авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 15 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) ПРОБЛЕМЫ ...»

-- [ Страница 9 ] --

При характеристике шаманской практики в целом шаманские фокусы, связанные с мнимым нанесением шаманом ранений само му себе, по умолчанию относились к средствам зрительного воздей ствия шамана на зрителей и в принципе могли рассматриваться как одно из средств гипнотического воздействия шамана на зрителей.

Однако, если принимать такое объяснение, цель подобного массово го воздействия шамана на присутствующих остается в достаточной мере непонятной. Относить шаманские фокусы к демонстрации сверхъестественных физических способностей шамана было бы не вполне правомерно, поскольку такие действия были совмещены с ритуалами.

Известно, что в равной мере и исследователи шаманства, и неко торые носители традиции определяют шаманскую ритуальную прак тику как «театр одного актера». Так характеризовали эту практику Е.Д. Прокофьева и В.Н. Басилов27, так же называли шаманскую практику Д. Шрадер, с которым вполне солидарна Е.В. Ревуненко ва28, и точно так же — «театр одного актера» — назвала свое ремесло нанайская шаманка в беседе с Анной Васильевной Смоляк29. В об суждении генезиса такой практики высказывались суждения, что шаманские ритуалы — это свернутая форма коллективных рели гиозных ритуалов типа тех ритуалов, которые были описаны у эвен ков А.Ф. Анисимовым30. Исходя из этого уместно предполагать, что особая роль тела шамана, нанесения ран и непременная демонст рация присутствующим крови, якобы появляющейся из получен ных шаманом ран, позволяет видеть в шаманских фокусах такого рода трансформации принесения кровавой жертвы, которая долж Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН на была органически вписываться в шаманские камлания с просьбой об удаче в промысле или в благодарственные камлания.

Данное направление трансформации обряда жертвоприношения могло иметь два сценария: во первых, разыгрывание физически реального жертвоприношения и, во вторых, разыгрывание такого обряда, который предполагал бы воскрешение, возрождение жи вотного, приносимого в жертву. Последний сценарий предпола гает в качестве закономерной составной части демонстрирование новой ипостаси жертвенного объекта в исполнении единственного актера шамана, и здесь непременным атрибутом «текста» ритуала становятся чудесно зажившие раны.

Стоит заметить, что во всех описаниях шаманского иллюзиона остается в тени предназначение самого шаманского сеанса, на кото ром представлялся иллюзион. Если попытаться определить харак тер шаманских сеансов с иллюзионом методом исключения и отбро сить последовательно проводы умерших, предсказание будущего, лечение больного, отыскание пропаж и все остальное — у нас оста нется только разыгрывание ритуального жертвоприношения, ну и еще чистые представления шамана для зрителей… Таким образом, у нас есть основания полагать, что шаманские фокусы суть в своей исторической основе не иллюзион, сильно ва рьирующийся в отношении исполнительского качества, а театр, в котором разыгрывается одна и та же пьеса, а именно — ритуал крова вого жертвоприношения и воскрешения.

Данный тезис позволяет многое понять и объяснить в иллюзионистской практике шаманов, а также более глубоко разобраться в самом визуально воспринима емом материальном оформлении шаманских ритуалов. Думается, не случайно А.М. Золотарев называл атрибуты ульчских шаманов и шаманов других народов Приамурья театральным термином «реквизит» и самое разыгрываемое действо «спектаклем»31, и имен но на этом делает акцент в своем исследовании шаманских ритуа лов Е.С. Новик32. Путешественники, наблюдавшие шаманские фо кусы, видели многие подробности техники манипуляции, понят но, никто из них не верил в сверхъестественные способности ша манов, однако они считали действия шаманов целенаправленным обманом. Как кажется, ранее никто не пытался рассматривать шаманские иллюзионистские приемы как составную часть опре деленного действа чисто театрального, драматургического харак тера. С этих позиций шаманский иллюзион во всех его возможных вариантах — от безупречно исполняемых трюков до достаточно примитивных имитаций с использованием ненастоящих орудий — представляет собой актерскую игру, причем не самостоятельные импровизации, а разыгрывание совершенно определенных дей ствий, связанных с принесением кровавой жертвы. Носители тра Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН диции, которые были непосредственными свидетелями такой прак тики, без сомнения знали о том, что являются свидетелями игры, точно так же, как чукчи знали об обманах шаманов и чукотские шаманы знали, что прибегают к обманам в своей практике. На сколько можно судить, шаманские фокусы в основном демонстри ровались при совершении шаманского ритуала в жилище;

таким образом, мы находим еще один аргумент в пользу того, что шаман ский иллюзион — это разыгрывание совершения кровавой жерт вы божеству или духу хозяину, но такое разыгрывание, которое совершается в другом локусе: не на месте жертвоприношения, а в жилище, и в другом составе, когда исполнителем всех ролей явля ется сам шаман.

С точки зрения происхождения, шаманские фокусы, связанные с манипуляциями с телом шамана и острыми предметами, кро вью, чудесным заживлением ран, вероятнее всего, соотносятся с разыгрыванием ритуалов принесения кровавой жертвы, которые на какой то стадии эволюции этих ритуалов вместо коллективно го совершения в реальности стал исполнять шаман. Из некоторых источников, в частности, из описаний манипуляций якутской ша манки, которую наблюдали И.Г. Гмелин и Г. Миллер, известно, что иллюзионистские приемы передавались среди практикующих шаманов посредством обучения, которое имело по крайней мере словесный характер. В дальнейшем развитии, которое может свя зываться не только с изменением типов шаманских ритуалов по их цели, но в первую очередь с преобразованием в составе шаман ских атрибутов и в комплекте одежды, иллюзионистские приемы отделились от собственно «театральной», «реквизитной» части шаманских ритуалов и превратились в самостоятельную область шаманских знаний. Когда репертуар средств и приемов иллюзио нистской практики существенно расширился, а главное — когда она отделилась от шаманских способностей и личности шамана, и когда шаманство как практика перестало существовать, демон страция фокусов превратилась в самостоятельную форму деятель ности. Она, как и многие виды искусства, сохранила психологи ческие компоненты, вызывающие изменения состояния зрителя, но приобрела эстетические составляющие, которые стали в ней доминировать, и вошла в состав неизобразительного искусства или возможностей целенаправленной демонстрации способностей человека.

Интересно отметить, что хождение по раскаленным углям и би тому стеклу, а также иные манипуляции с раскаленными в огне пред метами являются характерными только для шаманов Западной Сиби ри. Возможно, что эти явления имеют среднеазиатские и централь но азиатские истоки и в прошлом были как то связаны с культом Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН огня. Однако можно думать и о том, что такая техника является соб ственно шаманской, а хождение через огонь представляет зрителям то, как шаман ходит по Нижнему миру.

Фольклорные рассказы о шаманских фокусах наделяют шама нов особыми способностями чисто физического характера, а имен но — способностью пропускать через себя острые предметы, зажив лять наносимые самому себе раны, ходить по раскаленным углям, освобождаться от пут, исчезать из закрытого помещения. Эти рас сказы дополняют представления о могуществе шамана, обусловлен ном сверхъестественными существами или необыкновенными пси хическими возможностями шамана, которые проявляются в уме нии воздействовать на собственное сознание и на сознание других людей. Шаманские фокусы, непосредственно наблюдаемые путе шественниками, воспринимались ими как иллюзионистская практика, причем не всегда талантливо исполняемая. Нам при шлось применить некоторые усилия к тому, чтобы увидеть за этой практикой не плохой иллюзион с невнятными целями, а вполне полноценный театр, театр одного актера, в котором разыгрывает ся чрезвычайно архаическая драма об одушевленной жертве и ее воскресении.

*** 1. Проблемы истории общественного сознания аборигенов Сибири. Л., 1981. С. 13.

2. Лар Л.А. Ненецкие шаманы // Сибирская заимка. 2000. № 7.

(www.zaimka.ru).

3. Проблемы истории общественного сознания аборигенов Сибири. Л., 1981. С. 42.

4. Тимофеев Г.Н. Тайны сибирских шаманов. Сургут, 1996. С. 42, 46.

5. Там же. С. 73.

6. Там же. С. 72.

7. Там же. С. 12.

8. Карьялайнен К.Ф. Религия югорских народов. Томск, 1996. Т. 3. C. 218.

9. Там же.

10. Кулемзин В.М. Шаманство васюганско ваховских хантов (конец XIX — первая четверть XX вв.: Автореф. дис.... канд. ист. наук. Л., 1974. С. 11.

11. Кулемзин В.М., Сязи Е.Н. Колдуны, чародеи, волшебники и шама ны // Вестник Томского государственного университета. Томск, 1998. Т. 266.

12. В кадрах этого фильма видна вполне качественная театральная тех ника показа этого фокуса — но все таки это фокус, оттененный методами современной аудиовизуальной этнографии.

13. Проблемы истории общественного сознания аборигенов Сибири. Л., 1981.

14. Информация из ресурсов Интернета.

15. Кенин Лопсан М.Е. Тувинский шаманизм // Интернет.

16. Смоляк А.В. Шаман: личность, функции, мировоззрение. М., 1991.

С. 56–57.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН 17. Спеваковский А.Б. Духи, оборотни, демоны и божества айнов. М., 1988.

18. Басилов В.Н. Избранники духов. М., 1984. С. 29.

19. Шаманизм народов Сибири. СПб., 2006. С. 297.

20. Шаманизм народов Сибири. СПб., 2006. С. 298–297.

21. Шаманизм народов Сибири. СПб., 2006. С. 296.

22. Михайловский В.М. Шаманство. Тюмень, 2004. С. 104, 105.

23. Цит по кн.: Туголуков В.А. Следопыты верхом на оленях. М., 1969.

С. 169–170.

24. Серошевский В. Якуты. 2 е издание, М., 1993. С. 607–608. Ориги нал см.: Gmelin J.G. Reise durch Sibirien von dem Jahre 1733–1743. Gottingen, 1751. Bd. II. S. 493–497.

25. Мемуары декабристов. Южное общество. М., 1982. С. 209–210.

26. См., например: Федоров В. Тайны вуду и шаманизма. М., 2003.

27. Басилов В.Н. Избранники духов. М., 1984.

28. Ревуненкова Е.В. Народы Малайзии и Западной Индонезии. М., 1980.

С. 24.

29. Смоляк А.В. Шаман… М., 1991. С. 65.

30. Анисимов А.Ф. Религия эвенков в историко генетическом изучении и проблема происхождения первобытных верований. М.;

Л., 1958.

31. Золотарев А.М. Родовой строй и религия ульчей. Хабаровск, 1939.

С. 162–163.

32. Новик Е.С. Доклад по опубликованным работам на соискание уче ной степени доктора исторических наук. М., 1996.

Н.Н. Крадин ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ СКОТОВОДСТВА У АГИНСКИХ БУРЯТ Работа выполнена при финансовой поддержке гранта РФФИ (06 06 234а).

Введение Агинский Бурятский автономный округ расположен в юго вос точном Забайкалье. Его площадь 19,6 тыс. кв. км. Территория в ос новном занята пастбищами. С северной стороны округ окаймлен го рами. С южной части границей округа является историческая река монголов Онон.

Название округа происходит от бурятского слова ага, что озна чает большую равнину. Так называется и река, которая пересекает округ по линии запад восток. Река разбивает округ на две ландшаф тные зоны: к северу от левого берега — лесостепь и к югу, между Агой и Ононом, — степь.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Климат в округе сухой, континентальный. Зимой снега почти не бывает, поэтому здесь можно пасти скот круглый год под от крытым небом. С глубокой древности здесь жили монголо языч ные номады. В конце XVII — начале XVIII в. здесь как самостоя тельная этническая группа формируются агинские буряты. Рус ская царская администрация создала здесь в 1837 г. особую ад министративную единицу — Агинскую степную думу. В советс кий период в 1937 г. здесь был создан Агинский Бурятский авто номный округ в составе Читинской области. После распада СССР округ был выделен из Читинской области как самостоятельный национальный округ Российской Федерации. Население округа в настоящее время составляет 78 тыс. чел., из них более 42 тыс.

бурят.

Территория округа — это зона рискованного земледелия. Очень часто здесь бывают неурожаи разных земледельческих культур.

По этой причине агинские буряты до сих пор продолжают зани маться скотоводством. В советское время здесь стали разводить особую тонкорунную забайкальскую породу овец. Интересно про следить, какие традиционные черты номадного пасторализма со хранились до настоящего времени и какие появились новые элементы.

Количество животных и структура стада Состав стада у агинских бурят был классическим для кочевни ков скотоводов Евразийских степей и включал все пять основных видов: лошадей, овец, коз, верблюдов и крупный рогатый скот. Бу ряты называли данное явление табан хушуу мал, т.е. «скот пяти видов». Структура стада у агинских бурят была классической для кочевников скотоводов Евразийских степей. Более половины живот ных составлял мелкий рогатый скот (овцы — 50 % от всего поголо вья). Количество крупного рогатого скота и лошадей было равным (примерно по 20 %).

В XIX в. обычное бурятское пасторальное хозяйство обладало стадом, состоящим из 4–8 лошадей (13–15 %), 10–16 голов крупно го рогатого скота (25–30 %) и 20–40 овец (около 60 %)1.

В начале ХХ в. увеличивается влияние российской экономи ки на бурятское кочевое хозяйство. Увеличивается оседлость, по является земледелие, бурятские номады начинают поставлять мясо на рынок. Меняется и состав стада. По этой причине увели чивается количество крупного рогатого скота за счет некоторого сокращения верблюдов и лошадей, а потом и овец. К началу Пер вой мировой войны крупного рогатого скота стало больше, чем овец.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Таблица КОЛИЧЕСТВО СКОТА В АГИНСКОЙ ВОЛОСТИ Год Лошадей Рог. Овец Коз Вербл. Свиней ВСЕГО скота 1850 19009 15485 41441 6217 1524 - 1907 27271 52383 86892 25255 1119 - 1915 26049 70144 68186 13225 2547 60 1930 56073 129558 272767 3913 ? 1953 10889 18816 124685 - 508 1971 ? ? 786600 - ? ?

1991 13000 98400 771500 - 20600 2000 10100 70900 189000 ? 18300 Источники: НАРБ, ф. 129, оп. 1, д. 512, с. 42, д. 561: 13–14;

ф. 131, оп. 1, д. 98: 10–11;

д. 494: 141;

ГАЧО, ф. 19, оп. 1, д. 122: 112;

д. 143: 121–122;

ф. Р–1058, оп. 1, д. 138: 1;

ф. Р. 1645, оп. 3, д. 1736: 21–22;

д. 3278: 129.

На территории Агинского округа до 1917 г. существовал гибкий экологический баланс между размерами пастбищ, числом животных и количеством номадов. В советский период произошли сильные изменения, которые были вызваны включением бурятского нома дизма в советскую систему экономики. Первоначально буряты были нацелены советским правительством на восстановление поголовья стада и его увеличение. Проводились также селекционные работы по выведению и размножению новых пород овец и крупного рогато го скота. Но их результаты были не очень удачны. Уже к 1930 г. чис ленность животных стала более чем в два раза больше, чем до рево люции. Однако структура стада естественным образом возвращает ся к оптимальной для номадов (58 % овец, 12 % лошадей, 27 % круп ного рогатого скота).

Увеличение поголовья животных привело к необходимости увеличения кормов для животных. Местные власти хотели ре шить эту проблему путем развития земледелия среди номадов и выращивания специальных кормов для животных. Среди бурят активно культивировались седентеризация и земледелие. Начи нается насильственная модернизация кочевников. Если в конце XIX в. 99 % агинских бурят были кочевниками, то к концу со ветской эпохи более 1/4 части земель были распаханы под земле дельческие культуры и корм для скота. Но это не решало все про блемы. Сено и корма для скота завозили из других регионов стра ны. Буряты ездили косить сено в Монголию. Иногда туда гоняли животных зимовать на монгольских пастбищах. За это советское правительство поставляло в Монголию трактора, топливо и дру гие промышленные товары.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Во время Великой Отечественной войны существовала катастро фическая нехватка кормов. Большое количество овец и особенно крупного рогатого скота были забиты для питания советских сол дат. По этой причине общее поголовье животных сократилось почти в три раза. Процентное соотношение между мелким и крупным ро гатым скотом существенно изменилось в пользу мелкого рогатого скота.

Такая новая структура стада сохранялась на протяжении всей второй половины ХХ столетия. Но теперь главная причина заклю чалась в том, что в результате селекции в середине 1950 х годов была выведена особая тонкошерстная порода овец для стойлового содержания. Это было серьезное достижение сельскохозяйственной науки. Новая овца была более изнеженной, не могла зимой жить под открытым небом, но давала больше мяса и высококачествен ной шерсти.

В результате трансформации скотоводства существенно было со кращено поголовье лошадей, коз и крупного рогатого скота. Почти исчезли верблюды. Но появились (в основном в индивидуальных хозяйствах) свиньи (критерий седентеризации!). Их число росло год от года. Рост потребности в шерсти и мясе требовал значительного увеличения числа овец. Общее поголовье в 1970–1980 е годы дости гало 700–900 тыс. животных. В структуре стада число овец доходи ло до 85–90 %. Местные жители называли новую породу «золотой», потому что шерсть стоила очень дорого и труд пастухов очень высо ко оплачивался. Заработная плата хорошего чабана была выше за работной платы профессора университета. Всем казалось, что округ процветает. Среди партийного руководства Агинского округа даже возникла волюнтаристская идея выведения одного миллиона овец.

За это можно было получить государственные награды и высокие должности в Москве.

Однако законы природы важнее законов марксистских теорети ков о переходе от «кочевого феодализма» к «социализму». Переиз быток овец привел к увеличению нагрузки на пастбища. Овцы быс трее разбивали своими копытами верхний слой почвы, выедали и вытаптывали траву. Это привело к сильной пастбищной дигрессии, которая совпала с экономическим кризисом после 1991 г. К 2000– 2001 годам поголовье животных сократилось по сравнению со вре менем «расцвета» в годы СССР более чем в три раза в основном за счет резкого сокращения численности мелкого рогатого скота. По головье крупного рогатого скота, лошадей и свиней уменьшилось не намного. Но эти потери привели к изменениям структуры стада, где очень упала доля мелкого рогатого скота — с 85 % до 65 %, и за счет этого возросла доля других видов домашних животных.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Организация выпаса и перекочевки Частной собственности на землю у агинских бурят до 1917 г. не существовало. Земли находились в общинной собственности.

Пользование пастбищами было свободным по праву «первозахва та»2 в пределах той или иной административно территориальной группы (булуков), а сенокосные угодья считались в общинной соб ственности и делились на пайки «по числу душ и разряду казен ных и общественных сборов»3. Даже накануне революции отноше ние «инородцев» к земле юридически определялось как «неразде ленное владение»4. Отсутствие зафиксированной юридически соб ственности на землю не означает, что у бурят не было выработан ных многолетней практикой маршрутов перекочевок, закреплен ных традицией летних и зимних пастбищ. В материалах комиссии Куломзина сообщалось, что «при каждой перемене своей стойбы бурят ставит свою юрту на известном, также раз и навсегда опреде ленном месте, которое если и меняется, то очень редко»5. Конфлик ты по поводу использования земель возникали в основном не меж ду бурятскими родами, а между бурятами и русскими крестьяна ми, между бурятами и казаками.

Летники буряты предпочитали устраивать поближе к источни кам водопоя, тогда как зимние пастбища выбирали в местах поко сов, по возможности защищенных от ветров, а также там, где оста валось много ветоши. В целом агинские буряты меняли свои «стой бы», по разным данным, от 4 до 12 раз в год6. При этом подавляющее большинство агинских бурят даже в первой половине ХХ в. переко чевывало с зимников на летники и обратно7.

Есть географические варианты смены пастбищ. В степной части округа к югу от реки Аги буряты устраивают летники поблизости от многочисленных озер и озерных западин. Здесь они поят скот;

к тому же пологие склоны озерных западин нередко питаются ключевыми водами, вследствие чего здесь более питательные травы8. Лесостеп ная, северная от реки Аги часть зимой несколько теплее, чем степ ная. Поэтому буряты перед наступлением холодов перекочевывали со своими стадами в северную половину Агинских степей. Они рас полагали свои зимники в лесной предгорной части Могойтуйского и Борщновочного хребтов9.

Необходимо отметить одну весьма важную тенденцию. Чаще ко чевали и использовали большее количество пастбищных террито рий наиболее богатые скотоводы. Это связано, во первых, с тем, что они имели больше животных и для их выпаса требовалось большее количество ресурсов;

во вторых, богатые скотовладельцы имели в структуре стада больший процент лошадей и верблюдов, что обес печивало более высокую скорость кочевания их стад;

в третьих, не Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН обходимо также учитывать, что богатые и знатные номады облада ли более высоким общественным статусом и могли авторитетом или силой отчуждать лучшие участки пастбищ в свое пользование.

«Сколько именно раз в течение года кочевник переменяет свое место пребывание вместе со своим скотом, зависит от большей или мень шей степени его богатства или, что то же самое, от числа голов его скота, — сообщается в “Материалах комиссии Куломзина”. — Ко чевник, имеющий небольшое количество скота, меняет свое местопре бывание всего только два раза в год;

он имеет только летник (“засу лан”) и зимник (“угульджен”);

более богатый имеет уже четыре места кочевок — к двум указанным у него прибавляется еще весенник (“на мурждан”) и осенник (“хабурджен”);

наконец, самые богатые из ко чевых инородцев меняют место стойбы своего скота до 10–12 раз, при чем, кроме того, имеют все четыре указанные вида стойбищ»10.

В советское время система кочеваний изменилась. Номады ока зались привязанными к границам колхозов. Но конфликтов между ними по поводу земли не было. Многие информанты отвечали на этот вопрос: «Конечно, бывали случаи, когда скот переходил на земли другого колхоза, но они решались без особых конфликтов».

Во время правления Хрущева и позднее Брежнева стала прово диться массовая седентеризация агинских бурят. Строили деревни, переселяли туда семьи скотоводов. Некоторые из информаторов по мнят, что еще в 1970 х некоторые буряты жили в юртах. Сами пас тухи жили на зимних и летних пастбищах. Перекочевки совершали два раза в год. В начале июня кочевали на летние пастбища, кото рые были расположены близко к природным источникам воды (реки, озера) или колодцам. В конце сентября перекочевывали на зимние стоянки. Нередко зимние стоянки располагались рядом с колхоз ными полями, где было много соломы, травы и зерен.

Обычная летняя стоянка представляет собой бедный деревянный сарай с земляным полом. Внутри стоят кровати, стол, стулья. Обя зательно есть небольшая печка и газовая плита для приготовления еды в теплое время. На улице открытые загоны для овец и коров.

Расстояние от летней стоянки до зимней обычно 10–20 км. Когда переезжают с одной стоянки на другую, забирают с собой практически все имущество. Иногда основное имущество остается на зимних стоян ках, но тогда там обязательно летом живет сторож из числа стариков.

Зимняя стоянка более теплая, чем летняя. В доме можно жить зимой. Загоны для скота закрыты от ветра и утеплены землей или сухим навозом. Здесь часто есть подсобные здания, баня. Когда в 1970 е годы провели свет, стало жить гораздо комфортнее. Появились теле визоры, различные электрические механизмы, холодильники.

Появление холодильников несколько изменило характер пита ния. Ранее существовала реципроктная система питания пастухов.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Один из номадов забивал барана и раздавал его своим соседям, так как не мог съесть сразу все мясо. Другие пастухи поступали также. С появ лением холодильников стало возможным забивать животных летом, хранить молоко и другие продукты. Возможно, это должно было спо собствовать развитию индивидуализма среди агинских бурят. Но я думаю, что эти изменения были небольшие. Много раз я наблюдал, что когда готовят угощение гостей, то на ужин приглашают соседей.

Трансформация бурятского пасторализма В начале 1990 х годов округ находился на грани экологического кризиса. Количество овец значительно превышало продуктивность экологических ресурсов. Распад Советского Союза и новая экономи ческая политика затормозили этот процесс. Перестали поступать дотации и льготные кредиты из центра. Государство почти не помо гало ни оставшимся государственным скотоводческим хозяйствам, ни индивидуальным фермерам. Были закрыты многие колхозы, по зднее разорились фермеры. Возникла огромная разница между це нами на закупку мяса и шерсти и ценами на электричество, бензин, искусственные корма для животных. Если соотношение себестои мости баранины и средней закупочной оптовой цены накануне рас пада СССР равнялось 1:1.5, то после отпуска цен такое соотношение стало равняться 1:0.6. Шерсть накануне распада СССР реализовы валась почти с двойной выгодой (1:1.9). После отпуска цен произ водство шерсти также стало убыточным при соотношении 1.1:1.0.

Это привело к кризису скотоводства. Производство шерсти сокра тилось почти в два с половиной раза, производство баранины — по чти в шесть раз. Животных стало содержать невыгодно. Произошел массовый забой скота. Поголовье овец сократилось до 268 тыс. Упа док животноводческой экономики и плохие условия жизни приве ли к резкому уменьшению численности пастухов и профессиональ ных специалистов в животноводстве. Упала рождаемость, началась миграция молодежи в города Читу и Улан Удэ. Многие опытные пастухи в это время ушли на пенсию. Все это привело к тому, что были утеряны многие традиционные и новые знания. В разговорах с молодыми пастухами у меня сложилось мнение, что далеко не все из них знают вкусовые качества травы, умеют пользоваться приема ми выпаса скота, которые применяли их родители. Нужно отметить, что утеря навыков традиционного природопользования началась еще в советское время, когда количество животных стало превышать объемы ресурсов пастбищ. Вера в то, что Коммунистическая партия всегда поможет — даст денежные дотации или обеспечит сеном и фуражом из других регионов — сформировала потребительское, иногда паразитическое отношение скотоводов к природе.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН В начале нового столетия ситуация углубления кризиса сельско го хозяйства затормозилась. Снизилась нагрузка на пастбища. Тра вы стали восстанавливать свою продуктивность. В некоторых мес тах пастбищ так много, а животных настолько мало, что пастухи теперь живут стационарно только на зимних стоянках и даже не косят сено. Ресурсов хватает на весь холодный период до начала по явления молодой травы.

Однако очевидного прогресса не наблюдается. Как для колхоз ных пастухов, так и для фермеров характерна натуральная форма экономики. Главная задача колхозных пастухов — сохранить пого ловье стада. Зарплату им не платят. Один или два раза в год выдают продукты (макароны, муку, крупы и др.) вместо денег. Летом они питаются в основном молочными продуктами от своих и колхозных животных. Для мясной пищи забивают баранов. Многие колхозы перестали вывозить молочные продукты на продажу, так как это не окупается. Последние несколько лет государство дает дотацию на молочную и мясную продукцию. Продукция свозится в центр окру га — село Агинское — и реализуется централизованно в Читинскую область.

Цена на шерсть в последние годы также возросла. Это привело к некоторой активизации ее поставок. Шерсть продают на фабрики в Улан Удэ, Омск и другие города. Общее руководство по реализации шерсти осуществляет администрация Округа. Патерналистская по литика по отношению к колхозам проявляется во всем — от реализа ции продукции и перераспределения дотаций до ожидания самих лю дей, что государство в лице Губернатора Округа, Президента страны и Правительства обязательно позаботится о них в трудный период.

В конце осени колхозники забивают свой крупный рогатый скот.

Мясо едят всю зиму, а также продают. На вырученные деньги поку пают одежду, некоторые продукты, школьные учебники для детей.

После окончания школы многие из детей едут учиться в город. День ги от продажи скота идут также на оплату их обучения.

«Способ производства»: «от социализма к феодализму»?

До революции 1917 г. среди агинских бурят существовала соци альная дифференциация. Богатые скотоводы использовали труд бед ных. Поскольку у номадов всегда имелись люди, не имевшие доста точного количества скота для пропитания, они были вынуждены вступать в отношения системы «патрон–клиент» с более обеспечен ными владельцами скота. В советской этнографической науке эти отношения было принято называть «патриархально феодальными»

в соответствии с представлениями о господстве у номадов кочевого варианта феодализма11.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Критики этой ортодоксальной парадигмы пытались обосновать нефеодальный характер подобных отношений. Они писали, что люди, имевшие много скота, не могли выпасать его только собствен ными силами. К тому же выпас слишком больших по объему стад невыгоден по ряду причин экологического и экономического поряд ка. В данной ситуации возникал феномен так называемой «взаим ной эксплуатации»12.

Можно выделить две основные формы этих отношений у агинс ких бурят. Форма неравенства, когда богатый скотовладелец отда вал бедному пастуху скот на выпас, получила в отечественной лите ратуре название саун (от одноименного казахского термина, озна чающего это явление). Помимо отдачи скота на выпас существовал другой канал формирования зависимости в индивидуальных хозяй ствах — работа в семье «патрона» в качестве батрака, наемного ра ботника, неполноправного сородича и пр.

В советский период все богатые скотоводы были объявлены «ку лаками» и репрессированы. В колхозах было установлено равенство.

Это, конечно, не означает, что все имели одинаковое количество ско та и другого имущества. Одни жили чуть лучше, другие чуть хуже.

Были те, кто выделялся своей заработной платой и имуществом (пе редовики производства). После 1991 г. пошел обратный процесс при ватизации и часть скотоводов выделилась в самостоятельные фер мерские хозяйства.

Помимо частной собственности на скот у многих фермеров, а также у колхозных пастухов появились так называемые помощни ки. Нередко это были лица без определенного места жительства, быв шие заключенные, малоимущие пенсионеры и безработные из сосед них районов, лица с некоторыми психическими отклонениями, даль ние родственники, не имеющие своего имущества и твердого зара ботка. Они пасут скот своего работодателя, за что он дает кров, кор мит и одевает их. Иногда присутствует негласное соглашение о вып лате заработной платы деньгами или скотом/приплодом.

Можно выделить два варианта таких отношений. В первом слу чае помощник живет вместе с хозяином и выполняет наиболее не престижные и трудоемкие виды деятельности. Данная форма отно шений типологически сопоставима с клиентеллой. Во втором слу чае сам работодатель живет в селе, тогда как все дела на стоянке ве дет нанятый им помощник.

Работодатели характеризуют данные отношения как благодетель ство. Один из них во время интервьюирования прямо назвал их про явлением степного гостеприимства. Работники стараются уйти от от вета, однако чувствуется их боязнь говорить на данную тему. Даже внешне видна разница в статусе между работодателями и их помощ никами. Последние, как правило, одеты в старую поношенную одеж Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ду, многие из них не имеют среднего образования, для них характер на очень низкая самооценка. Ряд лиц употребляют или употребляли наркотики, имеют физические недостатки, страдают психическими и иными расстройствами. Среди них есть лица, которые отсидели в тюрьме и которым некуда возвращаться. Многие из них принадле жат не к бурятскому, а к русскому этносу. Эти люди все время в рабо те, как правило, они не присутствуют во время праздничного ужина в честь почетного гостя — антрополога. Они также не участвуют в бесе дах исследователя с информантами, а при вступлении с ними в кон такт для получения сведений видишь в их глазах постоянный страх.

Это реставрация так называемых «саунных» патронажно клиен тных отношений, которые существовали у кочевых скотоводческих народов Российской империи до 1917 г. Свободная конкуренция невозможна без асимметрии экономических отношений со всеми вытекающими отсюда последствиями. Поэтому не стоит удивлять ся, что в процессе складывания новых форм хозяйствования и про никновения товарных отношений в скотоводстве возникают новые формы организации труда. Но интересно то, что описанные в дан ной статье формы трудно отнести к товарно денежным. Речь долж на идти о типичных для номадов патронажно клиентных связях.

Думается, что подобные отношения должны существовать не толь ко у бурят, но и у других скотоводческих народов в национальных республиках Российской Федерации и бывших среднеазиатских рес публиках СССР — ныне независимых государствах СНГ, а также в современной Монголии. Более того, основываясь на результатах соб ственных наблюдений и беседах с коллегами, я склонен предполо жить, что в среднеазиатских республиках подобные отношения су ществовали и в советский период нашей истории. Просто по идеоло гическим причинам их не замечали или старались не замечать.

Заключение В статье были рассмотрены некоторые особенности скотоводчес кого хозяйства у агинских бурят в Юго Западном Забайкалье.

В XIX — начале ХХ в. структура стада у бурят включала пять основ ных видов животных: овцы, крупный рогатый скот, лошади и, более редко, козы и верблюды. Лошадь имела важное экономическое и ста тусное значение. Однако овцы количественно преобладали. Кочевни ки мигрировали со своими стадами по традиционным сезонным мар шрутам. Земля принадлежала пасторальным группам. Начиная с последней четверти XIX столетия влияние российской экономики на бурят стало увеличиваться. Это привело к частичной седентеризации, увеличению продажи крупного рогатого скота. В СССР эти процессы проходили еще более интенсивно. Произошла полная седентеризация Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН бурят. Только пастухи оставались номадическими. Развивалось зем леделие. Почти 1/4 пастбищ была занята под аграрные территории.

Изменилось скотоводство. Оно стало ориентироваться на рынок. Была выведена новая порода овец для получения шерсти и мяса. Количе ство овец возросло и привело к деградации пастбищ. Экологический кризис не успел развиться масштабно, так как его опередили полити ческий (распад СССР) и экономический кризисы. Скотоводство агин ских бурят пришло в состояние глубокого упадка. В настоящее вре мя кризис затормозился, однако очевидного прогресса не наблюдает ся. Все это говорит о сложных процессах, которые происходят в со временной аграрной экономике Агинского национального округа. Для более подробного анализа современной ситуации необходимо продол жение исследований в этом ареале.

*** 1. Солдатов В.В. Хозяйственный быт // Труды Агинской экспедиции.

Чита, 1911. Вып. VII. С. 276.

2. Крюков Н.А. Восточное Забайкалье в сельскохозяйственном отноше нии. СПб., 1895. С. 103;

Асалханов И.А. Социально экономическое разви тие Юго Восточной Сибири во второй половине XIX в. Улан Удэ: Бурят. кн.

изд во, 1963. С. 169–170, 173.

3. НАРБ. Ф. 131. Оп. 1. Д. 98. Л. 10–11;

Д.. 146. Л. 1–2;

Д. 363. Л. 11– 12;

Ф. 267. Оп. 1, Д. 6. Л. 12–13, 131–132.

4. НАРБ. Ф. 131. Оп. 1. Д. 635. Л. 66.

5. Материалы высочайше утвержденной под председательством статс секретаря Куломзина комиссии для исследования землевладения и земле пользования в Забайкальской области. СПб., 1898. Т. 13. С. 74.

6. История Бурят Монгольской АССР / Отв. ред. П.Т. Хаптаев. Улан Удэ: Бурят Монгльское книжное изд во, 1954. Т. 1. С. 190.

7. НАРБ. Ф. 129. Оп. 1. Д. 4030;

РГИА. Ф. 821. Оп. 8. Д. 1242. Л. 12.

8. Григорев М.П. Оро гидрологический очерк Агинской степи // Тру ды Агинской экспедиции. Иркутск, 1913. Вып. I. С. 52.

9. Григорев М.П. Климат. Труды Агинской экспедиции. Иркутск, 1913.

Вып. II. С. 13.

10. Материалы высочайше утвержденной под председательством статс секретаря Куломзина комиссии… С. 74–75, 81.

11. Gellner E. 1988. State and Society in Soviet Thought. Oxford: Oxford University Press.

12. Марков Г.Е. Кочевники Азии. Структура хозяйства и общественной организации. М.: Изд во МГУ, 1976.

Список сокращений ГАЧО — Государственный архив Читинской области, Чита.

НАРБ — Национальный архив Республики Бурятия, Улан Удэ.

РГИА — Российский государственный исторический архив, Санкт Петербург Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Р.У. Каримова К ВОПРОСУ О КОВРАХ УЙГУРОВ На территории Восточного Туркестана ковроделие развивалось с древности. Многочисленные находки ковровых изделий и инструмен тов для их изготовления в оазисах Восточного Туркестана датируют ся первыми веками новой эры. Они свидетельствуют о широком рас пространении здесь коврового производства. Фрагменты ранних ков ровых изделий, обнаруженных в развалинах поселений и захороне ниях, разнообразны в цветовом решении и украшены орнаментом гео метрического и стилизованного растительного характера.

Центрами ковроделия в Восточном Туркестане издревле являют ся Хотан, Яркенд и Кашгар. Особое место в ковровом производстве региона издавна принадлежит Хотану. В этом оазисе целые селения занимаются изготовлением тканых изделий, а в городах имеется множество больших мастерских.

Традиционные уйгурские ковры выполняются из шерсти, шер сти с хлопком и шелка. Шерстяные ковры ткутся из высококаче ственной шерсти овец тонкорунной породы. По сообщению извест ного исследователя азиатских ковров А. Фелькерзама, тонкорунную породу, дающую прекрасную шелковистую шерсть, похожую на шерсть туркменских овец, разводили отдельные племенные группы населения Восточного Туркестана. По данным английского посоль ства в 1873–1874 гг., шерсть из Турфана превосходила все прочие сорта в мире. Развитый с древности в Восточном Туркестане шелко вый промысел поставлял в нужном количестве сырье для шелковых ковров.

Уйгурские мастера используют станки горизонтальной и верти кальной конструкций, но большее распространение имеет верти кальный станок. Плотность вязки лучших уйгурских ковров в XIX– XX вв. достигает 1200 узлов на 1 кв. дм.

Уйгурские ковры отличаются большим разнообразием в орнамен тальном убранстве. Они украшены сложными композициями гео метрического, геометризованно растительного и геометризованно зооморфного узора. Особое место в этом композиционном разнооб разии принадлежит сюжетным коврам. Поскольку происхождение сюжетных мотивов в уйгурском ковроделии до сих пор остается воп росом нерешенным, нам представляется важным попытаться вне сти сюда некоторую ясность.

Сохранившиеся памятники древности и средневековья Восточ ного Туркестана, в особенности архитектурные сооружения буддий ского периода, донесли до нас великолепные образцы настенной ху дожественной росписи. Основные сюжеты росписей состояли из со Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН бытий земной жизни Будды, знакомящих верующих с его деяния ми и подвигами. Буддийское искусство было подчинено утвердив шимся канонам, однако восточно туркестанский его вариант имеет выраженную специфику, которая сказалась, прежде всего, в выбо ре композиций, влиянии местной традиции, воспроизводящей мес тный материал. Распространенным в настенных росписях являлось изображение Будды, восседающего на лотосе или ковре. На одной из фресок пещерного комплекса Мын уй изображена женщина, дер жащая в руках, по видимому, только что вытканный ковер. На ков ре изображены люди, святые и сам Будда.

Фрагменты древних ковровых изделий не могут дать сколько нибудь полного представления обо всем многообразии коврового де кора. Использование сюжетных композиций в оформлении ковров можно предположить исходя из распространенности и в XX в. сю жетных композиций в изобразительном искусстве Восточного Тур кестана, а также виртуозного владения мастерами техникой ковро вого ткачества. Не случайно, по видимому, известный исследователь уйгурских ковров Э.М. Исмаилова Мамедова усмотрела в одних ор наментальных элементах (ромбы) изображения воинов в доспехах, в других (растительные побеги) — ядовитых пресмыкающихся и насекомых.

Период распространения и господства ислама на территории Вос точного Туркестана внес важные изменения в развитие изобразитель ного искусства страны. Ислам не только направил искусство по ино му руслу, подчинил его иным мировоззренческим принципам, но и пытался искоренить всякое напоминание о прошлом инакомыслии.

Декоративное оформление ковровых изделий периода господства ислама сосредоточилось в орнаменте. Но поскольку за многовеко вое прошлое в ковровом ремесле успели сложиться и утвердиться традиции декора, отображающие народное понимание прекрасно го, не так то легко было с ними расстаться. Прежние образы про должают жить в изобразительном искусстве мусульманского пери ода, но уже не в реалистическом воспроизведении, а скрытые орна ментальной стилизацией. Ярким примером тому может служить старинный ковровый узор с «медальонами». Три медальона, состав ляющие композицию центрального поля, трактуются следующим образом: центральный — выделяющийся орнаментацией или цве том — мог представлять лотос сидение, на котором восседал Будда, а по его сторонам — две бодисатвы. Это излюбленные персонажи средневекового культового искусства Восточного Туркестана.

Сюжетные композиции исчезают в искусстве Восточного Турке стана на много веков, вплоть до XIX столетия. Привычный глазу мир изображений получает выражение исключительно в языке орнамен та, в отдельных элементах которого можно угадать прежние образы Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН излюбленных сюжетов. Можно отметить, что приверженность му сульманской религии в Восточном Туркестане никогда не отлича лась фанатизмом. Здесь мусульманам пришлось вести многовековую борьбу с буддизмом, и только в XIV в., после падения Турфанского идикутства — оплота буддизма, Восточный Туркестан стал вполне мусульманской страной.

В середине XVIII столетия Восточный Туркестан был захвачен Китаем и включен в состав Цинской империи. С этого времени в ис кусстве страны заметным становится широкое и целенаправленное наступление культуры Китая. И каким бы стойким ни было проти востояние чужеродной культуре, нельзя не отметить все же ее влия ние, в особенности на изобразительное творчество. Причиной тому стал активный товарообмен и приток на рынки Восточного Туркес тана изделий китайского художественного ремесла. В ковроделии Восточного Туркестана с этого периода появляются новые орнамен тальные типы ковров, новые элементы узора, новые художествен ные приемы. Однако новое не воспринималось механически, оно проходило процесс осмысления и отбора, в результате которого со вершенно чуждое отвергалось, близкое местному эстетическому мировосприятию заимствовалось. При этом заимствование тоже подвергалось трансформации, так что с течением времени оно уже осознавалось как собственное достояние.

Сохранившиеся до нашего времени ковры (вторая половина XIX– XX вв.), относимые специалистами к типу сюжетных, не отличают ся затейливостью повествовательной завязки, сюжетным разнооб разием. Некоторые распространенные композиции, на наш взгляд, сюжетными можно назвать лишь условно, принимая во внимание натуралистичность изображений персонажей животного мира на фоне натуралистичного же пейзажа. Композициям присуще отсут ствие динамики движения, выраженная статика.

В сюжетных коврах второй половины XIX–XX вв. изображают ся различные животные, птицы, сценки иллюстрации к народным сказкам и пр. В фондах Государственного музея искусств им. А. Ка стеева Республики Казахстан хранится хотанский шерстяной вор совый ковер, сюжет которого напоминает восточную сказку о том, как птицы выбирали себе царя. Какие только птицы не изображены на этом ковре: мудрый ворон, ласточки, дикие уточки, журавль, дрофа, сороки и фантастический полуорел полуфеникс. Сходный с описанным выше (варьируется видовое разнообразие персонажей) сюжетный ковер выставлен в экспозиции Центрального государ ственного музея Казахстана. Подобные ковры мы встречали в уй гурских семьях Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, эмигриро вавших из СУАР КНР (Восточный Туркестан) в 1950–1960 годах, и в лавках торговцев старинными изделиями в Кашгаре (СУАР КНР).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Такая распространенность, по видимому, говорит о большой попу лярности сюжета или же о том, что ковры изготовлены в одной мес тности и даже, возможно, в одной мастерской.

Распространенными можно считать ковры с изображением двух или группы птиц одного вида на островке или в водоеме среди пыш ной растительности. Птицы изображены в разных положениях: стоя, сидя (на кладке яиц?), в движении. Это как бы выхваченный худож ником райский уголок. Птицы: журавли, цапли, аисты, соловьи, ла сточки, скворцы, сороки, фазаны и, конечно же, излюбленные пав лины — представляют в основном местную фауну;

растительность — местную флору: раскидистое дерево чинары, гранатника в центре ос тровка, кувшинки, лотосы, стилизованные многолистники и пр.

О том, что птицы в прошлом были персонажами ковровых ком позиций, можно судить по образцам, где стилизация скрывает их в растительном орнаменте. На выставке уйгурского прикладного ис кусства, состоявшейся в 1977 г. в Государственном музее искусств Казахской ССР, экспонировался хотанский ковер с цветочным узо ром. Сердцевина каждого цветка, напоминающего розу, заключала в себе стилизованную фигурку сидящего лебедя.

Животный мир в сюжетных коврах представлен изображения ми коз, овец, тигров. Нам встречались великолепные ворсовые шел ковые ковры с фигурой идущего или крадущегося тигра, занимаю щего все центральное пространство изделия. Надо отметить, что тигр — самый мощный представитель дикой природы Восточного Туркестана, поэтому его образ запечатлен в различных жанрах мес тного творчества: сказаниях, песнях, изобразительном искусстве.

Животные чаще переданы очень реалистично, но иногда и с замет ной степенью стилизации.

Среди сюжетных композиций упоминаются ковры с изображе нием человека. Однако лично нам, как и автору статьи «Ковры уй гуров», они не встретились. О существовании таких ковров расска зывают уйгуры — выходцы из СУАР КНР.

В сюжетных коврах узорная композиция почти всегда состоит только из центрального поля, и если и есть в них бордюрное окайм ление, то оно очень скромное, не отвлекающее внимание от сюжета.


Узор часто подчеркивается контурной линией, которая, не выделя ясь на общем фоне, придает большую выразительность рисунку.

Контрастное оконтуривание узора, в древности многоцветное, в пос ледние века обычно темное, исследователи относят к одной из осо бенностей уйгурских ковров, придающей им своеобразную графич ность. Характерными особенностями являются также «масштаб ность узора при почти плакатной ясности и лаконичности изобрази тельных средств, определенная статичность рисунка в сочетании с яркой декоративностью».

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Композиция ковров с геометрическим, геометризованно расти тельным, геометризованно зооморфным узором состоит, как прави ло, из центрального поля и окаймления из нескольких бордюров.

В центральное поле вписываются ромбы, медальоны, заполненные цветочными розетками, мелкими ромбиками, листьями. Бордюры украшены меандровым узором, непрерывно вьющимися стеблями, осложненными цветами и листьями, рядами цветочных розеток, рогообразных завитков.

В коврах, где основным элементом орнамента являлся гранат, цен тральное поле полностью заполнено сеткой из разветвляющихся стеб лей гранатника с многочисленными плодами. Бордюрная часть гра натовых ковров обычно не перегружена, она состоит из одной или двух кайм и покрыта рядами цветочных розеток или рогообразных завит ков. В экспозиции выставки уйгурского прикладного искусства, орга низованной в 1978 г. Государственным музеем искусств Казахской ССР, был представлен яркендский шелковый ковер с гранатовым узо ром центрального поля и рогообразными завитками по бордюру В группе ковров с геометризованно растительным узором осо бый интерес представляют ковры с изображением в центральном поле цветочных кустов древовидных пионов. Фоновая поверхность центрального поля таких изделий обычно оставлена свободной, незаполненной.

Широкое распространение у уйгуров имели ковры, называемые «иран нусха», которые, судя по названию и узору, были восприня ты из иранского ковроткачества. Такие ковры декорированы сти лизованным растительно цветочным узором. Они имеют сходство с хорасанскими коврами. Центральное поле «иран нусха» украшено медальонами или ромбами, заполненными цветочным узором. Бор дюр ковров состоит из нескольких кайм различной ширины с геомет рическим и растительным орнаментом.

Разнообразны в орнаментальных композициях вазовые ковры, центральное поле которых украшено изображениями ваз на подстав ках, без подставок, с пышными букетами цветов и прочими атрибу тами. Рисунок таких ковров построен согласно принципу обратной перспективы, что характерно для народного искусства. Вазовые ков ры некоторые исследователи справедливо называют «китаизирован ными» и относят к более поздним по времени возникновения.

При изготовлении ковров уйгурские мастера зачастую не пользу ются трафаретами, поэтому многие ковры с геометризованно расти тельным узором отличает едва заметная асимметрия в узоре и кое где различная интерпретация одних и тех же орнаментальных эле ментов. Нам приходилось встречать достаточно много таких образ цов, тогда как Э.М. Исмаилова Мамедова, напротив, отмечает стро гую симметричность и точность узора в уйгурских коврах.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Цветовая гамма уйгурских ковров отличается большим разнооб разием. В прошлом уйгурские мастера красили пряжу растительны ми красителями. «Краска, извлеченная из кореньев особых трав, не линяла от солнца, не теряла цвета от воды, а даже, наоборот, со вре менем становилась еще ярче». В одном ковре часто используется бо лее десятка цветов, но это многообразие не создает излишней пестро ты, все краски гармонично сливаются в единую гамму. А. Фелькер зам так характеризует колорит уйгурских ковров: «Ковры из этих местностей не только отличаются богатством и разнообразием кра сок, но особенно красивыми тонами, каких мы в других местах Сред ней Азии не встречаем».

С периода древности в тканых изделиях Восточного Туркестана (ковры и шерстяные ткани) широко используются следующие цве та: желтый, грязно розовый, коричневый, красный, синий, белый, черный различных оттенков. Те же цвета мы находим и в современ ных ковровых изделиях. Цветовое оформление сюжетных ковров разнообразно. В некоторых коврах использованы яркие, контраст ные цвета. Излюбленное контрастное сочетание — красный цвет с синим. В шелковых коврах бордовый или изумрудно зеленый фон контрастирует с желтыми, белыми, красными и другими цветами рисунка. Однако для сюжетных композиций более характерным яв ляется изысканное сочетание сближенных тонов. В коврах, иллюс трирующих сказку о том, как птицы выбирали себе царя, основным цветом является размытый розовый, варьирующий от бледного до неяркого малинового цвета. Ковер, цветочный узор которого содер жит изображение лебедя, решен в теплых тонах. Здесь образующей колорит основой стал коричневый цвет с разнообразными перехода ми, от бежевого до интенсивного темно коричневого.

К сожалению, где то со второй половины XIX в. в ковровом про изводстве стали широко использоваться анилиновые красители.

Процесс окраски шерсти намного упростился, но благородная тра диционная гамма сменилась сочетанием ярких ядовитых красок. Это значительно снизило художественные качества ковровых изделий Восточного Туркестана.

Уйгурское ковроделие издавна имело выраженный характер то варного производства, оно более, чем другие виды художественного ремесла, было подвержено влияниям извне. Мастерам приходилось подстраиваться под запросы рынка и вкусы покупателей, поэтому в декоре ковров отмечается разнообразное воздействие других куль тур. Тем не менее специфика уйгурских ковровых изделий доста точно ярко проявляется в орнаментальном, цветовом убранстве, в стилевых особенностях. Уйгурские ковры и по сей день продол жают составлять самобытную ветвь восточного ковроделия.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ПОЛЕВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ, ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ, МУЗЕЕВЕДЕНИЕ О.Ю. Артемова ВИК ИНАНА* Несколько предварительных замечаний Еще в студенческие годы я обнаружила в Библиотеке им. Лени на уникальный сборник фольклорных рассказов «Мифы мункан», изданный австралийской исследовательницей У. Макконнел (1957).

Большинство текстов было записано в селении Аурукун в конце 1920 х. годов. Эти произведения на всю жизнь очаровали меня свой безыскусной красотой и правдивым отражением повседневных реа лий охотничье собирательского быта, вплетенных в немудреный сюжет тотемических мифов. Каноны мифа в них — лишь внешнее обрамление, а основное содержание — рассказы о том, как персона жи бродят в лесу, добывают пищу, едят и спят, женятся, влюбляют ся, ссорятся и дерутся, танцуют и поют. Иными словами, делают все то, что и создатели текстов. Не случайно У. Макконнел назвала их «Зеркало жизни». На текстах этого сборника У. Макконнел и на других ее публикациях об аборигенах группы вик была построена моя дипломная работа на историческом факультете МГУ (1975). За тем я перевела мифы мункан на русский язык, и в 1981 г. они были изданы отдельным сборником. Они же составили немалую долю ис точников моей кандидатской диссертации, защищенной в Институ те этнографии АН СССР в 1981 г. а также основанной на этой дис сертации монографии (1987). Таким образом, вик мункан — это группа коренных австралийцев, с которой на протяжении многих лет наиболее тесно были сопряжены мои профессиональные интере сы и романтические мечты о казавшейся недоступной Австралии.

Аурукун — его жители — до сих пор остается одной из наименее изу ченных групп коренного населения Австралии. Если аборигенам Север ной Территории посвящены чуть ли не сотни специальных работ, то або ригенам группы вик — всего несколько десятков, причем часть из них — это неопубликованные магистерские или докторские диссертации А. Фон Штюрмера, П. Саттона и Д. Мартина. Среди авторов опублико ванных работ помимо У. Макконел следует назвать Д. Томсона, Д. Мак найта, Б. Сайрес, а также уже упоминавшихся Саттона и Мартина.

* Буквально на языке вик мункана — «Вот это Вик» или «Вик теперь».

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН Вот почему я выбрала именно это место, когда случилось чудо: у меня появилась возможность поехать в поле к аборигенам Австра лии. Экспедиция была совершена в период с 11 октября по 28 нояб ря 2005 г. Аурукун — это Северный Квинсленд, 13 градусов южной широты, слияние рек Арчер и Уотсон, недалеко от залива Карпен тария, 600 км от г. Кэрнс. Вокруг никакого другого жилья. Основ ная этническая группа — вик мункан, хотя представлен и ряд дру гих: вик алкан, вик мунеа и др. Население приблизительной чис ленностью 1200 чел., из них не более 60 — белые австралийцы, глав ным образом занятые на руководящей работе.

Общая характеристика поселка и жизни его населения Поселок был основан в 1905 г. немецким миссионером. Плоский ландшафт. Тропический климат с двумя четко выраженными сезо нами, сухим (апрель ноябрь) и влажным (декабрь март). Поселок ок ружен эвкалиптовыми лесами. На его территории много специаль но культивируемых деревьев — кокосовых пальм, манговых дере вьев, магнолий и др. Почти все они были посажены в эпоху правле ния миссионеров и под их руководством.

Леса изобилуют птицами, змеями (в большинстве своем очень ядовитыми), сумчатыми и одичавшими свиньями, коровами, ло шадьми. Реки и болота полны рыбы, моллюсков, крабов. Очень мно гочисленны крокодилы, представляющие постоянную опасность для людей и животных.

Я прилетела в Аурукун из Кэрнса на маленьком самолете. В нем было всего девять пассажиров и пилот. Во время полета смотрела вниз на землю, немного фотографировала и записывала на видеопленку.


Совершенно пустынная гористая местность, я думала: будут пышные тропики, буйство зелени. Но нет. Сухая, почти безводная земля, лишь отдельные полувысохшие озера. Растительность кустообразная и при зрачные эвкалипты. Почти полное бездорожье на многие сотни кило метров. Потом подлетели к Аурукуну. Он расположен на совершенно плоской равнине неподалеку от устья очень крупной реки Арчер, ко торая впадает в залив Карпентария (а дальше Индийский океан). За лив был виден сверху, чудесная голубая вода, маленькие заливчики вроде фьордов. Самолет сел на полосу. У эфемерного сооружения сто яла группа аборигенов, одни встречали прилетевших родных, другие готовились сесть в самолет и лететь обратным рейсом в Кэрнс. Вокруг кокосовые пальмы. Жара, но ветерок. Сухо.

Еще в Кэрнсе перед вылетом я стала присматриваться к абориге нам, которые там бродили около маленького аэродрома, ожидали рейсов. Один был очень больной, еле ходил, нога распухла, босой и несчастный. Он улетел на другом самолете. Трое летели вместе со Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН мной. Двое мужчин и одна женщина. Выглядели очень мрачно, уны ло сосредоточенно на чем то своем. Но потом, когда я было устреми лась не в свой самолет, женщина подозвала меня к себе, сказала си деть рядом и ждать. Мы с ней познакомились. Она стала мной руко водить. Дэвид Мартин, антрополог из Канберры, прислал мне спи сок людей, с которыми мне хорошо бы пообщаться в Аурукуне. Я ей этот список показала, она была довольна, что ее он назвал мне одной из первых. В самолете нам дали легкий завтрак. Все поели, а моя новая знакомая свой завтрак не тронула. У полосы ее встречала дочь, взрослая девушка, но, быть может, немного психически нездоровая.

Моя знакомая отдала ей свой завтрак, и та тут же принялась есть.

Позже мои наблюдения согласовались с подозрением, что люди в Аурукуне зачастую не вполне сыты.

Аборигены, составляющие подавляющее большинство населения Аурукуна, — это представители разных этнических групп и кланов, искусственно объединенные вокруг протестантской миссии, которая просуществовала до начала 1970 х. годов. В настоящее время все они покинули свои традиционные охотничьи угодья, и охота, рыболов ство, собирательство перестали быть основой жизнеобеспечения, подвижный образ жизни сменился оседлым. В то же время значи тельная часть традиционных охотничьих угодий находится в соб ственности представителей различных кланов, и только они прини мают любые решения, касающиеся использования их земель, а так же посещения какими либо «несобственниками». Основным источ ником средств к существованию являются государственные денеж ные пособия. Некоторые аборигены работают по найму. Многие по лучают дивиденды с ведущихся на их землях разработках минераль ных богатств. Охота и рыболовство рассматриваются скорее как раз влечение и отдых, нежели как источник средств к существованию.

Поселок застроен стандартными бетонными домами: четыре ком наты, холл, кухня с газовой плитой, канализация и водопровод. При домах небольшие участки. Однако ввиду отсутствия навыков домаш ней жизни и чрезвычайной скученности (в одном стандартном доме помещается порой по пятнадцать и более человек) и дома, и земля, пред назначенная под палисадники, пребывают по большей части в плачев ном виде.

Одежда стандартная европейская. У женщин в хорошем состоя нии. Мужчины и в особенности дети выглядят менее ухоженно.

Продукты и одежду покупают в двух магазинах — продоволь ственном и промтоварном. Цены даже по масштабам Австралии чрез вычайно высоки.

Кроме того, имеется таверна с романтическим названием «У трех рек». Это заведение, где можно купить готовую еду и где, единствен но здесь, можно купить пиво и потребить на месте. Оно работает Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ежедневно с трех часов дня до семи вечера. В субботу — с утра до часу дня. В воскресенье закрыто. Причем те, кто продает пиво, ска жут сами, когда человеку уже хватит пить, и больше не дадут. За пределами таверны царит сухой закон. Пить нельзя никаких алко гольных напитков никому. Нельзя также привозить алкоголь из го рода. Нарушителям грозит не только штраф, но и лишение свободы сроком до двух лет.

Таверна представляет собой нечто вроде загона, хотя и неплохо внутри оборудованного: чистые столы и лавки, тропические рас тения в кадках, звучит приятная музыка, — где сидят все, кто ку пил пиво, почти исключительно аборигены. Трое или четверо огром ных белых охранников наблюдают за порядком. Я попыталась вой ти туда в первый же день по приезду. Не выпить, а исключительно в исследовательских целях, но охранники были недовольны, и тут же с банкой пива в руках прибежала моя знакомая по самолету и спро сила, что тебе, мол, тут понадобилось. Я проявила готовность рети роваться, но перед этим спросила, нельзя ли мне пойти посмотреть на реку, здесь поблизости причал, я слышала. Но было отвечено: иди ка туда, где живешь! Я так и сделала. Уходя, услышала звуки наме чающейся ссоры, но один из охранников быстро утихомирил кого то из мужчин аборигенов. Почему то остро вспомнились «Хижина дяди Тома» и «Маленькая Вера (танцплощадка)» одновременно.

Люди эти черные выглядят больными и несчастными, угрюмы ми, недовольными, усталыми, апатичными. Хотя в своем кругу ча сто громко смеются и громко включают музыку. А посторонним улы баются неохотно.

Несмотря на то, что жители Аурукуна уже по крайней мере в тре тьем поколении не являются охотниками/собирателями, они в по разительной степени сохраняют традиционную ментальность, мно гие черты традиционных социальных отношений и духовной куль туры. Все говорят на языке вик мункана, который вот уже в тече ние более ста лет является лингва франка обширного района запад ной части п ва Кейп Йорк. Язык охотников и собирателей, в кото ром нет числительных, сослагательного наклонения, неопределен ных местоимений и многого другого. Некоторые люди помимо вик мункана говорят на других аборигенных языках. Второй обязатель ный язык — английский, как в аборигенном варианте, так и стан дартном австралийском. Дети не говорят по английски до 4–5 лет.

Все взрослые жители Аурукуна имеют начальное или среднее обра зование. Однако уровень его сильно отстает от среднего австралийс кого. В поселке функционируют школа и детский сад.

Никаких человеческих отношений, кроме родственных, местные жители не признают. Мне тоже пришлось вписаться в эту систему, и я стала кому сестрой, кому дочерью, кому теткой, а кому и баб Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН кой. Я с трудом за три недели достигла ситуации (а всего у меня было семь недель), когда меня признали и допустили в свой круг некото рые уважаемые в среде аборигенов люди. В этом мне очень помог археолог Роджер Криб, приехавший на несколько дней в Аурукун по своим делам. Но и сблизившись с некоторыми аборигенами и бу дучи даже принятой в качестве родственницы в одно из семейств (меня «представили земле его предков», совершив особую церемо нию), я могла только наблюдать и задавать некоторые робкие воп росы по ходу наблюдаемого. Ни магнитофоном, ни блокнотами не пользовалась. Сразу после общения заносила все, что запомнила, в компьютер. Видеокамеру применяла только в экзотические момен ты, когда была уверена, что люди не будут недовольны, легко дадут разрешение на запись.

Никаких неприятностей, смертей и болезней, по убеждению жителей Аурукуна, просто так не бывает, все это пурри пурри. Кол довство. Дома, в которых кто то умер, закрывают на несколько ме сяцев, и не пользуются ими, пока не проведут особую церемонию.

Никто ничего не копит: ни денег, ни вещей, все циркулирует по кругу между родственниками. Либо все едят (и пьют, конечно, пьют даже прежде, а едят уж потом), либо у всех есть нечего и выпить не на что.

В пятницу получили деньги, в понедельник ни у кого денег нет. Игра в карты до полного самозабвения. А потом церковь и пение псалмов хором под электрогитару.

Например, в магазине ко мне подходит женщина. Явно хочет общаться. Привожу ее к себе. Видно, что голодная. Недавно была выплата, но она все в карты проиграла за ночь и еще в долгу оста лась. Откровенно рассказывает. Угощаю, чем могу. Такие эпизоды множатся.

Когда у людей в той или иной части поселка складывается «кар точный круг», то они забывают все. Играют ночи напролет, выиг рывают и проигрывают тысячи долларов, и не то что сами, а дети голодные целыми днями бродят. Та же женщина рассказывает: на прошлой неделе она выиграла в карты 3200 долларов. И что, говорю, нет уже? «Нет ничего. Еду купила всем, одежду купила, детям в Кэрнс деньги послала. Нету больше. А было много, в карманы сова ла, и еще за пазуху, все места для них не хватало. А в среду мне сно ва заплатят пенсию, но все деньги пойдут на музыку. Я музыку люб лю, выписала дисков на 400 долларов». И перечисляет, чьи. Я ни кого не знаю. Выдающиеся австралийские певцы и певицы.

Вот, сегодня пятница, выплата денег. Все получили, пошли за продуктами в магазин. В три часа откроется таверна. Что осталось после покупки продуктов, снесут туда или спустят в карты за ночь.

А ночь будет бурной! Утром повезут на «летающем докторе» в Кэрнс жертвы семейных и других «разборок». А в субботу таверна откры Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН та с 10 утра до часу дня. У кого остались деньги, те будут «спускать»

эти остатки. Потом будут продолжать выяснять испорченные в суб боту или накануне отношения. Ночь с субботы на воскресенье прой дет тоже бурно. В воскресенье, кто сможет, пойдет в церковь. Утрен няя служба солидная. Некоторые белые люди приходят. Ведет поли незийский священник. С архипелага Тувалу. Остальные будут спать.

Утро понедельника прекрасно своим деловым настроем. С шести утра звенят электропилы, ездят грузовики и джипы, потом дети шумно бегут в школу. Матери их ведут. А еще хорош вечер воскре сенья. В семь часов звонят к вечерней службе. Ее ведут местные свя щенники вик мункан. Приходят многие. Исключительно черные люди и я. Гитарист рядом с проповедником. И они поют псалмы по книге. Как поют! Хор консерватории так не сможет. И ни на что не похоже. Ритм ладонями отбивают, руками, поднятыми вверх, по чти как на рок концерте размахивают. Я записала на видеопленку одну вечернюю службу почти полностью. Вот бы служба в церкви была каждый день, а работа только по воскресеньям!

А еще одна из сотрудниц администрации собирает два раза в неде лю в церкви детские клубы. В одном — дети до 12 лет, а в другом — до 16. Она с ними играет, показывает развлекательные фильмы, а потом что то религиозное им рассказывает, сюжет из Старого или Нового За вета, поучительный, потом они это рисуют или раскрашивают уже го товый рисунок. Потом что то поют. Потом им дают по куску пирога или по пирожному и стакану напитка со льдом. Я с ужасом смотрю на этот лед (один почти лед, напитка мало) и на их простуженные кашля ющие лица, но тут эти вещи — холодное питье в жару и простуды — как то между собой не связывают. Некоторые дети (наверное, самые умные) потихоньку напиток выливают. Также они получают по воз душному шарику и по «раскраске». Им взять не во что, рук не хватает, у них все на землю летит. Но вообще это большой труд, который со трудница администрации почти в одиночку вытягивает. Печет все сама.

По семьдесят пирожных иногда. Пирожные для них праздник, ведь ничего такого здесь не продают, и матери не пекут ничего дома. Ма ленькие идут в клуб с охотой. А старшие немногочисленны, едва тя нутся, в течение часа собирается человек семь, так что иногда запус кают и малышей в старший клуб. Удивительный был эпизод. Руково дительница велела им петь что то о Христе, кажется, как его распяли за наши грехи («за мои, за твои, за твои, за твои — за наши!»). Пение сопровождалось отбиванием ритма на традиционных деревянных па лочках (клэп стикс), а кому их не хватило, те барабанили по столу.

Мальчишки просто неистовствали! Они — прирожденные музыканты, актеры и художники! Не трактористы и не подметальщики улиц.

Все жители Аурукуна — и дети, и взрослые — обожают музыку и покупают музыкальные центры от нескольких сотен до несколь Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ких тысяч долларов стоимостью, тратят сотни долларов на новые музыкальные диски, которые выписывают по почте из Кэрнса, Брис бена и других центров, знают множество современных певцов и груп пы, не только австралийские, но и другие, смотрят кино по телеви зору и называют детей в честь знаменитых актеров. Скажем, я знаю Настасью, шести лет, которая названа в честь Настасьи Кински;

уви дев изображение Мэриел Стрипп, узнают ее безошибочно. Обожают машины и моторные лодки, но следить за ними не могут, поэтому им постоянно не на чем ехать на рыбалку или на охоту, о которых они страстно мечтают. Не носят наручных часов и терпеть не могут «наблюдать» часы. С ними невозможно назначить свидание, они не приходят. Любят звонить по телефону, но не любят писать письма, даже учителя;

мусор бросают, где придется, за детьми следят очень мало, плохо кормят;

дети все время в пыли вместе собаками;

собак видимо невидимо, но их вообще не кормят, они больные и полумер твые, у детей из за этого кожные болезни. Вообще здоровье людей там расстроено, многие рано умирают и уже в пятьдесят стариками выглядят. От жары страдают гораздо больше, чем я, например;

рас слаблены, как будто бы быстро утомляются. Но если им интересно, то работают и в самый зной, скажем, изготовляют традиционные художественные предметы, плетут, режут по дереву. А подметать не любят, равно как и мыть полы в домах.

В поселке, как уже говорилось, имеется детский сад, там очень хорошо о детях заботятся, но туда ходят, я думаю, лишь немногие дети. Две группы: до двух лет, и до шести. В первой на восемь детей две воспитательницы, а во второй на 17 — три. Спят дети, что мне показалось очень разумным, когда хотят. Очень заинтересованы в питании, которое получают три раза, пока там находятся. А конец пребывания в два часа дня (начало в восемь). Сотрудница этого уч реждения подтвердила мое подозрение, что дети голодные: родите ли не умеют распределять деньги, да и тратят «не на то». С детьми поют (со старшими), танцуют, рисуют. Только одна постоянная вос питательница — белая молодая женщина, остальной весь штат — аборигенки. Некоторые получили сертификат или даже диплом спе циалиста по дошкольному воспитанию. Ездили учиться в Кэрнс. Все там у них на «советский» лад: вроде соцсоревнования — доска с фо тографиями лучших работников и их высказываниями, вроде: «Я работаю здесь, потому что люблю детей, а дома скучно!». Есть и вы веска «Работница дня». Там фото меняются.

В том же здании, но в отдельной комнате издается на английс ком языке нехитрым образом черно белый журнал Вик Инана (пос леднее слово, как я потом узнала, означает что то вроде «здесь», «те перь», «вот»), выходящий раз в две недели и стоящий один доллар.

Мне дали два номера, я прочла от корки до корки с огромным инте Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН ресом. Кстати, уже позднее я купила еще один номер и в нем прочла такое: «Детский автобус! Будьте дома, когда развозят детей. Детс кий автобус — не такси, и мы не станем высаживать детей в карточ ный круг». А на двери такое объявление: «Кто привел ребенка и не записал его в книгу, может не получить обратно». Или такое: «Не давно на пристани крокодил утащил двух собак. Берегите детей.

Скоро мы уберем крокодилов из наших угодьев».

Очень трогательно и живописно выглядят детишки на улицах.

Их видимо невидимо. Похоже, что всякий новый вик мункан при ветствуется в Аурукуне. А какая жизнь его ждет, это уж другой воп рос. Многие, босые, бредут по вечерам к таверне высматривать и выкрикивать своих отцов, а может, и матерей. Подростки делают то же самое, подъехав на велосипедах (там велосипеды, наверное, у всех и в неплохом состоянии) вплотную к решетке, незыблемым кольцом окружающей это заведение. Отдельные родители нехотя реагируют на своих чад, что то выкрикивая издалека.

Сплошь и рядом детишки рассаживаются посреди улицы прямо в пыли. Головки патлатые, платьица и штанишки разноцветные. Что то болтают по мункански, по английски такие (до пяти лет) почти не говорят, хотя понимают кое что. По словам одной белой дамы, кото рая, в свою очередь, повторяла заключения Барбары Сайерс (лингви ста), у современных детей язык вик мункана очень беден, плох.

Здоровье их в плачевном состоянии. Все время на земле, в пыли вместе с собаками, на которых ни одного здорового места вообще не отыщешь. Детские кашель и чихание слышаться непрерывно в лю бом месте, где их скопление. А вот плача почти не слышно, и роди тели их не одергивают, не кричат на них, не сердятся;

лишь слегка поправляют, очень спокойно, почти лениво, в помойку, скажем, у себя на глазах забираться не позволяют. Как устойчивы некоторые традиции! Пемитативное (от англ. permit — разрешать) воспитание, например. Для детей аборигенов до сих пор мало запретов. Я наблю дала такую сцену. В церкви должна была начаться служба. Звони ли в колокольчик (по сравнению с нашими колоколами это именно колокольчик), но народ не шел. Играл гитарист, входил и выходил священник. Тут забрел какой то курчавый мальчик. Пошел в алтарь и стал играть с искусственными цветами, которые в вазах стоят.

Вынет, помашет, о стол с кружевной скатертью потреплет, вставит вкривь и вкось, другой возьмет. Никто не сделал ни одной попытки прекратить это «святотатство». Только когда уже начали петь, ему спокойно сказали: «Саре, садись». Он нехотя сел. К слову: частые гости церкви — собаки. Их, правда, гонят, хотя лениво.

А сидение на земле! Дети садятся, где стоят, не задумываясь.

И этому никто не препятствует. Удивительно, ведь уже несколько поколений эти люди не ведут жизнь бродячих охотников собирате Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/01/978-5-88431-142-8/ © МАЭ РАН лей, неужели эти «телесные практики», «приемы пространственно го поведения» в крови, в генах? Что то этологическое? Взрослые предпочитают стулья, носят с собой легкие пластмассовые стулья туда, где предстоит сколько нибудь долго пробыть, но где же набрать ся стульев на такую ораву детей? Правда, власти призывают роди телей пользоваться подушками и подстилками. Но это делается толь ко на организованных властями мероприятиях.

Официальная организация власти Поселок и прилегающий к нему обширный район традиционных земель аборигенов группы вик формально управляется аборигенным Советом. Это выборный орган. В тайном голосовании принимают участие все члены сообщества. Восемь членов Совета исключитель но аборигены. Во главе — мэйор. Это также выборная должность.

Ротация происходит каждые четыре года. При Совете имеется Ис полнительный комитет. Его члены назначаются правительством штата Квинсленд. Это почти исключительно белые люди. Именно в их руках сосредоточена реальная власть в поселке и на всей терри тории Аурукуншире. Наибольшим влиянием пользуются председа тель комитета и его помощница.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.