авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 18 |
-- [ Страница 1 ] --

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН

© МАЭ РАН

удк 94+80+39+75/78(4-012.1)

ББк 63.5

с42

Утверждено к печати Ученым советом МАЭ РАН

Рецензенты:

д-р ист. наук, проф. а.н. кирпичников

д-р ист. наук н.В. Юхнёва Ответственные редакторы:

к.и.н. т.а. Шрадер к.и.н. и.Б. губанов Скандинавские чтения 2008 года / сост. т.а. Шрадер.

спб.: маэ Ран, 2010. 590 с.

С42 ISBN 978-5-88431-187-9 В сборнике опубликованы статьи, отражающие исторические процессы в скандинавских странах и финляндии, многовековые межэтнические кон такты народов северной европы, а также искусство, в том числе и народное, литературу и язык скандинавов. не забыты судьбы и отдельных личностей.

сборник рассчитан на широкий круг читателей, интересующихся историей и культурой стран северной европы.

УДК 94+80+39+75/78(4-012.1) ББК 63. На обложке: Камень из Лербро. Остров Готланд, IX в. н.э.

ISBN 978-5-88431-187-9 © маэ Ран, © Художественное оформление.

а. Харитонова, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН К ЧИТАТЕЛЮ Уважаемые читатели! Редакция сборника «Скандинавские чтения–2008»

предлагает вашему вниманию очередной выпуск, посвященный памяти доктора исторических наук, крупного скандинависта Игоря Павловича Ша скольского. Сборники скандинавских чтений выходят с середины 90-х гг.

XX века и уже успели заслужить признание читателей.

На этот раз мы стремились создать сборник, достойный памяти выдаю щегося ученого. Игорь Павлович Шаскольский был высочайшим профес сионалом в своей области, что не мешало ему быть ученым широчайших научных интересов. Поэтому не случайно, что в сборник вошли работы по традиционной народной культуре, истории, искусству, музыке Скандинав ских стран, международным контактам и связям. Статьи написаны как оте чественными специалистами, так и учеными из зарубежных стран.

Тематика статей сборника достаточно широка, как и хронологический охват — от глубокой древности до современности. Мы надеемся, что сбор ник будет интересен не только специалистам, но и широкому кругу читате лей, интересующихся историей культуры Северной Европы.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Игорь Павлович Шаскольский Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ПАМЯТИ ИГОРЯ ПАВЛОВИЧА ШАСКОЛЬСКОГО (1918–1995) (К 90-летию со дня рождения) Сборник «Скандинавские чтения–2008» посвящен 90-летию со дня рож дения одного из выдающихся историков-скандинавистов России Игоря Павловича Шаскольского.

Отец Игоря Павловича родился в семье провизора, который владел круп ной торговой фирмой под названием «Торговый дом “Борис Шаскольский”».

Этому дому принадлежало несколько аптекарских магазинов;

дольше всех просуществовала аптека, располагавшаяся по адресу: Невский проспект, дом 27, рядом с Казанским собором. Павел Борисович, один из четырех сыновей, после смерти отца возглавил фирму. Он был успешным предпри нимателем и очень образованным человеком, оказавшим большое влияние на выбор жизненного пути Игоря Павловича. После 1917 г. имущество тор гового дома было национализировано, торговля прекращена. С началом нэпа Павел Борисович вновь открыл аптекарский магазин на Невском, 27.

Обстоятельства, сложившиеся к 1929 г., заставили закрыть магазин, и Па вел Борисович, понимая необходимость уехать подальше от Ленинграда, выехал на Север, на Мурман, о. Кильдин, где в 1930 г. стал техническим руководителем Йодного бюро. В 1934 г. объединение «Северйод» произвело более 4,5 т йода. Но вскоре это предприятие было закрыто. Условия жиз ни на Севере были тяжелыми. Павел Борисович поддерживал постоянную связь с семьей, оставшейся в Ленинграде. Особенно доверительная перепи ска была между отцом и сыном, Игорем Павловичем. В 1933 г. на Кильдин к отцу приехал подросший сын Игорь, который в течение месяца знакомил ся с людьми, норвежскими колонистами, проживавшими в тот период на о. Кильдин. Мальчик с отцом, его сослуживцами выходил в море, вел дол гие беседы. Об этом удивительном для него времени Игорь Павлович сохра нил теплые воспоминания. Вероятно, именно тогда зародился его интерес к Северу, его людям, истории. Мама, Мария Платоновна, была из рода Мало земовых, один из представителей которого был воспитателем трех дочерей Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Павла I: Марии, Анны и Екатерины, а при Екатерине II получил дворянский титул. Мария Платоновна в советское время работала директором школы рабочей молодежи. Семья осталась жить в Ленинграде.

Игорь Павлович родился 31 октября 1918 г. в Петрограде. Учился в немец кой школе Петришуле (до ее закрытия), что дало ему возможность свободно владеть немецким языком, затем окончил ленинградскую среднюю школу.

Учился в Ленинградском университете на историческом факультете (1936– 1941). Учителями Игоря Павловича были известные историки — М.Д. При селков, С.Н. Валк, В.В. Мавродин и др. Он учился на двух отделениях — исто рическом и археологическом. В годы учебы в университете И.П. Шаскольский получил широкое, разностороннее образование. В высокопрофессиональной научной среде Игорь Павлович занимал творческую позицию, проводил са мостоятельные научные исследования, участвовал в работе научных кружков.

Но, к сожалению, вторая половина 1930-х гг. была сложной для исторической науки, так как «распоряжения и указания свыше» затрудняли и деформировали исследовательский процесс в этой области гуманитарных знаний.

Основная тема его научных интересов — отношения Руси со Скандинав скими странами в IX–XVIII вв. — сложилась рано. Эта проблема имела давние традиции в петербургской исторической школе. В трудах ученых того време ни — Г.В. Форстена, Ф.А. Брауна, В.А. Брима, Е.А. Рыдзевской — изучались скандинавские письменные источники и история русско-скандинавских отно шений IX–XIV вв. В.И. Равдоникас вводил в научный оборот скандинавские археологические памятники Восточной Европы. Эти работы предопределили глубокий интерес студента И.П. Шаскольского, который уже на III курсе под готовил рукопись «Борьба русского народа за невские берега», опубликован ную в 1940 г. в виде отдельной книги. В 1940–1941 гг. Игорь Павлович посвя тил ряд работ вопросу борьбы Руси с крестоносным движением с Запада, а также экспансии Швеции на Балтике в XIII в. Кроме того, в работах молодого ученого появился новый аспект — история финно-угорских народов Фин ляндии и Карелии, их взаимоотношения с Русью, в частности с Новгородом, борьба этих народов против шведской экспансии.

Окончив университет с отличием, Игорь Павлович, безусловно, продол жил бы обучение в аспирантуре. Но Великая Отечественная война разруши ла эти планы. По причине слабого зрения выпускник университета не был мобилизован на фронт, но работал в формированиях ПВО университета, на строительстве оборонительных сооружений у рубежей блокадного Ленингра да, за что позднее был награжден медалью «За оборону Ленинграда». В марте 1942 г. больной дистрофией Игорь Павлович был эвакуирован в Ярославль.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН В 1944 г., вернувшись в Ленинград, он поступил в аспирантуру историче ского факультета ЛГУ. Кандидатская диссертация на тему «Борьба Новгоро да со Швецией и Норвегией до 60-х годов XIII в.» была успешно защищена в 1947 г. Исследования по теме диссертации были опубликованы в ведущих изданиях того времени: «Вопросы истории» и «Исторические записки».

Сложные для интеллигенции Ленинграда послевоенные времена не дали возможности Игорю Павловичу начать работу в ленинградских научных центрах. С августа 1949 г. он работал старшим научным сотрудником Инсти тута истории, языка и литературы Карело-финской базы (вскоре филиала) Академии наук СССР в Петрозаводске. С этим институтам он сотрудничал с 1947 г. по подготовке трехтомного издания «История Карелии».

В 1949–1950 гг. широкое распространение в советской исторической науке получили темы крестоносной агрессии 1240–1242 гг. и шведской экспансии.

Но в отличие от псевдопатриотических, малограмотных работ ряда специа листов, получивших в то время широкое распространение, Игорь Павлович и его коллеги исследовали эти вопросы на академическом уровне, используя подлинные исторические материалы. Однако такие академические методы исследования и выводы не соответствовали «установкам свыше», в резуль тате в 1953 г. подготовленный к печати первый том был изъят, а авторы — обвинены в «недостаточно идейно-политической подготовке» и пр. Научная общественность поддержала ученого. В 1953 г. он был принят в штат Музея истории религии и атеизма в Ленинграде, а в 1956-м перешел на работу в Ле нинградское отделение Института истории АН СССР, вначале на должность младшего научного сотрудника, затем старшего, и далее ведущего. В 1955 г.

в Москве в академическом издании «Очерки истории СССР» были опубли кованы те разделы трехтомника, которые были «сурово оценены» в 1953 г.

Игорь Павлович углубился в раскрытие проблемы русско-шведских отно шений XVII в., и его научная работа отражена в большом количестве опубли кованных статей и монографий. Он не оставил без внимания тему истории финно-карельских народов Карелии, Финляндии и Ингерманландии (Ижор ской земли). В 1965 г. И.П. Шаскольский защитил докторскую диссертацию на тему «Столбовский мир 1617 г. и торговые отношения России со Шведским государством в первой половине XVII в.». Не обошел стороной Игорь Пав лович «варяжскую проблему», которая корнями уходит в XVIII в. «Варяж ская» или «норманнская» проблема — вопрос о роли скандинавов в истории Руси — с самого начала и на протяжении последующих веков подогревалась патриотическими и псевдопатриотическими кампаниями в России, антирус скими настроениями на Западе. Вначале Игорь Павлович занял активную Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН антинорманнскую позицию. Но по мере накопления фактического материала в этой сфере и в связи с появлением в 1960-е гг. работ молодых археологов — Г.С. Лебедева, В.А. Назаренко, И.В. Дубова, В.А. Булкина, объединенных семинаром Л.С. Клейнера на историческом факультете ЛГУ, — во взглядах Игоря Павловича произошла эволюция. Сохраняя критику идеалистических норманнских настроений, он пересмотрел свою позицию противостояния.

Приняв обобщающие направления молодых исследователей, Игорь Павло вич предложил Л.С. Клейнеру, Г.С. Лебедеву и В.А. Назаренко опубликовать статью с их выводами в сборнике «Исторические связи Скандинавии и Рос сии» (Л., 1970), ответственным редактором которого он являлся.

Другим интересным направлением деятельности Игоря Павловича была историческая география, которую он изучал в разных направлениях: этни ческом (Карелия, Финляндия, Восточная Прибалтика, Ингерманландия);

экономическом (торговые пути, экономическое районирование);

полити ческом;

топография городов и сельской местности;

топонимика;

история географических знаний, открытия. Исследования Игоря Павловича внесли большой вклад в определение цельного представления в этой области зна ний. Он прекрасно знал историю своего родного города — Петербурга– Ленинграда. С 1981 г. Игорь Павлович — председатель секции истории географических знаний Всесоюзного географического общества АН СССР (в настоящее время — Русское географическое общество).

Исследования Игоря Павловича получили широкую известность за ру бежом. Его научные труды публиковались в ведущих изданиях Скандинав ских стран, Германии, США, Польши и других государств.

Игорь Павлович воспитал целую плеяду учеников. Начиная с 1950 г. он ежегодно читал курс лекций по истории Скандинавских стран на филологи ческом факультете ЛГУ. В 1970-е гг. Игорь Павлович совместно с группой историков из Москвы участвовал в подготовке коллективных обобщающих трудов по истории Швеции и Норвегии. Широта знаний Игоря Павловича нашла отражение в разнообразных научных интересах его многочисленных аспирантов, организации международных конференций, симпозиумов, по священных истории Скандинавских стран и России.

Игорь Павлович всегда был доброжелательным, добрым человеком, ува жал мнения людей различных слоев общества, но нетерпимо относился к воинствующей некомпетентности, самомнению, непорядочности.

Научные работы Игоря Павловича — монографии, научные статьи (бо лее 300) — являются базой для молодых историков-скандинавистов, про должающих дело ученого высокой исследовательской культуры.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ПАМЯТИ МОИСЕЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА КОГАНА (1907–1982) Моисей Александрович Коган — видный советский историк скандинавист, доктор исторических наук. Он родился в 1907 г. в городе Браславе Подольской губернии. В 1937 г. окончил исторический факультет Ленинградского университета и начал свою научно-педагогическую дея тельность. В годы Великой Отечественной войны он, уйдя добровольцем на фронт, прошел путь от рядового до майора-переводчика штаба армии, был участником Сталинградской битвы и закончил войну в Праге, имел 6 пра вительственных наград. С 1945 г. до выхода на пенсию читал лекции в Пе динституте им. Покровского (где был деканом исторического факультета), а затем в Пединституте им. Герцена. В первые послевоенные годы им был разработан и читался первый в СССР курс истории Cкандинавских стран.

М.А. Коган был блестящим лектором, пользовался заслуженной любовью студентов.

Как скандинавист, М.А. Коган был единственным крупным советским ученым, занимавшимся проблемами истории Дании. Ему принадлежит серия работ по датской истории XVIII в., в том числе докторская диссер тация о просвещенном абсолютизме в Дании и реформах Струэнзе (1972).

М.А. Коган был также крупнейшим советским специалистом по истории путешествий и географических открытии скандинавских викингов;

им опубликована и серия статей с разоблачением фальсификаций по этой проблеме.

Долгие годы М.А. Коган пользовался заслуженным авторитетом среди историков-скандинавистов, много помогал научной молодежи. Он был уче ным с энциклопедическими знаниями, ярким и талантливым исследовате лем, добрым и благожелательным человеком.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Моисей Александрович Коган Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Из воспоминаний М.А. Когана Глубокое волнение охватывает, когда мы вступаем на территорию Герма нии. Шлагбаум. Первые немецкие дома. Они пусты, население панически бежало. Немцы испытывают теперь все ужасы войны у себя дома! А давно ли я читал в немецкой газете: «Благодаря превосходству нашей армии война бушует далеко от наших границ». Первые немецкие города. Здесь можно встретить и неубежавших немцев. Они робко взирают на нашу победонос ную армию. Белые флаги позора и капитуляции развеваются из окон домов.

Белые повязки носят немцы.

Узнаю, что неподалеку от города имеется рыцарский замок. Он виден на горе, километров три от меня. Отпросился у начальства и дошел до замка.

Закрыто, ни живой души. Но из трубы идет дым, кто-то живет. Стучу в во рота. Испуганный голос из-за ворот: «Вер да?» Говорю: «Русский офицер.

Откройте!»

Появился перепуганный смотритель замка. Он живет в комнате прямо в стене крепости. Мой немецкий язык позволил сломать лед, старик пошел показывать мне замок. Он поздний — XVII века, разрушен в Тридцатилет нюю войну (1618–1648), но все же можно увидеть палаты феодала, пыточ ную камеру, площадь для турниров, помещения для челяди, видна система обороны.

Старик вызывает жену. Рекомендует меня: «Господин майор говорит по немецки! Вы немец, господин майор?» Это была «пятерка» за немецкую речь. — «Я не немец, русский офицер». Старушка выносит фотографию и протягивает ее мне. Солдатская могила в снегу. Крест с овальной дощечкой, на вершине креста — солдатский шлем. Единственный сын погиб под Ста линградом. Не видел ли господин майор эту могилу? Сдерживаю улыбку, ведь это мать и материнское горе. Объясняю, что благодаря вашему фюреру таких могил в России миллионы. Возможно, я видел и эту могилу. Я обо ронял Сталинград. Тут оба старика заплакали навзрыд и стали проклинать «Гитлера и его банду, погубивших немецкий народ и Германию». Эти слова я слышал уже много раз, далеко не всегда они звучали искренне, но здесь я им поверил. Прощаюсь и ухожу.

*** 16 апреля начинается битва за Берлин. Соседний фронт форсирует Одер (Одру) и завязал ожесточенные бои за Зееловские высоты. Берлин слышит Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН гром наших пушек! Товарищи с нетерпением ожидают моего возвраще ния с узла связи — я приношу самые свежие новости от Генштаба, штаба фронта, соседей справа и слева. Офицеры разведотдела сразу бросаются к картам. Наступление наших войск на берлинском направлении необыкно венно эффектно на карте. Ясно виден наш замысел — окружение столицы Германии.

26 апреля идут уже уличные бои в Берлине. 30 апреля войска нашей и со седней армий освобождают крупный город Моравии — Моравску Остраву (ныне просто Острава). Важный промышленный центр (металлургия, ма шиностроение, автостроение, химия). Разрушений в городе немного, заво ды целы. Население с энтузиазмом встречает нас (это не Польша! И притом до 1968 г. еще двадцать три года...).

В автомобили летят цветы;

города и деревни в флагах СССР, Англии, США и Франции, но решительно преобладают флаги нашей страны. Тол пы людей на улицах даже ночью. Нет недостатка в помощниках, подрост ки взбираются на подножки и крылья машин, охотно указывают дорогу.

Их возгласы: «Поди!» вначале настораживают, но оказывается это просто «Внимание!» (буквально: «Смотри!») — предостережение, дорогу маши нам! У юношей горящие глаза, счастливые лица. Выпаливают заученные русские слова: «Мы вас ждали шесть лет!»

И бурлит весна. Незабываемая весна Великой Победы!

30 апреля слушаю немецкое радио (строго говоря, слушать вражеские передачи вроде бы и запрещалось всем, кроме особо назначенных для этого лиц, но война умирает, остались до Победы считанные дни, и с запретом не считаются).

Ловлю речь адмирала Деница о смерти Гитлера (не ясно, какой смертью он издох! По траурно-напыщенному тону речи Деница можно сделать вы вод о том, что фюрер Рейха пал в бою). Назначено по воле Гитлера новое правительство с Деницем во главе. Ни слова о капитуляции. Звоню пол ковнику, он не сразу мне верит, потом успокаивается и звонит командарму.

Вскоре уточнение немецких передач — Гитлер покончил с собой в бункере правительственной канцелярии, когда наши бойцы находились примерно в трехстах метрах от убежища фюрера рейха… Очевидно, нашим войскам был дан приказ захватить Гитлера живым;

это не удалось.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Раздел I ИЗ ИСТОРИИ СКАНДИНАВСКИХ СТРАН В.Г. Бурков ОРДЕНСКИЕ ЗНАКИ НА ГОСУДАРСТВЕННЫХ ГЕРБАХ СКАНДИНАВСКИХ СТРАН Среди неотъемлемых атрибутов государственности видное место зани мают наградные знаки отличия, или фалеронимы. Они достаточно часто входят как один из важнейших элементов в рисунок государственных гер бов мира. Как правило, это высшие фалеронимы этих стран. Ярким при мером тому являются государственные гербы Скандинавских стран: Дании, Швеции и Норвегии.

Большой государственный (королевский) герб Дании формировался на протяжении нескольких столетий и в окончательном варианте вокруг ге ральдического щита, разделенного на четыре части прямым бело-красным крестом, прочно закрепилось изображение цепей со знаками высших орде нов Датского королевства: Слона и Данеброга1.

Орден Слона является высшей и старейшей наградой Дании2. Согласно легенде орден был учрежден в 1190 г., в период правления короля Кнуда VI Вальдемарсена в знак победы датских рыцарей, участвовавших в крестовом походе, над сарацинами, использовавшими боевых слонов. Так, изображе ние слона как символа силы и военной мощи, мудрости и справедливости, а также как олицетворения редкости и исключительности стало эмблемой Дании3. На рубеже 50–60-х гг. ХV в. королем Христианом I было учреждено орденское братство Святой Девы Марии для лиц обоего пола, на которых возлагались знаки ордена Слона4. Королем Христианом V орден Слона был возобновлен и утвержден его статут5. Первоначально кавалерами ордена мог ли стать не более 30 человек: монархи, наследники престола, а также мини стры и генералы лютеранского вероисповедания. Для получения орденских знаков полагалось прежде быть удостоенным знаков ордена Данеброга.

Орден Слона, сохранившийся до наших дней, имеет одну степень, и его знаки состоят из ленты, цепи, знака и звезды. Знак ордена Слона пред Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ставляет собой объемную фигуру золотого слона из белой эмали с роспи сью на ней. Слон покрыт голубой попоной, на которой с одной стороны находится равноконечный прямой крест из пяти драгоценных камней, а с другой — королевская корона. Под короной изображены инициалы правя щих монархов, во время правления которых вручался знак ордена. На спине слона между ободками с драгоценными камнями помещена башенка, рас крашенная красно-кирпичной и белой эмалью в виде кирпичной кладки.

Над башенкой — золотое с эмалью кольцо для подвески орденского знака к ленте или цепи. На шее слона — фигурка погонщика с копьем в руке. На лбу слона — драгоценный камень прямоугольной формы. 28 июня 1808 г. Ука зом короля Фредерика VI были введены два варианта слонов — большой и малый6. (Большой выдавался владетельным государям и членам их семей, а малый — всем остальным.) Знак ордена носится у левого бедра на орденской плечной ленте, а в осо бо торжественных случаях — на орденской цепи. Орденская лента имеет светло-голубой цвет и носится через правое плечо. Орденская цепь состоит из 21 золотой фигуры слона с буквой D (Дания) на боку и 21 золотой баш ни между слонами. Слоны и башни соединены двумя золотыми цепочками сверху и снизу. Знак ордена крепится к маленькой золотой цепочке, подве шенной к хоботам двух слонов из орденской цепи.

Орденская звезда — восьмиконечная, серебряная, в центре которой на красном фоне с золотым обрамлением изображен прямой крест с удли ненной нижней перекладиной в серебряном лавровом венке. В XVIII в.

существовали шитые из круглых серебряных пластинок орденские звез ды. В ее центре на желтом бархатном поле помещалась большая розетка с четырехконечным крестом в обрамлении лавровых ветвей, перевязанных вверху и внизу золотыми лентами. Орденская звезда носится на левой сто роне груди.

Кроме того, для кавалеров ордена Слона существовал специальный ор денский костюм: куртка и панталоны из белого атласа с золотыми круга ми, кавалерский плащ из пурпурного бархата с белой атласной подклад кой, длинным шлейфом (для монарших особ) и широкой пелериной вокруг шеи. На левой стороне плаща помещалась орденская звезда. На голову одевалась шляпа из пурпурного бархата с белыми и красными перьями и с белым султаном.

Девиз ордена: Magnanimi Pretrum (Награда за великодушие). Орденский праздник — 31 декабря.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Среди кавалеров ордена Слона (кроме представителей Датского королев ского дома) были император Наполеон I, российские императоры Петр I, Петр III, Александр I, Николай I, Александр I, Александр II, Александр III, Николай II, светлейшие князья А.Д. Меншиков и Г.А. Потемкин, министры иностранных дел России канцлер А.М. Горчаков и Н.К. Гирс, российские послы при датском дворе В.Л. Долгорукий и А.Б. Куракин, президент Во енной коллегии генерал-фельдмаршал А.И. Репнин и др.

Вторым орденским знаком, изображенным на Большом королевском гербе Дании, является орден Данеброга (датского знамени)7.Смысловой основой ордена стало государственное знамя (флаг) Дании. Оно появилось 15 июня 1219 г. во время битвы датчан с эстами у крепости Линданисе. Тог да же, в 1219 г., датским королем Вальдемаром II Победителем был учреж ден непосредственно связанный с датским знаменем старейший в Европе орден Данеброга. 12 октября 1671 г. королем Христианом V орден был «воз обновлен» и в 1693 г. утвержден его статут8. По нему членами ордена могли стать не более 50 кавалеров, имеющих дворянский герб. 28 июня 1808 г.

король Фредерик VI установил четыре класса (степени) ордена Данеброга:

великие командоры с титулом «превосходительства» и правом на получение воинского звания генерал-лейтенанта;

кавалеры Большого креста (генерал майоры);

командоры и кавалеры9. Кроме того, при ордене был учрежден знак отличия ордена — Крест Заслуг (Dannebrogsmoend), которым могли быть награждены лица любого сословия, пожалованные за особые труды и заслуги. С 1812 г. его могли получить и кавалеры ордена, начиная со II клас са (степени), т.е. кавалеры Большого креста. Тогда же, 28 июня 1808 г., Фре дериком VI был учрежден Капитул королевских орденов Дании, занимаю щийся всеми наградными делами страны.

Знаки ордена Данеброга I степени (для великих командоров) состоят из плечной ленты, цепи, знака и звезды. Знак ордена I степени представляет собой вытянутый четырехконечный (с расширяющимися концами) золотой крест, покрытый белой эмалью с красной эмалевой и золотой каймой по краям. В верхней части лицевой стороны креста — королевский вензель, подвешенный к королевской короне. Между сторонами креста — королев ские короны. В центре — инициал короля Вальдемара II под короной: «W».

На оборотной стороне креста — даты установлений ордена: 1219, 1671 и 1808. Знак носится на орденской плечной ленте белого цвета с красными полосками по краям у правого бедра. В особо торжественных случаях знак носится на золотой орденской цепи, состоящей из трех чередующихся зве Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ньев: монограммы короля Христиана V под короной, такой же монограммы короля Вальдемара II и орденских крестов. Кроме этого, великие командо ры (кавалеры ордена Данеброга I степени) носят на правой стороне груди орденскую восьмиконечную серебряную звезду с наложенным поверх нее знаком ордена без короны с надписью на концах креста: «Gud og Kongen»

(«Бог и король»).

Знаки ордена Данеброга II степени (для кавалеров Большого креста) со стоят из орденской шейной ленты, знака и звезды. Знак ордена II степени повторяет знак ордена I степени, но на лицевой стороне, на концах креста, есть надпись: «Gud og Kongen». Орденская звезда для кавалеров Большого креста носится на правой стороне груди и представляет собой серебряный увеличенный крест, подобный знаку ордена без корон и покрытый черной эмалью с многочисленными белыми кружками.

Знаки ордена Данеброга III степени (для командоров) состоят из орден ской шейной ленты и знака. Кавалеры ордена IV степени носят орденский знак в петлице на прямоугольной орденской ленте.

Знак отличия ордена — Крест заслуг — имеет такой же внешний вид, что и орденские знаки II, III и IV степеней, но он изготавливается из серебра и не имеет эмали. Носится в петлице на прямоугольной орденской ленте.

Для великих командоров (т.е. для кавалеров ордена I степени) была уста новлена орденская одежда: белая куртка и белые панталоны до колен, белые шелковые чулки с вышитыми золотыми и серебряными подвязками. Черная шляпа с тремя рядами белых и розовых перьев. Длинная мантия розового бархата, отороченная белым атласом, с маленькой пелериной из белого ат ласа, двумя длинными шнурами из белого и розового шелка с бахромой. На правой стороне мантии — вышитая орденская звезда.

Девиз ордена Данеброга: «Pietati et Justitiae» («Благочестие и справедли вость»). Орденский праздник — 15 апреля (день рождения короля Христиа на V, который восстановил орден в 1671 г. и утвердил в 1693 г. его статут).

Орденская церковь — Фредериксборгская церковь в Копенгагене.

Среди кавалеров ордена Данеброга были и российские подданные, на пример министр иностранных дел Н.К. Гирс, министры Императорского двора и уделов, канцлеры императорских и царских орденов А.В. Адлер берг, В.Б. Фредерикс и др.

На государственном гербе Швеции орден Серафимов появился после Шведско-норвежской войны 1814 г., когда Норвегия была вынуждена за ключить унию со Швецией. Основным геральдическим определением Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН шведско-норвежского государства стал объединенный герб, в центре кото рого располагался щит, разделенный по вертикали на две части. В одной части на синем поле располагались три золотые шведские короны, а в дру гой — на красном поле изображение норвежского золотого коронованного льва Св. Олафа. Обрамлением щита служила золотая цепь со знаком старей шего и высшего ордена Швеции — ордена Серафимов. После расторжения в 1905 г. унии между Швецией и Норвегией 15 мая 1908 г. были утверждены Большой и Малый государственные гербы Шведского королевства. И в том, и в другом гербах геральдический щит окаймляла цепь со знаком ордена Серафимов.

Установление шведского ордена Серафимов относится ко времени прав ления короля Магнуса Виргерсона (Ладулоса) I — 28 апреля 1285 г. 23 фев раля 1748 г. орден был возобновлен королем Фредериком I10. По статуту знаки этой высшей награды Швеции могли получить владетельные госуда ри, принцы королевской крови и те, кто своими заслугами дослужились до первых чинов в государстве. Орден имеет одну степень и его кавалерами могут быть 24 шведских рыцаря и 8 иностранных, не считая императоров и королей с их сыновьями, а также принцев-регентов и их старших сыновей.

К знакам ордена Серафимов относятся: знак ордена, звезда, плечная лента и цепь. Знак ордена представляет собой золотой мальтийский крест, концы которого покрыты белой эмалью. В центре орденского знака поме щен синий круг с тремя белыми латинскими буквами: JHS (Jesus Hominum Salvator — Иисус спаситель людей) и белым прямым крестом. По сторонам креста и под буквами помещены три золотые короны. Под нижней коро ной — три золотых гвоздя Христа. На углах четырехугольника расположены золотые патриаршие кресты, а между ними — золотые головки серафимов (ангелов высшего ранга, особо приближенных к престолу Бога и Его про славляющие). Белый орденский восьмиконечный крест в золотой оправе с золотыми шариками на концах венчает золотая королевская корона. На обо ротной стороне орденского знака, в центре, на голубом поле помещены бук вы: FRS (Frederic Rex Sveciae — Фредерик, король Швеции). Знак носится на плечной голубой ленте у левого бедра. В особо торжественных случаях знак носится на орденской золотой цепи, состоящей из двух чередующихся звеньев: 11 золотых головок серафимов с открытыми крыльями и 11 синих эмалевых патриарших крестов, соединенных золотыми кольцами.

Звезда ордена представляет собой серебряный мальтийский крест, по вторяющий лицевую сторону знака ордена, но без короны. Орденская звез Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН да носится на левой стороне груди. В XVIII в. существовали «шитые» ор денские звезды.

Кроме того, орденские знаки могут быть украшены бриллиантами, что составляет высшую степень ордена. (Как правило, бриллиантовые знаки ор дена выдаются монархам и членам их семей.) Для кавалеров ордена Серафимов была установлена особая орденская одежда: мантия из черного атласа с белой атласной подкладкой и орденской звездой на левой стороне груди;

шляпа из черного бархата с четырьмя белы ми перьями и одним черным.

Девиз ордена: «Jesus Hominum Salvator» («Иисус спаситель людей»).

Орденский праздник — 28 апреля — день учреждения ордена. Орден ская церковь — Риддархольмский собор в Стокгольме.

Орден Серафимов предназначается «в воздаяние за гений, ученость, мужество и храбрость». Иностранцы удостаиваются этого ордена «в знак дружбы и уважения», а шведы — за «оказание в высшей степени большие услуги обществу и достойные занимать первые места в государстве». По статуту «кавалеры ордена являются одновременно и командорами орденов Его Королевского Величества, так как орден Серафимов заключает в себе также остальные младшие Его Королевского Величества ордена Меча и Полярной».

Среди кавалеров ордена Серафимов были: Наполеон I, российские мо нархи Екатерина II, Александр I, Николай I, Александр II, Александр III, Николай II, министры иностранных дел России А.Я. Будберг, Н.П. Румян цев, К.В. Несельроде, А.М. Горчаков, Н.К. Гирс, А.П. Извольский, С.Д. Са зонов, председатель Совета министров Российской империи П.А. Столы пин, светлейший князь Г.А. Потемкин, генерал-губернаторы Финляндии А.С. Меншиков и Ф.Ф. Берг, военный министр Д.А. Милютин и др.

Высшая награда Норвегии — орден Св. Олафа — появляется на Боль шом государственном (королевском) гербе этой страны 14 декабря 1905 г., когда после расторжения в 1905 г. унии со Швецией была провозглашена независимость Норвегии и утверждены ее основные государственные сим волы — государственный герб и флаг. С этого времени цепь со знаком ор дена Св. Олафа обрамляет геральдический щит с изображением древнего норвежского герба конца XIII в.

Орден Святого Олафа был учрежден 21 августа 1847 г. шведским и нор вежским королем Оскаром II в память о древнем короле Норвегии Св. Ола фе, который в начале XI в. завершил утверждение христианства в стране11.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Орден имеет три степени и предназначен для награждения за военные и гражданские заслуги.

Знаки ордена I степени (для кавалеров Большого креста) включают:

орденский знак, ленту, цепь и орденскую звезду. Знак ордена представля ет собой золотой мальтийский крест, покрытый белой эмалью с золотой каймой и золотыми шариками на концах, увенчанный золотой короной.

Между сторонами креста — шифр шведских королей (до 1906 г.) и го тический инициал Св. Олафа после 1906 г. под короной. В центре ли цевой стороны орденского креста, в красном круге, имеющем голубой ободок с белыми краями, изображен золотой коронованный норвежский лев Св. Олафа с серебряным топориком в передних лапах. На оборотной стороне в середине креста в круглом медальоне, покрытом красной эма лью, золотыми буквами выгравирован девиз ордена: «Ret og Sandhed»

(«Право и истина»). После 1906 г. на навершии королевской короны была помещена золотая фигурка норвежского льва Св. Олафа с топориком в передних лапах. Орденский крест I степени носится на плечной орден ской ленте красного цвета с белой, голубой и белой полосками по краю у левого бедра. В особо торжественных случаях знак ордена I степени носится на золотой орденской цепи, состоящей из чередующихся основ ных трех звеньев: золотой, увенчанной короной буквы «О», красного гербового коронованного щита с изображением золотого льва Св. Олафа и золотого трехлистного креста, окруженного с двух сторон золотыми топорами. Кроме этого, кавалерам Большого креста вручается серебря ная восьмиконечная орденская звезда с наложенным поверх нее знаком ордена без короны. Звезда носится на левой стороне груди. Членам им ператорских и королевских домов вручаются знаки ордена, украшенные бриллиантами.

Знаки ордена Св. Олафа II степени (для командоров) состоят из знака, звезды и орденской шейной ленты. Знак ордена II степени такой же, что и знак I степени, а звезда представляет собой серебряный мальтийский крест, повторяющий внешний вид знака ордена, но без короны. Звезда располага ется на левой стороне груди. Для кавалеров ордена III степени предназнача ется орденский крест (такой же, что и I и II степени) для ношения на груди на орденской ленте. При награждении за военные отличия на знаке ордена размещаются скрещенные мечи под короной.

Среди кавалеров ордена Св. Олафа был и министр иностранных дел Рос сии Н.К. Гирс.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН В заключение можно отметить, что в ряду основных геральдических символов стран мира, какими являются государственные гербы, в рисунках которых присутствуют фалеронимы, скандинавские государственные (ко ролевские) гербы Дании, Швеции и Норвегии занимают особое место. Они относятся к древнейшим европейским государственным символам и ярко отражают историю и культуру этих стран.

*** Rying B., Fabritius A. The Monarchy symbols, national anthems. Copenhagen, 1980.

Berlien J. Der Elephanten-Orden und seine Ritter. Kopenhagen;

Biorn P. Nye Samling over Riddere af Elephant og Dannebrog Ordenen fra Aar 1660–1776. Kobenhavn, 1776;

Cassel P. Der Elephantenorden und seiner Symbolik. Berlin. 1868;

Jargensen P. Danish Orders and Medals. Co penhagen, 1964.

Тогда же, в 1190 г., при датском короле Кнуде VI Вальдемарсене появился первый герб Дании: три коронованных синих леопардовых льва с красными языками, один под другим на золотом поле с девятью красными сердцами. Это изображение сохранилось в гербе Дании при всех правителях и дошло до наших дней в виде Государственного герба Дании, а также первой и четвертой частей королевского герба Дании.

Спасский И.Г. Иностранные и русские ордена до 1917 года. Л., 1963. С. 54.

Гаврилова Л.М., Левин С.С. Европейские ордена в России. М., 2007. С. 151.

Там же.

Chistensen R. Danske Ordensinsigner. Naestved, 1998;

Werlauff E.C. Om Danebrog og Dane brogsordenen, en Historisk under-sogelse. Kobenhavn, 1872.

Гаврилова Л.М., Левин С.С. Указ. соч. С. 154.

Там же.

Там же. С. 220;

Akker H. Sweden-Statutes for the Royal Orders of the Seraphim and Northem Star. Delft, 1978;

Lowenhielm F. Seramerorden i Riddarholmskyrkan. Stockholm, 1990;

Tibell G.

Seraphimerordens Historia. Stockholm, 1826.

Гаврилова Л.М., Левин С.С. Указ. соч. С. 179.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Е.Р. Михайлова ГЕРМАНСКИЕ БРАСЛЕТЫ ИЗ МОГИЛЬНИКА ВОЛОДИ БЛИЗ ПСКОВА Одной из самых заметных археологических культур эпохи раннего Сред невековья на Северо-Западе России является культура псковских длинных курганов (далее — КПДК). Она возникла в середине I тыс. н.э. и существо вала вплоть до начала II тыс.

Формирование культуры псковских длинных курганов большинство ис следователей сейчас связывают с событиями эпохи Великого переселения народов, однако как конкретные обстоятельства, так и точная датировка это го процесса пока остаются предметом дискуссии.

Уточнить время возникновения КПДК помогают немногочисленные ранние находки. К ним относятся: округлые бронзовые пряжки с хоботко видным язычком с поперечным рифлением;

пряжки с рифленой В-образной рамкой;

крапчатые стеклянные бусы;

округлые бусы из глухого темно красного стекла;

костяные гребни с горбатой спинкой;

орнаментированная расчесами керамика типа Заозерье–Узмень.

Общее число таких ранних предметов в памятниках КПДК невелико, и тем большее значение приобретают сведения о каждой находке. В этой свя зи интересен могильник, из которого происходит целая серия чрезвычайно ранних для этой культуры предметов. Этот памятник до сих пор остается неопубликованным, хотя сведения о нем вошли в основные обобщающие труды по культуре псковских длинных курганов1.

Курганная группа близ не существующей ныне деревни Володи (терри тория Псковского р-на Псковской обл.) состояла из 28 насыпей. В 1940 г.

Н.Н. Чернягин раскопал здесь 4 длинных кургана2.

В 1995 г. памятник был вновь обследован Б.Н. Харлашовым. К этому времени в могильнике насчитывалось 24 кургана, расположенных на воз вышенности между правым берегом р. Толбы и впадающим в нее ручьем:

18 округлых насыпей (диаметром от 7–8 до 10 м, высотой от 0,8 до 1,4 м) и длинных (наиболее крупная из них имеет размеры 8,5 32 м при высоте до 1,5 м). Курганы расположены двумя компактными скоплениями, разделен ными промежутком в 60 м;

в обеих частях могильника овальные и длинные насыпи вытянуты вдоль лесной дороги, в направлении с северо-запада на юго-восток3.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. 1. Серебряные браслеты из кургана 4 могильника Володи.

Рисунок А.А. Александрова, публикуется с любезного разрешения автора Раскопанный Н.Н. Чернягиным курган № 4 представлял собой невысо кую валообразную насыпь размером 6,6–7,6 16,8 м и высотой 0,8–0,9 м.

По всему основанию насыпи залегал непрерывный слой погребенной по чвы (белого подзолистого песка), следовательно, курган был возведен в один прием.

Два серебряных браслета, о которых пойдет речь, происходят из погре бения № 2 (захоронение взрослой женщины) и ныне хранятся в фондах Псковского музея-заповедника. Это найденные среди пережженных костей «два серебряных браслета, проволочных с заходящими концами, из которых один пластинчатый орнаментирован треугольниками в два ряда, разделен ных продольной выпуклой бровкой, другой тонкий, сегментовидный в се чении, орнаментирован круглыми углублениями. Браслеты были сложены вместе и стояли на ребре. Рядом со скоплением на участке, где попадались отдельные кости, найдена бронзовая спиралька»4.

В других погребениях того же кургана были найдены крупный лепной керамический сосуд баночной формы (погребение № 1) и овальная железная пряжка (погребение № 3). Оба предмета узкой датировке не поддаются.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Браслеты из кургана в Володях для культуры псковских длинных кур ганов нехарактерны. В первую очередь обращает на себя внимание их ма териал — высокопробное серебро. Серебряные вещи в КПДК крайне не многочисленны. Их количество исчисляется единицами, и почти все они представляют собой небольшие вещицы из проволоки или тонкого метал лического листа.

Каждый браслет имеет форму полутораоборотной спирали. Сечение спи рали на разных участках различно: один конец приблизительно на треть дли ны браслета расплющен в пластину, окончание которой закручено в трубоч ку;

сечение другого конца, также на треть общей длины, плоско-выпуклое.

Пластинчатый конец снабжен продольными ребрами, вдоль которых идут параллельные линии орнамента. Центральная часть браслета — круглый в сечении дрот.

В целом браслеты с пластинчатыми концами, снабженными продоль ным ребром и часто украшенными гравированным орнаментом, не редки на территории Восточной и Северной Европы. В частности, они хорошо известны на территории Прибалтики начиная с римского времени и вплоть до VIII–IX вв. Можно указать такие находки в Эстонии5, Латвии и Литве6, Финляндии7.

В VIII–IX вв. браслеты с расширенными пластинчатыми концами с про дольным ребром распространяются и в бассейне Днепра. Здесь они извест ны в смоленских длинных курганах8 и в памятниках роменской культуры9.

Примечательна находка парных браслетов с продольным ребром в погребе нии № 1 могильника у с. Волынцево: браслеты без следов воздействия огня были положены на остатки трупосожжения сверху10, аналогично находке в Володях.

Однако у браслетов из Володей есть существенная особенность, отли чающая их от всех прочих, — их несимметричность. Они выглядят так, как будто их прототипом стал разрубленный пополам спиральный браслет с одинаковыми уплощенными концами.

Крупные спиральные браслеты и шейные гривны с плоскими с продоль ным ребром, орнаментированными концами различного завершения из вестны в древностях Центральной и Северной Европы начиная с римского времени. Как правило, это роскошные золотые вещи, которые могли в пер вую очередь стать объектом для подражания.

Речь идет о браслетах из германских памятников бассейна Балтий ского моря — так наз. djurhuvudringar, или ormhuvudringar. Это закру ченные в спираль крупные кольца с круглой в сечении средней частью Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН и уплощенными концами, покрытыми штемпельным орнаментом, часто с продольным ребром. Завершаются концы стилизованными звериными головками. Основной район их распространения — шведская провинция Уппланд и балтийские острова Эланд, Готланд, Фюнен и Зеланд, единич ные находки таких колец известны на территории Финляндии, Пруссии и Эстонии11.

Такие золотые кольца в Северной Европе датируются в основном III — пер вой половиной IV в., но часто они становились сокровищами и переживали свое время. Они были встречены, в частности, в камерном захоронении в могильнике Туна в Баделунда (Швеция). Богатое женское погребение со держало две золотые гривны (или браслета) рассматриваемого типа, рим ский котелок, синие биконические бусы и стеклянный кубок с поддоном, украшенный накладными нитями. По мнению Эрика Нилена, набор вещей (в том числе золотые гривны) позволяет датировать захоронение временем ок. 300 г. или несколько позднее12.

Сравнительно немногочисленные экземпляры были выполнены из брон зы. В частности, фрагменты таких браслетов были встречены в составе найденного в 1887 г. в Вестерботнии, у дер. Сторкойе, клада бронзовых украшений. Одна из фибул этого клада — поздний экземпляр эстляндско лифляндской подсерии глазчатых фибул, у других украшений также есть прототипы на территории Эстонии. По мнению автора публикации, клад оказался в земле в первой половине IV в. и является свидетельством прямых торговых связей между Вестерботнией и Прибалтикой, скорее всего Север ной Эстонией, в римское время13.

Серебряные браслеты такого облика единичны, но известны. Например, можно назвать фрагмент такого кольца из могильника Саха в Эстонии (Ха рьюмаа)14.

Несмотря на всю необычность своего облика, браслеты из Володей не уникальны в памятниках культуры псковских длинных курганов. Очень по хожий браслет был встречен при раскопках С.Г. Попова на городище Сто рожинец15.

Сторожинецкий браслет был изготовлен из бронзы и тоже орнаменти рован, хотя и выглядит более «простым» по сравнению с дорогими экзем плярами из Володей. Он найден при расчистке постройки, стоявшей на юго-восточном краю площадки городища. Помимо браслета, в пределах постройки были собраны: двенадцать 14-гранных бусин из синего стек ла с четкими или «мягкими» гранями, часть бронзового язычка пряжки, другие металлические предметы и черепки лепных сосудов. Постройка на Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН основании данных радиоуглеродного анализа датируется второй полови ной VI — первой четвертью VII в. (554…624 cal AD)16.

Известен обломок еще одного такого браслета, также из бронзы, из кур гана 2 в Жеребятино, раскопанного К.В. Кудряшовым в 1911 г., ныне храня щийся в Государственном Эрмитаже. Часть этого обломка — пластинчатая с тремя продольными ребрами — плавно переходит в дрот округлого сече ния. Фрагмент браслета был единственной находкой в захоронении17.

Все эти памятники сосредоточены на сравнительно небольшом про странстве Восточного Причудья. Здесь же известны довольно широкие пла стинчатые браслеты с продольными ребрами (Городня, к. 13, п. 3;


Горско;

Веребково, к. 1, п. II).

Пока неясно, как заполнится хронологический разрыв между древно стями римского времени и конца V–VI вв., когда браслеты типа Володей оказываются в памятниках культуры псковских длинных курганов. Нужно обратить внимание на два факта. Во-первых, змеиноголовые браслеты гер манского севера — роскошные вещи, долго и бережно хранившиеся, зача стую переживавшие свой век. Во-вторых, все больше накапливается свиде тельств того, что значительная часть характерных предметов убора КПДК изготавливалась единовременно небольшой партией (может быть, даже ру ками одного мастера) и распространялась на определенной территории.

Рис. 2. Фрагмент бронзового ременного наконечника из кургана 1 могильника Володи. Рисунок А.А. Алек сандрова, публикуется с лю безного разрешения автора Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН В качестве предварительной гипотезы можно предположить, что прото типом найденных в памятниках Восточного Причудья браслетов оказалась сломанная старинная змеиноголовая гривна, возможно, свернутая в браслет.

Это не единственная вещь римского времени, в середине I тыс. н.э. оказав шаяся в лесной полосе Восточной Европы.

По образцу старинного змеиноголового кольца и были изготовлены пар ные браслеты из Володей, ставшие, в свою очередь, образцом для изготов ления бронзовых браслетов. Как ни странно, более дешевый сторожинец кий экземпляр производит ощущение более законченного, продуманного по своей форме, возможно, следующего (вместе с жеребятинским?) за брасле том из Володей.

Косвенным подтверждением ранней даты браслетов из Володей может служить и тот факт, что в другом кургане того же могильника найден еще один предмет, относящийся к столь же раннему времени. Речь идет об об ломке ременного наконечника из кургана № 1.

Вообще, литые наконечники ремней также не свойственны КПДК, как и серебряные браслеты. Поясной набор псковских длинных курганов вклю чал, помимо пряжек, разноообразные накладки, изготовленные из тонкого металлического листа, а роль ременных наконечников играли концевые обоймы из металлического листа. Литые наконечники ремней известны всего в трех комплексах (Володи, Ситенка, Сууре-Рысна), причем все эти вещи разнородны и не принадлежат к распространенным в КПДК типам18.

Наконечник из Володей сопоставляется с находками из тарандов Северо Восточной Эстонии и поздних дьяковских городищ (Троицкое, Щербинское, Огубское, Борисоглебское) и датируется большинством исследователей в рамках III–IV/V вв. Недавно И.О. Гавритухин и А.М. Воронцов вновь обратились к подобным поясным наконечникам с территории Восточной Европы и сопоставили их с центрально- и североевропейскими аналогиями. По мнению авторов, «рас сматриваемые наконечники не имеют местных прототипов и явно связаны с кругом северо- и центральноевропейских переработок провинциально римских образцов. Некоторые из восточноевропейских находок являются импортом или их близкой имитацией. Большинство принадлежит особым сериям, сложившимся в ходе, наверное, сравнительно кратковременных из бирательных контактов групп из Центральной Европы с севером Восточной Прибалтики и более восточными регионами». Наконечник из Володей мож но причислить к выделенной этими авторами восточноевропейской серии Харачой–Жуковка. Нижняя хронологическая граница восточноевропейских Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН серий таких ременных наконечников, по мнению этих авторов, определяет ся в рамках II — начала III вв. Определить их верхнюю границу труднее, но вряд ли она выйдет за пределы V в. н.э. Таким образом, могильник Володи демонстрирует нам серию очень ранних для культуры псковских длинных курганов находок, восходящих скорее всего к североевропейским германским образцам позднеримско го времени, а в случае с браслетами — послуживших прототипами серии местных украшений.

*** Чернягин Н.Н. Длинные курганы и сопки (археологическая карта) // Этногенез восточ ных славян. (Материалы и исследования по археологии СССР. № 6.) М.;

Л., 1941. Т. 1. С. 102;

Седов В.В. Длинные курганы кривичей. (Свод археологических источников. Вып. ЕI–8.) М., 1974. С. 49. № 146.

Чернягин Н.Н. Отчет о раскопках курганов в Середкинском, Полновском и Гдовском районах Псковского округа в 1940 г. // Архив Института истории материальной культуры РАН (СПб.). Ф. 35. 1940 г. Д. 35. С. 44–54.

Харлашов Б.Н. Обследование могильников культуры длинных курганов на восточном побережье Псковского озера // Археология и история Пскова и Псковской земли. 1995: мате риалы семинара. Псков, 1996. С. 133, рис. 2.

Чернягин Н.Н. Отчет о раскопках курганов… С. 52–53.

Moora H. Die Eisenzeit in Lettland bis etwa 500 n. Chr. I. Teil: Die Funde (petatud Eesti Seltsi Toimetused XXV). Tartu, 1929. Taf. 26: 4;

1938: 440–445;

Моора Х. Клад V века, найден ный в Реола, близ г. Тарту // Swiatowit. 1962. Т. 24. S. 343–351. Рис. 3.8;

Шмидехельм М.Х.

Археологические памятники периода разложения родового строя на северо-востоке Эстонии (V в. до н.э. — V в. н.э.). Таллин, 1955. Рис. 20: 9, 32: 9;

1959: табл. IX: 11, 12.

Aspelin J.R. Antiquits du Nord nno-ougrien. V. L’Age du Fer. Antiquits des provinces baltiques. Helsinki;

SPb., P., 1884. S. 343. Fig. 1850, 1851;

Latvijas PSR Arheologia. IV. Riga, 1974. Pl. 37: 34, 41: 32, 34;

Stubavs A. Kentes pilskalns un apmetne. Riga, 1976. Тabl. 3: 8;

Kazakeviius V. Plinkaigalio kapinynas (Lietuvos Archeologija, 10). Vilnius, 1993. Рav. 187:

2, 23, 191: 2;

Vaitkunskien L. The formation of a warrior elite during the Middle Iron Age in Lithuania // Archaeologia Baltica. 1995. № 1. P. 94–106. Fig. 2;

Graudonis J. The Finery of the anciens Semigallians // Lietuvos Archeologija. 2001. № 21. P. 55–62. Fig. 5: 5, 6, 9: 5, 6;

Grau donis J. Lielupes krastos pirms gadu simtiem. Arheoloiskie ptjumi Jaunsviorlaukas pagast.

Riga, 2003. S. 20: 5, 6.

Kivikoski E. Die Eisenzeit Finnlands. Bildwerk und Text. 2st ed. Helsinki, 1973. Taf. 33: 262, 50: 454.

Седов В.В. Длинные курганы кривичей. Табл. 26: 20;

Шмидт Е.А. Курганы у пос. Ко лодня // Смоленские древности. Вып. 4: Курганные могильники VIII–X веков центральной части Смоленского Поднепровья. Смоленск, 2005. С. 101–145. Илл. 7: 7–8;

Он же. Курган ный могильник у дер. Купники (Василевщина) // Смоленские древности. Вып. 4: Курганные могильники VIII–X веков центральной части Смоленского Поднепровья. Смоленск, 2005.

С. 5–53. Илл. 7: 8–10.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Ляпушкин И.И. Городище Новотроицкое (МИА. № 74.) М.;

Л., 1958. С. 188;

Григо рьев А.В. Северская земля в VIII — начале XI века по археологическим данным. (Труды Тульской археологической экспедиции. Вып. 2.) Тула, 2000. С. 134–136.

Березовець Д.Т. Дослiдження на территорii Путивльського району, Сумської областi // Археологiчнi пам’ятки УРСРБ III. Кив, 1952. С. 242–250. С. 248, 249. Табл. I: 3.

Kivikoski E. Die Eisenzeit Finnlands. Taf. 50: 457;

Nowakowski W. Das Samland in der r mischen Kaiserzeit und seine Verbindungen mit dem rmischen Reich und der barbarischen Welt.

Marburg;

Warszawa, 1996. Taf. 86: 7;

Quast D. Ein skandinavisches Spathascheidenmundblech der Vlkerwanderungszeit aus Pikkjrve (Plvamaa, Estland) // Jahrbuch des Rmisch-Germanischen Zentralmuseums Mainz. 51. Jahrgang 2004. S. 254–256.

Tuna i Badelunda. Guld — kvinnor — btar / еd. E. Nyln, B. Schnbck. 1. Vsters, (Vsters kulturnmnds skriftserie, 27);

2. Vsters, 1994 (Vsters kulturnmnds skriftserie, 30).

S. 1: 24, 34.

Hjrne E. Bronsfyndet frn Storkge // Fornvnnen. rgnger 12. (Stockholm, 1917).

S. 147–172.

Quast D. Ein skandinavisches Spathascheidenmundblech… Abb. 9: 3.

Попов С.Г. Городище Сторожинец // Краткие сообщения Института археологии. 1987.

Вып. 198. С. 49. Рис. 3: 17.

Попов С.Г., Хвощинская Н.В. Некоторые итоги изучения Гдовского района (К 30-летию Гдовского отряда Института истории материальной культуры РАН (СПб.)) // Археология и история Пскова и Псковской земли: Семинар имени академика В.В. Седова : материалы LII заседания, посвящ. памяти профессора А.Р. Артемьева. Псков, 2007. С. 205.

Кудряшов К. Отчет о раскопках 1911 г. в Гдовском уезде // Записки Императорского Русского археологического общества. 1913. Т. IX. С. 244–247.

Гамченко С.С. Исследование курганов у д. Сытенки, на левом берегу р.Луги в 1908 г. // ЗОРСА. 1913. Т. IX. С. 163–221. Рис. 12;

Аун М. Курганные могильники Сууре-Рысна и Лаос сина V // Известия АН ЭССР. Серия общественных наук. 1985. Т. 34. № 4. С. 353. Рис. 3.

Смирнов К.А. Дьяковская культура (материальная культура городищ междуречья Оки и Волги) // Дьяковская культура. М., 1974. С. 52. Рис. VI: 18.

Гавритухин И.О., Воронцов А.М. Фибулы верхнеокско-донского водораздела: двучлен ные прогнутые подвязные фибулы // Лесная и лесостепная зоны Восточной Европы в эпохи римских влияний и Великого переселения народов. Тула, 2008. С. 48.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН И.Б. Губанов ИРЛАНДСКО-СЕВЕРОГЕРМАНСКИЕ КОНТАКТЫ И ГЕНЕЗИС СЕВЕРНОГО СТИЛЯ В НАЧАЛЕ VII в. н.э.

Примерно до начала VII столетия н.э. древнегерманская знать пользова лась вещами, украшенными с помощью различных техник, сложившихся преимущественно в римских провинциях, из которых наиболее технологи чески сложным был полихромный стиль — золотые вещи, украшенные ин крустацией из отшлифованных пластин граната.


Во второй половине VI — начале VII в. н.э. на британских островах, в Скандинавии и Нижней Германии получает распространение вендельский стиль, он же — звериный стиль II, по Бернарду Салину. Дезинтегрирован ные композиции звериного стиля I (V–VI вв. н.э.), в частности, присущего и англосаксам эпохи вторжения в Британию1, с его примитивной плетенкой, еще слабо интегрированной, с распадающимися на отдельные элементы изображениями звериных голов2, сменяются зооморфной плетенкой стиля II (вторая половина VI — VIII вв. н.э.), в которую мастерски вплетены сти лизованные изображения зверей3, композиция часто приобретает ранее не свойственную германскому искусству тщательную проработку и изящество.

Появляются новые антропоморфные и зооморфные сюжеты: процессии кон ных или пеших воинов, часто в шлемах с фигурами вепрей или птиц, сим метричные композиции из антропоморфного персонажа и двух зооморфных по бокам, т.н. «вендельские вороны» или «орлы» — стилизованные особым образом птичьи головы с характерным спирально загнутым клювом, изо бражения вепрей — или относительно реалистические, или стилизованные до причудливого орнамента, как на концах плечевых фибул из Саттон-Ху4.

В значительной степени именно вендельский стиль определил развитие искусства в северных древнегерманских землях на столетия вперед (хотя не которые композиционные решения звериного стиля I с головами зверей «в фас» и с отдельными орнаментальными полями, заполненными плетенкой, получили распространение в стиле Борре и декоре крупных скорлупообраз ных фибул X в.). Прежде всего следует отметить, что вплоть до конца эпохи викингов, различным образом видоизменяясь, просуществовала звериная плетенка, хотя стили эпохи викингов менее изысканны и более серийны.

Таким образом, учитывая важность новых тенденций в северном искус стве, столь ярко проявившихся с возникновением вендельского стиля во Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН второй половине VI в., правомерно поставить вопрос о его генезисе. Факты свидетельствуют в пользу чрезвычайно сильных кельтских влияний.

Орнамент звериной плетенки в древнекельтском искусстве имеет кор ни в глубокой древности. Древние кельтские мастера, стремясь избежать монотонности спирального орнамента бронзового века, изобрели звериную интегрированную плетенку, включив в само плетение зооморфные образы, оживлявшие композицию. В такой интеграции анималистических фигур и плетенки главное отличие кельтской плетенки от германской плетенки сти ля I. Зооморфная плетенка на галльских ножнах из Cernon-sur-Coole дати руется II в. до н.э. В раннем Средневековье звериная плетенка появляется на кельтских кольцевых фибулах еще в эпоху господства в древнегерманском мире де зинтегрированной от звериных голов плетенки германского звериного сти ля I. Так, валлийская кольцеобразная фибула из Пант-и-Сайра, Англси, да тируемая VI в. н.э., сплошь покрыта весьма развитым орнаментом в виде плетенки6.

Наиболее ранний комплекс вещей в вендельском стиле найден в коро левском погребении в Саттон-Ху в Восточной Англии. Ранее считалось, что комплекс Саттон-Ху, который датируется на основании монет и некоторых других факторов 620-ми гг. н.э., предшествует по времени собственно вен дельским погребениям в Швеции, в самом Венделе и Вальсёрде, которые да тировали второй половиной VII в. н.э. Сейчас на основании лангобардских и некоторых других центрально-европейских аналогов ясно, что ранние по гребения Венделя старше комплекса Саттон-Ху и относятся ко второй поло вине VI столетия. Однако это не опровергает тезиса о сильнейшем ирланд ском влиянии в складывании вендельского стиля. Скорее подтверждает, ибо виден явный контраст в орнаментации лангобардских и вендельских вещей, по форме схожих. Между тем все главные стилистические находки Венделя, или II звериного стиля Салина, присутствуют на вещах и оружии англосак сонского конунга из Саттон-Ху. Так, массивная золотая поясная пряжка из Саттон-Ху демонстрирует великолепные образцы симметричной зооморф ной плетенки, здесь же представлены симметричные головы вендельских птиц со спирально завитыми клювами7.

Украшенные в основном в древнегерманской, а не в кельтской технике полихромного стиля (хотя здесь применяется и кельтская техника цветных стеклянных вставок миллефьори) плечевые пластинчатые золотые фибулы из скрепленных булавкой и цепочкой двух половинок орнаментированы изысканной плетенкой, выполненной красным гранатом. Плетенка эффек Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН тно смотрится на золотом фоне. Геометрический орнамент в центре фибул, вероятно, имеет кельтское происхождение, равно как и орнаментально стили зованные изображения вепрей на полукруглых концах пластинчатых фибул8.

Инкрустированная преимущественно в полихромной технике накладка на кошелек демонстрирует типично вендельские сюжеты, образующие сим метричные композиции: звериная плетенка по центру сверху;

ниже — две вендельские птицы, держащие в когтях уток;

по бокам от них — две иден тичные, строго симметричные и эффектно стилизованные композиции: уса тый персонаж и два зверя справа и слева (сюжет имеет более примитивные аналогии на более поздних литых бронзовых пластинках из Торслунда с о. Эланд, Швеция)9. Следует отметить, что в ирландском искусстве раннего Средневековья центральный антропоморфный персонаж и фантастические звери по бокам c головами у его висков — обычный сюжет, появляющийся снова и снова как на фигурных рельефах каменных крестов, так и в декоре ювелирных изделий. Например, пара симметричных драконов с разверсты ми пастями по бокам головы ангела или пророка Даниила изображена на круглой плакетке с раки Stowe Missal, датируемой приблизительно 1026– 1033 г. н.э. О кельтском генезисе интегрированной зооморфной плетенки я уже го ворил. Замечательный образец зооморфной плетенки демонстрирует ков ровая страница ирландской Книги из Дарроу, датируемой приблизительно 670 г. н.э. Эта ковровая страница предваряет текст Евангелия Св. Иоанна.

Хранящееся ныне в Тринити-колледже Евангелие из Дарроу, как полагают многие исследователи, было создано в монастыре на о. Иона — в знамени той обители, из которой вышли многие ирландские миссионеры. Змеиные тела переплетаются, драконьи пасти хватают хвосты змеящихся красных и желтых тел. В центре композиции сбоку — хватающие друг друга процес сии четвероногих зверей11. Надо отметить, что образ стилизованного четве роногого зверя также будет затем многократно встречаться в скандинавском искусстве и столетия спустя (можно вспомнить знаменитое изображение Большого Зверя на стеле из датского Еллинга X в. н.э.).

Изображение вендельской птицы — излюбленный мотив вендельских художников — многократно появляется на артефактах из погребения в Саттон-Ху. Наиболее проработана крупная накладка из золотой фольги в виде вендельской птицы с бронзовой позолоченной головой и лапами на круглом липовом щите12.

Показательно появление симметричной композиции, которую образуют головы вендельских птиц в «воротниках» с большими круглыми глазами, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН обведенными концентрическими окружностями, на серебряной позолочен ной пластине, использованной в качестве заплатки на крупной кельтской подвесной бронзовой чаше, найденной у стены в юго-западной части по гребальной камеры королевского кургана Саттон-Ху. Окружности под крючками подвесной чаши заполняет изысканный кельтский спиральный орнамент — желтый металл светится на фоне типично ирландской красной эмали. Этот узор бытовал в кельтской среде на протяжении веков. Ниже окружностей мы вновь видим соединение кельтского мотива и германской технологии — большие круглые глаза головы вепря из граната выполнены в несвойственной ирландцам полихромной германской технике13.

Идентичных аналогов вендельской птицы в ранней кельтской орнамента листике нет, однако тут следует обратить внимание на два обстоятельства.

Во-первых, сам мотив изображений птиц или даже симметричных пти чьих головок чрезвычайно развит в ирландском искусстве раннего Средне вековья. Птичьи головки чаще драконьих вплетены в звериную плетенку ковровых страниц иллюстрированных ирландских Евангелий. На знамени той кольцевой ирландской фибуле из Тары VIII в. н.э., найденной в деревян ном ящике вместе со скандинавскими предметами в Беттистауне (графство Мит) вблизи устья р. Бойн (наряду с двумя драконьими головками, форма пасти которых напоминает накладку на щит из Саттон-Ху), к кольцу при креплены парные симметричные птичьи головки с изогнутыми клювами, впрочем, не идентичные вендельским образцам14.

Во-вторых, и это, как мне представляется, более важно, сама форма оканчивающегося спиралью клюва повторяет соответствующую абстракт ную форму в кельтских стилистических мотивах, причем весьма древних.

Так, вслед за ковровой страницей с замечательной звериной плетенкой, о которой уже говорилось здесь, в Книге из Дарроу второй половины VII в.

н.э. следует страница с замечательным инициалом, состоящим из комбина ций таких форм15. Соответствующие формы выгравированы на небольшой ирландской раке в форме постройки, найденной на реке Блэквотер в Клон море, на территории древнего королевства Армаг16. Эта рака также датиру ется VII в. н.э.

Из всего вышесказанного следует, что в образе вендельской птицы во плотились адаптированные к германской среде кельтские элементы в фор ме нового образа, характерного лишь для древнегерманского вендельского стиля.

Таким образом, все вышесказанное, а именно: хронологическая после довательность, географическое распространение и схожесть стилистиче Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ских элементов, — позволяет постулировать в вендельском стиле синтез кельтских и древнегерманских традиций, осуществленный на британской почве и затем широко распространившийся в качестве канона по всему се верогерманскому миру.

Следует также обратить особое внимание на распространение вендель ского стиля на территориях проживания ингвеонских и скандинавских наро дов, но не иствеонских, восточно- и южногерманских. Это свидетельствует об интенсивных и многосторонних контактах ингвеонских и скандинавских народов во времена раннего Средневековья. Возможно, они образовывали некое культурное единство. Об этом единстве также свидетельствует фор мульное и тематическое сходство древнеанглийских и скандинавских эпи ческих памятников17.

*** Вильсон Д.М. Англосаксы. Покорители кельтской Британии. М., 2004. С. 149–153.

Salin B. Die altgermanische Thierornamentik. Stockholm, 1904. S. 214–245.

Ibid. S. 245–270.

Хлевов А.А. Предвестники викингов. Северная Европа в I–VIII вв. СПб., 2002;

Arwids son G. The armour of Vendel warrior // Tor. 1940. B. 3;

Evans A.C. The Sutton Hoo Ship Burial. L., 1989;

Stolpe H., Arne T. La necropole de Vendel. Stockholm, 1927.

Henry F. Irish Art in the Early Christian Period to A.D. 800. L., 1965.

Диллон М., Чедвик Н.К. Кельтские королевства. СПб., 2002.

Evans A.C. Op. cit. S. 89–91.

Ibid. S. 87–88.

Ibid. S. 87–88.

Harbison P. The Golden Age of Irish Art. The Medieval Achievement 600–1200. L., 1999.

Илл. 160.

Нессельштраус Ц. Искусство раннего Средневековья. СПб., 2000;

Harbison P. Op. cit.

Илл. 22.

Evans A.C. Op. cit. S. 49–55.

Ibid. S. 72–75.

Harbison P. Op. cit. Илл. 39–41.

Ibid. Илл. 22.

Ibid. Илл. 13.

Клейнер Ю.А. Англо-скандинавский поэтический континуум // Скандинавские чте ния–2008 (в печати).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Ю.Ю. Шевченко РУССКИЕ АМУЛЕТЫ С ОБРАЗОМ АРХАНГЕЛА ИЗ ПЕЩЕРНОГО ХРАМА ЮЖНОЙ ИТАЛИИ ВРЕМЕН НОРМАННСКОГО ЗАВОЕВАТЕЛЯ РОБЕРТА ГВИСКАРА Первая публикация о золотом змеевике, найденном возле Чернигова1, вышла непосредственно в год находки самой драгоценности (рис. 1)2. После предложенной митрополитом Евгением (Болховитиновым) интерпретации этой золотой филактерии как предназначавшейся для славянского князя — Владимира Святого или Владимира Мономаха в 50-е гг. XIX в. последовал вывод, сделанный И.И. Срезневским3, о принадлежности данной драгоцен ности именно Владимиру Мономаху во время его княжения в Чернигове до 1095 г., о чем свидетельствовала палеография славянской надписи (рис. 1), посвящавшей эту драгоценность Василию в крещении (крестильное имя Владимира Мономаха). Находка в 1960 г. в Великом Новгороде вислой пе чати с крестильным именем Владимира Мономаха с надписью: «Василия благородного архонта Росского Мономаха» только укрепила позиции сто ронников принадлежности «Черниговской гривны» (золотого змеевика) Владимиру Мономаху4. Но стилистические особенности вещи не находили (и не находят) полных соответствий в предшествующих и синхронных па мятниках мелкой пластики Древней Руси5.

С архистратигом Михаилом связано чудо конца V в. на юго-восточном побережье Апеннинского полуострова (Апулия) в Италии, возле городка Сант-Анджело: архистратиг разогнал людей, пытавшихся заколоть быка возле священной пещеры на склонах горы (монте) Гаргано на Адриати ческом побережье, где и укрылось перепуганное животное. Вход в пеще ру разбушевавшейся толпе преградило оружие архангела. Такова одна из многочисленных версий легенды о быке и спасшем его в пещере архангеле Михаиле. В этой пещере была устроена подземная церковь во имя Предво дителя Сил Небесных, получившая имя «Небесной базилики под землей»

(рис. 2). Думается, пластинка-медальон из Национального археологическо го музея в Неаполе с архангелом Михаилом и семью спящими в пещере (!) отроками6, происходящая из Южной Италии, ассоциируется именно с пещерной «Небесной базиликой» архистратига Михаила в горе Монте Гаргано Сант-Анджело в Апулии.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. 1. Золотой амулет-змеевик («Черниговская гривна»), найденный на р. Белоус возле Чернигова в 1821 г.

(Плешанова, Лихачева 1985: илл. 4) Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. 2. Вид (и план) пещерного храма Архистратига Михаила — «Небесной базилики» в Монте-Гаргано Сант-Анджело в Апулии.

Италия. Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. 3. Рельеф архангела Михаила XI в. на скульптуре львицы (?) в алтарной части предела архистратига в пещерной «Небесной базилике».

Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. 4. Внизу слева: Моливдовул (свинцовая вислая печать) Олега Святославича (1087–1095) с архистратигом Михаилом (с навершием жезла в виде трилистника) на аверсе и надписью на реверсе. Случайная находка (Украина, Крым, Керчь), частное собрание [Коллекции Украины. Электронный журнал (Музей представля ет собой галерею изображений наиболее выдающихся экспонатов исключительно из частных коллекций Украины). URL: http://uacollections.fal.com.ua/museum/ index_html.html. Вверху слева: Пломба (свинцовая) Олега Святославича (1095– 1115) с архистратигом Михаилом (с навершием жезла в виде трилистника или «ге ральдической лилии») на аверсе и надписью: «дъньслово» на реверсе. Случайная находка (территория Украины, Среднее Поднепровье), частное собрание (Коллек ции Украины. Электронный журнал (Музей представляет собой галерею изобра жений наиболее выдающихся экспонатов исключительно из частных коллекций Украины). URL: http://uacollections.fal.com.ua/museum/index_html.html).

Справа: Этимасия. Византийский стеатитовый рельеф, фрагмент. XI в. Париж, коллекция Marguis de Ganay, по В.В. Пуцко («Миниатюра Университетского еван гелия и новые черты живописного стиля 1200-х гг.». URL: http://www.rostmuseum.

ru/publication/srm/012/putsko02p.html).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. 5. Бронзовая золоченая рельефная пластина: архангел Ми хаил. Храмовое собрание Сант Анджело в аббатстве Успения Девы Марии, Х–XI вв. «Европей ские» черты в одеяниях позволяют говорить об изготовлении вещи после захвата Южной Италии норманнами Роберта Гвискара (1057–1071). Апулия, Южная Ита лия. 1) Рельефная фигура архан гела;

2) Кисть десницы с остатком «древка копья». Деталь, увеличе но;

3) «Зерцало» (с Благословляю щей кистью Христа-архиерея) в шуйце архангела. Деталь, увели чено;

4) Центральный позумент от оплечья к поясу. Деталь, увеличе но. Фотография М.В. Соболевой, 2007 г.

Рис. 6. Справа: Компью терная реконструкция лика Николая Мирликий ского (Клеменко Иван (ivanklem@yandex.ru).

Православный форум Апо стола Андрея Первозванно го (модератор). URL: http:// www.cirota.ru/forum/view.

php?subj=72210) в сравне нии с ликом архангела на «Черниговской гривне»

(слева) Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Вокруг входа в пещерную святыню архангела (Сант-Анджело) было устроено небольшое аббатство Успения Девы Марии. Строения, возведенные к XI столетию на входе в пещерный храм, к XIV в. приобрели раннеренес сансные абрисы и были украшены резьбой на порталах входов. Изображение Девы Марии, держащей Предвечного Младенца правой рукой, над одним из входов, восходит к изводам Богородицы Иерусалимской (также праводер жащей) и распространено именно в подземных монастырях с эпохи самого раннего Средневековья, например праводержащая Богородица Спилеотисса из греческого монастыря Мега Спилеон (IV–VI вв.)7. «Праворушной» иконе Киево-Печерской Млекопитательницы XII в. аналогична и фреска праводер жащей Млекопитательницы из аббатства Девы Марии в Сант-Анджело.

Среди произведений глиптики XI в., представленных в алтаре пещер ного храма Сант-Анджело и имеющих греческое (константинопольское) происхождение, выделяется рельеф архистратига (рис. 3), имеющий севе роевропейские черты. Характерный изгиб и ракурс фигуры Михаила на поминает аналогичные черты фигур предстоящих в сцене распятия и би чевания Христа на Магдебургских вратах из Сигтуны (с 1152 г. — в Софии Новгородской)8. Это не вызывает удивления, поскольку во время работы в Сант-Анджело константинопольских мастеров в 1076 г. Апулия уже была покорена норманнскими войсками Роберта Гвискара (1047–1057) и выведе на из политического и канонического подчинения Византии.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 18 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.