авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 15 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) ПРОБЛЕМЫ ...»

-- [ Страница 4 ] --

Уже в 1926 г. в центральном партийном журнале «Большевик»

появилась статья «Об одной теоретической путанице и ее вредных последствиях», в которой Кушнер фигурировал как основной обра зец неправильного понимания сущности докапиталистических об щественных отношений у киргизов. Суть этой критики была про ста: в Киргизии давно существуют и классы, и эксплуатация. Мана пы являются не «пережитком родового строя», а вполне сложивши мися феодалами, имеющими своих холопов, монополизировавши ми судебные функции, собственность на пастбища и т.д. Рекомен дации Кушнера властям являются не чем иным, как теорией «капи талистического дозревания», противоречащей словам Ленина о воз можности для «отсталых народов» в условиях диктатуры пролета риата избежать капиталистической стадии развития и перейти не посредственно к социализму17. После выхода в свет самой моногра фии она также подверглась очень резкой критике, следовавшей той же логике.

Впоследствии выводы Кушнера об аренде скота как основном механизме эксплуатации были использованы С.П. Толстовым в фор мулировке известной теории «кочевого феодализма», долгое время Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН доминировавшей в советской этнографии. Но тот же автор в докла де, сформулировавшем эту теорию, упоминал о Кушнере и Преобра женском как об ученых, которые в качестве ревизии марксистского учения о первобытной формации «приклеивают ярлычок “родового строя” к таким глубоко антагонистическим обществам, как киргиз ское или туркменское, и таким образом весьма просто доказывают, что “родовой строй” знает частную собственность, классы и т.д. и что, следовательно, все это существовало со времен Адама»18.

Схожая критика, которой подверглись такие разные ученые, как Кушнер и Преображенский, была лишь частью ожесточенных дис куссий рубежа 1920–1930 х годов, в которых подвергалось сомне нию и само право на существование этнографической науки. Ситуа цию, в которой шли эти дискуссии, можно описать известной гоб бсовской характеристикой «война всех против всех», в ходе кото рой никто не был застрахован от идеологических обвинений и мало кто из ученых не использовал эти обвинения в «оборонительных»

целях. Однако и Преображенский, и Кушнер принадлежали имен но к этому редкому виду. В 1930 е годы их судьбы сложились по разному. Преображенский после закрытия в 1931 г. этнологическо го факультета оставался профессором исторического факультета Московского университета, преподавал на кафедре древнего мира, в 1933 г. участвовал в международном конгрессе историков в Варша ве. В 1937 г. он, как известно, был арестован «за контрреволюцион ную деятельность» и в 1941 г. расстрелян. Кушнер, оценив сложив шуюся вокруг него, да и вообще в научном мире обстановку, восполь зовался старыми связями среди большевистских лидеров высокого ранга и в 1931 г. ушел работать под начальством своего старого зна комого А.П. Розенгольца в Наркомат внешней торговли. Он был торгпредом СССР в Литве, затем в Норвегии, позднее работал на раз личных административных должностях в государственных орга нах руководства наукой, в Музее народов СССР и Госполитиздате.

В 1937 г. он, по всей видимости, был на волосок от гибели. Розен гольц проходил одним из основных обвиняемых по делу «троцкист ко зиновьевского блока». Кушнер не только был связан личными и служебными связями со многими старыми большевиками и троц кистами, которых истребляли в 1937–1938 годы, но и поддерживал в 1923 г. левую оппозицию, был женат на иностранке — сотруднице советского посольства в Норвегии. Однако ему посчастливилось уце леть и вернуться уже в годы Великой Отечественной войны к актив ной научной деятельности в области этнографии. Именно в послево енные годы он окончательно сложился как этнограф и осуществил те работы, благодаря которым главным образом и известен в исто рии этой науки. В 1940–50 е годы он руководил важнейшими про ектами Института этнографии — этнической статистикой и карто Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН графией и изучением национальных процессов, полевым исследо ванием русской колхозной деревни и составлением историко этног рафического атласа «Русские».

Кушнер и Преображенский в социальном, политическом и иде ологическом плане представляли собой очень разные типы россий ского/советского общества. Тем не менее, как мне кажется, к кон цу 1920 х годов между ними возникали некоторые точки соприкос новения не только «благодаря» обрушившейся на обоих критике, но и в тематике и результатах их работ. Конечно, в немалой степе ни этому способствовала радикальная «марксизация» обществен ных наук, проводившаяся людьми, в основном далекими от непос редственно исследовательской работы и предпочитавшими заме нять ее бесконечными интерпретациями работ классиков марксиз ма. Уже во второй половине 1930 х годов станет отчасти понятна тупиковость такого рода деятельности, которая получит название «абстрактного социологизма», оторванного от изучения конкрет ного материала19. В этом отношении Кушнер своим курсом по ис тории общественных форм, конечно, внес определенную лепту в становление этого стиля квазинаучной работы, однако надо отдать ему должное: в 1930 г. он был одним из немногих, кто имел смелость печатно выражать недовольство «нехорошей привычкой» «вместо доказательства при спорах отделываться одними цитатами из сочи нений Маркса, Энгельса, Ленина» 20. Преображенский также не скрывал своих «частичных несогласий с некоторыми положениями Энгельса» (так он выразился в письме академику Н.Я. Марру, в ко тором протестовал против своего увольнения из Института этни ческих и национальных культур народов Советского Востока)21. По воспоминаниям С.Б. Бернштейна, на лекциях он критиковал Эн гельса, что нетрудно понять и из опубликованного текста «Курса этнологии»22. В то же время он, конечно, стремился найти компро мисс между своими научными убеждениями и предъявляемыми действительностью требованиями, чтобы остаться в профессии. Об этом свидетельствует как его идеологически выдержанная и впол не марксистская по проблематике статья о туркменах, так и актив ная преподавательская деятельность в таких «цитаделях» марк систского образования, как Институт красной профессуры и Ко муниверситет им. Свердлова. Историк А.И. Гуковский, слушав ший его лекции в ИКП, написал о нем: «Это был незаурядный че ловек, он на десять лет опоздал родиться и на прежнем небосклоне мог бы быть звездой первой величины»23. Так или иначе, оба ока зались как за рамками догматизированного марксизма 1930 х го дов, так и за рамками этнографии как профессии. Представляет ся, что этих ученых объединяет также и то, что в столь политизи рованной обстановке и в столь жестокую эпоху они умели отстаи Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН вать свои принципы и сохранили верность своим (хотя и сильно различавшимся) представлениям о научной истине, не разменивая ее на сиюминутную идеологическую конъюнктуру.

*** 1. Подробнее см.: Иванова Ю.В. Петр Федорович Преображенский: Жиз ненный путь и научное наследие // Репрессированные этнографы. Вып. 1.

М., 1999.

2. Подробнее см.: Алымов С.С. П.И. Кушнер и развитие советской этног рафии в 1920–1950 е годы. М., 2006.

3. Кушнер П.И. Нужно ли изучать общественные формы? // Историк марксист. 1927. № 6. С. 206.

4. АРАН. Ф. 677. Оп. 2. Д. 126. Л. 1–2.

5. Богданов А.А. Исторический материализм и вопросы первобытной жиз ни // Вестник Социалистической академии. М.;

Пг., 1923. Кн. 3. С. 17–19.

6. Преображенский П.Ф. Курс этнологии. М., 1929. С. 80.

7. Кушнер П.И. О первобытном коммунизме // Записки Коммунисти ческого университета им. М.Я. Свердлова. М., 1924. Т. II. С. 64.

8. Кушнер П.И. Предисловие // Гуковский А.И. Трахтенберг О.В. Очерк истории докапиталистического общества и происхождения капитализма. М.;

Л., 1931. С. VIII.

9. Равдоникас В.И. О сущности развития доклассового общества // Из вестия ГАИМК. 1932. № 5–6. С. 54–62.

10. Покровский М.Н. О научно исследовательской работе историков // Правда. 1929. № 63. 17 марта. С. 2.

11. Правда. 1929. № 84. С. 4.

12. Там же.

13. АРАН. Ф. 677. Оп. 2. Д. 126. Л. 37.

14. АРАН. Ф. 359. Оп. 1. Д. 10. Л. 5.

15. РГАСПИ. Ф. 62. Оп. 2. Д. 278. Л. 31–60.

16. Преображенский П.Ф. Разложение родового строя и феодализаци онный процесс у туркменов иомудов // Этнография 1930. № 4. С. 21.

17. Митрофанов А. Об одной теоретической путанице и о вредных ее по следствиях // Большевик. 1926. № 13. С. 78–80.

18. Толстов С.П. Генезис феодализма в кочевых скотоводческих обще ствах // Основные проблемы генезиса и развития феодального общества. М.;

Л., 1934. С. 169.

19. Арциховский А., Воеводский М., Киселев С., Толстов С. О методах вредительства в археологии и этнографии // Историк марксист. 1937. № 2.

С. 79–82.

20. Кушнер П.И. Предисловие // Гуковский А.И., Трахтенберг О.В.

Очерк истории докапиталистического общества и происхождения капита лизма. М.;

Л., 1931. С. XIV.

21. АРАН. Ф. 677. Оп. 2. Д. 126. Л. 23–24.

22. Берштейн С.Б. Зигзаги памяти. М., 2002. С. 49.

23. Гуковский А.И. Как я стал историком // История СССР. 1965. № 6.

С. 86.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН М.В. Крюков С.М. ШИРОКОГОРОВ И ЮНЬНАНЬСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ 1928 г.

В кругу многогранных научных интересов А.М. Реше това особое место занимает изучение истории отече ственной этнографии и в особенности жизни и дея тельности выдающегося русского ученого С.М. Широ когорова. Автор этих строк имел в свое время счастли вую возможность познакомиться с перепиской Широ когорова, хранящейся на Тайване в Архиве Института истории и филологии Академии наук Китая (АИИФ).

Надеюсь, что приведенные ниже документы могут быть полезны уважаемому юбиляру в его будущей исследо вательской работе.

12 апреля 1928 г. С.М. Широкогоров был зачислен на должность профессора Института истории и филологии при Университете им. Сунь Ятсена в Кантоне (в даль нейшем этот институт должен был стать подразделени ем создававшейся в те годы Национальной Академии наук Китая). В соответствии с представленной им про граммой своих антропологических исследований Сер гей Михайлович стал готовиться к экспедиции в про винцию Юньнань.

Архивные материалы позволяют нам представить себе, как проходила эта экспедиция, и к тому же проливают свет на некоторые черты характера ее руководителя.

Ирония судьбы заключалась в том, что все научные достижения проф. Широкогорова были, как правило, плодами его исключительно индивидуальных усилий, когда же ему помогали коллеги, дело нередко заканчи валось конфликтами, сводившими на нет результаты всей работы. Фактически единственным помощником, с которым он мог плодотворно сотрудничать, была его супруга, обычно сопровождавшая мужа в экспедици ях. Как бы там ни было, всемирно известный ученый отличался фатальным неумением ладить с людьми, а его «аристократические замашки» неизменно вызыва ли резко негативную реакцию окружающих. Поэтому, кстати говоря, за годы пребывания в Китае Сергей Ми хайлович, как правило, подолгу не задерживался ни в одном научном учреждении, где ему доводилось рабо тать. Кажется, только директор Института истории и филологии АН Китая Фу Сынянь, чрезвычайно высо Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ко ценивший Широкогорова как специалиста, прощал ему экстравагантность поведения и каждый раз после очередного увольнения помогал устроиться на новом месте. Итак, обратимся к документам.

1. Программа этнологических исследований проф. С.М. Широкогорова I. Антропометрические измерения детей. Измерения по сокра щенной программе (11 пунктов), вес и зубы.

1. Дети из Кантона, мальчики и девочки от 5 до 21 года. В общей сложности около 2000 человек.

Эта работа может быть выполнена до летних каникул 1928 г.

2. Дети из Юньнани или Шаньси (как и в первом случае).

Эта работа может быть выполнена после летних каникул 1928 г.

Примечание: Эти две группы материала наряду с предыдущими, опубликованными (Process of Physical Growth among the Chinese, Vol. 1. Chinese of Kiangsu and Chekiang Provinces/ 1925, Shanghai.

The Commercial Press) и собранными, но неопубликованными (ки тайцы Фуцзяни) будут достаточны для формирования правильного представления о биологическом процессе роста у китайцев и соста вят обширную публикацию (один лишь материал, собранный в Фуц зяни, более представителен, чем аналогичные данные, собранные и опубликованные во всех других странах мира).

В течение 1929 г. эта работа может быть подготовлена в виде тома объемом по меньшей мере 400 стр.

II. Антропометрические измерения взрослых (только мужчины:

женщины желательны, но едва ли доступны для исследования).

Измерения по полной программе (23 пункта), цвет кожи и прочие описательные признаки.

1. Солдаты из провинции Гуанси, желательно около 2000 чел.

Эта работа может быть выполнена в Кантоне в течение двух ме сяцев осенью будущего года.

2. Китайское население (без выборки) провинции Гуандун, пред ставленное шестью региональными группами (Сватоу, северо восток Гуандуна, Кантон, север Гуандуна, запад Гуандуна, Хайнань), же лательно около 1500 чел.

Время, необходимое для этой работы, не может быть точно опре делено из за переездов и установления дружеских отношений с мес тным населением, что в высшей степени замедляет осуществление программы. Можно предполагать, что на это потребуется от 4 до месяцев.

3. Китайское население Юньнани. Материал может быть собран в больницах и в деревнях. Желательно около 1000 чел.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Эта работа может быть выполнена в течение 2–3 месяцев.

Примечание: Сбор материала и подготовка публикации займет око ло 12 месяцев. Вместе с данными, полученными в Фуцзяни, этот ма териал может быть достаточным для большой монографии «Антропо логия Южного Китая», в которой будет дан общий обзор антропологи ческих типов, зафиксированных в этой части Китая (около 400 стр.).

Ш. Детальное антропологическое исследование в провинции Гу андун в случае необходимости, если указанный выше материал бу дет проанализирован, на его основании сделаны выводы, а програм ма, сформулированная в разделе IV, выполнена.

Эта работа может быть осуществлена ассистентами, подготовлен ными мною в ходе прочих исследований.

IV. Этнографическое, антропологическое и лингвистическое ис следование некитайских групп.

А. 1) в Гуандуне — мяо, яо и аборигены Хайнаня;

2) в Фуцзяни — сантак на северо западе Фуцзяни и аборигены юго запада этой провинции;

3) аборигены Гуанси;

4) аборигены Юньнани и Гуйчжоу.

Общее руководство исследованием буду осуществлять я (по край ней мере вначале), но материал по диалектам и фольклору должен собираться другими лицами, говорящими на местных китайских диалектах и способными изучать некитайские диалекты.

Каждую группу следует посетить по отдельности, причем неко торые из них — многократно. Невозможно предвидеть, сколько вре мени потребует эта работа. Если для нее будут приглашены несколь ко исследователей, 4 года или 5 лет может быть достаточно для об щего описания этих групп. Руководство публикациями, которые будут подготовлены, я хотел бы оставить за собой.

Б. Хакка (то же, что в разделе А–4).

Примечание: В случае необходимости антропометрический ма териал будет включен в работу, которая явится результатом иссле дований, указанных в разделе Ш).

V. Антропологическое исследование избранных групп (в части антропометрии см раздел I).

1. Представители высших слоев общества (студенты — см.

раздел I).

2. Преступники, желательно 300–400 чел. из провинции Гуан дун (осужденные на длительные сроки).

Эта работа может быть выполнена в Кантоне в течение одного месяца.

3. Иммигранты, желательно 300 чел. из Сватоу и 300 чел. из Амоя.

Эта работа может быть выполнена на борту судов, следующих в Бангкок и Сингапур (по договоренности с голландской или какой либо иной пароходной компанией). Займет эта работа около двух месяцев.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Примечание: Данное исследование чрезвычайно важно в связи с проблемами социальной селекции и адаптации к новой среде. Оно может составить специальную публикацию, подготовка которой потребует от четырех до пяти месяцев.

VI. Географические, археологические и геологические наблюде ния должны проводиться при посещении необследованных районов (в экспедициях желательно иметь специалистов и готовить для этой работы ассистентов;

в тех случаях, когда я буду принимать участие в экспедициях, я буду сам проводить эти наблюдения).

VII. Этнографические коллекции должны собираться в местах проживания некитайских и некоторых китайских групп (самое глав ное — подготовить ассистентов для отбора, определения и хранения предметов в соответствии с практикой лучших этнографических музеев).

VIII. Антропометрическое исследование в бассейне Янцзы (см.

раздел II).

Материал должен быть собран в следующих провинциях:

1) Аньхой;

2) Цзянси;

3) Хубэй;

4) Хэнань;

5) Хунань;

6) Сычуань;

7) Гуйчжоу.

Может быть сделано в легко доступных больших городах вдоль крупных рек, преимущественно в больницах. Желательно охватить 3000 чел. Эта работа займет от шести до семи месяцев, подготовка публикаций — около 10 месяцев.

Примечание: см. примечание к разделу II.

IX. Антропометрическое исследование в северной части Китая (см. раздел VIII):

1) Шаньси;

2) Шэньси;

3) Ганьсу.

Около 1500 чел. Эта работа займет от трех до четырех месяцев, обработка материала и подготовка публикации — около восьми месяцев.

Примечание: Исследования, упомянутые в разделах VIII и IX, могут быть проведены после завершения работ, которые перечисле ны в разделах I и II. Вместе с прежними исследованиями, как опубли кованными, так и ждущими публикации, они позволят сделать об щие выводы относительно антропологических компонентов китай ского народа и их географического распределения. Эта заключитель ная стадия потребует длительной подготовительной работы в круп Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ных научных центрах, но еще до этого необходима поездка в Япо нию для изучения материала (в библиотеках и музеях).

На всем протяжении моей работы мне будет необходима помощь г жи Широкогоровой, которая принимала участие во всех моих пре дыдущих экспедициях и исследованиях в качестве моего хорошо подготовленного ассистента, отвечающего требованиям этого рода работы. Надеюсь, что она не откажет мне в своей помощи.

Программа в целом базируется на предположении, что я буду иметь, во первых, помощников для статистических исчислений и, во вторых, ассистентов, которые будут помогать мне в процессе сбо ра материала.

Примечание: Ассистенты не будут в состоянии проводить работу самостоятельно до тех пор, пока они не получат хорошую и длитель ную подготовку, поскольку их собственные измерения вначале не будут надежными (не говоря уже о индивидуальных отклонениях в определении точек измерения). Частные задачи (в различных про винциях) могут решаться некоторыми из этих хорошо обученных ассистентов. Тем не менее нельзя надеяться, что хотя бы часть ра боты, за которую я буду отвечать лично, сможет быть успешно вы полнена ассистентами. Во всем мире существует весьма ограничен ное число антропологов полевиков, способных проводить широко масштабные измерения (думаю, что наиболее активные антрополо ги измерили по полной программе не более 4000–5000 чел.). Ассис тенты должны иметь этнологическую и антропологическую подго товку, не говоря уже о тех, кто готовит себя к полевой лингвисти ческой и этнографической работе. Задачу их обучения я могу взять на себя при условии, что они будут согласны целиком посвятить себя научной работе. Неудачи неизбежны, но они не должны быть обес кураживающими.

Пожелания 1. Создание ядра будущего Антропологического Института, ко торый будет располагать:

1) специальной лабораторией;

2) коллекциями костного и краниологического материала китай ского происхождения;

3) сравнительными антропологическими коллекциями ;

4) собственным этнографическим музеем, экспонаты которого будут собираться под моим непосредственным наблюдением;

5) необходимым инструментарием;

6) большой фототекой.

2. Публикация результатов исследований.

3. Пропаганда антропологического знания посредством публич ных лекций и т.п. (Я имею в виду привлечение общественного вни мания с целью создания благоприятной атмосферы для дальнейше Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН го развития музея в качестве самостоятельного государственного учреждения).

С. Широкогоров 6 апреля 1928 г.

2. [Контракт о зачислении проф. Широкогорова на должность профессора антропологии Университета им. Сунь Ятсена] Государственный Университет им. Сунь Ятсена и проф. Широ когоров согласились заключить нижеследующий контракт (ниже Государственный Университет им. Сунь Ятсена сокращенно имену ется «Университетом», проф. Широкогоров — «проф. Ши»:

1. Государственный Университет им. Сунь Ятсена приглашает проф. Широкогорова занять должность профессора антропологии и в пределах возможного предоставляет ему материальные средства и создает условия, необходимые для его исследовательской работы.

2. В общении с гражданами Китая проф. Ши обязан быть честным и искренним, проявлять симпатию к государству, руководимому Го миньданом, и к национальной революции. Он не должен допускать каких либо высказываний, наносящих вред Китаю. Будучи профес сором китайского университета, он естественно является китайским служащим и должен выполнять все соответствующие обязанности.

3. Научная работа проф. Ши в Университете заключается преж де всего в антропологических и расоведческих исследованиях насе ления Южного Китая (преимущественно бассейн р. Чжуцзян и ост рова Южно Китайского моря). Одновременно в тех случаях, когда проф. Ши не будет занят полевыми исследованиями во время учеб ного семестра, он должен читать в Университете лекции по антропо логии и расоведению, а также вести практические занятия и т.д. Он должен также выступать с лекциями, содержащими краткое резю ме результатов его исследовательской работы. Что касается количе ства учебных часов, то этот вопрос перед началом каждого семестра решается совместно с деканом факультета филологии и истории.

4. Проф. Ши обязан участвовать в факультетских и университет ских заседаниях в соответствии с направляемыми ему уведомлени ями. Но, за исключением заседаний на факультете, он имеет право голоса лишь со специального разрешения ректора.

5. Проф. Ши отвечает за работу лаборатории и должен стремить ся к ее усовершенствованию.

6. Проф. Ши отвечает за профессиональную подготовку ассистен тов, выделенных ему Университетом, и студентов, занимающихся в лаборатории, с тем чтобы они овладели должными научными зна ниями и обрели навыки исследовательской работы.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН 7. Проф. Ши не должен занимать по совместительству других должностей.

8. Результаты научных изысканий проф. Ши (монографии, ста тьи и т.п.) должны быть переданы для публикации в Университет.

9. Все препараты, изготовленные в лаборатории и полученные в процессе научной работы, а также научные экспонаты, приобретен ные в ходе субсидированных Университетом экспедиций, являются собственностью Уничерситета.

10. Жалование проф. Ши составляет 400 долларов серебром (по ловина этой суммы выплачивается Центральной Академией). Пере счет этой суммы на кантонские юани производится по курсу, уста навливаемому Университетом для выплаты жалования иностран ным профессорам.

11. Жалование начинает начисляться со дня прибытия в Университет.

12. Университет не обеспечивает проф. Ши квартирой. Расходы на питание и проживание он оплачивает сам.

13. Проф. Ши, как и всем сотрудникам Университета, полагают ся летние каникулы и отпуск, продолжительность которых устанав ливается распоряжениями правительства и правилами Универси тета. Однако проф. Ши, как и все профессора, обязан согласовывать в каникулярное время расписание своих лекций и проводить необ ходимую работу в лаборатории.

14. Если проф. Ши потребуется внеочередной отпуск, этот вопрос будет решаться в соответствии с уставом Университета и существующи ми правилами. Для отпуска продолжительностью не более одного дня, необходимо разрешение декана факультета, более одного дня — разре шение ректора. Если речь идет о более длительном отпуске, решение о том, выплачивается ли в это время жалование, принимает ректор.

15. В случае болезни проф. Ши может воспользоваться бесплатны ми услугами университетской клиники. Если отпуск по болезни взят с разрешения ректора, заболевшему выплачивается жалование. Если заболевание серьезно и выздоровление не наступает в течение трех ме сяцев, контракт на зачисление в Университет расторгается. Если это происходит через год после зачисления, заболевшему выплачивается месячное жалование, а по истечению срока действия контракта — двух месячное. Серьезность заболевания определяется ректором и деканом совместно с профессорами медицинского факультета.

16. В случае, если при исполнении служебных обязанностей [проф. Ши] получит травму, которая отразится на его последующей работе, он получит компенсацию в соответствии с общими правила ми Университета в отношении профессоров или правилами Цент ральной академии наук в отношении научных сотрудников.

17. В случае, если при исполнении служебных обязанностей на ступит летальный исход, Университет выплатит родственникам еди Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН новременную компенсацию в соответствии с уставом Университета или факультета, который будет принят позднее. Если же это про изойдет до обнародования устава, компенсация будет выплачена в размере, определяемом ректором Университета.

18. Настоящий контракт заключен сроком на 2 года. В случае, если к моменту истечения срока контракта какая либо исследова тельская тема не будет завершена, проф. Ши имеет право подать за явление о продлении срока, а Университет может продлить его на несколько дней в соответствии с конкретными обстоятельствами.

Если за 3 месяца до истечения срока контракта Университет захо чет продлить его действие или изменить оговоренные в нем условия, необходимо обсудить этот вопрос с проф. Ши, который в свою оче редь может представить свои соображения на этот счет.

19. В случае, если проф. Ши сочтет, что Университет не выпол няет взятые на себя обязательства, он может, представив имеющие ся на то основания, потребовать расторжения контракта. Аналогич ное право имеет в отношении проф. Ши и Университет. Рассмотре ние соответствующих оснований осуществляется сначала аттестаци онной комиссией или собранием Университета, затем — Ученым советом.

20. В случае продления срока или изменения условий контракта проф. Ши по истечению 3 лет нахождения на должности (включая года, установленных данным контрактом) имеет право пользовать ся всеми правами и привилегиями, установленными для научного персонала Университетом или вышестоящими организациями.

21. По желанию проф. Ши к настоящему контракту может быть приложен его перевод на английский язык, удостоверенный подпи сями. Однако в случае возникновения спорных проблем за основу берется данный китаеязычный вариант.

Дай Цзитао, ректор Национального Университета им. Сунь Ятсена Профессор С. Широкогоров Подписано 12 апреля 17 года Китайской Республики в Гуанчжоу.

3. Докладная записка об этнологической экспедиции в Юньнань Возглавлять экспедицию и руководить ею будет проф. С.М. Ши рокогоров.

В состав экспедиции помимо него будут входить два ассистента:

г жа Широкогорова — главным образом для осуществления антро пометрических, а также этнологических исследований (среди жен щин), и г н Ян — преимущественно для этнографической и отчасти лингвистической работы.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Район, который предполагается посетить, расположен к югу от Юньнаньфу, по всей вероятности восточнее железной дороги.

Объектом исследований будут две группы:

1) аборигены лоло, расселенные южнее Юньнаньфу;

2) китайцы этой провинции и Юньнаньфу в особенности.

Основное внимание будет уделено этнографическому и лингвис тическому изучению лоло и антропологическому обследованию ки тайцев, как взрослых, так и детей. Но сбор этнографических кол лекций не будет ограничен лоло и китайцами.

В случае, если возникнет необходимость в немедленных архео логических раскопках, таковые будут произведены.

Если основные цели экспедиции потребуют посещения других районов Юньнани, населенных лоло, экспедиция в случае наличия времени и других благоприятных условий может побывать в этих районах.

Проф. Широкогоров и его ассистент г жа Широкогорова в слу чае, если это будет необходимо, будут работать по двум направлени ям, а именно одновременно среди лоло и китайцев. Г н Ян будет про водить свои исследования преимущественно среди лоло;

в его обя занности будет входить также сбор этнографических коллекций сре ди китайцев.

Информация о лоло собрана проф. Широкогоровым.

Предполагается, что экспедиция продлится 3 месяца, но ее рабо та может быть продлена в случае, если результаты особой научной важности потребуют продолжения исследований всеми ее участни ками или же частью их.

Расходы на экспедицию включают следующие статьи:

1. а) транспортные расходы, включая оплату билетов на пароход Кантон Ханой и обратно, а также железнодорожные билеты Ханой Юньнаньфу (в мексиканских долларах);

б) оплата лошадей, повозок и др. аналогичные расходы (в мекси канских долларах).

2. Снаряжение, включая оборудование полевого лагеря (если бу дет необходимо), фотопластинки, канцелярские принадлежности, акварельные краски и т.д. (в мексиканских долларах).

Прим.: необходимые инструменты уже приобретены.

3. Приобретение этнографических коллекций (в мексиканских долларах).

4. Специальный резервный фонд для проведения ограниченных археологических раскопок (100 мексиканских долларах).

5. Ежедневное довольствие для членов экспедиции в соответствии с общими правилами на 3 месяца или на фактический срок ее работы.

Прим.: Эти средства могут быть отчасти выплачены наличными, отчасти чеком для предъявления в одном из надежных банков в Юньнаньфу.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Перед объездом из Кантона экспедиции желательно иметь:

1) специальные рекомендательные письма правительству Юнь нани;

2) письма местным влиятельным лицам в Юньнаньфу для облег чения работы экспедиции;

3) официальные паспорта для всех членов экспедиции;

4) разрешение правительства Индокитая г ну Яну на проезд че рез Ханой, если таковое разрешение (виза) требуется по местным правилам.

Кантон, 12 июня 1928 г.

4. [Фу Сынянь — Широкогорову] 24 июня 1928 г.

Дорогой проф. Широкогоров!

Вчера вечером у нас была неофициальная встреча у ректора, на которой г н Дай [Цзитао], Чжу [Цзяхуа], Ян [Чэнчжи] и я обсужда ли возможность финансировать участие в экспедиции г жи Широ когоровой.

Мы все были бы признательны г же Широкогоровой за ее даль нейшую помощь Вам и не возражаем против того, чтобы она оказы вала эту помощь в частном порядке.

Однако, коль скоро Университет не финансирует кого либо, кто не является его сотрудником, мои коллеги считают невозможным сделать на этот раз исключение из правила.

Наш Университет — это именно университет, а не организация, распределяющая гранты на развитие науки, в которых заинтересо ваны ее сотрудники. Мы делали и будем впредь делать все необхо димое для того, чтобы оказать содействие Вашей работе. Мы не ста вим каких либо ограничений на покупку инструментария, книг, журналов и т.п. Мы делаем все, что в наших силах, в отношении обо рудования. Когда Вы вернетесь из экспедиции, Вы найдете Ваш от дел хорошо укомплектованным, а ассистенты и студенты уже будут ждать Вас. Наша добрая воля вполне доказана нынешней экспеди цией в Юньнань. Разумеется, мы предпочли бы начать ее в следую щем семестре после того, как г н Ян и [+] обеспечили бы Вам ассис тентов, а студенты прослушали бы большую часть Вашего курса и получили бы достаточную подготовку. Но мы организуем ее сейчас — учитывая Ваши интересы.

Я уверен, что Вы согласитесь с тем, что сказано. Поэтому я думаю, что между нами не возникнет взаимонепонимания по этому поводу.

Примите мои наилучшие пожелания.

Искренне Ваш [Фу Сынянь] Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН 5. [Широкогоров — Фу Сыняню] Юньнаньфу, 5 сентября 1928 г.

Дорогой проф. Фу Сынянь!

Из моего предыдущего письма Вы уже знаете о трудностях, с ко торыми я столкнулся в связи с намерением отправиться в район, населенный лоло. Тем не менее местные власти оставляют мне на дежду поехать туда в ближайшем будущем. После того, как мое пись мо было отправлено, я продолжал свою работу, главным образом антропометрическую, в Юньнаньфу. Я уже измерил несколько раз личных групп населения, более 1000 человек, так что этот материал после завершения всей программы будет достаточен для определен ных выводов. Помимо этого, я собрал хорошую коллекцию фотогра фий, главным образом антропологических субъектов. Я продолжаю наблюдения над местными группами. Но наряду с этим многое меня весьма разочаровывает. Г н Жун [Чжаоцзу], не встретившись со мной и ничего не сказав мне, в конце августа уехал в Кантон, хотя все необходимое снаряжение и продовольствие было закуплено для него. Вскоре после этого г н Ян [Чэнчжи] стал настаивать на том, чтобы ехать в Сычуань одному, лишь в сопровождении генерала, о котором я писал Вам в своем последнем письме. Генерал вместе с г ном Яном отправились на север 31 августа. Я таким образом остал ся здесь один.

По соображениям, приведенным прежде, и ввиду того, что вре мя было позднее (лишь на переезд потребовалось бы около 40 дней), я не считал целесообразным ехать вместе с генералом. Перед своим отъездом г н Ян потребовал выдать ему часть денег — «мою собствен ную долю экспедиционных сумм, полученных в нашем университе те», как он выразился, а также необходимое снаряжение. Посколь ку его «доля» была недостаточна для столь длительного путеше ствия, я дал ему своих денег, включая некоторую сумму наличны ми и «подарками» (товарами) для приобретения коллекций у лоло.

Кроме того, я обещал оставить ему деньги на обратный путь (он зап росил у меня 150 пиастров). По многим причинам я был против его сепаратной поездки. Главными из них был дефицит времени, отсут ствие у него опыта и ограниченность специальных знаний. Но он не хотел слушать меня. В последний момент он попросил проинструк тировать его «насчет фонетики» и того, на что следует обратить вни мание во время пребывания среди лоло. Разумеется, я сделал всё, что мог, но этого конечно же было недостаточно, чтобы подготовить его к работе. Хотя с первого дня нашего пребывания в Юньнаньфу я настаивал на том, чтобы он работал над фонетикой и «этнографи ческими вопросами» вместе со мной, ни он, ни г н Жун не делали этого. Причиной тому была их психология — они надеялись на ско Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН рый отъезд, и это занимало все их мысли и всё время пребывания здесь. Им хотелось отправиться в дальний путь, стать «путеше ственниками». Отчасти это было связано с тем, что они разрекла мировали свои планы в кантонских газетах еще до того, как позна комились с местными условиями. Я весьма сожалею об этом, по скольку специально просил г на Жуна быть осторожным с подоб ной саморекламой.

Я не думаю, что собранный материал (за исключением этногра фических коллекций) будет иметь серьезное значение, но для при обретения опыта работы такая поездка, быть может, имеет смысл.

Позднее у г на Яна появится вкус к путешествиям, и при условии напряженной работы в Кантоне он сможет внести свой вклад в об щее дело. Именно это соображение не позволило мне отказать в его просьбе, и он получил необходимые средства.

Его отъезд поставил меня в трудное положение, поскольку у меня нет ни переводчика, ни помощника, в которых я нуждаюсь. К счас тью, со мной г жа Широкогорова, так что антропометрия не постра дает. Но я оказываюсь действительно в нелегкой ситуации, когда мне приходится иметь дело с властями, и окажусь в еще более труд ной, когда мы отправимся к лоло. Мне нужен кто либо на пару не дель для того, чтобы начать изучение языка лоло. Но я надеюсь най ти человека, который поможет мне.

Для того чтобы исправить шаг, предпринятый г ном Яном, мне кажется, что ему следовало бы подольше пробыть у лоло. Он согла сился со мной и попросил поддержать его просьбу к Университету о дополнительном финансировании, что позволило бы ему пробыть в Сычуани 5–6 месяцев. Я думаю, что он уже направил эту свою просьбу. Со своей стороны я считаю, что было бы полезным оказать ему помощь деньгами для того, чтобы дать ему шанс. Он пришлет мне имена тех лиц, на чей адрес деньги могут быть (благодаря лю безности некоторых европейских фирм и французского епископа) посланы в Сычуань.

Мои исследования здесь идут весьма успешно, что превосходит мои ожидания. Отчасти это происходит благодаря климату — тем пература и атмосферное давление невысоки, и это создает благопри ятные условия для работы. С другой стороны, местные власти с дол жным пониманием относятся к моим просьбам о помощи. Я наде юсь выполнить целиком всю программу измерений: дети, заключен ные, солдаты. Эту работу я собираюсь завершить в течение двух не дель, после чего я поеду к лоло;

уповаю на то, что район их обитания будет очищен от бандитов. Тем временем я веду важные наблюде ния над различными группами населения Юньнани. Некоторое ко личество лоло есть даже здесь, в Юньнаньфу. Уже этот контакт с местными группами был для меня полезен. Я невысоко оцениваю Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН информацию, которую я получил от китайцев и европейцев, посколь ку такая информация обычно искажена личной точкой зрения на блюдателя, а зачастую даже абсолютно ошибочна. Тем не менее при посещении лоло в местах их проживания такая информация все же бывает полезна, если она проверена и проанализирована.

Всё, что я писал Вам ранее о деньгах и о моем пребывании в Юнь нани, остается в силе. Поэтому будьте столь любезны, как я уже Вас просил об этом, послать на мое имя 1000 мексиканских долларов, если Вам угодно, в качестве аванса в счет моего жалования, а также какую то сумму на приобретение коллекций в том случае, если бы Вы хотели получить больше предметов. Если Вы согласны оплатить пребывание г на Яна дольше трех месяцев (у него есть деньги на 2 с половиной месяца), сообщите об этом мне, и я вышлю ему деньги по адресу, который он сообщит мне.

Желаю Вам успехов и хотя бы немного отдыха, если возможно.

Искренне Ваш, Широкогоров Г жа Широкогорова шлет Вам свои лучшие пожелания.

Адрес для писем: Юньнаньфу, почта, на мое имя.

Для денежных переводов: Юньнаньфу, Банк Индокитая, на мое имя.

6. [Жун Чжаоцзу — Фу Сыняню] Старший брат мой Мэнчжэнь!

Два месяца прошло с тех пор, как я уехал. Надеюсь, что у тебя всё в порядке.

После того, как мы расстались, я из Гонконга отплыл в Хайфон.

В ночь после прибытия туда разразился страшный ураган, разрушив ший железнодорожные пути, и мы смогли добраться до Ханоя лишь через сутки. На север от Ханоя ехать было просто невозможно, и нам пришлось пробыть в Ханое 12 дней. К счастью, там находится биб лиотека Института Дальневосточных исследований, где, с одной сто роны, можно было убить вынужденное свободное время, а с другой — скопировать три текста на языке лоло из Дунчуаня (Юньнань), Юн нина и Цзяньчана (Сычуань). После прибытия в Юньнаньфу нам пришлось несколько раз переносить отъезд, ожидая военных, кото рые должны были охранять нас. Начало занятий на подготовитель ном отделении нельзя было откладывать, как на факультете, и августа я решил вернуться в Кантон. По моим подсчетам, только дорога в Дунчуань Цяоцзя и обратно заняла бы целый месяц, а по левые исследования там тоже требовали времени. У Ян Чэнчжи си туация иная, чем у меня: он не читает лекций. Поэтому я на всякий случай оставил Яну 50 аннамских пиастров (Широкогоров не дает ему денег?), более 600 юньнаньских юаней (144 с лишним аннамс Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ких пиастров) на приобретение книг и эстампажей, а также более 400 гонконгских долларов на транспортные расходы, еду и гостини цу. За вычетом этих сумм, переданных Ян Чэнчжи, у меня осталось еще 100 с небольшим гонконгских долларов. Что касается резуль татов пребывания в Юньнани, то они более чем скромные. Факти чески не было сделано ничего за исключением встречи с нескольки ми лоло и беглого расспроса об их обычаях, а также записи языка лоло со слов одного гуйчжоусца. Зато удалось довольно дешево при обрести книги и эстампажи, которые обошлись в 500 гуандунских юаней. Это хотя бы частично оправдывает мое пребывание здесь.

А Широкогоров и его супруга неплохо устроились: во первых, пото му что они могут скрыться от жары;

во вторых, потому что они из меряют детей. В момент отъезда он был нагружен книгами, но по приезде в Ханой оставил четыре ящика книг у одного русского. Ког да мы прибыли в Юньнань, он намеревался отправиться в район Лунаньчжоу, расположенный неподалеку от провинциального цен тра. Но позднее, когда с председателем местного правительства была достигнута договоренность о поездке в Дунчуань, но отъезд был от ложен, он решил, что больше никуда не поедет. После прибытия в Куньмин он заявил, что покрывает расходы за счет своих собствен ных денег. Я сравнительно мало контактировал с ним, но, по сло вам Ян Чэнчжи, он повел себя неправильно. Ян настаивал на поезд ке в Дунчуань, но он говорил: «Это опасно, со мной моя супруга, а у тебя нет жены». На что это похоже! На этот раз в поездке в Дунчуань нас должен был сопровождать командующий бригадой Мэн Кунь, начальники уездов Цяоцзя и Дагуань, член правительства провин ции Юньнань, а также коммерсанты и большое число военных. Ка кая же тут могла быть опасность? Впрочем, может быть это даже и к лучшему, что он не поехал. В Китае полевые исследования иност ранцев всегда идут со скрипом, потому что они плохо знают обста новку. К тому же его аристократические замашки отнимают у Яна слишком много времени. Насколько я знаю, Широкогоров пробудет здесь до декабря. У Университета и Академии наук, судя по всему, денег куры не клюют! Когда проф. Чэнь Цзуннань и Ван Цзинси при ехали в Юньнань, они видели, как он с женой проводил время за иг рой в карты с французами. По словам Чэнь Цзуннаня, эта супружес кая пара зарекомендовала себя в Юньнани с наихудшей стороны.

В том, что мне в этот раз пришлось вернуться почти ни с чем, есть и его вина. Но в отличие от него, мое время было регламентировано началом занятий на подготовительном отделении. В Юньнани я тра тил деньги, выделенные Академией наук. Подробный отчет и остав шуюся сумму (включая 160 юаней в иностранной валюте) я передал проф. Гу Цзегану. За десять дней, прошедших после моего возвра щения, я подготовил несколько номеров «Миньсу». Вчера Чэнь Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Цзуннань сообщил мне, что Ян Чэнчжи уже отправился в Дунчу ань. Он не мог выехать, повидимому, из за того, что Широкогоров не давал ему денег, но потом, вероятно, дал. Проф. Чэнь сказал так же, что когда Широкогоров не выдавал Яну денег, дать ему взаймы согласилось провинциальное правительство. Как в дальнейшем быть с Широкогоровым, можно решить, пожалуй, только разобравшись с тем, как он вел себя в Юньнани. Поэтому я и написал об этом.

С наилучшими пожеланиями Твой младший брат Жун Чжаоцзу 19 сентября 1928 г.

7. [Чэнь Цзуннань и Ван Цзинси — Дай Цзитао и Чжу Цзяхуа] Нами получено Ваше письмо, в котором говорится: «Поступили сообщения о том, что поведение проф. Широкогорова в Юньнани не соответствовало данным ему инструкциям. Поскольку [Вы, г н Чэнь] Цзуннань, во время пребывания в Юньнани наверняка были всесто ронне осведомлены обо всех действиях проф. Широкогорова, про сим ответить и прояснить ситуацию».

Нам известно, что в Юньнани указанный профессор проживал в европейском отеле. Со слов профессоров Университета Дунлу мы знаем, что проф. Широкогоров не выезжал для полевых исследова ний среди лоло, а укрывался от жары в провинциальном центре.

Университет Дунлу обратился к нему с просьбой выступить с лек цией, но он на нее не явился. Правительство провинции Юньнань выделило ему солдат для сопровождения во время экспедиции, но он отказался ехать и ограничился тем, что обследовал учебные заве дения в провинциальном центре. Это вызвало неудовольствие мест ного персонала. Когда [я, Чэнь] Цзуннань, пришел в его отель, ока залось, что он играет там в карты. Поэтому я не стал общаться с ним.

Вышеизложенное мы видели собственными глазами и слышали от других.

Ректору Дай [Цзитао], проректору Чжу [Цзяхуа].

Заведующий учебной частью Чэнь Цзуннань Профессор факультета филологии и истории Ван Цзинси.

25 октября 1928 г.

8. [Уведомление проф. Широкогорову] 30 октября 1928 г.

Профессору Широкогорову. Кантон.

Дорогой проф. Широкогоров, Вы приглашаетесь на заседание комиссии, назначенной ректо ром Университета для рассмотрения обстоятельств Вашей недавней поездки в провинцию Юньнань.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Заседание состоится в зале приемов административного корпуса Университета в 10 час. утра в среду.

Искренне Ваш, Шэнь Пэнфэй Исполнительный секретарь 9. [Вопросы, которые надлежит задать проф. Широкогорову] 1. Спросить Широкогорова, какова была цель его поездки в Юньнань?

2. Проводил ли он лингвистические исследования?

3. Почему не проводил?

4. Ян [Чэнчжи] говорил, что можно ехать [в Дунчуань], почему же он заявлял, что ехать нельзя?

5. Если Вы были ограничены во времени, почему не телеграфи ровали в Университет и не обсудили эту проблему?

6. Даже если времени было слишком мало, почему не провели обследования по сокращенной программе с тем, чтобы подготовить ся к будущим более обстоятельным исследованиям?

7. Если времени было недостаточно, почему не медля не верну лись в Университет?

8. Были ли антропометрические измерения в Юньнани предус мотрены заданием Университета?

9. Если возвращение в Университет было обусловлено необходи мостью начать лекции, почему их расписание не было согласовано с факультетом?

10. Спросить, были ли достигнуты цели экспедиции? Если нет, то означает ли это, что не были выполнены обязательства перед Университетом?

11. В соответствии с условиями контракта, проф. Ши должен за ниматься главным образом экспедиционными исследованиями и научной работой в области антропологии. Если первая экспедиция не дала результатов, означает ли это, что он не в состоянии выпол нять свои обязательства перед Университетом?

12. Если он считает, что не может выполнять свои обязательства, не следует ли ему подать заявление об уходе?

10. [Дай Цзитао и Чжу Цзяхуа — Фу Сыняню] Ваше письмо получено. Первоначальное приглашение на работу было направлено проф. Широкогорову совместно Национальной Центральной Академией наук и нашим Университетом. Если в на стоящее время предполагается пригласить его на штатную долж ность в Академию наук, то против этого нет возражений. Следует Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН лишь предварительно заручиться согласием Академии наук.


Выше — ответ на Ваше письмо.

Г ну Фу Сыняню.

Ректор Дай Чуаньсянь Проректор Чжу Цзяхуа 27 ноября 1928 г.

11. Просьба о переводе Широкогорова на должность штатного научного сотрудника] 29 ноября 1928 г.

Просьба о переводе проф. Широкогорова на штатную должность научного сотрудника связана с тем, что г н Широкогоров является профессором Университета им. Сунь Ятсена и перед подписанием контракта с ним было получено согласие комиссии по организации Института [истории и филологии АН Китая], а жалование и сред ства на научные исследования выплачиваются совместно Универ ситетом и Институтом. Поэтому он является по совместительству сотрудником нашего Института. Однако в настоящее время такое положение вещей представляется нерациональным. Все проблемы приходится согласовывать с Университетом, а тот факт, что обязан ности [проф. Широкогорова] конкретно не определены, в лучшем случае приводит к задержке во времени, в худшем — к возникнове нию конфликтов. Является спорным и вопрос о том, кому принад лежат результаты его научной деятельности. Поэтому возникла идея перевести его на штатную должность научного сотрудника Инсти тута. В этом случае его обязанности будут четко определены и это будет способствовать их успешному выполнению. [+] Президенту Академии Цай [Юаньпэю] Ученый секретарь, временно исполняющий обязанности Дирек тора Института истории и филологии [Фу Сынянь] 12. Свидетельство о приглашении на работу в Национальную Центральную Академию наук (регистр. Ли–7) Настоящим имеем честь пригласить Вас занять штатную долж ность научного сотрудника в Институте истории и филологии На циональной центральной академии наук.

Г ну Широкогорову.

Президент Академии Цай Юаньпэй [1 июля 1929 г.] Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Н.А. Томилов ПЕРИОДИЗАЦИЯ ЭТНОГРАФИЧЕСКОГО СИБИРЕВЕДЕНИЯ И ИСТОРИИ ЭТНОГРАФИЧЕСКИХ ЦЕНТРОВ В СИБИРИ Периодизации истории российской этнографии, этнографическо го сибиреведения и его региональных направлений в отечественной науке мы отчасти уже уделяли внимание ранее1. Эта проблема стала основной в данной статье, и связано это прежде всего с посвящением ее, как и всего настоящего сборника научных статей, выдающемуся ученому — этнографу, историку и историографу Александру Михай ловичу Решетову. Именно он в последние десятилетия внес наибо лее существенный вклад в изучение истории советской и российс кой этнографии, в том числе в изучение жизни и творчества большо го числа как известных, так и почти забытых этнографов. Честь и слава ему за это! А.М. Решетов и сегодня весь в заботах об этом на правлении и в трудах по подготовке биобиблиографического слова ря российских этнографов.

А теперь о теме нашей статьи. В самом общем виде периодиза ция истории этнографического сибиреведения, по нашему мнению, включает следующие периоды: 1) донаучный, охватывает XVII — середину XIX в. — это период накопления этнографических мате риалов о народах Сибири и Дальнего Востока и их интерпретация в рамках истории, географии, фольклористики и некоторых других наук;

2) период становления этнографического сибиреведения, он приходится на время с середины XIX в. до 1920 х годов — это пери од не только становления, но и развития этнографии благодаря появ лению и возрастанию числа собственно сибирских этнографов и си бирских научных центров;

3) период «социализации», если можно так выразиться, этнографического сибиреведения падает на 1920 е — 1950 е годы — это период возрастания объема научно практическо го изучения народов для решения национальных проблем в советс ком обществе, позволившего функционировать этнографии не толь ко как исторической науке, но и как обществоведческой научной дисциплине;

4) период современного этнографического сибиреведе ния, он приходится на вторую половину XX — начало XXI в., начи ная с 1960 х годов — это становление и развитие новых научных направлений, в том числе и на стыке наук, в этнографии народов Сибири и Дальнего Востока, становление новых этнографических научных центров в азиатской России.

В каждом периоде общей периодизации могут быть выделены этапы, но об этом мы уже писали ранее.

Ч.М. Таксами замечает: «Начиная с 60 х годов в Сибири созда ются новые этнографические научные центры: в Новосибирске, Том Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ске, Владивостоке, Магадане, Южно Сахалинске, Тобольске, Сале харде, Анадыре, Ханты Мансийске, Омске и других городах. Этног рафией занимаются научно исследовательские институты автоном ных республик: в Горно Алтайске, Абакане, Кызыле, Якутске, Улан Удэ»2. Небольшие, но достаточно успешно работающие группы эт нографов складываются в последние годы в Абакане, Барнауле, Ека теринбурге, Иркутске, Кемерово, Красноярске, Тюмени. Отметим и тот факт, что изучением хозяйства и культуры татар Сибири в пос ледние годы интенсивно занимаются этнографы Института истории Академии наук Республики Татарстан (Казань).

Возникновение в Сибири в 1960–1990 х гг. самостоятельных на учных центров этнографии и их интенсивная работа позволила не которым ученым заключить, что сегодня этнографическое сибире ведение развивается не только в старых научных центрах России — Москве и Санкт Петербурге, но и в самой Сибири. И это крупное до стижение сибирской гуманитарной науки в целом. В связи с этим, а также с тем, что история этнографических исследований в Сибири в полном объеме еще не написана, историографическое изучение ре гиональных этнографических центров Сибири представляется ак туальным в плане познания научных процессов и подготовки такой большой работы. Нами предприняты пока первые шаги в этом на правлении, а именно — начато изучение истории одного из ранних этнографических научных центров Западной Сибири, который сло жился в Омске. Начало ему было положено чуть ли не сразу после возникновения в России самостоятельной этнографической науки в середине 1840 х гг. и образования первой этнографической научно организационной структуры в рамках Императорского Русского гео графического общества ИРГО. Ниже в качестве примера приводят ся результаты работы по выделению периодов и этапов в истории омской этнографической науки по их кратким характеристикам.

Первый период охватывает 1854–1875 гг. Он характеризуется становлением и первыми шагами омской этнографии. Если ее пред течей считают Чингиса Валихановича Валиханова3, то подлинным ее основателем мы называем его сына Чокана Валиханова, который самостоятельные научные работы по этнографии стал проводить с 1854 г., совершая многочисленные поездки из Омска к народам Ка захстана, Средней и Центральной Азии, Западного Китая4. Не забу дем и о том, что первый опыт этнографической работы в Омске по лучил и Г.Н. Потанин. Но после окончания в 1853 г. кадетского кор пуса он уехал из Омска, и дальнейшая его научная деятельность про текала за пределами этого города5.

В первом периоде выделяются два этапа. Первый, валихановс кий, научно этнографический, падает на 1854–1865 гг., он закан чивается прекращением деятельности Ч.Ч. Валиханова в связи с его Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН смертью. Второй этап, краеведческо этнографический, приходится на 1866–1875 гг. Сбором этнографических материалов занимались тогда отдельные представители омской интеллигенции, среди кото рой было несколько действительных членов ИРГО6.

Второй период охватывает 1876–1920 гг. Начинается он актив ной научной деятельностью М.В. Певцова, совершившего в 1876 г.

путешествие в Китай, и созданием в 1877 г. Западно Сибирского от дела (ЗСО) ИРГО. Фактически весь период связан с этнографичес кими работами членов этого отдела и возникшего при нем в 1878 г.

музея7. Отдел организовал целенаправленные экспедиционные по ездки, в том числе Г.Е. Катанаева, Д.А. Клеменца, Н.М. Ядрин цева, А.М. Никольского, И.Я. Словцова, С.П. и М.В. Швецовых, И.Н. Шухова и др. Он стал издавать «Записки», а позднее «Извес тия» отдела и превратился в самый крупный центр этнографичес кой работы в Западной Сибири и Казахстане. Этнографические сбо ры проводились также в Северо Западном Китае и Монголии.

В этом периоде просматриваются два этапа. Первый охватывает 1876–1904 годы и характеризуется активной, планомерной и поэто му наиболее плодотворной работой в области этнографии. В 1897 г.

в Музее ЗСО ИРГО был создан этнографический отдел. Заканчива ется этап с завершением работ С.П. Швецова и отъездом его в 1901 г. и ряда других сотрудников отдела из Омска. Второй этап — это 1905– 1920 годы. В это время наблюдается ослабление этнографических исследований омских ученых и краеведов. Только в 1910 х годах эта работа несколько оживилась благодаря экспедиционным поездкам и этнографическим изысканиям в основном ученых А.Е. Новосело ва и И.Н. Шухова. На ослабление работ повлияли также события всех русских революций и Гражданской войны.

Третий период приходится на 1921–1973 гг. — это время в ос новном музейной этнографии Омска. Он связан как с научной ра ботой (И.Н. Шухов, С.И. Кочнев и др.), так и с краеведческой дея тельностью в сфере этнографии (А.Г. Белякова, Т.И. Мыльникова, А.Ф. Палашенков и др.), осуществлявшейся главным образом в рам ках работы государственного Западно Сибирского краевого музея (так он стал именоваться с 1921 г., отделившись окончательно от Гео графического общества в 1923 г.), названного в 1934 г. Омским об ластным краеведческим музеем (ООКМ)9.


Первый этап в третьем периоде падает на 1921–1939 гг., когда проводились этнографические экспедиции и публиковались отдель ные этнографические статьи. Второй этап охватывает 1940–1950 гг.

и характеризуется организацией небольших сборов материалов в Омской области, в основном коллекций для музеев Омска. Третий этап — 1951–1973 гг. — это продолжение экспедиционных поездок сотрудников ООКМ по районам Омской области и развертывание ра Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН бот по сбору и изучению фольклора населения Омской области Омс ким государственным педагогическим институтом (В.А. Василенко, Т.Г. Леонова и др.), сопровождавшихся сбором и этнографических материалов (о семейных обрядах, календарных праздниках, молодеж ных вечеринках, религии и т.д.)10. В педагогическом же институте с 1960 х гг. работала единственный до середины 1970 х гг. в Омске эт нограф профессионал Ирина Витальевна Захарова, исследователь эт нографии народов Казахстана и соседних территорий Восточной, Цен тральной и Северной Азии, которая отдала этнографии около 60 лет своей трудовой деятельности и успешно работает в настоящее время11.

Четвертый период начинается с 1974 г. и продолжается по насто ящее время. Его основная черта — резкая интенсификация этно графических исследований, в основном в рамках Омского государ ственного университета (ОмГУ создан в 1974 г.) и позднее в Омском филиале Объединенного института истории, филологии и филосо фии СО РАН (создан в 1991 г., в 2006 г. преобразован в Омский фи лиала Института археологии и этнографии СО РАН) и Сибирском филиале Российского института культурологии Минкультуры РФ (создан в 1993 г.). Это связано с постепенным, но неуклонным фор мированием в Омске под прямым влиянием ленинградской, москов ской и томской этнографической науки целого коллектива этногра фов (О.Н. Артемьева, Ш.К. Ахметова, М.Л. Бережнова, А.Р. Бетхер, В.Б. Богомолов, О.М. Бронникова, Ф.М. Буреева (Фаткулина), И.В. Волохина, М.А. Жигунова, И.В. Захарова, Т.Н. Золотова, Л.М. Кадырова, О.П. Коломиец, Д.Г. Коровушкин, М.А. и С.Н. Ко русенко, А.А. Крих, Н.В. Кулешова, Н.А. Левочкина, И.В. Лоткин, А.В. Матвеев, Г.М. Патрушева, С.А. Рублевская, Т.В. Савранина, А.Б. Свитнев, А.Г. и И.А. Селезневы, Б.К. Смагулов, Е.Ю. Смирно ва, Т.Б. Смирнова, М.Н. Тихомирова, Н.А. Томилов, И.Н. Чернова, Л.Т. Шаргородский (погиб в экспедиции), А.А. Ярзуткина и др.;

плюс к этому четыре этноархеолога с археологической базовой под готовкой: С.Ф. и Л.В. Татауровы, К.Н. Тихомиров, С.С. Тихонов), с подготовкой кадров этнографов не только для Омска, но для других городов (выходцы из коллектива омских этнографов работают сегод ня по специальности в Барнауле, Екатеринбурге (там трудится пер вый доктор наук из выпускников этнографов ОмГУ, член корреспон дент РАН А.В. Головнев), Краснодаре, Москве, Новосибирске, Санкт Петербурге, Тобольске, Тюмени и других городах России, а также в Казахстане), а главное, с проведением целенаправленных исследований в области этнической истории, этноархеологии, этни ческой генеалогии, этносоциологии, этнохореологии, этнографичес кого музееведения, охвативших десятки народов и национальных групп Сибири, отчасти Казахстана, Европейской России, а также За падной и Восточной Азии12.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН В этом периоде мы выделяем два этапа. Первый охватывает 1974– 1984 гг. — время накопления этнографического потенциала в сте нах Омского государственного университета (организация ежегод ных экспедиций, Музея археологии и этнографии ОмГУ13, первых научных конференций, выход на монографическое исследование этнической истории народов Сибири). В основном он связан с дея тельностью в ОмГУ В.Б. Богомолова, Н.И. Новиковой, Н.А. Томи лова и его учеников Г.М. Патрушевой, О.М. Бронниковой (в тот пе риод Проваторова) и др.

Второй этап началом имеет открытие в 1985 г. кафедры этно графии ОмГУ (ее последнее название — кафедра этнографии и му зееведения) — фактически первого этнографического научно обра зовательного учреждения в Омске и до сих пор единственного в ву зах Сибири. Этот этап продолжается и в настоящее время. Его ос новное содержание — широкие научные изыскания (в т.ч. методо логические и теоретические) в области нового для России этноар хеологического направления путем консолидации усилий омских археологов и этнографов (в группу этноархеологов вошли М.Л. Бе режнова, В.Б. Богомолов, В.А. Ерохин, А.В. Жук, Л.М. Кадырова, М.А. Корусенко, С.Н. Корусенко, А.В. Матвеев, Б.В. Мельников.

А.Г. Селезнев, С.Ф. Татауров, Л.В. Татаурова, К.Н. Тихомиров, М.Н. Тихомирова, С.С. Тихонов, Н.А. Томилов), в области этничес кой истории Сибири XVI — начала XXI в. с проведением изучения и современных этнических процессов, в области традиционной культуры и социальных отношений, позволившие выйти на изда ние трех многотомных серий: «Культура народов мира в этногра фических собраниях российских музеев» (издано 12 томов), «Куль тура народов России» (издано 7 томов), «Этнографо археологичес кие комплексы: Проблемы культуры и социума» (издано 9 томов), а также на издание журнала «Культурологические исследования в Сибири» с правом распространения его в странах СНГ. Данный этап характеризует также увеличение научных учреждений в Омске с наличием в них этнографических подразделений (имеются в виду два названных выше филиала научно исследовательских институ тов), качественный рост этнографических кадров, подготовка их через аспирантуру и докторантуру ОмГУ, через аспирантуру Омско го филиала Института археологии и этнографии СО РАН, призна ние в России Омска как одного из этнографических научных цен тров страны и другие показатели.

Сегодня омской этнографической науке более 150 лет и более 30 лет этнографии в Омском государственном университете им.

Ф.М. Достоевского. Непрерывность проведения за весь этот период этнографических работ учеными и краеведами Омска, во многом обеспеченная мощным этнографическим заделом Ч.Ч. Валиханова Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН и ученых ЗСО ИРГО, которому сегодня около 130 лет (современное название — Омское региональное отделение Русского географичес кого общества), безусловно, заслуживает монографического иссле дования. Думается, что такого рода изучение нужно провести по истории всех этнографических научных центров Сибири, а также научных центров Москвы и Санкт Петербурга, исследующих этно графию народов Сибири.

Относительно других этнографических научных центров Сиби ри такая работа только начинается или предполагается. В 2000– годах собирались материалы в архивах, научных учреждениях и биб лиотеках Владивостока, Новосибирска, Омска, Санкт Петербурга и Тобольска, но фактически эти сборы еще не завершены14. Поэтому и проблему периодизации истории этих научных центров пока не пред ставляется возможным решить окончательно. Скажем, предвари тельно можно представить схемы периодизации этнографических исследований народов Сибири учеными Владивостока, Новосибир ска и Томска, но и здесь для нас еще немало лакун.

В качестве примера приведем наши предварительные соображе ния о периодизации этнографических работ новосибирскими иссле дователями. Для ее составления источниками стали собранные нами ранее (в 1980 х годы) и частично опубликованные материалы по ис тории научных работ Новосибирского областного краеведческого му зея, возникшего в 1925 г. в Новосибирске Общества по изучению производственных сил в Сибири15, а также материалы, собираемые сегодня в Научном архиве Сибирского отделения Российской акаде мии наук (СО РАН), Институте археологии и этнографии СО РАН и в библиотеках.

Новосибирск возник относительно недавно и в 1903–1925 годы на зывался Новониколаевск. Первоначальный период этнографических работ его ученых, краеведов, музейных работников как раз и при ходится на это время. Это был период единичных исследований от дельных личностей, сбора частных коллекций этнографических предметов. Некоторая организованность в этой сфере проявилась в рамках деятельности основанного в 1920 г. местного краеведческо го музея. Во время научно исследовательских поездок сотрудников и активистов музея собирались коллекции и материалы по этногра фии в разных местах Сибири. Известна экспедиция, организован ная в 1922 г. на Алтай директором музея В.А. Анзимировым.

В 1920–1921 годах на Енисейском Севере среди ненцев и энцев рабо тала Е.Н. Орлова. В 1923 г. этнографические сборы в Туруханском крае по р. Таз среди ненцев и селькупов проводили Е.Н. Орлова, С.И. Ор лов и И.М. Суслов. В 1924 г. Е.Н. Орлова совершила поездку к рус ским Колыванского уезда Новониколаевской губернии. Появились и первые этнографические публикации сотрудников музея16.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Второй период этнографических работ новосибирцев приходит ся на 1925 — начало 1930 х гг. и совпадает с деятельностью Обще ства по изучению производительных сил в Сибири, ставшего в это время центральной научной организацией для всего региона. Мест ный музей перешел в 1926 г. в ведение этого общества и стал назы ваться Музеем производительных сил Сибирского края. Для данно го периода характерна значительная работа в области этнографичес кого изучения региона. Многочисленные этнографические экспеди ции проводились на Западно Сибирской равнине, Алтае, в Карагас сии, Хакассии и Якутии. Ценные этнографические материалы в раз ные годы были собраны среди русских, в т.ч. среди старообрядцев ряда регионов Западной Сибири, алтайцев, хакасов, ненцев, энцев, селькупов, эвенков. Среди собирателей этих материалов Н.Н. Нагор ская, С.И. Орлов, Е.Н. Орлова, В.Н. Троицкая, П.П. Хороших, А.А. Шнейдер и др. Отдельные результаты научных исследований публиковались ими в виде очерков, статей, заметок, рецензий в из даниях научных учреждений и в журналах, чаще всего в журнале «Сибирские огни»17.

Третий период охватывает время с 1932 г. и далее до начала х гг., характеризуется этнографическими работами в основном работ ников музея, который после ликвидации Общества по изучению про изводительных сил Сибири стал называться Западно Сибирским кра евым музеем, с 1937 г. — Новосибирским областным краеведческим музеем, и это название сохранилось за ним до сих пор. Поэтому этот период с определенной долей условности можно назвать периодом музейной этнографии. В 1930 е гг. совершались лишь отдельные экс педиционные поездки — Белявским к хантам р. Вах, С.И. Орловым к шорцам, Н.Н. Нагорской к алтайцам, комплексной экспедицией музея в районы нынешней Новосибирской области и на Алтай.

В годы Великой Отечественной войны экспедиционные работы музеем не проводились. Они возобновились после войны и охватыва ли теперь только население Новосибирской области. Такой характер экспедиционных поездок в районы Новосибирской области с целью сбора историко этнографических материалов среди русских, татар, казахов и других национальных групп сохранялся и в дальнейшем вплоть до настоящего времени. В научном плане большое значение получили работы О.Н. Шелегиной по материальной культуре русских крестьян Западной Сибири XVIII — первой половине XIX в., но это уже произошло в следующие периоды этнографических исследований новосибирских ученых, в середине 1980 х годов.

Четвертый период, по нашему мнению, приходится на 1961 г. — начало 1980 х годов. Начало его определяется тем, что в 1961 г. в Сибирское отделение АН СССР перешел на работу А.П. Окладников, «где занял пост заместителя директора Института экономики и за Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ведующего Отделом гуманитарных исследований с его историко филологическими подразделениями»18. А в 1966 г. он возглавил со зданный на базе отдела Институт истории, филологии и философии АН СССР.

Уже в 1961 г. им была привлечена к этнографической работе Е.П. Орлова, которая в этом же году совершила поездку на Коман дорские острова и на Камчатку, а в 1962 г. написала статьи «У алеутов на Командорских островах» и «Чукотско эскимосская резная кость»19. С 1961 г. этнографией алтайцев стала заниматься Е.М. То щакова. Был создан сектор этнографии и языков народов Сибири, который возглавил В.А. Аврорин20. Через два года в отделе истории, археологии и этнографии был создан сектор археологии и этногра фии. Не описывая все изменения, которые происходили с сектора ми и отделами, укажем, что был создан Музей истории и культуры народов Сибири (тоже менявший свои названия), который возгла вил А.П. Деревянко, совершались многочисленные экспедиции к народам всей Сибири, включая отечественный Дальний Восток, в этнографических работах в этот период принимали участие в раз ные годы Е.А. Ащепков, С.Н. Баландин, Ф.Ф. Болонев, И.Н. Гему ев, З.В. Гоголев, М.М. Громыко, Е.И. Деревянко, И.И. Кванская, А.А. Люцидарская, В.Е. Майнагашева, И.В. Маковецкий, Е.П. Ор лова, Г.И. Пелих, Л.М. Русакова, Ю.А. Самар, Ю.Б. Стракач, В.А. Ти мохин, Е.М. Тощакова и др. В Новосибирском государственном уни верситете в эти годы в области этнографии успешно работала Н.А. Ми ненко, которая постепенно создавала группу исследователей, рабо тающих на стыке истории и этнографии.

Пятый период начинается примерно с середины 1980 х годах и продолжается по настоящее время. В исследованиях этнографии в Новосибирске в этот период произошли кардинальные перемены, связанные прежде всего с тем, что благодаря целенаправленной на учной политике директора Института истории, филологии и фило софии СО АН СССР (стал директором в 1983 г.), а с 1990 х годов ге нерального директора Объединенного института истории, филоло гии и философии СО РАН академика А.П. Деревянко здесь был создан постоянный коллектив этнографов в секторе этнографии, которым все эти годы руководил И.Н. Гемуев. А.П. Деревянко21 более 10 лет руководит Институтом археологии и этнографии СО РАН, имеющим многочисленные подразделения во многих городах России. Сегодня коллектив новосибирских этнографов (руководитель А.В. Бауло) способен решать крупные научные проблемы, что дает возможность говорить о новосибирской этнографической школе. В подготовке на учных кадров этнографов здесь принимали участие ведущие уче ные — академики РАН А.П. Деревянко, В.И. Молодин, доктора наук Н.А. Алексеев, Ф.Ф. Болонев, Н.Н. Гемуев и др.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН В целом в Новосибирске в сфере этнографии в эти годы работали (а большинство из них и сегодня заняты этнографическими исследо ваниями) многие ученые, и среди них Н.А. Алексеев, А.А. Бадмаев, А.В. Бауло, Ф.Ф. Болонев, И.Н. Гемуев, О.В. Голубкова, Е.И. Дере вянко, В.А. Зверев, Д.Г. Коровушкин, В.Н. Курилов, Г.В. Любимо ва, А.А. Люцидарская, А.И. Мазин, А.Ю. Майничева, Т.С. Мамсик, Н.А. Миненко, И.В. Октябрьская, Л.М. Русакова, А.М. Сагалаев, Е.Ф. Фурсова, О.Н. Шелегина и др. Учитывая то, что в Новосибирс ке многие годы работают большой коллектив этносоциологов в Институте философии и права СО РАН (многие годы этим коллек тивом руководил член корреспондент РАН В.И. Бойко, а сегодня ру ководит Ю.В. Попков), а также коллективы этномузыковедов и фольклористов в Институте филологии СО РАН, в Новосибирском государственном педагогическом университете и некоторых других вузах (как известно, фольклористы занимаются изучением и этно графических сюжетов), с полным основанием можно сказать, что се годня Новосибирск — это крупный этнографический научный центр России и крупнейший центр этого направления в Сибири.

Естественно, что обоснование данной периодизации этнографи ческого сибиреведения в Новосибирске, ее границ, основных харак теристик должно быть углублено, что и намерен делать автор дан ной публикации в ближайшем будущем. Еще раз повторим, что се годня нужны монографические исследования этнографических на учных центров Сибири.

*** 1. Томилов Н.А. Археолого этнографическое течение в российской на уке: Концепция периодизации // Пространство культуры в археолого этног рафическом измерении. Западная Сибирь и сопредельные территории.

Томск, 2001. С. 202–204;

Он же. Изучение народов Азии учеными Омска: К проблеме периодизации сибирской этнографии // Культурное наследие на родов Сибири и Севера. СПб., 2000. С. 18–22;

Он же. Исследования омских ученых по этнографии народов Азии: периодизация XIX–XX вв. и темати ка второй половины ХХ в. // Степной край: зона взаимодействия русского и казахского народов (XVIII–XX вв.). Омск;

Кокшетау, 2001. С. 25–29;

Он же.

Омская этнографическая наука и проблемы ее периодизации // Вестник Омского университета. 1999. Вып. 2. С. 68–72;

Он же. Омск как научный центр по изучению народов Азии (к проблеме периодизации сибирской эт нографии) // Вестник Российской академии естественных наук: Западно Сибирское отделение. Кемерово, 1999. Вып. 2. С. 70–73;

Он же. О периоди зации археолого этнографического направления отечественной науки // Отечественная историография и региональный компонент в образователь ных программах: проблемы и перспективы. Омск, 2000. С. 21–26;

Он же.

Периодизация этнографического сибиреведения и рост центров этнографии в Западной Сибири в последней трети ХХ в. // Актуальные вопросы исто рии Сибири. Барнаул, 2000. С. 263–267;

Он же. Проблемы периодизации и Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН истории знаний об этносах Сибири в трудах омских ученых последней чет верти ХХ века // Пятые исторические чтения Михаила Петровича Грязно ва. Омск, 2000. С. 114–116;

Он же Российское этнографическое сибиреведе ние XX века (к постановке проблемы) // Этнографическое обозрение. 2001.

№ 3. С. 92–101;

Он же Результаты и проблемы этнографического изучения народов Сибири и Дальнего Востока в XX веке // Исторический ежегодник– 2001. Омск, 2002. С. 5–20;

Он же. Этнографическое сибиреведение: перио дизация и научные проблемы // Этносы Сибири: прошлое, настоящее, буду щее. Красноярск, 2004. Ч. 1. С. 5–10;

и др.

2. Таксами Ч.М. Вклад научных предшественников — этнографов си биреведов в изучение культуры народов Севера, Сибири и Дальнего Востока // Культура народов Сибири. СПб., 1997. С. 14.

3. Малышева М.П., Познанский В.С. Казахский этнограф Чингис Вали ханов // Советская этнография. 1991. № 5. С. 69–78.

4. Маргулан А. Очерк жизни и деятельности Ч.Ч. Валиханова // Вали ханов Ч.Ч. Собрание сочинений: В 5 т. Алма Ата, 1984. Т. 1. С. 9–77.

5. Захарова И.В., Томилов Н.А. Этнографическая наука в Омске: исто ки, история и современное состояние // Народы Сибири и сопредельных тер риторий. Томск, 1995. С. 5–36.

6. Там же. С. 5–8.

7. Томилов Н.А., Макаров Ю.А. Омский государственный объединенный исторический и литературный музей (Краткий исторический очерк) // На роды Севера Сибири в коллекциях Омского государственного объединенно го исторического и литературного музея. Томск, 1986. С. 5–39.

8. Решетов А.М. Этнография в кругу научных интересов С.П. и М.В. Шве цовых // Словцовские чтения–2006. Тюмень, 2006. С. 141–143.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.