авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО ТРАНСПОРТА ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПУТЕЙ СООБЩЕНИЯ В.В. Джура ПРАВОВЫЕ АКТЫ ...»

-- [ Страница 4 ] --

О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами: Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 окт. 1998 г. № 13/14 (в ред. Постановления Пленума Верхов ного Суда РФ № 34 и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ № 15 от 4 дек. 2000 г.) // Вестник Высшего Арбитражного суда. 1998. № 11;

Рос. газ. 2001. 5 янв.

В советский период судебные решения высших судов или «правопо ложения» судебных инстанций не принимались как источник права. Такой вывод основывался на том, что суд или иной правоприменительный орган не создает новую норму права, он на основе действующего права создает индивидуальное предписание – правило для данного случая, которое юри дической нормой не является284. Позже под восполнением действующего права стали понимать изменение нормы права либо прекращение ее дейст вия высшими судебными инстанциями. В настоящее время разъяснения высших судов по вопросам судебной практики оказывают большую по мощь в работе нижестоящих судов, и судьи используют их при вынесении решений. К сожалению, юридическая природа интерпретационных актов – постановлений высших судов в науке изучена недостаточно, ученые раз делились во мнениях, и зачастую их подходы в понимании актов офици ального толкования можно охарактеризовать как «промежуточные» или «компромиссные». Так, одни рассматривают интерпретационные акты как акты правотворчества, имеющие «двойную» юридическую природу: буду чи органической частью системы интерпретационных актов, они в тоже время являются результатом правотворческой деятельности и представля ют собой источники права (квазиисточники), содержащие конкретизи рующие нормы, сохраняя при этом свои интерпретационные качества, в частности зависимый характер от толкуемых норм права285. Другие не обоснованно называют их формой правотворческой конкретизации 286. Тре тьи категорически не признают в них наличие нормы права, исходят из существования только применения судами закона и толкования закона 287 и определяют их как своеобразную форму юридической практики, обобще ния опыта применения права288.

Такие неоднозначные подходы требуют теоретического и практиче ского исследования. Чтобы утверждать, что судебное решение высших су дов можно рассматривать как акт судебного правотворчества, необходимо сопоставить судебное решение и норму права. Признак нормативности тесно связан со следующими терминами: «норма» и «единообразие судеб ной практики». Норма права в общетеоретическом смысле имеет значение общей модели правового поведения289. Как судебное решение, так и норма выражают волеизъявление государства в лице его органов, носят офици альный характер, являются юридически обязательными. Другое дело, что круг субъектов, для которых они обязательны, у них различен. Так, при рассмотрении нижестоящими судебными инстанциями конкретного юри Загайнова С.К. Судебный прецедент: проблемы правоприменения. С. 122.

Пьянов Н.А. Консультации по теории государства и права. С. 451.

Общая теория права и государства: учебник / под ред. В.В. Лазарева. М., 1994. С. 129.

Боннер А.Т. Применение нормативных актов в советском гражданском процессе. М., 1980. С. 149;

Гурвич М.А. Судебное решение. Теоретические проблемы. С. 128.

Алексеев С.С. Общая теория права: в 2 т. Т. 2. М., 1982. С. 313–314.

Гурвич М.А. Судебное решение. Теоретические проблемы. С. 119.

дического дела или толкования в рамках конкретного случая, признак обя зательности будет распространяться только на участников судебного про цесса. Решение суда по конкретному делу, в отличие от норм права, не со здает типовых правил поведения, а разрешает спор и имеет обязательную силу лишь в отношении конкретного дела и конкретных субъектов права.

При рассмотрении высшими судами наиболее спорных общественных от ношений в рамках единообразного подхода в понимании действующих норм, признак обязательности будет распространяться на неопределенный круг лиц и должен восприниматься нижестоящими судами. Подтвержде нием тому является правоприменительная практика по делам, связанным с взысканием убытков. Так, например, из материалов дела Арбитражного суда Иркутской области по иску ЗАО «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» к Российской Федерации в лице Министерства фи нансов Российской Федерации и Иркутской области в лице Департамента финансов Иркутской области следует, что было заявлено взыскание убыт ков, возникших вследствие предоставления истцом льгот по оплате ком мунальных услуг отдельным категориям граждан на основании Федераль ного закона «О ветеранах» за период с 01.09.2004 г. по 31.12.2004 г. При рассмотрении дела истец отказался от требований к Иркутской области в лице Департамента финансов Иркутской области и процентов за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ) в связи с тем, что из федерального бюджета в бюджет Иркутской области на данные рас ходы денежных средств не поступало. От взыскания основного долга и процентов за пользование чужими денежными средствами к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации истец не отказался. При этом, как указал президиум ВАС РФ в своем постанов лении291, в силу главы 25 ГК РФ, убытки являются формой ответственно сти за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязатель ства, следовательно, на сумму убытков проценты начислению не подле жат. Иными словами, высший суд установил правило, согласно которому нижестоящие суды должны учитывать, что при возмещении или компен сации убытков (недополученных доходов) ответчик – Российская Федера ция в лице Министерства финансов Российской Федерации – не может не сти двойную ответственность: по возмещению недополученных доходов и за неправомерное удержание денежных средств. Кроме этого, при опреде лении надлежащего ответчика по делу о возмещении убытков, судом была принята позиция высшей судебной инстанции, изложенная в постановле Решение Арбитражного суда Иркутской области от 26.02.2007 г. по иску ЗАО «УК «РЗС» к Россий ской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации. Дело № А19-27094/06-53 // www.irkutsk-arbitr.ru: Официальный сайт Арбитражного суда Иркутской области.

Постановление президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 марта 2003 г. № 10360/02 // Вест ник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2003. № 8.

нии Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 292, из которой следует, что по данным категориям дел ответственность возлага ется на государство в лице его органов.

Данное постановление было издано в целях разъяснения вопроса об определении публично-правового образования, за счет казны которого подлежат удовлетворению требования о взыскании убытков в связи с осу ществлением до 01.01.2005 г. предоставления потребителям бесплатно или по льготным ценам товаров. Суд дал разъяснения, что при недостаточно сти выделенных на эти цели средств из федерального бюджета взыскание должно осуществляться с Российской Федерации независимо от того, были ли предусмотрены соответствующие расходы в бюджете субъекта РФ или муниципального образования.

На первый взгляд, высший суд в своем постановлении сформулиро вал норму, где надлежащим ответчиком и источником финансирования по взысканию убытков, связанных с предоставлением некоторым категориям граждан субсидий по оплате жилья и коммунальных услуг, определил не субъект РФ, в лице его исполнительного органа, осуществляющего управ ление областными финансами, как это указано в законе293, а Российскую Федерацию, в лице Министерства финансов Российской Федерации. Де тальный анализ норм законодательства, иных нормативных правовых ак тов, а также реальной судебной практики позволяет нам сделать правиль ный вывод о природе данного постановления высшей судебной инстанции.

Согласно п. «ж» ст. 72 Конституции РФ, социальная защита, вклю чая социальное обеспечение, находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов РФ. По предметам совместного ведения, согласно ст. 76 Конституции РФ и в целях социальной поддержки категории граж дан-ветеранов был принят Федеральный закон «О ветеранах», в котором, в соответствии со ст. 76 Конституции Российской Федерации, разграничены полномочия Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в области социальной защиты ветеранов. В соответствии с подп. 2 п. 1 ст. вышеуказанного закона, расходы на реализацию льгот по оплате жилья в домах независимо от вида жилищного фонда и коммунальных услуг, уста новленных для ветеранов, возмещаются за счет средств бюджетов субъек тов Российской Федерации. Таким образом, закон четко разграничивает полномочия по финансированию мер социальной защиты ветеранов. При этом п. 2. ст. 10 Федерального закона «О ветеранах» устанавливает, что порядок возмещения расходов, указанных в настоящей статье, утверждает ся органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса: Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2006 г. № 23 // Вестник Высшего Арбитражно го суда РФ. 2006. № 8.

О ветеранах: ФЗ РФ от 12 янв. 1995 г. № 5-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1995. № 3. Ст. 168.

Правительством Российской Федерации не был определен порядок возмещения расходов, понесенных субъектами РФ и муниципальными об разованиями в связи с предоставлением льгот, соответственно уполномо ченным на то федеральным органом исполнительной власти не были при няты меры по разработке порядка реализации права на льготу по оплате жилья и коммунальных услуг, предусмотренных Федеральным законом «О ветеранах». Вместе с тем постановлением Правительства294 предусматри валось закрепление обязательств по финансированию расходов, норматив но-правовое регулирование которых осуществляется властями более высо кого уровня, за нижестоящими уровнями власти (бюджетами) только в пределах предоставленной на эти цели финансовой помощи (субвенций) из вышестоящих бюджетов, а также запрет на принятие нормативных право вых актов, возлагающих на бюджеты более низких уровней дополнитель ные расходы без предоставления источников финансирования.

Федеральным законом «О федеральном бюджете на 2004 год» целе вые субвенции на реализацию Федерального закона «О ветеранах» бюдже там субъектов Российской Федерации не были предусмотрены. Принимая данный федеральный закон и наделяя субъекты Российской Федерации полномочиями по его исполнению, Российская Федерация должна была обеспечить его исполнение, т. е. передать необходимые для выполнения данных полномочий денежные средства. Однако таковые не поступили в бюджет субъекта Российской Федерации. Возложенные федеральным за коном на субъекты Российской Федерации государственные полномочия по предоставлению указанных льгот населению должны быть профинан сированы из федерального бюджета, а ответственным органом за неиспол нение передачи средств на более низкий уровень бюджета является Мини стерство финансов295, основной задачей которого является разработка про екта федерального бюджета и обеспечение исполнения федерального бюджета в установленном порядке. Министерство финансов РФ является федеральным органом исполнительной власти, обеспечивающим проведе ние единой финансовой, бюджетной, налоговой и валютной политики в Российской Федерации и координирующим деятельность в этой сфере иных федеральных органов исполнительной власти.

При этом ни в одном из федеральных законов296, а также иных нор мативных правовых актов, принимаемых на основе этих законов, не указа но, что при недостаточности средств бюджета на покрытие расходов, за О программе развития бюджетного федерализма в Российской Федерации на период до 2005 года:

Постановление Правительства РФ от 15 авг. 2001 г. № 584 // Собр. законодательства РФ. 2001. № 34.

Ст. 3503.

Об утверждении положения о министерстве финансов Российской Федерации: Постановление Пра вительства РФ от 6 марта 1998 г. № 273 // Рос. газ. 1998. 19 марта.

О ветеранах: ФЗ РФ от 12 янв. 1995 г. № 5-ФЗ, О социальной защите инвалидов в Российской Феде рации: ФЗ РФ от 24 нояб. 1995 г. № 181-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1995. № 48. Ст. 4563;

О ре абилитации жертв политических репрессий: Закон РФ от 18 окт. 1991 г. № 1761-1 (с посл. изм. и доп.) // Ведомости Совета народных депутатов и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 44. Ст. 1428.

крепленных в законах, за соответствующим бюджетом ответственность должна возлагаться на другой уровень бюджета. В ч. 1 ст. 85 Бюджетного Кодекса РФ установлено, что совместно за счет средств федерального бюджета, средств бюджетов субъектов Российской Федерации и средств местных бюджетов финансируется обеспечение социальной защиты насе ления. Распределение и закрепление между бюджетами разных уровней бюджетной системы Российской Федерации расходов, связанных с реали зацией того или иного закона, производятся по согласованию органов го сударственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации и утверждаются соответствую щими законами о бюджетах, либо по согласованию органа государствен ной власти субъекта Российской Федерации и органов местного само управления, расположенных на территории данного субъекта Российской Федерации (ч. 2 ст. 85 Бюджетного кодекса РФ).

Таким образом, ни из одного нормативного правового акта, регули рующего сходные правоотношения, не вытекает, что ответственность по аналогичным делам должна возлагаться на Российскую Федерацию. Такой материальной нормы права в Российском законодательстве не существует.

Вместе с тем высший суд возложил ответственность по компенсации убытков на другой уровень бюджета, другого органа государственной вла сти, а именно на казну государства. В этой связи, полагаем, что высший суд, проанализировав сложившуюся практику рассмотрения данных кате горий дел, обнаружил, что действующее законодательство не содержит разрешения правовой неопределенности297, и сформулировал свое разъяс нение298 на основании ст. 72 Конституции РФ, норм Бюджетного кодек са299, федерального закона о бюджете, подзаконного акта – постановления Правительства300. В настоящий момент нижестоящие арбитражные суды учитывают изменения судебной практики при рассмотрении дел, касаю щихся норм бюджетного кодекса, а в мотивировочной части судебных ре шений301 активно ссылаются на интерпретационные акты высших судеб Правовая коллизия по данным категориям дел возникла в связи с тем, кто должен нести ответствен ность, если бюджетные средства не компенсировали в полном объеме фактические расходы, связан ные с реализацией, например, Федерального закона «О ветеранах».

Пункт 18: О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса: По становление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2006 г. № 23 // Вестник Высшего Арбитражного суда РФ. 2006. № 8.

Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31 июля 1998 г. № 145-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1998. № 31. Ст. 3823 (абз. 6 п. 1. ст. 85, п. 4 ст. 130, ст. 133, 136).

Программа развития бюджетного федерализма в Российской Федерации на период до 2005 года: Поста новление Правительства РФ от 15 авг. 2001 г. № 584 // Собр. законодательства РФ. 2001. № 34. Ст. 3503.

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 14.03.2007 г. по иску ООО «УК «Центр» к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации. Дело № А19-22815/06-13;

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 26.02.2007 г. по иску ЗАО «УК «РЗС» к Российской Феде рации в лице Министерства финансов Российской Федерации. Дело № А19-27094/06-53;

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 11.04.2007 г. по иску ЗАО «УК «РЗС» к Российской Феде рации в лице Министерства финансов Российской Федерации. Дело № А19-27092/06-22 // www.irkutsk-arbitr.ru: Официальный сайт Арбитражного суда Иркутской области.

ных инстанций, которые имеют общеобязательное и нормативное значе ние. В частности, по результатам рассмотрения кассационной жалобы на вышеуказанное решение арбитражного суда первой инстанции ФАС ВСО принимает в обоснование принятого решения данное постановление пле нума ВАС РФ и приходит к выводу о том, что обжалуемый судебный акт принят с соблюдением норм материального и процессуального права, из менению не подлежит, а кассационную жалобу оставляет без удовлетворе ния302.

Полагаем, что постановление Пленума ВАС РФ по вопросу приме нения норм Бюджетного кодекса принято на основе детального изучения норм российского права, глубокого анализа судебной статистики и такие разъяснения в полной мере можно назвать руководящими разъяснениями по вопросам применения законодательства РФ. Вместе с тем нельзя огра ничиваться такими представлениями, что акты судебного толкования яв ляются только вспомогательными правовыми актами303.

Примером тому является постановление высшего суда, где наряду с разъяснением понятия «налоговой выгоды» была создана материальная норма, в частности определение и признаки «должной осмотрительности и осторожности»304. Вместе с тем, в Определении ВАС РФ от 14.02.2011 г.

№ ВАС-17393/10 по делу № А40-143319/09-142-1126 о пересмотре в по рядке надзора судебных актов по делу об отмене актов налогового органа о привлечении к налоговой ответственности и отказе в возмещении НДС указывается, что постановление высшего суда недопустимо расценивать как акт, в котором содержатся разъяснения, устанавливающие в сфере на логового регулирования правила, не предусмотренные Налоговым кодек сом Российской Федерации.

В качестве другого примера можно сослаться на Постановление Пленума ВАС РФ от 6 октября 2005 г. № 30 «О некоторых вопросах прак тики применения Федерального закона «Устав железнодорожного транс порта Российской Федерации», в котором детализируется законодательст во и в ряде пунктов формулируются новые положения нормативного пра вового характера. В частности, давая толкование ст. 116 Устава железно дорожного транспорта, Пленум ВАС РФ в п. 11 дополнил закон, указав, что грузоотправитель при ссылке на аварию в целях освобождения от штрафа за невыполнение заявки должен представить в арбитражный суд акты об аварии, составленные соответствующими государственными орга нами, содержащие сведения о том, когда произошла авария, и доказатель Дело № А19-27-094/06-53-ФО2-4724/2007: Постановление Федерального Арбитражного Суда Вос точно-Сибирского округа от 26.07.2007 г. // www.sibiria-arbitr.ru: Официальный сайт Федерального Арбитражного Суда Восточно-Сибирского округа.

Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. С. 487.

Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой вы годы: Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 г. № 53.

ства, подтверждающие, что в связи с аварией осуществление основной производственной деятельности прекращено.

Полагаем, что такая практика в теоретическом смысле не может быть обоснованной, так как интерпретатор не может произвольно давать нор мам права не только расширительное, но и ограничительное толкование.

Но именно в практическом смысле при рассмотрении аналогичных дел, возникающих из публичных правоотношений, немногие юристы-практики, в том числе судьи нижестоящих судов, в силах в полной мере оценить и принять по делу истинную и обоснованную позицию, а с подобными разъ яснениями в российской правовой системе и в судебной системе в частно сти действительно можно добиться единства, а точнее, единообразия при менения норм права. При этом, по верному замечанию М.А. Фокиной, «единство судебной практики может быть достигнуто в том случае, если толкование норм права, даваемое высшими судебными органами, будет носить императивный характер»305.

Фокина М.А. Роль судебной практики в совершенствовании доказывания по гражданским делам // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 4. С. 4.

Глава СУДЕБНЫЕ ПРАВОТВОРЧЕСКИЕ АКТЫ §1. Понятие и виды актов судебного правотворчества Правотворческая роль судебных органов является одной из трудных проблем юридической науки. В течение нескольких столетий российское право находилось под влиянием континентальных традиций, запрещавших судьям заниматься правотворчеством. Поэтому неудивительно, что среди отечественных юристов творческая деятельность судов всегда была пред метом ожесточенных споров, а судебные акты официально не признава лись источником (формой) права.

В своей работе «Определенность и основное разделение права» еще в 1879 г. С.А. Муромцев утверждал, что в России суд из соображений справедливости часто «уклоняется от существующих норм, но, не имея власти на их изменение, прибегает для осуществления своих стремлений к скрытым средствам в обход закона»306. В современной российской литера туре указывается, что «право дополнять закон и расширять границы его применения или смягчать его действие мало чем отличается от права изда вать законы»307. Следовательно, судебное правотворчество неизбежно при толковании, особенно при устранении противоречий и восполнении про белов в законодательстве.

Неоднозначная правоприменительная практика Конституционного Суда РФ и его правовые акты различным образом оцениваются учеными.

Большая группа ученых, которая включает представителей науки консти туционного права, наделяет решения высшего суда свойствами норматив ности и признает их отдельные разновидности источниками российского права, которые могут устанавливать, отменять, изменять и дополнять нор мы права или приостанавливать их действие. При этом выделяют их фор мы: конституционная доктрина, нормативный правовой акт, акт преюди ции, судебный прецедент, интерпретационный акт, «правовая позиция», судебная практика. Однако одни отводят данному судебному органу роль «суперзаконодателя», считая, что по своей юридической силе его решения сопоставимы с конституционными положениями308 или превосходят юри дическую силу любых других помимо Конституции РФ нормативных пра вовых актов, принимаемых в РФ, включая и федеральные конституцион Муромцев С.А. Определенность и основное разделение права. М., 1879. С. 250.

Федоренко Н.В., Лусегенова З.С. Некоторые аспекты правоприменения в арбитражном процессе // Вестник Высшего Арбитражного суда РФ. 2002. № 6. С. 95.

Бойцова Л.В. Конституционная юстиция, теория интерпретации и демократический процесс // Вест ник Конституционного Суда РФ. 1997. № 2. С. 4;

Эбзеев Б.С. Толкование Конституции Конституци онным Судом Российской Федерации: Теоретические и практические проблемы. С. 12.

ные законы309. Другие авторы признают Конституционный Суд «вторым законодателем», а его акты «вторичными источниками права», содержа щими «квазинормы», «вторичные нормы» или «нормы о нормах»310, либо рассматривают их как акты «с позитивным содержанием» или «акты пря мого действия» по отношению к Конституции РФ.

Разделяя данную позицию, В.В. Лазарев указывает, что «решения Конституционного Суда РФ имеют прямое отношение к правотворчест ву»311. Общим для них является то, что большинство ученых признают ак ты Конституционного Суда РФ либо нормативными правовыми, либо су дебными прецедентами.

Следует указать и мнения других представителей, которые считают, что постановления Конституционного Суда РФ не являются ни актами правотворчества, ни источниками права312. В частности, В.О. Лучин и О.Н.

Доронина пишут, что решения Суда по своей юридической силе сближа ются с законами. Однако они не направлены на создание новых норм пра ва, они лишь отменяют их, так что «…не следует определять эти решения как новый вид нормативных актов… они вторичны и носят не регулятив ный, а охранительный характер», чем и отличаются от законов. По мнению данных авторов, постановление Конституционного Суда РФ можно опре делить как «правовой акт, изданный судом в пределах его компетенции в процессе осуществления конституционного контроля на основе и во ис полнение Конституции, выражающий его волю посредством констатации соответствия или несоответствия рассмотренного Конституционным Су дом закона Конституции…»313.

Анализ деятельности Конституционного Суда РФ позволяет сделать вывод о том, что реально сложилась своеобразная правовая ситуация, при которой высший суд выполняет функции, которые ни законодательством, ни доктриной России четко не закреплены:

– под видом толкования Конституции РФ решениями органа консти туционного правосудия фактически меняется ее смысл и вносятся допол нения в основной закон страны;

– самовольно присваивая себе законодательные функции314, высший суд тем самым переходит границы, очерченные для него основным законом;

Петров А.А. К дискуссии о правовой природе решений Конституционного Суда Российской Федера ции // Академический юридический журнал. 2002. № 3. С. 4–12.

Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М., 1997. С. 206;

Савицкий В.А., Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник консти туционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда РФ. 1997. № 3. С. 75–79;

Хабриева Т.Я. Толкование Конституции Российской Федерации: теория и практика. С. 52.

Общая теория права и государства / под ред. В.В. Лазарева. 3-е изд. С. 193.

Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. 2000. № 12. С. 47.

Лучин В.О., Доронина О.Н. Жалобы граждан в Конституционный Суд Российской Федерации. М., 1998. С. 124–125.

В юридической литературе некоторые авторы, чтобы подчеркнуть особую роль Конституционного суда, называют его: «негативным законодателем», либо «судебным законодателем», либо «судебным усмотрителем».

– в его решениях содержатся своеобразные нормы (квазинормы)315, за которыми признается общеобязательность и особая юридическая сила;

– нарушая принцип разделения властей, высший судебный орган конституционного правосудия неправомерно вторгается в компетенцию законодательных государственных органов;

– при принятии решений в ряде случаев опирается не на нормы зако на, а на собственные правовые позиции, тем самым вводя в российскую правовую систему прецедентное право.

Применительно к вопросу о правотворческой и правоприменитель ной деятельности Конституционного Суда РФ представляется, что его уча стие в правотворчестве «осуществляется преимущественно посредством разрешения споров о праве и официального толкования норм Конституции РФ, оформленных в виде общеобязательных решений»316, проверки кон ституционности законов в форме правосодержащих актов, т. е. деятельно сти, результатом которой во многих случаях является формулирование но вых правовых норм. Формы или виды правотворческой деятельности Кон ституционного Суда в этом смысле имеют ограниченный характер. Они не распространяются на все иные полномочия, предоставленные ему Консти туцией РФ, Федеративным договором и федеральными конституционными законами317. Исходя из сказанного, можно выделить несколько характер ных форм проявления судебного правотворчества со стороны Конституци онного Суда.

Судебное правотворчество осуществляется путем признания Консти туционным Судом РФ отдельных норм неконституционными. Итак, за Конституционным Судом признается функция оценки закона на предмет его соответствия Конституции Российской Федерации, общим принципам и нормам международного права. Как отмечает Г.А. Гаджиев, признав норму не соответствующей Конституции, Конституционный Суд объявля ет ее недействующей, то есть выступает в качестве «отрицающего законо дателя». Постановление Конституционного Суда обладает свойством са модостаточности, что означает, что нормотворческий орган не должен дублировать решение, принятое Конституционным Судом, и отменять норму, признанную неконституционной Конституционным Судом, наряду с другими нормотворческими органами государства, участвует в реализа ции законотворческой функции государства посредством своих итоговых постановлений318. Однако эта позиция со времени внесения изменений и См.: Савицкий В.А., Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда РФ.

1997. № 3. С. 75.

Невинский В.В. Конституционный Суд Российской Федерации и правотворчество в России // Вест ник Конституционного Суда РФ. 1997. № 3. С. 71.

Ст. 3: О Конституционном Суде Российской Федерации: ФКЗ РФ от 21 июля 1994 г. (в ред. ФКЗ РФ от 15 дек. 2001 г.) // Рос. газ. 1994. 23 июля;

Собр. законодательства РФ. 2001. № 51. Ст. 4824.

Гаджиев Г.А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конститу ционного права // Конституционное право: восточно-европейское обозрение. 1999. № 3 (28). С. 85.

дополнений в два действующих федеральных закона319 несколько измени лась, поскольку в соответствии с действующими федеральными законами за решением Конституционного Суда РФ о признании нормативного акта или его отдельного положения не соответствующим Конституции РФ должна последовать обязанность по отмене этого акта или его отдельных положений тем органом или должностным лицом, которое его принимало.

Вместе с тем необходимо выделить проблему по ограничению Кон ституционным Судом РФ полномочий судов общей юрисдикции, связан ных с делами об оспаривании нормативных правовых актов органов госу дарственной власти на предмет соответствия Конституции РФ и федераль ным законам. Обозначенная проблема требует научной обоснованности и законодательного разрешения. Так, в одном из своих постановлений Конституционный Суд РФ фактически самостоятельно изменил компетен цию судов общей юрисдикции, несмотря на то, что в соответствии с Кон ституцией РФ полномочия нижестоящих судов должны определяться фе деральным конституционным законом. В сущности, высший суд лишил суды общей юрисдикции права рассматривать конституции (уставы) субъ ектов Российской Федерации на предмет их соответствия федеральным за конам. В результате Конституционный Суд указал, что конституции (уста вы) субъектов РФ могут проверяться исключительно на предмет соответ ствия их Конституции РФ.

В другом постановлении321 высший суд своеобразно трактовал обще теоретические представления о системе источников права в Российской Федерации. В своем постановлении Конституционный Суд пришел к вы воду, что «положения статей 27, 251, 253 ГПК РФ, наделяющие Верховный Суд РФ полномочием рассматривать и разрешать дела об оспаривании нормативных правовых актов Правительства РФ, не предполагают разре шения судом общей юрисдикции таких дел в случаях, когда нормативный правовой акт Правительства РФ принят при осуществлении полномочия, возложенного на него непосредственно федеральным законом, по вопро сам, не получившим содержательной регламентации в данном законе».

Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации: ФЗ РФ от 6 окт. 1999 г. № 184 (с изм. и доп.) // Собр. законодательства РФ. 1999. № 42. Ст. 5005;

Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации: ФЗ РФ от 6 окт. 2003 г. № 131 (с посл. изм. и доп.) // Собр.

законодательства РФ. 2003. № 40. Ст. 3822.

По делу о проверке конституционности положений статей 115 и 231 ГПК РСФСР, статей 26, 251 и 253 ГПК РФ, статей 1, 21 и 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросами Государственного Собрания – Курултая Республики Башкортостан, Государственного Совета Республики Татарстан и Верховного Суда Республики Татарстан: Постановление Конститу ционного Суда РФ от 18 июля 2003 г. № 13-П // Собр. законодательства РФ. 2003. № 30. Ст. 3102.

По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 части первой статьи 27, час тей первой, второй и четвертой статьи 251, частей второй и третьей статьи 253 Гражданского процес суального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Правительства Российской Федерации:

Постановление Конституционного Суда РФ от 27 янв. 2004 г. № 1-П // Собр. законодательства РФ.

2004. № 5. Ст. 403.

Описывая прямую связь постановлений Правительства РФ с федеральны ми законами, суд по-разному определяет ее содержание. Так, в одних слу чаях указывается на возможность принятия Правительством РФ норматив ных правовых актов во исполнение полномочия, возложенного на него не посредственно федеральным законом, по вопросу, не получившему содер жательной регламентации в этом законе, в другом случае отмечается изда ние постановления Правительства РФ, осуществляющего правовое регули рование прав и свобод человека и гражданина в силу прямого указания за кона, который постановление конкретизирует.

Кроме того, сообразно своему пониманию принципа разделения властей, высший суд пришел к выводу о невозможности со стороны су дебных органов осуществлять контроль за законностью постановлений Правительства РФ. Выходит, что суд исключает постановления Прави тельства РФ из объектов нормоконтроля, осуществляемого судами общей юрисдикции. А ведь известно, что Конституция РФ предусматривает право граждан на судебную защиту. При этом соответствующее право является одним из основных принципов построения правового государства, ограни чение которого даже федеральным законом, на наш взгляд, возможно только в исключительных случаях. Вместе с тем, принимая соответствую щее постановление, КС РФ фактически ограничивает указанное право воз можностью его защиты только в конституционном судопроизводстве.

Во-вторых, судебное правотворчество осуществляется путем форму лирования Конституционным Судом РФ правовой нормы на основе собст венного толкования отдельных статей Конституции РФ при установлении факта неурегулированности или путем подмены норм Конституции реше ниями органа конституционного правосудия. Например, признав факт не урегулированности вопросов, касающихся системы федеральных органов исполнительной власти322, суд пришел к выводу, являющемуся, по сути, нормой в силу его обязательности: «По вопросам, касающимися системы федеральных органов исполнительной власти, неурегулированным законо дательством, Президент Российской Федерации может издавать указы, ко торые не должны противоречить Конституции Российской Федерации и федеральным законам»323.

На современном этапе развития отечественного права складывается небывалая для России конституционная практика подмены норм Консти туции РФ решениями органа конституционного правосудия. Так, двумя толкованиями были внесены изменения в главу 4 Основного Закона. В первом случае324 Конституционный Суд пришел к выводу о том, что по правки к главам 3–8 принимаются в форме особого нормативного правово По делу о толковании статей 71 (п. «г»), 76 (ч. 1), 112 (ч. 1) Конституции Российской Федерации:

Постановление Конституционного Суда РФ от 27 янв. 1999 г. № 2-П // Рос. газ. 1999. 10 февр.

Рос. газ. 1999. 10 февр.

По делу о толковании статьи 136 Конституции Российской Федерации: Постановление Конституци онного Суда РФ от 31 окт. 1995 г. № 12-П // Собр. законодательства РФ. 1995. № 11. Ст. 4408.

го акта, вносящего изменения и дополнения в Основной Закон. Эта особая форма правового акта получила название закона Российской Федерации о поправках к Конституции РФ. На основе этого толкования позже был при нят Федеральный закон 325, кардинально изменивший представления о ме ханизме внесения поправок. Относительно этого толкования в научной ли тературе не возникает разногласий: «В этой ситуации Суд по сути дела «творит право», более того – право конституционное. Поскольку устанав ливает совершенно новый вид правового акта, при помощи которого кон ституционный текст может быть изменен»326. Во втором случае, суд уста новил в ст. 136 Конституции РФ правило, согласно которому новое наиме нование субъекта федерации подлежат включению в ст. 65 Конституции РФ, а на основе собственного понимания предоставил это право главе го сударства. В результате такой разъяснительной деятельности327 изменение самой Конституции РФ стало возможным путем издания подзаконных ак тов, а именно указов Президента РФ на основании решения субъекта Рос сийской Федерации.

Другим широко известным примером подмены толкования может послужить постановление КС РФ по делу о толковании ряда статей Кон ституции РФ, предусматривающих принятие решений палатами Федераль ного Собрания РФ большинством от общего числа депутатов328. Возник ший вопрос, что считать «общим числом» – число депутатов Государст венной Думы, названное Конституцией РФ, – 450 (ч. 3 ст. 95) или же число мандатов, реально замещенных на момент голосования, Конституционный Суд трактовал по-своему. Ранее, постановлением Съезда народных депута тов РСФСР от 30.09.1991 г. «О толковании понятия «общее число депута тов РСФСР», употребляемого в Конституции РСФСР» было закреплено, что под общим числом народных депутатов следует понимать «количество избранных народных депутатов РСФСР»329. Суд в своем постановлении определил, что словосочетание «общее число депутатов Государственной Думы (членов Совета Федерации)» означает конституционно установлен ные числа – соответственно 450 и 178 – и что именно от этих чисел следу ет устанавливать результаты голосования в парламенте. Эти же цифры бе рутся за основу при определении кворума на заседаниях палат. Принимая такое решение, суд исходил из того, что акт органа общенационального представительства должен отражать не только интересы парламентского большинства, но и интересы большинства общества. Определение резуль О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации: ФЗ РФ от 4 марта 1998 г. № 33-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1998. № 10. Ст. 1146.

Конституционное право Российской Федерации: сборник судебных решений. СПб., 1997. С. 98.

По делу о толковании ч. 2 ст. 137 Конституции Российской Федерации: Постановление Конституци онного Суда РФ от 31 окт. 1995 г. № 12-П // Собр. законодательства РФ. 1995. № 11. Ст. 4408.

По делу о толковании статей 103 (часть 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации: Постановление Конституционного Суда РФ от 12 апр. 1995 г. // Собр. законодательства РФ. 1995. № 16. Ст. 1451.

См.: Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. М., 1992. С. 29.

татов от числа лишь закрепленных мандатов может привести к тому, что Государственная Дума в случае вакантности значительной части депутат ских мандатов будет принимать федеральные законы, фактически утратив свой представительный характер, а его акты окажутся нелегитимными330.

В-третьих, судебное правотворчество осуществляется в форме при знания Конституционным Судом РФ неконституционными отдельных норм с обязательством применять статьи закона определенным образом.

В своем постановлении331 суд пришел к выводу, что днем официального опубликования закона может считаться только дата, с которой реально обеспечивается получение информации о содержании закона его адресата ми, а не дата, указанная в выпуске источника официального опубликова ния, в связи с чем был раскрыт смысл ч. 3 ст. 15 Конституции РФ и поня тие «опубликование» было истолковано с позиции «обнародования» как доведения до всеобщего сведения.

В-четвертых, судебное правотворчество осуществляется посредст вом уточнения норм законодательства. Примером является постановление, где суд признал, что нормы не противоречат Конституции, но дал свое конституционное уточняющее или расширительное толкование данной нормы: «во всяком случае должно обеспечиваться судами путем проверки по жалобам граждан законности и обоснованности постановлений о про длении срока предварительного расследования»332, а в другом постановле нии333 КС РФ пришел к выводу: «во всех случаях приводит к отказу орга нам прокуратуры в предоставлении гражданину для ознакомления мате риалов, непосредственно затрагивающих его права и свободы, без преду смотренных законом надлежащих оснований, связанных с содержанием указанных материалов, и препятствует тем самым судебной проверке обоснованности такого отказа».

В-пятых, судебное правотворчество в основном осуществляется в форме правовой позиции Конституционного Суда РФ334. Суть правовой позиции судьи (часть решения), высказанной в связи с рассмотрением кон кретного дела и вошедшей в основу решения суда по данному делу, в анг лийском праве называют ratio decidendi. Неоднозначным является в России такое оценочное понятие, как «правовая позиция», его внутренняя природа и юридическая сила335. Для понимания термина «правовая позиция» пред Вестник Конституционного Суда РФ. 1995. № 2–3.

По делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 г.

«О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах»: Постановление Конституци онного Суда РФ от 24 окт. 1996 г. № 17-П // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. № 5.

Рос. газ. 1999. 15 апр.

По делу о проверке конституционности п. 2 ст. 5 Федерального закона «О прокуратуре»: Постанов ление Конституционного Суда РФ от 18 февр. 2000 г. № 3-П // Рос. газ. 2000. 1 марта.

Гаджиев Г.А., Пепеляев С.Г. Предприниматель – налогоплательщик – государство. Правовые пози ции Конституционного Суда Российской Федерации. М, 1998. С. 55–67.

Варламова Н.В. Пять лет шестой Конституции России: проблемы реализации // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 1998. № 2. С. 97;

Лазарев Л.В. Некоторые спорные вопросы теории и практики конституционного правосудия // Вестник Конституционного Суда РФ. 1997. № 3.

лагаются следующие определения: 1) обобщенное представление суда по конкретным конституционно-правовым проблемам;

2) ориентир в право вых проблемах;

3) система правовых аргументов, правоположений, прави ла прецедентного характера;

4) конституционные судебные прецеденты или решения, носящие преюдициальный характер;

5) отношение суда к определенным правовым проблемам, закрепленное в решениях;

6) резуль тат анализа аргументов и выводов суда, образующих интеллектуально юридическое содержание судебного решения, это всегда толкование кон ституционных норм и норм отраслевого законодательства336.

Понятие «судебный акт правотворчества» является одним из централь ных в общей теории права, отраслевых юридических науках. Его природа в российской правовой системе обосновывается ролью преобразовательного решения, когда судебный интерпретатор расширяет, ограничивает, тем са мым создавая новую норму права, либо вовсе ее отменяет. Вместе с тем в сравнительном правоведении отсутствует общепринятая трактовка этого понятия. Как правило, акт судебного правотворчества понимается как со вершенное в определенном порядке волеизъявление уполномоченного субъ екта, устанавливающее, изменяющее, отменяющее нормы права, приоста навливающее, пролонгирующее или прекращающее их действие, результаты которого в виде нормативных правовых предписаний фиксируются в офици альном письменном документе. Активное изучение научным сообществом судебного правотворчества, свойственного современной России, обусловли вает необходимость комплексного исследования вопросов, касающихся по нятия, видов и функций актов судебного правотворчества.

§2. Судебные правовые позиции как форма российского судебного правотворчества При дальнейшем рассмотрении правовых позиций Конституционно го Суда РФ в рамках толкования Конституции РФ определяющей будет трактовка понятия «правовая позиция», данная Н.В. Витруком, который предлагает следующее определение: «правовые позиции Конституционно го Суда РФ есть правовые выводы и представления Суда как результат ин терпретации (толкования) Судом духа и буквы Конституции РФ и истол кования им конкретного смысла (аспектов) положений отраслевых законов и других нормативных актов в пределах его компетенции, которые снима ют неопределенность в конкретных конституционно-правовых ситуациях и С. 21–22;

Сивицкий В.А., Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источники конституционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда РФ. 1997. № 3. С. 78–79.

Анишина В.И. Правовые позиции Конституционного Суда России // Рос. юстиция. 2000. № 7. С. 11.

служат правовым основанием итоговых решений (постановлений) Консти туционного Суда»337.

По мнению Н.В. Витрука, правовая позиция Конституционного Суда РФ имеет два существенных признака. Это распространение позиции не только на конкретный случай, ставший предметом рассмотрения Консти туционным Судом РФ, но и на все аналогичные случаи (свойство всеобщ ности) и официальный и обязательный характер, то есть равенство юриди ческой силы правовой позиции и самого решения Суда и их обязатель ность на всей территории РФ и для всех субъектов отношений 338. Норма тивность и обязательность правовой позиции Конституционного Суда мо жет быть им самим изменена, что служит дополнительным подтверждени ем правотворческой природы Конституционного Суда. Так, ст. 73 Феде рального Закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» до пускает возможность того, что большинство участвующих в заседании па латы судей могут склониться к необходимости принять решение, не соот ветствующее правовой позиции, выраженной в ранее принятых Конститу ционным Судом решениях. В этом случае дело передается на рассмотрение в пленарное заседание, которое и может принять решение, не соответст вующее ранее сформулированной правовой позиции. Таким образом, Кон ституционный Суд РФ во вновь принятом решении может изменить свою правовую позицию.

В научной литературе высказывается мнение, согласно которому правовые позиции Конституционного Суда обладают характерными осо бенностями источника российского права: а) их общий и обязательный ха рактер;

б) обладание юридической силой, «приравниваемой к юридиче ской силе самой Конституции»;

в) наличие у них «характера конституци онно-правовой нормы, хотя таковой она никогда не становится»;

г) схо жесть «в судебной и иной правоприменительной практике» с «характером прецедента»;

д) их самостоятельность как источника конституционного и иных отраслей права среди других источников права339.

Так, правовую позицию признают в качестве судебного прецедента и, соответственно, как источник права С.В. Поленина, Г.А. Гаджиев, Р.З.

Ливщиц. Они указывают на то, что решения, на основе которых и возника ет прецедент, в той или иной мере апробируются Верховным или Высшим Арбитражным судами Российской Федерации, а опубликование судебного решения превращает это решение в основу прецедента. По мнению авто ров, «эта черта сближает судебную практику с другими источниками пра Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда РФ: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное правосудие в посткоммунистических странах: сборник докладов. М., 1997. С. 95.

Ст. 6: О Конституционном Суде Российской Федерации: ФКЗ РФ от 21 июля 1994 г. (в ред. ФКЗ РФ от 15 дек. 2001 г.) // Собр. законодательства РФ. 1994. № 13. Ст. 1447;

2001. № 7. Ст. 607.

Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда РФ: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное правосудие в посткоммунистических странах: сборник докладов. С. 91.

ва»340. В случае выявления нарушений Суд, отказав в применении такого закона, выступает как орган, официально и законно создающий преце дент341. Г.А. Гаджиев при аргументации своего подхода к правовой пози ции как судебного прецедента обращается к доктрине судебного прецеден та. Он указывает на то, что обязательным для судов становится не все ре шение суда, а только его часть – ratio decidendi. Эта часть решения отража ет суть решения, правовую норму, заключенную в решении суда. Он также полагает, что «в мире юридических явлений правовые позиции Конститу ционного Суда ближе всего находятся к ratio decidendi, и в силу этого именно правовые позиции Конституционного Суда следует считать источ никами права»342.

Развивая эту мысль, Л.В. Лазарев полагает, что «прецедентный ха рактер акта конституционной юрисдикции означает, что выраженная в нем правовая позиция относительно конституционности конкретного акта или нормы является образцом (правилом), которым должны руководствоваться законодательные, судебные и иные органы, должностные лица при реше нии вопросов в рамках своей компетенции»343. Исходя из особенностей правовой позиции, автор указанной статьи делает вывод о том, что при знание правовой позиции Конституционного Суда РФ только лишь реко мендацией недопустимо и что стоит признать правовые позиции в качестве самостоятельного источника конституционного и иных отраслей права.

Поскольку правовая позиция лежит в основе правовой аргументации и обоснования итогового решения суда, то ее изложение в решении Консти туционного Суда РФ придает ей официальную силу.

Некоторые авторы, такие как Т.Г. Морщакова и В.И. Анишина, по нимают под правовыми позициями преюдициальные акты. Так, по мнению В.И. Анишиной, правовые позиции Конституционного Суда РФ имеют преюдициальную силу для всех судов и могут содержаться как в резолю тивной части постановления, так и в мотивировочной, а также в отказных определениях и определениях о прекращении производства по делу344.

Т.Г. Морщакова утверждает, что правовая позиция Конституционного Су да Российской Федерации – это особый вид преюдиции, а не прецедента 345.

Автор отмечает, что в конституционном правосудии «видоизменяется само понятие факта, который должен признаваться другими судами установ ленным без его нового исследования. Суд устанавливает факт соответствия какого-либо закона Конституции, и хотя это явление чисто правового по Гаджиев Г.А. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник кон ституционного права // Конституционное право: восточно-европейское обозрение. 1999. № 3. С. 82.

Там же. С. 82.

Там же. С. 82.


Лазарев Л.В. Конституционный Суд РФ и развитие конституционного права // Журнал российского права. 1997. № 11. С. 4.

Анишина В.И. Правовые позиции Конституционного Суда России // Рос. юстиция. 2000. № 7. С. 12.

См.: Интервью с заместителем председателя Конституционного суда РФ Т.Г. Морщаковой // Законо дательство. 1999. С. 3.

рядка, в определенном смысле оно может рассматриваться как определен ный факт, который имеет преюдициальное значение…»346.

Данный взгляд на проблему природы правовой позиции видится весьма интересным, поскольку позволит избежать применения к судебно му акту такого понятия, как судебный прецедент. При этом следует опре делиться с термином «прецедент», который в лексическом значении озна чает случай, имеющий место впервые, «служащий примером или оправда нием для последующих случаев этого же рода»347. Оксфордский словарь определяет «прецедент» как пример или дело, которое принимается или может быть принято в качестве образца или правила для последующих дел либо с помощью которого может быть подтвержден или объяснен какой либо аналогичный акт или обстоятельство348. В юридическом энциклопе дическом словаре «прецедент» (от лат. praecedens, praecedentis – предшест вующий) определяется как поведение в конкретной ситуации, которая рас сматривается как образ при аналогичных обстоятельствах349. Под юриди ческим прецедентом принято понимать судебное или административное решение по конкретному юридическому делу, которому государство при дает общеобязательное значение и которое впоследствии становится об разцом или правилом для разрешения аналогичных дел.

Рене Давид, сравнивая основные правовые системы современности, под судебным прецедентом понимал решение по конкретному делу, яв ляющееся обязательным для судов той же или низшей инстанции при ре шении аналогичных дел, либо служащее примерным образцом толкования закона, не имеющим обязательной силы»350.

М.Н. Марченко пишет, что судебный прецедент традиционно рас сматривался, с одной стороны, как акт, в отношении которого ранее при нятые высшими судебными инстанциями страны решения имели характер «правоположений» и служили правовой основой для его формирования и функционирования, а с другой – как акт, оказывающий «связующее» воз действие на все последующие, соотносящиеся с ним судебные решения351.

И.Ю. Богдановская отмечает, что под судебным прецедентом следу ет понимать решение суда по конкретному (индивидуальному) делу, соз дающее новую норму права и обязательное для судов при рассмотрении аналогичных дел352.

На наш взгляд, следует выделять признаки, образующие судебный прецедент в его классическом виде: индивидуальность, нормативность и Морщакова Т.Г. Разграничение компетенции между Конституционным Судом и другими судами Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. № 6. С. 29.

Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. С. 604.

Цит. по: Кросс Р. Прецедент в английском праве. М., 1985. С. 8.

Юридический энциклопедический словарь. М., 1984. С. 296.

Давид Р. Основные правовые системы современности. М., 1976. С. 301.

Марченко М.Н. Судебный прецедент: разнообразие понятий и многообразие форм проявления // Журнал российского права. 2006. № 6. С. 2.

Богдановская И.Ю. Прецедентное право. С. 22–23.

обязательность. Аналогичной точки зрения придерживается С.К. Загайно ва, которая, рассматривая в английском праве судебный прецедент в каче стве источника права, определяла следующие его признаки: 1) выносится при разрешении конкретного дела;

2) содержит в себе правовую норму, вследствие чего нижестоящие суды ссылаются на него в своих последую щих решениях;

3) обязателен для применения всеми судебными инстан циями (кроме Палаты Лордов)353. В сущности, эти три признака образуют понимание судебного прецедента как специфического источника права.

Вместе с тем судебное правотворчество в форме судебного прецедента не присуще российской правовой системе, и его внедрение может повлечь тяжкие последствия, например развитие судебного произвола, коррупции или иные формы злоупотреблений судебных органов, административное давление. Для формирования и применения правового прецедента придет ся разрушить традиционную для России правовую систему и правовую культуру общества. Использование судебного прецедента как источника права окажется невозможным даже при наличии современных электронно правовых систем и информационных технологиях в правосудии.

Примечательно, что постановления Конституционного Суда РФ, за частую называемые «неадекватными»354 решениями, не следует относить к нормативному правовому акту ввиду следующего. Согласно теории права и сложившейся практике нормативные правовые акты подразделяются на законы и подзаконные акты. И в эту систему не входят акты Конституци онного Суда РФ. Они не могут войти в одну группу с законом, так как за кон – это акт, принятый законодательным, а не судебным органом. Отне сение данных актов к категории подзаконных также является неверным.

Противоречие заключается в том, что подзаконный акт отменяет закон, ко торому он в принципе должен соответствовать. Отождествлять постанов ления Конституционного Суда РФ с актом судебного прецедента (а имен но, правовую позицию совместно с особыми мнениями судей) также нель зя. Для российской науки и практики понимание судебного прецедента можно применять только для оговорки неординарного решения, которое связано с разрешением сложной правовой коллизии. С нашей точки зре ния, постановления Конституционного Суда следует определить как под конституционные правовые акты, которые выносятся на основе и во ис полнение Конституции РФ, а в отдельных случаях отнести к актам судеб ного правотворчества.

Думается, что считать постановления Конституционного Суда РФ пра воприменительным актом тоже не совсем обоснованно. Правоприменитель ные акты являются индивидуальными правовыми актами, они упорядочива ют конкретные правоотношения между определенными субъектами права согласно воле законодателя, но на саму норму права правоприменительный Загайнова С.К. Судебный прецедент: проблемы правоприменения. С. 54.

Лучин В.О., Мазуров А.В. Указы Президента РФ. М., 2000. С. 98.

акт не влияет. Как правило, высший суд в мотивировочной части своих по становлений указывает на невозможность рассмотрения конкретного дела по существу в рамках конституционного судопроизводства. Следовательно, по становления органа конституционного контроля можно в полной мере на звать правообразующими судебными актами, так как вследствие их выне сения происходит воздействие на норму текущего законодательства. Вместе с тем постановления Конституционного Суда с содержащимися в них право выми позициями в российской правовой системе не являются в «чистом ви де» ни актами преюдиции, ни судебными прецедентами, так как, по замеча нию В.Д. Зорькина, «это нормативные акты особого рода, имеющие опреде ленные прецедентные и преюдициональные свойства. Правовые позиции Конституционного Суда, содержащиеся в решениях, фактически отражают его особого рода правотворчество»355.

Кроме прочего, существуют мнения, которые основаны на том, что практика вынесения определений о распространении правовых позиций Кон ституционного Суда РФ на аналогичные ситуации, повторяемые в других за конах и иных нормативных правовых актах, показывает, что она в последнее время превратилась в одну из форм исполнения постановлений Конституци онного Суда, основанных на прецеденте356. Ни Конституция Российской Фе дерации, ни Федеральный конституционный закон «О Конституционном Су де Российской Федерации» не обязывают Конституционный Суд РФ приме нять в своей деятельности иные, помимо Конституции РФ, источники права.

Иными словами, высший суд, анализируя поставленные перед ним вопросы права, должен использовать в качестве кодекса или «правового эталона»

лишь букву Конституции, свое понимание этой буквы. Однако в практике данного суда с самого начала его деятельности утвердился подход, когда об щепризнанные принципы и нормы международного права используются как дух права. Таким образом, можно заключить, что посредством правообра зующих судебных актов Конституционный Суд РФ воздействует на дух дей ствующей национальной правовой системы.

Проанализировав структуру и деятельность Высшего Арбитражного Суда РФ, приходим к выводу, что выносимые ими судебные решения но сят правоприменительный характер. При этом деятельность данного выс шего суда имеет свои специфические особенности и требует дальнейшего исследования. Так, в случае, если в правоприменительной деятельности нижестоящих арбитражных судов возникают правовые коллизии, то выше стоящая инстанция вполне справляется с такой ситуацией путем разработ ки и принятия актов официального нормативного толкования права в фор ме постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ. При рас Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. 2004. № 12. С. 5.

Митюков М.А. Акты Конституционного Суда РФ и конституционных (уставных) судов субъектов Федерации: общая характеристика и статистический анализ // Журнал российского права. 2001. № 6.

смотрении нижестоящими судебными инстанциями некоторых сложных категорий дел и применении норм материального и процессуального ха рактера, постановления фактически стали инструкциями в формировании предмета доказывания, как для судей, так и для других субъектов права.

Так, арбитражные суды в настоящее время размещают судебные акты на сайтах, что позволяет ознакомиться с ними и найти аналогичный случай применения права. Данные обстоятельства являются основанием к сле дующему выводу: правовые акты арбитражных судов в основе своей яв ляются правоприменительными актами, которые выносятся на основе пра вовых актов и доказательств. Вместе с тем Высший Арбитражный Суд РФ, с одной стороны, является надзорной инстанцией по проверке законности и обоснованности решений нижестоящих арбитражных судов, а с другой, в рамках интерпретационной деятельности этот суд вносит изменения в су дебную практику, что является подтверждением того, что высший суд фактически обладает правотворческими полномочиями (ст. 170 АПК РФ).


С большой долей вероятности можно утверждать, что правотворческие функции высших судебных органов не противоречат природе судебного решения, а только способствуют быстрому и эффективному рассмотрению дела. Данный высший суд и поднадзорные ему суды выгодно отличаются от других судебных инстанций тем, что рассмотрение дел со сложным предметом доказывания происходит на высоком профессиональном уровне и с учетом мирового опыта (например, судебные решения о взыскании убытков и неустойки). В этом смысле было бы желательно в структуре ар битражных судов ввести институт досудебного урегулирования хозяйст венных споров по наиболее простым категориям дел (например, взыскание дебиторской и кредиторской задолженности), который будет способство вать их разрешению в минимальное количество судебных заседаний и вы несению судебных решений с соответствующими юридическими свойст вами.

Определение практики применения законодательства в судебных ак тах Высшего Арбитражного Суда, как отмечается в юридической литера туре, является не просто толкованием законодательства, а формированием правовой позиции357. Следовательно, необходимо уяснить, что же такое правовая позиция ВАС РФ и почему мы можем поставить его позиции в один ряд с правовыми позициями Конституционного суда РФ и Европей ского Суда по правам человека. Напомним, что пленум ВАС РФ в своем постановлении от 14 февраля 2008 г. № 14 «О внесении дополнений в По становление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федера ции от 12.03.2007 № 17 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – по Архиерейский А.Б. Правовая позиция ВАС РФ как обстоятельство, существенное для дела. Доступ из СПС «КонсультантПлюс»: комментарии законодательства.

становление Пленума ВАС № 14) впервые использовал понятие «правовая позиция» в отношении арбитражных судебных актов.

Позже Конституционный Суд РФ в резолютивной части своего по становления358 обязал законодателя в шестимесячный срок внести измене ния и дополнения в арбитражное процессуальное законодательство, закре пляющие возможность пересмотра по новым и вновь открывшимся об стоятельствам судебного акта, основанного на правовой норме, практика применения которой после вступления данного судебного акта в законную силу определена (изменена) постановлением Пленума ВАС РФ или поста новлением Президиума ВАС РФ, вынесенным по результатам рассмотре ния другого дела в порядке надзора с учетом сформировавшейся практики, в том числе исходя из правовых позиций, сформулированных Пленумом ВАС РФ. Таким образом, спорным для науки и практики остается вопрос, в каком судебном акте формируется правовая позиция ВАС РФ, а также в чем ее содержание и дальнейшее применение нижестоящими судами. Та ким образом, высший суд перед правотворческими органами России по ставил задачу совершенствования российского законодательства в соот ветствии с практикой ЕСПЧ.

Представляется, что правовые позиции ВАС РФ следует рассматри вать с учетом следующего: 1) особой роли ВАС РФ, которая направлена на поддержание единообразия в толковании и применении норм права арбит ражными судами;

2) как результат правотворческой деятельности высшего суда либо как способ развития права, особенность которых заключается в наличии конфликта между правами разных лиц в рамках одного правового механизма, применения правовых средств защиты и выяснения содержа ния прав и обязанностей субъектов;

3) как элемент конституционного ме ханизма охраны единства и непротиворечивости российской правовой сис темы, реализация которого в процессуальном регулировании обеспечива ется установленной законом возможностью отмены судебных актов, в том числе в случае их расхождения с актами высшего суда в системе арбит ражных судов Российской Федерации, дающими разъяснения по вопросам судебной практики.

В рассматриваемом аспекте правовые позиции ВАС РФ представля ют собой механизм исправления судебных ошибок, на необходимость су ществования которого неоднократно обращал внимание Конституционный Суд РФ. Как указывается в постановлениях Конституционного суда РФ359, По делу о проверке конституционности положений части 4 статьи 170, пункта 1 статьи 311 и части статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами за крытого акционерного общества «Производственное объединение «Берег», открытых акционерных обществ «Карболит», «Завод «Микропровод» и «Научно-производственное предприятие «Респира тор»: Постановление Конституционного Суда РФ от 21.01.2010 № 1-П. Доступ из СПС «Консультан тПлюс»: судебная практика.

По делу о проверке конституционности статей 180, 181, пункта 3 части 1 статьи 187 и статьи 192 Ар битражного процессуального кодекса: Постановление Конституционного Суда Российской Федера ции от 3 февраля 1998 г. № 5-П. Доступ из СПС «КонсультантПлюс»: судебная практика;

По делу о правосудие по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффектив ное восстановление в правах. Соответственно, ошибочное судебное реше ние не может рассматриваться как справедливый акт правосудия.

Проблема понимания и применения правовых позиций ВАС РФ тес ным образом связана с процессуальными сроками и институтом вновь от крывшихся обстоятельств. В частности, п. 5.1 Постановления Пленума ВАС РФ № 14 указывается, что правовая позиция содержится в постановлениях Пленума и Президиума ВАС РФ. Как указывается в Постановлении Консти туционного Суда РФ от 21 января 2010 года № 1-П, правовые позиции ВАС РФ, сформулированные в рамках абстрактного толкования норм права, могут касаться не только вопросов материального права, но и процессуальных во просов, включая те, которые связаны с компетенционными взаимоотноше ниями между различными звеньями в системе арбитражных судов360. Форми рование правовой позиции ВАС РФ при принятии оспариваемого судебного акта является обстоятельством, которое не было и не могло быть известно заявителю и может быть квалифицировано в качестве нового обстоятельства.

Вместе с тем правовая позиция ВАС РФ признается в судебных актах, если была учтена арбитражными судами не по причине ее неизвестности, а по причине объективного отсутствия на момент принятия судебного акта.

Таким образом, п. 5.1 Постановления Пленума ВАС РФ № 14 факти чески ввел новое основание пересмотра судебных актов, ограничив сле дующими условиями: правовая позиция ВАС РФ должна быть определена после принятия обжалуемого судебного акта;

оспариваемый судебный акт может быть обжалован в порядке надзора;

заявитель обжаловал судебный акт в порядке надзора;

ВАС РФ вынес определение об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ;

в этом определении содержится указание на возможность пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоя тельствам. Дисбаланс определения (формирования) правовой позиции ВАС РФ заключается в том, что при появлении правовой позиции ВАС РФ заявление может быть подано в арбитражный суд, принявший данный су дебный акт, не позднее трех месяцев со дня открытия обстоятельств, яв ляющихся основанием для пересмотра судебного акта. В случае принятия правовой позиции ВАС РФ за пределами шестимесячного срока арбитраж ные суды должны руководствоваться принципом (нормой) правовой опре проверке конституционности части второй статьи 266 и пункта 3 части первой статьи 267 Кодекса об административных правонарушениях в связи жалобами граждан Е.А. Арбузовой, О.Б. Колегова, А.Д. Кутырева, Р.Т. Насибулина и В.И. Ткачука: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2001 г. № 9-П. Доступ из СПС «КонсультантПлюс»: судебная практика.

По делу о проверке конституционности положений статьи 117, части 4 статьи 292, статей 295, 296, 299 и части 2 статьи 310 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Довод»: Постановление Конституционного Суда Рос сийской Федерации от 17 марта 2010 г. № 6-П. Доступ из СПС «КонсультантПлюс»: судебная прак тика.

деленности, то есть не допускать пересмотр дела с целью получения иного (нового) судебного акта.

Отдельного внимания заслуживают информационные письма Прези диума ВАС РФ, содержащие обзоры судебной практики и фактически имеющие обязательную силу для арбитражных судов, как и постановления Пленума ВАС РФ. Свидетельством тому применение нижестоящими ар битражными судами правовых позиций Президиума ВАС РФ по определе нию критериев разумности размера расходов на оплату услуг представите ля и допустимости их возмещения в том или ином объеме. Данные пози ции, изложенные в информационных письмах Президиума ВАС РФ361, в целях упрощения и большей объективности предполагают использовать материальные категории. В том числе, указывают о возможности рассмот рения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия решения судом первой инстанции, постановлений судами апелляционной и кассационной инстанций. Несмотря на фактически обязательный характер, основанный на законе (ст. 16 ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации»

от 28.04.1995 г. № 1-ФКЗ), правовые позиции, нашедшие свое выражение в информационных письмах ВАС РФ, не признаются основаниями для пере смотра дела. Как уже отмечалось выше, п. 5.1 Постановления Пленума ВАС РФ № 14 не предусмотрено определение практики применения зако нодательства письмами (обзорами) ВАС РФ, а Конституционный Суд РФ вовсе не признал информационные письма ВАС РФ существенным обстоя тельством по делу относительно статьи 311 АПК РФ362.

Таким образом, проблема понимания и применения правовых пози ций Конституционного Суда Российской Федерации и Высшего Арбит ражного Суда Российской Федерации нуждается в выработке единой пози ции по серьезной научной проблеме судебной правовой позиции как ис точника права. Авторы научных статей и монографий, размышляющие о юридической природе правовых позиций, пока сходятся в одном – они фактически выступают в качестве ориентира в конституционно-правовых проблемах, критерия разъяснения спорных вопросов применения и созда ния правовых норм. Признавая нормотворческую функцию Конституци онного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в ча стности нормативно-обязательный характер некоторых постановлений и информационных писем, автор вовсе не призывает к признанию в россий Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных рас ходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитраж ных судах: информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федера ции от 5 декабря 2007 г. № 121. Доступ из СПС «КонсультантПлюс»: судебная практика;

Информа ционное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 августа г. № 82. Там же.

Определение Конституционного Суда РФ от 18 декабря 2007 г. № 849-О-О. Доступ из СПС «Кон сультантПлюс»: судебная практика.

ской системе права такой специфической отрасли права, как судебное пра во – систему корректировки норм, исходящих от судов. Практика высших судов при любых обстоятельствах должна оцениваться в науке и практике, ибо их божественная природа происхождения пока не доказана363. Основ ными критериями правовой оценки являются разграничение правоприме нительных и правотворческих полномочий Конституционного Суда РФ по делам о толковании Конституции РФ и проверке конституционности нор мативного правового акта;

определение юридической силы правовых по зиций КС РФ при разрешении конкретных юридических дел другими рос сийскими судами и соблюдение обязательности их применения.

Примером тому является рассмотрение конкретных дел и ссылка в решениях судов на правовую позицию высшего суда о применении правил неустойки, которая подлежит снижению в силу прямой обязанности суда, а не его права. В частности, как указывается в Определении Конституцион ного суда РФ от 21.12.2000 г. № 263-О «Об отказе в принятии к рассмотре нию жалобы гражданина Наговицына Юрия Александровича на наруше ние его конституционных прав частью первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», предоставленная суду возможность сни жать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последст виями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки… именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю ме рой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) разме ра ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Не вызывает сомнений, что деятельность органов судебной власти по разрешению конфликтов и споров должна вносить определенность в граж данско-правовые отношения и определять правовые последствия в судеб ных актах. Как правило, неопределенность соотносят с актами граждан ского, уголовного судопроизводства, в том числе с актами судебного тол кования. Указывается, что неопределенность судебных актов выражается в том, что в решениях неполно отражаются обстоятельства дела, нечетко формулируются требования истца, возражения ответчика и объяснения других лиц, участвующих в деле;

не раскрывается характер правоотноше ний сторон;

отсутствует анализ доказательств, их оценка и юридическая квалификация установленных фактов. В ряде случаев не указывается за кон, которым руководствовался суд, выводы суда не всегда соответствуют обстоятельствам дела, указанным в решении, а его резолютивная часть из лагается так, что вызывает затруднения при исполнении, требует разъяс нения судебного решения самим судом364.

Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете. С. 12.

Назаренко Т.Н. Неопределенность в Российском праве: дис. … канд. юрид. наук. Москва, 2006.

Проблема неопределенности судебных актов находит выражение в двух наиболее типичных аспектах: 1) неопределенность индивидуальных судебных решений состоит в том, что они могут не содержать достаточно убедительного ответа по существу спора, что не отвечает свойствам (тре бованиям) законности, обоснованности и мотивированнности;

2) неопре деленность интерпретационных судебных решений заключается в проти воречии различных пунктов, отсутствии обоснований и мотивов их приня тия, ссылок на действующее законодательство. Нередко они содержат лишь указание на необходимость соблюдения действующего законода тельства, напоминают о содержании правовых норм, повторяют уже дан ные ранее разъяснения. Таким образом, судебные акты, призванные толко вать нормы права, не всегда вносят точность, полноту и определенность в содержание нормативных правовых актов.

В этой связи представляет интерес принцип правововой определен ности (res judicata pro veritate habeture), давно известный и применяемый в современных правовых системах. К данному принципу неоднократно об ращался Конституционный Суд РФ, рассматривая его как общеправовой критерий формальной определенности, ясности, недвусмысленности пра вовой нормы (формальной определенности закона), обусловленный приро дой нормативного регулирования в правовых системах, основанных на верховенстве права, который непосредственно вытекает из закрепленных Конституцией Российской Федерации принципа юридического равенства и принципа верховенства Конституции Российской Федерации и основанных на ней федеральных законов.

В судебной системе Российской Федерации можно выделить не сколько подходов в понимании данного общепризнанного принципа, по скольку неопределенность содержания правовых норм влечет неоднознач ное их понимание и, следовательно, неоднозначное применение.

Прежде всего, принцип правовой определенности рассматривается как способ достижения формальной определенности правовой нормы (формальной определенности закона). Такой подход согласуется с неодно кратно выраженной в решениях Конституционного Суда Российской Фе дерации правовой позицией о необходимости соблюдения в правотворче стве принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям госу дарства, предполагающего правовую определенность, сохранение разум ной стабильности правового регулирования, недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм, а также предос тавление гражданам в случае необходимости возможности, в частности посредством установления временного регулирования, в течение некото рого переходного периода адаптироваться к вносимым изменениям 365. Он По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 1 и статьи 2 Федерального закона «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравнен ных к ним местностей» в связи с жалобами граждан А.С. Стах и Г.И. Хваловой»: Постановление Кон же представляет собой аспект верховенства (господства) права при осуще ствлении судебной защиты. Речь идет о том, чтобы вынесенные в процессе правоприменения судебные акты по определенному вопросу в будущем не ставились под сомнение. Недопустимость нарушения принципа правовой определенности предполагает inter alia, чтобы судебный акт, выносимый при окончательном разрешении дела, не вызывал сомнений. В ином случае это может повлечь нарушение конституционно защищаемых ценностей, что недопустимо в силу Конституции Российской Федерации и Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Принцип правовой определенности определяет право человека и граж данина на справедливое разбирательство, в том числе указывает на недопус тимость отказа в правосудии. Конституция Российской Федерации закрепля ет принцип, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гра жданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ст. 17, ч. 3), и га рантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (ст. 46, ч. 1). Право на судебную защиту относится к основным неотчуждаемым правам и свобо дам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и сво бод, в Российской Федерации оно признается и гарантируется согласно об щепризнанным принципам и нормам международного права, являющимся составной частью правовой системы Российской Федерации, и в соответст вии с Конституцией Российской Федерации (ст. 15, ч. 4;

ст. 17, 18).

Принцип правовой определенности влияет на стабильность судебных актов. Речь идет о том, что суд не вправе пересматривать вступившие в за конную силу разновидности судебного акта (судебное решение, постанов ление, приговор и пр.) только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного акта. Иная точка зрения суда надзорной ин станции на то, как должно было быть разрешено дело, также не является поводом (основанием) для отмены или изменения судебного акта ниже стоящего суда366. Конституционный Суд РФ, ссылаясь на практику Евро пейского Суда по правам человека, отмечал, что одна лишь возможность наличия двух точек зрения по одному и тому же вопросу не может являть ся основанием для пересмотра, – иной подход приводил бы к несоразмер ному ограничению принципа правовой определенности367.

ституционного Суда Российской Федерации от 24.05.2001 г. № 8-П // Вестник Конституционного Су да Российской Федерации. 2001. № 5;



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.