авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Российская академия наук Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) П. Л. Белков ...»

-- [ Страница 2 ] --

Метод Риверса, как и метод Моргана, направлен на разреше ние вопроса о связи между классификационной системой родства и реальными отношениями, в которые люди вступают между собой по поводу терминологии родства. Для решения поставленной зада чи Риверс использует таблицы денотатов и диаграммы родства, ибо, занимаясь изучением подобных схем, мы практически имеем дело не с терминологиями, а именно с системами родства. Образно го воря, таблицы и диаграммы — это средство, с помощью которого только и возможно реальное взаимодействие (интерфейс) между ис следователем и «материей» родства. Здесь следует особо подчерк нуть, что генеалогический метод Риверса не соответствует своему названию ни по содержанию (способ интерпретации фактов род ства), ни по форме (способ построения диаграмм). Как будет пока зано в следующих разделах, вроде бы пустяковое нововведение при построении диаграмм родства оказывается наиболее серьезным продвижением Риверса по отношению к Моргану.

См. далее: в традиционном австралийском обществе по имени обра щаются только к маленьким детям, во всех остальных случаях используется термин родства [Radcliffe-Brown 1913: 150].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Глава МЕТОД ДИАГРАММ (А.Р. РЭДКЛИФФ-БРАУН) Следующий шаг в развитии метода Моргана и Риверса был сделан Рэдклифф-Брауном, который впервые заметил, что класси фикационные системы имеют не расширяющийся, а замкнутый, циклический, круговой характер (позже при анализе конкретных диаграмм родства будет показано отношение «круговой поруки»

при заключении брачных союзов между локальными группами).

Это свойство было впервые им сформулировано именно графиче ским способом — в виде диаграммы родства народа кариера, из ко торой видно, что та или иная классификационная система родства может быть отображена не с помощью нескольких схем на отдель ных листах, а с помощью одной схемы.

Во время экспедиции в Западную Австралию в 1911 г. при сбо ре информации по родству (по «системам счета родства и свойствб») Рэдклифф-Браун пользовался генеалогическим методом. Неизвест но, насколько он был знаком со статьей Риверса 1910 г., однако на практике он неукоснительно, буквально во всех деталях, следовал рекомендациям Риверса. Занимаясь составлением многочисленных генеалогий, он выявлял список терминов родства с их актуальными денотатами [Radcliffe-Brown 1913: 151, 156].

По наблюдениям Рэдклифф-Брауна, в традиционных услови ях коренные австралийцы обладали очень развитой генеалогиче ской памятью. С помощью генеалогий, которые хранят в голове представители старших поколений, можно установить характер родственных отношений между двумя любыми членами одного и того же племени. Чужак никогда не войдет на территорию стоянки до установления его родственных связей с обитателями лагеря. При этом точкой отсчета родства для австралийцев служит имя человека, который является маели (отцом отца) пришельца («Кто твой маели?») [Radcliffe-Brown 1913: 151]. Это обусловлено обычаем, согласно ко торому «домом» человека является местность, принадлежащая его отцу и отцу отца [Radcliffe-Brown 1913: 146]. Подобные «дискуссии»

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 40 Глава продолжаются до тех пор, пока не будут установлены связи со всеми присутствующими в лагере. В том случае, если это не удается, при шелец подвергается смертельной опасности. Человек, не состоя щий в родстве с обитателями лагеря, является врагом по определе нию (или даже представителем потустороннего мира. — П.Б.) [Radcliffe-Brown 1913: 151].

Как поясняет Рэдклифф-Браун, «только те родственники, по отношению к которым применяется определенный термин, вносят ся в список» [Radcliffe-Brown 1913: 146]. При этом заранее оговари вается, что любой термин, например mama, имеет не только «пер вичное» значение. На вопрос «Кто твой мама?» кариера называет имя своего действительного отца, но применяет этот термин также к брату жены брата матери, брату матери мужа сестры и ко мно гим другим лицам так, что число родственников, обозначаемых (“denoted”) одним термином, может увеличиваться бесконечно [Radcliffe-Brown 1913: 149]. «Хотя, — пишет Рэдклифф-Браун, — ис пользование терминов родства основано на действительных связях по крови и по браку (“consanguinity and affinity”), оно простирается настолько, что охватывает всех, кто вступает в социальный контакт друг с другом. Если взять любого члена племени, каждый человек, с которым он имеет какие-либо социальные отношения, ставится к нему в определенное положение, обозначаемое (“denoted”) со ответствующим термином, и называется этим термином. Таким образом, все сообщество образует собой корпус родственников»

[Radcliffe-Brown 1913: 146]. Имя собственное в повседневной жизни используется только в одном случае — когда родители обращаются к своим маленьким детям. Во всех других ситуациях используется определенный термин родства (это коррелирует с обычаем табуиро вания личных имен в качестве средства защиты от вредоносной ма гии. — П.Б.) [Radcliffe-Brown 1913: 146].

На стадии изучения взаимосвязей (взаиморасположения) де нотатов Рэдклифф-Браун переходил к «методу вопросов и ответов»

с использованием местных терминов родства в их «первичном», или «специфическом», значении [Radcliffe-Brown 1913: 150]. В целом из контекста его высказываний можно заключить, что при накладыва нии списка денонатов — подобно сетке — на этнографическую ре альность связь денотатов с различными институтами традиционной культуры, в том числе с брачными обычаями, выявляется как бы сама собой. Как он пишет, из собранных им генеалогий становится Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) видно, что в тех случаях, когда это возможно, брак заключается с кросскузиной первой степени (“first cousin”), а это, в свою оче редь, связано с обычаем обмена сестрами и особыми отношениями с кага, братом матери, который выступает в роли лица, отдающего в жены свою дочь. Если действительный брат матери не имеет до черей, Ego обращается к другому лицу, занимающему позицию кага в силу того, что его женой является сестра отца Ego. В затруднитель ных с точки зрения брачной конъюнктуры случаях в роли отца жены может выступать «дальний» кага (“distant kaga”) [Radcliffe-Brown 1913: 154].

При описании систем родства австралийцев Рэдклифф-Браун явочным порядком, по факту сравнений с системами родства «ци вилизованных сообществ» (в частности, английской), следовал тео рии двух форм родства [Radcliffe-Brown 1913: 150, 158]. В качестве примера того, как в отличие от английской работает система род ства кариера, Рэдклифф-Браун рассматривает способ определения степени родства между двумя незнакомыми друг с другом индиви дами А и B. Индивид A имеет родственника C, который является его мама. В то же время C является кага индивида В. Из этого непосред ственно вытекает, что A и B являются кумбали по отношению друг к другу [Radcliffe-Brown 1913: 150–151]. Впоследствии все исследо ватели при характеристике классификационных систем родства приводили подобные примеры. Это означает, что, приступая к си стемам родства, не следует заранее решать, кем мы являемся: эво люционистами или антиэволюционистами. Какой подход избрать, диахронический или синхронический, становится ясно только в ходе анализа самих явлений родства. Примените к ним структур ный метод, и они сами разложатся (или не разложатся) на стадии развития.

Точно так же «абстрактно», т.е. как не имеющий непосред ственного отношения к делу, выглядит и вопрос о сущности («при роде») родства, биологической или социальной. Искомый ответ со держится в процессе изучения (т.е. абстрагирования) явлений родства. Нельзя противопоставлять эти точки зрения в самом нача ле исследования, так как нельзя исключать возможности, что дан ное противопоставление не понадобится вообще. Проиллюстриру ем это на примерах конкретных высказываний.

Первое из важнейших положений Рэдклифф-Брауна состоит в утверждении, что системы родства австралийцев представляют Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 42 Глава собой не только набор наименований или «терминов обращения», но прежде всего систему взаимных прав и обязанностей1, регулируя всю социальную жизнь людей [Radcliffe-Brown 1913: 157]. Второе гласит, что австралийские системы родства основаны на отношени ях по крови и браку, которые прослеживаются благодаря генеалоги ческим знаниям лиц старшего поколения, причем, по его мнению, внимание австралийцев к учету реальных уз по крови и браку не меньше, а больше (чем в европейском обществе. — П.Б.) [Radcliffe Brown 1913: 157–158]. Или: реальные связи по крови никогда «не теряются из виду» [Radcliffe-Brown 1913: 150–151]. Третье по ложение касается процедуры распространения отношений родства на всех лиц, с которыми индивид вступает в контакт [Radcliffe Brown 1913: 157].

Попробуем разобрать эти высказывания на составляющие эле менты. Во-первых, как при определении понятия систем родства австралийцев признак «взаимные права и обязанности» совместить с признаком «отношения по крови и по браку»? Предположим, что ответ на заданный вопрос можно найти в работе «Социальная орга низация австралийских племен», опубликованной в1930 г. и венча ющей собой его концепцию классификационной системы родства.

В этой работе Рэдклифф-Браун понимает под родством генеалоги ческие (кровные) связи, которые он, в свою очередь, трактует как отношения между членами одной семьи: предки-потомки («родите ли и дети»), сиблинги («дети одних и тех же родителей») и супруги («родители одних и тех же детей», или «муж и жена») [Radcliffe Brown 1930: 42–43]). По его представлениям, все эти отношения яв ляются чисто социальными, поскольку в традиционном обществе австралийцев понятие родства не подразумевает учета физиологи ческих аспектов человеческого существования (биологическая связь между родителями и детьми трактуется как не имеющая зна чения) [Radcliffe-Brown 1930: 42]. Кроме того, Рэдклифф-Браун по ясняет, что генеалогические связи в указанном смысле сами по себе Ср. выше: Малиновский писал, что отношения родства — это вопрос «плоти и крови» и потому не поддаются табуляции. Согласно Рэдклифф Брауну, отношения родства — это вопрос «прав и обязанностей». Отсюда можно сделать вывод, что родство поддается описанию с помощью общих схем, или, если угодно, формул. В конце концов генеалогическое древо тоже формула.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) не составляют систему родства, но служат лишь своего рода карка сом («базисом») системы родства [Radcliffe-Brown 1930: 43–44].

Кажется, единственный способ объединить эти высказывания вполне непротиворечивым образом — повторить слова Моргана, что система кровного родства является формальным выражением семейных отношений (см. выше: [Morgan 1871: 10]). Но если это так, то каким волшебным образом моделью столь важной и все объемлющей сферы традиционной жизни оказывается нечто чисто эфемерное с точки зрения самой культуры? В некотором пределе придется признать правоту тех исследователей, которые во времена Моргана рассматривали открытые им классификационные терми нологии родства как «форму обращения», т.е. как признак отсут ствия родства в собственном смысле слова. У исследователей, более близких нам по времени, это звучит так: либо генеалогическое род ство, либо никакого [Lounsbury 1965: 142–185].

Однако, если, как было сказано выше, предположить, что про тивоположение биологического («объективного») и социального («субъективного») родства является «метафизической» проблемой, можно найти такое решение, которое не вынуждает нас проводить указанное различие, заменив его другим, более подходящим — меж ду предметом и объектом исследования, между родством и его от ражением в мышлении. С одной стороны, явления родства, как бы мы их ни определяли, с другой — теория, или язык, родства как совокупность терминов (понятий).

Здесь мы переходим к вопросу о том, что же на самом деле изу чает этнография — терминологии или системы родства? Этот же во прос можно поставить иначе: изучаем ли мы системы родства, изу чая терминологию? По Рэдклифф-Брауну, терминология родства служит входом в систему родства, образующую собой структуру тра диционного общества, но само по себе составление списков терми нов родства не имеет никакого смысла без знания того, как проис ходит классификация родственников в соответствии с теми или иными «социальными задачами» (“social purposes”) [Radcliffe-Brown 1930: 43–44].

В работе 1918 г. Рэдклифф-Браун писал: «Под системами род ства я подразумеваю (1) систему терминов, применяемых к род ственникам, посредством которых (терминов. — П.Б.) субъект клас сифицирует своих родственников на определенное число видов, и (2) систему прав и обязанностей, с этим связанных» [Radcliffe Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 44 Глава Brown 1918: 224]. Следовательно, система родства — это множество, состоящее из двух подмножеств — системы терминов и системы прав и обязанностей. В работе 1930 г. он дал определение множеству «классификационная система терминологии родства», включив в это определение три признака («принципа»), которые мы находим в той или иной форме еще в работах Моргана и Риверса: 1) эквива лентность сиблингов;

2) эквивалентность родства и свойствб;

3) эк вивалентность биологического родства и социального родства [Radcliffe-Brown 1930: 43–44]. Данное определение порождает во прос: являются ли перечисленные признаки признаками термино логии родства? Гораздо естественнее предположить, что это при знаки социальной организации (системы прав и обязанностей).

На этом фоне особый интерес вызывает изобретение Рэд клифф-Брауном оригинального графического способа описания (точнее, метода табуляции), первоначально опробованного на си стеме родства народа кариера (рис. 4). В сущности, он как бы «до рисовывает» диаграмму Риверса, взяв за основу принцип построе ния, отражающий два параметра: связи по происхождению и связи по браку. Диаграммы Рэдклифф-Брауна являются уже не только Рис. 4. Диаграмма системы родства кариера, по Рэдклифф-Брауну (1913) Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) частью метода сбора данных по системам родства, но способом теоретического анализа. Чтобы, как он пишет, объяснить систему кариера, он составил две «генеалогические таблицы» («говоря щий — мужчина» и «говорящий — женщина»), посредством кото рых можно проследить родственные связи человека по отношению к любому другому члену сообщества [Radcliffe-Brown 1913: 151– 153]. Эти таблицы, точнее диаграммы, представляют собой схемы денотатов, маркированных соответствующими терминами родства.

Денотаты соединяются между собой линиями, обозначающими связи между сиблингами (горизонтальные линии), между смежны ми поколениями (вертикальные линии) и между супругами (знак тождества, или двойная горизонтальная линия) [Radcliffe-Brown 1913: 151].

Еще в 1913 г. Рэдклифф-Браун говорил об отличии систем род ства народов мардудхунера (mardudhunera) и кариера, что касается правил, предписывающих брак не с дочерью брата матери (=доче рью сестры отца), а с дочерью дочери брата матери матери [Radcliffe Brown 1913: 177, 184]. В 1918 г. он выделил два самостоятельных австралийских типа систем родства, которые обозначил как тип I и тип II. В системах первого типа выделяются только две линии про исхождения: отца отца/брата матери матери и отца матери/брата ма тери отца. Пример систем данного типа дает «племя» кариера. В си стемах второго типа брат матери матери и отец отца различаются, как различаются брат матери отца и отец матери. Это ведет к выделению четырех линий происхождения: отца отца, брата матери матери, отца матери и брата матери отца, если счет вести по мужской линии. При мером второго типа является система родства «племени» аранда [Radcliffe-Brown 1918: 224]. На этом этапе при характеристике одной из систем родства второго типа он использовал несколько таблиц, представляющих отдельные линии родства, видимо, еще не догады ваясь, как свести их в одну таблицу по аналогии с системой кариера.

Лишь в 1930 г. ему удалось подобрать диаграмму для описания си стем родства типа аранда, объединяющую все четыре линии [Radcliffe-Brown 1930: 35–63]. Создание такой диаграммы действи тельно представляет собой очень сложную графическую задачу.

Трудность состояла в поиске алгоритма взаимного расположения пар сиблингов и супругов в пределах одного поколения (рис. 5).

По мысли Рэдклифф-Брауна, «генеалогические таблицы» вы ражают законы, по которым отношение между любыми двумя инди Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 46 Глава Рис. 5. Диаграмма системы родства аранда, по Рэдклифф-Брауну (1930) видами можно вычислить через их отношение к некоторому тре тьему лицу [Radcliffe-Brown 1913: 154]. Глядя на его диаграммы, основной закон классификационных систем родства можно сфор мулировать как закон цикличности (замкнутости), что, заметим, противоречит принципам строения неклассификационных систем родства. Метод диаграмм позволяет буквально увидеть, в чем состо ит настоящий смысл претензий, предъявляемых и к методу вопро сов и ответов, и к генеалогическому методу. Согласно М.В. Крюко ву, в обоих случаях, пользуясь этими методами при описании классификационных систем родства, этнограф исходит из особен ностей своей собственной системы [Крюков 1972: 20, 23]. Однако диаграммы Рэдклифф-Брауна относятся к диаграммам «негенеало гического» вида. С этой точки зрения они являются моделью имен Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) но классификационных систем родства постольку, поскольку с их помощью описать неклассификационную систему родства просто невозможно (ср. подлинно генеалогические диаграммы Моргана).

Впоследствии диаграммы Рэдклифф-Брауна с успехом приме нялись многими поколениями исследователей, но «аподиктич ность» этих диаграмм распространялась только на австралийские материалы. Наиболее существенным достижением в этой области стало открытие австралийских систем третьего типа, характеризую щихся нормативным браком с кросскузиной первой степени со сто роны матери, когда дочь брата матери и дочь сестры отца не являют ся одним и тем же лицом. В данном случае асимметрия достигается запретом на обмен сестрами, когда мужчина не может взять в жены «сестру мужа сестры». Классическим примером этого типа счи тается система родства карадьери. Впервые этот тип был замечен и охарактеризован Рэдклифф-Брауном [Radcliffe-Brown 1951: 42].

Но свое окончательное графическое воплощение — в ранге особого типа систем родства — он получил в трудах австралийского ученого А.П. Элькина [Elkin 1956: 65]. Асимметричность систем типа кара дьери отображается в «ступенчатом» характере соответствующей диаграммы (рис. 6).

Рис. 6. Диаграмма системы родства карадьери, по Элькину (1956) Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 48 Глава Наряду с этим Элькин также модифицировал диаграмму род ства аранда. У Рэдклифф-Брауна все линии происхождения «пря мые» (говорящий — мужчина), в том смысле, что «предки-потом ки», которые принадлежат к различным линиям, помещаются на одной и той же вертикали. В то время как брачные линии (столбцы брачных пар) носят «ломаный» характер при идентичности рисун ков перемежающихся поколений, что является отражением обычая, на котором основывается система родства аранда: формой предпоч тительного брака является брак с кросскузиной второй степени.

У Элькина, наоборот, регулярный характер носят брачные линии, тогда как линии происхождения на графике «смешиваются»;

«пря мой» остается только линия Ego (рис. 7). Таким образом, если не за бывать диаграмму системы родства карадьери, перед нами нагляд ный способ доказательства неразрывности (неразличения) родства и свойствб в качестве одного из определяющих признаков класси фикационных систем родства. При изменении «рисунка» брачных связей меняется «рисунок» родства, и наоборот. А поскольку в рам ках классификационных систем графики родства и свойствб изо морфны друг другу, эти подсистемы в интересующем нас плане можно рассматривать как «эквивалентные», или неразличимые друг с другом. Выражаясь языком Риверса (см. выше), диаграммы позво ляют уловить тенденции, которые самими участниками процесса обычно не осознаются [Rivers 1971: 55–56]. Не можем же мы задать информанту абстрактный вопрос вроде: «Как Вы думаете, являются ли эквивалентными отношения родства и свойствб?» Но мы можем увидеть это своими глазами на диаграммах, построенных на основе ответов на более конкретные вопросы.

Сравнивая модели исследования Риверса и Рэдклифф-Брауна, нельзя не заметить одно на первый взгляд поразительное обстоя тельство. Последний при разработке своей концепции австралий ской этнографической реальности в технологическом отношении двигался как бы навстречу Риверсу. Так же, как и Риверс, он отме чает необходимость использования строгого научного метода, кото рый видел в собирании и изучении генеалогий, обеспечивающего точность, полноту и связность корпуса наблюдений, касающихся всех сторон социальной организации [Radcliffe-Brown 1930: 34–35].

Различие между ними состоит в том, что Риверс ставил перед собой задачу описания систем родства, а Рэдклифф-Браун — задачу изуче ния локальной организации. Двигаясь от описания локальных Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) Рис. 7. Диаграмма системы родства аранда, по Элькину (1956) групп с точки зрения отношений собственности на землю (отно шений по принадлежности к земле), обмена женщинами между группами и т.п., он, пользуясь выражением Маркса, постепенно «испарял» совокупность эмпирических фактов повседневной жиз ни до простейших абстракций в виде диаграмм родства. В его соб ственных терминах все местные институты являются частью систе мы родства в качестве некоего всеохватывающего целого (или, лучше сказать, всепроникающего начала. — П.Б.) [Radcliffe-Brown 1930: 42].

Интерпретируя модель исследовательского поведения Рэд клифф-Брауна в этом ключе, мы фактически говорим, что источ ником классификационных систем родства являются особенности локальной организации охотников и собирателей, описываемые Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 50 Глава с помощью понятия локального/мифологического родства [Бел ков 2000: 207–212;

Белков 2009a: 111–121]. Понятие локального (пространственного, негенеалогического) родства в известной степени снимает различие между биологическим и социальным (спор о том, из какой материи, «светлой» или «темной», состоит родство).

В рассматриваемом контексте, пожалуй, наиболее уязвимое место концепции Рэдклифф-Брауна — это то, что он, по всей веро ятности, считал для себя невозможным признать идейную преем ственность по отношению к эволюционистам Моргану и Риверсу, вопреки тому обстоятельству, что в его методах, рассуждениях и вы водах влияние (во всяком случае постоянное присутствие) их идей ощущается очень сильно. Практически все тезисы Рэдклифф-Брау на ставятся в соответствие с тезисами Моргана и Риверса. Речь идет о том, что отказ от наследия Моргана и Риверса означает отказ от универсальных предложений. Как кажется, именно по этой при чине метод диаграмм Рэдклифф-Брауна был воспринят в научном мире как модель исследования ряда сугубо частных случаев (вплоть до снисходительных упоминаний в общем ряду различных «систем записи» терминов родства). Поэтому в настоящее время довольно часто приходится слышать, что концепция Рэдклифф-Брауна была где-то когда-то кем-то опровергнута.

Если исходить из контекста подобных заявлений, речь идет о направлении, исповедующем лингвистический (в более точном значении слова «неэтнографический») подход к исследованиям яв лений родства, характерный для школы компонентного анализа, основателем которой следует считать Крёбера. Это направление, в отличие от школы Рэдклифф-Брауна, за целое столетие не пред ставило никаких реальных результатов, но занимает в настоящее время господствующие позиции в исследованиях по родству имен но потому, что предлагает или, скорее, претендует на универсаль ность своих конструкций, опираясь негласно на утверждения о частном характере концепции Рэдклифф-Брауна, якобы приме нимой только к австралийским системам родства.

К сожалению, Рэдклифф-Браун благодаря функционалист ской, эмпирической, «скромности» своих формулировок (част ные, «региональные» законы при синхроническом подходе превы ше общих диахронических схем развития) давал достаточно много поводов для таких утверждений. Вместе с тем место своей концеп Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) ции в исследованиях по родству он определил удивительно точно.

Выдвигая на первый план вопрос о соотношении социальной ор ганизации и терминологии родства, он выступал одновременно против Моргана, полагавшего, что терминологии родства австра лийцев не коррелируют с существующими формами социальной организации, и против Крёбера, утверждавшего, что надежная корреляция между терминологией родства и социальными ин ститутами вообще невозможна [Radcliffe-Brown 1931: 426–427].

В плане отрицания отрицания он формулирует тезис о том, что терминология родства является интегральной (ответ Моргану), сущностной (ответ Крёберу) частью социальной организации [Radcliffe-Brown 1931: 427]. Таким образом, идеи Моргана, Крёбе ра и Рэдклифф-Брауна образуют классическую гегелевскую триаду «тезис — антитезис — синтез».

За неимением места для подробного анализа критики Крёбе ром моргановской схемы развития систем родства, которой де-факто придерживался Рэдклифф-Браун, остановимся на не которых базовых положениях. «Достаточно беглого взгляда (“a moment’s reflection is sufficient”), — писал Крёбер еще в 1909 г., — чтобы увидеть, что каждый язык группирует под одним именем множество различных степеней и видов родства. Наше понятие “брат” включает как старшего, так и младшего брата, а также брата любого мужчины и любой женщины. Как следствие, оно охваты вает или классифицирует четыре отношения. Английское слово “cousin” обозначает (“denotes”) как мужчин, так и женщин;

кузе нов со стороны отца или со стороны матери;

кузенов, ведущих свое происхождение от брата родителя или сестры родителя;

кузе нов, которые старше или младше говорящего, либо кузенов, чьи родители старше или младше родителя говорящего;

и кузенов лю бого мужчины или любой женщины. В конечном счете этим английским словом обозначаются (“denoted”) тридцать два раз личных отношения» [Kroeber 1971: 59–60]. Далее мы находим та кие фразы: «…если следовать общепринятому пониманию того, что составляет классификационное родство (“classificatory consanguinity”), английский язык с его двадцатью терминами род ства (“terms of relationships”) является не менее, но более класси фикационным, чем языки всех примитивных народов, которым случилось иметь двадцать пять, тридцать или более терминов»;

«…тот эмпирический факт, что другой народ группирует вместе Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 52 Глава различные отношения, которые наш язык разделяет, еще не делает их систему классификационной»1 [Kroeber 1971: 60].

Уже из первого пассажа становится видно, как незаметно для читателя (и, вероятно, для себя самого) Крёбер вводит в сущности ни на чем не основанное (ни откуда не вытекающее) утверждение:

группирование отношений родства есть результат (бессознатель ных) процессов, происходящих внутри языка («каждый язык груп пирует под одним именем множество различных степеней и видов родства»). Двигаясь к заранее известному результату, он постоянно подменяет понятие множества, являющееся предметом обсужде ния. Это позволяет ему не замечать, что термины родства являются способом указания на денотаты.

Факты, которые он приводит, свидетельствуют не о том, что термины родства «цивилизованных» народов носят классификаци онный характер, но о том, что эти термины, как и термины родства «нецивилизованных» народов, являются денотативами. В этом клю че, например, нет особого смысла вводить понятие «описательные термины родства», имея в виду сложные (составные) термины вро де: «брат матери», «дочь брата матери матери». Простые (элементар ные) термины «брат», «мать», «дочь», будучи денотативами, тоже являются «описательными». Как известно, для денотативов, или предметно ориентированных слов, характерна высокая вероятность совпадения семантического признака слова и признака обозначае мого им предмета.

В заключение Крёбер пишет: «Причину, почему смутная, не убедительная идея классификационной системы родства нашла та кую широкую поддержку, следует искать не в коренном интересе к обозначениям родства как таковым, но в том факте, что термины родства обычно рассматривались в первую очередь как материал, на основе которого могут делаться выводы относительно организации общества и условий брачных соглашений. Если бы было более четко осознано, что термины родства определяются прежде всего лингви стическими факторами и только иногда, к тому же опосредствован См. выше: по Малиновскому, в реальности вообще не существует классификационных терминологий. В этой точке «биологическое» (род ство — это генетика, или генеалогия) и «лингвистическое» определения родства (родство — это терминология) совпадают, ибо одинаково отрица тельно относятся к табуляции систем родства.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) но, социальными обстоятельствами, возможно, уже давно было бы осознано, что различие между описательными и классификацион ными системами является субъективным и поверхностным»

[Kroeber 1971: 64]. Впоследствии все свелось, казалось бы, к бесспор ному утверждению: «Системы родства — это терминологии, терми нологии — это классификации (“classifications”), а классифика ции — это отражения “психологических” процессов» [Kroeber 1917:

395]. Г.В. Дзибель предельно заостряет позицию Крёбера в этом во просе. «По иронии судьбы, — пишет он, — Клод Леви-Стросс моде лирует теорию родства посредством понятия лингвистического об мена, но упускает тот факт, что родство и есть лингвистический обмен (точнее, обмен терминами языка. — П.Б.)» [Dziebel 2007:

189]. Здесь кажется уместной такая аналогия. Придя в театр, зрите ли сдают верхнюю одежду в гардероб и взамен получают номерки.

С упомянутой точки зрения все наоборот — номерки «получают»

зрителей.

В рассуждениях Крёбера и его последователей, вероятно, не всегда просто заметить подмену тезиса. Он берется доказать несу щественность различия между классификационными и описатель ными системами родства, а доказывает нечто совсем другое — тер мины, обозначающие родство в классификационных системах, как и термины описательных систем, выступают в функции обобщений (“classifications”), следовательно, не существует никаких формаль ных признаков, по которым классификационные терминологии можно было бы отличить от описательных. Но в том-то и дело, что Моргана, а также Риверса и Рэдклифф-Брауна, интересовало раз личие между системами родства, а не между терминологиями род ства. Крёбер пишет о первом, имея в виду второе. Разумеется, такая подмена была бы невозможна без постулата ««системы родства — это терминологии». Предполагается, что этот постулат очень легко обосновывается чисто эмпирическими средствами: если мы присту паем к изучению системы родства посредством сбора терминологии (принцип движения от «самого термина», или «плана выражения»), то терминология и есть система родства. Ложной является сама по сылка, поскольку именно опыт показывает, что сбор сведений по системам родства начинается с таблиц, генеалогий, имен конкрет ных людей. И только затем в полученные схемы вставляются тер мины родства. Такой опыт был у Моргана, Риверса и Рэдклифф Брауна, но не у самого Крёбера, который вполне добросовестно Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 54 Глава предупреждает читателя, что результаты его собственных полевых исследований по системам родства калифорнийских индейцев не подкреплены сбором генеалогий или «конкретными сведения ми» (“concrete records”) [Kroeber 1917: 340].

Кажущийся эмпирически обоснованным постулат ««системы родства — это терминологии» проистекает не из факта его соответ ствия той реальности, которую составляют отношения родства, а из факта его соответствия той реальности, которую составляют отно шения лингвистики и этнографии. Этот факт состоит в принципи альном различии их предметов, что можно продемонстрировать с помощью двух структурограмм (рис. 8, 9).

Относительно недавно в пользу лингвистического подхода, ос нованного на постулате о тождестве понятий систем родства и но менклатур родства, появился новый аргумент. Для Дуайта Рида так же, как и для Крёбера, синонимичность терминов «система родства»

и «системы терминов родства» есть нечто само собой разумеющееся.

Как он пишет, терминологические системы позволяют установить отношения между терминами, не прибегая к счету родства (генеало гическим расчетам), но только посредством самих терминов, по средством того, что он именует «производством терминов родства»

(“kin term product”). В частности, он ссылается Салинза, заметив шего, что термины родства фиджийцев-моала позволяют двум от носительно чужим людям быстро определить, в каких отношениях родства они находятся, не вдаваясь в сложные генеалогические рас четы, которые к тому же обычно им не под силу [Read 2009: 48–49].

«Если A относится к B как дитя к матери, veitanani, тогда как C от носится к B как veitacini, сиблинг того же пола, то из этого следует, что A относится к C как дитя к матери, хотя они никогда не встреча лись вместе или не знали этого. Термины родства предсказуемы.

Если два человека находятся в родственных отношениях к третьему, тогда они являются родственниками друг другу» [Sahlins 1962: 155].

Приведенная фраза представляет собой точное описание общеиз вестного этнографического факта, но интерпретация Ридом в тер минах теории «производства терминов родства» этому факту не соответствует. Прежде чем делать вывод о родственных связях с ин дивидом C, индивид A должен доподлинно, т.е. исходя из повсе дневной практики, знать, что индивид B является (называется) его veitanani. Следовательно, первый шаг при установлении степени родства (кого и каким термином называть) всегда делается с опорой Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) ввод: существует ли связь между терминологиями родства и социальной организацией?

Лингвистика НЕТ ДА Разделение «описательные – Предмет исследования — классификационные терминологии терминология родства НЕТ ДА не имеет значения Описание значений Компонентный терминов родства анализ НЕТ ДА Типология терминологий родства вывод: терминологии родства не связаны с социальной организацией Рис. 8. Структурограмма лингвистики ввод: существует ли связь между системами родства и социальной организацией?

Этнография НЕТ ДА Разделение «описательные – Предмет исследования — классификационные терминологии системы [отношений] НЕТ ДА имеет значения родства Описание отношений Метод родства диаграмм НЕТ ДА Социальные Филогенетическая категории сеть ДА НЕТ Типология термино логий родства вывод: системы родства связаны с социальной организацией Рис. 9. Структурограмма этнографии на внеязыковую реальность, т.е. на то, что Малиновский называл «плотью и кровью» родства. Кого и как называть, учат «наизусть»

с детства, начиная с простейших отношений, а затем применяя эти знания ко все более широкому кругу лиц. Таким образом, происхо Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 56 Глава дит не расширение значения терминов, а расширение числа людей, к которым они применяются.

При анализе данных по культуре арапеш (Новая Гвинея) Н.А. Бутинов пишет, что, пользуясь генеалогической схемой, этно граф впадает в иллюзию, будто диаграмма родства, полученная та ким образом, является результатом деятельности самих носителей культуры: «Этнограф хочет узнать, как называет арапеш дочь дочери брата отца отца. Если прямо спросить: “Как ты называешь дочь дочери брата отца отца?” — арапеш, конечно, ничего не поймет.

Поэтому этнограф чертит схему и спрашивает: “Кто твой отец? Кто отец твоего отца? Как зовут его брата? Как имя дочери этого челове ка? Как имя ее дочери?” Предположим, это женщина по имени Х.

Теперь этнограф спрашивает: “Как ты называешь Х?” Арапеш от вечает: “Я называю ее сестрой”. Казалось бы, все ясно. Этнограф записывает, что дочь дочери брата отца отца арапеш называет се строй. А на деле это не так. Арапеш вместо длинного (для него) ге неалогического пути имеет другой, более короткий. К тому же если он может связать себя с отцом, отца — с его отцом и т.д., то это еще не значит, что он соединил все отдельные звенья этой схемы. По этому при ответе на вопрос: “Как ты зовешь Х?” он отводит глаза от схемы и думает только об этом лице. Ход его рассуждений при этом совершенно конкретен. Если брат этой женщины Y живет в его деревне, то он называет его своим братом. Этот брат зовет Х своей сестрой, поэтому и он зовет ее своей сестрой» [Бутинов 1951: 20].

В этом отрывке нет никаких признаков опровержения генеалогиче ского метода. Если нас «прямо спросить», как мы называем дочь до чери брата отца отца, мы тоже вряд ли сразу сообразим, что речь идет о троюродной сестре, или двоюродной кузине (“second cousin”).

В то же время в отрывке четко проступает идея локальности1, определяющая понятие классификационного родства. Представи тели традиционных культур не хуже нас умеют пользоваться поша говым («генеалогическим») методом построения родства. Суть раз Объект «принцип локальности классификационных систем» пред ставляет собой палиндром, поскольку может читаться как «геометрический код классификационных систем». С этой точки зрения две статьи, опубли кованные на эту тему почти одновременно, организованы в единое про странство — это как бы один текст, который читается одинаково в обоих направлениях [Белков 2009a: 111–121;

2010b: 1–17].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Метод диаграмм (А.Р. Рэдклифф-Браун) личия в том, что классификационная система родства позволяет транспонировать матрицу родства путем замены столбцов на стро ки, вертикальной (временной) поверхности родства — на горизон тальную (пространственную). При этом действительно точкой от счета является не термин родства (термины не висят в воздухе), а индивид из такой-то деревни, из такой-то местности, о котором говорящий «думает» посредством этого термина.

В конце концов, так называемый лингвистический подход даже в его наиболее чистом виде (без скрещивания лингвистики с этнографией) противоречит собственно лингвистической пара дигме. «Излюбленным сравнением де Соссюра, — писал Ельмс лев, — было сравнение языковой системы с шахматной игрой: шах матная фигура определяется исключительно своим соотношением с другими шахматными фигурами и своими относительными пози циями на шахматной доске, внешняя же форма шахматных фигур и материал, из которого они сделаны (дерево или кость или иной материал), совершенно безразличны для самой игры. Любая шах матная фигура, например конь, имеющий обыкновенно вид лоша диной головки, может быть заменена любым предметом, предна значенным условно для той же цели;

если во время игры конь случайно упадет на пол и разобьется, мы можем взять вместо него какой-нибудь другой предмет подходящей величины и придать ему ценность коня. Точно так же любой звук может быть заменен иным звуком или буквой или условленным сигналом, система же останет ся той же самой. Мне думается, что в силу этих тезисов де Соссюра можно утверждать, что в процессе исторического развития данного языка звуки его могут подвергаться и таким изменениям, которые имеют значение для самой системы языка, и таким изменениям, ко торые не имеют никакого значения для системы;

мы таким образом будем принуждены отличать принципиально изменения языковой структуры от чисто-звуковых перемен, не затрагивающих системы.

Чисто-звуковая перемена, не затрагивающая системы, может быть сравнена с таким случаем в шахматной игре, когда пешка, дойдя до противоположного конца доски, по правилам шахматной игры принимает ценность ферзи и начинает исполнять функции ферзи;

в этом случае ценность ферзи перенимается предметом совершенно иной внешности;

ферзь же совершенно независимо от этой внеш ней перемены продолжает быть ею в системе» [Ельмслев 1950–1951:

58–59].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 58 Глава Для нас соссюровский образ должен означать, что нет реши тельно никаких оснований отступать от линии исследований, наме ченной Рэдклифф-Брауном и его предшественниками в лице Мор гана и Риверса. В их работах, как эмпирических, так и теоретических, различие между терминами вместе с их значением (внешней фор мой/материалом фигур родства) и денотатами (ценностью/функ циями фигур родства), соответственно между лингвистикой и этно графией, проводится достаточно последовательно.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Глава «НАИВНАЯ» ТЕОРИЯ ГРАФОВ РОДСТВА Из предыдущего изложения должно быть понятно, что этно графия с самого первого момента выделения той части своей пред метной области, которая связана с понятием систем родства, поль зовалась графами. Сам вывод о существовании двух форм родства, описательной и классификационной, был сделан именно на основе сравнения списков денотатов и/или диаграмм родства1. Средствами словесного описания это сделать намного сложнее в виду неодно значности терминов естественного языка. Этим объясняются труд ности, с которыми постоянно сталкиваются исследователи, стоя щие на позициях эволюционной теории. С одной стороны, на интуитивном уровне различие между системами родства первичной и вторичной формации не вызывает никаких сомнений, с другой стороны, когда возникает необходимость точно сформулировать, в чем суть этого различия, вроде бы изначально ясное представле ние о нем становится все более смутным по мере того, как мы пыта емся вникнуть в значение терминов «описательный», «групповой»

и т.п.

Напротив, возвращаясь к диаграммам, мы восстанавливаем только что утраченное представление. Оказывается, достаточно «прочитать» диаграммы и пересказать своими словами «прочитан ное», чтобы найти нужную формулировку. Три принципа класси фикационных систем родства, сформулированные Рэдклифф-Бра уном, были выявлены именно таким путем. Отсутствие этих принципов делает систему родства неклассификационной.

Однако гениальная догадка Моргана, подтвержденная Рэд клифф-Брауном (хотя он и не собирался это делать), не исчерпыва ет все возможные открытия в области систем родства. При неспон танном способе введения элементов теории графов в исследования Таблицы, или списки, денотатов Моргана в современной литературе значатся как «матричные» схемы, диаграммы Рэдклифф-Брауна — как «ге неалогические» схемы [Аллен 1995: 27].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 60 Глава явлений родства, вероятно, следует начать с предварительного определения понятия системы родства как множества бинарных от ношений. Поскольку любое бинарное отношение является графом самого себя, родство легко отвечает требованиям теоретико-графо вого подхода, причем в обоих смыслах, теоретико-множественном и геометрическом. Это тем более оправданный взгляд, что сами ма тематики в качестве одного из примеров бинарных отношений охотно приводят именно отношения родства («х отец y» и т.п.). Что для нас особенно важно, в рамках первичной формации система родства является графом, который общество извлекает из самого себя1.

Одним из видов бинарных отношений является функция, по нятие которой определяется как правило постановки в соответствие каждому элементу x из множества X единственного элемента y из множества Y. В нашем случае функция f (система родства) — это та кое двухместное отношение, определенное на некотором множе стве людей (X), когда каждому индивиду x соответствует одно-един ственное значение y из множества терминов родства (Y). Можно сказать несколько иначе: система родства отображает некоторое множество людей в некоторое множество терминов родства (рис. 10).

X f Y Рис. Ср.: «Общим местом стало положение о том, что родство является структурообразующим принципом организации традиционных обществ…»

[Попов 2004: 207].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства Из данной диаграммы хорошо видно, что функция как множе ство упорядоченных пар (x, y) входит в единый кортеж из трех взаи мосвязанных объектов: 1) X — область определения функции;

2) Y — область значения функции;

3) собственно функция, или, что то же самое, график функции.

В переводе на язык этнографии, построение диаграммы род ства — это визуализация правил, по которым некоторое множество людей, занимающих определенные позиции родства, отображается в некоторое множество терминов, или обозначений родства. По скольку любое множество людей представляет ту или иную форму социальной организации, систему (функцию) родства можно опре делить как упорядоченную тройку объектов (рис. 11).

Система родства Локальная Диаграмма Терминология (семейная) (структура) родства организация родства Рис. Безуспешность попыток доказать наличие систематической связи между терминологиями родства и социальной организацией, о которой говорят многие западные антропологи, обусловлена тем, что в их построениях отсутствует понятие «диаграммы (структуры) родства», в этом отношении совпадающее с понятием «система род ства». По логике Крёбера, системы родства не существует, посколь ку соответствующее понятие сливается с понятием терминологии родства. По логике Рэдклифф-Брауна, системы родства как таковой тоже не существует, поскольку выносится за рамки его определения (см. выше). В этом смысле для него существуют только терминоло гия родства и система прав и обязанностей, «живая плоть» социаль ных отношений в виде различных институтов. В обоих случаях на личие внутренних связей между терминологиями и социальной организацией недоказуемо.

В конечном счете тезис об отсутствии связи между терминоло гиями и социальной организацией есть не что иное, как выражение Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 62 Глава идеи различия между предметами этнографии и лингвистики, но только способом бриколажа. Этнограф, которого интересует вне языковая реальность родства, абстрагируется от фактов языка.

Лингвист, напротив, абстрагируется от внеязыковой реальности, сосредоточивая все внимание на семантике. В этом смысле понятие бинарного отношения на заданном (непустом) множестве как сред ство формализации попарного сравнения элементов данного мно жества позволяет справиться с путаницей при решении вопроса о соотношении лингвистического и этнографического подходов в исследованиях явлений родства, т.


е. непротиворечивым образом разграничить (развести) между собой предметы лингвистики и эт нографии в плане устранения, как пишут логики, «неконтролируе мых элементов естественного языка». В том и другом случае мы имеем дело с одной и той же областью значений функции, тогда как области определения функции принципиально различны. Для лингвистики областью определения является множество значений (десигнатов, сигнификатов) терминов родства, для этнографии — множество денотатов (референтов, или материальных объектов), к которым отсылают термины родства. Таким образом, Морган, Ри верс и Рэдклифф-Браун, рисуя свои таблицы или диаграммы, де факто проводили границу между этнографией и лингвистикой, если угодно, очерчивали вокруг этнографии некий магический круг, за щищающий от вторжений извне.

Другое важное положение касается разграничения двух форм родства (по Моргану). Так называемые описательные системы пред ставляют собой функцию с одним аргументом, которая, как уже было сказано, удовлетворяет следующему условию: для любого x X существует единственный элемент y Y такой, что (x, y) f. Клас сификационные системы родства представляют собой функцию с несколькими аргументами. Множество X рассматривается как де картово произведение множеств X1, X2, … Xn, поэтому отображение f множества X во множество Y оказывается n-местным отображени ем, таким, что каждый из аргументов упорядоченного набора x = {(x1, x2, … xn)} пробегает свое множество. Этнографический смысл данного высказывания видится в том, что множество (носителей) степеней родства, окружающих Ego, разбивается на подмножества:

«отец Ego и множество социально идентифицируемых с ним муж чин», «мать Ego и множество социально идентифицируемых с ней женщин» и т.п.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства Предлагаемый в качестве эксперимента способ описания си стем родства при всей его экзотичности (возможные пределы использования математики в качестве метаязыка этнографии — от дельная проблема) помогает избавиться от обычных противоречий, связанных с трудностями при истолковании понятий «описатель ный» и «групповой», или «линейный». Если исходить из словарного значения этих слов, любые термины родства являются одновремен но описательными и групповыми, любые системы родства — линей ными, поэтому с помощью этих понятий дифференцировать клас сификационные и неклассификационные системы однозначным образом не удается. Даже такой критерий, как слияние/разграниче ние прямой и коллатеральной линии, может быть оспорен, если не по существу, то с точки зрения терминологии (в классификацион ных системах нет противопоставления «прямая — боковая линия»).

Как заметил М.В. Крюков, Морган в своем итоговом труде «Древнее общество» при характеристике классификационных си стем родства вообще не упоминает о слиянии прямой и коллате ральных линий, пытаясь выразить идею различия между классифи кационной и описательной системами иными средствами: «При первой кровные родственники не описываются, а делятся на катего рии независимо от близости или дальности их родства к Эго;

при этом один и тот же термин родства относится ко всем лицам, при надлежащим к одной категории… При описательной форме кров ные родственники описываются либо основными терминами род ства, либо комбинацией этих терминов;

таким образом, родственное отношение каждого отдельного лица выражено специфически»

[Морган 1934: 222]. Хотя и с большим трудом (принцип деления нарушается всеми возможными способами: операция описания вы ступает как операция, тождественная операции указания и в то же время противоположная операции деления), это разделение можно соотнести с противопоставлением функции с несколькими аргу ментами и функции с одним аргументом. Но самое интересное за ключается в том, что определение классификационных систем род ства как функции с несколькими аргументами намного легче поддается переводу на язык этнографических фактов, чем собствен ное определение Моргана. В классификационных системах, в отли чие от описательных, один и тот же человек может быть носителем нескольких денотатов. Например, одна и та же женщина может вы ступать по отношению к Ego одновременно в нескольких лицах — Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 64 Глава и как дочь брата матери, и как дочь сестры отца, как дочь брата ма тери матери, и как дочь сына брата матери отца и т.п., т.е. на языке наших понятий, и как двоюродная сестра (с отцовской и материн ской сторон), и как троюродная сестра.

Кроме того, становится лучше видно, что положения о разгра ничении лингвистического и этнографического подходов и разгра ничении классификационных и неклассификационных систем род ства являются связанными. Второе возможно только при условии первого. Концепция классификационной системы родства является оборотной стороной разграничения предметных областей лингви стики и этнографии, т.е. понятий терминологии и системы родства.

При определении систем родства в роли предмета исследова ния этнографии, как и в других случаях, возможны два подхода — интуитивный и рекурсивный. Номинально система родства — это совокупность правил наследования социальных позиций, основан ных на группировании людей по признакам принадлежности к определенной линии происхождения, поколению и полу. Рекур сивно система родства определяется как множество [носителей] от ношений родства, упорядоченных пар, левым членом которых всег да является E[go], а правым (левым, верхним, нижним) — любой другой индивид, принадлежащий данному множеству (E — «отец», E — «мать», E — «сын», E — «брат матери» и т.п.).

Отношение родства — длина пути от корня (центральной ячей ки) до подчиненного узла (производной ячейки):

1. Отношение родства центральной ячейки (корня) системы родства R[elationship] равна 0. Это отношение родства E[go] (говоря щего).

2. Отношение родства любой другой ячейки (узла) на единицу пути больше, чем отношение соседней, с ней связующей ячейки в R относительно E[go].

Данное определение взамен генеалогической парадигмы «воз раста и пола» предлагает негенеалогическую парадигму «линии (происхождения) и поколения» в рамках проблемы единого языка описания неклассификационных и классификационных систем родства: «линия + поколение = локус родства». Это и есть то, из чего состоит родство с точки зрения теории графов. Человеческий инди вид может поменять пол символически (обычай измененного пола Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства у некоторых народов), физически (современные операции по изме нению пола) и т.п., но координаты в сетке родства при этом оста нутся неизменными. Человеческий индивид может в тех или иных пределах также изменить возраст, иногда даже «смешать» возрасты (внук может оказаться старше сына, если отец внука — от первого брака, а младший — от второго, позднего брака), но все отношения родства при этом останутся неподвижными.

В исходном локусе инцест — это информационное нарушение «линейности» или «поколенности» (конфликт сигналов). Так, в ав стралийских системах брак считается инцестуозным, даже если «дочь», «мать» или «сестра» являются классификационными. «Ли нейность» толкуется в самом широком смысле, например в терми нах общности тотемного имени людей, происходящих из разных, порой отдаленных локальных групп.

Мы помним, что элементарные термины сами по себе явля ются абстрактными единицами счета родства, так как отражают отношения, которые изначально не контаминированы физиологи ческими представлениями. Попытки кодировать элементарные тер мины как составные с использованием терминов “parent”, “child”, “spouse” («родитель», «дитя», «супруг») противоречат заявленной цели — выработать некий нейтральный язык записи («небиологиче ский», «неевропейский» и т.п.), поскольку их этимология основана именно на биологических значениях.

Классификационные системы, конечно, «знают» понятия воз раста и пола, но оперирование терминами, основанными на этих понятиях, для них является, как известно, факультативным при знаком. Во-первых, классификационные системы родства часто игнорируют различия по полу, вероятно, еще и потому, что при надлежность к полу можно определить визуально, в отличие от при надлежности к линии происхождения (генерализация простран ственного размещения «здесь — там») или поколению (генерализация анизотропии времени «раньше, чем — позже, чем»). И то и другое понятие связано с переходом из метрического в топологическое (здесь: мифологическое) пространство1. По замечанию В. Станнера, Метрическое пространство культуры становится топологическим, если за его открытые множества принять классы явлений, содержащие вместе с определением общего свойства элементов этого класса определе ние свойств соседних классов в качестве «окрестности» этого свойства.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 66 Глава австралийцы, помогая исследователю конструировать генеалогии, на самом деле мыслят не генеалогически. «Что они делают, — писал он, — так это указывают на связь между женщинами и их детьми, поскольку вступление в брак с мужчиной подразумевает выполне ние условия, при котором мужчине обеспечивается возможность за являть права на потомство данной женщины. Патрилинии мурин бата есть не что иное, как отражение политических и юридических прав, возникающих на основе духовных агнатных связей» [Stanner 1989: 33–34].


Примерно об этом, хотя и не имея это в виду, писали Рональд и Кэтрин Берндты, подчеркивая, что понятие локальной (наслед ственной) группы не является синонимом резидентности [Berndt, Berndt 1999: 40]. Локальная (наследственная) группа австралийских аборигенов — это система взаимоотношений между людьми, риту альная жизнь которых находится в поле тяготения к определенному священному центру — месту пребывания/почитания мифического предка или предков, выступающих в роли источника реинкарнации членов данной группы. Во-вторых, в классификационных системах объединение (а не деление) по возрасту является свидетельством нецелочисленной размерности классификационных систем род ства. Так называемые «скользящие» термины родства (младший брат отца Ego = старшему брату Ego) отражают понятие «промежу точных», или «нецелых», поколений, что противоречит биологиче скому подходу.

Безразличие европейских терминов «мать», «отец» и других к биологическим реалиям обусловлено их изначально классифика ционным характером (ср. санскритскую и древнерусскую системы родства). Элькин, касаясь использования австралийцами одного термина по отношению к лицам обоих полов, ссылается на принцип эквивалентности сиблингов (= принцип локальности родства) в тех случаях, когда речь идет о родных братьях и сестрах. Однако все чле ны локальной группы являются «братьями» и «сестрами», будучи одного рода (relationship) независимо от пола [Elkin 1956: 64]. Это связано с представлением о том, что духи-предки (духи-двойники) этих людей были инкарнированы в одном и том же священном Примером задания топологии на множестве явлений культуры, т.е. превра щения ее в топологическое пространство, можно считать так называемые списки универсалий (вариант — «культурные круги» Гребнера).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства центре («доме духов») на территории локальной группы их отца, т.е. человека, «отцовство» которого заключается в том, что он «уви дел» во сне или «нашел» наяву духов, вселившихся в тело их матери, т.е. женщины, впоследствии их родившей. Подобная интерпрета ция принципа эквивалентности сиблингов, а следовательно, самого понятия классификационной системы родства, согласуется с дан ными других полевых этнографов. Описывая систему родства наро да гунвинггу, Рональд и Кэтрин Бернд указывают, что термины «нгуда нгунбонанг» (перевод — «твой отец») и «нунгга бибонанг»

(перевод — «его или ее отец») означают «он увидел твой дух во сне»

или «он увидел его дух во сне», а смысл терминов «нгуда нгунедан гин» (перевод — «твой брат») и «нунгга бенедангин» (перевод — «его брат») — в выражениях «он стоит вместе с тобой» и «он стоит вместе с ним» [Berndt, Berndt 1999: 74].

Теперь мы можем перейти к вопросу о том, как вообще может выглядеть график функции родства, или к проблеме подбора топо логии родства. Обычно считается, что при отображении отношений родства исследователи в целях удобства (с точки зрения европейцев) используют граф «филогенетическое дерево», а точнее, укоренен ное бинарное дерево, содержащее выделенную вершину, или так называемый корень, служащий обозначением предполагаемого по ложения общего предка в n-ном поколении. Из корня дерева исхо дят две ветви, соединяющие корень с «левым» и «правым» потом ками, т.е. узлами следующего уровня, или поколения, которые порождают двоичные ветвления еще более низкого уровня и т.п., вплоть до конечных, не имеющих исходящих ветвей узлов, именуе мых листьями.

Однако на практике использование графа «дерево» оказывает ся не таким удобным (спор между сторонниками и противниками генеалогического метода — это спор о подборе топологии при опи сании систем родства). Во-первых, при вычерчивании древовидных структур данных чисто эмпирическим путем приходишь к убежде нию, что на одном дереве разместить все известные или мыслимые позиции родства попросту невозможно, во всяком случае подчиня ясь какой-то единой системе правил преобразования. Поэтому при описании различных систем родства приходится рисовать несколь ко деревьев: родство по отцу, родство по матери, родство по жене и т.п., исключая для простоты и наглядности те или иные ветви.

Во-вторых, при сравнении систем родства чаще всего необходимо Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 68 Глава показывать одновременно родственные и брачные связи, тогда как филогенетическое дерево моделирует связи только с помощью узлов с одним родителем (вертикальный перенос отношений родства).

Впрочем, исследователи, всегда ощущая этот недостаток, при визу ализации отношений родства де-факто используют филогенети ческие сети, подмножеством которых являются гибридные узлы — узлы с двумя родителями, обозначающие сетчатые события, в данном случае брачные союзы (горизонтальный перенос отноше ний родства). Трудности, связанные с использованием филогенети ческого дерева, можно попытаться объяснить тем, что с помощью этого графа невозможно описать систему родства, а только систему наследования в качестве ее подсистемы.

При маркировке, как уже сказано, к числу элементарных при нято относить денотативы «отец», «мать», «брат», «сестра», «сын», «дочь» так, что сложные денотативы образуются прибавлением, или нанизыванием, элементарных денотативов. С этой точки зрения английская номенклатура оказывается более удобной, чем, напри мер, русская, поскольку сам строй английского языка подразумева ет чтение терминов родства справа налево путем прибавления или «сложения» (father’s father), тогда как в русском языке из более сложного термина «вычитается» (прибавляется со знаком «минус») более простой (отец отца). Более удобна и аббревиатура английских терминов, поскольку получаемые выражения состоят только из со гласных. Прибавляя к исходным одноместным выражениям другие термины или дуплицируя их, мы получаем различные степени род ства в зависимости от того, представителей какого поколения обо значает данный термин. Прибавляя термины «отец» или «мать», мы поднимаемся на одно поколение вверх, прибавляя термины «сын»

или «дочь», спускаемся на одно поколение вниз. Прибавление тер минов «брат» или «сестра» образует боковые линии. Соответственно пути, соединяющие две позиции родства, могут быть прямыми (FF) и ступенчатыми (FFBS). В целом это имеет отношение не столько к грамматике, сколько к системе счета.

Решая вопрос об оптимальном способе маркировки позиций родства, следует обратить внимание и на такие моменты. Во-первых, при таком порядке маркирования узлов родства за нулевой уровень принимается не уровень, на котором помещается предполагаемый предок (неизвестно, как «эмически» установить предел возрастания степеней по поколениям), а уровень поколения Ego, который стано Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства вится общей вершиной двух зеркально расположенных деревьев.

Во-вторых, в целях упорядочения схемы термины «жена» или «муж»

приходится принять за элементарные термины родства, присоеди нением к которым образуются такие выражения, без которых во многих случаях генеалогические расчеты становятся неосуществи мыми: “WF”, “wm”, “wsr”, “WB”, “WBS”, “wbd” и т.д. В-третьих, именно в плане разделения «этное — эмное» в качестве элементар ного термина родства необходимо использовать и термин “Ego” («Я», «Сам», “Self”), что не всегда делается при создании схем род ственных отношений.

Операция придания термину “Ego” функции особого термина родства окончательно превращает выражения, относящиеся к клас су описательных терминов, в абстрактную систему нумерации, не зависимую от конкретных языковых традиций, или, на общепри нятом языке, в объективный способ записи отношений родства.

В частности, приняв термин “Ego” за нулевой, мы осознаем тот факт, что в данной системе исчисления, в отличие от естественного языка, так называемые элементарные термины действительно при нимают значение описательных, поскольку возникают путем сложе ния с термином “Ego”: 0 + F = F, 0 + m = m, 0 + B = B, 0 + m + B = MB etc (см. выше рекурсивное определение понятия родства). Таким об разом, принятый в мировой науке способ записи систем родства соответствует не понятию филогенетического (генеалогического) дерева, а понятию филогенетической сети.

При чтении неклассификационных систем родства важно, на чем сфокусировано наше внимание, подобно тому как при незначи тельном смещении линии взгляда барельеф можно принять за горе льеф и наоборот. На одной и той же диаграмме родства в зависимо сти от того, какие элементы будут представлены в виде ребер графа, связи между предками и потомками (допустим, Ego — мужчина), или связи между брачными парами предков и потомков, проявятся два различных графа. Это легко продемонстрировать эксперимен тальным образом, используя общепринятый способ построения диаграмм родства, представляющих множества, состоящие из четы рех элементов: 1) значки, обозначающие носителей различных сте пеней родства;

2) значки, обозначающие связи между супругами (знак равенства или умножения);

3) значки, обозначающие связи между поколениями (вертикальные линии) и 4) значки, обознача ющие связи между сиблингами, братьями и сестрами (горизонталь Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 70 Глава Рис. ные линии, или, точнее, фигуры в виде вытянутой буквы «П»). Со ставленная по этому методу диаграмма может быть представлена немаркированным вариантом, поскольку любую степень родства, обозначенную значком в виде геометрической фигуры, можно вы числить (определить ее координаты) по ее местоположению отно сительно того условного значка, который принимается за точку с нулевым значением (точку Ego), т.е. за точку, притягивающую к себе все другие траектории родства (рис. 12).

На представленном выше рисунке показано, что, если следо вать заданной топологии, степени родства непроизвольным обра зом разбиваются на два подмножества, оказывающиеся располо женными в двух разных плоскостях M и N на оси прямого родства по Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства мужской линии, т.е. на оси Ego, или оси X 1. Для простоты примем эти плоскости за перпендикулярные по отношению друг к другу.

Причем это такие подмножества, одно из которых описывается с помощью филогенетического дерева (узлы с одним «родителем»), а другое — с помощью филогенетической сети (узлы с двумя «роди телями»). Одно подмножество вместе с носителями прямого род ства по мужской линии образуют кросскузены различных степеней с их партнерами по браку, второе подмножество вместе с носителя ми прямого родства — ортокузены с их партнерами по браку, кото рые не обозначены, чтобы облегчить чтение схемы. То, что не всегда удается сформулировать другими средствами (принцип слияния разграничения прямой и боковых линий), проявляется с помощью диаграммы. В неклассификационных системах боковые (ортоку зенные) линии оказываются лежащими на плоскости, перпендику лярной по отношению к той, в которой лежат линии отца и матери (кросскузенные линии). Для демонстрации разности структур этих подмножеств их можно изобразить отдельно (рис. 13a, b).

Рис. 13a. Плоскость M Рис. 13b. Плоскость N «Втискивание» в такие плоские диаграммы новых степеней родства приводит к тому, что вся система через две-три ступени построения постепенно теряет свойства внешней регулярности (периодичности), изображение в целом приобретает хаотический характер. Теория бифуркаций гласит, что хаос может возникнуть Опять-таки для простоты на данной диаграмме не показана горизон тальная плоскость, соответствующая подмножеству денотатов поколения Ego.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 72 Глава через бифуркацию, определяемую как процесс качественного пе рехода от состояния равновесия к хаосу через последовательное изменение периодических точек. В переводе на язык описания яв лений родства, с добавлением новых степеней родства «турбулент ность» схемы увеличивается. Доказать это можно безо всяких фор мул, с помощью простого карандаша.

Справиться с хаотическим «движением» («колебаниями») тер минов родства на схеме можно только за счет добавления плоско стей или, что то же самое, подчинения определенному алгоритму перемещения степеней из плоскости в плоскость (прохождения од них плоскостей сквозь другие). При нашем стремлении упорядо чить пространство родства, подчинить изображение набору простых правил придется добавлять все новые и новые плоскости, а посколь ку «перемещение» Ego происходит не только по оси Z (вперед и на зад), но также по оси Y (вверх и вниз) и по оси X (вправо и влево), график неклассификационного родства приобретает вид бесконеч но расширяющейся ячеистой структуры (предварительно методом шарнирного сдвига мы устанавливаем линию Ego строго вертикаль но) (рис. 14).

Рис. Так в конечном счете, при всех возможных оговорках, выгля дит неклассификационная система родства — некое подобие кри сталлической решетки. К интерпретации этой системы мы еще вер немся в конце работы, а пока эта система может рассматриваться в двух аспектах. Во-первых, как множество «точек родства», находя щихся на пересечении связей, во-вторых, как множество «траекто Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН «Наивная» теория графов родства рий родства», т.е. динамическая система, состоящая из переме щений точек родства, в перспективе, как можно предполагать, образующих собой либо множество замкнутых кривых, либо мно жество спиралей, если движению системы родства не оказывается какое-то внешнее сопротивление, например недостаток или избы ток брачных партнеров. Такие системы родства, подобно маятнику, обладают двумя степенями свободы. Иначе говоря, движение самой системы родства или движение внутри нее (точка зрения Ego) опре деляется двумя запретами: запретом на брак с близким родственни ком и запретом на брак с представителем другого — старшего или младшего — поколения. Это означает, что при невозможности определить, в какой конкретной точке пространства родства нахо дится Ego (например, неизвестно, не является ли жена Ego его, пусть и отдаленной, кузиной с какой-либо стороны), область его нахож дения по отношению к самому себе в принципе предсказуема.

По крайней мере, считается, что его свойственники не являются его близкими родственниками. Следовательно, спонтанная логика род ства приводит систему родства из хаотического в упорядоченное со стояние в прилегающей к Ego части социального пространства.

Таким образом, упрощение на субъективном уровне (при под боре топологий) позволяет исследователю лучше понять объектив ную картину родства, т.е. анализировать системы родства как от носительно четкие, правильные формы, подчиняющиеся законам евклидовой геометрии, во всяком случае, геометрии, мыслящей в терминах целочисленных измерений (двух-, трех-, четырехмерно го и т.п. измерений). В конце концов мы занимаемся этнографией, а не математикой. Достаточно будет того, чтобы наши представле ния о системах родства были изоморфны представлениям носите лей традиционной (в том числе нашей собственной) культуры.

Как уже отмечалось, ячеистая структура подвержена «колеба ниям», связанным с перемещением плоскостей вдоль трех векторов, трех осей координат. Действительно, получается что-то вроде тес серакта (гиперкуба)1, который можно «пройти» тогда и только тогда, когда удастся найти алгоритм (если он существует) взаимного пере мещения внутренних «перегородок», которые как бы проходят Подобные метафоры не окончательны. Например, при подборе фи гуры описания (метаязыка) неклассификационных систем родства данную структуру ради эксперимента можно попытаться уподобить кубику Рубика.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 74 Глава сквозь друг друга. В обыденной жизни состояние, к которому стре мится неклассификационная система родства, но которое никогда не достигается, учитывается чисто умозрительно. На практике при бегают к «прокрустову ложу» неподвижных генеалогических схем, не отражающих нашу (неклассификационную) систему родства полностью и по ее объективным законам, но позволяющих ею поль зоваться при решении насущных задач наследования.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН Глава АВСТРАЛИЙСКИЕ СИСТЕМЫ РОДСТВА.

ПОНЯТИЕ ТИПА РОДСТВА Весьма неожиданным результатом предыдущей части насто ящего исследования следует считать вывод о том, что неклассифи кационные системы родства по своей структуре гораздо сложнее классификационных (обычно принято исходить из обратного утверждения). Однако такие системы сами по себе не являются для нас предметом исследования. В этом плане сравнение со сложней шими математическими структурами выступает метафорой разли чия с классификационными системами, для визуализации которых достаточно модели шахматной игры.

Вернуть современные системы родства в их первобытное со стояние можно с помощью мысленного эксперимента. Помещаем ячеистую структуру перед собой так, чтобы денотаты, лежащие в плоскостях, параллельных плоскости M, слились в одну линию (оставляем только линию отца отца и отца матери и соединяем их линиями брачных связей внутри каждого поколения), а затем «схло пываем» в одну все плоскости, говоря точнее, поверхности, парал лельные плоскости N. В результате, по аналогии с известным вы сказыванием, мы получаем некий «минимум родства» — систему родства типа кариера (см. ниже).

Сравнение классификационных систем родства с шахматной игрой в свете теории графов кажется весьма уместным. Должны же правила шахматной игры быть откуда-то абстрагированы (так же, как правила игры в карты и т.д., не исключая, между прочим, аксио мы евклидовой геометрии)? Если да, то именно из систем родства, являясь по сути их подграфами. Соответствия очевидны. Например, в этом аспекте различие между описательными и классификацион ными системами родства можно уподобить различию между прави лами игры в шахматы и правилами игры в шашки. Шашки «класси фицируют» те отношения между фигурами, которые в шахматах носят «индивидуальный» характер.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_01/978-5-02-038333-3/ © МАЭ РАН 76 Глава Термины родства1 перемещаются по системе родства, подоб но фигурам на шахматной доске: по вертикали (FF, F, EGO, S, SS), горизонтали (FFSrS, F, FB, MB) или по диагонали (mm, m, sr, srd, srdd). Во многих случаях фигурам родства приписывается функция «ход конем» (FBS, MBS, mbd, fsrdd etc). Однако при счете родства, когда тем или иным термином делается некий «ход» (т.е. осуще ствляется путь между различными вершинами графа родства), од новременно решается вполне определенная задача из области практической деятельности по установлению взаимных прав и обязанностей между людьми или группами, которые они пред ставляют.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.