авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

«АННОТАЦИИ ЗАВЕРШЕННЫХ В 2010 ГОДУ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТОВ ПО ИСТОРИИ, АРХЕОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ Аннотации публикуются в соответствии с решением Правительственной комиссии по высоким ...»

-- [ Страница 6 ] --

Краткая аннотация полученных результатов: Иностранные специалисты сыграли большую роль на начальном этапе работы многих промышленных предприятий в России в период дореволюционной индустриализации. Они принесли с собой передовые западные технологии и опыт управления производством. Высокий уровень оплаты труда был для большинства из них тем стимулом, который заставлял отправляться в незнакомую страну, к обычаям, традициям и особенностям деловой культуры которой не все из них смогли приспособиться. Но были и те, кто сумел найти свое место в новой условиях и оставался в России на протяжении десятилетий. Архивные данные свидетельствуют, что в начале ХХ в. на российских предприятиях оставались иностранцы – менеджеры и технические специалисты, которые хорошо знали русский язык, научились понимать русских рабочих и находить с ними контакт, и которые приспособились к российской действительности в целом. Не случайно на тех договорах иностранных служащих за период 1890-1910-х гг., которые нам удалось обнаружить в архивных фондах промышленных предприятий, подписи сделаны на русском языке.

Таким образом, к началу ХХ века использование в российской промышленности иностранных специалистов было возможным там, где принимались меры к их адаптации к специфике условий работы предприятий, включая особенности трудовых отношений.

Изучение на основе архивных фондов промышленных предприятий деятельности управляющих позволило сделать вывод о том, что их роль, объем обязанностей и полномочий, а также форма и порядок ответственности перед Российский гуманитарный научный фонд хозяевами в немалой степени зависели от того работали они в семейной фирме или акционерной. Семейные фирмы были первыми организационными формами бизнеса, распространенными в России в конце XIX – начале ХХ вв.

Семейный бизнес в России действовал в основном в двух формах: товарищество полное (или на вере) и товарищество на паях. Большинство находившихся в центре нашего рассмотрения предприятий принадлежали как раз к последней форме. Семейный характер акционерного по форме дела накладывал отпечаток и на его внутреннее устройство.

Необходимость контроля за работой менеджера (управляющего) в семейной фирме, как правило, возникала только при отсутствии достойных наследников, например, в случае желания нового поколения отойти от дел. На пост топ менеджера при этом приглашали кого-либо из близких родственников, функции директоров фабрик могли выполнять (и, как правило, выполняли) профессионалы со стороны. Полномочия директоров семейного предприятия были довольно широкими.

Директора распоряжались делами и капиталами товарищества «по особой инструкции», выдаваемой на отчетный период общим собранием (подобные документы сохранились в фондах многих предприятий, например, Даниловская, Локаловская, Раменская, Ярославская Большая мануфактуры и др.). Наемный управляющий акционерной компании получал гораздо большую свободу действий, чем в семейной фирме. Однако, в начале ХХ в. в связи с расширением производства и ростом «фабричного хозяйства», многие Товарищества провели реорганизацию структуры управления своими предприятиями. Одним из последствий этого стало расширение круга обязанностей и полномочий наемных управляющих.

Нередкой была ситуация, когда Правление Товарищества и предприятие находились в разных городах, что увеличивало значение выбора кандидатуры как топ-менеджера, так и директоров фабрик. Такую ситуацию мы наблюдаем на целом ряде предприятий. Иногда подбор служащего, отвечавшего всем основным требованиям (образование, опыт и т.п.), затягивался на многие месяцы. Так, Правление Товарищество мануфактур Н.Н.Коншина почти год после принятия решения о необходимости «пригласить особое лицо» для «наблюдения за фабриками в хозяйственном и административном отношении» в силу невозможности Директоров Правления находиться в Серпухове при фабриках, подбирало кандидатуру для исполнения этих обязанностей. Наконец, в феврале 1902 г. был приглашен барон Тизенгаузен. Схожая ситуация была и на Ярославской Большой мануфактуре (ЯБМ), где после реорганизации системы управления один из директоров Правления, также находящегося в Москве, был назначен Главнозаведующим ЯБМ. Однако в силу невозможности для него безотлучно находиться в Ярославле, эти обязанности были доверены в начале ХХ в. А.Ф.Грязнову, занимавшему должность управляющего одним из крупнейших российских текстильных предприятий вплоть до 1917 г.

Управляющие промышленными предприятиями, как показывают документы, принимали самое непосредственное участие в создание и расширение фабричной инфраструктуры и реализации социальных программ для рабочих.

Многие мероприятия в этой сфере, поддержанные Правлениями различных фирм, и впоследствии реализованные, разрабатывались и инициировались именно управляющими. Последние рассматривали создание приемлемых условий труда и быта, возможности получения рабочими образования и медицинской помощи, введение системы социальных выплат как одну из своих задач, способствовавшую поддержанию социального мира на вверенном им предприятии. Такие примеры мы можем наблюдать на Раменской фабрике, где долгое время управляющим служил Ф.М.Дмитриев, на Ярославской Большой мануфактуре в период управления С.А.Федорова и А.Ф.Грязнова и др.предприятиях. Многие из этих фабрик получали награды на российских и международных выставках не только за производственную деятельность, но и за создание хороших бытовых условий для своих работников. Надо отметить, что нередко управляющие сочетали свою деятельность на предприятии с преподаванием в каком-либо учебном заведении. Так, упоминавшиеся выше Федоров и Дмитриев читали лекции в Императорском Техническом училище в Москве (ныне Государственный технический университет им.Баумана). В ходе занятий они привлекали внимание к вопросу о необходимости совмещать управление производством с мерами по улучшению условий труда и быта работников.

Одна из существенных характеристик деятельности управляющего – определение его роли в ходе трудовых конфликтов, таких как подача прошений или жалоб, предъявление требований, стачки. От действий управляющего, директора в конфликтной (или предконфликтной) ситуации во многом зависело, будет ли недовольство рабочих «погашено» на раннем этапе или развитие конфликта пойдет по нарастающей.

Итогом работы стала рукопись монографии, в которой 1) характеризуются роль и место управляющего в конце XIX начале ХХ в. в административной вертикали управления, его функции, положение, степень самостоятельности и ответственности;

2) рассматривается роль управляющих в процессе создания и реконструкции производства в период дореволюционной российской индустриализации;

определяется, насколько в процессе становления русского управляющего наследовался иностранный опыт управления, что нового было привнесено русскими специалистами;

3) выявляется деятельность управляющего в реализации социальных программ на российских предприятиях (решение вопросов жилья для рабочих и членов их семей, медицинского обслуживания, образования, социального обеспечения и т.п.);

4) характеризуется роль управляющих в ходе трудовых конфликтов на предприятиях.

Номер проекта: 08-01-00495а.

Российский гуманитарный научный фонд Название проекта: История Косово.

Руководитель: Искендеров П.А.

Организация: Институт славяноведения РАН.

Краткая аннотация полученных результатов: Главным результатом проведенного в рамках проекта исследования видится понимание динамики развития ситуации в Косово и сербо-албанских взаимоотношений как с точки зрения социально-экономических и политических процессов и расстановки сил в регионе и за его пределами, так и в плане незавершенности процессов формирования албанского и отчасти сербского этносов, что накладывало особый отпечаток на формирование и реализацию программ национально-государственного строительства сербов и албанцев. Другим важным выводом исследования по теме проекта видится положение о принципиальной ошибочности представлений об исторической предопределенности и принципиальной непреодолимости сербо албанских противоречий. Проведенный анализ позволяет утверждать, что история сосуществования сербов и албанцев в Косово носит гораздо более сложный характер и не вписывается в концепцию «столкновения цивилизаций». Более того, изученные материалы исторического, лингвистического, этнологического характера дают основания утверждать, что решение проблемы Косово может быть достигнуто не в рамках государственного обособления этносов, а посредством создания условий для их взаимовыгодного взаимодействия в различных сферах.

Особое значение в данном плане принадлежит всестороннему анализу существующих с начала XX века интеграционных концепций решений косовской и других балканских проблем, которые могут быть востребованы в современных условиях. В свете нового прочтения истории Косово нуждается также в переосмыслении историческая роль России на Балканах – которая во многих случаях была недостаточно активной в отстаивании именно интеграционных моделей разрешения проблем и, в отличие от дипломатии других великих держав, в первую очередь, Австро-Венгрии и Италии, не предлагала альтернативных вариантов разрешения албанского вопроса.

Наконец, проведенное в рамках проекта исследование позволяет сформулировать новые принципы изучения истории Балкан и других многонациональных регионов на основе преодоления ограниченности сугубо страноведческого, этнологического или лингвистического подходов в пользу комплексного общерегионального анализа природы конфликтных территорий с учетом исторической изменчивости и относительности их этнической, конфессиональной, политической и иной картины и места в общей системе международных геополитических отношений. Именно подобный анализ, на наш взгляд, позволяет не только глубже понять исторические особенности подобных территорий, но и выработать перспективные направления преодоления существующих противоречий и разрешения межнациональных конфликтов.

Номер проекта: 08-01-00496а.

Название проекта: Российская историческая память о войнах ХХ века: формирование и эволюция (теоретико методологический, историографический, источниковедческий, конкретно-исторический анализ).

Руководитель: Сенявская Е.С.

Организация: Институт российской истории РАН (ГН НИУ).

Краткая аннотация полученных результатов: В ходе реализации проекта получен комплекс теоретико методологических, источниковедческих и конкретно-исторических результатов исследования, включая историографический анализ проблемы;

изучение и обобщение наработок отечественной и зарубежной историографии в области исследований «исторической памяти» о войнах ХХ века с участием России/СССР;

обобщение и осмысление достижений отечественных и зарубежных социальных и гуманитарных наук в области изучения проблем исторической памяти. Особое внимание было уделено разработке теоретических подходов к проблеме на основе достижений исторической и смежных гуманитарных и общественных наук – философии, социологии, политологии, культурологии и др., применению концептуальных идей имагологии (отрасли науки, изучающей социальное восприятие) к задачам исследования исторической памяти. В частности, изучались проблемы: восприятия противника в контексте исторической имагологии;

роль исторической памяти в механизмах мобилизационного сознания общества.

При работе над проектом проведены анализ и экспертиза используемых в исторической и смежных науках методов на предмет адекватности и применимости для изучения исторической памяти, с учетом их специфики применительно к историко-военной проблематике. Сформирована информационно-источниковая база исследования.

Проанализированы содержание, структура, виды, уровни, механизмы формирования и эволюции исторической памяти, с учетом российской специфики.

На базе выдвинутой теоретической модели проведен ряд конкретно-исторических исследований применительно к российской исторической памяти о войнах ХХ века, в частности по памяти россиян о русско-японской, Первой и Второй мировых войнах, историческому образу участия в них различных противников России (немцев, японцев, итальянцев, румын и др.).

Российский гуманитарный научный фонд Новизна выполненной работы состоит как в теоретико-методологических, так и в конкретно-исторических элементах полученных результатов, и заключается в многоуровневом, комплексном исследовании проблемы в ее теоретико методологических, методических, источниковых и конкретно-исторических аспектах. Такой подход к проблеме в историографии применен впервые, а результаты его применения будут иметь и теоретическое, и прикладное значения для развития отечественной и мировой науки и социальной практики.

Важнейшие полученные результаты:

Разработана теоретическая концепция о механизмах и конкретном функционировании исторической памяти в российском обществе о войнах ХХ века;

Проведено полномасштабное освещение эволюции и трансформации исторической памяти о войнах ХХ века на базе разработанной методологии, комплекса методов, выявленных и обработанных источников;

Сформирована целостная, комплексная конкретно-историческая картина функционирования и эволюции исторической памяти о всех основных войнах России в ХХ веке.

Результаты реализации проекта дали ключ к пониманию как многих явлений прошлого, так и ряда современных процессов в исторической памяти российского общества.

В ходе работы над проектом в 2008-2010 гг. авторским коллективом сделано 56 докладов на 25 международных и российских научных конференциях и «круглых столах», опубликована 41 научная статья, подготовлена коллективная монография «Мировые и локальные войны ХХ века в исторической памяти российского общества» объемом 12 а.л., организован и проведен «круглый стол» «Историческая память о Второй мировой и Великой Отечественной войне в России и на Западе».

Номер проекта: 08-01-00497а.

Название проекта: Этнодиалекты Ульяновского Присурья (на материалах 20– начала 21 века).

Руководитель: Чередникова М.П.

Организация: Ульяновский государственный педагогический университет им. И.Н. Ульянова (ГОУ).

Краткая аннотация полученных результатов: В ходе выполнения проекта обработан большой корпус фольклорно этнографических материалов архива кафедры литературы УлГПУ им. И.Н. Ульянова за 1975-1983 гг. по календарным, свадебным и похоронно-поминальным обрядам, празднично-игровым традициям, обрядовой и внеобрядовой лирике, оцифрованы и расшифрованы аудиоархивы экспедиций в Ульяновское Присурья 2000-2010 гг. Выявлены и копированы историко-краеведческие и фольклорно-этнографических материалы, необходимые для написания обобщающих статей по проекту, в фондах Государственного архива Ульяновской области, Рукописном отделе Института русской литературы, краеведческом отделе Ульяновской областной научной библиотеки им. В.И. Ленина, Российской национальной библиотеке.

Организованы и проведены 3 полевых семинара, на которых вырабатывались и обсуждались структура Словаря, структура статей и состав Словника, пробные статьи Словаря, карты этнодиалектных особенностей некоторых элементов традиционной культуры. Сверялись и уточнялись списки информантов и перечень обследованных населенных пунктов. Обсуждались аудиодиски песен Сурского и Карсунского районов, а также отобранные видеофрагментов элементов традиции.

Участниками проекта было издано три сборника «Духовная культура русских Ульяновского Присурья: материалы к этнодиалектному словарю» (2008, 2009, 2010), изданные за счет средств по гранту, в которые вошли 61 статьи общим объемом более 50 а.л. Подготовлено 3 аудиодиска песен, записанных в Ульяновском Присурье. Опубликовано и сдано в печать 27 статей. Подготовлено 8 карт распространения на данной территории таких элементов традиционной культуры, как «Свадебное деревце», «Ярка-молодка», «Запрет на купание» и др. Подготовлен диск с видеофрагментами некоторых элементов традиции. Общее количество публикаций, выполненных в рамках проекта – 88.

Осуществлено несколько выездов как в села Присурья, так и в другие районы Ульяновской области (для получения сравнительного материала) общей продолжительностью 45 дней.

На материалах, собранных в Ульяновском Присурье, участниками проекта сделаны доклады на научных конференциях: на III Всероссийской научно-практической конференции «Традиционная народная культура как основа национального самосознания» в Санкт-Петербургской консерватории (2008 г.);

на Всероссийской научной конференции в Государственном республиканском центре русского фольклора в Москве «Общенациональное и Российский гуманитарный научный фонд региональное в современном фольклоре: тексты и исследования» (2008 г.);

на конференции в Санкт-Петербургском Европейском университете «Формы и способы организации памяти в традиционной и современной культуре»

(Зеленинские чтения-2008);

на конференции в Санкт-Петербургском государственном университете «Полевая этнография-2008»;

на конференции в Институте славяноведения РАН «Концепт еды в славянских культурах» (2009 г.);

на VIII Конгрессе этнографов и антропологов России в г. Оренбурге;

на Восьмых Санкт-Петербургских этнографических чтений «Полевые этнографические исследования» в г. Санкт-Петербурге (2009 г.);

на Международной научной конференции «Искусство и наука в современном мире» в г. Москве (2009 г.);

на пятой Международной научной конференции «Рациональное и эмоциональное в литературе и фольклоре» в г. Волгограде (2009 г.);

на XIV международной конференцию «Славянская традиционная культура и современный мир» в ГРЦРФ, г. Москва (2009 г.);

на 2 Конгрессе фольклористов России в г. Москве (2010 г.);

на XV международной конференции «Славянская традиционная культура и современный мир» в ГРЦРФ, г. Москва (2010 г.);

на V Московском международном фестивале и научной конференции визуальной антропологии «КАМЕРА-ПОСРЕДНИК» в МГУ и ИЭА РАН (2010 г.);

на X Международном научно-практическом семинаре по аудиовизуальной антропологии «Культурное наследие как “институт памяти”» в Институте природного и культурного наследия им. Д.С. Лихачева в г. Москве (2010 г.);

на Международной научно-практической конференции, посвящённой памяти ученого и историка С.Л. Сытина (VI Сытинские чтения) в г. Ульяновске (2010 г.);

Слепцова И.С. «Социопрагматика некоторых мифологических персонажей, связанных с прядением» на IX Санкт-Петербургских этнографических чтения «Традиционное хозяйство в системе культуры этноса» в г. Санкт-Петербурге в Российском этнографическом музее;

Морозов И.А. «Традиционные практики в современной городской культуре» на научном семинаре «Проблема сохранения традиционной культуры в условиях современного города в г. Москве в Московском доме национальностей. Всего участники проекта выступили с докладами и сообщениями на 15 конференциях, научно-практических семинарах и Конгрессах.

А.М. Карвалейру использовала материалы, полученные в ходе выполнения работ над проектом, в диссертационном исследовании «Текст и обряд: На материале современного похоронного обряда Ульяновского Присурья», подготавливаемого к защите в 2010 г. в диссертационном совете КН 212.276.02 при ГОУ ВПО «Ульяновский государственный педагогический университет им. И.Н. Ульянова».

В процессе работы над проектом была защищена докторская диссертация И.А. Морозова, в которой был использован корпус материалов по празднично-игровой культуре Ульяновского Присурья, собранных во время полевых исследований 2008-2010 гг. Эти материалы представлены и в книге "Феномен куклы в традиционной и современной культуре (кросскультурное исследование идеологии антропоморфизма)", подготовленной к печати И.А. Морозовым по тексту диссертации.

А.П. Липатова использовала материалы, полученные в ходе выполнения работ над проектом, в диссертационном исследовании «Местные легенды: Закономерности текстообразования», защищенной 23.10.2008 г. в диссертационном совете КН 212.276.02 при ГОУ ВПО «Ульяновский государственный педагогический университет им.

И.Н. Ульянова».

В целом научные результаты проделанной работы весьма значительны как с точки зрения введения в научный оборот новых фольклорно-этнографических материалов региона, ранее не представленного в сборниках и публикациях, так и с точки зрения новой теоретической концепции описания и осмысления региональной традиционной культуры, с которой научная общественность была ознакомлена благодаря изданным сборникам статей и докладам на конференциях в научных центрах страны.

Номер проекта: 08-01-00500а.

Название проекта: Тюремный дневник С. П. Мельгунова. 1920 г. – неизвестные страницы.

Руководитель: Христофоров В.С.

Организация: Институт общественной мысли (АНО).

Краткая аннотация полученных результатов: В ходе работы над проектом были осуществлены расшифровка текста тюремного дневника С.П. Мельгунова и его копирование. Благодаря работе, проведенной в архивах и в библиотеках были подготовлены комментарии к тексту дневника. Сложность работы с текстом заключается в том, что он рукописный;

содержит большое количество сокращений и помарок. Многие из лиц, упоминаемых Мельгуновым, скрыты за инициалами или Псевдонимами, которые были впервые расшифрованы. Проведена работа по написанию вступительной статьи, материалы которой частично вошли в 5 статей, опубликованных в 2008 – 2010 гг. в двух номерах литературно-художественного журнала «Звезда» (тираж 3.200), научном журнале «Гуманитарный вестник», газете «Время новостей» и сборнике исторических чтений «Гороховая, 2». Также впервые были опубликован ряд документов из ЦА ФСБ России, связанных с репрессиями в отношении С.П. Мельгунова и его окружения. Помимо собственно тюремного дневника в научный оборот впервые вводятся материалы других следственных дел, которые непосредственно связаны с С.П. Мельгуновым (дело «Тактического Центра» и др.). Таким образом, Впервые Российский гуманитарный научный фонд извлеченные из ЦА ФСБ России документы, расшифрованные, набранные, снабженные вступительной статьей и научными комментариями, позволяют максимально полно воссоздать страницы жизни С.П. Мельгунова, связанные с периодом его жизни накануне ареста, а также во время его пребывания в тюрьме.

Номер проекта: 08-01-00505а.

Название проекта: Шахтинский процесс 1928 г.: подготовка, проведение, итоги.

Руководитель: Красильников С.А.

Организация: Институт истории Объединенного института истории, филологии и философии СО РАН.

Краткая аннотация полученных результатов: Целью проекта являлась подготовка документального научного издания в 2-х книгах, посвященного одному из крупнейших публичных советских политических процессов – т.н. Шахтинскому по сфальсифицированному обвинению группы специалистов в «экономической контрреволюции».

Участниками проекта проведены выявление, отбор и научный анализ комплекса документов из фондов Архива Президента РФ, а также шести федеральных и ведомственных архивов Государственного архива РФ, Российского государственного архива экономики, Российского государственного архива социально-политической истории, Центрального архива Федеральной службы безопасности РФ, Архива внешней политики РФ, Российского государственного архива кинофотодокументов.

Результаты работы отражены в докладах на международных конференциях (6) и статьях (16, общий объем около п.л.).

Подготовлено документальное научное издание в 2-х книгах «Шахтинский процесс 1928 г.: подготовка, проведение, итоги», общим объемом около 120 а.л.

В кн. 1 публикуются документы и материалы делопроизводства Политбюро (пять тематических дел Архива Президента РФ), отразившие стратегические решения по руководству подготовкой и проведением процесса. Во кн. документы из фондов федеральных и ведомственных архивов, освещающие технологию реализации директив Политбюро государственными (судебными и специальными) органами, дипломатические взаимодействия между ведомствами СССР и Германии вокруг процесса, поведение различных акторов на суде (обвинение, защита, подсудимые), реакцию на процесс различных страт общества (рабочие, специалисты, управленцы и др.).

Книги содержат аналитические Введения, комментарии, научно-справочный аппарат.

В качестве электронного приложения к изданию подготовлен медиа-диска с кинохроникой о Шахтинском процессе.

Новизна выполненного проекта состоит в том, что в нем соединены два подхода к данному феномену – документальный и аналитический. Процесс 1928 г. имел многоаспектный и многоуровневый характер и повлек за собой как кратковременные, так и долговременные последствия. Выявленные в федеральных и ведомственных архивах России документы позволяют осуществить достаточно полную реконструкцию социальных, политических (внутренних и внешних), экономических и культурных аспектов этого судебного процесса. Впервые документированы механизмы подготовки политического решения о процессе, роль и значение репрессивных и судебных структур в его реализации, технология идеолого-пропагандистского обеспечения процесса и различных мобилизационных кампаний, развернутых на этой основе.

Новыми результатами следует считать документирование и подведение источниковой основы под обоснование принципиальных положений о том, что инициаторами и технологическими исполнителями данного процесса выступило региональное и центральное чекистское руководство;

санкционировала проведение процесса при активной и определяющей роли И.В. Сталина политическая элита (Политбюро), несмотря на выявившиеся в этой среде разногласия. Шахтинский процесс имел все базовые признаки и черты социально-политического заказа, призванного мобилизовать вокруг режима союзников и сторонников на конфронтационной основе (борьбы против «вредительства спецов»);

процесс вызвал резкое обострение в советско-германских отношениях, способствовал формированию негативного образа большевистской власти за рубежом;

процесс обострил комплекс противоречий и конфликтов в сфере социально-трудовых отношений, повлек за собой дестабилизацию производства в угольной промышленности страны, рост интеллигентофобии («спецеедства»).

Воссозданы жизненные траектории большинства активных участников процесса, прежде всего чекистов, подсудимых, защитников – всего около 100 чел. Установлено, что за небольшими исключениями, они не пережили сталинскую эпоху, в большинстве своем погибли в годы «Большого Террора». Намечена новая и перспективная тематика, связанная с изучением влияния фактора государственной репрессивной политики на этос ученых-горняков (акад. А.А.

Российский гуманитарный научный фонд Скочинский, Л.Д. Шевяков, чл.-корр. Н.А. Чинакал) и корпоративные ценности группы инженерно-технической интеллигенции.

Другая перспективная линия изучения темы связана с раскрытием потенциала визуальных источников – фото- и кинодокументов, отразивших ход процесса в контексте эпохи. Проанализирован феномен кинохроники как элемента медиамобилизации. На основе изучения визуального сопровождения Шахтинского процесса сделан ряд важных наблюдений о соотношении и динамике традиционных мобилизационных форм (плакаты, карикатуры) и более современных (кинохроника).

Номер проекта: 08-01-00506а.

Название проекта: Высшая школа в условиях системныч трансформаций: сравнительно-исторический аспект (1990-е – начало 2000-х гг., на материалах Сибирского региона).

Руководитель: Водичев Е.Г.

Организация: Институт истории Объединенного института истории, филологии и философии СО РАН.

Краткая аннотация полученных результатов: Целью проекта являлась историческая реконструкция основных особенностей научно-образовательной политики и тенденций развития научно-образовательного потенциала в системе высшего профессионального образования в период структурных трансформаций российского общества (1990-е – начало 2000-х гг.) в контексте их соответствия базовым тенденциям развития высшего профессионального образования в экономически и социально «успешных» государствах. Объект исследования –региональный компонент системы высшей школы РФ, представленный совокупностью высших учебных заведений на территории Сибири (в границах Западно-Сибирского и Восточно-Сибирского экономических районов). Предметом исследования являлась деятельность по реструктуризации высшей школы Сибири в указанный период с учетом опыта реформирования системы высшего образования в ряде ведущих стран мира в период построения в них основ постиндустриального общества. В более широком плане предполагалось в результате придти к выявлению совокупности институциональных предпосылок для построения в регионе сегмента инновационной системы, удовлетворяющей потребностям экономики, основанной на знаниях. Проектом предполагалась подготовка коллективной монографии объемом 20 а.л., одноименной с названием проекта, в которой будут представлены результаты реконструкции региональной научно-образовательной политики в 1990-е – первом десятилетии 2000-х гг.;

выявлена историческая динамика развития научно-образовательного потенциала высшей школы региона в указанный хронологический период;

дана характеристика типичных для России и Сибирского региона практик и механизмов развития научно образовательного потенциала;

определены сложившиеся в научно-образовательной сфере Сибири предпосылки для формирования институциональных основ регионального сегмента национальной инновационной системы;

проведены сопоставления логики данных процессов и результатов с базовыми тенденциями развития высшей школы в ряде ведущих стран мира (США, Великобритании, Германии и Франции) в период реализации в этих государствах системных социально-экономических реформ, направленных на становление постиндустриального общества. В ходе реализации проекта была проведена работа по комплексному выявлению и обработке литературы и разноплановых источников по вопросам трансформации систем высшей школы в США, странах ЕС и России (в федеральных и региональных библиотеках, архивах региональных администраций вузах, на Интернет-сайтах).

По итогам обработки массивов статистической информации созданы базы данных по современной высшей школе США, Великобритании и Франции. Практическая работа с источниками и литературой привела к некоторым изменениям в структуре итоговой монографии, что нашло отражение в промежуточных отчетах по проекту и было одобрено экспертами РГНФ. Таким образом, с учетом всех корректив, реализация проекта завершилась подготовкой запланированного издания – коллективной монографии (объемом около 20 а.л.). Общий результат по проекту: подготовлена к печати итоговая коллективная монография (20 а.л.), две аналитические работы (на правах рукописей, объем 8 и 4 а.л.) по проблемам исследовательских университетов (Новосибирского госуниверситета), 16 статей (12,3 п.л.). В течение всего срока выполнения проекта результаты апробировались на ряде региональных, всероссийских и международных конференциях и семинарах.

Номер проекта: 08-01-00508а.

Название проекта: Государственная политика формирования и закрепления населения в районах нового индустриального освоения Сибири в XX – начале XXI вв.

Руководитель: Тимошенко А.И.

Организация: Институт истории Объединенного института истории, филологии и философии СО РАН.

Российский гуманитарный научный фонд Краткая аннотация полученных результатов: В результате выполнения проекта исследована важная проблема в истории России и значительной её части – Сибири, связанная с вопросами государственной политики формирования и закрепления населения в районах нового индустриального освоения в XX – начале XXI вв. На протяжении достаточно длительного хронологического периода рассмотрены особенности социально-экономического и демографического развития региона в условиях индустриализации и урбанизации. Главный акцент сделан на изучении районов нового индустриального освоения Сибири, к которым в XX в. со всем основанием можно отнести практически весь регион.

Он в процессе движения населения с запада на восток не только активно обживался россиянами, но и хозяйственно осваивался. На смену преобладавшего в прошлые столетия промыслово-аграрного производственного освоения всё в большей степени приходило индустриальное, которое сопровождалось строительством крупнейших в мире энергетических, транспортных, промышленных объектов, возникновением новых городских поселений, ростом численности проживающих в них и рождением совершенно новой социокультурной среды в регионе.

В процессе исследования изучены основные тенденции в развитии Сибири, отмечены и определены главные факторы и механизмы, воздействующие на рост её экономического и социально-демографического потенциала за более чем столетний период. Проанализированы этапы разработки и реализации государственных планов, направленных на индустриальное освоение региона, в том числе и его мало затронутых хозяйственной деятельностью человека районов. Отмечено, что в 1920–1930-е гг. активное промышленное строительство разворачивалось в рамках выполнения Урало-Кузнецкой программы, в 1950–1960-е гг. реализовывался Ангаро-Енисейский проект, в 1960– 1970е гг. главным событием стало формирование Западно-Сибирского нефтегазового комплекса, который наиболее существенно за всю историю XX столетия изменил значимость Сибирского региона в хозяйственном комплексе страны и мировой экономике. В 1970–1980е гг. мощный импульс в развитии получили восточные и северо-восточные районы Сибири в связи с возобновлением строительства Байкало-Амурской магистрали и реализацией планов хозяйственного освоения придорожной зоны. Реформы 1990-х гг. негативно отразились на социально-экономическом и социально-демографическом развитии районов нового индустриального освоения Сибири, приостановили и разрушили многие начинания предыдущего периода, которые трудно возродить в существующих социально экономических и политических условиях.

В работе над проектом впервые в отечественной историографии осуществлен комплексный ретроспективный анализ деятельности государства по формированию и закреплению населения в районах нового промышленного освоения Сибири в XX – начале XXI вв. Исследование проводилось в рамках методологии модернизационного подхода, который позволил определить особенности развития населения в условиях интенсивного индустриального строительства в районах ранее слабо обжитых и неосвоенных в хозяйственном отношении. На основе обобщения и анализа разнопланового источникового материала сделаны выводы, что с началом индустриального освоения территории менялись все процессы жизнедеятельности и жизнеобеспечения её населения, значительно усиливалось миграционное движение. Индустриализация сопровождалась урбанизацией, которые в целом коренным образом меняли общественную жизнь, включая производственно-хозяйственную, систему расселения людей, структуру их занятости, социально-демографические характеристики, а также образ жизни и менталитет.

Социальные сдвиги в регионе в свою очередь определяли бурное развитие производительных сил. В этих условиях значительно возрастала роль государственных организаций в управлении социально-экономическими процессами.

Особенно в последнее столетие произошли существенные изменения в деятельности государственных организаций и в целом в государственной политике по отношению к социально-экономическому и политическому развитию Сибири и районов её нового промышленного освоения, которые можно считать своеобразным феноменом, проявившимся как особое социальное и экономическое явление в истории Российского государства. Оно имело свои специфические черты, связанные с особенностями хозяйственного освоения и обживания новых территорий, и в то же время находилось в рамках единого поступательного процесса развития производительных сил СССР.

В целом участникам проекта удалось реконструировать в исторической ретроспективе процессы формирования и закрепления населения в районах нового индустриального освоения Сибири в XX – начале XXI вв. в условиях их активного экономического и социально-демографического развития, проанализировать исторический опыт решения важных национальных проблем, который может быть полезным для теории и практики современного государственного управления.

Номер проекта: 08-01-00514а.

Название проекта: Малый бизнес в новейшей истории Алтая: генезис, динамика развития, перспективы роста.

Руководитель: Демчик Е.В.

Организация: Алтайский государственный университет (ГОУ ВПО).

Краткая аннотация полученных результатов: В ходе реализации научно-исследовательского проекта «Малый бизнес в новейшей истории Алтая: генезис, динамика развития, перспективы роста» на основе анализа федерального Российский гуманитарный научный фонд законодательства и его регионального компонента, краеведческой литературы, материалов периодической печати, документальных публикаций, данных статистики, материалов текущих архивов ряда комитетов администрации Алтайского края исследована общая социально-экономическая обстановка в Алтайском крае во второй половине 1980-х – начале 1990-х гг. с точки зрения определения благоприятных/неблагоприятных условий для начала предпринимательской деятельности. Сделан вывод, что сложившаяся в советский период структура региональной экономики и ее особенности (преимущественно аграрная специализация, значительное число предприятий ВПК, а также заводов, деятельность которых напрямую зависела от предприятий, находившихся на территориях союзных республик) обусловили сложные стартовые условия для развития рыночных отношений.

Проведен источниковедческий анализ различных групп и видов источников изучения частного предпринимательства 1990-х гг. Доказано, что помимо традиционных источников (законодательных актов, статистических материалов, деловой документации и прочих), для осуществления разностороннего историко-экономического исследования необходимо использовать данные специальных социологических и иных опросов, фото- и видеодокументы, материалы устной истории (интервью-воспоминания и интервью-биографии коммерсантов). В последнем случае исследователь сам является создателем источников, значимость которых трудно переоценить.

На основе обобщения сведений о кооперативном и фермерском движениях в Алтайском крае в годы перестройки выявлено, что общая атмосфера нестабильности, продолжавшая сохраняться государственная монополия на сырье и ресурсы, административное давление, произвол и поборы местных чиновников, зависть и неприятие соотечественников, участившиеся случаи рэкета и попыток установления контроля над кооперативами со стороны криминальных структур создавали весьма нездоровую обстановку для работы новых кооперативов. С другой стороны, несовершенство законодательства при слабом контроле власти за его соблюдением, острый дефицит самых элементарных товаров и услуг, полное отсутствие какой бы то ни было конкуренции способствовали стремительному обогащению кооператоров, к которым примкнул легализовавшийся теневой сектор. Условия псевдорынка формировали в большинстве случаев паразитировавшего на государственной собственности псевдопредпринимателя.

На основе изучения материалов текущего архива ряда управлений и комитетов администрации Алтайского края, а также данных официальной статистики осуществлен анализ динамики численности, состава и отраслевой структуры предприятий малого бизнеса. Сделан вывод, что в течение рассматриваемого периода при незначительный колебаниях в целом происходил рост численности предприятий малого бизнеса. Динамика отраслевой специализации и территориальной концентрации предприятий малого бизнеса свидетельствует, что более 70% малых предприятий сосредоточены в краевом центре, около половины малых предприятий работают в сфере оптовой и розничной торговли и не занимаются производством, что явно не соответствует задачам развития региональной экономики. Более половины малых предприятий остаются убыточными. На основе проведенного анализа развития малого бизнеса в регионе определены причины, огранивающие рост производства на малых предприятиях.

На основе материалов текущих архивов нескольких управлений администрации Алтайского края, предоставляемых этими ведомствами Интернет-ресурсов, текущих архивов осуществляющих поддержку малого бизнеса в регионе организаций и объединений предпринимателей, включая Алтайский краевой Центр поддержки предпринимательства, а также материалов Алтайской Торгово-промышленной палаты изучена деятельность различных объединений и ассоциаций предпринимателей, а также государственных структур, направленная на поддержку малого бизнеса в регионе. Осуществлено обобщение данных о различных реализуемых в крае программах поддержки предпринимательства, дана оценка их эффективности с точки зрения динамики малых предприятий. Анализ законодательной деятельности местной власти и работы различных комитетов, советов и ассоциаций содействия развитию малого бизнеса в крае позволил положительно оценить усилия властных структур по созданию условий, способствующих развитию малого предпринимательства в регионе.

На основе данных региональной статистической службы, сведений о результатах реализации различных программ поддержки предпринимательства, материалов краевой и городских служб занятости населения, некоторых комментариев руководителей государственных ведомств различных уровней, а также мнений самих предпринимателей проведен анализ влияния на малый бизнес в Алтайском крае особых обстоятельств и условий, сложившихся в результате экономического кризиса 2008 г. Осуществлено сопоставление данных, характеризующих основные экономические показатели деятельности малых предприятий, в докризисный период по сравнению с г.

На основе материалов Алтайской краевой, Барнаульской городской служб занятости населения и данных статистики выявлена роль предприятий малого бизнеса в решении проблем сокращения безработицы в крае, а также взаимосвязанная с этой функцией роль самих служб занятости, реализующих специальные антикризисные государственные программы, в стимулировании предпринимательской активности в регионе.

Результаты исследования нашли отражение в докладах на научных конференциях, в том числе II Всероссийской научной конференции «Экономическая история Сибири XX – начала XXI века» (Барнаул, июнь 2009 г.), Международной научной конференции в Москве «Мировое экономическое развитие и Россия (XIX–XX вв.)» (октябрь Российский гуманитарный научный фонд 2009 г.), а также в научных статьях, одна из которых вошла в тематический сборник «Проблемы экономической истории Сибири: государство, предприниматель, социум».

Номер проекта: 08-01-00516а.

Название проекта: Правый меньшевизм. Прозрения российской социал-демократии.

Руководитель: Ненароков А.П.

Организация: Российский государственный архив социально-политической истории.

Краткая аннотация полученных результатов: Этой книги не могло бы быть, если бы не работы моих предшественников и коллег. Вклад каждого из них в исследование истории российской социал-демократии важен, независимо от того, согласен ли я с его выводами и оценками или нет. Конечно, он всегда ограничен временем и индивидуальным восприятием прошлого, что, не может не влиять на оценки настоящего и представления о будущем.

Один из моих героев, соратник Ю.О. Мартова и Ф.И. Дана, в течение одиннадцати лет, с 1940 по 1951 гг., возглавлявший Заграничную делегацию РСДРП Р.А. Абрамович справедливо заметил по этому поводу: «От людей определенной эпохи можно требовать только такую меру предвидения, какая заложена в той действительности, которая доступна их наблюдению и изучению». Это относится и к тем, о ком я пишу, как и ко мне, и к тем, кто писал до меня.

Любой опыт, прежде чем стать коллективным, индивидуален. Прозрение, как и покаяние, также. Моё исследование – попытка рассказать о людях, которых клеймили и разоблачали не только их извечные оппоненты большевики, но и значительная часть однопартийцев, называя консерваторами, оппортунистами и ревизионистами. В рядах российской социал-демократии их именовали правыми. Между тем именно среди них, по большей части, и были те, кто раньше других усомнился в безусловной императивности классовых подходов в определении понятий прогресс, революции и реформы.

Именно они, как показало время, дали наиболее верную оценку большевизму и большевистскому эксперименту в России, опровергнув в итоге стадиальную трактовку социализма, как некой особой переходной к коммунизму форме общественного развития.

В определенной мере, именно им мы обязаны новым оценкам капитализма как системы хозяйствования.

Ими был поставлен вопрос о необходимости искать методы воздействия на хозяйственную конъюнктуру, опираясь на те новые элементы, которые выросли в недрах самого капиталистического хозяйства и которые разрывают его рамки.

Они начали разрабатывать экономические меры борьбы с экономическими кризисами, отвергнув утверждения как о том, что в них проявляется т.н. цикличность развития капитализма, так и то, что они свидетельствуют о кризисе строя.

Именно они, на собственном опыте побед и поражений в политической практике ХХ века, первыми пришли к выводу, что «демократия, свободы человеческой личности», как сформулировал И.Г. Церетели, являются «необходимой составной частью социализма, без которой самый социализм лишается своей души».

В одном из писем Б.И. Николаевскому Церетели в 1932 г. писал: «Огромное значение имеют поиски новых путей, воспитание социалистических партий для решения новых задач, поставленных пред ними историей, приспособление их психологии к задачам государственного строительства – но все это окажется бесцельным и беспочвенным, если не возродится идеалистическая основа движения, если не будет нанесен удар аморализму, проповедующему принцип “все дозволено” и который деморализовал все наше движение».

Провозгласив главной задачей социал-демократии не построение некоего социалистического общества, а каждодневную борьбу за «защиту прав человеческой личности и ее свободного развития», объявив, таким образом, человека «основной ценностью» социализма, Церетели фактически наполнил смыслом широко известную и по сей день нередко осмеиваемую формулу Эдуарда Бернштейна «движение все – конечная цель ничто». Недаром он называл Бернштейна родоначальником российского реформизма.

Включение в число правых Церетели, а с ним и т.н. «революционных оборонцев» 1917 года меняет наши представления об истории российской социал-демократии. Из их рядов позже выросли и сторонники т.н. «третьего пути» в годы гражданской войны, и деятели (по выражению Б.М. Сапира) «эры Г.Д. Кучина», члены нелегального Бюро ЦК РСДРП большевистской России 1922-1924 гг., и, наконец, сторонники внутрипартийной и внепартийной правой оппозиции конца 20-х – начала 30-х гг., которой в коалиции с Р.А. Абрамовичем, Д.Ю. Далиным, Б.И.

Николаевским, Б.Л. Двиновым, С.М. Шварцем удалось создать в конце 30-х гг. новое большинство в Заграничной делегации РСДРП, обеспечив, в конце концов, окончательный отход от мартовско-дановской партийной линии.

Российский гуманитарный научный фонд Номер проекта: 08-01-00523а.

Название проекта: Основные правовые системы древней и средневековой Европы.

Руководитель: Филиппов И.С.

Организация: Московский государственный университет им.М.В.Ломоносова (ГОУ).

Краткая аннотация полученных результатов: Анализ историографии проблемы подтвердил предположение, давшее первоначальный импульс проекту, что имеет место серьезный дефицит общих работ по истории европейского права.

Далеко зашедшая специализация в области как истории права, так и сравнительного правоведения, привела к тому, что в настоящее время имеется крайне мало монографий или учебных пособий, которые бы действительно охватывали основные составляющие истории европейского права, а те, что с оговорками можно таковыми признать (например, знаменитая монография Р.Давида), во многом устарели. Почти всегда из поля зрения историков права, в т.

ч. историков римского права, выпадает древнегоеческое право. За очень редкими исключениями западные историю!

права не имеют представления о праве славянских народов, наши правоведы (как и многие западные) ничего толком не знают о богатейшем правовом наследии кельтских народов. Континентальные авторы почти ничего не пишут об «общем праве» англичан. Изложение византийского права в общих работах по истории права почти всегда сводится к сведениям о законодательстве Юстиниана. Как правило, общие работы о европейском праве ограничиваются изложением ключевых моментов истории римского и германского права, работы английских авторов (например, Г.Дж.Бермана) -также «общего права». Подобные перекосы характеризуют и структуру подавляющего большинства имеющихся работ в том, что касается изучения отраслей права. Например, история римского права почти всегда сводится к частному праву, без учета публичного, уголовного, сакрального права. В общих работах трудно найти сведения о каноническом или морском праве, о праве этнических и религиозных меньшинств и т. д. Соответственно, обзорная работа по истории древнего и средневекового права, учитывающая его основные моменты и направления развития представляется действительно необходимой.

В ходе работы над проектом стала яснее, чем прежде, необходимость уточнения, а иногда и пересмотра, ряда теоретических положений, принятых в историко-правовой науке. Это относится в первую очередь к уточнению того, чем она должна заниматься. Территория историко-правовой науки дожна быть расширена за счет включения в нее правоотношений, норм и представлений, не отраженных систематически в законодательстве, но игравших важную роль в жизни древних и средневековых обществ. Это касается, например, имущественных прав людей, которые формально не являлись субъектами имущественных правоотношений (свободные подвластные в римской семье, рабы на пекулии, зависимые держатели Средневековья, некоторые категории лиц, работающих по найму в его феодальной модификации и т.


д.). Нередко они составляли большинство населения. Следует также пересмотреть традицию модернизировать древние и средневековые правоотношения и связанные с ними правовые понятия и более осторожно оперировать, в этих случаях, такими понятиями, как «субъект права», «собственность» и т. д. Более осторожно следует применять и привычное нам понятие «отрасль права». В более широком плане надо уточнить допустимые границы рационализации права удаленных от нас эпох и понять, что в те времена люди часто руководствовались другой логикой и исходили из существенно других систем ценностей.

Назрел пересмотр и некоторых более частных представлений. Например, о том, что древние, а то и средневековые народы Востока не знали права как такового. Даже в деспотических государствах Древнего Востока, наряду с религиозными нормами и авторитарным законодательством, существовали зачатки права - в виде правовой практики, в т. ч. составления документов, и некоторых базовых правовых понятий. Вместе с тем ясно, что правовая культура в этой части света развивалась существенно иначе, чем в Европе, и не оформилась в особую сферу общественной жизни. Выяснение причин этих различий составляет одну из главных целей подготававливаемой монографии об основных правовых системах древности и средневековья.

В ходе работы над проектом получил подтверждение тезис о том, что право возникло у каждого из европейских народов самотоятельно, спонтанно, без решающего воздействия извне. Сходство норм зачастую является результатом сходной реакции разных народов на типовые проблемы, возникающие в их жизни. Этот вывод важен в плане изучения права прежде всего славянских народов, слишком часто представляемых в западной историографии как результат заимствований из византийского, германского или средневекового римского права.

Другой важный вывод, полученный в ходе выполнения проекта, связан с пересмотром представлений о единообразии правовых норм, имевших место в том или ином конкретном государстве. Налицо очевидная модернизация древних и средневековых обществ, отличавшихся, конечно, гораздо большей разнородностью действующих норм. Законодательство охватывало лишь сравнительно небольшую их часть, наряду с законами действовали местные обычаи (от областных и городских до сеньориальных), нормы канонического права, регулировавшие, помимо собственно религиозной сферы жизни, многие правоотношения, относимые в наше время к компетенции публичных властей, также своды норм (писанные и неписанные) отдельных социальных, профессиональных, этнических и религиозных групп. Это положение вещей особенно верно для средневековых Российский гуманитарный научный фонд обществ, но в известной мере оно было знакомо и в Древнем Риме. Взаимодействие этих норм осуществлялось на принципах, во многом чуждых современному миру, и поэтому является одной важнейших исследовательских проблем, которые рассматриваются в обеих готовящихся книгах.

Номер проекта: 09-01 -00018а.

Название проекта: Особенности этноконфессионального развития аграрного социума Черноземного Центра России (XIX-XX вв.).

Руководитель: Есиков С.А.

Организация: Тамбовский государственный технический университет.

Краткая аннотация полученных результатов: В 2009 г. Российский гуманитарный научный фонд поддержал заявку профессора С.А. Есикова по проекту: «Особенности этноконфессионального развития аграрного социума Черноземного Центра России (XIX-XX вв.)», (коллективный грант, номер проекта 09-01-00018а), в который был направлен на изучение фундаментальной проблемы этноконфессионального развития аграрного социума Черноземного Центра России, изменений социокультурной и этнической самореализации русского народа, перемен в структуре повседневности деревни в XIX - XX вв. Было проведено комплексное исследование индивидуального и коллективного опыта сельских жителей сквозь призму социальной истории и истории повседневности, менталитета российского аграрного социума, изучение влияния на крестьянский мир этнических и религиозных компонентов модернизирующейся России, уточнение динамики демографического поведения крестьянской семьи, выявление роли обычного права в правоотношениях жителей Черноземной деревни, уточнение содержания духовных традиций крестьянства и их проявления в жизни русского села. Кроме того, члены коллективного гранта РГНФ уделили особое внимание ментальным трансформациям крестьянского социума,. маргинализации социальных представлений, уточнению роли религии в развитии русского национального характера. В результате работы над проектом было опубликовано 15 статей, сформированы электронные базы первичных архивных данных по проявлениям этноконфессиональных настроений русской деревни в период реформ и контрреформ XIX в., войн и революций начала XX в., политических, соцокультурных и экономических преобразований XX в. Промежуточные результаты научных исследований по тематике проекта докладывались на 12 международных и российских научных форумах в Москве, Оренбурге, Саратове, Воронеже и Тамбове, использовались при проведении занятий в университетах г.

Тамбова. Проект осуществлялся в русле крестьяноведения, позволившего посредством использования междисциплинарного подхода (социальная история, этнография, социальная психология, история религиозных воззрений, этнопсихология и пр.) осуществить комплексное изучение проблемы крестьянской повседневности и сельских традиций в этнокультурном и религиозном пространстве России в XIX - XX вв.

Номер проекта: 09-01- 00128а.

Название проекта: Вооружение меотов Прикубанья VI в. до н.э. – III в. н.э.

Руководитель: Марченко И.И.

Организация: Кубанский государственный университет (ГОУ).

Краткая аннотация полученных результатов: В ходе выполнения проекта основное внимание уделялось хронологии и типологии предметов вооружения из меотских погребальных комплексов. Для уточнения хронологии меотского оружия изучался весь набор погребального инвентаря. Были изучены коллекции из меотских некрополей Старокорсунских городищ № 2 и 3, городищ хут. Ленина № 1, 2, 3, Елизаветинского городища № 2, городища Спорное, Прикубанского могильника, Усть-Лабинского № 2.

Типологическому и хронологическому анализу была подвергнута коллекция мечей и кинжалов. В отдельную группу были выделены, т.н. «акинаки». Коллекция мечей и кинжалов из раннемеотских памятников правобережья Кубани представлена 21 экземплярами. «Акинаки» представлены несколькими типами: с брусковидным навершием с почковидным, бабочковидным и трапециевидным перекрестием. В погребении 2 Краснодарского могильника был найден кинжал с серцевидным перекрестием и антенным навершием, концы которого были украшены птичьими головками.

Для всех комплексов с «акинаками» были определены хронологические рамки. В результате установлено, что практически все «акинаки» из меотских памятников правобережья Кубани происходят из погребений конца VI–V вв до н.э. и позже этого времени не встречаются.

В IV в. до н.э. у меотов появляется свой тип меча, который К.Ф. Смирнов назвал синдо-меотским.

Российский гуманитарный научный фонд С этого времени меоты изготавливают мечи собственного образца, хотя отмечается сарматское влияние на меотское вооружение. Это проявляется в изменении форм навершия у мечей и появления у меотов мечей и кинжалов сарматского образца.

Мечи была разделена на 4 отдела по форме навершия. Для каждого типа мечей определены датировки.

Отдел I. Мечи с брусковидным навершием без металлического перекрестия, так называемого синдо-меотского типа.

Большая коллекция мечей I отдела, которая насчитывает 89 экземпляров (63 меча были найдены в погребениях Прикубанского могильника), позволила выделить 5 типов наверший, которые условно названы брусковидными. Для этого отдела разработана дробная классификация. По форме клинка выделено 5 вариантов. Корреляция мечей и амфор, встреченных в погребениях, позволили продатировать каждый из вариантов мечей. Так все типы и варианты мечей подварианта А, разновидности 1 встречены только с амфорами первой половины IV в. до н.э. и во второй половине этого столетия они уже не встречаются. Во второй половине IV в. до н.э. преобладают мечи подварианта Б, разновидности 2, часть из этих мечей встречается, судя по датировке косских и книдских амфор, встреченных в погребениях ПК–86, 173, 195, 279, 335;

СК–2–2в, 242в;

ЕЛ–2–1966, 89, 96 и в начале III в. до н.э.

Отдел II. Мечи с серповидным навершием. По форме навершия мечи делятся на 3 типа, а по наличию или отсутствию перекрестия на 2 варианта.

Тип 1. Мечи с классическим серповидным навершием.

Вариант А. Без металлического перекрестия. Датируется этот вариант мечей по набору сероглиняной керамики II в. до н.э.

Тип 2. Мечи с полукольцевым навершием.

Вариант А. Без металлического перекрестия. Учтено 3 экземпляра. Дата: II в. до н.э.

Тип 3. Мечи с V-образным навершием. Вариант А. Без металлического перекрестия. Дата: II в. до н.э.о н.э.

Отдел III. Мечи с кольцевым навершием.

Тип 1. Без металлического перекрестия. Коллекция насчитывает 17 экземпляров. Дата : I в. до н.э. – II в. н.э.

Тип 2. Мечи с брусковидным металлическим перекрестием ограничить время их бытования I в. до н.э. – II в. н.э.

Отдел IV. Мечи без металлического навершия.

Тип 1. Без металлического перекрестия. Учтено 34. экземпляра.

По совместным находкам с фибулами и меотской керамикой дату этого типа мечей можно ограничить первой половиной I–III в. н.э.

Тип 2. Мечи с брусковидным металлическим перекрестием Перекрестия у этих мечей ромбовидные в сечении. У меча из СК–2 613з перекрестие бронзовое. Такие мечи характерны для сарматского вооружения. Находка данного меча на меотском памятнике свидетельствует о заимствовании этого типа перекрестий меотскими мастерами. Рамки бытования этого типа I – III в. н.э.


Изучена коллекция железных наконечников копий. Которая насчитывает 638 экз. По форме пера все наконечники копий были разделены на три отдела. Было выделено 68 типовых и вариантных различий наконечников копий. Для каждого варианта определены датировки. Наибольшее разнообразие типов и вариантов наконечников копий приходится на IV в. до н.э., когда формируются основные типы этого вида вооружения. Многие типы копий не находят аналогий в скифском и сарматском вооружении, что свидетельствует о развитии местного моделирования этого вида вооружения. Ряд наконечников появляется в IV в. до н.э. и используется в основном в течение этого столетия, а затем вновь появляется в I в. н.э. В тоже время, отдельные типы существовали на протяжении нескольких веков без особых изменений.

Разработана типология и хронология наконечников дротиков. Коллекция представлена 69 экземплярами. По форме пера наконечники были разделены на 3 типа. Дротики как метательное оружие появляется у меотов в IV в. до н.э. В более ранних комплексах они не зафиксированы. Ранний тип I дротиков имеет перо листовидной формы, повторяющий форму пера наконечников копий. Наконечники дротиков типа IIIa, которые датируются IV в. до н.э., отличаются от скифских жаловидных наконечников более тонким стержнем и расширяющейся втулкой. Для сарматского вооружения дротики не характерны, находки их единичны, поэтому мы предполагаем, что в IV в. до н.э.

меотские оружейники разработали этот тип наконечника самостоятельно. тулкойскифских образцов. Дальнейшее развитие этот тип получил в II–I вв. до н.э. В это время использовались дротики в основном с удлиненным жаловидным пером (тип IIIб). В I–II вв. н.э. дротики практически выходят из употребления, о чем свидетельствуют единичные находки в погребениях этого времени.

Российский гуманитарный научный фонд Определена типология и хронология бронзовых, железных и костяных наконечников стрел.

Опубликовано 3 статьи и подготовлено к изданию 1 статья по меотскому вооружению.

Подготовлен свод “Вооружение меотов правобережья Кубани VI в. до н.э. – III в. н.э.”.

Номер проекта: 09-01 -00175а.

Название проекта: Договоры с норманнами в Западной и Восточной Европе.

Руководитель: Мельникова Е.А.

Организация: Институт всеобщей истории РАН (ГУ).

Краткая аннотация полученных результатов: Проект «Договоры с норманнами в Западной и Восточной Европе»

посвящен исследованию проблемы, которая никогда ранее не поднималась в международной историографии, что определило конкретные исследовательские задачи и результаты работы. Во-первых, для полноценного изучения проблемы требовалось, прежде всего, создание источниковой базы. Поэтому было осуществлено выявлепие всех упомянутых в источниках случаев заключения соглашений между норманнами и правителями Англии и Франции в ходе викингских набегов на эти страны и расселения скандинавов па их территориях. Главными источниками информации служат: для Англии «Англо-Саксонская хроника» (в разных редакциях), для Франции - франкские анналы («Королевские», «Бертинские», «Ксаптенские», «Ведастинские» и др.), а также «нормандские хроники»

(Дудона Сен-Кантенского, прежде всего). Английские источники отмечают более 30 случаев соглашений с викингами, согласно французским источникам, таких случаев во Франции было около 50. Соответствующие тексты были переведены на русский язык.

Во-вторых, была осуществлена классификация соглашений, осноганная на условиях, в которых они заключались, и на их содержании. На основании исследования ок. 90 случаев, зафиксированных в источниках, было выявлено четыре основные типа соглашений: 1. «полевые)) соглашения (перемирия), заключаемые местными властями во время нападений норманнов (грабеже, осаде городов и т.п.) и содержащие, прежде всего, условия, на которых норманны соглашались прекратить грабежи или снять осаду - как правило, главным пунктом соглашения был размер откупа («перемирия» составляют около 90% всех соглашений, к ним относится и договор Святослава с Иоанном Цимисхием 971 г.). 2. Договоры о расселении норманнов на захваченных ими территориях (4 договора, в том числе «ряд» с Рюриком, договор Альфреда с Гутрумом. Карла Простоватого с Гутрумом). 3. «Разграничительные» договоры, обусловливавшие границы расселения скандинавов на территории других государств или границы «сфер влияния»

скандинавов и сопредельных государств (например, договоры Готфрида и Хемминга с Карлом Великим). 4. Торговые договоры (более 6). Договоры о расселении скандинавов могли также содержать условия о границах. Особую группу составляют русско-византийские договоры 911 и 944 гг., межгосударственные по своему характеру и совмещавшие политические и торговые аспекты международных отношений.

В-третьих, была исследована процедура заключения договоров с норманнами. Невзирая на большой промежуток времени (около двух столетий) и разные государства, процедура заключения договоров оказалась достаточно стереотипной, что. видимо, обусловливалось как устойчивостью дипломатических традиций (например, обмен заложниками), так и консервативностью древнескандинавской языческой культуры вплоть до принятия скандинавами христианства.

Хотя сведения о процедуре заключения договоров содержатся далеко не во всех сообщениях и, как правило, приводятся в нарративных источниках, подчас значительно более поздних, нежели время самих событий (например, описание Дудона Сен-Кантенского переговоров Роллона и Карла Простоватого, летописные рассказы о заключении русско-византийских договоров и др.), основные моменты договорного процесса отражаются в них сходным образом, что позволяет полагать, что информация даже поздних источников может быть использована в исследовании. Ее изучение показывает, что в процедуре заключения договоров с норманнами определяющую роль играли дипломатические традиции европейских государств: например, обмен заложниками, ратификационные клятвы и т.п.

Однако эти традиции подвергались значительной модификации с учетом скандинавских обычаев, традиций и верований. Так. христианские клятвоприношения заменялись языческими (со стороны скандинавов), обряд принесения клячны скандинавами происходил не обязательно в присутствии правителя европейского государства и др.

Подавляющее большинство соглашений (прежде всего, «полевых») было устным, и лишь договоры о «расселении» и иногда «пограничные» и торговые договоры составлялись н письменной форме, причем на языке европейских государств, с которым норманны приходили в контакт: древнеанглийском, латинском, греческом (что естественно, поскольку скандинавское руническое письмо в то время не давало возможности для записи пространных текстов).

Российский гуманитарный научный фонд Как правило, соглашения заключались после более или менее длительных переговоров, причем переговоры даже о «полевых» соглашениях велись в несколько этапов. Переговоры осуществлялись в основном представителями сторон и лишь в редких случаях в них принимали личное участие главы сторон (как, например, переговоры Святослава и Иоанна Цимисхия). Важное место в процедуре заключения и ратификации договоров занимали «послы» и «свидетели», имена которых называются анналистами в случае устных соглашений или перечисляются в письменных текстах. Наконец, как в описаниях, так и в самих дошедших до нас текстах договоров внимание уделяется характеристике ратификационных клятв.

Результаты исследований изложены в двух опубликованных в 2010 г. статьях и сданных в печать статьях «Заложники, клятвы, дары: Процедура заключения договоров с норманнами». «Acculturation of Scandinavians in Ancient Rus' as Reflected by Language and Literacy», а также статье «Договоры с норманнами в Западной и Восточной Европе».

Изучение других аспектов договорной практики нашло отражение в двух опубликованных и трех сданных в печать статьях (см. форму 6), а также в докладах, прочитанных на конференциях «От Бирки до Багдада» (Стокгольмский университет. Швеция, октябрь 2010 г.: «Договоры с норманнами в Западной и Восточной Европе»: классификация», на англ. языке) и «Древняя Русь и германский мир» (Институт Славяноведения, июнь 2010 г.: «Аккультурация скандинавов в Восточной Европе по данным языка и письменности»).

Номер проекта: 09-01-00003а.

Название проекта: Чиновничество и уголовное право в Китае при династии Тан.

Руководитель: Рыбаков В.М.

Организация: Санкт-Петербургский филиал Института востоковедения РАН.

Краткая аннотация полученных результатов: Исследование «Чиновничество и уголовное право в Китае при династии Тан» осуществлено, главным образом, на материалах уголовного Кодекса китайской династии Тан (618-907), переводом которого на русский язык автор исследования занимался в течение более двух десятков лет. В данном монографическом исследовании впервые в мировом китаеведении предпринято углубленное специальное исследование норм традиционного китайского уголовного права, касающихся, с одной стороны, всего спектра посягательств на неприкосновенность личности и неприкосновенность имущества. С другой, специальный акцент в исследовании сделан на специфике этих преступных действий применительно к чиновничеству и, что особенно существенно, на том, какие культурные конструкты, какие этические ценности обусловливали эту специфику в каждом конкретном случае.

Детальный анализ правовых предписаний относительно посягательств на неприкосновенность личности позволил доказательно продемонстрировать, что уподобление государственных структур семейным, провозглашавшееся конфуцианством, не было лишь декларацией или идеологической метафорой. Законодатели тогдашнего Китая делали все возможное, чтобы право стояло на страже семейных ценностей и возводимых к ним ценностей служебных, административно-хозяйственных. Частным случаем этих усилий было то, что правовые нормы, предназначенные для защиты старших в семье от младших в семье, младших в семье от старших в семье и равных в семье друг от друга были выбраны эталонами для формулирования правовых норм, предназначенных для наказания посягательств на физическую неприкосновенность в ситуациях, когда между субъектом и объектом преступного действия существовало то или иное статуциональное неравенство.

Все подобные преступления встраивались в общую картину социального старшинства и младшинства. В результате проведенных исследований можно с определенностью утверждать, что социальная связь «предок — потомок»

вполне может быть уподоблена связи «хозяин — его раб» или связи «начальник — подчиненный». Связь «старший боковой родственник — младший боковой родственник» может быть уподоблена связям «лично свободный – не его лично зависимый» или «чиновник — простолюдин». Преступления против личности, совершаемые вверх или вниз по направлению аналогичных связей, и наказывались почти аналогично.

В имущественной же сфере ситуация была иной. Здесь вариации суровости наказаний определялись не близостью родства или разницей социальных статусов, но, во-первых, близостью подчиненности или подведомственности имущества чиновнику, или, другими словами, степенью ответственности данного чиновника за то или тех, против чего или кого он совершал имущественное посягательство. И во-вторых, тем, насколько проявленная при таком посягательстве корысть оказывала влияние на исполнение им своих прямых обязанностей, на его верность законам и правилам службы. Другими словами, осталось ли имущественное преступление изолированным криминальным актом, равным самому себе, или оно было лишь элементом многоступенчатого преступления, инициировавшим куда более серьезное нарушение государственных норм и законов.

Если в случаях преступлений против личности самыми страшными считались те, при которых вектор преступного деяния направлялся строго вверх по социальной вертикали (сын против отца, подчиненный против непосредственного начальника), то в случаях преступлений против имущества, в которых действующими лицами Российский гуманитарный научный фонд являлись чиновники, максимальные наказания обусловливались не столько направленностью вверх вектора преступления, сколько тем, что для удовлетворения своих аппетитов чиновник ухитрялся использовать этот самый «верх», т. е структуры государства. Тем, что те структуры государства, которые он призван был обслуживать, чиновник, напротив, заставлял служить своему кошельку.

Номер проекта: 09-01-00012а.

Название проекта: Гагаузы: история в культуре и культура в истории.

Руководитель: Губогло М.Н.

Организация: Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН (ГУ).

Краткая аннотация полученных результатов: Наряду с изложением и частично переосмыслением происхождения гагаузов, основных элементов их этнической и этнокультурной истории в опубликованных статьях, коллективных сборниках статей, в индивидуальной монографии М.Н. Губогло представлена в монографическом плане материальная и духовная культура, институты соционормативной культуры и пантеон культов, ментальность гагаузов и формирование этнического самосознания, ставшего важным мотивом и локомотивом их этнической мобилизации, в результате которого они добились в 1994 году создания авторомно-территориального образования «Гагауз-Ери».

Впервые дана обстоятельная характеристика основных этапов истории и языка вероятных (воображаемых) предков в лице тюркоязычных печенегов, узов (торков), куман (половцев) южнорусских степей, разработаны факторы и показана динамика этноязыкового этнографического и этносоциального развития гагаузов в XIX-XX вв.

Впервые сделан крупный шаг в освещении этнических аспектов молодой гагаузской художественной культуры, в том числе литературы, музыки, живописи, декоративного и театрального искусства, получивших стремительное развитие во второй половине XX вв.

Номер проекта: 09-01-00016а.

Название проекта: Великий князь Николай Михаилович. Дипломатические сношения России и Франции по донесениям послов императоров Александра I и Наполеона. 1808-1812 гг. Т.VIII.

Руководитель: Искюль С.Н.

Организация: Санкт-Петербургский институт истории РАН.

Краткая аннотация полученных результатов: В течение двух лет, отведенных для выполнения настоящего проекта, документы, готовившиеся великим князем Николаем Михаиловичем к изданию как продолжение публикации «Дипломатические сношения России и Франции по донесениям послов императоров Александра и Наполеона. 1808 1812 гг.», скопированы в числе 300 единиц, т.е. в компьютерном наборе – 687 страниц по-французски с параллельным переводом. Эти документы сосредоточены в Отделе рукописей Российской Национальной библиотеки, в фонде 650 (Романовы). Переводы на русский язык подготовлены, отредактированы в течение 2010 г.

при перенесении переводов в компьютер, тогда же параллельно был отредактирован и французский текст депеш А.Б.Куракина. В ходе подготовки комментария предварительная разметка, сделанная в 2009 г., была пересмотрена в сторону увеличения объема комментариев, и в настоящее время в целом он завершен и также перенесен в компьютер, при этом помещен сразу после русского перевода документов. В течение 2010 г. написанная к началу 2010 г. статья о великом князе Николае Михаиловиче как историке также была завершен, дополнена и отредактирована.

Номер проекта: 09-01-00026а.

Название проекта: Временное правительство и проблема реформирования крестьянской волости накануне и после февраля 1917 г.

Руководитель: Гинев В.Н.

Организация: Санкт-Петербургский институт истории РАН.

Краткая аннотация полученных результатов: В итоге проделанной работы по заявленной индивидуальной исследовательской теме в 2009—-2010 гг. получены следующие результаты:

Российский гуманитарный научный фонд Подтверждено, что намерение преобразовать сословную крестьянскую волость во всесословную из вялотекущего процесса обсуждений в различных негласных правительственных комиссиях приобрело энергичную форму разработки законопроектов под влиянием революционных событий 1905—1907 гг. и начавшейся аграрной реформы, имевшей целью создать дополнительную социальную опору монархии в лице крепкого крестьянина-собственника.

Волостная реформа должна была стать политическим следствием аграрной реформы: предполагалось, что крестьянин-собственник должен получить свою долю влияния в делах всесословной волости. Преобразовать сословную крестьянскую волость во всесословную хотели и российские либералы, но с иной целью – распространить область земского самоуправления вглубь, приблизить его к крестьянской массе, создать массовую опору для земского либерализма, привлечь крестьян к созданию в России гражданского общества, создать гармонию сословных интересов в его низовых звеньях.

Отсюда проистекала конкуренция двух направлений в принципах разработки волостной реформы:

правительственного и думского. Конкретно это проявилось в спорах о приоритетности функций всесословной волости: более административных или преимущественно хозяйственно-земских, а также в конструкции надзорных органов за местным самоуправлением - с преобладанием чиновничьего элемента или земского.

Дискуссии из думских комиссий перенеслись в общие собрания сначала в III-ю Думу затем в IV-ю. III-я Дума в 1911 г.

приняла закон о волостном земском управлении в своей редакции, отличной от правительственной, но после трех лет проволочек он был забаллотирован в Государственном совете. После этого в связи со спадом революционного движения и начавшейся Первой мировой войной правительство утратило интерес к волостной реформе.

Но по мере неудач на фронте и развития политического кризиса в стране вопрос о волостной реформе вновь встал в повестку дня. В отличие от 1907 г. инициатором возобновления обсуждения волостной реформы выступило не правительство, а Государственная дума, точнее «Прогрессивный блок», образовавшийся внутри IV-ой Государственной думы. В итоге к декабрю 1916 г. был разработан законопроект о волостной реформе еще более земско- либеральной, чем законопроект Ш-ей Думы. Упорное неприятие этой и других реформ монархическими властными структурами привело к известным революционным событиям февраля 1917 г.

Думский законопроект волостной реформы представлял собой компромисс между его главными составителями – фракцией октябристов и фракцией кадетов, при этом кадеты вынужденно шли на уступки более правой части прогрессивного блока, чтобы провести через Думу земский, а не правительственный вариант закона. После февраля 1917 г. положение изменилось: доминировали во Временном правительстве кадеты. Они ликвидировали куриальную избирательную систему, против которой последовательно, но безуспешно выступали еще до Февральской революции. Новый закон о всесословной волости, принятый Временным правительством 21 мая 1917 г., во многом принципиально отличался от дореволюционных думских проектов, но во многом и повторял либеральные наработки дореволюционных думских фракций.

Интересна дискуссия о том, какую систему выборов предложить избирателям: мажоритарную или пропорциональную. Сначала остановились на мажоритарной, затем неожиданно для избирательных комиссий разрешили применять и пропорциональную. Во многих местах это внесло сумятицу в избирательный процесс.

Обращает на себя внимание изменение отношения защитников местного самоуправления к органам административной власти после февраля 1917 г. Центральная власть стала для них своей, как стала своей и назначаемая из центра местная администрация. Похоже, что стремление оградить органы самоуправления от влияния чиновников, присущие либералам до Февральской революции, не сразу, но довольно быстро угасало.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.