авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 18 |

«Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН © МАЭ РАН удк 94+80+39+75/78(4-012.1) ...»

-- [ Страница 3 ] --

Снип — сокращение английского термина «SNP» — однонуклеотидный по лиморфизм (single nucleotide polymorphism). Снип тоже показывает мута Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ции, но на отдельных нуклеотидах в ДНК. Снипы — мутации редкие, одна примерно в 5–10 тыс. лет.

История исследований Первым для Y-ДНК-теста был приглашен князь Дмитрий Михайлович Шаховской — известный профессор Русского православного института в Париже. Его предок, князь Тимофей Шаховской, в Средние века владел обширным имением в Передольском погосте, разместившимся недалеко от сопки Шум-гора — месте захоронения легендарного князя Рюрика, со гласно местным преданиям. Результатом тестирования стало определение его гаплогруппы под индексом N1c1 (ранее он имел название N3a). Вторым был профессор Андрей Петрович Гагарин. Его Y-ДНК-тест дал результат, соответствующий тесту Шаховского. Аналогичный результат получился и у его двоюродного брата Григория Григорьевича Гагарина. К великой ра дости родственников молодому исследователю Александру Соломину уда лось доказать свою принадлежность к Мономаховичам, как и Шаховскому с Гагариным. Много лет назад, в XVI в., его род утратил свои права на кня жеский титул. После Y-ДНК-теста его результаты совпали с результатами Шаховского и Гагарина, и он стал представителем Рюриковичей, которые также доказали свое княжеское происхождение через Y-ДНК-тестирование.

Четвертым был Никита Дмитриевич Лобанов-Ростовский из Великобрита нии, результатом его исследования является соответствие остальным трем.

Пятым — Г. Ржевский из рода смоленских князей. Далее исследователи по пытались дать историческое обоснование своим результатам, которое автор статьи передает без купюр, близко к исходному тексту.

Все пятеро исследуемых князей являются потомками Владимира Моно маха, сына Всеволода Ярославовича. Маркером этноса является опреде ленная пропорция гаплогрупп, так как обычно народы имеют несколько гаплогрупп среди популяции, часто с преобладающей гаплогруппой. Их га плогруппу N1c1а, авторы проекта объясняют следующим образом. Так как принято (так считают авторы проекта) мнение о происхождении Рюрика из Скандинавии, то авторами проекта был отобран результат с гаплогруппой N1c1a и по имеющимся результатам генетических исследований (в SNP маркерах) европейских жителей был сделан вывод о происхождении корней Рюрика в Упландии, к югу от Стокгольма.

Таким образом, местечко Рослаген, что расположено у моря севернее Стокгольма, стало родиной Рюрика. Это место приблизительно в V–VI вв.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН было занято финским населением. К слову сказать, эту же гаплогруппу име ют примерно 16 % жителей центральных областей России. Она наиболее распространена среди потомков финно-угорских племен и часто встречает ся на Севере России. Скандинавские викинги пришли в этот регион позже и были перемешаны с финнами. Тем не менее финские гены сохранились по отцовской линии.

Генетической экспертизе был подвержен анализ ДНК князя Дмитрия Шаховского. Анализ показал, что Шаховской (а, следовательно, и его пред ки по мужской линии на протяжении тысяч лет) принадлежит к гаплогруп пе N1c1a. Она широко распространена в Финляндии и на севере Швеции.

Генетики согласны, что ДНК Мономаховичей скорее указывает на их скан динавское происхождение. «Результаты анализов Шаховского, Гагарина и Лобанова-Ростовского свидетельствуют, что они были скорее скандинава ми, чем балтами. Судя по популяционному распределению их гаплотипа, он более присутствует на севере Норвегии, в Швеции, Финляндии и Эстонии;

и только один случай на многочисленную выборку у поляков, при этом ни одного случая у балтов», — уточняет заведующий лабораторией генетики Института биологических проблем Севера Б. Малярчук. «Результаты Дми трия Шаховского можно интерпретировать по-разному. Но я бы причислил его не к скандинавам, а все же к финно-уграм. Тогда легенда о призвании варягов приобретает особый колорит», — говорит сотрудник лаборатории популяционной генетики Медико-генетического научного центра РАМН О. Балановский. Как видно, исследователи расходятся во мнениях и забыва ют, что важнее научная истина, а не колорит проблемы.

Особенно интересно, что среди найденных нескольких десятков генети ческих родственников Рюриковичей 90 % заявили, что их дальние предки жили в центре и на севере современной Финляндии, а оставшиеся 10 % ука зали на Швецию и Британию.

Как правило, результаты анализов сверяются с базами данных, где содер жатся гаплотипы сотен тысяч человек. По логике, тот регион, где нашлось больше всего генетических родственников князей, можно было бы назвать прародиной Рюрика. За год гаплогруппа N1c1а была исследована более глубоко, например, появилась возможность с достаточно большой вероят ностью определять ее представителей скандинавского происхождения.

Первые результаты таковы: два князя, Гагарин и Лобанов-Ростовский, по генеалогическому древу имевшие общим предком Всеволода Большое Гнездо (XII–XIII вв.), а с Шаховским — дедушку Всеволода Ярославовича (отца Владимира Мономаха (XII в.)), согласно генетическому анализу, ока Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН зались очень близкими родственниками. Различия в их ДНК (те самые му тации) указывали на то, что их родственные линии разделились около лет назад. То есть, по крайней мере, Владимир Мономах и все его потомки, именуемые «Мономашичами», также принадлежали к гаплогруппе N1c1а.

Два других князя — Джон Волконский и Юрий Андреевич Оболенский, полковник медицинской службы, которые были потомками Олега Святос лавовича — двоюродного брата Владимира Мономаха и племянника Все волода Ярославовича — являются генетическими славянами и носителями гаплогруппы R1a1. Славянская ветвь Рюриковичей принадлежит Ольгови чам, которая названа в честь Олега Святославовича — главного соперника Владимира Мономаха в феодальной борьбе за киевский стол. Оба — князь Джон Волконский и князь Юрий Оболенский — безусловно, оказались род ственниками. Но вот к Рюриковичам из рода Мономашичей они не имеют никакого родственного отношения и принадлежат к славянской гаплогруп пе R1a1.

Авторы проекта, по известным только им мотивам, уверены, что виновни ком появления славянской ветви был король Польши Болеслав II Смелый, «который нарушил генетическую линию киевских Рюриковичей». Правда, авторы не говорят о том, каким образом это сделал польский король! Дей ствительно, польская армия под командованием Болеслава II Смелого дваж ды — в 1069 и 1078 гг. — совершала походы на Русь и дважды занимала город Киев. Первый Киевский поход 1069 г. был вызван стремлением Болес лава Смелого посадить в Киеве своего родственника-изгнанника — князя Изяслава, сына Ярослава. Встав на постой в Киеве, польские воинские люди стали заниматься грабежами и насилиями. Это вызвало единодушное вос стание горожан, и Болеславу пришлось вернуться в собственные пределы.

На этом борьба за престол не прекратилась, и Изяслав был изгнан своими братьями. Он бежал в Польшу, затем в Германию и обратился за помощью к Папе Римскому.

В 1078 г. Болеслав повторил Киевский поход не без подсказки Папы Рим ского, видевшего в Русской православной церкви опасного врага. Причина для нового вторжения на Русь нашлась благопристойная: Болеслав решил во второй раз помочь Изяславу занять киевский престол. Однако в этом же году Изяслав погиб от руки его племянника Олега Святославовича Черни говского в битве на Нежатой Ниве.

Вероятнее всего, авторы проекта подразумевали поход на Киев Болесла ва I в 1018 г., когда тот захватил Киев и, желая унизить Ярослава, взял силой его сестру Предславу, фактически сделав ее своей наложницей в Польше.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Основная проблема с Y-ДНК в династии Рюриковичей такова, что в на стоящее время только два князя, а именно Соломин и Пузин, исполнили анализ, по меньшей мере, на 37 маркеров, что является удобным в генети ческой генеалогии. Шаховской сделал — 12, Лобанов-Ростовский — 16, в то время как Гагарин только 25 его генетических маркеров, соответственно.

К сожалению, этого не достаточно для определения точной внутриродовой связи потомков Рюрика, поскольку для этого необходимо исследовать не ме нее 39 маркеров.

Опираясь на собственную оригинальную трактовку результатов, авторы проекта отвергли связь Рюриковичей и Гедиминовичей, как они говорят, с точки зрения истинной генетики. Кроме политики в семейных отношениях обе княжеские линии ничем не были связаны, делают авторы свой вывод.

Оценивая результаты этого общественного проекта, профессор Институ та всемирной истории РАН Е. Мельникова сетует: «Жаль, что ваши резуль таты не будут опубликованы в научных журналах. В будущем можно при влечь антропологов и попытаться извлечь ДНК из костей в скандинавских захоронениях».

Однако уникальность этого проекта состоит в том, что после столетних теоретических споров историков о Рюрике и его родине, ученые перешли в прикладную фазу изучения парадигмы Рюрика. Вызывает искреннее со жаление, что итоги высокотехнологичных исследований, точность которых оспаривать не приходится, интерпретировали люди с субъективным взгля дом и далекие от истории, явно не отличающиеся беспристрастностью. В то же время некоторая наивность в выводах только подчеркивает чистоту экс перимента, поскольку неожиданные факторы попытались хотя бы как-то объяснить, ничего не скрывая. Сожаление вызывает лишь то, что вновь по явились шведы, поляки — извечные «горячие точки» отечественной исто риографии. Вновь навязывается внешняя модель генезиса Руси.

Собственно говоря, этот проект стал наглядным примером проблемы отсутствия комплексных исследований в области исторического наследия России.

Рюрик шведский?

Идея шведского происхождения Рюрика не нова и родилась задолго до исследований генетиков по весьма прозаическим причинам, связанным с ге ополитическими интересами Швеции и России3. Эрик Рундштейн в 1675 г.

в Лундском университете защитил диссертацию под названием «О проис Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН хождении свеоготоского народа», которая выражала точку зрения шведов, что роксоланы — прямые потомки славян. Рундштейн заменил этноним «варяги» на «роксоланы», утверждая, что: «Роксоланы суть те, кто вышел из Росладнии или Рослангена, части Упландии». Долгое время шведские исто рики связывали этимологию Рослагена с руссами, Русью и т.д. Неправда ли, знакомые мотивы?

Идея о Рюрике шведского происхождения впервые была высказана без всяких аргументов на переговорах между шведами4 и духовенством и свет скими чинами Новгорода в 1611 и 1613 гг. Однако те же скандинавские саги, будучи более или менее знакомы с генеалогией русских князей (правда, не раньше Владимира) и неоднократно указывая на наличие у них многочис ленных дружинников-скандинавов и на другие связи с Севером, нигде не обмолвились ни одним словом о варяжском происхождении самих князей.

Эти высказывания шведских переговорщиков были переданы архиман дритом Киприаном, посланником новгородцев, в Москву. А далее произо шло то, что мы называем «испорченным телефоном». Кто-то что-то услы шал и передал слова архимандрита как предание русских летописей. Так возник миф о шведском Рюрике! Относительно пресловутого Рослагена, то еще в 1846 г. шведские историки признали свою ошибку в том, что приняли древне-шведскую форму родительного падежа слова «Рос» за именитель ный падеж. На рубеже XVI–XVII вв. обострилось геополитическое проти востояние двух сопредельных государств — Шведского и Русского — до такого предела, что в 1615 г. шведский король Густав II Адольф директивно подвел черту: «Русские — наш давний наследственный враг».

В контексте финно-угорской принадлежности гаплогруппы N1c1а следу ет остановиться на версии, согласно которой Рюрик происходит из финнов.

23 августа 1749 г. в Санкт-Петербурге прошло соединенное заседание Академического и Исторического собрания Академии наук. На заседании выступал Г.Ф. Миллер с речью «О происхождении имени и народа россий ского», некоторые положения которой он извлек из статьи Г.

З. Байера «О варягах». Аудитория спокойно приняла доклад, и было решено печатать эту работу с незначительными поправками. На слушаниях присутствовал М.В. Ломоносов, который не имел возражений по сути вопроса и не внес ни одной поправки. Как обычно, на заседании присутствовал И.Д. Шума хер — начальник канцелярии и советник президента Академии наук, лич ность удивительная, сыгравшая, как это ни странно, не последнюю роль в возникновении норманнского вопроса. Это он, имея враждебное отношение к Г.Ф. Миллеру, споря с ним по бюджету Академии, после заседания на Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН мекнул М.В. Ломоносову: «Как бы чего не вышло…»5. На следующий день М.В. Ломоносов написал реляцию императрице: «Ежели положить, что Ру рик и его потомки, владевшие в России, были шведского рода, то не будут ли из этого выводить какого опасного следствия?»6. Иными словами, Ломо носов, играя роль защитника Отечества, предостерегал от того, что швед ский король, ссылаясь на шведское происхождение династии Рюриковичей, снова может претендовать на русский престол. Еще сильны были воспоми нания о Полтавской битве, и сами ветераны петровских сражений писали историю России (В.Н. Татищев).

В 1783 г. дело приняло настолько серьезный оборот, что сама импера трица Екатерина II, урожденная Софи фон Анхальт-Цербст, поспешила от казаться от баснословной и пронемецкой версии М.Ф. Ломоносова о проис хождении Рюрика от прусса-колена Августа Римского кесаря и согласиться с тем, что самоназвание «славяне» пошло от славных дел и Рюрик — фин ского племени. После смерти Ломоносова, решение вопроса о националь ности Рюрика взяла на себя Екатерина II. Она использовала не работы Ло моносова, а первый том сочинений В.Н. Татищева, изданный (по иронии судьбы) тем же Г.Ф. Миллером в 1768 г. Миллер также издавал «Историю», написанную Ломоносовым с первого списка рукописи В.Н. Татищева, ко торую ему передал И.И. Шувалов. В.Н. Татищев связывал слово «Русь» со словом «рыжий». Он выводил варяжский род из «Финляндии от королей или князей финляндских», поскольку в стране Суоми подавляющее число граждан имеют рыжий, то есть русый, цвет волос, поэтому и Русь вместе с Рюриком финская. Славных дел мастера были рыжие славяне!

Рюрик из славян… Идею о шведском Рюрике в 1816 г. торжественно «закрыл» пастор Г.Ф. Холлман, опубликовав в Бремене работу «Рустрингия, первоначальное Отечество первого российского великого князя Рюрика и братьев его. Исто рический опыт»7. В своей работе пастор доказывал, что Рюрик ведет свое происхождение не из Рослагена (Швеция), а из Рюстрингии — провинции Фрисляндии. При этом Холман ссылался на Нестора, поместившего Русь между ютами и англянами… Надо отметить, что в отличие от шведов, объявляющих Рюрика сво им единокровным земляком, немецкие историки в это время настойчиво утверждали славянское происхождение нашего князя. Историей Меклен бургского дома активно и успешно занимался проректор мекленбургской Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН гимназии Ф. Томас. В своей работе он использовал манускрипт 1687 г. но тариуса Мекленбургского придворного суда И.Ф. фон Хемнитца. Согласно этому документу, Рерик был сыном ободритского короля по мекленбургской линии Годлиба Биллунга, убитого в 808 г. данами. Род Биллунгов основал Гензерих Биллунг — король вандалов. Теория Ф. Томаса получила развитие в последующих исследованиях по истории Мекленбурга. Ф. Томас опирал ся также на популярный генеалогический справочник И. Хюбнера 1708 г., где Рерик представитель династической ветви герульских, вандальских и вендских королей.

Другой немецкий генеалог С. Бухгольтц доказывал явную преем ственность родословных таблиц вандалов и вендов. Многие средневеко вые авторы вплоть до XIII в. называли правителей Мекленбурга «королями вандалов» и настаивали на том, что ключом к пониманию мекленбургской истории является признание полного тождества вандалов и вендов. Не слу чайно Мекленбургский дипломатический инвентарий 1760 г. открывает за пись: «471 год. Завещание Гензериха, короля вандалов в Африке».

Германские генеалогические таблицы представляют ободритского князя Готлиба сыном вождя ободритов Витслава равноправного союзника Кар ла Великого, убитого саксами в 795 г. Именно так считали мекленбургские историки Латом и Хемниц, называя Вицлава (Witzlaff, Witislaus, Vicislaus, Witzan, Wilzan) 28-м королем вендов и ободритов, который правил в Ме кленбурге во времена Карла Великого. Он женился, согласно германским генеалогическим хроникам, на дочери князя Руси и Литвы, сын от этого брака принц Годлейб (Godlaibum, или Gutzlaff), который стал отцом Ре рика. Витслав, будучи потомком Аритберта I, чей предок был Гензерих король вандалов имел тезку по родословной ветви Вислава, короля на острове Рюген, который также являлся потомком Аритберта I. Но в этом случае речь идет о линии Биллунгов. Если применить правило аллитерации к родовым именам как вендов-вандалов, так и русских князей со времени Владимира Святого, то имя Готлиб в любой транскрипции не вписывает ся в линию имен славянских вождей, но удачно накладывается на линию вендов-вандалов-ободритов: Гензерих, Гунерих, Гунтимер, Гебамунд и Вислав сын Гензериха. Таким образом, следует считать, что Готлиб был вандальским князем из дома Биллунгов.

Автор статьи намеренно привел разнополярные версии и только евро пейских историков одного времени, чтобы более ярко осветить глубину проблемы происхождения Рюрика и подчеркнуть поверхностность сужде ний авторов ДНК-проекта.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Они любили друг друга тайною любовью… Авторы проекта пишут: «Изученные нами ДНК потомков князей Монома шичей Шаховского, Лобанова-Ростовского и Гагарина и князей-Ольговичей Оболенского и Волконского показали, что у Мономашичей заподозрить в измене можно было бы бабку или прабабку Мономаха, а у Ольговичей — любую из супруг князей. Так, мы во время поисков корней легендарного варяга случайно наткнулись на самый интимный секрет первого русского правящего дома, который может скорректировать современные представ ления о самом трагическом периоде в истории Древней Руси. … Неиз вестно, кем был Ярослав Мудрый, но можно предположить, что его супруге или же жене одного из его сыновей или внуков целомудрия не хватило. Ее ребенок, зачатый от любовника не великокняжеской крови, положил начало целой династии лжерюриковичей. Много столетий об этом никто не подо зревал. Да и теперь можно лишь гадать: какая ветвь — порождение женской слабости, а какая восходит к самому Рюрику».

Что же может скрываться за сомнениями исследователей?

Прабабка Владимира Мономаха — шведская принцесса Ингигерд, дочь короля свеев Олава Шетконунга из Упланда. В 1019 г. вышла замуж за Ярос лава Мудрого, для которого это был второй брак. История правления Ярос лава неразрывно связана с историей Норвегии и Швеции.

Неоднократно упоминаемый нами Упланд в Средней Швеции с центром Упсала с VI по XI вв. являлся резиденцией королевского рода конунгов пле мени свеев. По преданию, здесь и правила династия Инглингов. Именно от нее происходили все «легитимные генеалогии» конунгов Швеции, Нор вегии и Дании IX–XI вв. К примеру, история Норвегии хорошо описана в «Сагах о королях». Есть отдельные саги о норвежских королях, такие как:

«Сага о Хаконе Хаконарсоне» или «Сага об Олаве Трюггвасоне», и сводные произведения, характерным и наиболее известным примером которых явля ется «Хеймскрингла» («Круг земной») Снорри Стурлусона8.

Историки предполагают, что заселение Норвегии происходило с юга на север — мнение, подтверждаемое археологическими раскопками. Со гласно сагам, норвежцы занимали область от южной части залива Вике до Дронтгейма (прежнее название Нидаросе), но, как готы и шведы, не имели централизованной власти. На западном берегу Вика, нынешнего Христи ансфьорда, находилась небольшая область Вестерфюльд, управляемая по томками королей, которые, по народному преданию, царили некогда в Упса ле. Известно, что большую часть Норвегии объединил под своим началом Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Харальд Прекрасноволосый. Это был конунг из сакральной династии Ин глингов, которые, еще будучи правителями Упсалы, считались верховными конунгами («Сага об Инглингах»). Личные владения Харальда находились в Вестерфьорде. Первый же король Вестерфьорда, оставивший о себе па мять, был Гафдан Черный, который отчасти благодаря семейным связям, отчасти путем завоеваний присоединил к своему королевству все области около верхней оконечности залива и простиравшиеся внутрь страны до озе ра Мьезен. Гафдан рано умер, оставив десятилетнего сына Харальда Гарфа гра. Олав II Толстый, прозванный после смерти святым и считающийся па троном Норвегии, был правнуком Харальда Гарфагра. Население Норвегии тогда распадалось на 20–30 отдельных групп, называемых фюлк. У каждого фюлка был свой король, или ярл. Был и норвежский фюлк Упланд (норв.

Oppland), которым правил конунг Сигурд Свинья;

он был женат на Асте Гудбрандсдоттир, матери Олава конунга Святого. Олав II ходил в женихах у принцессы Ингигерд («Сага об Олафе Святом»). Молодые влюбленные состояли в переписке и обменивались посланиями и подарками через до веренных лиц. Олав сделал молодой принцесс предложение руки и сердца и передал обручальное кольцо. Согласие при помощи подарка из «шелко вого плаща с золотым шитьем и серебряного пояса» было получено. Од нако брак не состоялся по многим причинам. Для короля Швеции Олава Шетконунга такой брак был неприемлем из-за сепаратистких настроений норвежцев и недовольства местных бондов невнятным правлением короля.

После длительных переговоров и уступок с обеих сторон был достигнут выгодный военно-политический союз Руси и Швеции, который выразился в браке Ярослава и Ингигерд (Ирина на Руси). Кстати, у Ярослава были пла ны путем этого брака создать антипольскую коалицию в процессе борьбы за Киевский стол. Молодая принцесса тяжело переносила разрыв с Олавом и конфликты с отцом стали неизбежны, в них она всячески подчеркивала достоинства своего бывшего жениха. Надо отдать должное волевой натуре шведской принцессы — она с достоинством приняла этот брак и исполнила свой долг супруги, великой княгини с честью, связав дом Рюрика с Европой через многочисленные браки своих детей.

Однако она не утратила чувств к своему возлюбленному. На пиру в честь прибытия на Русь дальнего родственника Олава Эймунда княгиня много расспрашивала о конунге Олаве. И Эймунд сказал, что «может ска зать много хорошего о нем и его обычае;

он сказал, что они долго были побратимами и товарищами… и княгиня была как нельзя более велико душна и щедра на деньги, а Ярицлейв конунг не слыл щедрым, но был Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН хорошим правителем и властным»9. Сага заканчивается весьма откровен ным заявлением об Олаве и Ингигерд, что «они любили друг друга тайной любовью». Да и сам Олав не скрывал этого, говоря про княгиню: «Самая выдающаяся из женщин и более чем дружелюбно расположенная ко мне».

Сага об Олаве сообщает: «Ему было с Ингигерд лучше, чем со многими другими женщинами…» Историк Ф.А. Браун с уверенностью рассматри вает эти строки о тайной любви как указание на взаимоотношения Ин гигерд и Олава Харальдсона, поскольку о том же говорят и более ранние источники: «История Теодрика», «Обзор и красивая кожа», исландские королевские саги10.

Несмотря на старания Ярослава, личные отношения в семье не склады вались, и назревал конфликт. Однажды, как сообщает сага «Гнилая кожа», Ярослав в очередной раз попытался наладить отношения с неукротимой шведкой, построив новый дворец: «Видала ли ты где-нибудь такую пре красную палату и так хорошо убранную, где, во-первых, собралась бы такая дружина, а во-вторых, чтобы было в палате той такое богатое убранство?»

Княгиня отвечала: «Господин, — говорит она, — в этой палате хорошо, и редко где найдется такая же или большая красота, и столько богатства в одном доме, и столько хороших вождей и храбрых мужей, но все-таки луч ше та палата, где сидит Олав конунг, сын Харальда, хотя она стоит на одних столбах».

Конунг рассердился на нее и сказал: «Обидны такие слова, и ты показы ваешь опять любовь свою к Олаву конунгу», — и ударил ее по щеке. Она сказала: «И все-таки между вами больше разница, чем я могу, как подо бает, сказать словами». Вспышку гнева, несдержанность Ярослава можно объяснить и тем, что у него была родовая травма (подвывих в правом та зобедренном суставе и атрофия бедренной кости правой ноги, то есть пра восторонний диспластический коксартроз). Это свидетельствовало о врож денной хромоте и патологических изменениях в правом коленном суставе, наступивших в зрелом возрасте. К концу жизни князь испытывал жестокие боли во всем теле: ногах, руках, шее и позвоночнике, что вызывало частую смену настроения и нервные срывы11. Еще при жизни противники Ярослава дали ему прозвище «Хромец». Действительно, слова княгини звучали не двусмысленно — как унизительный приговор.

«Ушла она разгневанная и говорит друзьям своим, что хочет уехать из его земли и больше не принимать от него такого позора». Про эту избушку и ее хозяина — лучшего в мире охотника — Ингигерд говорила и своему отцу, когда он хвастался ей добытыми глухарями. Скорее всего она использовала Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН мотив избы как образ места тайных любовных свиданий. Для Ярослава та кой намек, безусловно, был сильным унижением.

Этот скандал окончился тем, что Ярослав раскаялся и просил проще ния у княгини. Он готов был выполнить любое ее желание, лишь бы она не уезжала и не уводила варяжскую дружину с собой. Это было равносильно смерти, если посчитать, что в «Саге об Эймунде» под именем Бурицлав под разумевается невинно убиенный Борис. В конце лета 1029 г. через Ладогу (вено) Ингигерд, которой правил ярл Регнвальд Ульвссон, ее дядя, в Новго род вместе сыном Магнусом приезжает погостить Олав. Ярослав исполнил заветное желание Ингигерд. В это время княгиня рассказывает новгородкам о чудодейственной силе рук своего бывшего жениха. Сам же Олав пишет стихи о своей возлюбленной — скальдические висы. Например: «Я, краси вый, стоял на кургане и смотрел на женщину, как ее нес на себе конь;

пре красноокая женщина лишила меня моей радости;

приветливая, проворная женщина вывела своего коня со двора, и всякий ярл поражен ошибкой».

Или другая не менее сильная строфа в иносказательной форме, поскольку любовная лирика была запрещена исландскими законами: «Прежде стояло дерево дорогое в вотчине ярла, в цвету совершенно зеленым — как знали в любое время года Хордаланда. Теперь вдруг все дерево скамьи, украшенное листвой, поблекло от слез. У липы головного убора есть земля в Гардах»12.

К весне Ингигерд понесла, а Олаву внезапно приснился сон, в котором его призвали освободить свою родину от неприятелей. Некоторое время Ярос лав удерживал его от поездки. И когда Олав все же уехал из Руси в нача ле января 1030 г., то в Норвегии его уже ждали враги, которые в момент высадки Олава на берег его убили. Вскоре Ярослав объявляет его Святым, строит в Новгороде церковь его имени. Впрочем, эта традиция Ярослава восходила к другой трагедии — убийству Бориса и Глеба. Они также были канонизированы, и была построена церковь. В 1030 г. появился плод тайной любви… Ингигерд родила сына Всеволода. Мальчик получил великолепное образование, знал пять языков. Княгиня удачно женила его на византийской принцессе Анне Мономахине. Так князь Всеволод, в силу сложившихся по литических интриг и феодальных междоусобиц, стал Великим князем Руси и основателем рода Мономашичей. Князь Ярослав долго держал молодого княжича при дворе около себя, не наделяя его, как других сыновей, уделами.

Лишь перед смертью Всеволод получил дальний Переяславль Южный на границе со степью и кочевыми племенами.

В 1054 г. Ярослав умирает, если верить «Повести временных лет» — на руках у Всеволода в Вышгороде. До этого он составил весьма странное за Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН вещание, более похожее на заклятье: «Вот я покидаю мир этот, а вы, сыно вья мои, имейте любовь между собой, потому что все вы братья, от одного (единого) отца и от одной матери…» Надо отметить, что только «Повесть временных лет» из всех известных летописей отводит так много места утверждению Всеволода законным сыном и наследником Ярослава, что в реальности вызывает не только недоумение, но и подозрение в ангажиро ванности летописца.

Задолго до генетических исследований, в 80-е годы ХХ столетия, на неле пости генеалогических списков и недвусмысленность ситуации с Всеволо дом, последующее противостояние потомков Ярослава, обратил внимание историк Д.А. Мачинский13. Интуитивное подозрение историка получило фактологическое, научное обоснование спустя 20 с лишним лет.

Такова история вопроса и появления гаплогруппы N1c1а у Мономаши чей. Как мы видим, результаты генетической экспертизы, маркера снипа, указание на Упланд как родину носителей гаплогруппы — все это уклады вается в вышеизложенные события.

В 1939 г. в Софии Киевской была вскрыта рака с останками великого князя Ярослава с целью антропологического изучения. Исследования про водил В.В. Гинзбург. Приведем мнение члена комиссии, известного ученого скандинависта Е.А. Рыдзевской: «По расовому типу Ярослав не пришелец с Севера, а человек местного происхождения;

в его черепе нордические элементы не могут быть совершенно исключены, но в общем он ближе всего подходит к славянскому типу». Скульптор М.М. Герасимов сделал по гипсовому слепку реконструкцию внешнего облика головы Ярослава (рис. 1). Любопытно сравнить эту реконструкцию с реконструкцией Лон донского университета головы норвежца из Йорка того же времени и воз раста (рис. 2). К этому можно добавить описание Святослава — деда Ярос лава Владимировича, сделанное императором Иоанном Цимисхием, после их встречи: «Умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с мохнатыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны ее свисал клок волос — при знак знатности рода;

крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерные, но выглядел он угрюмым и диким. В одно ухо у него была вдета золотая серьга;

она была украшена карбункулом, обрамлен ным двумя жемчужинами. Одеяние его было белым и отличалось от одежды его приближенных только чистотой».

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Рис. Рис. Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Гаплогруппа R1a1 наибольшее распространение имеет в Восточной Ев ропе: среди сербов-лужичан (63 %). Лужичане — те же венды — народ ность, племя, славянское население, проживавшее и проживающее с V в.

на территории Нижней и Верхней Лужиц — областей, входящих в состав современной Германии. Современные лужичане — остаток лужицких сер бов — одного из трех главных племенных союзов так называемых полаб ских славян, в число которых входили также племенные союзы лютичей, вильцов и бодричей, то есть ободритов, называемых ререками или раро гами. Полабские славяне, или по-немецки венды, в раннем Средневековье заселяли не менее трети территории современного немецкого государства:

север, северо-запад и восток.

В этом случае, возможно, правы немецкие генеалоги, утверждавшие, что Рюрик — сын ободритского короля по мекленбургской линии Год либа Биллунга, убитого в 808 г. данами14. И Рюрик же представитель династической ветви герульских, вандальских и вендских королей? Если учесть, что родовое имя Биллунг образовано от древневерхненемецкого bill — беспристрастие, справедливость, благожелательность, а также суд, право, согласно этимологическому словарю братьев Гримм15, то становит ся понятнее притча Нестора о призвании варягов, в которой происходит в иносказательной форме обыгрывание именно этих понятий: суд, право, закон. Отсутствие единого правового поля и закона становится домини рующей причиной призвания Рюрика. Что же стало поводом для столь необычной формы повествования? Скрытый под эпическое предание под текст — попытка обойти табу называть реальное имя князя и определяю щий приход именно этой личности на Русь? Вероятно, этот парадокс еще долго будет останваться загадкой. Вспомним у Нестора: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву ….. Земля наша вели ка и обильна, а порядка в ней нет». Согласно иоакимовскому летописцу мы имеем нравоучительный вывод классической формы притчи: «Чтобы всюду разбирательство справедливое и суд не оскудел, посадил по всем градам князей от варяг и славян…»

Таким образом, у славянской версии о происхождении князя Рюрика из варяжской Руси, новгородских славян, как писал Нестор и как считают не мецкие историки, больше всего шансов быть единственной и основной тео рией генезиса русской нации.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН *** Повесть временных лет. СПб., 1996.

Русский Newsweek. Дек. 2006 — янв. 2007. № 50 (128).

Славяне в представлениях шведских ученых XVI–XVII вв. // Первые скандинавские чтения. СПб.,1997. С. 147.

Куник. Замечания. СПб., 1878.

Лихоткин Г.А. Ломоносов в Петербурге. Л., 1981.

Ломоносов М.В. Полное собрание сочинений. М., 1952. Т. 6. С. 41.

Голлманн Г.Ф. Рустрингия, первоначальное отечество первого российского великого князя Рюрика и братьев его. М., 1819.

Джаксон Т.Н. Исландские королевские саги о Восточной Европе (с древнейших времен до 1000 г.). М., 1993;

Джаксон Т.Н. Исландские королевские саги о Восточной Европе (пер вая треть XI в.). М., 1994.

Эймундова сага / пер. с лат. Д. Лавдовского // Учен. зап. Имп. Москов. ун-та. 1834. Ч. III.

№ 8. C. 386–401;

№ 9. C. 576–596.

Джаксон Т.Н. «Они любили друг друга тайной любовью…» // Историческое знание и интеллектуальная культура: материалы науч. конф. М., 2001.

Карпов А. Ярослав Мудрый. М., 2001.

Джаксон Т.Н. Ладога и ладожская волость в исландских сагах и скальдических сти хах // Ладога. СПб., 2003. С. 166.

Мачинский Д.А. Вновь Открытые источники по истории Руси IX–XII вв. // Ладога. Пер вая столица Руси. СПб., 2003. С. 156.

Алексашин С.С. Новые исследования Шум-горы и новые данные в генеалогии Рерика Фрисландского Рюрика Новгородского // Скандинавские чтения–2006. СПб., 2008. С. 15.

Grimm J., Grimm W. Deutsches Wrterbuch. Leipzig, 1893.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН А.И. Чепель КАК «КУПИТЬ ВТАЙ» И ПРОДАТЬ «УКРАДКОЮ»:

К ВОПРОСУ О РУССКО-ШВЕДСКОЙ ТОРГОВЛЕ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ СТОЛБОВСКОГО МИРА Столбовский «вечный мир», заключенный между Россией и Швецией февраля 1617 г., открыл длительный период относительно стабильных отно шений между обоими государствами. Зримым проявлением наступившего мирного времени была активизация торговли, которая становилась наиболее важной формой контактов между русскими и шведскими подданными. Тен денция развития торговых связей уверенно пробивала себе дорогу вопреки всяким перипетиям политических противоречий обеих стран еще с начала XVI в., когда Швеция стала независимым государством. Если внешние и внутриполитические интересы соседних государств, казалось бы, толкали их к антагонизму, то экономические интересы, напротив, способствовали их мирным и дружественным связям1. Вопросы русско-шведских торго вых отношений в XVII в. получили освещение в современной литерату ре2. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что наряду с усилиями правительств по налаживанию взаимовыгодной свободной торговли, опи рающейся на межгосударственные соглашения, широкий размах получили торговые операции, осуществлявшиеся подданными обеих стран в обход существующих законов.

Стремление как России, так и Швеции к скорейшему восстановлению прерванных торговых контактов широко отражено в документах. Так, уже в июне 1617 г. новгородские воеводы получили наказ: содействовать приезжа ющим в Новгород иноземным купцам и желающим ехать за рубеж русским торговым людям для того, чтобы скорее возобновить постоянные торговые связи с зарубежными странами3. О наличии на шведской территории необ ходимых царю и его подданным ресурсов (меди, железа) и, в свою очередь, об изобилии в России земель с «хлебородием» и иных «естественных за пасов» обстоятельно повествует письмо шведских послов от марта 1629 г.:

ресурсы России и Швеции «дополняют друг друга», а потому торговать «на обе стороны прибыльнее будет»4.

В условиях интенсивного развития русско-шведской торговли, для кото рой правительства соседних государств стремились обеспечить благопри ятные условия, также растет решимость торговых людей по обе стороны Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН границы получать максимальную прибыль от обменных операций, не оста навливаясь перед нарушением законов. Определенную роль здесь сыгра ли периодические изменения таможенного законодательства, повышение таможенных пошлин. Способствовало активизации этих действий в обход закона фактическое неисполнение органами государственной власти обе их стран утвержденных торговых ограничений: в периоды политического сближения все подчас были готовы «закрывать глаза» на разрастание кон трабандной торговли, нуждаясь в лояльности союзника на международной арене5. Поэтому не удивительно, что, когда дело в конце концов доходило до реального применения закона, взимания установленных платежей в казну, торговцы расставались со своими деньгами «з большим шумом»6.

Другая причина, способствовавшая развитию контрабандной торгов ли, — самоуправство таможенников, требовавших с проезжающих торгов цев взятки. Русские купцы нередко жаловались шведскому королю, что их с товаром надолго задерживают на границе. Шведские таможенники, не до бившись подношений «добром», под предлогом досмотра портили товар:

протыкали прутьями, разбрасывали вещи под проливным дождем. И все это «для того лишь только», чтобы русские «давали им большие взятки и подно шения». Не отставали от шведов и русские: шведские торговцы жаловались на воеводу Гдова, который, не получив подарка, не позволял пересекать гра ницу с товаром. Если шведские торговые люди хотели «без мешкоты» ввез ти товары на русскую территорию, то им следовало «давать подарки» рус ской страже, иначе возы с товарами «опрокидывают, небрежно обращаются с ними»7. Корыстолюбие таможенных служителей, с одной стороны, услож няло торговые отношения между русскими и шведскими подданными. В то же время взятка могла сыграть роль своего рода «пропуска», открывавшего двери беспошлинной торговле между странами.

Власти знали, что чиновники на границе нарушают закон: за «посулы»

пропускают товары без уплаты пошлин в казну и даже организовывают собственную торговлю за рубеж. Русское правительство требовало, чтобы таможенники государеву казну «не крали и не пропивали и ничем не коры стовались, и своими товары беспошлинно не торговали, и подставою и под рубеж пошлинными денгами никому не поступались»8.

Иные торговцы, не сумевшие или не пожелавшие вступить в контакт с таможенниками с помощью взятки, стремились утаить товары при проверке на таможне: шведы «для прократки» таможенных пошлин товары «хоронят у себя в платье», затем товары, «которые им утаить мочно», продают «у себя по подворьям тайно», тут же скупая у русских «мелкия всякия товары...

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН потому ж тайно»9. Когда объем товара был так значителен, что возможно сти пронести контрабанду «в платье» не представлялось, предприимчивые торговцы продавали друг другу товар прямо на кораблях, не сгружая его в порту, ибо тогда пришлось бы уплачивать пошлину10.

Успеху торговли в обход законов способствовали длительные контак ты между приграничными жителями, для которых традиционным было «перемирье, как бывает везде в порубежных местах»: торговые отношения на границе не прерывались в течение всего XVII в., даже во время войн.

С помощью соглашений о мире на границе жители порубежья постоянно поддерживали торговые контакты: для многих, особенно бедных северных районов, пограничная торговля была едва ли не важнейшим источником средств к существованию. В этих обстоятельствах важно было обеспечить беспрерывность торговых и транспортных связей: люди по обе стороны границы осознавали, что нуждаются друг в друге, следствием чего было сильное чувство взаимозависимости11. В северных районах правительства и России, и Швеции фактически не предпринимали серьезных попыток вос препятствовать традиционным торговым контактам порубежных жителей, нуждаясь в их лояльности12. Так, запретив провоз товаров через границу, под давлением местного населения царское правительство вынуждено было отменить это ограничение: «...в Олонецком уезде пришла сторона подсе верная, близ моря, прилегчи многие озера и щерья и зыбучие непроходи мые болота...», и тамошние жители «...кормятся травою вахкою и сосновою коркою и рыбою, и тое рыбу, что уловят и останется за расходом, продают в Лопских погостах...», наряду со свининой и крупным рогатым скотом. Если же, как значилось в царском указе, «...той рыбы щуки и говядины и свиных мяс за рубеж в Свейскую сторону не пропускать, и в Олонецком уезде кре стьянам податей и мирских расходов оплачивать будет нечем, а торговым людям будет безпромыслица, а таможенному сбору будет недобор». Царь отозвал назад свой запрет13.

После заключения Столбовского мира ситуация с приграничной торгов лей еще больше осложнилась. Мирный договор закрепил новую границу, линия которой рассекла земли Московского царства на шведскую и рус скую стороны, что способствовало изменению характера контактов жите лей нового приграничья: взаимодействие между ними теперь становилось элементом русско-шведских отношений, так как одни остались царскими подданными, другие стали подданными шведской короны. Но налажен ные контакты между ними, в том числе торговые, сохранились. Подданные обоих государств продолжали активно использовать налаженные торговые Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН пути, зачастую игнорируя таможенные барьеры. Так, из-за шведского рубе жа приезжали «многие торговые люди» и торговали «всякими товары украт кою, ездя по деревням, беспошлинно»14. Русские также «многими людьми»

приезжали «за рубеж в Свейскую сторону, со многими товары... не явясь на заставе»15. Не в последнюю очередь активные торговые контакты вбли зи границы, установленной по условиям Столбовского мира, определялись родственными связями между разделенными рубежом людьми: продвиже ние товаров шло посредством взаимодействия близких людей. И русские, и шведские власти осознавали новую проблему и пытались урегулировать слишком тесное общение родственников, оказавшихся по обе стороны гра ницы, ибо от их миграций обостряются межгосударственные отношения.

Вполне естественным было желание навестить своих детей в соседней стране16, но это могло в итоге обернуться запретом родственникам общать ся без ведома властей: следовало добиться того, чтобы родственники «мимо застав не проходили и тайно не прокрадывалися»17, да и «для чего без дела ходить, только от них ссора живет»18.

Русские власти, борясь с нарушителями закона, «на заставех велели учинить заказ крепкой, чтоб из-за свейского рубежа торговые люди в нашу сторону меж городов украдом не проезжали»19, требуя также чтобы и рус ские в Швецию неявленных товаров «тайно не проносили, и меж лесов, проселочными дорогами и стежками с... товары не объезжали отнюдь никоторыми делы», а кто ослушается — «и тем быть кажненым без поща ды»20. Но задерживать торговцев на границе было некому: на заставах стоят «немногие люди, а торговые люди с товары проезжают многолюдством и во всем чинятся ослушны»21. Пограничным воеводам было велено торговцев из-за шведского рубежа «ворочать и отсылать назад в их сторону, и до рубе жа велеть их провожать со всем вцеле», а если они «учнут ослушаться», то «их высылать до немецкого рубежа с провожатыми»: власти даже не пыта лись конфисковать товар, стремясь уладить дело «полюбовно», чтобы «меж государи ссоры не было»22. Но решить дело «миром» удавалось не всегда:

попытки прервать незаконную торговлю встречали активное сопротивле ние. Торговцы, объезжая заставы окольными дорогами, не желая платить пошлин, вступали в самые настоящие бои с таможенными чиновниками:

«объезжая заставы околними дорогами... проезжали со многими людь ми за рубеж в свейскую сторону... сильно и целовальников на заставах били»23. Шведы охотно покупали контрабандный товар прямо на русской территории, у царских подданных, «к ним приезжая»24. О том, что контакты приграничных жителей были постоянными, повествует сообщение с рус Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ской заставы в Заонежских погостах, которую в 1650 г. попытались мино вать без проезжих грамот пришедшие со шведской стороны «латыши», то есть шведские подданные-лютеране. Когда их начали отсылать назад, «ла тыши» стали угрожать заставному казаку: «коли... ты их королевских крестьян на государеву сторону чисто не пропустишь, и они... не хотят пропускать и государевых крестьян» на шведскую сторону. Русские власти строго указывают заставной страже, чтобы впредь тех царских крестьян, ко торые живут рядом со шведским рубежом, не пропускать без проезжих гра мот в шведские пределы, равно как и королевских подданных не пропускать в русскую сторону без документов, полученных от шведских властей25. На лицо картина систематического свободного передвижения подданных со седних государств через пограничную черту по взаимной договоренности, без учета требований собственных правительств. Торговые цели в этих ми грациях играли не последнюю роль. Обращает на себя внимание наличие тесных контактов людей различных вероисповеданий и этнических групп:

эти различия не являлись значительным препятствием для прагматического общения. Оказать услугу желающим пересечь рубеж, но плохо знающим пути были готовы проводники из числа местных жителей26.

Значительные доходы приносила продажа за рубеж и «заповедных», за прещенных к вывозу, товаров. Первое место в русском импорте из Швеции занимала медь различных сортов. Русские купцы широко скупали любые медные изделия, например медные водосточные трубы. Пользуясь тем, что пошлина с вывозимых из Швеции мануфактурных изделий была намного ниже, чем с необработанной меди, торговые люди вывозили и медный лист, предусмотрительно свернутый в трубы. Спрос на медь в России усилился и в связи с проведением монетной реформы. Кроме того, денежные мастера нередко с целью быстрого обогащения привозили на Монетный двор ку пленную на стороне медь и переделывали ее на монету вместе с казенной27.

Никакие преграды не могли помешать устремлениям купцов вывезти выгод ный товар в Россию. Даже когда по королевскому указу летом 1659 г. в связи с усиленным вывозом шведской медной монеты в Россию было запрещено вывозить из Швеции мелкую медь, купленную у частных лиц, и покупать стало возможно только в казне28 — у «королевского купчины», находились различные пути заполучить медь. Так, после большого пожара в Ругоди ве (Нарве) шведские власти распорядились: «а буди кто пожарного живота меди или железа или что ни буди у кого втай купит» из того, что в Ругодиве «украли втай вынесом» во время пожара, и кому продаст — того ждет на казание. Был уличен русский купец Яков Андреянов в том, что он «про этот Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.


kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН указ ведает и он, однако, не по тому делает», покупая «втай» украденную на пожаре медь29. Неоднократно шведские власти обнаруживали у русских торговцев медные изделия, которые были «краденые, у воров покупаны» и к русским «приношены»30. В стремлении обойти закон, получить выгоду от продажи меди шведы и русские продвинулись далеко: даже дети знали, что русский торговец готов купить медь. В Стокгольме «мальчик по имени Андерс Ханссон... кусок меди нашел в вытащенном челне в городском дворе, когда следовал за своею матерью с кое-какой одеждой к морю, и как он нашел медный кусок, он отнес его русским и предложил его для про дажи»31. Московское правительство, реагируя на «лист» шведских властей, обвинявших русских в тайной скупке меди в Швеции, велит следить, чтобы русские торговцы «у свейских людей никакими мерами и тайным обычаем никакой меди» не покупали. Одновременно русское правительство дово дит до шведских властей одну нехитрую мысль: пусть они шведам укажут, «чтоб втай медь не продавали». Тогда и русские «не учнут у них покупать, потому что купить втай будет не у ково»32. Русские также переправляли в Швецию множество возов «заповедного» хлеба33, продажа которого за ру беж была царской монополией. Со шведской территории в Россию поступал табак, ввоз которого в русские земли не был разрешен. Но шведское прави тельство способствовало незаконной торговле табаком в России, стремясь увеличить товарооборот между странами. Шведский король Карл XI писал в этой связи о табаке: «Хотя этот товар запрещен в России, он тем не менее пользуется там таким большим спросом, что он немало способствует раз витию русской торговли», а это обстоятельство выгодно и шведским тор говцам34. Продажей в России «адского зелья» — табака — занимался даже шведский резидент в Москве35.

Предприимчивые русские торговые люди не только торговали в Швеции в обход закона готовыми товарами, но даже ухитрялись организовывать в шведских землях производство. После 1661 г. шведы высказывали следую щие претензии: русские привозили в Ниен своих скорняков, жестянщиков и других ремесленников, скупавших в окрестностях города сырье и мате риалы, которые затем перерабатывались в изделия и продавались на мест ном рынке как импортные товары36. Ситуация не изменилась и в 1692 г.:

русские купцы, оказавшись в Швеции, «возят с собой по стране ремеслен ников, изготовляют разные изделия и занимаются бюргерским промыслом без бюргерского права». Шведские власти справедливо отмечали, что это нельзя «считать купеческой торговлей»37. Вообще ремесленники, умевшие изготовлять пользующийся спросом товар, ценились: известен случай, ког Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН да шведский агент организовал тайный вывоз в Стокгольм русского спе циалиста по выделке «кож задубных»38.

Рассмотренные материалы позволяют утверждать, что торговые отно шения между Россией и Швецией в XVII в., после подписания Столбов ского мира 1617 г., активно развивались не только законными путями, но достаточно интенсивно проходили и в обход законодательства обеих стран.

Вне зависимости от объемов контрабандных торговых операций важен их устойчивый характер, способствовавший укреплению неформальных свя зей людей, являвшихся подданными соседних государств, принадлежащих разным этническим группам, исповедовавших различные религии, говорив ших на разных языках. При этом подданные как России, так и Швеции про являли изобретательность в налаживании подобных взаимовыгодных тор говых контактов. Это обстоятельство подтверждает тезис о сравнительно устойчивом характере русско-шведской торговли в XVII в. и ее заметном влиянии на политическое и культурное взаимодействие между Россией и Швецией39.

*** Хорошкевич А.Л. Русско-шведские отношения конца XV — начала XVI вв. // Тезисы докладов VI Всесоюзной конференции по изучению Скандинавских стран и Финляндии.

Таллин, 1973. Ч. 1. С. 72–73.

См.: Шаскольский И.П. Экономические отношения России и Шведского государства в XVII веке. СПб., 1998. (См. там же обзор лит.: С. 22–27.) Шаскольский И.П. Восстановление русской торговли со шведскими владениями в пер вые годы после Столбовского мира // Скандинавский сборник. Таллин, 1966. Вып. 11. С. 62.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII в.: Документы из советских архивов. М.;

Стокгольм, 1978. С. 35–37.

Шаскольский И.П. Русская морская торговля на Балтике в XVII в.: Торговля со Швеци ей. СПб., 1994. С. 117.

Русско-шведские экономические отношения в XVII веке: сборник документов. М.;

Л., 1960. С. 142.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке. М., 1982. Ч. 3. С. 398, 401, 417.

Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1842.

Т. 5. С. 215.

Русско-шведские экономические отношения в XVII веке: сборник документов. С. 35, 228.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке. М.,1982. Ч. 3. С. 483.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке: Документы из советских архивов. М.;

Стокгольм, 1978. С. 19;

Беспятых Ю.Н. «Крестьянское перемирье» и погранич ная торговля между северными районами России и Шведской Финляндии в начале XVIII в. // Скандинавский сборник. Таллин, 1980. Вып. 25. С. 51;

Кокконен Ю. Безопасность, обеспе Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ченная «снизу»: Соглашения о мире на границе в период шведского правления в Финляндии с XIV века по 1809 год // Восточная Финляндия и Российская Карелия: Традиция и закон в жизни карел. Петрозаводск, 2005. С. 50–51;

Таркиайнен К. Финляндия: Образ восточного соседа времён Московского царства // Россия и Финляндия: Проблемы взаимовосприятия.

XVII–XX вв. М., 2006. С. 52.

Жуков А.Ю. Управление и самоуправление в Карелии в XVII в. Великий Новгород, 2003. С. 48–49, 85, 90.

Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. 5. С. 238– 239.

Русско-шведские экономические отношения в XVII веке: сборник документов. С. 54.

Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. 5. С. 222.

Архив Санкт-Петербургского института истории РАН. Колл. 2. Оп. 1. Д. 28. Л. 67.

Там же. Ф. 109. Оп. 1 Д. 634. Л. 1.

Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией Императорской Академии наук. СПб., 1836. Т. 3. С. 400.

Русско-шведские экономические отношения в XVII веке: сборник документов. С. 177.

Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1841.

Т. 3. С. 200.

Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. 5. С. 224.

Дополнения к Актам историческим, собранным и изданным Археографической комис сией. СПб., 1848. Т. 3. С. 234.

Карелия в XVII веке: сборник документов. Петрозаводск, 1948. С. 303.

Якубов К. Россия и Швеция в первой половине XVII в. М., 1897. С.406.

Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1842.

Т. 4. С. 128.

Дополнения к Актам историческим, собранным и изданным Археографической комис сией. Т. 3. С. 236.

Шумилов М.М. Торговля и таможенное дело в России: Становление, основные этапы развития IX–XVII вв. СПб., 2006. С. 252, 267.

Шаскольский И.П. Экономические отношения России и Шведского государства в XVII веке. СПб., 1998. С. 152.

Архив Санкт-Петербургского института истории РАН. Ф. 109. Оп. 1 Д. 779. Л. 3.

Русско-шведские экономические отношения в XVII веке: сборник документов. С.123.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке. М., 1981. Ч. 1. С. 152.

Архив Санкт-Петербургского института истории РАН. Ф. 109. Оп. 1. Д. 318. Л. 4.

Дополнения к Актам историческим, собранным и изданным Археографической комис сией. Т. 3. С. 236.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке. М.,1982. Ч. 3. С. 530.

Иванов К.В. Дипломатическое представительство Швеции в Москве в XVII в. // Шведы в Москве: материалы российско-шведской науч. конф. Москва, 1–2 июня 2000 г. М., 2002.

С. 42.

Шумилов М.М. Указ. соч. С. 252.

Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке. Ч. 3. С. 433.

Русско-шведские экономические отношения в XVII веке: сборник документов. С. 116.

Некрасов Г.А. Тысяча лет русско-шведско-финских культурных связей IX–XVIII вв. М., 1993. С. 41.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН В.Е. Возгрин ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ КАРЛА XII С КРЫМСКИМИ ХАНАМИ И ТУРЕЦКИМ СУЛТАНОМ В ГОДЫ СЕВЕРНОЙ ВОЙНЫ Предваряя эту краткую историю военно-политической деятельности Карла XII на южном направлении, напомню, что ему, как и другим мо нархам той эпохи, приходилось иметь дело не с правительствами Турции и Крымского ханства, а с сюзеренами этих государств. Поэтому дадим их краткую характеристику. Ахмед III взошел на престол своего брата, свер гнутого янычарами в 1703 г., и правил до 1730 г. Это был человек по-своему одаренный, но политик слабый и подверженный посторонним влияниям.

Поэтому его правление отмечено рядом взаимоисключающих решений и акций. В целом же политика султана характеризовалась рядом тяжких оши бок и просчетов, принесших империи немало вреда.

Крымский хан Девлет-Гирей II, напротив, был образцом целеустремлен ности и политической стабильности. Он правил на протяжении двух пе риодов (1699–1703, 1708–1713) и успел за это время завоевать доверие и уважение своего народа не только мягкой внутренней политикой, но и еще более — талантом крупного полководца и личной храбростью. Высок был его авторитет и в османском обществе: во время восстания в 1703 г., стоив шего престола Мустафе II, масса турок требовала приглашения на престол Османов именно крымского хана1.


Девлет-Гирей II тревожно всматривался в происходившее на демили таризованной (согласно Константинопольскому договору 1700 г.) полосе вдоль северной границы ханства. А творилось там именно то, чего он опа сался: русские возобновили создание базы для вторжения в пределы хан ства. Беспокойство Гирея здесь вполне понятно. При желании можно по нять и его возмущение таким нарушением Константинопольского договора, который он соблюдал. Причем не будучи его участником, а лишь испыты вая органичное стремление к миру. Для этого хан не останавливался перед жесткими наказаниями своих подданных (заперекопских ногайцев), набеги которых на украинские и русские земли могли нарушить этот едва устано вившийся мир.

На фоне репрессий против своих же подданных хан видит, что здание драгоценного мира разрушается совсем с другой стороны, иными блюдущи Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН ми собственные интересы людьми, по сравнению с которыми он — жалкий идеалист, верящий в действенность международного договора, гарантиро ванного великими державами...

Согласно упомянутому договору Девлет-Гирей не имел права не толь ко самостоятельно принимать меры против русских нарушителей Кон стантинопольского мира, но и апеллировать к европейским гарантам это го трактата. В то же время что-то нужно было делать, ведь возраставшая русская опасность не была плодом больной подозрительности Гирея. О том же говорили не только его бахчисарайские советники, но и эмиры на ме стах. Как сообщает турецкий историк Фундуклулу, они все «собрались и пошли к Крымскому хану Девлет-Гирею, согласившись (то есть договорив шись. — В.В.) заставить его силою последовать им — пойти на московцев, рассеять их, вторгнуться в разные места пределов их и сжечь построенные ими крепости и корабли. Но крымские улемы не позволяли сзывать людей в поход, говоря, что это противное миру дело;

что об этих обстоятельствах надо дать знать в Высокую Порту, испросить ее разрешения и сообразно с этим уже действовать»2.

Поэтому неудивительно, что не удовлетворенный условиями Константи нопольского трактата, не предоставлявшего ханскому Крыму никаких прав (в том числе и на самооборону), Девлет-Гирей стал искать поддержки у мо нархов, не входивших в число участников договора. Прежде всего им стал Карл XII. Дело это было не столь уж необычным.

Первое упоминание о связях двух столь далеких друг от друга наро дов, как крымские татары и шведы, мы находим под годом 1556. Тогда речь шла о совместном выступлении против усилившегося русского со седа, проявившего невиданную ранее агрессивность, равно опасную для Швеции и Крыма. С аналогичной целью посещало Стокгольм посольство Мехмеда-Гирея II еще раз, в 1579 г., но обе эти дипломатические акции оказались безрезультатными. Пытались заключить военно-политический союз с Крымом и шведские короли Юхан III, Сигизмунд III и Густав II Адольф. Характерно уже для раннего этапа истории шведско-крымских отношений стремление ханов вести эту политику самостоятельно, изо лированно от турецкой стороны, а иногда и в ущерб последней. Так, Джанибек-Гирей II (1610–1623, 1628–1635), собрав по требованию сул тана 30-тысячную армию для персидского похода, решил отправить ее на помощь шведам. И наоборот, Ислам-Гирей III (1644–1654) призывал коро леву Кристину присоединиться к Крыму, Украине и Польше для совмест ной борьбы с Москвой3.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН В эпоху Северной войны момент первого контакта Девлет-Гирея II с Карлом ХII нам неизвестен, но уже в 1702 г. хан мог предъявить султану свою дипломатическую переписку со шведами и запорожцами относитель но антирусского союза с ними4. Тем не менее Мустафа II, уже имевший вы годный ему мирный договор с Петром I, категорически запретил хану вы ступить против войск Петра I на Украине совместно со шведами.

Ободренные безнаказанностью, русские постоянно возводили на упо минавшейся демилитаризованной полосе одну крепость за другой. Очеред ной укрепленный городок, Каменец (Каменка), появился на уже бесспорно крымской территории, в 120 верстах от Перекопа. Причем на линии между обеими крепостями было создано еще несколько укрепленных пунктов5.

Значение Каменца как базы для экспансии было понятно, в частности, поль ским современникам этих событий: «А для того, чтобы город этот мог им служить защитой и прибежищем в военное время, они переступили грани цы Крыма и наполнили город людьми, оружием и пушками в изобилии»6.

Девлет-Гирей писал в эти месяцы султану: «Все народы знают и всем из вестно, что они (т.е. русские. — В.В.) ищут предлога и способа, как бы от нять у нас землю нашу и властвовать на Черном море полными хозяевами».

Но новый султан Ахмед III не только не придал значения предостережению хана, но и публично обозвал крымско-татарских политиков «изобретателя ми и лжецами». Видя это, Девлет-Гирей прибег к последнему средству и от правил к султану группу московских пленников. «Те рассказали последнему, что они в самом деле намереваются завоевать всю землю Крымскую…»7.

Порта игнорировала и этот аргумент.

Тогда Гирей решился на отчаянный шаг. Считая, что враждебное Крыму кольцо далее может лишь сужаться, он выступил против силы, мешавшей ему это кольцо разорвать, — против Турции. Хан собрал огромную рать из собственно крымских, а также ногайских татар, ему обещала помочь и Сечь, но туркам удалось опередить нападение татаро-украинского войска — в 1703 г. Девлет-Гирей был низложен. Вышедшие за Перекоп крымские кон ники разошлись по домам.

Воссевший на бахчисарайский престол Селим-Гирей I (1702–1704) так же вступил в политический контакт с противниками России. Весной 1704 г.

польские полководцы Г. Любомирский и А. Синявский, уже полгода ведшие переговоры с ханом, могли сообщить своему союзнику, Карлу XII, что хан согласен в нужный момент ударить по войскам Петра I с юга. При этом Лю бомирский представил шведам письмо Селим-Гирея от 23 июня 1704 г., в котором соответствующие планы были изложены вполне конкретно. Более Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН того, хан сообщал, что он уже начал подготовку к их осуществлению, напра вив своего посланника к султану за разрешением действий против России8.

Однако вплоть до самой смерти хана (22.12.1704) таких акций отмечено не было — из-за нежелания Турции нарушать мир с Россией.

Весной 1705 г. очередной хан, Гази-Гирей III (1704–1707), сообщил польскому воеводе Киева Йозефу Потоцкому о своем согласии поддержать шведов в борьбе с царем Петром9. Однако в послании крымских татар по прежнему подчеркивалось, что для участия в войне на стороне шведов и поляков необходимо согласие султана Турции, чего пока не имелось10. Ско рее всего именно поэтому Карл XII не придал большого значения крымской инициативе, целиком передав эту внешнеполитическую линию полякам, то есть своему союзнику, королю Станиславу Лещинскому.

В августе 1707 г. начался решающий поход Карла XII на Россию. Уже в октябре–ноябре крымские татары, чьим ханом весной стал Каплан-Гирей I (1707–1708), пишут в полевую ставку шведской армии о своем желании поддержать шведов, присоединившись к ним с военной силой не менее 40– 50 тыс. всадников. Затем о таком же желании заявляют запорожские казаки, которым до того «надоело русское иго», что они начали союзные перегово ры с крымскими татарами. При этом, как стало известно, турки теперь не только не возражают против выступления хана, но вроде бы и поощряют его планы11.

Однако союз с Гиреем приобрел в глазах Карла XII актуальность лишь в 1708 г., после начала его русского похода. Он направил в Крым своего посланца, который был тепло принят в декабре 1708 г. Девлет-Гиреем, вновь воссевшим на бахчисарайский престол. Хан немедленно начал готовиться к походу навстречу шведам, обеспечив себе для этого под держку запорожских казаков. Более того, он через своих стамбульских друзей склонял к совместному выступлению султана, а также продол жал укреплять личные связи с польским королем Станиславом и гетма ном И.С. Мазепой. Поэтому к началу 1709 г. Крым мог уверенно обещать Швеции помощь собственным войском, в которое входили нашедшие в Крыму приют после разгрома К. Булавина 8 тыс. казаков под руковод ством Игната Некрасова12.

Тем не менее между королем и ханом еще оставались кое-какие не договоренности, которые грозили затянуть начало совместных операций.

В случае победы над русскими, полагал Девлет-Гирей, он должен был получить гарантии такого мира, в котором не было бы порочности Кон стантинопольского договора 1700 г., где интересы ханства игнорирова Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН лись. Поэтому с целью проведения соответствующих переговоров 16 мая 1709 г. к И.С. Мазепе прибывают два крымско-татарских военачальника.

Гетман представил их Карлу XII. Начались переговоры, задачей которых была выработка официального обязательства перед татарами шведского и казацкого руководства. А именно — не заключать мира с Россией, пока в нем не будут учтены все крымские требования. То есть аналогичные тем, что от шведов уже получили запорожцы. Однако кроме предварительных соглашений никакого результата это посольство не добилось, и перегово ры были прерваны до прибытия к Карлу XII полномочных представителей хана13.

Таким образом, опираясь на поддержку запорожских и иных казаков, хан вновь декларировал открытое неповиновение Турции и даже противодей ствие политике Стамбула: к тому времени Ахмед III занял целиком ней тральную к Русско-шведской войне позицию. Султан не обнаружил духов ной силы для объявления войны Московии.

Весной 1709 г. шведы сообщают Девлет-Гирею, что Сечь с ними заодно и осведомляются о видах и сроках помощи из Крыма. В целом же они были в такой помощи уверены: «Мы стоим на пути, по которому татары обычно ходили на Москву. Теперь они пойдут туда с нами»14, — такого рода письма шли в Стокгольм из шведской армии весной 1709 г. Уверенность шведов в помощи крымских татар вскоре стала еще большей. Султан согласился смо треть на выступление Девлет-Гирея сквозь пальцы, а в начале мая и в самом Стамбуле началась погрузка пушек и боеприпасов на корабли — Турция отправляла их на всякий случай поближе к Украине15. Казалось, ничто не могло помешать осуществлению плана двойного удара по войску Петра I, задуманного шведским королем и крымским ханом заодно с казаками Сечи и Дона. А ведь угроза была нешуточная. Если под Полтаву Карл XII привел 23 тыс., а Петр — 40 тыс. солдат, то татарское войско превышало 40 тыс., не считая осевших в Крыму беглых казаков, что в решающем сражении могло склонить чашу весов в пользу шведов. Кроме того, запорожцы, опасавшие ся царских репрессий и поэтому просившие хана принять их в крымское подданство, также должны были выступить на стороне шведов.

Тем не менее план соединенного удара на петровскую армию был со рван. Царь подкупил турецких чиновников, в том числе и великого визиря Чорлулу Али-пашу, и те склонили султана к сохранению мира с Россией16.

И Ахмед III направил в Бахчисарай категорический запрет выступления крымцев против России. В том же фирмане хану запрещалось принимать запорожцев в свое подданство17.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Однако само это ходатайство запорожцев стало последней каплей, пере полнившей чашу терпения грозного царя, и он нанес мятежникам решаю щий удар. Казаки потерпели поражение, начались массовые казни. Торже ствующие победители сожгли ряд городов, в том числе Батурин (население которого было полностью ликвидировано), Чигирин и Сечь. Были взорваны или сожжены даже небольшие казацкие крепости и селения, ограблены не только частные дома, но и церкви18.

Узнав об украинской резне, султан, по-видимому, утратил веру в возмож ность победы над московским войском и жестко подтвердил свой запрет хану вмешиваться в украинские события. Но Девлет пустил в ход интригу, прося помочь ему Исмаил-пашу, сераскира Бендер, обладавшего большим весом при султанском дворе. Тот вошел в контакт со Стамбулом, и вскоре великий визирь сообщил ему, что султан согласится на выступление Крыма, но лишь в том случае, если Турции будет гарантирована выгода от будущей победы над русскими. То есть если Карл XII и Гирей предварительно заклю чат с Турцией договор, согласно которому мир с царем они не подпишут, пока в трактат не войдет пункт об ограничении дальнейшего продвижения русских на юг. Согласно турецким и шведским источникам, Турция более всего опасалась сепаратного шведско-русского мира — тогда она осталась бы с Россией один на один19.

В те же мартовские дни к хану прибыли гонцы от казаков, сумевших уйти от царской расправы и снова собравшихся в единое войско под во дительством И.С. Мазепы. Своей грамотой гетман предлагал хану не мед лить с выступлением для соединения с Карлом XII. Сечевики доставили в Крым и послание королевского канцлера Т. Пипера, содержание которого подтверждало смысл сложившегося на Украине положения, изложенный казаками. А именно — Карл XII призывал хана «воспользоваться моментом и ситуацией для того, чтобы выступить против общего врага»20.

Весть об упомянутом ответе из Стамбула пришла к хану, когда он во преки приказу султана уже вывел свою конницу к Днепру, разбив по пути несколько русских крепостей. Тут крымское войско разделилось надвое, причем меньшая часть остановилась в Кобыляках, а большая прошла к р. Самаре21. А затем татары остановились, ожидая шведского ответа на предложение султана. Карл XII тут же передал в Стамбул истребованные султаном гарантии, хан — тоже, но пока турки вели эту мелочную торгов лю, русские в отсутствие татар воспользовались своим почти двойным чис ленным превосходством над шведами. Грянула Полтавская битва, которая разом все переменила… Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН После поражения шведы медленно двигались вдоль правого берега Ворсклы в южном направлении, к Днепру. Почему они избрали именно этот путь, когда была возможна переправа не через широкий Днепр у Переволочной, а гораздо ранее, через узкую (около 100 м) и мелкую Ворсклу? Тем более что имевшиеся у Новых Сенжар и Беликов мосты можно было сжечь после перехода, да и в течение первых полусуток их никто не преследовал!22 Ведь после переправы можно было соединиться с крымско-татарским войском, стоявшим восточнее.

А затем избрать одно из решений: вновь ударить по русским соединенными усилиями или же увести шведскую армию (две трети которой уцелели при раз громе) в безопасный и гостеприимный Крым. Ответ может быть лишь один:

судя по дальнейшим действиям короля, он рассчитывал на реванш, но при по мощи не хана, а султана, чья армия значительно превосходила крымскую.

Эта роковая ошибка Карла XII стоила полной гибели великой армии.

И более того, во многом определила исход Северной войны. Но в 1709 г.

никому не было дано предугадать, каким он будет. Что же касается лично короля, то в его южной политике один этап просто сменился другим. Более того, после Полтавы именно южное направление в политической деятель ности Карла XII становится едва ли не доминирующим.

Теперь он разрабатывает новую программу, планируя создание шведско турецко-крымской военной коалиции, направленной против старого про тивника — России. Более того, согласно некоторым документам турецких архивов, Карл полагал включить в этот союз и Польшу в лице своего став ленника короля Станислава23. Из проекта будущей коалиции не делалось особой тайны — шведские дипломаты с энтузиазмом говорили о нем чуть ли не при всех дворах Европы24. Впрочем, Порта пока воспринимала ини циативу короля весьма вяло.

Примечательно, что уже из Очакова, первой турецкой крепости, где Карл остановился после полтавского разгрома, он шлет в Бахчисарай своего по стоянного представителя О. Клинковстрёма. Король не без оснований пола гал, что хан первым пойдет навстречу его планам. Ведь Девлет-Гирей был единственным в Европе правителем, интересы которого в отношении Рос сии полностью совпадали со шведскими и который никогда не торговался с королем, а предлагал свою помощь на любых условиях. Карл не ошибся:

хан остался на тех же позициях и после Полтавы (в противоположность Порте, предоставившей королю приют, но всячески затягивавшей деловые переговоры). И уже в августе 1709 г. Девлет-Гирей предложил (снова в об ход Турции!) все свое войско, чтобы помочь Карлу пробиться в Померанию, где стояла крупная группа шведских войск25.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_05/978-5-88431-187-9/ © МАЭ РАН Но король, которого турки поместили в Бендерах, отклонил это пред ложение, а вскоре, уже в 1710 г., в Крыму ведет переговоры новый посол Карла XII Свен Лагерберг — снова о заключении союза, и снова с участи ем уцелевших от побоища казаков, которых осталось немало и на Украине, и в Крыму26. В помощь С. Лагербергу для лучшей координации действий был послан лейтенант К. Скадер (последний почти постоянно находился при нуреддине хана на Кубани27). Одним из первых предложений, которые С. Лагерберг услышал от Девлет-Гирея, была инициатива о двойственном союзном крымско-шведском договоре, то есть в обход стамбульского двора.

Узнав об этом, Карл XII выразил живейшую заинтересованность, изъявив лишь пожелание привлечь к будущему союзу и казаков Ф. Орлика, который, по словам шведского короля, «как полководец обладает чрезвычайно вы соким авторитетом во всей Европе»28. Одновременно обсуждалась и про блема возвращения Карла XII из Турции в шведскую армию, в те месяцы стоявшую в крепостях Шведской Померании. Хан снова предлагал 40 тыс.

войска в качестве «эскорта» королю, который должен был пробиться сквозь неспокойные или откровенно враждебные ему европейские земли. При этом Девлет-Гирея не страшила ни польская, ни даже австрийская армия29.

Такого рода помощь, предложенная ханом своему шведскому союзнику, выявляет взгляд Гирея на перспективы дальнейшей политики противников Петра. Хан, безусловно, придерживался всеобщего (и в целом верного) мне ния о короле шведов — гениальном полководце, но политике, в общем-то, слабом. Девлет-Гирей считал, что место Карла — в главной армии Швеции, от которой его отделяла добрая тысяча миль, а не в Османской империи, от которой и более квалифицированные бахчисарайские политики не могли до биться хотя бы позволения принять участие в боях шведов на Украине. Ко роль должен был стать во главе своего главного войска, доныне не знавшего поражений, и проявить во всем блеске сильную сторону своей незаурядной личности, ведя шведов от победы к победе, а не тупить перо в бесплодной переписке с султаном. Эта мысль Гирея, при всей ее убедительности, была пока недоступна Карлу.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 18 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.