотеатр, театр, искусство.

Кинороман. Своды метро, зеленый потолок и белый ве нок, рядом с киоском заметил сначала Валю, потом Ан тона, они гуляли или стояли не зная друг друга, Вален тина в своем неизменном платке, пальто, а он со своим взглядом. Знакомство, узнавание друг друга как в кино.

Бабочки, бабочки, сказала Валя. Действительно, в кио ске за стеклом разноцветные бабочки, маленькие фи гурки животных, множество всякой всячины, что обык новенно продается при выходе из метро. Суеверие или наоборот, отсутствие предрассудков у выходящих из метро. Я ошибся, может быть, сказав, что в том киоске продавали то, что обычно. Нет, не совсем. Бабочки. Ва ля рассказала, что вчера ходила в театр на Медею, с Вадимом и Олей. Пришла Глюкля, красивая художни ца. Они стали шептаться с Валей, позвонить или нет, однажды Глюкля прождала Олю два часа. С Глюклей пришел и Дима в меховой шапке с шарфом и пальто.

Мы с Валей договорились встретиться завтра (сего дня) в кафе. Дом Достоевского на углу Графского пере улка напротив театра. В семь часов. Глюкля зашла за колонну переодеться, сняла очки и надела белую шап ку как у атаманши. Приехали наконец. Черные лампа деры. Я извинялся, что не поеду вместе со всеми в П., мимо заснеженных полей. Но, что я их сопровождаю в мыслях.

С А. Выходим на площадь перед вокзалом, чувство освобождения от поездки. Едем на Театральную пло щадь. Переходим мост, как в кинокартине, переход моста, батальная живопись. Лермонтовский проспект, портрет, трепет, черное (памятник п.) и белый снег. На Садовой мы сходим с трамвая и идем пешком. Захо дим в магазин, дом двенадцать по Союзу П., покупаем чай и восточные сладости. Власть женщин. Их имена, платки (шали), шляпы и шапки. Скрыть развевающи еся. Они струятся из под платка. До Офицерской, по том направо, перейдя улицу, потом налево в бывший Тюремный переулок, мимо дома Юры, психоневроло гического диспансера). Вот где мне место, сказал мой спутник. Потом дошли до подворотни, дом один, свер нули в красивый двор. Прошли до конца, мы на втором этаже. Звонок. Голос хозяйки как в пьесе. Хозяйка го стиницы. Уже происходит представление и узнавание во сне или после сна, в пьесе, в коридоре-кухне, сало не с буфетом, котом, Иваном Васильевичем, соседом, корейцем-постояльцем. Лариса дарит книги, Антону – Дидро, монахиню, La Religieuse. Мне достался Апол линер апокалипсиса. А. последних дней, откровения.

Боккаччо, театр. У Ларисы в сухарях профиль Данте, фрагмент газеты в тарелке. Это постмодерн.

У целительницы в дворницкой, комната номер пят надцать, дом рядом с Октябрем (бывшая Паризиана).

Сеанс целительства, муж больной ж., кот, кошка, мы на кушетке. Как в М. и Маргарите. Что-то летает кружится, кажется.

*** На скамейке в полуподвале. Борей, рядом с Куйбы шевской больницей для бедных и поэтов. Б. и п. Вы ход через кафе, двор, мимо секс-шопа. Прямо на Ли тейный. Потом Невский в странном освещении как на войне в прожекторах и затемнении. До этого больни ца св. Ольги, маленькие дети. Трамвай. По переимено ванной улице, мимо. Метро. Собор на Владимирской площади, мимо театра. Мое кафе. Дом Достоевского.

Попив кофе у стойки, прочитав несколько страниц из Зази в метро, иду на встречу в Северный ветер, по луподвал, искусство, андер-граунд. Иду Графским пе реулком, улицей Рубинштейна, захожу в туалет Кэрро лс, где был кафе-автомат. Индейская атмосфера ан дер-граунда, представление триллера, опоздал, чте ние стихов, разговоры, музыка. Я сидел у стены на ска мейке рядом со Светой и Ритой, встретил Митю. Там же был Сережа. Дима подарил мне черно-белую книгу Биеннале.

Я оставил надежды, как сжигают или взрывают мо сты, беседки. Но не я, потому что мне чуждо насилие.

И: взрывать, не строить. Необходим котлован. Взры вать и строить. Мосты и беседки дружбы летят по ве тру, горят и тонут. Корабли спасения, высокая гора.

Чтение книги в метро. Реймон Кено. Зази в метро.

Позже послужит фоном во время моей поездки в Па риж. Сон о статье, голое солнце, горло. Тоска по уни верситетской набережной. Кафе Арка. Коридор. Исто рия болезни, граница, заграница, доктора, псы-рыца ри, гробница из чистого серебра слов, эпитафия рус ского энциклопедиста, изобретателя фарфора и мо заики. История фарфора, восстановление монасты рей, вышивка по шелку. Время снежной зимы, розо вых чаек, чашек. Мораторий на изучение ф. языка до понедельника. Там видно будет. Погружение. По ка читаю Зази. Обязательства, свобода, медицинская комиссия. Приглашение к путешествию. Финляндский воздух, финский, курорт, стихии, наш автобус. Дом, то ска по месту. Болезнь. Излечение от болезни. Врачу, излечи себя сам. Пациенты и доктора. Лэди и джентль мены, мсье-дам. До лунного нового года остаются счи танные дни (часы). По радио сообщили. Год красного буйвола.

Ведь и японцы мы, китайцы, не только татары, мед веди и финны. Бехтерев, Бородин, Павлов с собакой.

История медицины, доктор Ф., сочинение оперы. У де вушки, сидевшей рядом лицо было словно изукрашено мареной. Рядом сидела Рита-художница, пила из ма ленького стаканчика.

Купол академии, черная ограда, деньги. Памятник женщине со змеей. Ветер, снег, Петербург. Париж, Ту луз-Лотрек. Его женщины.

*** Бумага, машинка, починенная как примус. Пишущая машинка вместо уничтожения бумаг или сейфа. Лес, луг, голоса. Девушка доверчивая к голосам, слух и ожи дание. Тишина. Уроки французского, голоса, читаю щие французских поэтов. Французская поэзия между двух снегов. Сендрар, Элюар, Поль Верлен. Терпение слуха бумаги, сибирских лесов, тайги, тундры. Комна та, из за книг превращенная в берег моря, песок, влаж ный ветер, следы на песке чьих-то влажных ступней.

Вереск, сухие водоросли, серебристая осока дюн.

В фильме берег океана. Урок французского в Сиби ри, Санкт-Петербург. Открытые, незащищенные участ ки тела, текст ученика. Стансы к Малибран. Актрисы большие и малые камни. Булыжники мостовой. Мечты разбитые и сожженные, мосты или корабли. Остается пена волн. Соленый ветер. Соль тех губ. Воображение их вкуса, стремление языка, слуха к телу голоса. Ого ленные губы, прятаться, не отвечать. Просто любить гулять как девушке вдоль берега и бурь. Спасибо. Го лые ноги, песок, волны. Город, решетки, памятники за оградой, лестницы, вороны, воробьи, розовые утром чайки. Город, голос губ, волосы. Ученик, воспоминание о кино про чтицу. Вспомнить постановку маркиза де Са да рядом с Триумфальной аркой, метро, прогулку до канала. Тот квартал с миражами, Мирей. Рассказ о со блазненном Леной С. Когда бы не она. Улица Марата, церковь, метаморфоза в музей, открытая вновь часо венка, память об избавлении города от холеры. Напро тив дом няни П., Арины Родионовны, киоск, где поку палась мадера для праздника. Мадера, память о стар це. Те девицы и старец, версия фильма, романа, ме муаров. Старец, его белые рубахи, штаны, босые но ги. Странник из Сибири. Чтение о старце брошюры, ку пленной в Арзамасе. Лес, чтение в моей комнате книж ки о старце, настоящее киническое. Напротив дом с ал жирцами. Окно, где они мыли ноги, руки, голову. Боль шие и маленькие буквы, уроки письма. Сидеть у кре сла, где сидит ваш ученик и читает стих о сентябрьских розах. Оса мешает уснуть. Холодная вода, жаркий пол день, женские шаги. Оля, ее мертвая подруга. Миф о Москве, поезд, ночь, сожженное платье, девушки в ко ридоре, на кухне, в темной комнате, где кино про са мураев. Ожидание, когда снова распустятся розы сен тября. Загадка города, тайна рождения п. в немецкой слободе, метро Бауманская. Смерть Пушкина, поэзия, Мойка двенадцать. Ноги ученика, мои, наши голоса.

Городские романсы. Сергей, его тело, деньги за тело.

Рукопись, прибрежный папирус, пергамент. Сон, Еги пет, книга мертвых, их живое дыхание.

Наш страх, топология, карта зараженных участков на войне и в мирное время, экокатастрофы, окружа ющая среда, Африка или Америка. Кладбища Санкт Петербурга. Вдруг вспомнились горы, это Тибет, Кат манду, Гималаи. Название туалетной воды. Недавнее кино. Фигурка из бронзы, похожая на В. Баночка вазе лина. Открытие радио. Кронштадт, маяк, моряки. Пол день бьет. Провода. Бабушкин вздох.

*** Французский язык это сам человек (Я) со своими внешними и внутренними органами, не полый внутри:

статуя из дерева, гипса или мрамора. Чугун, золоче ная бронза, фарфор. В линиях и движении изваяния.

Вчера в моем кафе после белой черной ночи все во всплесках молний. Дом. Д., там где писались Бедные люди, Белые ночи, пил чай, ел кусок торта сладкоеж ка-девушка, не знавшая, девушка, которую учат вла ствовать собой в письме. Вместо ученика кусочек тор та. Между аристократами письма. Маркиз де Сад, ба рон фон Мазох, новая волна, постмодерн. Вадим это учитель жизни, один из бродячих учителей. Никогда не спал с м., его слова. Признание. А кто спал? Кто зна ет, что такое эм, что такое жэ? Вопрос доктора Ф. Кто знает? Клоун в мужском и женском. Разделение для власти. Дом как одежда, дворцы. Дом в Швейцарии, в Петербурге, везде. Каюта Грибоедова. Дом. Сорт шам панского. Золотое как небо. Никс. Посмотреть в слова ре, что значит. Это наяда, нимфа реки. Непристойное предложение, название американского кино, которое я смотрел в заснеженной Финляндии. Голубой идиллии, будто во сне. В том деревянном доме с камином и те левизором. Плутовской кинороман. До Архангельска.

Крепость ума, летающая крепость. Потоп потом. Кру ги ведущие по летнице. Безвыходность того дня. Урок французского. Когда он наклонился, чтобы зашнуро вать свой ботинок, оголилась спина, маленькая часть.

Пальцы словно апостола коснулись оголенной спины.

Пустырь фильма, там, где происходят тайные сви дания. Пазолини, Годар. Не ведая стыда. Непристой ное предложение. Как будто весна и в канавах, там где течет ручей расцвели мать и мачеха, незабудки. Чудо зимой. Испуг словно на пустыре. Роковые обстоятель ства. Вплетенье бисера в текст. Изнеможенье и позор.


Сатир и нимфы. Там, где камыш, сухие ветки. Птицы.

Вместо слов вся эта природа кино. Его волосы, плечо, голос. Он стал суетиться, собираться, уходить. Пасто раль на пустыре.

Мир полон. Есть города, но как будто их нет. Засне женный город. Вспомнил о следователе Стасе П. из прокуратуры, сравнил, поставил в один ряд. Тогда ме ня это разозлило. Теперь кажется забавным.

*** Топот боевых слонов болезни. Век. Исповеди. Сын, телефон. Воскресный визит к целительнице, кот, шарф, шкура, черная дочь-прислужница. Служанка как у Жана Ж. с м. и ж. в равновесии как буквы, которые светятся. Метро. Голубая буква на Невском. Аполли нер. La perspective mieux que celle de Nevsky. Репети ция цитаты, текст. Женские пальцы, мужские п. Ж. бу ква, женский туалет, трюмо, косметические и гигиени ческие принадлежности, иногда маленький черный пи столет для устрашения. Редко для устранения. Жених.

Мой французский шарф с запахом туалетной воды Хит мэн, который понравился кошкам, миниатюрным хищницам. Раздразнил их. Городские джунгли, англий ский поэт в Индии. Р.К. По дороге в Мандалей. Город, двор, квартира внизу как в киноромане. Часть апока липсиса, Невский проспект, Дом актера по соседству.

В прошлом училась на художницу как Гитлер, стриже ные волосы, без усов. Любит лечить людей в огромных залах, мечта об исцелении народа. Сеансы для кре стьян, кладбища, морги, институт П. Народ в пьянстве не поддается. О поездке в деревню. Россия. Распутин, Сибирь. Другая художница, поле красных маков, наш с Сережей визит. Ее просветление. Портрет в середи не жизни. Решила поправить волосы, сделала их как солома золотыми. Мистический возраст. Светлые во лосы. Девушки, шьющие для меня скафандр для спус ков. Пьющие девушки, узкие и широкие от удивления глаза. Крашеные волосы, слепые голоса. Сомнение о волосах, глазах, волосах. Поле маков, рассказ Сере жи ночью о художнице. Рассказ (мой) о Вале, девуш ке будто русская мечта. Валентина, цыганское имя, го родская поэзия ж. романсов, Оля. Музыка белой Ин дии, смерть поэта, память сегодня, вчерашний памят ник на Пушкинской улице. Нарым, изба, сон. Другие одинокие и братские могилы. Сестра милосердия, ме дицинская, массаж, братская могила. Юная маркитант ка. Звонок преподавателя литературы из женской гим назии. Сон о змеях. Нестрашный. Продолжение днев ной жизни другими, менее сознательными средствами, подручными как на войне, в походе. Горы. Их голубое сияние.

Писатель, читатель, братская могила. Белая Индия, земля как воздух, пух, легкая.

Прихрамывающая девушка, гордая, горбатая, лю бовница. Эсмеральда, романтическая д. Квазимодо, романтический горбун. Балет Нотр Дам де Пари. Ме чта о постановке. С Сережей мы перечитываем Идио та перед сном. Как будто передний край, позиционная война в окопах Что такое искусство?

Красные цветы, поле маков, больная художница, здоровая. Ночь, красные маки. Les pavots rouges. Лег кие и тяжелые встречи. Как из науки побеждать, на стольной книги писателей. Перед штурмом Измаила.

Насыпание рва. В учении тяжело.

Поле маков между двух снегов. Кройка и шитье. Ми стическое число для отмеривания. Мужское и женское в искусстве шить. Продолжение киноромана. Францу зы и мы. Белая И. Биг гэйм. Англичане тут же. Седых о возрасте. Мистическая сердцевина жизни, где она?

Наука и религия. Мы, французы, мы. Мыть, и мыть и мыть. В.Некрасов.

Апокалипсис. Дни как птицы летят песней. Пропо ведь птицам, цветной витраж, молитва святого Ф., че ловека мира. Готовься к войне.

*** Дом дружбы на месте сожженных беседок, мостов.

Вокзал. До вокзала: театр, кафе. Дым дружбы. Индей ский, петербургский смог. Разговор о японском, китай ском романе, француженках и англичанине, пишущих диссертации об ориентальной сексуальности, аспек ты Средневековья и современности. Оля в углу на против бывшего Денисова в черном плаще нордиче ского шкипера. Дом дружбы и Елена на ступенях, ру салка или девушка из Фаренгейта, Фицджеральда. Те атр на Невском. А.Арто на ходулях, обнажение женских тел, театр. Невский, пленные изгнанники. Дым отече ства сладкий и п. Что-то ускользает. Продолжение апо калипсиса, числа и знаки. Намеки. Шведский худож ник, огромная комната с приглашенными, картины по верх голов, сзади, напротив, сбоку. Искусство проек тов, холстов, речей. Экстрасенсы в П. Вокзал, вспо минаю и сравниваю с Сохо, рассказ Дмитрия о пу бличном доме. Оля слушала, потом изображала гей шу движением головы, рук. Ее кофточка, лицо и что то еще. Вадим не пришел, он работал, ехал в метро, вез деньги. Наверное, пошел в дом дружбы, на пепе лище. Там все сгорело. Женский возраст, мой позор будто шведский от слов, сожженная Москва, францу зы в Кремле, огонь. Снега. Больница св. Ольги. Урок французского с Вадимом, читали про больную осень.

Спектакль про чувства. Голое тело, голоса, какой-то самурай, принц датский. Империя. Оля почитательни ца Полины Рюйш, эротического триллера про мета морфозы, безумие, внешние и внутренние признаки мужского и женского. Одежда, органы, п. состояния.

Оля видела Антона в доме дружбы, вечерние звонки.

С доктором пойдем к экстрасенсу, потом к другой Ла рисе, нашей, на Театральную. Дым, паутина, разгово ры. Все доступно, все позволено: проекты, мосты, на ряды. Вокзал. Постоянный состав. Посетители. Гетто для гейш, какой-то семнадцатый век. Стальные рель сы, линии, исторические перспективы. Ретроспективы.

Туда, обратно.

Деньги и девушки, фильмы и рисунки Кокто, Жан Марэ, les monstres sacres, чай, дым в кафе после дружбы народов, шампанского, шведских картин, дом актера, крики, тоскливые голоса, богема, строчка из Аполлинера о перспективе лучше Невского. Озабочен ные чем-то лица. Тоска пожара, воды, скудость теа тральной постановки, слабость голосов, болезнь акте ров, вой зрителей, город св. Петра. Комната экстра сенса, стриженой женщины, наполовину сожженной, залитой водой. Ее дочь черная, наполовину арапской крови. Красавица Серафима. Возвращение к француз ской речи через снега и сиянье Финляндии, голубую и зеленую воду, горы за окном. Ее фильмы, сны. Голос поэтов, их внутренние и внешние органы, мужское и животное начало, ботаника чувств, глаза волка как на рекламе. Агрессивное и женское. Одежда, вышивка, бисер. Совесть последних дней. Погода. Разговоры и материал (краски, ткань, нити золотые и серебряные, бисер, бархат, шепот). Заговоры, власть, театр двор цовых переходов, лестниц в башне, круговых площа док, снова винтовых лестниц, от чердаков до подва лов. Бред, сон, упражнение в бодрости. Сор, стихии, совесть. Точка б. Лица, глаза, руки. Продолжение дру гими средствами. Длинный свет, тени. Игра. Его слова о сне с мужчиной. Мой бедный захотел познать непо знаваемое. Мой испуг, поток потомков к свету. Постель, мужское и женское. Кинороман.

Цветы на иконе. Весна, лето, зима. Свечи. Юно ша-хиппи, цветок. Нарратология, наращивание текста, отвоевывание земли у моря, Нидерланды, выращива ние тюльпанов, натюрморты, чтение письма у откры того окна, непристойное предложение. (Через год, ме тро ГД). Ах эти маленькие актрисы с такими вытянуты ми телами, волосами, краешком оголенной спины, по том стена двойственности, девственность. La virginite.

Я опять на самом дне.

Восхищение. Интерьер, пейзаж и две фигуры. С то го раза все видится мне непристойное предложение.

Диван, прихожая, оголенная спина, пальцы на ней, у копчика. У самого конца спины. Перечитывание Досто евского. В гостях у Ларисы. В ее комнате во дворе на Невском. Женщина, говорящая о себе так: у меня ра стут тестикулы, я Распутин. Антон на диване, я на сту ле, Елена на полу, в трансе. Сцена: я иду за печеньем, чаем, роль слуги, сцена из фильма Слуга с Д.Богартом.

Слова Вадима об Антоне. Что это за монстр был с Ва ми? Он танцевал, изображая тибетских чудовищ, де монов страсти. Пришла дочь Серафима, медсестра из гнезда кукушки. Поздний звонок доктору, договорились встретиться в субботу, пойти к экстрасенсу. После се анса мы вышли во двор, где небо и деревья. Свежий воздух. Восторг. Хотелось прыгать. Шли по Невскому к Гостиному двору. Дикие волосы на ветру, светлые, кра шеные. В прошлом она жена мафии. Болезнь мнимая и настоящая. Шли трое по Невскому бай-найт. Переход.

Мастер перформансов. Девушка, вечно жена. Миф с голосом и волосами. Непристойное предложение, де лириум последних дней. Ксения Блаженная, вчераш ний день, церковь в честь иконы Владимирской Бо жьей матери, та икона. В кафе Борей встретил Митю словно миф. Выставка Ольги Калягиной, художницы.

Митя написал на листке свои новые стихи. Его крас ные брюки, легкое доказательство безумия, состояние, в котором он всегда. Красные штаны с дырками. Митин манифест о перманентном безумии. Девушка за стой кой по имени Лена. Вышел из кафе после митиных при знаний. Он персонаж. Мой бывший. Школа новой тени продолжает быть. Персонаж, гуляющий сам по себе.

Мой герой.

Апокалипсис последних дней. Первые дни. Двор, выход из дворницкой от Ларисы, после сеанса. На сту льях, полу и кушетке. Буддистский новый год, крас ная свеча. Праздник в доме дружбы, реализация ме чты. Маниловская мечта, осуществленная в виде на звания. Каза дон Кихота тут же. На Фонтанке двадцать один. Вчера редкое солнце. Свет в городе. Мимо теа тра. Моя слабость, мое падение, поток света. Я не спал с м. Боже мой, какой Египет, тьма и мрак признания.

Александрия на этих берегах. Скажу Оле, что Вы хоти те спать со мной. Чернота египетской ночи, город свя того П., гранит метро. Невозможность ночи, манилов ский мост, беседка. Его черные волосы, больная голо ва, грация артиста, губы. Умершая любовница из поэ зии. Понять непристойность предложения, ночь, потом теплый свет. Лампадка у старых икон. Какой книжный ужас, спать со мной в одной кровати? Спать словно плыть. Что-то сочинять. Поэзия.

*** Дно вчерашнего дня, лекция, прогулка. Румянцев ский скверик с орлом. Французский профессор чита ет лекцию о прагматизме, аутизме, правах человека.


Исследователи вдоль и поперек. Тотальное экспери ментирование. Переводчик и лектор, смесь слов, пу таница понятий, последовательный перевод. Мои ил люзии, мои о Боже. Прогулка после сортира универ ситета по воздуху, над Невой, в огнях. Агорафобия после лабиринтов университета. Александрийская ко лонна, столп, кони над площадью. Проблема человека как птицы, большой, маленькой. Грудь, дыхание, кры лья. Плавники, конечности, все в движении, адапта ция к земным, неземным условиям. Скафандр, мастер ство женских рук. Спускаемся в глубины, поднимаем ся. Самый низ человеческого, самый верх. Ничто не чуждое для человека, птицы, рыбы, цветка, бабочки, камня. Орущий рот, поющий. Гибель, рождение в кри ке, потом сон младенца. Отдых от забот. Возрождение из пепла, после потопа и огня. А пока. После вокзала, лабиринта улиц, лиц, спуск к экстрасенсу, постановка оперы Мастер и Маргарита. Теория и практика борьбы за выживание. Биологический процесс, Африка, пыль да туман, Азия, другие континенты и острова. Писате ли гор. Восхождение на пик. Ледники, Альпы, Гималаи.

Лучше гор только горы. Вокзал, линии стальные, пау тина проводов, слух и зрение, слова. Хабермас. Про пасти земли, корабли, пророки. Стихотворение о боль ших морских птицах, которые следуют за кораблями в бурях. Страницы Сибири, ежедневная жизнь, массо вое сознание, сумерки, музыка, снег, жестокость ро манса. Туалет в университете, неожиданно свежий воз дух потом, после слов и понятий. Нева вся белая как траур. Сибирь целительства, Европа, ж. Мон кю, сказа ла бы Зази. Метро. Суеверные приметы, Пушкин, снег, чувства души. Сеанс у Ларисы-целительницы.

Свиньи, собаки, игра в бисер. Glassperlenspiel. Стра хи, сомнения, орнамент на ткани. Точка безумия, со весть, тотальный эксперимент. Красные маки худож ницы, её любовник, черный обелиск, Триумфальная арка, тени в раю, Drei kameraden, Zeit zu leben zeit zu sterben, взгляд из окна, Arc de triomphe, метро, те атр с француженкой Мирей, Schatten in paradis, der Schwarze Obelisk, Nacht in Lissabon, Im West nichts Neues.

Армия, соломинка спасения, кружка для подаяния, буддистский идеал, пение, зал для лекций. Корабль.

Ни танцую, ни пою. Ни тэ ни пэ. Брежу, маршрут, рых лый снег, небо, лед. Не б. а гуляю. Лебуркин с девуш кой у У. Спрашиваю: это Ева, твоя дочь? Ответ, не дочь, Наташа. Обида в голосе. Пригласил Ларису читать сти хи двадцать седьмого февраля. Щебет февральских птиц. Манифест безумия. Отказ от ума, дар, снег. Мо сква церквей, колоколов, изобретение истории, этики, антропологии. Манифест, вышитый руками, музей Се вера в бывшей церкви на Марата, баня, концертный зал, контр-реформация. Волны, крепость заднего ума.

Лестница барокко, витая в небо. Б. не велит отказы ваться. Бастион, цитадель, Сент-Экзюпери на самоле те, море, гибель военного летчика. Снег, десятое фе враля, новый стиль. Башня ума, фильм Параджанова, океан сердца. Ветер, музыка, закрытые глаза.

*** Апокалипсис дней, дно, университет французско го профессора, вечерний свет за окном, вечер слов но откровение, прогулка. Картины на Неве, компью тер голов, коллективный разум, провода, борьба с про изволом чувств. Поле битвы городской житель. Эмо ции, аффекты осаждают, настоящий Измаил. Продол жение крестьянина без паспорта другими средствами, тетрадь Гойи, уголь, карандаш. Белый снег. Зажига ют огни как в кинопоэзии. Интерпретация цифр, птиц, фактов. Автобус номер (?). Письмо от Хосе с предло жением переводить русскую поэзию, в т.ч. современ ную. Далай-лама. Апокалипсис состояний, человек в стихии, на пересечении стихий. Стихийные состояния.

Укрытия, убежища, жилища. Теория и практика защи ты. Роман по фильму. Первые и последние числа. Пе чати тайны. Снег кружится над университетом. Второй день со дня смерти поэта, даты. Воскрешение на тре тий день. Переписывание заново, уроки чистого пись ма. Тетради записей. Невский двор, у Ларисы-цели тельницы, под сводами: буфет, рога лося, шкура. Док тор в кресле, рядом кот, Антон, Елена, пироги, египет ская девушка, дочь целительницы. Настоящий фильм.

Полуподвал имени северного Ветра. Лица, столы. Чай с п. Человек по имени Арсен, другой молодой без име ни. Столик в углу как в русской чайной.

Внушение, аутосуггестия. Фильм-балет, старый те атр, видеопоэзия. Теория и практика нового романа.

Нет границ бумаги, куда плыть? Китайские переводы, танцы, опера о слезном даре. Серафима, дочь цели тельницы, говорит о необходимости сменить имидж, купить галстук, брюки, может быть, за пятнадцать ты сяч, новый свитер. Научиться смотреть по-новому, не прятать и не щурить глаза. Она взяла в руки расческу и причесывала меня. Та девушка с крашеными волоса ми Ночь нежна тоже причесывала меня. Коты, углы, ди ваны. Закоулки человека, двором до двери целитель ницы.

Ветер, половое влечение, аппетит. Мой ученик, не доразумение, как можно спать со мной, как можно пить, читать? Аполлинер, сортир университета, кори дор, монгольская кафедра, изображение золотых Б.

Служение муз, суета, опять воспоминание об арке, по гибшем солдате. Его имя. Где вокзал?

Язык, который крутится: кинолента. Буддистский ко локольчик, чтобы отгонять дурные мысли. Стальные рельсы уносят вдаль, приближают Воздушные пути.

Боязнь боя, болезнь. Цыгане, Арзамас. Между двух снегов. Непристойное предложение. Вадим. Его сон, волосы, стена плеча.

*** Священная болезнь, мученики, день святого В. Все влюбленные. Отрицание, сомнение. Дух, богатство, раздаривание бедным. Пиджак (фрак, сюртук, смо кинг), подаренный мне Серафимой. Вечер в каморке под сводами у целительницы. Бордосская тетрадь ху дожника. Здесь родина, одежда, путешествие по горо ду. Мнимые ученицы, мое падение на самое дно. Са мое, завиток, вычурность, очевидное приукрашение, для понта. Просто дно. Как будто есть самое. Как будто нет. Спуск в скафандре. Кроме черного фрака, белые носки. Фрак как точка опоры в тотальном эксперимен те. Аутизм, консенсус, и. И или или. Вопрос. Прагма тизм романтиков, их сценарий. И не танцую, и не пою, а что? Спускаюсь в скафандре, поднимаюсь. Лицо в ил люминаторе. Вода, воздух, в стихиях спуск и подъем.

Как в армии. Под землю, под воду, в огонь. Романтизм гор. Синее, нежное. Где начало, где конец? Теоретиче ская риторика. Практика с Фаустом, малиновой книж кой. Цветущее дерево. Долг перед Альпами, эдельвей сами, железными дорогами, полями Франции, переле том по воздуху как по волнам, ковёр-самолет. Там где был дух в бутылке цветок. Афористичность бутылок грустна. Они как птицы-метафоры. Воображение бу тылки пустой из романса. Моя бутылка выброшена на помойку. Купленная в аэропорту, выпитая, выброшена.

Воскрешенная в третий день по п. А цветок? Мистиче ский цветок духа.

Аутотренинг, аутизм, аура. Случай и верность, точ ность. Сны. Умалчивание о главном, стремление к этой башне молчания. Исихазм. А пока не получается, пи шется кустом. Горящее, говорящее. Воздух, падение для тренировок, полет. Ныряние в струи. В воздушных потоках. Создание тканей из шелка, из воздуха, воды.

Девушки и пение. Ловкость их пальцев, ступней ног.

Игра в бисер. Анимизм, тотемы, третье лицо как в ин дейской грамматике. Гнездо кукушки. Путь в Удельную, версия письма, дорога. Где тот бывший суворовец. Тот летний. Маленькая гейша, лестницы, закат над крыша ми.

Продолжение другими средствами. Имя, губы, воло сы. Голое тело как правда. Предпосылка к истине, од на из ступеней. Точнее. Чистота и нежность. За ней может быть грубость, или раздражительность, от голо да, нелюбви. Цветы угасли, погребены под снегом. Ки тайский траур зимы. Слезы императора. Сухие ветки, камыши городских пустырей. Немыслимая неизъясни мая красота в воображении того, что может быть в со зерцании оставленного. Слезы из ваших глаз, ваше ве личество, пение соловья. Драгоценность камней, са моцветов. Магия слез. Отказ от мнимых богатств. Те ория и практика. Опять о цветущем дереве весной, не нашей, дальней. Но все же нашей. Цветущее для всех. Трепет притворный и настоящий. Свое-чужое, один шаг, нейтральная полоса. Выход с францужен кой Мирей на св. воздух после душного и наполнен ного дыханием людей как шар перед полетом. Воля случая, роза ветров. Падение в снег. Наивное, цветоч ки ожидания. Его мятеж после долгого терпения, дух устал бороться, нет, томиться без борьбы. Душный те атр. Болтаться без воздуха. А он мятежный хочет. Тео рия и практика желаний. Множественное и единствен ное число. Уровень ожидания. Расчеты, то что клубит ся внутри тебя как в огромном кино. Шар, готовый для жилья. Впусти кого-нибудь как самого себя. Вчерашнее кино, музыка к нему Олега Каравайчука. Поздновато её привели? Нет, как всегда в самое время.

*** Как в Дублине можно встретить Лебуркина, учителя русского языка и литературы, или Колю-куколку, Колю с Миллионной. Коля меня встретил у кафе на Конюшен ной, у входа, где я замечтался, глядя кому-то вслед.

Он спросил меня, почему не захожу, где пропадаю. Я ответил, что был в Финляндии. Этого оправдания бы ло достаточно. Он сказал, что идет за порошком, что у него живет сейчас мальчик. Красивый, но больной.

(Как раньше девушки, молодые, чахоточные с румян цем). У него сифилис. Я сказал, что зайду посмотреть.

Минут через тридцать-сорок договорились встретить ся у Коли на Миллионной. Пока зайду в мое кафе ря дом с аркой, проходной двор на Мойку. Кафе что та верна в порту. Бандиты, бомжи, порядочно одетые да мы, влюбленные. Уютное кафе. Нет, впрочем, ни бан дитов, ни бомжей, ни дам, а народ литературы, а точ нее русского киноромана, в поиске консенсуса. Про должение тотального эксперимента, письмо и съемка.

Шел я после лекции французского профессора, в неж ный час сумерек. У Коли на Миллионной был еще Ва ня-шофер, родом из прибалтийской или какой-то там дальней деревни, которому пообещали место шофе ра при строительной части, там и комнату. Будет во зить солдат в баню. Проснулся румяный черноволосый эфеб с телом гимнаста, в колиной рубашке. Манон Ле ско была юна и больна. Он работает в голубой Устри це, кафе-голубятне, гардеробщиком. Его там все хва тают, сказал Коля. Родом из Выборга. В коридоре Ко ля показал направление в кожную больницу на Восста ния. Диагноз по-латински: луис. Коля переводит на рус ский. Ваня что-то комментирует. Андрюша просыпает ся. Подают чай, едят кашу. Угощают меня, я вежливо отказываюсь, сыт, только что из кафе, не хочу смеши вать чай-кофе, еду домой. Книги на столе. Воспомина ния Щепкиной-Куперник. Марлен Дитрих. Ю.Мисима.

Confession d\'un masque. Книга на немецком непонят но о чем. Голос Шульженко о Гаване, голубке. Андрю ша говорит, что не отдается. Коля его хочет. А. не со гласен. Он похож на итальянского парня из кино. Юный гардеробщик. Яма Куприна. Армия любви. Слова про фессора о судьбе, которая не судьба.

Судьба юного гардеробщика, старомодная болезнь, американская (испанская), французская. Судьба или путешествие болезни как плода, картофеля на кора бле. Картофельные бунты. Родина болезни. История.

Знакомства с новыми русскими, он их в иномарках. Эв фемизм. Открытый текст. Легенда о детдоме. Номер четырнадцать. (Неверие и оставление надежд. Сти хи Верлена о надежде. Читал вчера, когда вернулся с Миллионной). Шел по Марсову полю, по аллее в сторо ну Гостинки. Ночь и свобода: французский лозунг. Че го-то не хватает, может быть братства. Б.-равенства.

Всюду шаманизм. В тех или других формах. Особенно в других. Обучение полетам в любую погоду, железные предметы, свечи, танцы, мех, кожа, св. болезнь с при падками в разной стадии. Лечение болезнью.

Провалы в черноту, полеты над бездной, огни. Гар дероб в Устрице, подавание одежд, обещание быть увезенным в Москву, знакомство с известным режиссе ром. Жалобы, дикие песни, Россия, Санкт-Петербург, гардероб. Бессознательное, сны офицера-переводчи ка. Страшный мир. Девушка из сумасшедшего дома, медсестра Серафима, дочь арапа и русской. Вадим, уроки французского с ним.

*** В гостях у Лены-художницы. Красные маки. В даль ней комнате лежит больной хозяин, неделю назад умерла жена, он вернулся на прежнюю квартиру, Ле на снимает в ней мастерскую. Рядом с ним художница М.Бошару. В большой комнате дети, Дин и Клим. Мы с Сережей пришли с мороза. Ждем Лену на кухне. Вы шел и хозяин, морской офицер в прошлом и настоя щем, в халате, исхудавший, не спавший и не евший.

Говорим об Африке, французах, русских офицерах.

Проводил Сережу до п. Остался. Золотая пыль.

Exercises de style. Сегодня вечером день рождения Глюкли. После университета пойду посмотреть. Дележ Сережи. Он как Польша. Французский язык и мы. Фран цуженка Мирей. Сад камней, башни, рвы. Поэзия про гулок и разговоров. Лишние слова. Выражение «без лишних слов». Слова, истории. Названия. Жак Превер.

Перо, топор, воздух. Другие стихии. Поэт и офицер, г.

Пушкин, казарма гусарского полка, морское училище.

Прошлое настоящее. Лежу и слушаю звон. Белые кол готки. В туалете рядом с зеркалом вырезка из журна ла, пока сушил руки, прочитал о женском б. смерти, о снайперах, бывших биатлонистках из Курляндии, Ли фляндии, Эстляндии. Стреляли в наших в Чечне. Па роксизм страсти.

Поздно вечером возвращались с Сережей домой улицей Достоевского. Церковь, метро. Читали Есени на. Стояли на остановке. Ели и спали. Перед сном не читали Идиота.

Мои волосы, исправленные Леной на портрете.

Фрак. Потеря кошелька на Театральной п. Потеря клю ча на седьмой Линии по дороге в У. Возвращался и искал. Глаза скользили по льду. Французский профес сор говорил о греках, императиве творчества. Совер шенство. Деление греков на свободных и остальных.

Слова, сказанные Мариной Б. о Блоке. Её желание по ехать в Африку, жить, работать. Разукрашивать ткани, создавать интерьеры. Муж-инженер, сестра в прави тельстве. Название кино. Болезнь от наших снегов, как в Африке сонная, со светобоязнью, как у актрис. Слов но плот или корабль, плывет крыша. Едет. Стремится в струях. Сумасшедший корабль. Рембо. Ожидание Ва дима, путешествие на летящей крыше. Сон-явь дет ства, на восьмой советской, плывут дома в окне. Засы паю.

Песня о цирке, кино. Клоуны Феллини. Шапито ме тро. Светлые поезда. Маяковка, Гостинка. Названия родные, как в Москве. Пречистенка, Остоженка, Яки манка.

Васильевский остров. Страна снегов и переулков, идем к университету. Первый завтрак, легкий, с другом.

Услуживаю (прислуживаю) как гейша в доме свиданий.

Даю денег. Разве гейши дают деньги? Гейши могут да вать и брать. Такой неписаный закон. Чтение у Лари сы из дневников Чайковского, обратная сторона музы ки. Хозяйки как фон Мекк не оказалось дома, чтобы согреться, лег под одеяло, сняв только бабочку, сло мав при этом черную металлическую штучку, был слег ка раздосадован от собственной неловкости и с таким чувством продолжал читать. Мое утешение (Вася Са пельников). Милый Вася. Дал (сумма марок). Снова:

дал столько-то денег. Человеческий писатель. Чело вечный. Гроссбух, эти дневники. Переводчик сна. Две три случайных фразы про театр. Тоска русских деву шек по Москве, если бы ее не было, то стоило бы вы думать, эту тоску.

*** Рок, фатальность, влечение ко сну. У Димы вечерин ка, посвященная дню влюбленных. За круглым столом, как в Декамероне во время чумы. Покупка бабочки в Гостином д., черной, корейской (страна Утренней про хлады) к моему черному фраку. Истратил деньги уче ницы, пятнадцать тысяч за урок с девушкой Машей.

Добавил своих, половину. С бабочкой в кармане по ехал в метро. Остановка Технологический и., димина квартира. Шел мимо цветов, купил шоколад для Вали.

Она не приехала. Зато приехало много гостей. Неиз вестные девушки, молодой человек с девушкой, ока залось потом с молодой ж., его женой, с трубкой, тот, что рассказывал про английский публичный дом в Со хо. Дым. Лебуркин стал рассказывать свои истории.

Оля. Про юношу из тайги, охотника по имени Рысев.

Намерение ехать жить с ним в тайгу. Знакомство в са натории на острове Кунашир, куда приехала с дедуш кой-полковником на отдых-лечение. Она ученица вы пускного класса. Их шалаш, наколка на плече солда та. Дедушка, узнав об этой истории, увез ее. Плыли по морю, она проплакала трое суток на полке.

Лебуркин, студент пединститута в Тирасполе, на глый, молодой, несколько копеек в кармане. Поездка в автобусе с девушкой-румынкой. Потом Дора Шварц ман показывает как в фильме свои секреты. Потом мо сковская женщина на жесткой постели, кричит ночью, он скидывает её на пол. Потом другая. Темные аллеи.

Потом крыша, пожарники, его снимают при помощи лестницы.

Рассказ о художнике, который прыгает на девушку, заподозренную в измене, она погибает. Падение от ревности. Любовь заставляет падать, залезать на кры шу. Приходиться вызывать пожарных, чтобы снимали с крыши. Кошки, голуби, город внизу. Человек с черным револьвером в парадной.

Сахарница летит в висок. Ножи и вилки на кухонном столе. Икона в прихожей. Римский офицер на коне.

Вадим помогает мне завязать бабочку. Его пальцы, моя шея, зеркало. Мой рассказ об Ане. Театральная площадь, набережная Мойки у Новой Голландии, ря дом с домом Ларисы, недалеко от места гибели стар ца. Я встретил Аню на вокзале после репетиций. Исто рии в троллейбусе. Белые ночи. Ест мороженое. Не возможно рассказать все эпизоды. Фильм Б.

Приходит Глюкля, знакомая незнакомая девушка с другом юности мятежной, скульптором с бородкой. Две девушки слушали мой рассказ до конца, т.е. до того са мого места, когда не стало хватать сил рассказывать.

Мой сбивчивый и путаный рассказ. Когда я сам уже на чал видеть картины и понимать. У Ани день рождения.

Это завтра. Пока Лебуркин ходит и мешает рассказы вать. Он уволился из школы и будет жить на содержа нии любимой жены. Как в Африке.

Глаза Вадима, его волосы, девушка рядом с ним, незнакомка, волонтерка, белые колготки, женский б.

смерти. Верность чеченской пули. Девушка из Кандим эна, уборщица-официантка. Стихотворение М.Ю.Л. о гяуре. Память детства. Где кровь чеченская текла.

Оля, утонченность гейш, руки нежные, чуть влажные от воздуха или воды. Фея в прихожей мне говорит о дуэли. Дуализм дуэли. Чехов, Куприн, Лермонтов. Де вушек так и тянет вверх и вниз. Закон девушек. Ради строчки, мелодии д. готова на все. Спросить у Вадима, что, по его мнению, главное. Что он имел в виду, гово ря о главном.

*** Персонаж, его траектории. Героиня. Идиот и Наста сья Ф. Вчерашнее кино, а как сегодняшнее, киноро ман пар экс. После дня св. Валентина, дня влюблен ных с надувными шарами. Собор, его отражение в ви трине цветов, ларьки с розами и орхидеями, как будто идешь мимо к музею из метро. Визит к гран-даме О.С., пожарная часть театра на месте Семеновского плаца, смерть Достоевского, воскресенье. Чудо на Семенов ском п. Театр юного зрителя. Памятник Грибоедову, ди пломату и человеку, п. Переписывание И ф. под другим названием. Коридор театра, золотой слон из Крошки Цахеса, бутафория театра. Греческий город (церковь вся в цветах, купола и небо), Содом и Гоморра, небес ные бури, огонь, вода, земля будто кинороман. Небес ная вода, целый океан воздуха, все стихии смешались.

Цветы земли. Музей Достоевского, темный зал, дети, подростки, я, иностранцы, я. Мы. Защитная реакция школьниц и школьников, смех. Третий ряд, первое ме сто, с краю, как у Художника последнего дня П. Пере писывание Содома и Гоморры, вернее путешествия из Содома в Г. Памяти философа Соловьева. Чтение кни ги, подаренной Ратмиром в Махачкале. Открытие фи лософа в воздухе.

Месть индейцев Америки, кровь просит мщения. По щада. Кинороман о последнем выстреле из пощады, из любви, дикой жалости. Встреча с Леной-писатель ницей в бироновых конюшнях, Мойка двенадцать, в за ле с люстрой, на последней квартире. Как в Греции.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.