авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |

«ПАЛЕОНТОЛОГИЯ И СТРАТИГРАФИЧЕСКИЕ ГРАНИЦЫ LVIII СЕССИЯ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА Санкт-Петербург 2012 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ...»

-- [ Страница 5 ] --

В южной части ГА зона Lioclema akarachica–Reteporina gigantea обнаружена в пра вобережье верховий р. Чарыш (окрестности пос. Мендурсакон). Вероятно, зона присутст вует и в левобережье среднего течения р. Чуя (бассейн рек Кызыл-Чин и Дая) (Волкова, 1974). В пределах РРА зоне соответствует мшанковый комплекс влангальевских слоев стратотипического разреза мельничной свиты (Опорные…, 2000). Решение вопроса об ана логах биостратиграфической зоны в северной части ГА требует дальнейших исследований.

РОЛЬ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ ПРИ РАСЧЛЕНЕНИИ ПАЛЕОЗОЙСКИХ ОТЛОЖЕНИЙ ЕРАВНИНСКОЙ ЗОНЫ (ЗАПАДНОЕ ЗАБАЙКАЛЬЕ) О.Р. Минина1, Л.И. Ветлужских1, В.А. Аристов ГИН СО РАН, Улан-Удэ, yaksha@rambler.ru;

2ГИН РАН, Москва В результате исследований последних лет в Западном Забайкалье выделена зона па леозоид – Байкало-Витимская складчатая система (БВСС), в которой наряду с раннепалео зойскими, распространены отложения среднего палеозоя (Гордиенко и др., 2010;

Руженцев и др., 2010). В Еравнинской зоне БВСС наиболее широко распространена олдындинская свита, возраст которой традиционно считался раннекембрийским (Язмир и др., 1975;

Постников и др., 1997). В настоящее время новые палеонтологические и изотопные данные позволили пересмотреть возраст и объем свиты и выделить из ее состава комплексы отложений средне го и верхнего палеозоя (Гордиенко и др., 2010;

Минина и др., 2011;

Руженцев и др., 2011).

К олдындинской свите, по новым данным, отнесены только вулканиты андезит дацит-риолитового ряда, перемежающиеся с биогермными известняками. В составе свиты выделено две подсвиты. Нижняя подсвита представлена мощной толщей переслаиваю щихся базальтов, андезитовых порфиритов, плагио- и кварцевых порфиров, фельзитов и их эпикластов (возраст 529±3 и 530.8±2.6 Ma). Верхняя подсвита включает археоциатово водорослевые известняки, фельзиты, кварцевые и плагиопорфиры, их туфы (возраст 517±4.4 Ma), сменяющиеся андезитовыми порфиритами (возраст 466±4.8 Ma). Возраст ол дындинской свиты – ранний кембрий–средний ордовик, мощность от 250 до 1600 м.

Среднепалеозойский комплекс отложений представлен пестроцветными вулкано генно-терригенно-карбонатными породами силура–нижнего карбона (Минина и др., 2011).

В составе комплекса выделены четыре толщи (снизу вверх):

1. Озернинская толща сложена светлыми кварц-полевошпатовыми песчаниками с прослоями и линзами полимиктовых гравелитов, конгломератов и мраморизованных из вестняков. Толща трансгрессивно залегает на вулканитах олдындинской свиты, а выше по разрезу с постепенным переходом сменяется кыджимитской толщей нижнего девона. Воз раст озернинской толщи условно определен как силурийский по ее положению в разрезе.

Мощность 50-400 м.

2. Кыджимитская толща по правобережью р. Кыджимит представлена зеленовато серыми вулканомиктовыми, ритмично наслоенными песчаниками, гравелитами, туфами, туффитами, туфопесчаниками, туфоалевролитами, известковистыми кварцевыми песчани ками, песчанистыми известняками с горизонтами плагиопорфиритов и фельзитов. На Заза Холойском водоразделе нижнюю часть толщи слагают зеленые вулканомиктовые песча ники, туфопесчаники и туффиты с прослоями конгломератов, гарвелитов и телами диаба зов и габбро-диабазов, верхнюю – плагиопорфириты, дациты и фельзиты. В песчанистых известняках толщи обнаружены: кораллы Sociophylum sp. (D 1-2 ), водоросли синезеленые Rothpletzella sp. (S-D) и харовые Sicidium sp. (D 1-2 ), мшанки Ceramopora sp., цефалоподы Discosorida sp. (O-D), тентакулиты (S-D) и конодонт Panderodus cf. unicostatus Br. et Mehl.

(S-D 2 ). Время накопления отложений определяется как раннедевонское (до эмского).

Мощность толщи до 800 м.

3. Еравнинская толща сложена светло-серыми калькаренитами, органогенно обломочными известняками с прослоями вулканомиктовых песчаников, зеленовато серыми туфопесчаниками с линзами гравелитов, конгломератов и прослоями туффитов и кислых туфов. В калькаренитах нижней части толщи выделен комплекс конодонтов, ха рактерный для эмского яруса нижнего девона (Минина, Аристов, 2010) и тентакулиты (S D). В органогенно-обломочных известняках верхней части разреза найдены остатки тента кулитов (S-D), брахиопод Cyrtospiriferidae gen. indet., Syringothyridae gen. indet. (D-С 1 ), криноидей, мшанок, кораллов (Pz2). Следует сказать, что в этих породах (ранее они счита лись нижнекембрийскими) содержатся многочисленные остатки переотложенных архео циат и обломки мраморизованных известняков. Возраст нижней части разреза толщи мы считаем раннедевонским, эмским, а верхней – среднедевонским (условно). Мощность толщи 200-300 м.

4. Ульзутуйская толща. Нижняя часть толщи представлена пестроцветными рит мичнослоистыми полимиктовыми песчаниками, алевролитами, туффитами и глинистыми сланцами с пропластками темно-серых известняков с тентакулитами. Верхняя – микстит олистостромовая, включает пестроцветные полимиктовые песчаники, гравелиты, алевро литы, туффиты, алевритистые известняки с горизонтами конгломератов и конглобрекчий (в том числе валунных). Обломочный материал конгломератов представлен различными вулканитами, мраморизованными известняками, терригенными породами, гранитоидами.

Толща содержит многочисленные олистолиты известняков (протяженностью от первых до 150 м, мощностью до 100 м), содержащих остатки археоциат, фрагменты водорослево археоциатовых биогерм и кембрийских вулканитов. Из нижней части ульзутуйской толщи определены тентакулиты, конодонт Palmatolepis transitans Mull. (D 3 f1 ) и комплекс миос пор франского яруса верхнего девона. В верхней части, кроме зоогенного детрита (облом ки археоциат, трилобитов, хиолитов), найдены тентакулиты, сифоновые и харовые водо росли (S-D), строматопораты Kyklopora (D 3 fm), водоросли Rothpletzella sp., Ikella sp., Nuia devonica Sh. (D 3 ), трубчатые сифонеи Berezella, Drinella (С 1 ), мшанки Fistulipora sp. (D 2 C 1 ) и комплекс миоспор (D 3 -C 1 ). Общая мощность ульзутуйской толщи от 300 до 1500 м.

Толща трансгрессивно залегает на вулканитах олдындинской свиты, либо имеет с ними тектонический контакт. Время формирования ульзутуйской толщи определяется поздним девоном (фаменский век)–ранним карбоном (турнейский век?). Толща фиксирует станов ление варисской (предпозднепалеозойской) покровно-складчатой структуры Еравнинской зоны.

К верхнему палеозою (средний карбон–нижняя пермь) отнесена вулканогенная сур хебтинская толща, представленная породами кислого (дациты, риолиты, трахириолиты, их туфы, игнимбриты), среднего (трахиандезиты и их туфы) и основного (базальты, анде зибазальты и реже андезиты) состава (Гордиенко и др., 2010). Возраст андезибазальтов со ставляет 306,6 Ma (Ar-Ar), а кислых вулканитов (U-Pb по цирконам) – 290.8±4.1 Ma. Мощ ность толщи не менее 400-500 м.

Таким образом, в разрезе Еравнинской зоны совмещены различные в формацион ном отношении палеозойские образования: олдындинская свита раннего кембрия– среднего ордовика, озернинская, кыджимитская, еравнинская и ульзутуйская толщи силу рийско-раннекаменноугольного возраста и позднепалеозойская сурхебтинская толща.

СМЕНА КОМПЛЕКСОВ МОРСКИХ ЛИЛИЙ И ГРАНИЦЫ В КАРБОНЕ МОСКОВСКОЙ СИНЕКЛИЗЫ И ОКСКО-ЦНИНСКОГО ВАЛА Г.В. Миранцев ПИН РАН, Москва, gmirantsev@gmail.com Ископаемые морские лилии не являются стратиграфически важной группой орга низмов. Отчасти это связано с хрупкостью их скелета, который сохраняется целиком толь ко в определенных условиях, что значительно уменьшает число находок с пригодной для идентификации сохранностью. Первые попытки биостратиграфически охарактеризовать горизонты подмосковного карбона с привлечением криноидей были сделаны Е.А. Ивано вой (1958). Эта характеристика основана преимущественно на сведениях, содержащихся в монографии Н.Н. Яковлева и А.П. Иванова (1956). В настоящее время, прежде всего бла годаря публикациям Ю.А. Арендта, а также ревизии коллекций ПИН РАН удалось вы явить несколько комплексов морских лилий, характеризующих горизонты и отдельные стратиграфические интервалы.

Нижнекаменноугольные морские лилии известны преимущественно из отложений стешевского горизонта серпуховского яруса Московской, Калужской и Тульской областей (Арендт, 1962, 1981;

Arendt, 2002). Наиболее обычными криноидеями в этих отложениях являются примитивные дендрокриниды – Rhabdocrinus vatagini. Таксономический состав нижнекаменноугольных морских лилий в значительной степени отличается от средне- и верхнекаменноугольных. На родовом уровне общих таксонов, за исключением флекси билии Synerocrinus, не обнаружено (верхнекаменноугольные Zeacrinites schmitowi следу ет выделить в отдельный род). Это можно объяснить отсутствием в Подмосковье баш кирских отложений.

Значительное количество родов и видов средне-позднекаменноугольных криноидей встречены в более чем одном горизонте, иногда своим распространением охватывая не сколько ярусов. Единичные находки криноидей (Cromyocrinus) известны из верейского го ризонта (Альютово). В лопаснинской свите каширского горизонта обнаружены кладиды Cromyocrinus simplex, Dicromyocrinus subornatus, Pegocrinus, Allosocrinus и флексибилии Synerocrinus incurvus. Из отложений щуровской свиты подольского горизонта происходит богатый комплекс криноидей, относящихся к позднемосковскому комплексу. Камераты (акрокриниды и платикринитиды), кромиокриниды (C. simplex, Mooreocrinus geminatus и Dicromyocrinus ornatus), другие крупные (Pegocrinus, Moscovicrinus, Synyphocrinus) и мел кие (Hydriocrinus pusillus, Miatshkovocrinus trautscholdi, и др.) кладиды, а также флексиби лии (Synerocrinus) входили в основу данного комплекса.

Начальный этап мячковского века (коробчеевское время) характеризуется пониже нием уровня моря: значительная часть Подмосковного бассейна представляла собой отме ли открытого моря с отсутствием терригенного материала и обильными колониальными кораллами и хететоидеями. Комплекс криноидей не претерпевает значительных изменений по сравнению с более ранними – наиболее характерными являются Pegocrinus, D. ornatus а так же мелкие камераты-акрокриниды и крупные Platyplateium. В домодедовское и песков ское время продолжает существовать позднемосковский комплекс криноидей. Развитие этого комплекса продолжилось в начальную фазу кревякинского века, во время интенсив ной трансгрессии суворовского времени. Видовой состав криноидей изменился незначи тельно, лишь немного обогатившись за счет появления новых форм (Erisocrinus, Protencri nus и др.). Подобный позднемосковский комплекс криноидей известен из одновозрастных отложений Окско-Цнинского Вала. Недавно в воскресенской свите Афанасьевского карье ра установлен комплекс (Moscovicrinus, Hydriocrinus), но впервые в массовом количестве появляются формы, типичные для более молодого хамовнического комплекса (Trautschol dicrinus).

Очень интересна своим обилием и разнообразием фауна криноидей хамовнического горизонта, приуроченная, главным образом, к верхней его части, а именно к неверовской свите. В настоящий момент автором проводится ревизия комплекса криноидей данной свиты и подробное их описание. Помимо ряда общих с позднемосковским комплексом форм (Cromyocrinus, Mooreocrinus, Allosocrinus и др.), для этого комплекса характерны также Ulocrinus (Миранцев, Рожнов, 2011), пирасокриниды (единственное семейство, поя вившееся в карбоне Подмосковного бассейна) и такскокринидные флексибилии. При этом такие рода как Pegocrinus, Moscovicrinus и Synerocrinus, свойственные нижележащему комплексу, полностью вымирают. Ранее отмечалось и некоторое сходство бентосной фау ны подольского и хамовнического горизонтов, обусловленное наличием общих видов сре ди брахиопод. Среди криноидей общей формой являются таксокриниды, единично пред ставленные в подольском и самых низах мячковского горизонтах, и более характерные для хамовнического горизонта. Вероятно, появление рекуррентной фауны объясняется мед ленным распространением вида внутри бассейна (Иванова, 1958) и возможным смещением его ареала в мячковско-кревякинское время на северное крыло бассейна. Комплекс кри ноидей из дорогомиловского горизонта еще недостаточно изучен в силу скудности сборов из-за редкости выходов данных отложений.

Начало гжельского яруса характеризуется новым этапом в развитии бентосных со обществ. В Подмосковье из русавкинской свиты добрятинского горизонта (Гжель и Русав кино) определен довольно богатый комплекс криноидей, представленных, как правило, отдельными табличками, реже чашечками от ?Aesiocrinus, Allosocrinus, Apographiocrinus, Cibolocrinus (Pabianocrinus), Glaukosocrinus и др., однако среди них в значительной мере преобладают чашечки агасицокринид Belashovicrinus gjeliensis (Арендт, Зубарев, 1993).

Все криноидеи небольшого размера (формы с размером чашечки более 1,5 см единичны), представлены, как правило, новыми видами. Виды, общие с другими горизонтами, отсут ствуют. Вышележащие слои карбона в Подмосковье не содержат идентифицируемых ос татков морских лилий. Однако недавно в ногинском горизонте на Окско-Цнинском валу (Мелехово) была обнаружена богатая фауна иглокожих, сходная с хамовническим ком плексом и представленная новыми видами родов Allosocrinus и Ulocrinus. Несомненно, в дальнейшем необходимо более детальное изучение данного комплекса.

Таким образом, благодаря сборам обильного материала удалось выявить несколько комплексов морских лилий, характеризующих отдельные горизонты (Mirantsev, Rozhnov, в печати). Данные комплексы, как правило, приурочены к определенным стратиграфиче ским интервалам, отражая этапы развития бентосных сообществ карбона Подмосковного бассейна. Однако на границе среднего и верхнего карбона продолжает существовать позд немосковский (мячковский) комплекс криноидей. В хамоническом горизонте, наоборот, происходит значительное обогащение комплекса новыми видами. Появление столь ярко выраженного комплекса криноидей хорошо соотносится с предлагаемым положением нижней границы касимовского яруса внутри неверовской свиты по появлению конодонта Idiognathodus sagittalis (Alekseev, Goreva, Isakova, Kossovaya, 2009).

ИНФРАЗОНАЛЬНЫЕ БИОСТРАТИГРАФИЧЕСКИЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ – ФАУНИСТИЧЕСКИЕ ГОРИЗОНТЫ В.В. Митта ПИН РАН, Москва, mitta@paleo.ru Реперные стратиграфические подразделения – маркирующие пласты или уровни – широко используются в практике геологических работ. Маркирующие горизонты, назван ные по фауне (просто фаунистические, или с указанием типа палеонтологических остат ков, например, ауцелловый, фузулиновый, костеносный), флоре (флористический, водо рослевый), или по минералам (иридиевый, и т.п.), часто используются при расчленении разрезов и корреляции отложений. Это относительно маломощные отложения (пачка, слой), имеющие широкое распространение и фиксируемые на вполне определенном стра тиграфическом уровне, и это значение зафиксировано в различных стратиграфических ру ководствах и кодексах.

Термин «фаунистический горизонт» на протяжении последних 50 лет обрел в био стратиграфии юры и отчасти мела иное значение, отличающееся от принятого в отечест венной (преимущественно производственной) геологии.

В 1962 г. в Люксембурге, на международном коллоквиуме по юрской системе Дж. Калломон (Callomon, 1964) предложил рассматривать горизонты как инфраподзональ ные подразделения (infra-Subzonal units: horizons). Позже прибавилось определяющее сло во «фаунистический» (faunal). На протяжении последующих десятилетий Калломон совер шенствовал и объяснял свое понимание фаунистических горизонтов (Callomon, 1985, 1993, 2001). Наиболее детально эта тема разработана им в статье «Time from fossils: S.S. Buckman and Jurassic high-resolution geochronology» (Callomon, 1995). За прошедшие десятилетия фау нистические горизонты прочно вошли в практику биостратиграфии юрских отложений.

Понятие «фаунистический горизонт» восходит, по Калломону, к временам С.С. Бакмэна (Buckman, 1889), который предложил различать внутри зон (в понимании А. Оппеля) самые тонкие фаунистические последовательности (горизонты). В качестве временного эквивалента этих последовательностей, зафиксированных в породах в виде окаменелостей, Бакмэн предложил употреблять термин hemera. Следует оговорить, что теоретические изыскания Бакмэна базировались на многолетних полевых исследованиях распространения аммонитов в юрских отложениях – «Inferior Oolite» Дорсета (Buckman, 1881, и др.), и были обусловлены обнаружением в пределах зон в широком смысле много численных интервалов более мелкого порядка, охарактеризованных специфическими ви дами аммонитов. Эти интервалы нередко могли быть прослежены по простиранию, неза висимо от мощности отложений, вмещающих виды-индексы. Аммониты были выбраны в качестве индикаторов этих последовательных интервалов, как наиболее характерная и бы стро эволюционировавшая в юре группа ископаемых.

Термин «гемера» употреблялся Бакмэном как временной эквивалент интервала мак симального расцвета того или иного вида, что вполне соответствует современному пони манию акме-зоны в терминологии Стратиграфического кодекса. Однако нередко последо вательность фаунистических горизонтов отражает детальную филолинию того или иного таксона (видов одного или нескольких близкородственных родов, наиболее быстро эволю ционировавших в данный отрезок геологического времени). В таком случае эта последова тельность фактически является последовательностью филозон. Отметим, что понятия ак ме- и филозона употребляются обычно в теоретической стратиграфии, и крайне редко встречаются в биостратиграфических публикациях.

Фаунистические горизонты являются инфразональными подразделениями – био стратиграфическая зона подразделяется на подзоны, а в подзоне различается обыкновенно более одного фаунистического горизонта, за редким исключением. В отличие от зон и под зон фаунистические горизонты не имеют четких границ. Установление эпиболя того или иного вида всегда субъективно, и нижняя и верхняя границы фаунистических горизонтов рисуются в колонках пунктирной линией.

В некоторых зарубежных и (в последнее десятилетие) отечественных публикациях термин фаунистический горизонт стал подменяться якобы его синонимом, термином «био горизонт». Однако термином биогоризонт (синоним: датированный уровень, или datum plane) согласно Стратиграфическому кодексу (2006, с. 15) обозначается «поверхность слоя (нижняя или верхняя) или узкий и достаточно четкий интервал разреза, отвечающий суще ственным изменениям палеонтологических признаков – первому или последнему нахож дению таксона, резкому изменению частоты его встречаемости и т.д. Датированные уров ни могут использоваться при корреляции и расчленении отложений, а также в качестве границ биостратиграфических зон».

Еще более жесткая формулировка термина биогоризонт (biohorizon) приведена в Международном стратиграфическом справочнике (2002, с. 21): «Стратиграфическая гра ница или поверхность раздела, на которой отмечено значительное изменение биострати графического характера. Биогоризонт не имеет мощности и не должен использоваться для обозначения очень тонкого, особенно отчетливого биостратиграфического подразделе ния». Таким образом, термины фаунистический горизонт и биогоризонт не являются сино нимами, и не должны употребляться в качестве таковых.

ЗОНАЛЬНОЕ РАСЧЛЕНЕНИЕ ВЕРХНЕДЕВОНСКИХ ОТЛОЖЕНИЙ МИНУСИНСКОЙ КОТЛОВИНЫ ПО ИХТИОФАУНЕ С.В. Молошников Музей землеведения МГУ, Москва, molsergey@rambler.ru В Минусинской котловине верхнедевонские континентальные отложения широко распространены. В объеме франского яруса на этой территории выделяются ойдановский и кохайский горизонты, а фаменскому соответствует тубинский (все с одноименными сви тами) (Мелещенко и др., 1973). Остатки ихтиофауны часто встречаются в отложениях всех горизонтов верхнего девона, что позволяет использовать их при стратиграфических рабо тах. Первые описания девонской ихтиофауны из Минусинской котловины были выполне ны В. Рогоном (Rohon, 1890), затем они изучались Д.В. Обручевым (Обручев, 1941, 1955;

Обручев, Сергиенко, 1961), А.А. Сергиенко (1961а, б;

1974), Э.И. Воробьевой (1977, 2004) и автором (Пантелеев, Молошников, 2003;

Молошников, 2011а, б). Результатом этих работ явились описания девонской южносибирской ихтиофауны, определение ее таксономиче ского состава, а также выявление ее стратиграфической последовательности. Одной из преобладающих групп верхнедевонской ихтиофауны являются антиархи. В целом в верх нем девоне рассматриваемого региона могут быть выделены два ихтиокомплекса: ойда новско-кохайский и тубинский, отличающиеся друг от друга антиархами на уровне се мейств. Соответственно этим комплексам в составе верхнедевонского отдела Минусин ской котловины предлагается выделение двух биозон (снизу вверх): зона Bothriolepis sibi rica и зона Tubalepis extensa. Под биозоной, согласно Стратиграфическому кодексу России (2006), понимается зона распространения таксона.

Зона Bothriolepis sibirica соответствует ойдановскому и кохайскому горизонтам франского яруса. Ее нижняя граница устанавливается по появлению остатков вида индекса, а верхняя граница проводится по подошве зоны Tubalepis extensa. Для зоны в це лом характерен следующий ихтиокомплекс: Bothriolepis sibirica Obruchev, B. cf. B. sibirica Obruchev, B. cf. B. cellulosa (Pander in Keyserling), Bothriolepis sp., Grossilepis aff. G. tuber culata (Gross), Bothriolepididae subfam., gen. et sp. indet., Dinichthyoidea fam., gen. et sp.

indet., Megistolepis doroshkoji Vorobyeva, Onychodus remotus (Obruchev), Panderichthys sp., Dipterus martianovi Obruchev, Dipterus sp. Данная зона соответствует зонам falsiovalis– linguiformis стандартной конодонтовой шкалы.

Зона Tubalepis extensa соответствует тубинскому горизонту фаменского яруса. Ее нижняя граница устанавливается по появлению остатков вида-индекса, а также Megistole pis klementzi Obruchev и Thaumatolepis edelsteini Obruchev. Верхняя граница зоны прово дится по кровле тубинского горизонта (исчезновение тубалепидид и мегистолепидин).

Данная зона соответствует зонам triangularis–praesulcata стандартной конодонтовой шкалы.

Описанные А.А. Сергиенко (1974) виды Bothriolepis lata Sergienko и B. cornuta Ser gienko из тубинской свиты Чебаковско-Балахтинской впадины рассматриваются в настоя щее время автором (Молошников, 2011а) в качестве синонимов зонального вида Tubalepis extensa. Кроме перечисленных выше видов из отложений этой зоны в некоторых работах (Обручев, 1955;

Сергиенко, 1974) упоминается Bothriolepis sibirica Obruchev, хотя в неко торых случаях это определение дается со знаком cf. (Сергиенко, 1961, с. 139). В совмест ной же работе Д.В. Обручева и А.А. Сергиенко (1961) указывается, что остатки B. sibirica характерны только для франского яруса котловины. Разрозненные костные остатки этого вида имеют схожую скульптуру с костями T. extensa, но резко отличаются формой, про порциями и строением краевой затылочной кости черепной крыши, а также туловищных костей. Так, например, в отличие от T. extensa, B. sibirica имеет сравнительно узкую и уд линенную переднюю среднеспинную кость с узким передним отделом и более широкую заднюю среднеспинную со слабо оттянутым назад задним углом. В туловищном панцире T. extensa отсутствует среднебрюшная кость, что резко отличает его не только от B.

sibirica, но и от других ботриолепидид (Молошников, 2011в;

Moloshnikov, 2008). К сожа лению, изображения и описания остатков, определенных как B. sibirica (или B. cf. sibirica), из тубинских отложений опубликованы не были. При изучении доступных коллекций по верхнедевонской ихтиофауне Минусинской котловины и во время полевых работ 2009 г.

автору также не удалось найти B. sibirica в тубинских отложениях. Учитывая это, присут ствие B. sibirica в тубинском горизонте требует дальнейшего дополнительного подтвер ждения, т.к. ранее за этот вид могли быть приняты фрагментарные остатки T. extensa.

Позднедевонская ихтиофауна Минусинской котловины представлена в основном эндемичными для Южной Сибири формами, что затрудняет сопоставление выделенных зон с зонами других регионов по ихтиофауне. Однако в отложениях зоны Bothriolepis sibi rica присутствуют B. cf. cellulosa и G. aff. tuberculata. Виды B. cellulosa и G. tuberculata из вестны из франских отложений Восточно-Европейской платформы и входят в комплекс ихтиозоны B. cellulose. Эта ихтиозона соответствует снетогорским и псковским слоям пля винского горизонта северо-западного субрегиона ВЕП (Ivanov, Lukevis, 1996), скрыга ловским и сарьянским слоям саргаевского горизонта западных районов платформы (Плак са, 2007), верхнетиманско-нижнеустьярегским отложениям Южного Тимана и нижней час ти устьярегской свиты Среднего Тимана (Иванов и др., 2003;

Esin et al., 2000). Вид-индекс B. sibirica обнаружен также в соломинском горизонте Кузнецкого прогиба (Антонова, 2007), который сопоставляется с верхней частью кохайского горизонта Минусинской впадины.

НОВЫЕ МИКРОСПОРАНГИАТНЫЕ РЕПРОДУКТИВНЫЕ ОРГАНЫ ИЗ ПЕРМСКИХ ОТЛОЖЕНИЙ ПЕРМСКОГО КРАЯ С.В. Наугольных ГИН РАН, Москва, naugolnykh@rambler.ru В ряде местонахождений пермского возраста (кунгурский ярус: разрез Чекарда-1, слой 10, Суксунский район Пермского края;

казанский ярус: разрез Ключики, Куединский район Пермского края, и др.) обнаружены остатки микроспорангиатных репродуктивных органов, отнесенных к новому виду рода Permotheca Zalessky, 1929. Эти органы представ ляют собой синангии, состоящие из четырех спорангиев, сросшихся своими основаниями.

Спорангии прямые или изогнутые, эллипсоидальные, с приостренной или слабо оттянутой верхушкой и клиновидным основанием. На адаксиальной поверхности синангия в его цен тральной части присутствует небольшой диск прикрепления с располагающимся на нем округлым рубцом. Синангии отделялись от несущих их синангиофоров по отделительному слою, очевидно, после завершения репродуктивного сезона. Стенка спорангиев состоит из длинных покровных клеток трапециевидных очертаний. Клетки расположены по спирали в отношении продольной оси спорангия, которая одновременно является условной осью на вивания клеток. В стенках спорангиев располагались длинные секреторные (смоляные) ка налы, идущие вдоль направления продольных осей клеток или, реже, несколько косо в от ношении рядов клеток. Секреторные каналы располагаются по спирали или могут быть направлены прямо от основания спорангия к его верхушке. Спорангии, как правило, могут быть изогнуты слева направо, если смотреть на синангий с абаксиальной стороны, но встречаются синангии и с практически прямыми, не изогнутыми спорангиями.

Пыльца от протомоносаккатной до протодисаккатной, с неребристым телом и от четливым поперечным сулькусом. Размер пыльцевых зерен в среднем составляет мкм. Протосаккус моносаккатных зерен разделен на два баллона, соединенных двумя ла теральными перемычками. Такие же перемычки присутствуют и в условно дисаккатных зернах. Таким образом, от протомоносаккатных пыльцевых зерен этого вида пермотек к протодисаккатным зернам существует плавный переход, обусловленный различной степе нью развития перемычек между баллонами и степенью развития самих баллонов. Ячейки сетки протосаккуса неправильных очертаний, в среднем размером около 23 мкм. Они за нимают весь объем мешка, несколько уменьшаясь в размерах по мере приближения к цен тральному телу пыльцевого зерна.

Охарактеризованные микроспорангиатные органы, которые планируется описать под новым видовым названием, встречаются в отложениях кунгурского и, возможно, уфимского и казанского ярусов пермской системы, представленных континентальными и лагунными фациями.

Морфогенетические закономерности в эволюции микроспорокладов (=андрофоров) рода Permotheca позволяют использовать эту группу растительных остатков для определе ния стратиграфических и латеральных (фациальных) границ региональных стратонов, прежде всего свит, горизонтов и ярусов нижнего отдела пермской системы в Приуралье.

Направление морфогенеза синангиев пермотек в пермском периоде проявилось в измене нии архаичных радиально-симметричных розетковидных синангиев в сторону к появле нию более специализированным форм, охарактеризованных смещением спорангиев на абаксиальную сторону синангиев. В настоящее время стратиграфическое распространение видов пермотек в нижнем и среднем отделах пермской системы выглядит следующим об разом: кунгурский ярус, филипповский горизонт, лекская свита – Permotheca disparis (Za lessky) Naug., P. fimbriata (Zalessky) Naug.;

кунгурский ярус, иренский горизонт, кошелев ская свита – Permotheca disparis, P. bifurcata Naug., P. deodara Naug., Permotheca colovrati ca Naug., sp. nov. (in manuscr., см. выше);

уфимский ярус, соликамский горизонт, соликам ская свита – Permotheca aff. disparis;

уфимский ярус, шешминский горизонт, юговская сви та – Permotheca aff. sardykensis Zalessky;

казанский ярус, нижнеказанский подъярус – Per motheca sardykensis Zalessky. Распределение видов пермотек в отложениях верхнего отдела пермской системы требует уточнения.

БИОСТРАТИГРАФИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ТАРИБАНСКОГО СЛОНА ARCHIDISKODON MERIDIONALIS TARIBANENSIS GABUNIA ET VEKUA, Т.Ф. Обадэ Институт зоологии АН Молдовы, Кишинёв, Молдова, theodorobada@gmail.com Представителей семейства слоновых (Elephantidae Gray, 1821) с полной уверенно стью можно назвать «хорошими стратиграфическими ископаемыми» (Beden, 1979). Для выяснения и уточнения их биостратиграфического значения одними из главных показате лей являются средние величины показателей промеров моляров.

По мнению автора, в настоящее время наиболее близкой к решению задачи более точного систематического определения слонов является методика, предложенная И.В. Фо роновой и А.Н. Зудиным (1986). Главными диагностическим показателями в диаграммах, построенных по этой методике, являются: частота пластин, средняя длина одной пластины и толщина эмали. В целях исключения случайных отклонений и повышения статистиче ской достоверности данных для каждого моляра делается максимальное количество заме ров (Foronova, Zudin, 1999, 2001;

Форонова, 2001).

Сложное геологическое полифациальное строение, слагаемое несколькими генера циями аллювия, наложенными или вложенными одна в другую, отмечено многими иссле дователями при исследованиях разрезов Северного Причерноморья плио-плейстоценового возраста (Хубка, Шушпанов, 1973;

Лебедева, 1978;

Билинкис, 1986;

Лукина, 1986;

Давид, Билинкис, Шушпанов, Редкозубов, 1988;

Тесаков, 2004 и др.) и осложняет определение возраста этих отложений. Полевые исследования показывают, что переотложение палео нтологических образцов из одного горизонта в другой является возможным феноменом в древнеаллювиальных отложениях континентального виллафранка Европы. Таким образом, даже если образец найден в конкретном слое, существует вероятность его переотложения вследствие меандрирования древних речных долин, в отложениях которых обычно нахо дятся древние фаунистические образцы. Выводы о сравнительных различиях и сходствах в степени их фоссилизации могут быть ошибочными.

На протяжении многих лет позиция многих исследователей со стержневой идеей:

одно местонахождение, один возраст и один вид слона (не говоря уже о допущении веро ятности одновременного сосуществования и другого рода слона в отложениях того же воз раста) крепко укоренилась и являлась неизменной. Именно в таких случаях, когда образцы из одного и того же местонахождения считаются одновозрастными, имеет место перекры вание главных диагностичеких промеров моляров разных видов слонов, имеющих различ ный геологический возраст. При этом игнорируются основные диагностические параметры образцов-голотипов и делаются ссылки на пределы индивидуальной изменчивости в строении зубной системы данного вида.

Одним из руководящих видов крупных млекопитающих отложений хапровского фаунистического комплекса считался вид A. «gromovi» Garutt et Alexejeva, 1964. Споры о валидности таксона «слона Громова» продолжаются несколько последних десятилетий (Алексеева, 1977;

Габуния, Дуброво, 1989, 1990;

Дуброво, 1989, 1991;

Гарутт, Тихонов, 2001;

Lister, Sher, van Essen, Wei, 2005;

Palombo, Ferretti, 2005;

Мащенко, 2010;

Байгушева, Вангенгейм, Тесаков, Титов, Швырёва, 2011 и др.). При выделении нового вида В.Е. Га рутт и Л.И. Алексеева (1964) посчитали, что все зубы слонов из нескольких местонахож дений (Хапры, Ливенцовка, Морская, Валовая балка и др.) относятся к одному виду архи дискодонтных слонов A. gromovi и одновозрастны. Ранее В.И. Громов (1948, с. 44-45) вы делял два различных вида из местонахождения Хапры: Elephas meridionalis (более про грессивный вид) и Elephas cf. planifrons (более архаичный вид), указывая «… что палео нтологические находки встречаются не только в основании хапровских песков, но и в са мой толще их». Некоторые исследователи считали состав хапровской мегафауны разно возрастным (Верещагин, 1959;

Forsten, 1998).

По нашему мнению главные диагностические характеристики моляров (частота пластин, длина одной пластины и толщина эмали) голотипа A. «gromovi» (Мащенко, 2010) указывает на его более прогрессивное биологическое положение, чем голотип номинатив ного подвида A. meridionalis meridionalis (данные из работы Фороновой, 2001).

Из местонахождения Тарибана, Грузия, был описан новый подвид слона Archidiskodon meridionalis taribanensis Gabunia et Vekua, 1963. Первично его возраст был определён как поздний акчагыл–ранний апшерон. Дополнительные палеонтологические исследования и уточнение геологического возраста скелета слона из Тарибаны позволили определить его возраст как поздний акчагыл (Габуния, Векуа, 1966;

Vekua, Lordkipanidze, Bukhsianidze, Chagelishvili, 2010). Этот возраст соответствует хапровскому фаунистиче скому комплексу, около 2,2-1,8 млн лет назад, верхи биозоны MNQ 17 (Mein, 1990).

В 2011 году автор настоящей работы посетил Национальный музей Грузии в г. Тби лиси для дополнительного исследования образцов скелета слона из Тарибаны. Промеры моляров (по методике Фороновой, 2001) голотипа A. m. taribanensis показали его несо мненное более древнее происхождение по сравнению с голотипом A. gromovi. По мнению проф. Л.А. Векуа (устное сообщение) тарибанский слон происходит из отложений, имею щих возраст около двух миллионов лет.

Учитывая вышеперечисленные данные, предлагается считать для хапровского фау нистического комплекса Восточной Европы и для биозоны MNQ 17 характерным и руко водящим подвидом слона архидискодонтной линии A. meridionalis taribanensis. Его пред ком являлся A. stefanescui Obada, 2008 (Обадэ, 2008, 2009;

Obada, 2010), выделенный по единичному образцу (М3, карьер Дялул Калулуй, с. Чернэтешть, Румыния) и ранее опре делённому как Archidiskodon (Mammuthus) «rumanus» (Samson, Radulescu, 1973;

Lister, van Essen, 2003;

Lister, Sher, van Essen, Wei, 2005 и др.). По имеющимся в настоящее время данным, к виду A. stefanescui можно отнести и образец из местонахождения Новотроицкое (Ставропольский край, Россия), выделенный в качестве голотипа нового вида слона – A.

«garutti» (Мащенко, 2010), считавшимся видом nom. non disponibile – с некорректным на званием (Байгушева, Титов, 2011) и впоследствии определённый как A. cf. «rumanus» и A.

«meridionalis cf. rumanus» (Байгушева, Вангенгейм, Тесаков, Титов, Швырёва, 2011).

Исследованиями, проведёнными в последние годы, было отмечено, что прохорез слоновых из Африки в Евразию, произошедший, по данным различных исследователей, в интервале 3,6-3,0 миллионов лет назад (биозона MN 16a), включал не только представите лей линии степных слонов рода Archidiskodon, но и ещё двух родов. Это слоны Elephas (Palаeoloxodon) и Loxodonta (Обадэ, 2008, 2009;

Obada, 2010), которые сосуществовали в это же время в Африке и имели одинаковые шансы проникновения по широким сухопут ным перешейкам.

Автор благодарит директора Национального музея Грузии Д. Лордкипанидзе и его cотрудников А. Векуа, М. Букчанидзе, Т. Готсиридзе за предоставление возможности ра боты с материалами по ископаемым слонам Грузии, консультации и коллегиальную по мощь во время пребывания в г. Тбилиси. Автор также благодарит Веронику Обадэ (Обон не, Франция) за финансовую помощь для осуществления поездки в г. Тбилиси.

ГЛУБОКОВОДНЫЕ БЕНТОСНЫЕ ФОРАМИНИФЕРЫ ПАЛЕОГЕНА ПОДНЯТИЯ ОБРУЧЕВА (СЕВЕРНАЯ ПАЦИФИКА) Д.М. Ольшанецкий ГИН РАН, Москва, mitia@list.ru Палеогеновые глубоководные бентосные фораминиферы имеют субглобальные ареалы и могут служить прекрасным инструментом для расчленения разрезов и построе ния стратиграфических шкал. Существенным минусом этой группы является продолжи тельность существования видов и, как следствие, низкая разрешающая способность. По этому обычно при изучении материалов скважин Проектов глубоководного и океанского бурения они используются, в основном, как материал для исследований температуры и продуктивности придонных вод – анализа содержания изотопов кислорода и углерода в их раковинах. Тем не менее, в 80-е годы, в основном на материале из Атлантического океана, был предложен ряд глобальных шкал по бентосным фораминиферам (Tjalsma, Lohmann, 1983;

Berggren, Miller, 1989).

Попыткой выявить региональные особенности распределения палеоценовых и эоцено вых ассоциаций бентосных фораминифер Северно-Западной Пацифики стал анализ батиаль ных комплексов из разреза скважины 883В Проекта океанского бурения, расположенной на поднятии Обручева (51°11.908' с.ш., 167°46.128 в.д.) на глубине 2396 м (ниже уровня моря).

Палеоценовые отложения вскрыты в керне 86Х и содержат лишь специфический комплекс агглютинирующих видов – Glomospira serpens, G. charoides, G. gordialis, что объясняется, по-видимому, значительным повышением уровня карбонатной компенсации в это время. Однако подобные ассоциации характерны и для терминального палеоцена – раннего эоцена из североатлантических скважин (Kaminski, 2005).

Отложения нижнего эоцена выявлены в интервале кернов 84Х-82Х. Внизу комплек сы существенно обедненные и малочисленные, представлены видами Bulimina semicostata, Buliminella grata, Nuttallides truempyi. Вверх по разрезу ассоциация становится богаче и существенную роль начинают играть Oridorsalis umbonatus, Anomalina capitata, Cibici doides praemundulus, C. eocaenus, Falsoplanulina ammophila, Clinapertina inflata. Наиболь шее разнообразие (17 видов) и численность (576 экземпляров) ассоциации наблюдается в комплексе из керна 82Х.

Осадки среднего эоцена вскрыты в кернах 81Х-75Х. Комплексы среднеэоценовых фораминифер, как и раннеэоценовых, становятся многочисленнее и разнообразнее к верху разреза. Они представлены, в первую очередь, известными с раннего эоцена видами, а также вновь появившимися: Oridorsalis umbonatus, Nuttallides truempyi, Bulimina semicostata, Buliminella grata, Anomalinoides semicribatus, Osangularia mexicana, Gyroidina subangulata, Globocassidulina subglobosa, Lenticulina californiensis, которые широко рас пространены в среднем эоцене. Здесь комплекс достигает своей максимальной численно сти и разнообразия – 20 видов, более 810 экземпляров (керн 79Х). В верхах разреза (керны 77Х-78Х) комплекс фораминифер мало разнообразен, ассоциации охарактеризованы по прежнему видами Oridorsalis umbonatus, Nuttallides truempyi и Anomalina capitata. Выше разнообразие вновь повышается до 15-20 видов на образец, но численность не превышает 400 раковин. Многочисленными становятся раковины вида Anomalina spissiformis.

Осадки верхнего эоцена представлены в керне 74Х. В существенно обедненных комплексах преобладающими видами являются Globocassidulina subglobosa, Cibicidoides eocaenus, C. grimsdalei, Gyroidina planulata. Ранее абсолютно доминировавший вид Nuttallides truempyi практически исчезает, его последнее нахождение отмечено в образце 74Х-2 120-122.

Палеоценовые и эоценовые сообщества фораминифер не имеют общих видов. Ко эффициент схожести раннеэоценовых и среднеэоценовых сообществ равен 0,86, а средне эоценовых и позднеэоценовых – 0,84. Проведенный анализ бентосных фораминифер по зволил с уверенностью определить нижнюю границу эоцена, а по исчезновению Nuttallides truempyi провести его верхнюю границу с олигоценом. Резкое сокращение численности этого вида на рубеже среднего и позднего эоцена носит глобальный характер (Tjalsma, Lohmann, 1983;

Morkhoven et al., 1986;

Berggren, Miller, 1989). Первое появление Anomalinoides semicribatus позволяет провести сопоставление с глобальной шкалой Беррг рена и Миллера и выделить зону AB6 среднего эоцена. Но, если общие закономерности развития фораминифер, выявленные этими исследователями, и прослеживаются в Север ной Пацифике, то большинство выделяемых ими границ здесь не выражено. Рассмотрен ные же ассоциации являются промежуточными между батиальными и абиссальными в сравнении с атлантическими.

Полученные данные позволяют утверждать, что нижнеэоценовые сообщества ха рактеризуются нарастанием разнообразия после биотического кризиса на границе палео цена и эоцена, на средний эоцен приходится их расцвет, а заметное снижение численности и разнообразия происходит в позднем эоцене, когда фауна начинает приобретать черты современной. Сходные результаты были получены в результате изучения многих других глубоководных палеогеновых разрезов.

РАСЧЛЕНЕНИЕ ВЕРХНЕГО ОРДОВИКА ЗЕРАВШАНО-ГИССАРСКОЙ ГОРНОЙ ОБЛАСТИ (ЮЖНЫЙ ТЯНЬ-ШАНЬ) И ГРАНИЦА ОРДОВИКА И СИЛУРА ПО ГЕЛИОЛИТИДАМ Н.К. Оспанова Ин-т геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии АН Таджикистана, Душанбе, Таджикистан, ospanova2005@mail.ru В Зеравшано-Гиссарской горной области гелиолитиды встречены в трёх последова тельно сменяющих друг друга стратиграфических подразделениях ордовика: чашманка лонских, арчалыкских и минкучарских слоях. При этом ордовикский возраст арчалыкских слоёв сомнений не вызывает, разногласия касаются лишь границ подразделения. Ряд гео логов (Ким, Апекин, Ерина, 1975, 1978;

Ким, Абдуазимова, Абдуллаев, 1998) относит эти слои к верхнему ашгиллу и считает, что границу между ордовиком и силуром следует про водить по кровле арчалыкских слоёв. Чашманкалонские слои при этом датируются позд ним карадоком (Лаврусевич, 1976), ранним ашгиллом (Оспанова, 1983, 1984, 1991;

Ким, Ёлкин, Ерина, 1984;

Сладковская, 1987), ашгиллом (Ким, Абдуазимова, Абдуллаев, 1998).

Согласно залегающие на арчалыкских минкучарские слои относятся к низам лландовери (Ким, Апекин, Ерина, 1975, 1978 и др.) или к верхнему ашгиллу (Лаврусевич, 1972, 1976;

Лелешус, 1975;

Оспанова, 2002, 2005, 2006;

Оспанова, Лелешус, 2006).

Проведённый нами анализ данных о возрасте стратиграфических подразделений ор довика в Зеравшано-Гиссарской горной области привел к парадоксальному выводу, что в понимании возраста и объёма местных подразделений ордовика практически ни по одному из них нет единства мнений (Оспанова, 2005). Это касается и отложений, характеризую щихся присутствием обильных органических остатков (арчалыкские и минкучарские слои). Тем самым положение границы между ордовиком и силуром в изучаемом регионе, как и в большинстве регионов мира, продолжает оставаться спорным.

В сложившейся ситуации, когда возраст ни одного из местных подразделений ордо вика не понимается однозначно, важны учёт всех фактических данных и анализ возможно большего числа фаунистических групп. Одной из таких групп являются гелиолитиды, ос татки которых довольно многочисленны в рассматриваемых отложениях.

Изучение показывает, что гелиолитиды чашманкалонских, арчалыкских и минку чарских слоёв образуют три последовательно сменяющих друг друга комплекса, между которыми фиксируются элементы преемственности. Состав комплексов установлен на ос новании монографического описания собранных автором и другими геологами коллекций и анализа литературных данных (Ким, 1966;

Лелешус, 1975;

Ким, Апекин, Ерина, 1978;

Лелешус, Оспанова, 1979;

Leleshus, Ospanova, 1979;

Фёдоров, Карташова, 1986;

Сладков ская, 1987;

Оспанова, 1991 и др.).

Из чашманкалонских слоёв определены Pycnolithus bifidus Ldm, Plasmoporella ka sachstanica Bondarenko, Kimilites clarus Sladkovskaja, Acdalina asiatica (Apekin), Leleshusites asiaticus gen. et sp. nov. и Plasmoporella primitiva Оspаnovа. Возраст чашманкалонских сло ёв по гелиолитидам не древнее позднего карадока и не моложе позднего ашгилла.

Комплекс гелиолитид арчалыкских слоёв включает виды Plasmoporella convexotabu lata Kiаеr, P. primitivа Ospanova, Esthonia sp., Leleshusites asiaticus gen. et sp. nov., Leleshu sites minimus gen. et sp. nov., Acdalina asiatica (Apekin), Ac. densa sp. nov., Navoites simmetri cus Leleshus et Ospanova, Kimilites clarus Sladkovskaja, Paleoobihundites septosus Ospanova, Starshininites pshanzensis Оspаnovа, Thaumatolina lavrusevichi Ospanova, Taeniolites kelleri Bondarenko, Paolites paopensis Sokolov in Bondarenko, Apekinella zeravshanica gen. et sp.

nov., Novabakites bitecus Оspаnovа, Olgapora fibra gen. et sp. nov., Manzuriporites takfonensis Оspаnovа, Pteroseris obscurus gen. et sp. nov., Muftievella tubulosa gen. et sp. nov., Vorupora exigua (Billings), Propora speciosa Billings, Propora aff. conferta Milne-Edwards et Haime и P. conferta tunicatа Sokolov. По гелиолитидам арчалыкские слои коррелируются со слоями 5а и 5b Норвегии (средний–верхний ашгилл), а также с абакским горизонтом (средний аш гилл) и акчаульской свитой (средний ашгилл) Казахстана. Представители описанных или близких по строению видов встречаются также в среднем карадоке Срединного Тянь Шаня, предположительно в верхнем карадоке Норвегии (энкринитовые известняки), аш гилле Казахстана, ашгилле Эстонии (горизонты вормси, пиргу и поркуни). Среднеашгиль ский возраст слоёв является наиболее вероятным не только на видовом, но и на родовом уровне. Также можно добавить, что в арчалыкских слоях нами впервые найден вид Propo ra speciosa, по своим морфометрическим характеристикам попадающий в первую филозо ну, охватывающую нижнюю часть формации Эллис Бэй Канады, слои 5а Норвегии, гори зонт пиргу Эстонии и хангайский горизонт Центральной Монголии, слои 6, 7. По О.Б. Бондаренко и Ч. Минжину (1981), нижняя филозона вида отвечает среднему ашгиллу.

Кроме того, для изученных форм, у которых развита пузырчатая цененхима, весьма харак терна вздутость днищ, что, по нашим наблюдениям, является отличительной чертой сред неашгильских гелиолитид в планетарном масштабе.

Комплекс гелиолитид из минкучарских слоёв, после переизучения и учёта данных по изменчивости, приобрёл следующий вид: Leleshusites asiaticus gen. et sp. nov., Propora speciosa (Billings), Esthonia sp., Vorupora exigua (Billings), Senexites senex (Leleshus et Ospa nova), Acidolites schadchinevi Оspаnovа. В этом комплексе обращает на себя внимание вид Leleshusites asiaticus gen. et sp. nov., встреченный и в двух предыдущих слоях. Он принад лежит семейству Plasmoporellidae, закончившего своё существование в ордовике. Предста вители вида Propora speciosa в минкучарских слоях многочисленны и по своим морфомет рическим признакам попадают во вторую филозону вида, охватывающую, по О.Б. Бонда ренко и Ч. Минжину (1981), верхнюю часть формации Эллис Бэй Канады, горизонт поркуни Эстонии и слои 5b Норвегии, что соответствует верхнему ашгиллу. Этот вид известен также из формации White Head верхнего ордовика Канады, п-ов Гаспэ (Bolton, 1980).

Таким образом, общими видами между минкучарскими и арчалыкскими слоями яв ляются Leleshusites asiaticus gen. et sp. nov., Propora speciosa (Billings), Esthonia sp. и Voru pora exigua (Billings), а между арчалыкскими и чашманкалонскими – Kimilites clarus Slad kovskaja, Acdalina asiatica (Apekin), Leleshusites asiaticus gen. et sp. nov. и Plasmoporella primitiva Оspаnovа. В то же время комплексы гелиолитид минкучарских слоёв и более мо лодых нижнесилурийских отложений (шингская свита и её возрастные аналоги) резко раз личаются между собой не только на видовом, но и на родовом уровне.

Преемственность комплексов, сходство условий формирования вмещающих пород, отсутствие общих видов с видами комплексов из более молодых отложений, анализ рас пространения гелиолитид позволяют рассматривать чашманкалонские, арчалыкские и минкучарские слои в составе единого – ашгильского – яруса в объёме нижнего, среднего и верхнего подъярусов соответственно. На основании изучения гелиолитид граница между ордовиком и силуром в Южном Тянь-Шане должна проводиться не по подошве, а по кров ле минкучарских слоёв.

КОМПЛЕКСЫ ВЕРХНЕДЕВОНСКИХ РИНХОНЕЛЛИД (BRACHIOPODA) ЗАКАВКАЗЬЯ А.В. Пахневич ПИН РАН, Москва, alvpb@mail.ru Изучение отложений девона и нижнего карбона Закавказья проводилось с начала XX века и остается актуальным по сей день. За это время были накоплены обширные све дения о фауне и стратиграфии исследуемого района – территории современной Армении и Нахичеванской АР. Большой интерес стратиграфов обусловлен большим числом пред ставленных в Закавказье разрезов этого возраста и, в том числе, наличием непрерывных разрезов от конца эмского до визейского ярусов. Поэтому важность изучения этих разре зов для стратиграфии и корреляции девонских и нижнекаменноугольных отложений труд но переоценить. Отдельное внимание уделялось фауне брахиопод в связи с ее большим разнообразием. Этой группой фауны в разное время занимались многие исследователи, краткий перечень которых приведен в недавних работах А.Б. Мамедова (1992, 2002), И.А. Гречишниковой, Е.С. Левицкого (2011). Особый интерес представляют работы, вы полненные М.А. Ржонсницкой (1948), М.С. Абрамян (1957), М.С. Абрамян, Р.А. Аракелян, А.С. Папоян (1975), И.А. Гречишниковой, А.В. Аристовой, Е.А. Рейтлингер, А.В. Чижовой (1988), А.Б. Мамедовой (1992, 2002), М.А. Ржонсницкой и А.Б. Мамедовой (1985, 1988, 2000), И.А. Гречишниковой и Е.С. Левицким (2011), в которых приведены стратиграфиче ские схемы с подразделениями, охарактеризованными видовыми комплексами брахиопод.

В приводимых тезисах уделено внимание верхнедевонским отложениям.


Они инте ресны с точки зрения смены фаун на границе франа и фамена и фамена–турне, когда про изошли массовые вымирания, и отложения могут быть охарактеризованы хорошо разли чающимися между собой комплексами фаун. Изучены коллекции брахиопод (главным об разом, ринхонеллид), собранные в разное время и переданные автору И.А. Гречишнико вой. В работе принята стратиграфическая схема, предложенная И.А. Гречишниковой и Е.С. Левицким (2011). Отложения нижнего франа до сих пор остаются плохо охарактери зованными фауной ринхонеллид, несмотря на то, что в позднем девоне эта группа была достаточно разнообразна. В верхнем фране Армении и Нахичевана известно по два вида ринхонеллид, при этом виды Cyphoterorhynchus arpaensis и C. koraghensis приняты неко торыми авторами в качестве зональных. Нижний фамен характеризуют от 1 до 10 видов ринхонеллид. Верхний фамен охарактеризован ринхонеллидами подробнее: из его отло жениий выделяется от 1 до 21 вида, включая виды, описанные в открытой номенклатуре.

Вид Paurogastroderhynchus nalivkini является зональным. Исследования автора, проведен ные на массовом материале, позволили получить новые дополнительные данные. Смена фаун ринхонеллид происходит на границе среднего и позднего девона. Такие виды, как Beckmannia implexa, Kransia subcordiformis, Uncinulus korovini, Isopoma brachyptycta, Schnurella transversa, Kransia parallelepipeda, характерные для верхнего живета, полностью исчезают, и в нижнефранских отложениях присутствует уже обновленный состав фауны. В отложениях первой половины франского яруса видовой состав ринхонеллид обеднен. Для зоны Adolphia zickzack характерны виды: Betterbergiinae gen. et sp. nov., Ripidiorhynchus gnishikensis, Cyphoterorhynchus arpaensis, Paropamisorhynchus kotalensis, Porthmorhynchus ferquensis, Septalariidae gen. et sp. indet. Betterbergiinae gen. et sp. nov., Coeloterorhynchus tabasensis, Pugnax acuminatus. Интересно присутствие двух последних видов, которые яв ляются элементами ранне-среднедевонской фауны ринхонеллид, которая исчезает в живе те (Betterbergiinae) и фране (Septalariidae). Зона Cyrtospirifer subarchiaci–Cyphoterorhynchus arpaensis характеризуется видами: Ripidiorhynchus gnishikensis, Cyphoterorhynchus arpaensis, Paropamisorhynchus kotalensis, Porthmorhynchus ferquensis, Calvinariinae gen. et sp. nov. Наиболее многочисленным становится Cyphoterorhynchus arpaensis. Самостоя тельность вида Cyphoterorhynchus koraghensis ставится по сомнение, так как на массовом материале видно, что ширина и выпуклость раковины, количество ребер может варьиро вать. Во франское время полностью исчезают остатки живетской фауны. Первая фамен ская зона Cyrtospirifer asiaticus–Ardiviscus meisteri характеризуется увеличением разнооб разия ринхонеллид. В ее отложениях встречены виды: Paropamisorhynchus kotalensis, Stenaulacorhynchus sp., Greirinae gen. et sp. nov. 1, Centrorhynchus letiensis, Greira transcau casica, Centrorhynchus charakensis, Sinotectirostrum sp. 1, Sinotectirostrum zobeida, Ptychomaletoechia cf. boloniensis, Calvinariinae gen. et sp. nov., Ptychomaletoechia cf. zuleika.

Впервые в этих слоях встречаются пористые ринхонеллиды, представленные сразу двумя родами и видами. Резко увеличивается количество видов Trigonirhynchidae, которые ста новятся доминирующими ринхонеллидами верхнего девона еще с франа. Следующая зона, относящаяся к низам верхнего фамена, Cyrtospirifer pamiricus–Enchondrospirifer ghorensis, характеризуется видами: Centrorhynchus charakensis, Paropamisorhynchus kotalensis, Greiri nae gen. et sp. nov. 1, Greirinae gen. et sp. nov. 2, Centrorhynchus letiensis, Araratella dichoto mians, Navalicria sp., Stenaulacorhynchus sp., Platyterorhynchinae gen et sp. indet, Sinotectiro strum sp. 2. В отложениях зоны Paurogastroderhynchus nalivkini обнаружены ринхонеллиды:

Paurogastroderhynchus nalivkini, Araratella dichotomians, Centrorhynchus charakensis, Centrorhynchus letiensis, Greirinae gen. et sp. nov. 1, Greirinae gen. et sp. nov. 2, Ptychomaletoechia cf. boloniensis, Paropamisorhynchus kotalensis, Sinotectirostrum sp. 3. За исключением слабо изученного Calvinariinae gen. et sp. nov., вид Paropamisorhynchus kota lensis является единственным «перешедшим» из франа в фамен, но в отложениях более поздних зон не встречается. В отложениях всех перечисленных зон фамена доминирует вид Centrorhynchus letiensis. В отложениях последней (верхней) зоны фамена представите ли рода Centrorhynchus полностью отсутствуют. Зона Sphenospira julii–Spinocarinifera nigra характеризуется видами: Araratella dichotomians, Tchanakhtchirostrus araraticum, Greirinae gen. et sp. nov. 1, Greirinae gen. et sp. nov. 2, Ptychomaletoechia panderi, Sinotectirostrum deli catacostata, Leptocaryorhynchus sp. В процессе исследования из-за недостатка материала не удалось точно определить некоторые виды родов Sinotectirostrum и Ptychomaletoechia.

Таким образом, комплексами видов ринхонеллид охарактеризованы зоны верхнего девона. Отмечается почти полная смена фауны на границе живета и франа, разнообразие видов существенно падает на границе франа и фамена (почти в 2 раза), небольшое умень шение разнообразия отмечено на границе фамена и турне.

Работа выполнена в рамках гранта РФФИ № 10-05-00342.

БИОСТРАТИГРАФИЧЕСКИЕ УРОВНИ ПРИ РАСЧЛЕНЕНИИ РАЗРЕЗОВ ПО КОМПЛЕКСАМ ФОРАМИНИФЕР (НА ПРИМЕРЕ НЕОГЕНОВЫХ ОТЛОЖЕНИЙ ЗАПАДНОГО ПРЕДКАВКАЗЬЯ) Т.Н. Пинчук Кубанский государственный университет, Краснодар, pinchukt@mail.ru Комплексы фораминифер неогеновых отложений на территории Западного Предкав казья установлены А.К. Богдановичем (1965). Ранние исследования основаны на изучении геологических разрезов колонковых и неглубоких скважин и выходов неогеновых отложе нии на поверхность. Изучение автором неогеновых фораминифер Западного Предкавказья также основано на материале разрезов глубоких скважин. Исследование параметров рако вин фораминифер проводилось с помощью стандартных методов математической стати стики. Составлялись списки видов фораминифер по разрезам неогена, прослеживалось из менение количественного и видового состава фораминифер по разрезу. На основании так сономического состава, экологических характеристик, массового распространения отдель ных видов фораминифер определялись биостратиграфические границы стратонов неогено вого разреза. По эколологическим характеристикам комплексов определялось распростра нение палеофаций по изученной территории для каждого яруса.

При палеофациальном анализе применялось построение схем равных мощностей (схем изопахит) для отдельных ярусов, а при более детальном анализе разведочных пло щадей – схем изопахит перспективных пачек и горизонтов, которые повсеместно уточня лись данными палеонтологических находок. Для каждого яруса составлялись палеофаци альные схемы и литолого-стратиграфические колонки. Полученные схемы и колонки кор релировали с сейсмическими профилями и уточняли стратиграфические границы разрезов неогена по территории.

По палеонтологическим определениям ранних исследований (Богданович, 1974 и др.) и автора составлены таблицы распространения сходных микробиот по изученным районам, с палеоэкологическим анализом биоценозов фораминифер. Проведенная ревизия видов фораминифер неогена Западного Предкавказья позволила выделить характерные биоценозы фораминифер, содержащие около 10 видов, с одним-двумя видами-индексами для каждого яруса (Богданович, 1976;

Пинчук, 1996). Эти биоценозы свидетельствуют о цикличности условий осадконакопления в зависимости от смены гидрологического режи ма бассейна на протяжении неогенового периода.

Биостратиграфические уровни необходимы для проверки палеоглубин бассейнов осадконакопления. При этом проводится сравнительный анализ танатоценозов форамини фер, и по экологической характеристике делается поправка расчетных (математических) палеоглубин бассейнов, что повысило достоверность построенных схем. Сопоставления одновозрастных слоев фораминифер, вместе с литологическими и петрофизическими дан ными, показали изменение литофаций по площади, и одновременно были отмечены участ ки с благоприятными условиями формирования песчано-алевритовых прослоев, которые могут являться коллекторами для углеводородов.

Изменение биоценозов фиксировалось в каждом разрезе, внутри каждого подразде ления, с колебаниями количественного и качественного состава видов как по разрезу, так и по площади. Выяснено, что «слои с фораминиферами», выделенные А.К. Богдановичем (1965, 1972) по южному борту ЗКП, распространены и по северному борту прогиба (Пин чук, 1996, 1999), что позволяет проследить их по всему Западному Предкавказью.

Для дробного расчленения разрезов скважин на каротажных диаграммах автором составлялись таблицы вертикального распределения фораминифер. Это позволило опреде лить биостратиграфические уровни по составу преобладающей фауны, обозначить уровни смешанных комплексов, уровни первого появления и исчезновения видов-индексов, уров ни аноксии. По таким разрезам наглядно виден тип осадконакопления по площади и сход ные и отличительные его черты в конкретных скважинах. Также проведены сопоставления находок ископаемых в разрезах скважин с реперными уровнями сейсмических профилей.

В результате были установлены биостратиграфические границы, не совпадающие с сейс мическими реперами, что позволило более точно проводить стратиграфические границы.

Биостратиграфические уровни, сопоставленные с результатами геофизических ис следований по скважинам, позволили дифференцировать процесс осадконакопления, отме тить сходные и отличительные черты фациальных обстановок, восстановить условия фор мирования песчано-алевролитовых пачек по месторождениям и построить палеофациаль ные схемы неогеновых отложений для Западного Предкавказья.

Разрез Кубанской СГ-12000 является лектостратотипом подразделений (зон и слоев) по фораминиферам, которые сопоставлены со свитами неогена Западного Предкавказья, а также с региоярусами местной стратиграфической шкалы.


Для тархана выделены три комплекса: 1) в раннем тархане слои с Globigerina tar chanensis–Saccammina zuramakensis (Богданович, 1975);

2) в среднем – слои с Globigerina tarchanensis (Богданович, 1971);

3) в позднем – слои с Bolivina tarchanensis–Sigmoilinita haidingerii (Богданович, 1950, 1972, 1986).

В чокраке выделены два комплекса: 1) для раннего чокрака – слои с Tschokrakella caucasica (Богданович, 1947, 1959, 1960);

2) для позднего – зона Florilus parvus (Богдано вич, 1965, 1972).

Для карагана – слои с Discorbis urupensis (Пинчук, 1996).

В конке – два комплекса: 1) в ранней конке – слои с Adelosina konkensis (Богдано вич, 1971);

2) в поздней конке – слои с Elphidium horridum (Богданович, 1971).

В сармате выделены три комплекса: 1) в раннем сармате – слои с Miliolinella reussi (Богданович, 1971);

2) в среднем – слои с Dogielina sarmatica (Богданович, 1971);

3) в позднем – слои с Quinqueloculina consobrina (Богданович, 1971).

Для мэотиса – слои с Quinqueloculina seminulum maeotica (Богданович, 1972).

Для понта характерны слои с обедненной нехарактерной микрофауной (Богданович, 1971, 1972).

Применение микрофаунистических исследований позволяет расчленять не только стратиграфические разрезы, но и провести работы по восстановлению истории осадкона копления палеобассейнов, и в частных случаях прогнозировать зоны распространения пер спективных коллекторов углеводородов.

О РАННЕКАМЕННОУГОЛЬНОЙ ИХТИОФАУНЕ БЕЛАРУСИ Д.П. Плакс БелНИГРИ, Минск, Беларусь, agnatha@mail.ru Ископаемые остатки рыб из нижнекаменноугольных отложений Беларуси до на стоящего времени практически не изучены. Информация о количестве их местонахожде ний на территории республики также относительно невелика. Согласно опубликованным литературным данным, остатки ихтиофауны раннекаменноугольного возраста известны в основном из Припятского прогиба. Так, до 1995 г. в ряде публикаций (Кедо, 1958;

Голуб цов, 1971;

Кедо, Голубцов, Демиденко, 1981;

Авхимович, Голубцов, Демиденко, 1988;

Толстошеев, 1988 и др.), посвященных стратиграфии нижнекаменноугольных отложений Беларуси, нередко упоминались находки остатков ихтиофауны в комплексе с другими группами ископаемых организмов без конкретных указаний их латинских наименований.

Только в 1995 г. в опубликованном коротком сообщении Д. Н. Есина, Л. А. Петуховой и О.А. Лебедева (Esin, Petukhova, Lebedev, 1995) был впервые приведен список остатков по звоночных, найденных на территории Припятского прогиба в отложениях малевского го ризонта турнейского яруса нижнего карбона. Этот список включал в себя следующие так соны: «Acanthodes» sp., Ctenacanthidae gen. 2 и Ctenacanthidae gen. 3, Protacrodus sp. nov., Deltoptychius armigerus (Traq.), Taeniolepis trautscholdi (Chab.), Strepheoshema fouldensis Wh., Aetheretmon valentiacum Wh., Holurus parki Traq., Mesopoma pulchellum Traq., Styra copterus fulcratus (Traq.), Rhizodus sp. и Osteolepiformes indet.

Несколько позже, в 2000 г., в сборнике «Palaeozoic Vertebrate Biochronology and Global Marine/Non-Marine Correlation. Final Report of IGCP 328 project (1991-1996)» была опубликована статья Д.Н. Есина с соавторами (Esin et al., 2000), посвященная позднеде вонским и раннекаменноугольным позвоночным Восточно-Европейской платформы. В этой статье была представлена исчерпывающая информация о стратиграфическом распро странении ихтиофауны в отложениях нижнего карбона Припятского прогиба. Ихтиофау нистический микро-, мезо- и макромерный скелетный материал, описанный в этой статье, был получен из девяти скважин, пробуренных в районе городов Туров и Петриков. Палео ихтиологические исследования позволили авторам установить самый многочисленный и таксономически разнообразный в Припятском прогибе малевский комплекс рыб турней ского яруса, представленный следующими таксонами: Acanthodii indet., Ctenacanthidae gen.

1, Ctenacanthidae gen. 2, «Listracanthus» sp., Ctenacanthidae gen. indet., Strepheoshema foul densis Wh., Taeniolepis trautscholdi (Chab.), Aetheretmon valentiacum Wh., Elonichthys sp. 3, Elonichthys sp. 4, Rhadinichthys sp. 1, Osteolepiformes indet., Rhizodus sp. и Rhizodontida indet. Комплекс рыб упинского горизонта турнейского яруса, по их данным, оказался ме нее разнообразным: Ctenacanthidae gen. indet., Osteolepiformes indet., Rhizodontida indet., Elonichthys cf. pulcherrimus Traq. Strepheoshema fouldensis Wh., Medoevia? sp., Holurus par ki Traq. и Rhadinichthys sp. Комплекс позвоночных, установленный в гостовском горизонте визейского яруса Припятского прогиба, в количественном отношении немного уступал малевскому комплексу рыб, но превосходил упинский ихтиокомплекс, и был представлен 12 таксонами: Acanthodes sp., Ctenacanthidae gen. indet., Protacrodus sp. nov. 1, «Listracan thus» sp., Aetheretmon valentiacum Wh., Strepheoshema fouldensis Wh., Holurus parki Traq., Rhadinichthys sp., Elonichthys sp., Rhizodontida indet., Styracopterus fulcratus (Traq.) и Meso poma pulchellum Traq. Два последних вида рыб были определены только для этого страти графического уровня. Совсем недавно автором были извлеченны из известняков тульского горизонта скважины Лельчицы 16 Д, пробуренной на территории Припятского прогиба, чешуи акантодов Acanthodes sp., чешуи ктенакантного типа Chondrichthyes и зубы Actinop terygii gen. et sp. indet. Гораздо более разнообразный и богатый в таксономическом отно шении комплекс позвоночных определен автором из карбонатно-глинистых отложениий михайловского горизонта, вскрытых скважиной Комаровка 91з/10. Эта скважина была пробурена на территории юго-западной части Беларуси (Волынская моноклиналь) в 2010 г.

на геотермальные воды. Она прошла карбонатно-глинистые отложения нижнего карбона на полную мощность (20,4 м), и в них было обнаружено много органических остатков, представленных углефицированными и пиритизированными тканями растений, спорами, скелетными образованиями беспозвоночных (фораминифер, губок, кораллов, сколекодон тов, остракод, бивальвий, гастропод, брахиопод, мшанок, иглокожих) и, в несколько меньшей степени, скелетными элементами позвоночных. Позвоночные здесь были встре чены впервые и представлены чешуями Acanthodes sp., Euselachii indet, Protacrodus typus squamae, Ctenacanthus typus squamae, зубами Protacrodus sp. и Vallisia? sp., мелкими об ломками скульптуры наружной поверхности плавниковых шипов, по всей видимости, хрящевых рыб Chondrichthyes? gen. et sp. indet., фрагментом зубной пластинки Platysomi dae gen. et. sp. indet., зубами Actinopterygii gen. et sp. indet., чешуями Mesopoma sp., Acti nopterygii gen. et sp. indet. и неопределимыми скелетными элементами Actinopterygii. Дос товерная информация об идентификации ихтиофауны из иных, не упомянутых здесь гори зонтов турнейского и визейского ярусов Беларуси, отсутствует. Сведения об ихтиофауне и ее стратиграфическом распространении в отложениях серпуховского яруса республики до настоящего времени в открытой печати также отсутствуют. В заключение стоит отметить, что приведенные здесь данные по раннекаменноугольной ихтиофауне дают максимально исчерпывающее представление об ее изученности на территории Беларуси.

КОМПЛЕКСЫ ФОРАМИНИФЕР И СТРАТИГРАФИЯ СЛАВГОРОДСКОЙ СВИТЫ (САНТОН–НИЖНИЙ КАМПАН) ЮГО-ВОСТОКА ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В.М. Подобина, Т.Г. Ксенева Томский государственный университет, podobina@ggf.tsu.ru В последние годы получены новые данные по биостратиграфии семи разрезов сква жин (ЗН-1, ЗН-2, ЗН-3, ЗН-4, Н-15, Н-33, Е-145), пробуренных на юго-восточной окраине Западной Сибири (в районе городов Томск и Северск). Этот материал значительно допол нил существующие представления по стратиграфии верхнего мела региона. Одной из ос новных групп микрофоссилий для расчленения и корреляции разрезов славгородской сви ты указанных выше скважин являются встреченные здесь разнообразные комплексы фо раминифер (Подобина, 2000, 2009;

Подобина, Ксенева, 2011).

В статье представлены новые данные по изучению фораминифер и стратиграфии слав городской свиты одноименного горизонта, возраст которой ранее определялся неоднозначно – в основном по находкам микрофауны центрального района (Обь-Иртышское междуречье).

В последнее время исследованы 18 образцов керна из нового разреза скв. ЗН- (Табл. 1). Данные по фораминиферам указанных выше разрезов скважин, в том числе и скв. ЗН-4, дали дополнительный материал для уточнения возраста славгородской свиты в пределах сантона–раннего кампана. Нижняя часть свиты – нижний сантон – слои с ком плексами Haplophragmoides tumidus или Ammobaculites dignus (зона Ammobaculites dignus, Pseudoclavulina admota), средняя часть свиты – верхний сантон – слои с Ammomarginulina crispa (зона Cribrostomoides exploratus, Ammomarginulina crispa) и верхи свиты – нижний кампан – слои с Recurvoides magnificus (зона Bathysiphon vitta, Recurvoides magnificus).

Среди фораминифер присутствуют раковины с агглютинированной кварцево-кремнистой и известковой стенкой. Агглютинированные раковины – грубозернистые, сравнительно крупных размеров. Целостность у многих экземпляров нарушена, однако основные мор фологические признаки присутствуют, и поэтому почти полностью определен системати ческий состав комплексов фораминифер юго-востока Западной Сибири (Подобина, 2009 и последние данные).

Секреционно-известковые формы в большинстве своем обнаружены в виде оквар цованных псевдоморфоз. Среди них известны единичные раковины удовлетворительной сохранности, виды которых, совместно с агглютинированными, характерны для комплек сов фораминифер сантона–нижнего кампана сопредельных провинций (агглютинирован ные с кварцево-кремнистой стенкой – Арктическая провинция, агглютинированные с из вестковой и секреционно-известковой стенкой – Казахстанская и Восточно-Европейская провинции).

Кроме характерных видов агглютинированных раковин (виды-индексы и др.), среди известковых форм нижнего сантона установлены: Gavelinella infrasantonica (Ba lakhmatova), G. thalmanni (Brotzen), Stensioina exculpta (Reuss) gracilis Brotzen и др. Для верхнего сантона характерны: Stensioeina praeexculpta (Reuss) laevigata Akimez, Gavelinella stelligera (Marie), Osangularia whitei (Brotzen) crassa Vassilenko и др. В раннекампанском комплексе обнаружены виды: Gavelinella cf. clementiana (dOrbigny), Globotruncana cf. ven tricosa White и др. Присутствие видов из разных провинций и областей (Арктической и Бо реально-Атлантической) указывает на их обитание в пограничной полосе этих палеозоохо рий – на юго-востоке Западной Сибири (Подобина, 2000, 2009;

Подобина, Ксенева, 2007).

Разрезы славгородской свиты из скважин, пробуренных в окрестностях Томска и Северска, отличаются от таковых центрального района наличием прослоев песчаных по род и агглютинированных грубозернистых фораминифер. Это свидетельствует о формиро вании пород свиты в мелководно-прибрежной обстановке бассейна при постоянном пере мещении береговой линии. Для наглядности в аблице 1 приведена литолого микрофаунистическая характеристика славгородской свиты разреза скв. ЗН-4. По слоям с комплексами фораминифер указаны границы стратонов: нижнего–верхнего сантона и нижнего кампана.

В таблице 2 приведена схема корреляции выделенных слоев по разрезу скв. ЗН-4 и некоторых ранее изученных разрезов юго-востока с зонами по фораминиферам, выделенным в центральном районе Западной Сибири (Подобина, 2009;

Подобина, Ксенева, 2007, 2011).

В разрезах скважин ЗН-1 и Н-15, в отличие от ЗН-4, Е-145, наблюдается преоблада ние в комплексах характерных известковых сантон-раннекампанских видов фораминифер (Табл. 2). Многие из них являются общими для Западной Сибири и Казахстанской провин ции. Поэтому можно предположить близость этого района к Мариинскому проливу, по ко торому фораминиферы могли мигрировать из бассейнов Казахстанской провинции. При сутствие характерных видов из указанных провинций Арктической и Бореально Атлантической областей дает возможность уточнить возраст славгородской свиты одно именного горизонта как сантон–раннекампанский, а не полностью кампанский, как счита лось ранее (Региональные стратиграфические схемы..., 1981).

Таблица 1. Литолого-микрофаунистическая характеристика разреза скв. ЗН- (юго-восток Западной Сибири).

Таблица 2. Схема корреляции стратонов сантона–нижнего кампана Западной Сибири.

БИОСТРАТИГРАФИЧЕСКОЕ РАСЧЛЕНЕНИЕ КЕМБРИЙСКИХ ОТЛОЖЕНИЙ ОСТРОВНЫХ АРКТИЧЕСКИХ ТЕРРИТОРИЙ РОССИИ ПО АКРИТАРХАМ Е.Г. Раевская НПП «Геологоразведка», Санкт-Петербург, lena.raevskaya@mail.ru К территории Арктического шельфа России обращено всеобщее внимание ввиду многих причин. В их числе – открытие как в акватории, так и на прилегающей суше целого ряда крупных нефтегазовых и рудных месторождений. Однако геологическая изученность Арктики из-за трудной доступности остается весьма фрагментарной. Острова и архипелаги служат важными источниками геологической информации и являются объектами много плановых исследований со времен их первооткрывателей. Стратиграфия осадочных толщ этих территорий начала разрабатываться в эпоху масштабного геологического картирова ния в середине прошлого столетия, но до сих пор далеко не завершена. Особенно сложно обстоит дело с древними толщами, поскольку они скудно охарактеризованы органически ми остатками. Микрофитологические исследования этих отложений велись многими ис следователями (Л.Н. Ильченко, Н.С. Михайлова и др.), но большинство полученных ре зультатов осталось в производственных отчетах, не будучи опубликованными и, по сути, не востребованными по ряду объективных причин. Только к середине 90-х годов в литера туре появились первые работы по акритархам, указывающим на раннепалеозойский воз раст осадочных отложений, вскрытых на о-ве Колгуев в Баренцевом море (Рудавская, Ра евская, 1994;

Рудавская в ст. Преображенская и др. 1995;

Mozydowska et al., 2004a, b), и позднее – по кембрийским акритархам архипелага Северная Земля (Раевская в ст. Bogole pova et al., 2001;

Raevskaya, Golubkova, 2006). В данной работе обобщены авторские ре зультаты биостратиграфических исследований разных лет по микрофитофоссилиям, выяв ленным в кембрийских толщах архипелагов Северной и Новой Земли и о-ва Колгуев.

Северная Земля более чем на половину покрыта ледником. Кембрийские карбонат но-терригенные отложения распространены преимущественно в средней части Северной Земли, на о-ве Октябрьской Революции, где они выходят на поверхность в отдельных тек тонических блоках, обнажаясь по руслам рек и в береговых обрывах. Эти отложения пред ставляют собой довольно мощные монотонные последовательности, расчленение которых уточняется уже на протяжении многих лет (Егиозаров, 1957, 1959, 1970;

Макарьев и др., 1981;

Марковский, Макарьев, 1982;

Лазаренко, 1982;

Bogolepova et al., 2001;

Rushton et al., 2002;

Raevskaya, Golubkova, 2006 и др.). Благодаря полученным в последние годы данным по результатам микрофитологических исследований более 100 образцов (сборы разных лет Е.Ю. Голубковой, А.П. Губанова, О.К. Боголеповой) проведено биостратиграфическое расчленение кембрия Северной Земли по акритархам. Установленные пять комплексов микрофитофоссилий хорошо сопоставляются с зональными комплексами акритарх кем брия Восточно-Европейской платформы (Волкова, 1990;

Волкова, Кирьянов, 1995) и по зволяют обосновать корреляцию вмещающих отложений с зональным трилобитовым стан дартом среднего–верхнего кембрия ВЕП от зоны Paradoxides paradoxissimus (третий отдел) до зоны Peltura (фуронгий).

Первый комплекс акритарх с Elliasum llaniscum, Cristallinium cambriense, Timofeevia lancarae сопоставлен с верхней частью P. paradoxissimus–нижней частью P. forchhammeri.

Второй комплекс с Vulcanisphaera turbata, Stelliferidium magnum, Timofeevia microretis да тирован верхней частью P. forchhammeri, включая также самую нижнюю часть зоны Ole nus. Третий комплекс с Vulcanisphaera spinulifera, Cymatiogalea aspergullum, Cymatiogalea virgulta имеет возраст, соответствующий верхней части Olenus. Четвертый с Ni nadiacrodium dumontii, Vulcanisphaera africana, Trunculumarium revinium – ограничен ин тервалом зоны Parabolina spinulosa. И пятый комплекс с Lusatia dendroidea, Actinotodissus spp., Polygoium spp. сопоставлен с зонами Leptoplastus и Peltura praecursor.

Новая Земля микрофитологически слабо изучена. До настоящего времени о при сутствии кембрийских акритарх на этой территории сведений не было. В 2008 г. были про ведены микрофитологические исследования 30 образцов из нерасчлененных верхнедокем брийских–нижнепалеозойских отложений о-ва Северный, собранных Г.Н. Ковалевой в об рывистых обнажениях бухты Мака. Преобладающее число образцов не содержало органи ки. В 11 образцах присутствовали фрагменты палиноморф, не поддающиеся диагностике, и редкие примитивные формы Leiosphaeridia. Только в двух образцах были выявлены акантоморфные акритархи. К сожалению, их чрезвычайно плохая сохранность не позволи ла на тот момент установить не только видовую, но даже родовую принадлежность а, сле довательно, и детализировать возраст вмещающих пород. На сегодняшний день благодаря исследованию обширного материала с архипелага Северная Земля, который характеризу ется превосходной сохранностью микрофитофоссилий, удалось сопоставить морфологиче ские черты данных акритарх и с определенной долей уверенности отнести их к роду Timo feevia. Кроме того, удалось идентифицировать некоторые сопутствующие формы (Vulca nisphaera, Cymatiosphaera) и предположить корреляцию пород, считавшихся прежде позд недокембрийскими, с верхней частью третьего отдела кембрия, возможно захватывая низы фуронгия, что ложится в интервал трилобитовых зон Paradoxides forchhammeri–нижняя часть Olenus.

О-в Колгуев практически целиком покрыт четвертичными отложениями. С момен та открытия в триасе восточной части острова месторождений углеводородов с 1980 г., на всей территории развернулось глубокое бурение. Две скважины Бугринская-1 (на южном берегу острова) и Северо-Западная-202 (на севере) вскрыли нижнепалеозойский разрез, и дошли предположительно до основания ордовика (Преображенская и др., 1995). По ре зультатам последующих исследований пяти образцов из этих скважин возраст наиболее древних отложений был определен по акритархам как позднекембрийский, соответствую щий трилобитовым зонам Peltura и Acerocare (Mozydowska, Stockfors, 2004;

Mozydowska et al., 2004a, b). Однако более подробный микрофитологический анализ дополнительно отобранных 40 образцов керна, позволил установить, что возраст вскрытой части фурон гия не древнее зоны Acerocare (Raevskaya, 2007). Высокое видовое разнообразие комплек са представлено родами Acanthodiacrodium, Actinotodissus, Baltisphaeridium, Cymatiosphae ra, Dasydiacrodium, Eliasum, Impluviculus, Lophodiacrodium, Micrhystridium, Poikilofusa, Po lygonium, ?Priscotheca, Pterospermella, Sacharida, Solisphaeridium, Stellichinatum, Vulcanis phaera и некоторыми другими.

Несмотря на то, что изученные островные территории разобщены и отличаются друг от друга региональными особенностями как в строении и составе кембрийских толщ, так и в их микрофитологической характеристике, очевидна общность таксономического состава акритарх и высокая сопоставимость выделенных комплексов с комплексами, уста новленными в стратиграфической последовательности кембрия Восточно-Европейской платформы (Волкова, 1990;

Волкова, Кирьянов, 1995). Это обстоятельство, во-первых, подтверждает взгляды на единую историю развития обширного осадочного бассейна, ох ватывавшего в среднем–позднем кембрии не только северо-западную часть ВЕП, но и арк тическую территорию, уходящую полосой вплоть до Северной Земли (Nikushin et al., 1996), и, во-вторых, обеспечивает обоснованную корреляцию кембрийских отложений по акритархам в пределах изученных территорий.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.