авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |

«blic Disclosure Authorized Public Disclosure Authorized Public Disclosure Authorized Public Disclosure Authorized Москва ...»

-- [ Страница 4 ] --

67 По данным международной организации Transparency International, Рос сия в 2000 г. занимала 82 е место (рядом с Кенией) среди 90 стран мира по ин 52 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ Налоги на фонд оплаты труда. Как показывает международный опыт, налоги на фонд оплаты труда могут неблагоприятно влиять на равновесный уровень занятости. В России суммарная ставка отчислений — 36% от фонда оплаты труда — ниже, чем в странах Центральной и Восточной Европы, но выше, чем в большинстве стран ОЭСР68 (cм. рис. I.14). Данные по странам ОЭСР свидетельствуют о негативном воздействии, которое налоги на фонд оплаты труда оказывают на уровень безработицы (Daveri and Tabellini, 2000)69. Сокращение суммарной ставки налогов на 5% приводит к сокраще нию безработицы на 13% (или, например по другим данным, к сокращению безработицы на 7–8%) (Nickell and Layard, 1997). Данные по странам Цент ральной и Восточной Европы также свидетельствуют, что высокие налоги на фонд оплаты труда могут способствовать формированию более высокого равновесного уровня безработицы (Всемирный банк, 2001a, 2001b). В Рос сии, в условиях слабой системы обеспечения соблюдения законодательства об отчислении налогов с заработной платы (см. II и III главы) основными следствиями высоких налогов на фонд оплаты труда могут быть уклонение от их уплаты и рост неформального сектора экономики. По оценке Джонсо на и Кауфмана (Johnson and Kaufman, 1997), в России доля неформального сектора в ВВП выше, чем в любой из переходных экономик Центральной и Восточной Европы. Следовательно, сокращение налогов на фонд оплаты труда в России в среднесрочной перспективе (параллельно с повышением эффективности программ социального страхования) может привести к со кращению теневого сектора. А по мере выхода экономики из тени (при про чих равных условиях) низкие ставки налогов могут также способствовать снижению равновесного уровня безработицы.

дексу коррупции, разработанному этой организацией. А по индексу экономиче ской свободы, разработанному The Wall Street Journal и фондом «Heritage», Рос сии отводилось, 127 е место среди 155 стран, причем наиболее низкие рейтин ги ей были присвоены по таким показателям, как денежная политика, налоговая нагрузка, торговая политика и государственное регулирование. См.: сайты Transparency International и фонда «Heritage» в Интернете соответственно по ад ресам: http://www.transparency.org/documents/cpi/2000/cpi2000.html и http:// www.heritage.org/news/2000/nr110100indexoverview.html. (FIAS, 2000).

68 Из этой суммарной ставки 28% составляют взносы в пенсионный фонд, 3,6% — в фонд обязательного медицинского страхования и 4,4% — в фонд социального страхования. Предприятия также отчисляют за своих работников 13% подоходного налога. Таким образом, если начисленная заработная плата работника составляет 100 руб. в месяц, то на руки он (она) получит 56 руб., немного больше половины от установленного оклада;

36 руб. составляют отчисления с фонда оплаты труда, а 8 руб. — подоходный налог.

69 Теоретически влияние налогов, взимаемых с фонда оплаты труда, на рабочую силу и уровень заработной платы определяется относительной эластичностью спроса на рабочую силу и ее предложения. Поэтому фактический эффект этих налогов в любой стране требует эмпирического анализа.

ЗАНЯТОСТЬ: УРОВЕНЬ, СТРУКТУРА, ДВИЖЕНИЕ РАБОЧЕЙ СИЛЫ Заключение Данная глава посвящена анализу чувствительности совокупных показателей российского рынка труда и потоков рабочей силы к экономическим преобра зованиям. Авторы приходят к следующим основным выводам.

• Глубокий и затяжной экономический спад в России в период с 1990 по 1998 год привел к значительному сокращению занятости и росту доли экономически неактивного населения (особенно самостоятельно заня тых в сельском хозяйстве) и уровня безработицы. Наибольшее сокраще ние экономической активности наблюдалось в самой молодой и самой старшей возрастных группах. Восстановление экономики в последние годы развернуло эти тенденции в обратную сторону: уровень занятости вырос, возвращая к трудовой жизни и безработных, и экономически не активное население.

• Темпы роста занятости в последние годы значительно отставали от тем пов роста выпуска продукции (как и в странах Центральной и Восточной Европы). Занятость в России сохраняется на значительно более низком уровне, чем в странах ОЭСР, что свидетельствует о том, что существенная доля населения остается экономически неактивной. Несмотря на зафик сированное в последнее время снижение, уровень и продолжительность безработицы не могут считаться низкими по сравнению со странами ОЭСР. При этом сохраняется значительная дифференциация в регио нальных уровнях безработицы (выше, чем, например, в Польше и Сло вацкой Республике).

• В результате экономического роста последних лет выросла производи тельность труда. Вместо активизации найма новых работников работо датели произвели перераспределение имеющейся рабочей силы. Одна ко значительное снижение производительности труда в России за минувшее десятилетие обусловило серьезное отставание России в этом отношении от стран Центральной и Восточной Европы. Основная при чина снижения производительности труда в переходный период — тру доизбыточность предприятий несмотря на сокращение выпуска продук ции, явившаяся следствием слабости стимулов к высвобождению работников у администраций предприятий. Большинство имеющихся данных свидетельствует о том, что адаптация за счет изменения продол жительности рабочего времени или вторичной занятости действитель но имела место, но она была не столь значительной, как можно было бы предположить, судя по изменениям уровня первичной занятости. Не смотря на сокращение масштабов трудоизбыточности за минувшее де сятилетие, продолжение существования этой практики с очевидностью проявляется в незначительном росте занятости по отношению к росту производства в последние годы.

• Несмотря на спад в российской экономике, в стране все же проводились структурные реформы. Столкнувшись с необходимостью сокращения 54 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ затрат в условиях сокращения объемов производства, предприятия вы свобождали рабочую силу, и это подтверждается упомянутым выше рос том безработицы. После 1991 г. возросла интенсивность перемещений рабочей силы и произошли существенные изменения в профессиональ ной и отраслевой структуре занятости с движением в сторону рыночной экономики. Рост частного сектора способствовал этим перемещениям, а экономический рост последних лет ускорил их.

• С учетом того, что рост реального уровня заработной платы и произво дительности труда начался с очень низкого исходного уровня, России потребуется достичь значительных темпов роста для преодоления от ставания по этим показателям от активно реформируемых экономик Центральной и Восточной Европы. Для выполнения этой сложной зада чи нужно будет обеспечить развитие экономики преимущественно за счет роста частного сектора. Доля частного сектора в общей численнос ти занятых все еще не достаточно высока, а масштабы истинного пред принимательства ограничены. Показатели создания рабочих мест в про изводственной сфере несколько выросли в 1990 е годы, но остаются существенно ниже показателей стран ОЭСР и стран с переходной эконо микой с высоким уровнем доходов. Это может являться отражением ба рьеров на пути создания новых предприятий, таких как ограниченные возможности привлечения средств для открытия нового дела, отсутствие определения прав собственности, высокие размеры платы за лицензиро вание и иных сборов, высокие налоги на фонд оплаты труда, несоблюде ние принципа господства права. Устранение этих сдерживающих факто ров будет иметь решающее значение для достижения устойчивого экономического роста.

• Для сокращения уровня безработицы, ее длительности, а также диффе ренциации ее региональных уровней важно уделить внимание структур ным факторам, препятствующим сбалансированности предложения ра бочей силы и спроса на нее. К этим факторам относятся следующие.

а) Диспропорции в профессиональной структуре занятых. Самые высокие уровни безработицы наблюдаются среди работников старшего возраста с низким уровнем образования и устаревшими профессиональными навы ками. В этих же категориях отмечается и самая большая продолжительность безработицы.

б) Территориальная несбалансированность. Регионы с высокими показателя ми безработицы сосредоточены в Восточной и Западной Сибири и на Се верном Кавказе. Для них характерны низкий уровень расходов на душу на селения, высокий уровень бедности, высокая рождаемость и большая доля промышленного производства в ВВП. Высокие показатели безработицы в этих регионах могут еще больше вырасти (в краткосрочной перспективе) при расширении структурных реформ в экономике. Данные о масштабах региональной мобильности имеют неоднозначный характер и требуют до ЗАНЯТОСТЬ: УРОВЕНЬ, СТРУКТУРА, ДВИЖЕНИЕ РАБОЧЕЙ СИЛЫ полнительного изучения, но результаты последних исследований позволя ют предположить, что межрегиональные потоки рабочей силы могут быть ограниченными из за недостатка на рынке доступного жилья. Для сглажива ния этих диспропорций структурного характера потребуется уделить боль шое внимание активным и пассивным программам занятости и факторам, которые могут препятствовать региональной мобильности рабочей силы.

Для полноты картины российского рынка труда в следующей главе рассма триваются вопросы структуры оплаты труда.

Глава II Заработная плата: структура, неустойчивость, неравенство Предыдущая глава посвящена оценке адаптации занятости в России. В допол нение к этой теме в данной главе подробно рассматриваются вопросы цены труда и стимулов, существующих на рынке труда. Авторы задаются следующи ми вопросами: определяется ли уровень оплаты труда в России все в большей мере рыночными силами? Сохраняется ли влияние нерыночных факторов на уровень заработной платы и разброс в уровнях оплаты труда? Какие категории работников выиграли в большей мере, а какие проиграли в ходе приспособи тельной реакции заработной платы? Ответы на эти вопросы также в некоторой степени проливают свет на характер гибкости российского рынка труда и поз воляют понять, происходили ли в России на протяжении минувшего десятиле тия структурные преобразования.

А. Уровень заработной платы и тенденции ее изменения Реальный уровень заработной платы. Как отмечалось в предыдущей главе, при оценке уровня заработной платы в России требуется осторожный подход, и по многим причинам. Повторим вкратце, что официальные данные могут быть завышенными по отношению к фактически полученной заработной пла те из за ее задержек и принудительной выплаты заработной платы товарами.

С другой стороны, эти данные могут быть заниженными, так как предприятия научились искусно скрывать фактическую заработную плату от налоговых ор ганов (скрытая оплата труда, по оценкам Госкомстата, составляет порядка 20%).

Кроме того, при оценке уровня заработной платы не принимаются в расчет из менения в наличии потребительских товаров.

Это нужно иметь в виду, анализируя динамику реального уровня средней за работной платы, которая показана на рис. II.170. Траектория реальной заработ ной платы отражает некоторые важные аспекты приспособления рынка труда на агрегированном уровне, включая значимые макроэкономические события в России в переходный период. Сначала она показывает значительное повыше ние заработной платы вплоть до «большого взрыва» — либерализации цен в ян варе 1992 г., за которым сразу же последовало «обвальное» падение заработной 70 На рис. II.1 представлен помесячный временной ряд реальной заработной платы, дефлированной по индексу потребительских цен. Отчетливо видны пики в декабре каждого года — месяце, когда обычно выплачиваются премии.

58 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ Рисунок II.1. Реальная начисленная заработная плата, дефлированная по индексу потребительских цен, 1991–2001 гг.

(январь 1991 г. = 100) Источник: Russian Economic Trends and Goskomstat (2001a).

платы одновременно со скачком цен. Затем идет относительно стабильный пе риод, продолжавшийся почти до конца 1994 г., а за ним — второе резкое паде ние, связанное со всплеском инфляции после финансового кризиса в конце 1994 г. С начала 1995 г. реальная заработная плата проявляет тенденцию к по степенному повышению, которое продолжается до июля 1998 г., а осенью 1998 г. происходит очередной «провал» — еще ниже исходного уровня. С янва ря 1999 г. по январь 2001 г. заработная плата вновь значительно выросла, хотя на этот раз рост начался с небывало низкого уровня. С учетом этого кумулятив ный рост заработной платы в России в 1999 г. превысил показатели в странах Центральной и Восточной Европы с высоким уровнем доходов.

Представленный здесь продолжительный временной ряд позволяет в более чет ком ракурсе увидеть некоторые имеющие отношение к уровню заработной платы драматические события, которые часто являются предметом дискуссий. С 1990 по 2000 г. реальная заработная плата упала почти на 70% в суммарном выражении — го раздо больше, чем во многих странах Центральной и Восточной Европы (см. табл.

AI.2). В то же время это падение не было монотонным. Обвал реальной заработной платы в начале 1992 г. представляется гораздо менее драматичным при сравнении с уровнем начала 1991 г., нежели его конца. Повышение реальной заработной платы после кризиса 1998 г., о котором иногда говорят как о признаке начавшейся в Рос сии подлинной реструктуризации, также видится в другом ракурсе. Как видно из рис. II.1, это был не первый период повышения реальной заработной платы, а уро ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО вень, достигнутый к январю 2001 г., не превысил отметок, зафиксированных в тече ние трех лет, предшествовавших августовскому кризису 1998 г. Периоды стабильно го реального уровня оплаты труда или его постепенного повышения можно интер претировать как отражение медленного приспособления номинальной заработной платы к ценовым шокам января 1992 г., конца 1994 г. и конца 1998 г. Хотя в периоды всплесков инфляции номинальная заработная плата действительно значительно выросла, она все же отставала от роста цен, и довольно существенно. Как отмечалось в предыдущей главе, падение реального уровня заработной платы было более глубо ким и более затяжным, чем в странах с переходной экономикой Центральной и Вос точной Европы. Падение реальной заработной платы привело к снижению доходов домохозяйств и изменению структуры этих доходов. Доля оплаты труда в доходах снизилась: к 1998 г. она составляла всего лишь 40% от общих доходов домохозяйств, что гораздо меньше, чем во многих странах Центральной и Восточной Европы и ОЭСР. Возросла доля доходов от самозанятости, что согласуется с ростом роли под собного сельского хозяйства как основного и вторичного видов деятельности рос сийских граждан (Всемирный банк, 2000а). Каковы причины такого сильного паде ния реальной заработной платы? Оно объясняется значительным сокращением объема выпуска продукции и снижением производительности труда, а также высо кими темпами инфляции в течение минувшего десятилетия. С другой стороны, это явление также могло быть результатом слабости системы обеспечения соблюдения трудового законодательства и отсутствия эффективных институтов, обеспечиваю щих право голоса работников71. Но это — тема следующей главы, где подробно рас сматриваются институты рынка труда.

Какие категории граждан выиграли, а какие проиграли в заработной плате в процессе серьезных колебаний в российской экономике в 1990 е годы? В таб лице АII.172 приводятся данные о среднем и стандартном отклонении заработ ной платы, рассчитанные по данным RLMS о реальном уровне средней заработ ной платы, дефлированной по индексу потребительских цен, для различных групп населения, причем отдельно даются данные по фактически полученной зарплате и условно начисленной в соответствии с контрактом. По всем груп пам видно значительное и преимущественно монотонное сокращение в пери од с 1994 по 1998 г. и повышение после 1998 г. Благодаря сокращению величи ны задолженности по заработной плате (см. далее) фактически полученная заработная плата возросла в гораздо большей степени, чем начисленная.

Из табл. II.1 также видно, что хотя от восстановления экономики после кризи са 1998 г. выиграли все категории работников, относительный выигрыш в оплате труда по различным социально экономическим группам не был одинаковым. Ре альная заработная плата в абсолютном выражении возросла в большей степени у работников с высоким уровнем образования, работающих в городах и в част ном секторе. У работников старшего возраста с относительно низким уровнем образования, проживающих в сельских районах и занятых в сельском хозяйстве, 71 Здесь не идет речь о том, что применение ограничительного законодатель ства, возможно, имело иные отрицательные последствия, так как оно также огра ничивало возможности приспособления рабочей силы и занятости.

72 Таблицы, нумерованные с префиксом AII, приводятся в Приложении II.

60 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ Таблица II.1. Изменение реальной заработной платы по характеристикам предприятий и работников 1998–2000 гг.

Характеристики Среднее Стандартное Характеристики Среднее Стандартное работников отклонение предприятий отклонение Все [N=2474] 0,172 0,541 Село 0,123 0, Женщины 0,146 0,526 Город 0,191 0, Мужчины 0,204 0,559 Отрасль [N=2458] Возраст, лет Промышленность 0,264 0, 15–24 0,328 0,662 Сельское хозяйство 0,013 0, 25–34 0,201 0,558 транспорт/ строительство 0,208 0, 35–44 0,173 0,534 Обслуживание населения 0,109 0, 45–54 0.147 0,507 Другие услуги 0,229 0, 55–72 0,097 0,539 Среднесписочная численность работников [N=1938] Образование 26 0,170 0, Начальное 0,068 0,559 26–100 0,118 0, Среднее общее 0,186 0,541 101–500 0,186 0, Начальное 0,186 0,583 500 0,240 0, профессиональное Среднее 0,184 0,527 Форма собственности профессиональное [N=2186] Высшее 0,176 0,520 Государственная 0,142 0, Смена места работы Смешанная 0,238 0, Сохранившие 0,148 0,502 Российская частная 0,212 0, работу Поменявшие работу 0,313 0,710 Иностранная 0,374 0, Примечание. Выборка ограничена работниками в возрасте 17–72 лет. Изменения в реальной заработной плате в период 1998–2000 гг. рассчитаны как разность логарифмов основной месячной заработной платы, дефлированной по общероссийскому индексу потребительских цен. Данные о характеристиках предприятий и работников взяты за 2000 г.

Источник: Расчет по данным RLMS.

заработная плата в абсолютном выражении практически не увеличилась. Однако исходный уровень 1998 г. был настолько низким, что все категории работников по прежнему находятся в худшем положении, чем в любой год из предыдущих.

Дифференциация в уровне оплаты труда. В большинстве стран с раз витой рыночной экономикой различия в уровнях заработной платы определя ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО Таблица II.2. Расчет простых функций заработка. Данные RLMS за 1992–2000 гг. (женщины) 1992 1994 1996 1998 2000 1998 1 2 3 4 5 6 Логарифм продолжительности 0,381 0,163 0,241 0,355 0,349* 0,527* 0,579* обычной рабочей недели Образование (кол во лет) 0,038* 0,074* 0,056* 0,077* 0,076* 0,085* 0,090* Опыт работы 0,026* 0,020* 0,020* 0,031* 0,039* 0,030* 0,036* Опыт работы, возведенный в 0,052* 0,037* 0,046* 0,064* 0,085* 0,063* 0,072* квадрат Постоянная 3,160* 9,875* 10,858* 3,167* 3,816* 2,260* 2,463* N 3133 1968 1693 1664 1737 1915 0,303 0,267 0,331 0,307 0,294 0,419 0, R Примечания. * — значимая величина при уровне 1%. Выборка ограничена наемными работника ми в возрасте 15–72 лет. В колонках (1)–(5) EXP измеряется как потенциальный опыт на рынке труда (возраст минус годы образования минус 6). В колонке (1) в качестве зависимой перемен ной взят логарифм месячной заработной платы, полученной на руки в предыдущем месяце.

Включены 16 региональных фиктивных переменных. В колонках (2)–(5) в качестве зависимой переменной взят логарифм месячной заработной платы, условно начисленной в соответствии с договором. Начисленная месячная заработная плата рассчитывается по методологии, предлага емой в работе Эрля и Сабирияновой (Earle and Sabirianova, 2000). В колонках (6)–(7) EXP измеря ется как фактический опыт на рынке труда (данные о фактическом опыте на рынке труда имеют ся с 1998 г.), а в качестве зависимой переменной взята обычная месячная заработная плата. Вклю чаются 38 региональных фиктивных переменных, которые здесь не показаны.

Источник: Расчеты по данным RLMS.

ются уровнем профессиональной квалификации, опытом работы, отраслью за нятости и гендерной принадлежностью. Рассмотрим факторы, определяющие заработную плату в России.

Образование. Растет ли экономическая отдача от образования и как она от ражается на уровне заработной платы? Эмпирические данные по результатам мониторинга Всероссийского центра исследований общественного мнения (ВЦИОМ), показывают, что до начала экономических реформ отдача от обра зования была довольно скромной: в 1991 г. она составила 3,1% у мужчин и 5,4% у женщин (Brainerd, 1998). Эти результаты в целом совпадают с оценками по ре зультатам первых циклов RLMS в 1992 г. Из табл. AII.3 видно, что в первый год ре форм отдача от дополнительных лет образования составляла 3,8% у женщин и 3,4% у мужчин. Отдача от опыта работы находилась на уровне примерно 2,4% (см. также табл. II.2).

После распада Советского Союза и рыночной либерализации в бывших странах с централизованной экономикой был проведен целый ряд исследова ний на тему ценности человеческого капитала в период перехода к рыночной экономике. Проверялись две противоположные гипотезы: сторонники одной 62 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ утверждали, что рыночная либерализация и снятие ограничений при установ лении размера оплаты труда должны поставить в более выгодное положение людей с высоким уровнем образования, а сторонники другой считали, что ква лификация и опыт, приобретенные при предыдущей системе, в новых рыноч ных условиях утрачивают актуальность. Такое обесценивание человеческого капитала может привести к снижению его отдачи.

Обзор многочисленных исследований на эту тему позволяет заключить, что в переходный период отдача от образования возросла (Svejnar, 1999). Оценки увеличения доходности человеческого капитала в России в переходный пери од, представленные в табл. АII.4, укладываются в общую картину, которая на блюдается в других странах, прошедших через экономику централизованного планирования. Эмпирические данные показывают, что в России средний уро вень отдачи от образования вырос и составил 8–9% от общего повышения ре альных заработков за каждый дополнительный год образования при неизмен ности продолжительности рабочего времени, опыта работы и места жительства. (См. расчетные данные об увеличении отдачи от образования у женщин в табл. II.2.) Эти результаты подтверждают верность гипотезы о положительном воз действии рыночной либерализации на уровень отдачи от образования, осо бенно у работников с высшим образованием. Наряду с низким уровнем безра ботицы среди работников с высшим образованием эти результаты также демонстрируют важность вложения средств в образование в России. При этом авторы отмечают, что следует обратить внимание на колебания в уровне отда чи от образования, которые наблюдаются в определенные периоды времени, а также по отдельным его видам, например, по профессионально техническому.

Причины этого, включая изменения в структуре рабочей силы, обесценивание некоторых профессиональных навыков, а также сокращение спроса на специ алистов узкой квалификации, получивших образование в предыдущей систе ме, рассматриваются в работе Нестеровой и Сабириановой (1998). Еще одна проблема, а именно неудовлетворительное измерение заработной платы в связи с большим объемом задолженности по ней, рассматривается в работе Эрля и Сабириановой (Earle and Sabirianova, готовится к изданию).

Гендерный разрыв. Расчет функций заработков (которые не отражены в рассматриваемых таблицах) показывает, что в переходный период гендер ный разрыв в уровне оплаты труда увеличился и составил 44,9% в 1998 г. про тив 32,5% в 1992 г. С другой стороны, после введения поправки на профессию и отрасль гендерный разрыв в уровне заработной платы сокращается. В табл.

II.4 приводятся результаты оценки по более подробной спецификации, вклю чая стаж работы на предприятии, форму собственности предприятия и время его учреждения. В этих спецификациях гендерный разрыв находится при мерно на одинаковом уровне — около 45%, а отдача от образования и опыта работы схожа с показателями в табл. II.3.

Профессионально квалификационные группы. Отрасли. Различия в уровне оплаты труда по профессиональным группам и отраслям экономики, оценка ко торых представлена в табл. II.4, также довольно значительны. По этим оценкам, ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО высокооплачиваемую категорию составляют должностные лица и руководящие работники, а низкооплачиваемую — конторские служащие, обслуживающий персонал и неквалифицированные рабочие. Что касается дифференциации между отраслями, то самый высокий уровень заработной платы — в топливной отрасли, а самый низкий — в сельском хозяйстве, здравоохранении, системе со циального обеспечения.

Форма собственности предприятия. Результаты оценки различий в оплате труда в зависимости от формы собственности предприятия показывают, что уровень заработной платы работников на предприятиях, находящихся в иност ранной собственности, значительно вырос и превышает оплату труда на госу дарственных предприятиях более чем на 50%. Российские частные предприятия и предприятия смешанной формы собственности платят своим работникам примерно на 20% больше, чем государственные предприятия. Превышение уровня заработной платы на новых предприятиях (к ним в Докладе относятся те, которые были созданы после 1987 г.) над оплатой труда на государственных предприятиях колеблется по годам, а также в зависимости используемых в оцен ках определений. Так, в 2000 г. это превышение составило свыше 20% при оцен ке по начисленной заработной плате в соответствии с договором и всего лишь 12,6% — при измерении «обычной» месячной заработной платы, указанной оп рошенными.

Кларк и Кабалина (Clarke, and Kabalina, 2000) также приходят к выводу, что оплата труда в частном секторе выше, чем на государственных или приватизиро ванных предприятиях. Заработки опрошенных работников, занятых в новом ча стном секторе, в среднем на 40% превышают заработную плату работающих на ранее созданных предприятиях73. Даже после введения поправки на индивиду альные характеристики разрыв в уровне оплаты труда составляет 20–25%. Прове денный этими исследователями анализ свидетельствует, что работники с боль шим запасом человеческого капитала (возраст наивысшей трудовой активности, высокий уровень образования, опыт работы в административно управленческом аппарате) в наибольшей степени выигрывают в заработной плате, работая в част ном секторе. А поскольку работники с такими характеристиками обычно имеют зарплату выше среднего уровня в любом секторе, то и дифференциация в уров нях оплаты труда на предприятиях нового частного сектора самая большая.

Стаж работы на предприятии. Значение стажа работы на предприя тии, по всей видимости, возрастало в период с 1995 по 1998 г., а затем не сколько снизилось в 2000 г. Весьма низкие показатели, которые отмечаются в 1995 г., согласуются с результатами других исследований (Flanagan, 1995;

Chase, 1998), свидетельствующих, что с учетом потрясений переходного пе риода стаж работы на предприятии, накопленный в социалистические вре мена, ценился мало. Возрастание роли стажа работы, продолжавшееся до 1998 г., позволяет предположить, что шел процесс возвращения к нормаль 73 Оценка основана на результатах обследования 4000 домохозяйств в Сама ре, Кемерове, Люберцах и Сыктывкаре, проведенного Институтом сравнитель ных исследований трудовых отношений (ИСИТО) в 1998 г.

64 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ ным показателям, а обратная тенденция в период с 1998 по 2000 г. подразу мевает, что снижение отдачи от стажа работы могло быть одним из послед ствий кризиса 1998 г.

Опыт работы. Из табл. II.4 также видно, что влияние опыта работы на раз мер заработков в России, которое в период с 1992 по 2000 г. сначала снижалось, а затем несколько возросло и было довольно незначительным по сравнению с уровнем, который характерен, согласно имеющимся данным, для стран с раз витой рыночной экономикой. Этот незначительный эффект опыта работы мог быть результатом меняющегося характера российской экономики, в которой больше ценятся молодые, более мобильные, энергичные и легче адаптирующи еся работники. У мужчин отдача от опыта работы, постепенно снижаясь начи ная с 1992 г., достигла нулевой отметки к 1996 г. Данные за 1998 г. свидетельст вуют, однако, что накопление нового опыта и специфического человеческого капитала в условиях рыночной экономики начинает окупаться.

Подводя итоги по вопросам человеческого капитала, отметим следующие важные факты. Переходный период в России способствовал росту отдачи от образования, особенно в частном секторе, и от вновь приобретенного опыта работы в условиях рыночной экономики, но при этом негативно сказался на отдаче от опыта работы, накопленного в прошлом.

Затраты на рабочую силу. В табл. АII.5 приводятся некоторые оценки отно сительных затрат на рабочую силу по отраслям и предприятиям различных форм собственности, выполненные Госкомстатом (1999c). В таблицах показана почасо вая и месячная заработная плата, а также соотношение между уровнями оплаты труда на негосударственных и государственных предприятиях по отраслям. Эти оценки, которые согласуются с данными RLMS, показывают, что самый высокий уровень оплаты труда наблюдался в энергетике, топливной отрасли, цветной ме таллургии, а самый низкий — в текстильной и пищевой промышленности и обще ственном питании.

По этим данным, в большинстве отраслей работники негосу дарственных предприятий получали значительно большую зарплату, чем работники государственных предприятий, причем наибольшая дифференциация в уровне оплаты труда между государственным и негосударственным секторами наблюдалась в топливной, деревообрабатывающей, целлюлозно бумажной и текс тильной отраслях, в связи и сфере других услуг. Однако в некоторых отраслях, со гласно этим данным, заработная плата на негосударственных предприятиях была ниже, чем на государственных, например, в химической, машиностроительной, от расли стройматериалов, торговле и финансах. Особое беспокойство вызывают две последние категории: возможно, разница объясняется (или даже перекрывается) скрытой оплатой труда.

Б. Неденежные формы компенсации работников Социальные льготы и услуги. Для понимания динамики заработной платы и компенсации работников важно осознавать ту большую роль, которую и в социалистический, и в переходный периоды играли социальные льготы и га ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО Таблица II.3. Предоставление социальных льгот (по виду льгот), 1990 1998 гг. (доля в общем числе предприятий) Вид льгот 1990 1994 Земельные участки или услуги по обработке почвы 37,5 30,5 19, Субсидии на покупку или ремонт жилья 35,0 29,5 20, Строительство жилья для работников 45,0 34,0 18, Собственная продукция предприятия 24,5 22,0 20, Продовольствие, не производимое на предприятии 28,5 25,0 15, Другие товары, не производимые на предприятии 11,5 9,5 7, Питание во время работы или компенсация расходов на 54,5 50,0 41, питание Субсидии для работников по оплате коммунальных услуг 20,5 18,5 14, Медицинское обслуживание или собственные 63.5 62,5 55, поликлиники Услуги по организации отпуска 62,0 56,0 43, Профессиональное обучение 78,0 70,5 59, Детские сады 66,0 54,5 32, Культурно бытовое обслуживание 56,0 45,0 27, Другие льготы 22,4 20,0 19, Среднее число льгот и услуг 6,3 5,5 4, Примечание. Выборка сопоставима по годам (N = 200).

Источник: Результаты обследования «Преобразование предприятия изнутри», приведенные в работе Билецкого и др. (1999).

рантии74. Предоставление предприятиями социальных льгот, таких, как обес печение жильем, медицинское обслуживание, детские сады, организация от дыха и т.д., привлекло большое внимание западных экономистов (см. Com mander and Jackman, 1993), которые считают, что эта форма компенсации является препятствием на пути структурных преобразований. Хотя закон обя зывает приватизированные предприятия передавать объекты жилищной и ме дицинской сферы в ведение местных администраций, по мнению аналитиков, на практике передача осуществилась не в полном объеме в связи с тем, что ме стные администрации не имеют достаточных возможностей, чтобы принять эти объекты на свой баланс.

Точный объем социальных льгот трудно оценить в количественном выра жении, но в табл. АII.6 приводится структура общих затрат на рабочую силу по оценке Госкомстата (1999c), основанной на результатах обследования пред 74 См. подборку работ по этой теме в работе Rein, Friedman and Woergoetter (1997).

66 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ приятий. Из таблицы видно, что в 1995–1998 гг. (т.е. сразу после приватизации предприятий) доля затрат на денежную оплату труда выросла, а расходы по обеспечению жильем и на культурно бытовое обслуживание сократились. Рас ходы на социальные взносы, т.е. обязательные отчисления в государственные социальные фонды примерно одинаковы по отраслям. А доля расходов на со циальные льготы варьируется весьма значительно, причем более высокие пока затели затрат на обеспечение жильем отмечаются в промышленности, и осо бенно в цветной металлургии. Эти данные свидетельствуют о весьма значительных масштабах передачи объектов социальной сферы и реструкту ризации.

Более подробные данные, которые по большей части согласуются с агреги рованными показателями, базируются на результатах другого обследования промышленных предприятий (см. табл. II.3). В этой таблице отражены измене ния в 1990 х годах доли предприятий, предоставляющих социальные льготы, по каждому виду льгот. Из таблицы видно, что произошло сокращение почти по каждому виду льгот, но при этом ни один не исчез полностью. Наибольшее со кращение зафиксировано по «другим товарам, не производимым на предприя тии»75. В 1998 г. услуги по медицинскому обслуживанию и профессиональному обучению работников по прежнему предоставлялись более чем на половине промышленных предприятий, включенных в выборку. Наибольшее сокраще ние зафиксировано по строительству жилья, детским садам и культурно быто вому обслуживанию. Эти данные также отражают, с одной стороны, значитель ные масштабы реструктуризации, а с другой — определенную инерционность в поведении предприятий.

Последние данные в нашем анализе основаны на ответах на вопросы, кото рые впервые задавались в ходе RLMS в 2000 г. в целях оценки ситуации на тот период. Весьма интересно, что результаты наблюдения (см. табл. AII.7) демонст рируют четкую взаимосвязь между вероятностью предоставления льгот и раз мерами предприятия: все виды льгот гораздо чаще получали работники круп ных предприятий. Доли опрошенных работников, сообщивших в ходе RLMS, что они получали все виды льгот, оказались гораздо ниже по сравнению с оцен кой исходя из доли предприятий, сообщивших о том, что они предоставляли эти льготы. Это можно объяснить тем, что выборка обследования была ограни чена предприятиями обрабатывающей промышленности, где размеры пред приятий больше и объем льгот, вероятно, выше, а также тем, что льготы на пред приятии могут распространяться не на всех его работников.

Подытоживая, отметим, что в 1990 е годы в России наблюдалась интенсивная динамика изменения структуры заработной платы и компенсации работников.

После 1998 г. продолжилась тенденция к повышению вознаграждения за накоп ленный человеческий капитал, особенно образование. При этом отдача от про 75 Необходимо отметить, что дополнительные льготы являются частью контрактной компенсации работников и их нельзя путать с принудительной выплатой заработной платы товарами. Последняя практика рассматривается далее (раздел VI).

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО Рисунок II.2. Задолженность по заработной плате в реальном выражении, 1990–2000 гг. (март 1992 г. = 100%) Источник: Госкомстат (2000b).

фессионально технического образования была, по всей видимости, небольшой и с началом экономического роста сколько нибудь существенно не выросла. В то время как стаж работы на предприятии в социалистическую эпоху и накоплен ный в прошлом опыт работы ценятся невысоко, опыт работы, приобретенный в последнее время, по видимому, окупается. Идет процесс изменения структуры оплаты труда с отказом от практики социальных льгот и сдвигом в сторону де нежной формы компенсации работников. Однако тот факт, что льготы предо ставляются в неденежной форме, затрудняет определение их стоимости и, следо вательно, оценку доли льгот в общей компенсации (с точки зрения работника).

Тем не менее дополнительные льготы и услуги по прежнему играют важную роль и преимущественно сосредоточены на крупных предприятиях.

Задержки заработной платы. Выплата заработной платы товарами.

Одна из специфических особенностей российского рынка труда в переходный период — это практика задержек заработной платы и принудительных бартер ных расчетов, которая практически не известна в странах с развитой экономи 68 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ кой. В обоих случаях работникам отказывают в своевременной выплате зара ботной платы в денежной форме: предприятия либо задерживают заработную плату, либо предлагают работникам на выбор невыплату или натуральную выда чу — товарами собственного производства или приобретенными в порядке бар терных взаиморасчетов с другими предприятиями. В исследованиях, посвящен ных российскому рынку труда, такая практика обычно рассматривается как способ, к которому предприятия прибегают для сокращения затрат на оплату труда. Как и в других странах с переходной экономикой, в результате мощных потрясений последних лет на товарных рынках и рынке факторов производст ва российские предприятия оказались перед необходимостью сокращения объ емов производства и затрат76.

Задержки заработной платы могут быть особенно эффективным способом сокращения затрат в условиях высокой инфляции. Эта практика даже удостои лась похвалы — явной или подразумеваемой — со стороны некоторых исследо вателей за ту роль, которую она сыграла в России в сдерживании высвобожде ний рабочей силы и поддержании безработицы на низком уровне. При этом они отталкивались от стандартной модели, в которой определенная степень жесткости в оплате труда считается причиной вынужденной безработицы. На пример, Лэйард и Рихтер (Layard and Richter, 1995) представляют задержки за работной платы как проявление «гибкости в оплате труда… которая объясняет ся готовностью работников соглашаться на сокращение заработной платы, чтобы сохранить за собой рабочие места». В обзоре российской экономики ОЭСР за 1995 г. с одобрением отмечается «замечательная гибкость… в реальной заработной плате» и использование механизма «задержек заработной платы… для финансирования избыточной рабочей силы»77.

Такой ход рассуждения в какой то мере дает ответ на вопрос, почему рос сийские предприятия в качестве приспособительного механизма предпочли сокращение заработной платы высвобождению своих работников, но не про ясняет, почему так много российских работодателей предпочли практику за держек заработной платы и выплат в натуральной форме. А это важный вопрос, поскольку, несмотря на то что задержки, безусловно, подразумевают сокраще ние эффективной реальной заработной платы, они существенно отличаются от снижения ставок в нескольких отношениях как концептуально, так и факти чески. Прежде всего, задержки предполагают неопределенность сроков и раз меров возможной выплаты, и эта неопределенность может иметь еще более се 76 Необходимость сокращения затрат на рабочую силу была особенно острой с учетом изначальной, т.е. дореформенной трудоизбыточности промышленных предприятий. См. анализ в работе (Commander, McHale and Y emtsov, 1995). Более подробно о советском рынке труда см. работу Граника (Granick, 1987).

77 В некоторых работах (Desai and Idson (2000), Gimpelson (1998) и Lehmann, Wadsworth and Acquisti (1999)) несвоевременные выплаты также рассматрива ются с точки зрения приспособления заработной платы. Брейнерд (Brainerd, 1998) исследует динамику структуры оплаты труда в России с 1991 по 1994 г., но не затрагивает проблему задолженности по заработной плате, хотя к 1994 г. ве личина задолженности была уже довольно значительной.

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО рьезные последствия с точки зрения материального благосостояния, чем про стое снижение эффективной реальной заработной платы. Стоимость товаров, выданных вместо заработной платы, также неопределенна, так как работникам часто приходится продавать их с рук. Кроме того, и задержки, и бартерные рас четы подразумевают нарушение трудового договора, а не формальный пере смотр его условий, что может подорвать веру населения в главенство закона в условиях перехода к рыночной экономике. Более того, с точки зрения побуж дения работников к добровольному уходу несвоевременные выплаты теорети чески могут иметь иные последствия, нежели простое снижение ставок, но на этом вопросе мы подробнее остановимся далее.

Случайные эмпирические наблюдения также говорят о том, что несвое временные выплаты и бартерные расчеты отличаются от снижения ставок заработной платы. Во первых, российские работники воспринимают за держки заработной платы иначе, чем ее простое сокращение, что подтверж дается, например, тем, что в опросах общественного мнения они оценива ют задержки как гораздо более серьезную социальную проблему, чем низкий уровень оплаты труда (Javeline, 1999). Кроме того, вряд ли можно считать, что реальная заработная плата в России была жестко фиксирован ной, особенно если ее оценивать на агрегированном уровне и за достаточ но длительный период времени, учитывая всплески инфляции в 1990 е го ды, которые сопровождались значительным повышением номинальной заработной платы и резким падением реальной оплаты труда. Например, с сентября 1994 г. по 1996 г. средняя номинальная заработная плата вырос ла на 235%, а реальная заработная плата упала на 21%. Российские работода тели неоднократно соглашались повысить номинальную заработную плату, а затем отказывались ее платить или предлагали товары взамен денег. Нако нец, прослеживается корреляция между несвоевременными выплатами и резкими изменениями спроса и тяжелым финансовым положением пред приятий, но эта связь всего лишь умеренно сильная. Итак, важно найти до полнительные объяснения практики задержек заработной платы и нату ральных выплат, особенно с точки зрения отличий этих форм от снижения ставок заработной платы.

С представлением о том, что задержки заработной платы и бартерные рас четы являются следствием тяжелого финансового положения предприятий, тесно связаны объяснения невыплат проблемами, обусловленными недостат ком ликвидных средств в российской экономике78. По одной версии (объясне ние, которое руководители предприятий обычно предлагают своим работни кам), предприятия не имеют средств на заработную плату из за того, что покупатели своевременно не заплатили за полученную продукцию. Согласно 78 Кларк (1999), например, пишет: «Хуже всего дело с невыплатами заработ ной платы обстоит не на предприятиях банкротах, а на самых преуспевающих и прибыльных предприятиях в России. Они не платят работникам не потому, что не могут позволить себе выплатить зарплату, а потому, что у них нет на это жи вых денег».

70 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ другой версии, в условиях, когда возможности предприятий по привлечению внешнего финансирования ограничены, они прибегают к практике беспро центного кредитования своими работниками. В поддержку версии о нехватке наличных средств говорит то, что рост задолженности по заработной плате происходил одновременно с ростом общих неплатежей и налоговой задол женности предприятий (Ivanova and Wyplosz, 1998).

С другой стороны, уникальность практики задержек заработной платы со стоит в том, что в отличие от двух других видов задолженности, это явление практически неизвестно в рыночной экономике. И, тогда как бартерные расче ты между предприятиями (например, встречная торговля) довольно часто встречаются в любой экономике, этого нельзя сказать о практике принудитель ного бартера в расчетах предприятий с работниками после заключения трудо вого договора. Что касается задолженности по платежам, в работах Альфандари и Шаффера (Alfandari and Schaffer, 1996) и Кларка (1999) отмечается, что объем просроченных обязательств в расчетах между предприятиями в России не очень высок по стандартам рыночной экономики, а задолженность по налого вым платежам, безусловно, хорошо известное явление в странах ОЭСР. Версия нехватки наличных средств представляется неубедительной и по ряду других причин. Объяснение невыплат внезапными перебоями в поступлениях налич ных средств не дает удовлетворительного ответа на вопрос, почему задержки заработной платы и принудительные выплаты товарами продолжались в Рос сии в течение нескольких лет, тогда как за это время предприятия могли адап тировать свои ожидания и найти иные механизмы приспособления, нежели за счет нарушения договорных обязательств перед своими работниками. Если же речь идет о долговременном отсутствии ликвидных средств на некоторых предприятиях, то тогда подразумевается, что работники добровольно соглаша ются кредитовать своего работодателя (это предположение также высказыва ется в работе Lehmann, Wadsworth, and Acquisti,1999) или соглашаются получать неявную более низкую заработную плату в виде не имеющих большой ценнос ти товаров.

Здесь необходимо еще раз подчеркнуть, что задержки заработной платы и принудительные бартерные расчеты подразумевают нарушение трудового договора, а не формальный пересмотр его условий. Безусловно, работники не добровольно согласились быть кредиторами своих предприятий, что под тверждается проявлениями недовольства, забастовками и протестом в других формах79. (Эти вопросы рассматриваются в следующей главе в разделе, посвя щенном профсоюзам и забастовкам.) Кредит также подразумевает некоторую определенность, по крайней мере формальное обещание возврата средств, хо 79 Можно было бы игнорировать отношение работников и считать, что за держки заработной платы являются частью неявного контракта, однако нет ни каких подтверждений того, что задержки заработной платы каким либо образом компенсируются. В какой то мере это вопрос семантики: все же небезынтересно, почему неявные контракты приобрели такую необычную форму в России и ма ло где еще в мире.

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО тя на самом деле получение задержанной заработной платы в России — дело весьма ненадежное80. Наконец, эмпирический анализ показывает, что задерж ки заработной платы и принудительные натуральные выдачи имеют лишь не значительную корреляцию с оценками нехватки ликвидных средств.

Итак, хотя задержки заработной платы и бартерные расчеты, несомненно, связаны с общими тенденциями экономического и финансового спада в Рос сии, они имеют и самостоятельную динамику. Прежде чем вернуться к вопро сам реакции работников на несвоевременные выплаты и выплаты зарплаты то варами, а также к проблемам региональной концентрации и устойчивости задержек, рассмотрим некоторые другие факторы, которые в дополнение к спаду производства и проблемам с ликвидными средствами могут стимулиро вать предприятия к использованию этой практики. К ним относятся налогово бюджетная политика, отсутствие жестких бюджетных ограничений, неудовле творительное корпоративное управление и злоупотребления со стороны руководителей предприятий, а также инсайдерская форма собственности, явившаяся результатом процесса приватизации в России.

Рассмотрим эти факторы отдельно. Некоторые меры государственной на логово бюджетной политики могли способствовать росту задолженности по заработной плате и доли бартера в расчетах, так как предприятия пытались со кратить свои расходы на налоговые отчисления или добиться субсидий от го сударства. В более общем смысле, высокие ставки налогов, как на фонд оплаты труда, так и на прибыль, подталкивают предприятия к укрыванию наличных средств, а в условиях отсутствия эффективной системы правоприменения и не достаточной прозрачности финансовой отчетности им это легко удается де лать. Выплата заработной платы может привлечь внимание налоговых органов, поскольку по закону предприятиям разрешено использовать только один рас четный счет для всех видов платежей. Поэтому невыплаты заработной платы или принудительный бартер могут служить полезным сигналом для налоговых органов о невозможности выполнения налоговых обязательств81. Аналогич ным образом, задержки заработной платы и натуральные выдачи могут оказы ваться инструментом выбивания из государства субсидий, особенно для пред приятий, обладающих тесными связями с федеральным или местным правительством или имеющих сильную позицию на рынке. (Такое предполо жение высказывается в ряде статей;

см., например, Alfandari and Schaffer, 1996.) Еще одна мера налогово бюджетной политики, к которой государство часто прибегало в начале и середине 1990 х годов, — это урезание бюджетных расхо 80 Даже это можно считать частью неявного контракта, подразумевающего разделение рисков и ставящего выплаты задержанной заработной платы в зави симость от результатов деятельности предприятия в будущем. Трудно предста вить, что работники добровольно согласятся на эти условия при любых обстоя тельствах, а тем более в российских условиях отсутствия должной прозрачности, в которых работникам будет невероятно трудно отслеживать результаты дея тельности своего предприятия и добиваться соблюдения этой договоренности.


81 В работе Хендли и др. (Hendley et al., 1997) высказываются аналогичные предположения в отношении бартера во взаиморасчетах между предприятиями.

72 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ дов для сокращения дефицита федерального бюджета. Например, по данным Института экономики переходного периода (1994, с. 35), в четвертом квартале 1993 г. расходы по каждой статье бюджета были сокращены на 20%. Результатом этой нетрадиционной макроэкономической политики, которая была вызвана к жизни высокими темпами инфляции и чисто политическими факторами, яви лись неоплаченные контракты в оборонной отрасли и задержки заработной платы чиновникам, учителям и работникам здравоохранения82. Секвестр бюд жета может объяснять большой объем задолженности по заработной плате на государственных предприятиях и в конкретных отраслях экономики, но сам по себе он не может служить причиной широкого распространения этого явления.

Еще одной стороной российской экономики, особенно важной для пони мания явления задержек заработной платы, является слабый контроль за руко водителями предприятий, особенно на крупных государственных и недавно приватизированных предприятиях. Как уже отмечалось, широко распростра нено мнение, что руководители предприятий якобы занимались крупномас штабным отвлечением активов. Эти действия могли косвенно приводить к об нищанию их предприятий и, следовательно, неспособности полностью оплачивать труд своих работников, а могли означать и прямое хищение средств, предназначенных для выплаты заработной платы. Крупные заимство вания, к которым российское правительство прибегало для финансирования чрезмерного дефицита государственного бюджета, могли быть еще одним сти мулом для отвлечения средств, предназначенных для оплаты работников. Госу дарственные краткосрочные обязательства предлагались под необычайно вы сокий процент: их доходность варьировала от 30 до 150% в 1994–1996 гг., а это было время относительно низкой инфляции и почти неизменного валютного курса. Таким образом, задерживая некоторые платежи, руководители предпри ятий могли получить огромную прибыль — за счет своих работников.

И наконец, на принятие руководителями предприятий решений о задерж ках заработной платы или выплате ее товарами могло влиять то обстоятельст во, что на предприятиях доминирует инсайдерская форма собственности, явившаяся результатом процесса приватизации в России. С одной стороны, те оретически возможно, что работники акционеры могли быть готовы помочь своему предприятию во время кризиса наличных средств, добровольно «креди туя» его, как уже отмечалось. С другой стороны, администрации предприятий могли прибегать к задержкам и натуральным выдачам с тем, чтобы вынуждать своих работников (которые еще больше нуждались в наличных средствах) к продаже не так давно приобретенных ими акций предприятия. Как утверждает ся, это явление имело широкое распространение, и некоторые факты из раз ных источников это подтверждают83.

См. также Gimpelson (1998).

Имеются в виду сообщения в прессе и наши собственные типологические исследования предприятий. Подробное описание содержится в типологическом исследовании Новокуйбышевского нефтехимического завода, проведенном ИСИТО в 1998 г.

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО Ни один из рассмотренных выше факторов — ни экономический спад и от сутствие наличных средств, ни налогово бюджетная политика, ни слабый кон троль за руководителями предприятий, ни инсайдерская форма собственности не дает удовлетворительного объяснения двух аспектов, вызывающих особое недоумение в связи с задержками заработной платы в России, а именно их ус тойчивости и региональных вариаций, причем эти закономерности подтверж даются фактическими данными в целом ряде исследований84. Ключом к пони манию этих закономерностей является влияние задержек заработной платы на мобильность работников, а именно, снижение мобильности, которое спо собствует устойчивости практики несвоевременных выплат, и различия в тер риториальной мобильности, которые отражаются на вариации региональных показателей.

Исследователи отмечают, что добровольные увольнения работников в ответ на задержки заработной платы могли носить ограниченный характер из за от сутствия возможностей трудоустройства в других местах (Layard and Richter, 1995;

Lehmann, Wadsworth, and Acquisti,1999). Если шансы у работников невели ки — из за высокой стоимости переезда и ограниченных возможностей уст ройства по месту жительства — тогда предприятия получают возможность экс плуатировать слабые позиции этих работников на рынке труда и сокращать их квазиренту, особенно на градообразующих предприятиях и в моноиндустри альных городах, в большом числе оставшихся от эпохи централизованного планирования в России85. Лэйард и Рихтер (Layard and Richter, 1995) также при водят доводы в пользу того, что работники не спешили уходить добровольно, потому что хотели сохранить доступ к социальным льготам и производствен ному оборудованию, а также потенциальную возможность мелких краж на сво ем предприятии.

Несмотря на то что приведенные соображения в равной мере относятся и к снижению ставок, и к задержкам заработной платы, реакция работников на эти две формы существенно различается. В обоих случаях реальная заработная плата снижается, приводя к росту числа добровольных увольнений. Однако при задержках заработной платы работники продолжают накапливать стаж с при читающейся им заработной платой. Если работник надеется в будущем полу чить хотя бы ее часть, то эта отложенная компенсация стимулирует его к тому, чтобы дольше оставаться на своем предприятии, и поэтому эффект несвоевре менных выплат с точки зрения стимулирования добровольных увольнений те 84 См., например, работу Эрля и Сабириановой (Earle and Sabirianova, 2000).

В работе Леманна, Уодсворта и Аквисти (Lehmann, Wadsworth, and Acquisti, 1999) также исследуются эти закономерности, но эти авторы изучают региональную концентрацию на областном уровне, тогда как в данном исследовании анализ проводится на более дезагрегированном, районном уровне.

Территориальная мобильность рабочей силы в России ограничена в силу требо ваний регистрации по месту жительства (и высокой платы за регистрацию в таких городах, как Москва), проблем с получением информации, плохо функционирую щих рынков жилья и отсутствия средств у работников. Внутренняя миграция в Рос сии рассматривается в работе Митчнека и Плейна (Mitchneck and Plane,1995).

74 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ оретически неоднозначен86. Кроме того, желание работников сохранить за со бой рабочие места значительно усиливается из соображений институциональ ного характера: судебно исполнительная система — да и другие исполнитель ные механизмы с привлечением третьих лиц, имеющиеся в распоряжении работников, — в России настолько слабы, что работники, увольняющиеся по собственному желанию, обычно навсегда теряют шанс получить хотя бы часть причитающейся им заработной платы.

Таким образом, стремление сохранить стаж работы и статус оплачиваемого работника, наряду с отсутствием механизмов обеспечения соблюдения трудовых договоров, сильные рыночные позиции многих работодателей, а также характер местных рынков труда ослабляют желание работников увольняться по собствен ному желанию, а для предприятий являются дополнительными стимулами к тому, чтобы задерживать заработную плату. Механизм отрицательной обратной связи в виде добровольного ухода работников, который мог бы остановить эту практи ку, ограничен, и поэтому задержки заработной платы интенсивно распространя ются и сохраняются дольше, чем это было бы при других обстоятельствах.

Кроме того, видимые последствия практикуемых другими работодателями за держек заработной платы и бартерных расчетов еще более стимулируют пред приятия к этой практике. При увеличении задержек или выдач заработной платы товарами одним работодателем снижается интенсивность добровольных уволь нений с других предприятий. Если работники не уверены в том, что на новом ме сте им будут платить деньгами и своевременно, вероятность того, что в ответ на за держки или натуральные выдачи на своем предприятии они уволятся для поиска новой работы или примут предложение новой работы, снижается. Даже перспек тивным предприятиям, которые планируют расширение производства и хотят привлечь дополнительную рабочую силу, будет нелегко убедить потенциальных работников, что они будут получать зарплату вовремя и деньгами. Здесь нужно учитывать непредсказуемость общей среды и невозможность для работника про верить, насколько сильны перспективы этих предприятий, и убедиться в том, что после заключения с ним контракта у предприятия не появятся стимулы (как их по нимает работник) к сокращению затрат за счет задержек заработной платы или выплаты ее товарами меньшей стоимости. Переселение в другие регионы, где на предприятиях обычно платят вовремя и наличными, — мероприятие весьма доро гостоящее и полное неопределенностей. Для некоторых работников незанятость может оказаться более привлекательным вариантом, но это выход не для всех.

Итак, последствия задержек заработной платы или навязывания вместо нее то варов как способ решения финансовых проблем предприятия или сокращения затрат на рабочую силу оказываются иными, когда это практикуется на большин 86 См., например, работу Salop and Salop (1976), где рассматривается исполь зование предприятиями договоров с отложенным платежом, чтобы замедлить темпы оттока рабочей силы. Фактор сохранения оплачиваемой работы для про яснения поведения работников исследуется, наряду с другими авторами, в рабо тах Lazear, 1990;


Akerlof and Katz, 1989. В ряде работ (Pencavel, 1972;

Flinn, 1986;

Topel and Ward, 1992) анализируется роль уровня заработной платы в доброволь ных увольнениях работников.

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО стве других предприятий, особенно если речь идет об одном местном рынке тру да, нежели когда это имеет место на одном предприятии. Такое взаимодействие может привести к тому, что эта практика станет самоподдерживающимся процес сом и будет продолжаться даже после устранения первоначальной причины.

Измерить величину задолженности по заработной плате и выплат натурой трудно. Официальная российская статистика ограничивается общи ми временными рядами данных о суммарной задолженности по заработной плате в некоторых отраслях экономики, а о принудительном бартере в расче тах с работниками, как представляется, официальных данных нет. До 1996 г.

имеются только три временных ряда — по суммарной задолженности в промы шленности, строительстве и сельском хозяйстве, а после 1996 г. число отраслей, по которым ведется статистика, увеличивается. Временные ряды официальных данных о реальном объеме невыплат приводятся на рис. II.2.

Отсутствие данных по всем отраслям не позволяет сделать строгие оконча тельные выводы, но, как представляется, пик реального объема невыплат при шелся на август–сентябрь 1998 г., а после этого началось устойчивое сокраще ние задолженности вплоть до весны 2000 г. Это сокращение имеет несколько вероятных объяснений. Во первых, катастрофическое обесценивание накоп ленной задолженности из за всплеска инфляции осенью 1998 г. значительно об легчило для предприятий погашение долгов по зарплате. Во вторых, сектор промышленного производства, где, как показано далее, сосредоточена значи тельная часть задолженности, оказался в большом выигрыше от девальвации рубля, которая повысила конкурентоспособность экспорта, а импорта — в мень шей степени. В третьих, по видимому, были внесены определенные изменения в режим экономической политики, так как в начале 1999 г. были введены новые правовые санкции, и правительство объявило сокращение задолженности по заработной плате приоритетным направлением экономической политики.

Примечательно, однако, что несмотря на значительное сокращение, вели чина задолженности по заработной плате в российской экономике остается су щественной, а с весны 2000 г. задолженность даже начала вновь расти, в том числе в государственном секторе. Это может объясняться в том числе тем, что динамика несвоевременных выплат продолжает следовать за динамикой поли тико экономического цикла: предвыборное повышение номинальной зара ботной платы и энергичные попытки погашения невыплат сменяются неспо собностью выполнить данные обещания (см. Treisman and Gimpelson, готовится к изданию). По всей видимости, проблема невыплат по прежнему остро стоит в российской экономике, хотя и в меньшей степени, чем раньше, и в случае из менения макроэкономической ситуации они могут вновь приобрести массо вые масштабы.

Однако из официальной статистики немного можно узнать об интересую щих нас вопросах, а именно, каких категорий работников более всего касают ся невыплаты, остается ли распространенность задержек неизменной или она меняется, подразумевает ли изменение суммарной задолженности по заработ ной плате изменение числа затронутых невыплатами работников, как эта дина мика сказалась на ухудшении (или улучшении) положения работников, ранее 76 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ имевших задолженность по заработной плате. К тому же совокупные данные, естественно, не позволяют провести какой либо анализ связей между задол женностью по заработной плате и другими показателями. Поэтому в данном разделе анализ преимущественно основан на базе микроданных, полученных при обследованиях домохозяйств и предприятий.

При определении меры задолженности по заработной плате исследователь также сталкивается с рядом проблем. Теоретически было бы желательно изме рять дисконтированный убыток работника из за задержек заработной платы с учетом времени задержки и премии за риск, связанный с неопределенностью сроков (и вероятности) будущего платежа. Для такого измерения потребуются подробные сведения о выплатах заработной платы за прошлые годы и ставке дисконта по каждому работнику, а также об ожиданиях каждого работника от носительно платежей в будущем. На практике выплаты текущей и погашение просроченной заработной платы происходят чрезвычайно нерегулярно, что приводит к большим колебаниям фактически выплаченной месячной зарпла ты по отношению к обещанной или установленной договором87. Кроме того, подробный учет полных данных о выплатах заработной платы и погашении за долженности за прошлые годы практически не ведется, или эти данные почти не отражаются в отчетности.

В соответствии с преобладающей практикой учета задолженности по зара ботной плате как в балансах отдельных предприятий, так и в официальной рос сийской статистике показывается только суммарная задолженность предприя тия перед каждым работником без указания времени возникновения задолженности. Работники обычно считают свою задолженность по количеству месяцев, за которые им причитается просроченная заработная плата. С таким представлением об уровне задолженности связана стандартная практика пога шения задолженности в порядке ее накопления. Например, возьмем работника, который в октябре какого либо года имеет задолженность по заработной плате за три месяца. Если в конце октября ему выплатят заработную плату за один ме сяц, то этот платеж считается июльской заработной платой, и задолженность ос тается неизменной — три месячных зарплаты. Если же в конце октября работ ник получит вместо одной две с половиной месячной зарплаты, то этот платеж считается заработной платой за июль, август и половину сентября, а задолжен ность сокращается до полутора месячных зарплат. Если же работник не получит ничего, его задолженность увеличится до четырех месячных зарплат88.

87 Таким образом, используемая в оценках RLMS переменная величина, соот ветствующая сообщенной опрошенными заработной плате за прошлый месяц, которую многие исследователи используют в качестве стандартного показателя заработной платы, имеет мало отношения к контрактной заработной плате или среднему заработку за какой то более продолжительный период.

87 Эта практика объясняется в том числе тем, что предприятия не выплачи вают ни задолженность по заработной плате, ни проценты, ни штрафную неус тойку. Она также не подлежит индексации. Поэтому значение имеет только об щая сумма задолженности.

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО Распространенность и устойчивость задержек заработной платы и выплат натурой. Задержки заработной платы. С учетом сказанного обра тимся к табл. AII.8, где приводятся данные о распространенности и устойчиво сти задержек заработной платы и размерах задолженности, основанные на ре зультатах второй волны RLMS за 1994, 1995, 1996, 1998 и 2000 гг. Доля работников, своевременно не получавших заработную плату, и среднее количе ство просроченных месячных зарплат устойчиво возрастали вплоть до 1998 г., причем наиболее резкий скачок наблюдается в 1996 г. в сравнении с 1995 г. За тем следует такое же резкое сокращение в 2000 г. Примечательно, однако, что ожидаемая величина задолженности (измеряемая по количеству просрочен ных месячных зарплат), обусловленная наличием задержки как таковой, с по 2000 г. практически не снизилась. Таким образом, эти данные подразумева ют, что общее снижение средней величины задолженности по заработной пла те было обусловлено сокращением масштабов распространения задержек, тог да как условное среднее значение изменилось незначительно.

Приведенные в таблице данные также свидетельствуют о значительной ус тойчивости задержек по годам. Условная вероятность почти достигла отметки 0,9 по опрошенным работникам, сообщившим о наличии задолженности во время двух предыдущих интервью, а условное математическое ожидание по сумме задолженности приблизилось в 1998 г. к 10 месячным зарплатам по тем опрошенным, которые в 1996 г. оставались без заработной платы свыше шести месяцев. Эффект устойчивости задержек снизился в 2000 г., когда просрочен ная заработная плата была погашена многим работникам.

Аналогичные цифры, но рассчитанные по результатам обследования пред приятий за период с 1991 по1998 г., приводятся в табл. АII.9. Отчетливо просле живается рост задолженности — с несущественного до значительного уровня.

К сожалению, за 1999 и 2000 г. данные еще не собраны — ни по RLMS, ни по об следованию предприятий, поэтому нельзя проверить общие тенденции с помо щью микроданных.

Эрль и Сабирианова (Earle and Sabirianova, готовится к изданию) отмечают неравномерность распространения задержек и различия в величине задолжен ности в зависимости от характеристик предприятий и работников, зафиксиро ванные данными RLMS с осени 1996 года. Средние показатели как распростра ненности задержек89, так и объема задолженности90 выше по сельским, чем по городским районам. Также отмечаются значительные территориальные вариа ции. Наряду с вариацией региональных показателей по шести крупнейшим российским регионам, еще более глубокие различия наблюдаются на дезагре гированном уровне: в некоторых районах масштабы распространения и объе мы невыплат весьма незначительны, а в других, напротив, задержки имеют поч ти универсальное распространение и величина задолженности очень велика.

Результаты по городу Москве, где в 1996 г. доля работников, не получавших своевременно заработную плату, составляла 28,6%, а средняя величина задол 89 (Среднее значение ARRDUM.) 90 (Среднее значение ARRMOS.) 78 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ женности составляла 0,6 от месячной заработной платы, показывают, что ос новная часть задолженности приходилась на федеральный бюджет.

Оценки также свидетельствуют о значительных вариациях по отраслям экономики. Самые высокие показатели наблюдаются в сельском хозяйстве и некоторых отраслях промышленности (приводятся в графе «отдельные от расли промышленности»), особенно в машиностроении и оборонной про мышленности («оборонно промышленный комплекс»), а также в сфере об служивания, финансируемой из государственного бюджета (образование и здравоохранение). При этом в новых, быстро развивающихся секторах, на пример, банковском, задолженность по заработной плате в то время была весьма незначительной. Показатели несвоевременных выплат сильно варьи руют в зависимости от размеров предприятий: они гораздо реже практикуют ся и в среднем имеют гораздо меньшую величину на предприятиях с числен ностью работников менее 50.

Показатели также варьируют в зависимости от формы собственности пред приятия. Самые большие масштабы невыплат и самый большой объем задолжен ности характерны для сельскохозяйственных кооперативов91. За ними следуют государственные предприятия и предприятия смешанной формы собственнос ти. А самые низкие показатели — хотя и не пренебрежимо малые — на частных российских и иностранных предприятиях. Показатели задолженности варьиру ют и в зависимости от времени учреждения предприятия. Эта оценка проводи лась на основе вопроса, задававшегося опрошенным работникам в ходе наблюде ния RLMS. В 1996 г. вероятность несвоевременных выплат работникам была гораздо выше на предприятиях, основанных до начала улучшения экономичес кой ситуации (1998 г.), чем на тех, которые были созданы впоследствии, хотя на последних, которые иногда называют «новыми» предприятиями, проблема также приобрела значительные масштабы. В действительности, как показывают дан ные, некоторые из этих новых предприятий находились в государственной соб ственности, преимущественно в собственности местных администраций. Но и даже на подлинно новых частных предприятиях задержки имелись, что не удиви тельно, поскольку сектор предприятий, создаваемых «с нуля», характеризуется высокой неустойчивостью в любой экономике. Отличие российской экономики в том, что самые большие масштабы проблема приобрела в старых, устоявшихся отраслях и в государственных ведомствах.

Что касается характеристик работников, то вероятность задержек и величи на задолженности в целом были несколько выше у мужчин, чем у женщин. Наи более низкие показатели отмечаются в самой молодой возрастной группе (до 30 лет), вероятно, вследствие относительно низкой стоимости мобильности работников, составляющих эту группу. Как правило, задолженность имеет от 91 Высокий уровень задолженности в сельскохозяйственных кооперативах может быть отражением ограниченности возможностей у членов этих коопера тивов для трудоустройства в сельских районах, а также факторов, сдерживаю щих мобильность работников. Хотя, как отмечалось выше, мобильность, в свою очередь, может снижаться из за задержек заработной платы.

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО Таблица II.4. Распространенность и доля принудительных выплат заработной платы товарами Год Доля предприятий, Предприятия, выдававшие заработную плату товарами выдававших заработную Доля натуральных выдач в Доля работников, плату товарами (N = 162) ФОТ (%) получавших заработную плату товарами (%) 1991 3,1 36,2 44, 1992 3,7 39,3 52, 1993 4,9 36,3 47, 1994 9,9 26,4 50, 1995 16,7 27,1 59, 1996 22,8 30,2 64, 1997 25,9 29,8 64, 1998 27,2 37,0 70, Примечание. Выборка сопоставима по годам (N = 162).

Источник: Результаты обследования «Преобразование предприятия изнутри», приведенные в работе Билецкого и др. (1999 г.).

рицательную корреляцию с уровнем образования и положительную — со ста жем работы на предприятии. Тем не менее доля новых работников со стажем на предприятии менее одного года в общей численности работников, не получав ших своевременно заработную плату, составляла 50%92.

Что касается участия опрошенных работников в капитале своего предприя тия, то здесь результаты базируются на ответах на вопросы RLMS об участии в ка питале предприятия работодателя и о принадлежащих респондентам долях ак ций. Из за иного характера собственности в сельскохозяйственных кооперативах и преобразованных кооперативах, они отличаются от предприя тий других форм собственности, когда речь идет о крупных долях93. Но посколь 92 Подразумеваемая зависимость между задержками заработной платы и стажем работы на предприятии (также признается в работе Lehmann, Wadsworth and Acquisti, 1999) может оказываться ложной, если работодатель в прошлом на копил задолженность перед своими работниками, а в недавнее время начал вы плачивать заработную плату в срок. К сожалению, имеющихся данных, особенно о времени возникновения задолженности недостаточно для оценки количест венной значимости этой вероятности.

93 Одно из вероятных объяснений может заключаться в характере преобра зования сельскохозяйственных кооперативов, которое, как правило, заверша лось делением собственности на равные доли и образованием предприятий за крытой организационно правовой формы, тогда как в других отраслях руково дители предприятий, как правило, приобретали непропорциональные доли, а предприятия учреждались в форме открытого акционерного общества (требова ние Государственной программы приватизации).

80 РОССИЙСКИЙ РЫНОК ТРУДА: ПУТЬ ОТ КРИЗИСА К ВОССТАНОВЛЕНИЮ ку число опрошенных работников, сообщивших, что им принадлежит свыше 1% в капитале их предприятия, было весьма незначительным, все упоминания о до лях собственности свыше 1% по этим группам предприятий были объединены.

На несельскохозяйственных предприятиях зависимость между задержками зара ботной платы и долями в капитале имеет, как представляется, немонотонный ха рактер: самые высокие показатели распространенности и величины задолжен ности отмечаются у мелких акционеров (с долями менее 1%), а самые низкие — у крупных (один процент акций и более);

работники, не являющиеся акционера ми, занимают среднюю позицию. На сельскохозяйственных предприятиях невы платы в большей степени затрагивали крупных пайщиков, и величина задолжен ности у них была больше, чем у мелких пайщиков.

Что касается различий между профессионально квалификационными группами, то почти все работники, занятые в Вооруженных силах, страдали от задержек заработной платы. Выборка не включает кадровых военнослужащих и лиц, призванных на действительную военную службу, а охватывает только об служивающий персонал и военнослужащих, дислоцированных за пределами воинских частей, так как исследование RLMS воинские части не охватывает.

Среди гражданского работающего населения невыплаты в наибольшей степе ни затрагивали мастеров, механиков и сборщиков, а в наименьшей — руково дителей, хотя и в этой категории доля имевших задолженность была высокой.

Последний вопрос относительно задержек заработной платы касается пра вовых механизмов принудительного обеспечения выплат заработной платы предприятиями: работают ли эти механизмы, и если нет, то почему. Как видно из табл. А.10 (см. также главу III), лишь немногие предприятия подвергались штрафным санкциям, причем размер штрафов был ничтожно малым и, безус ловно, несопоставимым с накопленной предприятиями задолженностью.

Представляется очевидным, что в отношении обеспечения соблюдения усло вий контрактов об оплате труда российская правовая система функционирует неудовлетворительно. К этому вопросу мы обратимся в следующей главе.

Выдача заработной платы товарами. Официальные оценки доли прину дительного бартера в расчетах с работниками отсутствуют. Поэтому наш ана лиз основан исключительно на микроданных наблюдения RLMS и обследова ния предприятий. В табл. AII.11 приводятся результаты анализа данных RLMS о распространенности принудительных натуральных выдач. Доля работников, указавших, что в предыдущем году им навязывалась выплата заработной платы товарами, составила 8–9% в 1994–1995 гг., 12% в 1996 г., 15% в 1998 г. и 9% в 2000 г. Аналогично задержкам заработной платы практика бартера в расчетах с работниками имеет устойчивый характер и, по всей видимости, год за годом затрагивает одну и ту же категорию работников.

В таблице II.4 приводятся расчеты величины и масштабов распространения принудительных натуральных выдач на основании сведений, сообщенных ра ботодателями при обследовании предприятий. Доля предприятий, сообщив ших об использовании этой практики, неуклонно возрастала: с 3,1% в 1991 г. до 27,2% в 1998 г. Доля натуральных выдач от общей величины заработной платы на предприятиях, прибегавших к этой практике, колебалась, но отчетливой ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА: СТРУКТУРА, НЕУСТОЙЧИВОСТЬ, НЕРАВЕНСТВО тенденции в колебаниях не прослеживается. При этом доля работников, кото рым заработная плата выплачивалась товарами, неуклонно возрастала. Очевид но практика натуральных выдач приобрела на протяжении рассматриваемого периода гораздо более упорядоченный характер.

Колебания в масштабах распространения практики натуральных выдач по регионам сходны с колебаниями по задержкам заработной платы, однако вари ация по отраслям экономики отражает гораздо большую степень концентрации выплат зарплаты товарами в сельском хозяйстве. В наибольшей степени нату ральные выдачи распространены на предприятиях смешанной формы собст венности (включая сельскохозяйственные кооперативы), а в наименьшей — на предприятиях государственного сектора. Последнее, видимо, объясняется тем, что многие государственные организации, такие, как школы или больницы, ма ло что могут предложить своим работникам вместо денежной оплаты.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.