авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Челябинский государственный университет» ...»

-- [ Страница 3 ] --

Существовала конкуренция за трудовые ресурсы и меж ду городами – там, где это позволяли расстояния и работа транспорта. Маятниковая миграция особенно была распро странена между городами, входившими в состав крупных аг ломераций, и являлась важным фактором экономического развития всего региона. Однако в ее нормальную реализа цию часто вмешивались ведомственные интересы. Этому сюжету посвящено одно из центральных мест в воспомина ниях бывшего директора Копейского горного техникума В.А. Вачугова: «Очень часто выпускников нашего техникума переманивали на предприятия, не связанные с угольной от раслью. Я, как директор техникума, однажды получил от министерства угольной промышленности задание проверить по Челябинской области нецелевое использование выпуск ников нашего техникума на предприятиях, относящихся к другим министерствам. Обычно эти предприятия привлекали и заманивали наших специалистов квартирами. Министерст во пожаловалось в Совет Министров, а там потребовали дать развернутую картину о том, на каких предприятиях работа ют горняки и почему их туда принимают. Особенно это от носилось к профессии горных электромехаников, так как эти специалисты были подготовлены работать в любых услови ях. Какая разница, где двигатель вращается, в шахте или на молочно-товарной ферме, физическое-то явление одно и то же. Особенность двигателя в шахте лишь в том, что он сде лан во взрывобезопасном исполнении. Поэтому естественно, что эта профессия была востребована везде. И это касается не только ИТР, но и простых рабочих, они тоже в большом количестве работали на предприятиях города Челябинска.

Я хорошо запомнил разговор с директором трубопрокатного завода. Показываю ему свои полномочия, прошу показать картотеку рабочих, смотрю ее, выбираю заинтересовавших меня лиц. И оказывается, на заводе работает не один десяток наших электромехаников. Я ему предъявил претензии: на ка ком основании вы принимаете на работу горных электроме хаников, ведь в их дипломах записана их горная специализа ция? Он пытался убедить меня и министерство, что при нимал их на законном основании. Его аргументы были такими: когда вы пишете в дипломе специальность – горный техник, вы подразумеваете, что данный специалист подго товлен для работы в тяжелых условиях труда, а у нас как раз такие и есть.

Посмотрите, у нас пыль, грязь, неимоверная жара, оборудование сделано у нас, как и у вас, в специаль ном исполнении, только не во взрывобезопасном, а в жаро стойком. То есть ваши специалисты быстро способны адап тироваться к нашим условиям. Когда я побывал на Челя бинской ТЭЦ, там тоже оказалось среди рабочих огромное количество наших выпускников. Начальник отдела кадров мне говорит: «Пойдем сейчас в котельный цех. Мы ваш уго лек привозим, потом мелем его в муку, получается, что пы легазовая атмосфера у нас такая же, как и в шахте и даже оборудование у нас тоже взрывобезопасное. Мы ведь из Че лябинского энергетического техникума берем работников только в чистенькие цеха, где они ходят в халатах, а в таких условиях, какие существуют в котельном цехе, могут рабо тать только ваши специалисты» 38.

Сейчас трудно себе представить, чтобы фигура такого уровня занималась решением министерских склок, ведь, в конце концов, на угольных предприятиях Копейска специа листов уже было вполне достаточно и ничто не мешало но вым выпускникам искать работу там, где она есть. Но инте ресы министерства перевешивали.

Кроме ведомственных интересов, маятниковая миграция ограничивалась также и институтом прописки по месту жи тельства, без которой устроиться на работу на предприятия в крупном городе было крайне затруднительно. Однако заин тересованные в этом жители пригородов и близлежащих го родских поселений находили способы. По нашим подсчетам, из одного только Копейска в областной центр на работу в 80 е гг. ездило от 10 до 15 тысяч человек. А если бы не было бюрократических препон, эта цифра легко бы могла увели читься, что и произошло в 90-е гг.

Суммируя все вышеизложенное, можно сделать опреде ленные выводы. Бесспорно, существовала внутригородская конкуренция за трудовые ресурсы, и градообразующее пред приятие более успешно привлекало и аккумулировало наи более активное население. На остальных же предприятиях города ощущалась сильная нехватка рабочих рук. Однако принять всех желающих градообразующее предприятие фи зически не могло, особенно это стало сказываться в условиях сокращения производства. Штатное расписание сокраща лось, но директора предприятий были заинтересованы в со хранении опытных, проверенных кадров, пусть даже и не имеющих специального образования. Такая позиция админи страции затрудняла выдвижение молодежи. Из-за этого про исходило и нарушение преемственности поколений на про изводстве. Исходя из указанных причин, начинался значительный отток из города активного населения, особен но молодежи. Также сокращался и поток новых мигрантов, поскольку сокращение производства и внутригородская кон куренция за рабочее место снижали миграционную привле кательность города. Важную роль в этих демографических процессах сыграло открытие в стране новых предприятий гигантов, где свободная рабочая сила была весьма востребо вана. Это в равной степени относится и к новым горно обогатительным комбинатам, и к шахтам Карагандинского угольного бассейна, и к гигантам автомобилестроения, та ким, как ВАЗ и КамАЗ. В некоторых случаях, где это позво ляли расстояния, существовала конкуренция за рабочую си лу и между городами. Более благоустроенный и полифунк циональный город имел в этом смысле значительные пре имущества перед соседями.

ПРИМЕЧАНИЯ См.: Глазьев С.Ю. Экономическая теория технического развития. М.:

Наука. 1990. С. 15–26.

Интервью с Дудченко Василием Тимофеевичем 1921 года рождения – шахтером из г. Копейска. Проведено 12 июля 2002 г. (Личный архив ав тора).

Интервью с Ершовым Николаем Александровичем 1923 года рождения – директором шахты, г. Копейск. Проведено 12 июля 2002 г. (Личный ар хив автора).

Интервью с Борщевым Вячеславом Васильевичем 1937 года рождения – председателем горсовета, г. Бакал. Проведено 19 июля 2002 г. (Личный архив автора).

Интервью с Бакановым Виктором Ивановичем 1950 года рождения – ди ректором рудоремонтного завода, г. Бакал. Проведено 20 июля 2002 г.

(Личный архив автора).

Интервью с Борщевым В.В. … Интервью с Маликовой Галиной 1945 года рождения – работницей Ба кальского рудоуправления. Проведено 19 июля 2002 г. (Личный архив ав тора).

Интервью с Иванченко Татьяной 1950 года рождения – начальником машиносчетной станции, г. Бакал. Проведено 19 июля 2002 г. (Личный архив автора).

Интервью с Горбук Марией Владимировной – заместителем главы ад министрации, г. Карабаш. Проведено 26 июля 2002 г. (Личный архив ав тора).

Интервью с Вачуговым Владимиром Андреевичем 1926 года рождения – директором горного техникума, г. Копейск. Проведено 13 июля 2002 г.

(Личный архив автора).

См.: Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 162. Л. 8–9.

Интервью с Бакановым В.И. … Интервью с Борщевым В.В. … Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 152. Л. 31.

Интервью с Осетровым Геннадием Ефимовичем 1925 года рождения – шахтером, г. Копейск. Проведено 11 июля 2002 г. (Личный архив автора).

Интервью с Уфимцевым Александром Ивановичем 1918 года рождения – бывшим секретарем горкома КПСС, г. Копейск. Проведено13 июля 2002 г. (Личный архив автора).

Интервью с Вачуговым В.А. … Интервью с Ершовым Н.А. … Интервью с Борщевым В.В. … Интервью с Бакановым В.И. … Интервью с Хахалиным Иваном Николаевичем 1925 года рождения – рабочим медеплавильного комбината, г. Карабаш. Проведено 26 июля 2002 г. (Личный архив автора).

См.: Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 255.

Л. 71.

Карабашский рабочий. 1972. 29 янв. С. 2.

Интервью с Горбук М.В. … См.: Нещадин А., Горин Н.. Феномен города: Социально-эконо мический анализ. М., 2001. С. 56–61.

Интервью с Бакановым В.И. … Интервью с Осетровым Г.Е. … См.: Кризисные города России: пути и механизмы социально-экономи ческой реабилитации и развития. М.: МОНФ, 1998. С. 33–35.

См.: Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 164.

Л. 136.

См.: Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 51. Л. 46–47.

См.: Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 255.

Л. 133–134.

См.: Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 559.

Л. 16.

См.: Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 112. С. 19.

Интервью с Вачуговым В.А. … Интервью с Осетровым Г.Е. … Интервью с Борщевым В.В. … Интервью с Саламатиным Василием Андреевичем 1920 года рождения – рабочим медеплавильного комбината, г. Карабаш. Проведено 26 июля 2002 г. (Личный архив автора).

Интервью с Вачуговым В. А. … ГЛАВА 3. КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС В ДЕПРЕССИВНЫХ ГОРОДАХ УРАЛА ГРАДОСТРОИТЕЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И РАЗВИТИЕ ЖИЛИЩНОГО ФОНДА Квартирный вопрос стоял остро во всех городах страны на протяжении всего XX в., и его решение во многом опре деляло направление основных потоков миграции. Растущие и расширяющие свой жилищный фонд города имели воз можность более активно привлекать новые рабочие руки для своих производств, в то время как поселения с отстающим развитием сферы жилья были неспособны удержать у себя уже имеющиеся трудовые ресурсы. Перспектива получить квартиру часто становилась определяющей в решении чело века переменить место жительства. Мы постарались рас смотреть проблему жилья в контексте общего состояния гра дообразующей базы, учитывая такие важные ее аспекты, как влияние градостроительных и экономических проблем гра дообразующих предприятий на решение жилищного вопро са, структура собственности на жилье, содержание и благо устройство городского жилищного фонда.

Промышленные города Урала в большинстве своем бы ли основаны как поселения при заводах и рудниках еще в XVIII в. и к середине XX в. продолжали во многом сохра нять традиционную для себя поселенческую структуру. Цен тром такого города обычно являлось градообразующее пред приятие, вокруг которого образовывались конгломераты рабочих поселков. В годы советской индустриализации гра дообразующая инициатива перешла от регионов, чьи интере сы ранее обслуживались городами, к отраслевым ведомст вам, которые были заинтересованы в максимально дешевом размещении собственных производств. Узковедомственный подход к градообразованию означал минимизацию затрат на социальную инфраструктуру. Поэтому характерный для Урала тип города-завода стал распространяться по всей стране, однако в отличие от других регионов на Урале этот тип был уже сложившимся и вполне законченным. Большин ство уральских городов являли собой нагромождение про мышленных зон со спальными поселками при них, с гипер трофированной производственной частью и почти полным отсутствием социальной инфраструктуры. Заботиться о соз дании этой инфраструктуры должны были сами градообра зующие предприятия, но не в их интересах было расходовать слишком много средств на ее создание и содержание. Город ские же власти попали в зависимость от этих предприятий и оказались отчужденными от решения стратегических вопро сов городского развития.

Наиболее ярко тип промышленной застройки проявился в городах с горнодобывающими предприятиями. Особенно сти залегания угольных пластов требовали строительства большого количества самостоятельных шахт, а каждая шахта имела при себе рабочий поселок. Так, например, в городе Копейске таких поселков было более двадцати, а после объ единения шахт их осталось 12. Сам город вытянулся узкой полосой вдоль угольных пластов на 40 километров. Поселки были разбросаны, коммуникаций между ними почти не бы ло. Такой тип застройки характерен для всех шахтерских го родов.

Застройка Бакала была более компактной, но и здесь по селки располагались у каждого рудника, а центральная часть города оказалась стиснутой между горами и карьерами. Эта проблема неоднократно поднималась на заседании городско го совета. Приведем одно из характерных высказываний де путатов, прозвучавшее в 1978 г.: «Развитие предприятий Ба кальского рудоуправления, а следовательно, и рост город ской территории происходили по мере появления рудников и промплощадок, при отсутствии единой градостроительной схемы. Стремление приблизить жилье к месту работы при вело к появлению ряда поселков (Иркускан, Катавка, Руд ничное и др.). Отсутствие полных геологических данных по району и четкой перспективы развития Бакальских рудников привели к застройке города отдельными частями. Такая пла нировка недопустима. Во избежание подобных ошибок в бу дущем сейчас разрабатываются проекты планировки города в увязке с промзоной, с учетом внешних связей с ближай шими городами и поселками, то есть предпринимаются по пытки сосредоточения всего жилищного и культурно бытового строительства в границах города» 1. Обратим вни мание, что данная проблема продолжала остро стоять и в конце 1980-х гг.

В городах же, относящихся к металлургической отрасли, обычно жилые кварталы располагались вокруг градообра зующего предприятия и заводского пруда. Здесь поселкового расселения уже почти не было, но и нормальная районная структура не создавалась, поэтому застройка также продол жала развиваться хаотично.

О хаотичности застройки свидетельствует и тот факт, что первые генеральные архитектурные планы многих уральских городов начали разрабатываться только в 1961– 75 гг., то есть через 20-40 лет после получения этими посе лениями статуса города и через 50-150 лет после их основа ния (табл. 6). Лишь три рассматриваемых нами города полу чили свои планы до 1961 г.– Волчанск и Верхний Тагил в Свердловской области и такие крошечные поселения, как Чердынь и Чермоз в Пермской. Причем Волчанск и Верхний Тагил получили свои планы, когда они были еще только ра бочими поселками, а для Чердыни план разрабатывался в связи с пятисотлетием города. Если учитывать, что первая волна строительства благоустроенного жилья, имеются в ви ду так называемые «хрущевки», пришлась на конец 50-х – начало 60-х гг., то получается, что в более чем 20 городах из рассматриваемых 34 застройка в этот период не была плано мерной, так как их архитектурные планы разрабатывались после 1965 г.

Генеральные архитектурные планы разрабатывались проектными организациями в соответствии с требованиями Госплана РСФСР, поэтому в них закладывались расчетные цифры предполагаемого Госпланом роста населения города.

Таблица Положение с генеральными архитектурными планами в городах Урала Год образо- Год разработ Численность Расчетные цифры гене- вания города ки генераль населения ного архитек города в рального пла Город турного плана 1959 г., тыс. на по росту города жителей населения го рода, тыс. жи телей Макушино 13,7 25 1963 Абдулино 30,0 – 1923 Медногорск 36,3 60 1939 Гремячинск 28,0 40 1946 Губаха 47,1 100 1941 Кизел 60,7 140 1926 Усолье 11,8 17 1940 Чердынь 7,5 – 1451 Чермоз 11,0 16 1943 Чусовой 60,7 125 1933 Верхний Та гил 15,4 15 1966 Верхняя Тура 19,7 55 1941 Верхотурье 10,7 15 1598 Волчанск 24,8 25 1956 Дегтярск 27,4 30 1954 Продолжение табл. Год образо- Год разработ Численность Расчетные цифры гене- вания города ки генераль населения ного архитек города в рального пла Город турного плана 1959 г., тыс. на по росту города жителей населения го рода, тыс. жи телей Ивдель 22,0 35 1943 Карпинск 45,2 80 1941 Красноуральск 39,3 50 1932 Кушва 46,1 60 1925 Невьянск 30,5 50 1919 Нижняя Салда 21,4 50 1938 Новая Ляля 17,8 25 1938 Тавда 48,0 100 1937 Бакал 29,4 40 1951 Верхнеуральск 11,7 20 1781 Еманжелинск 33,6 80 1951 Карабаш 24,9 22 1933 Карталы 33,5 45 1944 Касли 21,8 30 1942 Коркино 81,4 120 1942 Миньяр 15,4 20 1943 Нязепетровск 22,2 30 1944 Пласт 25,6 25 1940 Рассчитано по: Малые и средние города РСФСР: Характеристика усло вий и направлений развития: Науч.-информ. сб. М.: Госплан РСФСР;

ЦНИЭИ, 1976. С. 277–281.

Однако расчетные цифры для рассматриваемых нами го родов далеко не всегда можно считать оправданными. Толь ко в пяти случаях они оказались достаточно близкими к ис торическим реалиям. Имеются в виду планы городов Верхний Тагил, Волчанск, Дегтярск, Карабаш и Пласт. Такая относительная точность планов означала, что дальнейшее развитие этих поселений не предполагалось и они оценива лись Госпланом как неперспективные.

Отдельной группой в разрабатываемых планах пред ставлены шахтерские города. Несмотря на то, что угольная отрасль к 1970-м гг. становилась все менее востребованной, связанные с ней поселения оценивались проектировщиками как достаточно перспективные. Если посмотреть на табл. 6, то окажется, что почти все поселения, в которых ожидался рост населения до 80–120 тысяч человек (то есть переход этих поселений в разряд крупных) – это города так или иначе связанные с добычей угля: Кизел, Губаха, Карпинск, Корки но, Еманжелинск. Уже превышал стотысячный рубеж еще один шахтерский город – Копейск, не оказавшийся в таблице по причине отсутствия данных о состоянии его генерального плана. Из поселений, представляющих прочие отрасли, пе реход в разряд крупных городов планировался для Чусового и Тавды, связанных с металлургией и лесной промышленно стью.

Таким образом, можно констатировать, что генеральные архитектурные планы для рассматриваемых нами городов были слишком оптимистическими и далекими от реальности.

Проектные организации при разработке планов опирались, прежде всего, на мнение Госплана, а не на нужды самих го родов. При этом Госплан, в свою очередь, ориентировался опять-таки не на города, а на отраслевые ведомства, заинте ресованные в развитии того или иного поселения. Отсюда такие фантастические проекты роста населения в отдельных стагнирующих пунктах в два, а то и в три раза. В условиях стагнации города были неспособны осуществлять эти проек ты своими силами, а поддержка градообразующих предпри ятий сокращалась, как сокращалось и внимание к этим горо дам со стороны отраслевых ведомств. А потому генеральные планы, обычно рассчитываемые на 20–30 лет, остаются не реализованными до сих пор не только в части роста населе ния города, но и в собственно прикладных, архитектурных и хозяйственных частях.

Рассматривая вопрос о застройке города, необходимо обратить внимание на этажность зданий и на то, какие виды строительных материалов для них использовались. В табл. и 8 отражены данные переписи жилищного фонда, прове денной в Челябинской области в 1960 г. Приведенные в этих таблицах цифры, на наш взгляд, вполне можно экстраполи ровать на города других областей Урала, так как исходное состояние строительной базы и типы застройки во всем ре гионе были примерно одинаковыми. В число каменных строений включены не только строения из природного кам ня, но также все кирпичные, шлакоблочные и бетонные по стройки. Под постройками из прочих материалов понимают ся: каркасные, щитовые, сырцовые, саманные, камышитовые и смешанные типы зданий.

Каменное строительство было характерно, прежде всего, для обобществленного сектора жилого фонда и в частном секторе с индивидуальными домами на Урале почти не встречалось. Доля каменных строений в структуре застройки превышала 10% только в трех городах – в стотысячном Ко пейске и недавно получивших городской статус Бакале и Еманжелинске. А в трех других городах – Верхнеуральске, Миньяре и Нязепетровске – эта доля была даже ниже 2%.

Нельзя забывать и о том, что среди каменных строений в ря де городов преобладали бараки. Можно смело утверждать, что для некоторых городов бараки и землянки были чуть ли не основным видом жилья вплоть до конца 1970-х гг. Замес титель главы администрации города Карабаша М.В. Горбук вспоминает: «Жилищные условия у нас всегда были очень плохими. Два благоустроенных микрорайона были построе ны только в конце 70-х – начале 80-х гг. А до того было про сто ужасно. Бараки, землянки, неблагоустроенный частный сектор, старые двухэтажные дома постройки 30-х гг., кото рые начали разваливаться уже после войны. Даже первое ка менное здание школы у нас появилось только в 1983 г.» 2.

Таблица Типы жилых строений в депрессивных городах Челябинской области в 1960 г.

Число дере- Число Общее Число ка строений менных вянных число Город строений, строений, из прочих строений, материа ед. ед. ед.

лов, ед.

Еманжелинск 4166 473 2266 Карабаш 3934 169 3521 Копейск 15 287 2599 5305 Коркино 9821 790 6148 Пласт 5319 117 2440 Бакал 2521 314 2159 Верхнеуральск 2026 29 1944 Карталы 5330 354 1457 Касли 4413 200 4199 Миньяр 2530 43 2444 Нязепетровск 5084 28 5030 Рассчитано по: Материалы переписи жилищного фонда 1960 г. в городах Челябинской области // ОГАЧО. Ф. Р-485. Оп. 26. Д. 86.

К сожалению, мы не располагаем точной статистикой по барачному жилому фонду, но его доля, несомненно, была значительной в большинстве поселений. Среди зданий из смешанных видов строительных материалов также присут ствует доля бараков, так как в 30-е гг. барачный фонд возво дился из наиболее дешевых материалов для максимально быстрого решения жилищных проблем предприятий. В це лом, уральские города были в начале 1960-х гг. еще деревян ными, с небольшими вкраплениями каменных построек эпо хи индустриализации и конца 1950-х гг. О преобладании старого, неблагоустроенного жилья свидетельствует и то, что подавляющее число жилых построек в городах были од ноэтажными. Здания в два, три этажа стали появляться здесь только в 30-е гг. и к рассматриваемому периоду также соста рились и требовали капитального ремонта. Этажность более четырех этажей почти не была распространена. Строительст во «хрущевок» в это время только начиналось, и новые че тырех- и пятиэтажные дома имелись в небольшом количест ве лишь в относительно крупных Копейске и Коркино.

Таблица Этажность зданий в депрессивных городах Челябинской области в 1960 г.

Общее Число од- Число двух- Число трех- Число зданий но- этажных этажных число зданий, зданий, ед. в четыре строений, этажных Город и более зданий, ед.

ед.

этажей, ед.

ед.

Еманжелинск нет 4166 4029 111 Карабаш нет 3934 3814 119 Копейск 15 287 14 578 668 Коркино 9821 9514 259 Пласт нет 5319 5285 32 Бакал 2521 2284 217 Верхнеуральск нет 2026 2008 17 Карталы нет 5330 5252 63 Касли 4413 4329 81 Миньяр 2530 2476 47 Нязепетровск нет 5084 5044 38 Рассчитано по: Материалы переписи жилищного фонда 1960 г. в городах Челябинской области // ОГАЧО. Ф. Р-485. Оп. 26. Д. 86.

Больше всего новых домов было в городе Бакале, где ошибка геологов в разведке рудных месторождений привела к необходимости сносить в 50-е гг. несколько улиц, а высе лявшимся оттуда горожанам требовалось новое жилье, вско ре построенное. Жительница Бакала так описывает город на рубеже 50–60-х гг.: «В городе не было ни одного благоуст роенного дома. Большая его часть была похожа на деревню.

Весь город пересекался железнодорожными ветками, из кон ца в конец ходили вагончики. Строительство как раз начина лось большое после 1952 г., когда заработал Новобакальский рудник. Весь нынешний город построен в это время – в пе риод 1950–60-х гг. Новая школа работала только второй год.

Нового города не было совсем, а в старый город случалось даже забредали медведи. Большая часть старого города сей час снесена из-за ошибки геологов при строительстве Ново бакальского рудника. Все свалилось в обрыв. Там были больница, школа, столовая, жилые дома. Я сама там жила.

Но всех быстро переселили. Строили очень много, и кварти ры давали каждый месяц. Потом, уже в 80-е гг., многое из того, что было построено, стали сносить. Техникум был – его уже нет, кинотеатр был построен – снесли, а новый не по строили» 3.

Проблемы сноса части старого жилого фонда в 60– 70-е гг. коснутся многих уральских городов, но мы на этом остановимся отдельно. Заметим пока, что одноэтажный жи лой фонд не полностью был представлен одно- или двух квартирными домами деревенского типа. Большую долю в нем составляли многоквартирные бараки, а также землянки.

Вот как описывает город Копейск в конце 50-х гг. один из наших респондентов: «Что из себя представлял город? Сразу же въезд сюда – это сплошные землянки. Ни одной улицы не было заасфальтировано. Высота зданий на главной улице – метр или полтора, так как само здание под землей. За 50-е гг.

построили улицу Ленина, где были двухэтажные дома, а так весь город – это землянки и бараки. Более-менее большое строительство началось в конце 50-х, когда стали строить «хрущевки», которые еще в это время были неблагоустроен ными, но квартиры там давали только самым заслуженным – ветеранам, активистам, начальству» 4.

Как показывают наши респонденты, первая волна мас сового строительства жилья в малых городах началась на ру беже 50–60-х гг. и продолжалась приблизительно до середи ны 60-х гг. Из табл. 3 мы увидели, что в 1950-е гг. «хру щевки» появились только в пяти городах, но только в Ко пейске, Коркино и Бакале таких новых домов было больше двух. В остальных же городах строительство развернулось уже в 60-е гг. Об его итогах можно судить, если сравнить данные из социально-экономических паспортов городов о площади жилого фонда за 1970 г. с данными переписи жило го фонда за 1960 г. (табл. 9).

Таблица Рост площади жилищного фонда в депрессивных городах Челябинской области в 1960-е гг.

Численность на Жилая площадь, Прирост жилой селения, тыс. кв. м площади тыс. жителей Город 1959 г. 1970 г. 1960 г. 1970 г. тыс. кв. м % 29,4 32, Бакал 27,4 159,5 211,0 51, 11,7 4, Верхнеуральск 10,5 70,7 74,0 3, 33,6 12, Еманжелинск 33,4 211,4 238,6 27, 24,9 10, Карабаш 20,0 134,7 148,2 13, 33,5 39, Карталы 42,8 163,9 229,0 65, 21,8 –3, Касли 20,7 145,5 139,9 –5, 161,5 37, Копейск 156,0 842,7 1154,5 311, 81,3 25, Коркино 70,9 455,0 572,9 117, 14,9 21, Миньяр 13,5 88,3 107,3 19, 22,2 7, Нязепетровск 18,6 129,9 140,1 10, 25,8 30, Пласт 22,7 130,0 169,9 39, Рассчитано по: Материалы переписи жилищного фонда 1960 г. в городах Челябинской области // ОГАЧО. Ф. Р-485. Оп. 26. Д. 86., а также по дан ным «Социально-экономических паспортов» соответствующих городов.

Успехи строительства жилого фонда в 60-е гг. были впечатляющими. Более половины рассматриваемых нами го родов увеличили свою жилую площадь на 20–40%. Наи больших успехов достигли Карталы и Копейск, где рост жилплощади составил 39% и 37% соответственно. Только город Карталы в этот период демонстрировал поступатель ный рост. Для него стагнация началась позже, а пока вместе с населением города росла и его строительная база. Копейск, Коркино и Бакал уже к началу 60-х гг. были более развиты в плане постройки жилья, чем другие депрессивные города, поэтому в 60-е гг. этим поселениям было легче наращивать объемы строительства. Большой рост обнаружился в Пласте – 30%. Это достаточно неожиданно, так как по его генераль ному плану город относился к категории неперспективных и рост населения в нем не планировался.

Группа городов с худшими показателями представлена такими поселениями, как Верхнеуральск, Еманжелинск, Ка рабаш, Нязепетровск и Касли. Здесь, если исключить сильно выбивающийся из общей картины город Касли, прирост за десять лет составил всего от 4 до 12%. Как видно из табл. 9, явной зависимости темпов роста жилья от размеров поселе ния не прослеживается. Низкие показатели прироста могут объясняться тем, что в этих городах еще не была создана не обходимая строительная база.

Отрицательный прирост, который демонстрируется го родом Касли, объясняется внеплановым сносом части старых и ветхих домов, а также домов, находящихся в зоне горно промышленных выработок. Мы уже описывали подобный процесс в городе Бакале, где из-за ошибки геологов был сне сен целый городской район. В 70–80-е гг. Бакал вновь столк нется с проблемой сноса уже существующего жилого фонда.

В 1970 г. в этом городе в связи с серьезной экологической ситуацией была создана 500-метровая санитарно-защитная зона вокруг агломерационной фабрики. Из нее за 1971–74 гг.

было выселено 164 семьи, проживавших в одно-, двухквар тирных индивидуальных домах, еще 47 семей продолжали находиться в этой зоне до конца 70-х гг. 5 После 1985 г. в Ба кале продолжат снос старой части города, на месте которой по плану еще 1951 г. должен был находиться рудник. В 80-е гг. в подобной ситуации оказался и Копейск, где на горных от водах шахт находилось около 1700 домов, расположенных от дельными группами или целыми поселками. В 11-й пятилетке в соответствии с планами ведения горных работ здесь были снесены 629 домов, где проживало 2850 человек. Остальные дома стоят на этих горных выработках до сих пор 6. Однако и в Копейске, и в Бакале в это время уже была налажена строи тельная база, и ввод новых домов покрывал снос старых;

в Каслях в 60-е гг. такой строительной базы еще не было, она будет создана здесь только в следующее десятилетие.

Жилищные условия во всех городах в 1960-е гг. значи тельно улучшились. Об этом свидетельствует и рост жилой площади в расчете на одного жителя (табл. 10). Если в г. один житель располагался в среднем на 5,6 квадратных метрах жилой площади, то в 1970 г. уже на 7,2 квадратных метрах. Наибольшие улучшения жилищных условий отмеча лись в Бакале, Копейске, Коркино и Пласте, где жилплощадь в расчете на одного жителя увеличилась за десять лет более чем на 40%. В шахтерских городах Копейске и Коркино это во многом связано с началом переселения людей из земля нок. Тем не менее полностью ликвидировать землянки там удалось только к середине 70-х гг. Наименьшим прирост был в тех городах, где размер жилой площади в расчете на одно го человека был достаточно высоким уже в 1960 г. и превы шал тогда 6 квадратных метров. Это такие города, как Верх неуральск, Еманжелинск и Касли. В Карталах, несмотря на то, что общий прирост жилплощади составил почти 40%, жилищные условия улучшились незначительно, так как масштабное строительство сопровождалось большим ростом населения – почти на 10 тысяч человек. В итоге этот город не смог достичь по средней обеспеченности жильем даже квадратных метров на одного жителя.

Таблица Рост жилой площади в депрессивных городах Челябинской области в 1960-е гг. в расчете на одного жителя Метраж жилой пло- Прирост жилой щади на одного жи- площади на одного Город теля, кв. м жителя 1960 г. 1970 г. кв. м % Бакал 5,43 7,70 2,28 41, Верхнеуральск 6,04 7,05 1,01 16, Еманжелинск 6,29 7,14 0,85 13, Карабаш 5,41 7,41 2,00 36, Карталы 4,89 5,35 0,46 9, Касли 6,67 6,76 0,08 1, Копейск 5,22 7,40 2,18 41, Коркино 5,60 8,08 2,48 44, Миньяр 5,93 7,95 2,02 34, Нязепетровск 5,85 7,53 1,68 28, Пласт 5,04 7,48 2,45 48, Рассчитано по: Материалы переписи жилищного фонда 1960 г. в городах Челябинской области // ОГАЧО. Ф. Р-485. Оп. 26. Д. 86., а также по дан ным «Социально-экономических паспортов» соответствующих городов.

Для остальных городов значительное влияние на рост средней обеспеченности жильем оказал отток из них населе ния. Это было очевидно и для депутатов городских советов народных депутатов. Вот что по этому поводу сообщил один из депутатов в городе Карабаше: «Товарищи, если в 1962 г.

на 1 жителя приходилось 5,6 квадратных метров жилплоща ди, то в 1967 г. уже 6,6. На первый взгляд, рост очень хоро ший, однако увеличение жилплощади за пятилетку вырази лось не только за счет увеличения нового жилого фонда, а, к сожалению, во многом за счет уменьшения населения горо да. Арифметика простая: в 1962 г. население составляло 25, тысячи человек, а в 1967 г. всего лишь 22,3 тысячи. К этому следует добавить только то, что ветхого жилья в частном секторе у нас остается около 30%, а по горкомхозу и по Ка рабашскому горно-металлургическому комбинату – более 50%» 7.

Какое же из десятилетий рассматриваемого нами перио да оказалось наиболее продуктивным в плане строительства жилого фонда? На этот вопрос нам поможет ответить табл. 11, в которой рассмотрен процентный прирост жилого фонда каждого города по десятилетиям. В ней также отра жены данные о среднем приросте по всей совокупности го родов. Здесь мы вновь оперируем сведениями по Челябин ской области, так как они позволяют нам проследить рост по всем трем десятилетиям. За тридцать лет жилая площадь в городах увеличилась в среднем более чем на 70%. Были и города, где она увеличилась в два, два с половиной раза – Касли, Еманжелинск. В этих городах основное строительст во развернулось только в 80-е гг., но за 5–10 лет достигло ог ромных успехов.

Таблица Рост жилой площади в депрессивных городах Челябинской области в 1960–80-е гг. (прирост в процентах по отношению к предыдущему десятилетию) 1961– 1971– 1981– Город За 30 лет 1970-е гг. 1980-е гг. 1990-е гг.

32,29 21,75 –15,57 35, Бакал 4,67 6,35 10,55 23, Верхнеуральск 12,87 24,60 87,89 164, Еманжелинск 10,02 0,27 19,04 31, Карабаш 39,72 3,49 34,77 94, Карталы –3,85 40,10 53,72 107, Касли 37,00 8,19 15,05 70, Копейск 25,91 –24,94 87,91 77, Коркино 21,52 16,96 14,50 62, Миньяр 7,85 7,57 5,18 22, Нязепетровск 30,69 5,36 4,19 43, Пласт 25,83 10,49 31,21 73, Все города Рассчитано по: Материалы переписи жилищного фонда 1960 г. в городах Челябинской области // ОГАЧО. Ф. Р-485. Оп. 26. Д. 86, а также по дан ным «Социально-экономических паспортов» соответствующих городов.

Напротив, худшие показатели мы обнаруживаем у Пла ста, Нязепетровска, Карабаша, Верхнеуральска и Бакала – здесь прирост колеблется в интервале от 22 до 43%. Однако если результат Бакала во многом вызван сносом значительной части города, то в остальных четырех городах низкие темпы строительства жилья отмечаются на протяжении всего рас сматриваемого периода. Из них только в Пласте в 60-е гг.

удалось добиться прироста в 30%. Отрицательный прирост в Коркино связан с изменением административных границ го рода в связи с выделением из его состава рабочего поселка Роза, поэтому при расчетах за 70-е гг. мы его исключили.

Остальные случаи отрицательного прироста были рассмот рены выше.

Четкой зависимости роста жилплощади от размеров го рода не обнаруживается. Крупнейшие из рассматриваемых городов демонстрируют показатели, близкие к средним, а наиболее мелкие присутствуют и среди лидеров, и среди от стающих. Отраслевая ориентация города также, по всей ви димости, не оказывала определяющего влияния на темпы строительства, так как города, представляющие одну отрасль, также представлены в разных группах. Так, например, шах терские города Копейск и Коркино демонстрируют средние показатели, а шахтерский же Еманжелинск оказался одним из лидеров. Из городов, относящихся к черной металлургии, Миньяр близок к среднему, а Нязепетровск показал худший результат, имея 5–7% прироста за каждое десятилетие.

Если посмотреть на средние цифры по всем городам, то получится, что наиболее продуктивными в строительстве жилья оказались 80-е гг. В этот период три поселения – Кас ли, Еманжелинск и Коркино – демонстрировали просто фе номенальный рост своей жилплощади, от 50 до 87% за деся тилетие. В среднем за 80-е гг. депрессивные города Челябинской области увеличили свою жилплощадь на 31,2%. Наоборот, худшими оказались 70-е гг., когда хорошие темпы (40% за десятилетие) демонстрировал только один го род – Касли. В остальных поселениях строительство было в упадке. Верхнеуральск, Карталы, Нязепетровск, Пласт, Ко пейск не дотягивают до 10%, а Карабаш даже до 1%. Сред ний прирост по всем городам в 70-е гг. составил всего 10,5%.

60-е годы со своим средним показателем в 25,8% находятся вблизи от рекордных цифр 80-х гг. Если сделать еще боль шее приближение и посмотреть по пятилетиям, то наиболее успешными окажутся начало 60-х и вторая половина 80-х гг., то есть периоды, когда в стране развертывались программы массового строительства жилья, хрущевская и горбачевская.

Результаты реализации этих программ мы зафиксировали при оценке средних темпов строительства по десятилетиям.

При оценке темпов жилищного строительства необхо димо уделить внимание и вопросу о том, как распределялась доля секторов жилищного фонда в его общем приросте. Если посмотреть на структуру секторов жилищного фонда в 1970– 80-е гг. (прил., табл. 1 и 2), то обнаружится, что в среднем площадь жилищного фонда, находящегося в личной собст венности граждан, выросла только на 7,5%, а в некоторых поселениях наблюдалось даже ее сокращение. Во многих случаях это сокращение связано со сносом землянок, напри мер, в Копейске, Кушве и Дегтярске, а также со сносом вет хого жилья. Всего фонд, находящийся в личной собственно сти граждан, сократился в 11 из 22 городов, то есть ровно в половине (см. прил., табл. 1 и 2). Обобществленный сектор демонстрировал колоссальный прирост своей площади – 83%. Не все части обобществленного сектора развивались одинаково. Наибольший рост приходится на долю вневедом ственной части этого сектора, к которой относятся фонд го родского совета народных депутатов и фонд жилищно строительных кооперативов. Площадь этой части увеличи лась на 215%. Фонд, принадлежащий министерствам и ве домствам, то есть фактически градообразующим предпри ятиям, вырос на 73%.

Однако, если посмотреть на то, какие доли в приросте жилищного фонда занимал каждый из секторов, картина сильно изменится (прил., рис. 13, 14). В 1970-е гг. фонд гра ждан, как и ожидалось, имел долю в общем приросте, рав ную 7%, а вот соотношение долей внутри обобществленного сектора оказалось несколько неожиданным. Несмотря на впечатляющий рост площади вневедомственной части, ее доля в общем приросте составляла только 28%, в то время как доля ведомственной части была 65%. В 1980-е гг. это превосходство ведомственного фонда еще более увеличи лось и достигло 82%, тогда как на долю вневедомственной части осталось лишь 9%, то есть столько же, сколько имел в приросте необобществленный сектор. Такая структура обще го прироста объясняется соотношением долей секторов в общей площади жилищного фонда и изменением этого соот ношения за 20 лет.

Расчеты показали, что доминирующее положение в структуре жилищного фонда депрессивных городов уже в 1970 г. занимала ведомственная часть обобществленного сектора – 54,6%, у вневедомственной части было только 4,3%. Доля фонда, находящегося в личной собственности граждан,– 40,9%. За двадцать лет роста каждого из секторов соотношение долей стало таким: ведомственный фонд зани мает теперь уже 62% площади, у принадлежащего гражда нам осталось лишь 28,9% (только в Нязепетровске сектор индивидуального жилья остался господствующим), а доля фонда горисполкомов и строительных кооперативов выросла до 9%. О чем говорят эти цифры? Прежде всего, о том, что решение проблемы жилья в этих городах почти целиком за висело от градообразующих предприятий, которые, в свою очередь, нуждались в помощи курирующих их центральных министерств и ведомств. И роль предприятий в формирова нии жилищного фонда города с каждым десятилетием воз растала. Местные власти имели в своем распоряжении ни чтожно малую долю городского жилья, а их усилия по ее на ращиванию, хотя и привели за два десятилетия к ее удвое нию, в целом, имели мало успеха, так как принадлежащий им жилой фонд был лишь каплей в море ведомственного жи лья. Лишь в Верхотурье, Карабаше, Карталах, Копейске, Ня зепетровске, Невьянске и Еманжелинске доля фонда, нахо дящегося в распоряжении городских советов, превышала 10%. В Верхнеуральске, где ведомственного жилья было ма ло, она составила около 40%. Но это исключение. В таких же городах, как Верхняя Тура и Дегтярск эта доля вплоть до по следнего пятилетнего периода не доходила даже до 2%, а в Волчанске ее не было вообще.

Важно, что строительство в индивидуальном секторе проводилось также во многом за счет ресурсов градообра зующего предприятия, так как только там горожане могли получить необходимые для этого строительства лес, цемент, транспорт. Участие предприятия в повседневной жизни го рожан особенно характерно для шахтерских городов, где ка ждая шахта имела свой рабочий поселок. Следовательно, до ля градообразующего предприятия в городском строительстве должна считаться еще большей.

Таким образом, именно градообразующие предприятия в моногородах являлись основным источником столь необ ходимого для городского развития ресурса, каким является жилье. И именно от того, насколько предприятие было спо собно содержать и развивать этот ресурс, зависело отноше ние горожан к перспективам своего города. Для жителей де прессивных городов, чьи градообразующие предприятия оказались по различным причинам в состоянии экономиче ской стагнации или упадка, было очевидно, что дальнейшее развитие социальной сферы и разрешение жилищного во проса в таком городе будет крайне затруднено. Это подтал кивало многих, и прежде всего молодежь, к поискам вариан тов перемены места жительства.

СОДЕРЖАНИЕ И БЛАГОУСТРОЙСТВО ЖИЛЬЯ Несмотря на рост площади жилищного фонда в городах в 1960–80-е гг., квартирный вопрос продолжал оставаться острым. От года к году росли очереди на жилье. В одном только Копейске в 1983 г. очередь составляла шесть тысяч человек, включая более сотни инвалидов и членов семей по гибших шахтеров, которые вообще должны были наделяться жильем без очереди 8. К 1985 г. численность очередников возросла до 9,5 тысяч человек. На шахте «Центральная» (од ной из крупнейших в городе) каждый третий рабочий нуж дался в получении нового жилья или значительном улучше нии имеющегося 9. Так оценивает успехи строительства жилья в Копейске один из наших респондентов Г.Е. Осетров:

«Жилищную проблему так и не решили. Конечно, строи тельство было большое. Сумели переселить всех из земля нок, а в землянках жила большая часть населения города.

Но вот с бараками справиться не смогли. В середине 70-х гг.

отрапортовали в Москву, что такой проблемы больше не су ществует, а на деле бараков по городу все еще остались де сятки, если не сотни. И потом, многоэтажное строительство ведь не вели, обходились хрущёвками, так как город считал ся не особенно перспективным. Поэтому много квартир за раз сдавать не получалось. Современные-то дома стали толь ко в конце 80-х гг. строить. Так что сделали много, но недос таточно» 10.

Снос барачного фонда, однако, приветствовался далеко не всеми, хотя такая позиция и была во многом вынужден ной. В 1974 г. на заседании Копейского городского совета один из директоров шахт так высказывался по этому поводу:

«У нас на шахте очередь на получение квартир не двигается с 1971 г. В перспективе строительство жилья в поселке шах ты не запланировано. И в то же время ставится вопрос о сно се бараков. Но нужно ли при таких условиях сносить бараки?

Мы отремонтировали силами шахты три барака, и жители теперь довольны. Может быть, стоит пристроить к ним еще жилые помещения, что в какой-то мере поможет если не ре шить, то на время смягчить квартирный вопрос» 11.

В Бакале, где барачного фонда было немного, основной проблемой являлось старое, ветхо-аварийное жилье. Пред ставители Бакальского рудоуправления неоднократно озву чивали эту проблему на заседаниях городского совета, так как именно от этого предприятия зависели ремонт и благоус тройство такого фонда. В 1978 г., когда рудоуправление на чало ощущать дефицит средств, отведенных на социальную сферу, его представители просили депутатов поспешить с решением этого вопроса: «Если смотреть на цифры, то ре зультаты по обеспеченности жильем хорошие. На одного че ловека приходится 9 квадратных метров жилой площади при норме тоже 9. А в корне плохо. В списках очередности со стоит 1300 человек, 105 семей живет в общежитиях, 150 че ловек стоит в очереди на общежитие, 420 семей проживает в совершенно неблагоустроенном жилье. Положение тяжелое.

Ежегодно строится по одному дому, из которого 65 квартир получают работники рудоуправления, а остальные отдаются строителям, горсовету, врачам. Поэтому вопрос сноса ветхо аварийного жилья откладывается. Такое жилье должны были снести в 10-й пятилетке. Но выбились из графика. Учитывая трудности с жильем, мы вынуждены ремонтировать ветхий фонд, а это пустая трата сил и средств» 12.

Конечно, ремонтировать заведомо безнадежный фонд было экономически невыгодно, однако это еще и отвлекало ресурсы от планового капитального ремонта жилого сектора.

Так, в Копейске в 1983–85 гг. депутаты горсовета провели обследование городского жилья и пришли к неутешитель ным выводам: «Велики нарекания копейчан к содержанию жилого фонда. 75% жилья в городе находится в ведении объ единения “Челябинскуголь”, из которых 25% требует капи тального ремонта, а еще 20% находится в ветхо-аварийном состоянии. При этом ремонтные работы выполняются еже годно только на 60–65%. А ведь только для капитального ремонта этих 25% потребуется 20 лет, что же делать с ос тавшимся фондом?» 13 По существовавшему тогда положе нию, снос ветхих домов не мог превышать 6% от всего вво димого в эксплуатацию нового жилья. Но для Копейска, где площадь таких домов как индивидуального, так и обобщест вленного фонда составляла около 70 тысяч квадратных мет ров, эти 6% не позволяли всерьез говорить о реконструкции городского хозяйства и выполнении генерального плана за стройки 14. Еще одной серьезной трудностью при проведении капитального ремонта или при сносе ветхого жилья было от сутствие резервного жилого фонда, необходимого для пере селения людей. Это также вело к увеличению сроков рекон струкции и капитального ремонта.

Все эти проблемы ложились тяжким грузом на плечи исполнительных комитетов, однако доля принадлежавшего им жилья была мизерной, а возможности строительной базы ограниченными. В решении накопившихся проблем город ские власти нуждались в помощи градообразующих пред приятий, так как те выступали собственниками основной части городского жилищного фонда и обладали необходи мыми ресурсами для его содержания. Но в рассматриваемый период предприятия сами оказались в достаточно бедствен ном положении и не имели возможности или желания тра тить средства на социальную сферу. Поэтому часто стали слышны нарекания в их адрес со стороны депутатов, как бы ло, например, в Карабаше: «Карабашский медеплавильный комбинат ведет жилой фонд на износ, почти не выделяя средств на его ремонт. В то время как жилье на комбинате очень плохое, а многие дома даже не подлежат капитально му ремонту. 80% индивидуальных домов пришло в ветхое состояние. Кроме того, если средства на ремонт и выделяют ся, то они не осваиваются, и, соответственно, из года в год намеченные объемы по капитальному ремонту жилья не вы полняются. Если ремонт и проводится, то ограничивается только ремонтом жилой и полезной площади, а благоустрой ство жилых домов вообще не фигурирует в смете. Комбинат стал мало заботиться о своих рабочих. Например, гориспол ком возит в свой жилой фонд воду на четырех машинах, а комбинат в свой только на двух, хотя жилья у последнего намного больше» 15.

Возможно, предприятие и радо бы было помочь городу, но оно само нуждалось в помощи. Руководство Карабашско го медеплавильного комбината на обвинения со стороны де путатов в бездеятельности отвечало следующим образом:

«Комбинат не может освоить средств, запланированных на ремонт жилого фонда, из-за невозможности расширить свой строительный участок. В городе нет квалифицированных специалистов: плотников, столяров, штукатуров-маляров.

В ПТУ их не готовят. Кроме того, даже если бы они и были, мы не можем без разрешения “Союзмеди” расширить не промышленную группу профессий. Отвлекать же людей от основного производства в данный момент мы никак не мо жем» 16.

Если градообразующее предприятие было совершенно независимо от властей города, в котором оно располагалось, то сам город постоянно нуждался в его поддержке. Финан сирование некоторых городских проектов, шефская помощь больницам и школам, использование строительной базы предприятия, работы по обслуживанию жилого фонда и бла гоустройству – все это напрямую зависело от отношений го родских властей с администрацией предприятия. Если пред приятие стагнировало, вместе с ним стагнировал и город.

Городской совет народных депутатов в таком поселении об реченно смотрел на будущее своего города: «С каждым го дом сокращается шефская помощь Бакальского рудоуправ ления. За 1977 г. помощь сократилась в два раза. Учитывая тяжелое экономическое положение рудоуправления, ожидать увеличения финансовой помощи не приходится. В связи с этим нам придется законсервировать на неопределенный срок строительство ряда объектов, таких как водохранилище на реке Малая Сатка, новый корпус городской больницы, овощехранилище, новый кинотеатр» 17. Забегая вперед, ска жем, что водохранилище и овощехранилище все же были по строены в 80-е гг., остальных же объектов нет до сих пор.

Однако простое прекращение финансирования город ских объектов не было еще крайней формой отношения предприятия к своему городу, к тому же у самого предпри ятия чаще всего действительно не было на это денег. Совсем другое дело, когда предприятие перекладывало на город ре шение части своих производственных проблем. Одним из примеров этому может служить ситуация, сложившаяся в го роде Карабаше, где медеплавильный комбинат в целях со кращения своих непроизводственных расходов решил час тично переложить их на город. Комбинат расформировал дорожно-ремонтную группу, списал и сдал в металлолом до рожно-строительные машины, законсервировал асфальтную установку, а передвижную установку отправил на переплав ку. Были прекращены все работы по ремонту внутренних площадей и подъездных путей. Дело дошло до того, что комбинат стал просить у ремонтно-строительного участка горисполкома десятки тонн асфальта для того, чтобы отре монтировать внутризаводские площади. Несмотря на ряд правительственных постановлений о содержании жилищно го фонда, медеплавильный комбинат из года в год не осваи вал средства, выделяемые на ремонт принадлежащего ему жилья, районы жилых массивов не благоустраивались, бани пришли в негодность, прачечная развалилась. Решение большинства этих проблем было также переложено на гор исполком 18.


Описанные события происходили в 1972 г., но пять лет спустя ничего не изменилось к лучшему, и представителю комбината приходилось оправдываться перед горсоветом за невыполнение планов по ремонту жилья и благоустройству уже известным тезисом о том, что «Союзмедь не давал им расширить непромышленную группу профессий. Но расши рять было уже почти нечего, так как строительная группа была уже пять лет как расформирована» 19. Такое отношение комбината к проблемам города вызывало негодование со стороны депутатов: «В самом деле, кто повинен в том, что значительная часть дорог в городе выходит из строя или кто повинен в том, что в городе нет зелени – конечно же, меде плавильный комбинат. Идущий из труб газ уничтожил всю растительность, налицо эрозия почвы, а ливневые дожди раз рушают незащищенную породу и заносят илом и песком це лые кварталы. И, в результате, руководство комбината со вершенно не желает помогать городу в решении наших острейших проблем» 20.

Помощь предприятия была ключевой для горисполко мов и в решении такого важного вопроса, как оснащенность жилого фонда различными коммунальными «удобствами»:

водопроводом, канализацией, сетевым газом, центральным отоплением, горячей водой и прочими. Это было вдвойне важно в связи с тем, что основной массив строящегося в го родах жилья принадлежал как раз предприятиям. В первую очередь, благоустраивалось именно новое жилье, так как к нему можно было подводить коммуникации непосредствен но в процессе его строительства. Поэтому в вопросах благо устройства сотрудничество местных властей с администра циями градообразующих предприятий было наиболее плотным. Предприятия должны были помогать горисполко мам и строительными материалами, и финансированием, и людьми. Первые шаги в этом направлении в большинстве городов были сделаны еще в 60-е гг. Однако все приходи лось начинать с нуля, строить первые очистные, большие ко тельные, ставить первые коллекторы, рыть траншеи для пер вых очередей водопровода и канализации, проводить газ – поэтому добиться немедленного результата не получилось, но основа будущих успехов была заложена.

В первую очередь, благоустраивался обобществленный сектор жилищного фонда (прил., табл. 3). К 1970 г. его осна щенность водопроводом, канализацией и центральным ото плением колебалась в различных городах от 20 до 50%. Худ шие показатели, по доступным нам источникам, имели Тавда и Новая Ляля – 0% и 9% соответственно. Лучшие – Верхний Тагил – 60%. Уже к 1990 г. обобществленный сектор в боль шинстве городов был оснащен этими коммунальными блага ми на 70–100%. Рост, несомненно, значительный. По газифи кации, горячему водоснабжению и оснащенности жилья ваннами и напольными электроплитами к концу 80-х гг.

большинство городов также добилось улучшений. Если на польные электроплиты еще продолжали быть редкостью да же в новостройках, то газом, горячей водой и ванными госу дарственный сектор был оснащен уже более чем на 60%.

Все эти цифры сглаживались огромным массивом не благоустроенного индивидуального жилья, которое состав ляло долю, равную примерно трети всего городского фонда.

Редко где благоустройство фонда, находящегося в личной собственности граждан, превышало 20–30% даже к 1990 г.

В основном, столь высокие проценты давала лишь оснащен ность газом. Даже в тех поселениях, где каким-то из «удобств» было оборудовано более трети всего индивиду ального жилья, по остальным показателям уровень оснащен ности был крайне низким – менее 10%.

Чтобы сравнить уровень развития благоустройства в де прессивных и в сопоставимых с ними по размеру растущих городах Урала, мы рассчитали процент средней оснащенно сти по каждому из видов благоустройства для обеих групп (табл. 12). Полученный результат наглядно демонстрирует отставание депрессивных городов от растущих по всем дан ным показателям. Оно составляло от 10 до 20% по всем ви дам благоустройства. Особенно слабо развитыми в депрес сивных городах оказались система горячего водоснабжения, канализации, оснащенность ванными. Даже к 1990 г. этими видами благоустройства было оснащено только около поло вины жилищного фонда. Конечно, данные, приведенные в таблице, являются усредненными. Были и среди депрессив ных городов поселения достаточно развитые в плане благо устройства, например, Копейск, Коркино и Губаха. Но и в этих, относительно благополучных, городах различные виды благоустройства были развиты не в равной степени. Поэтому общую картину, на наш взгляд, лучше отражают именно средние цифры.

Таблица Средняя оснащенность жилищного фонда основными видами благоустройства в городах Урала на 01.01.1990 г.

Оснащенность жилищного фонда, % централь Города водо- канализа- ван- горячей ным ото- газом проводом цией ными водой плением Депрес 60,5 54,4 61,7 62,8 48,1 37, сивные Растущие (малые и 70,8 68,4 73,1 72,2 64,0 57, средние) Рассчитано по: Города России: Науч.-информ. справ. М.: ЦНИЭИ, 1993.

По сравнению с 1960 гг. рост благоустройства был зна чительным. Несомненные успехи в оборудовании и осна щенности жилищного фонда, достигнутые к концу 80-х гг., позволили улучшить быт горожан, сделали маленькие город ки достаточно привлекательными для своего населения, что, в некоторой степени, повлияло и на сокращение миграцион ного оттока из этих мест. Тем не менее, проблемы обеспе ченности коммунальными благами на протяжении всего рас сматриваемого периода крайне негативно отражались на повседневности жителей этих городов.

Особенно серьезным было положение с водоснабжением в районах, где не имелось в достаточном количестве собст венных крупных водных ресурсов. Нехватка воды являлась одной из центральных тем и на заседаниях городских сове тов, и в репортажах местных газет, и в воспоминаниях горо жан. Приведем отрывки из нескольких репортажей, опубли кованных в газете «Карабашский рабочий» в одном только 1965 г.: «На наши улицы автомашина должна возить питье вую воду три раза в неделю. Но этот график не выполняется.

И такое повторяется часто. В результате жители вынуждены носить воду на себе, а это не легко, так как ближайший ко лодец находится далее чем в полутора километрах от наших домов. Больно смотреть на старушек, которые за километры ходят за водой» 21. В другом номере: «Дело доходит до того, что зимой приходится растапливать снег и пить, а летом бу квально по капле собирать дождевую воду. А у нас в семье маленький ребенок. Его даже выкупать невозможно» 22.

Подобного рода публикации с говорящими заголовками:

«Снова о воде», «Кто поможет?», «Сколько можно терпеть?»

выходили вплоть до середины 80-х гг., пока в городе не пус тили две очереди водопровода. До этого водоснабжение осу ществлялось с помощью специальных автомобилей-водо возов, а также с помощью системы колодцев и колонок.

Такой способ водоснабжения вызывал множество нареканий у депутатов горсовета и у самих горожан: «Имеющийся во допровод имеет маленькую протяженность и обеспечивает совсем небольшую часть населения. Остальная часть пользу ется привозной водой на автоцистернах и даже лошадях, а также с местных водоисточников и колодцев, которые часто портятся, особенно в зимнее время. Парк машин-водовозов маленький, они часто ломаются, другими их не заменяют.

Вот и сидят трудящиеся по три-четыре дня без воды. Отсюда возникает проблема бань. Но в наших трех общественных банях всего 120 помывочных мест. Этого крайне мало.

В очереди помыться люди стоят по 3-4 часа, а в выходные по 7–8 часов» 23.

Ситуация, сложившаяся в Карабаше, была характерна и для других городов. Так, в Копейске, где первую очередь во допровода пустили еще в 30-е гг., положение было не легче.

В городе действовало около 400 колонок, из которых почти половина была построена силами горожан. Эти колонки счи тались неплановыми, а потому их не ставили на баланс ни в управлении водопровода, ни в ЖКО. За них никто не отве чал. В итоге они часто засорялись, находились в антисани тарном состоянии 24. Горожане были готовы строить для сво их нужд не только колонки. В наказах избирателей депутатам горсовета встречаются просьбы достать через горисполком трубы для проведения водопровода, а стои мость его строительства избиратели предлагали оплатить из собственных средств. Этот наказ передавался от одного де путата к другому в течение нескольких созывов горсовета, но так ничего и не было сделано 25. Город постоянно испы тывал недостаток в чистой питьевой воде. Вместо необходи мых 27 тысяч кубометров воды Копейск получал от находя щегося рядом областного центра только 22 тысячи. Из этого количества 40% шло на промышленные нужды. Особенно плохо с водоснабжением было в больницах, школах, детских учреждениях, которые не имели емкостей для запаса воды, а водопровод провели к ним только в конце 70-х гг. Большин ство водопроводных и канализационных сетей были стары ми, не обеспечивающими надежность в работе. Только в 1971 г. зарегистрировали 193 аварии водопровода и 120 ка нализации 26. Впрочем, причины аварий вполне объективны.

Помимо изношенности линий немаловажным было то, что строящиеся новые линии проходили через территорию шахт, где при проведении взрывных работ происходила сильная деформация почвы, в результате которой трубы часто рва лись в нескольких местах сразу 27.

Так описывает проблему водоснабжения в Копейске Т.К. Уфимцева, жена второго секретаря городского комитета партии: «С водой было ужасно. Если тебе нужна вода, тащи ее на своем горбу. А в центре города колонок мало было, приходилось издалека носить. Даже когда переехали в бла гоустроенный дом, можно сказать, что все равно воды не было. Она, конечно, шла из крана, но очень тоненькой ни точкой. Приходилось ей постоянно запасаться, набирать.

А если в доме было открыто одновременно несколько кра нов, она вообще идти переставала. Вот и ловили момент, ко гда никто не набирает, или по-прежнему ходили к колонке.

Вода шла только до второго этажа, а с верхних этажей сосе ди постоянно ходили к нам за водой. Тут мы бедствовали.


Ходили с соседями и в исполком. Почему воды нет? Они го ворят, у нас все нормально, давление нормальное. Вызываем ЖКО. Они говорят, что трубы не засорены, все нормально.

С соседкой, учительницей, пошли к ее бывшему ученику, ко торый стал инженером. Он посмотрел чертеж и сказал, что наша водопроводная точка проходит через завод имени Ки рова. И там колодец. Завод брал нашу воду себе. У них там по заводу экономия, а мы без воды. Уладили эту проблему только к 1985 г., когда открыли новую ветку водопровода в обход завода. А так мы 25 лет мучились. Горячей же воды нет по прежнему, а особенно плохо на городских посел ках» 28.

Это рассказ жительницы дома, где проживали семьи го родских руководителей. Можно себе представить ситуацию в других местах. В Бакале оснащенность водопроводом и ка нализацией была относительно неплохой. Однако серьезные улучшения в плане водоснабжения могли произойти только после пуска собственного водохранилища, строительство ко торого растянулось более чем на пятнадцать лет. Когда, на конец, в 1985 г. оно было построено, выяснилось, что его пуск зависит от того, как удастся «поймать» паводок. Однако и после пуска этого объекта в эксплуатацию перебои с водой продолжались, так как паводок «поймать» удавалось не каж дый год 29.

Благоустройство жилого фонда являлось одним из наи более важных критериев привлекательности города для ми грантов, влиявших на их выбор нового места жительства.

Этот факт был отмечен и в интервью директора Копейского горного техникума В.А. Вачугова, который по долгу службы часто сталкивался со специалистами, устраивающимися на постоянную работу в городе Копейске: «Бытовые условия налаживались в нашем городе. Стала появляться горячая во да, стал появляться газ, стали строить новые котельные, но… Вот я помню одну молодую пару. Два горных инженера приехали к нам устраиваться на работу. Но чтобы принять окончательное решение о переезде в город Копейск, их ин тересовало, есть ли горячая вода в городе. Я говорю – ува жаемые коллеги, у нас и холодная-то есть далеко не всегда.

Естественно, что они не захотели работать у нас. С моей точки зрения – человека, прожившего здесь долгие годы, улучшения были большими, но, если сравнивать с тем, как должно быть, конечно, было все равно очень плохо» 30.

Необходимо также заметить, что слабая оснащенность жилищного фонда водопроводом, а особенно канализацией, крайне негативно сказывалась на санитарном состоянии го рода. Связанная с этим проблема санитарно-эпидемической безопасности постоянно присутствовала в высказываниях депутатов городских советов и в наказах избирателей. В ка честве примера приведем обсуждение депутатами Карабаш ского городского совета вопроса о санитарно-хозяйственных мероприятиях в 1976–77 гг.: «Много поступает у нас жалоб с улиц, где находятся у нас многоквартирные дома. Очистные сооружения слабые, которые не удовлетворяют пропускную способность очистки нечистот подключенных к ним домов.

Люди нашего города не желают мириться с тем, что текут у нас речки из помойниц, так как они деревянные, не хотят хо дить в переполненные, сломанные, ветхие туалеты, не хотят мириться с тем, что в наш век автоматики у нас в городе не чистоты вывозятся на машинах. Да и этих очистных машин не хватает. Домоуправление ЖКО 1–2 обеспечено приемни ками нечистот на 50%, мусоросборниками на 25%. О каком санитарном состоянии домовладений можно говорить? Ад министрация комбината, в ведении которого находится ос новное жилье, не принимает мер к выполнению санитарно хозяйственных мероприятий в части проведения капитально го ремонта санузлов и их строительства. В результате такого положения с очисткой город находится в крайне неудовле творительном санитарном состоянии, и создалась угроза эпидемического неблагополучия в городе» 31.

О тех же проблемах говорится и в ряде публикаций ме стной городской газеты «Карабашский рабочий». Но помимо уже отмеченных депутатами недостатков, уделяется особое внимание оснащенности и благоустройству школ. Эти дет ские учреждения не имели даже элементарных сборников нечистот 32.

Проблемы Карабаша были характерны и для других рас сматриваемых нами городов. Вот что рассказывал в своем ин тервью житель Копейска Г.Е. Осетров: «В городе в 30–50-е гг.

дома строили без удобств и выгребные ямы ставили прямо на тротуарах, чтобы машине было легче к ним подъехать. Во нища была! Канализацию закончили по центру города лишь к концу 80-х гг. Канализационный коллектор построили, очистные сооружения. Но шахты свою техническую воду сбрасывали в эти же очистные, которые не справлялись. Из за этого загублено чудесное озеро Донгузлы. Все городские нечистоты и вода с шахт сбрасываются туда. В озере уже столько воды, что нависла угроза затопления целых сельских районов» 33. Так же сложно с канализацией было в городе Ба кале, относительно благополучном в плане оснащённости жилищными удобствами. Санэпидемстанция Бакала неодно кратно угрожала запретить всякое жилищное строительство, пока в городе не будут построены, наконец, очистные со оружения 34.

Жилищный вопрос во всех своих преломлениях являлся одним из наиболее значимых факторов развития депрессии города. Нехватка жилья, его слабая оснащенность коммуни кациями и оборудованием, ветхость жилого фонда – все это отражалось как на отношении горожан к своему городу, так и на привлекательности данного поселения для внешних ми грантов. Конечно, квартирный вопрос был характерен для всех городов РСФСР. Но для моногородов с нарушенной экономической базой он стоял особенно остро, так как здесь ослабленные градообразующие предприятия были просто неспособны «тянуть» груз принадлежащей им социальной сферы города и, прежде всего, такого важного ее сегмента, как жилье. Из-за упадка градообразующих предприятий в депрессивных поселениях снижались темпы ввода нового жилья, откладывалось на неопределенный срок строительст во первоочередных городских объектов – водохранилищ, очистных сооружений, магазинов, школ, больниц и т.д., ка питальный ремонт жилья производился со значительными задержками, а развитие сферы благоустройства сильно от ставало от уровня достигнутого «здоровыми» поселениями.

В результате страдало качество жизни населения в депрес сивных городах. Поиск более комфортабельных условий жизни толкал горожан к отъезду, усиливая демографическую деградацию такого города.

ПРИМЕЧАНИЯ Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 162. Л. 10.

Интервью с Горбук М.В. … Интервью с Бакановой Марией Петровной 1923 года рождения – дирек тором школы, г. Бакал. Проведено 20 июля 2002 г. (Личный архив автора).

Интервью с Осетровым Г. Е. … См.: Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф.46. Оп.1.

Д.103. Л.135.

См.: Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 529.

Л. 123–124.

Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 116. Л. 98– 99.

См.: Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 529.

Л. 33.

Там же. Ф. 69. Оп. 1. Д. 558.

Интервью с Осетровым Г.Е. … Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 305.

Л. 114.

Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 163.

Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 529. Л. 33.

Там же. Ф. 69. Оп. 1. Д. 558. Л. 41.

Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 152.

Л. 131.

Там же. Ф. 31. Оп. 1. Д. 201. Л. 85.

Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 162. Л. 3.

См.: Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 5. Д. 152.

Л. 207.

Там же. Ф. 31. Оп. 1. Д. 201. Л. 85.

Там же. Д. 152. Л. 207.

Карабашский рабочий. 1965. 26 мая. С. 2.

Там же. 9 июня. С. 4.

Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 164.

Л. 411.

См.: Архивный отдел администрации г. Копейска. Ф. 69. Оп. 1. Д. 130.

Л. 198.

Там же. Ф. 69. Оп. 1. Д. 108. Л. 38–39.

Там же. Ф. 69. Оп. 1. Д. 253. Л. 112.

См.: Интервью с Осетровым Г.Е. … Интервью с Уфимцевой Татьяной Кузьминичной 1923 года рождения – экономистом шахтстроя, г. Копейск. Проведено13 июля 2002 г. (Личный архив автора) См.: Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 255. Л. 112–113.

Интервью с Вачуговым В.А. … Архивный отдел администрации г. Карабаша. Ф. 31. Оп. 1. Д. 201. Л. 39.

См.: Карабашский рабочий. 1965. 19 нояб. С. 3.

Интервью с Осетровым Г.Е. … См.: Архивный отдел администрации Саткинского района. Ф. 46. Оп. 1.

Д. 64. Л. 98.

ГЛАВА 4. ДЕПРЕССИВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ В РАЗВИТИИ СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЫ УРАЛЬСКИХ ГОРОДОВ СОСТОЯНИЕ СИСТЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ И ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ Градообразующие предприятия в моногородах, какими являются большинство рассматриваемых поселений, выпол няют функцию социообразующего ядра. Непосредственно или косвенно они участвуют в создании и развитии всей ин фраструктуры города. Поэтому для нас представляет осо бенный интерес то, каким образом экономические проблемы этих предприятий влияли на развитие городской инфра структуры и отражались в различных ее системах. И, прежде всего, какое преломление они имели в таких важных сферах повседневной жизни города, как здравоохранение, образова ние, культура и рекреация.

Одной из важнейших подсистем городского хозяйства является здравоохранение. Ему всегда уделялось присталь ное внимание как со стороны союзного руководства, так и со стороны местных властей. Проблемам здравоохранения один раз в полугодие обязательно посвящались заседания город ских советов. Городские объекты, связанные с медицинским обслуживанием населения, являлись одними из наиболее приоритетных в городских строительных планах. Тем не ме нее, проблемы, которые испытывали города, охваченные де прессией, неизбежно затрагивали все сферы городской жиз ни, в том числе и здравоохранение.

В первую очередь, это выражалось в хронической не хватке медицинских кадров и их текучести. Нехватка врачей и медперсонала сопровождала уральские моногорода со вре мени их образования, так как здесь в интересах отраслевых ведомств промышленная сфера изначально доминировала над социальной. Однако в условиях сокращения производст ва на градообразующих предприятиях и причисления этих городов к категории неперспективных решение проблемы обеспеченности сферы здравоохранения квалифицирован ными кадрами было крайне затруднено. Молодые специали сты неохотно ехали работать в такие города, и единственным инструментом решения этой проблемы была система после вузовской производственной практики по распределению.

Рассмотрим несколько примеров, описывающих сложив шуюся в депрессивных городах ситуацию с обеспеченно стью высшим и средним медперсоналом.

В середине 1960-х гг. в лечебно-профилактических уч реждениях города Копейска работало 230 врачей, в то время как по штатному расписанию положено было 562, то есть не хватало ровно половины персонала. Пополнение врачебны ми кадрами шло крайне медленно и сопровождалось их от током. Так, в 1964 г. прибыло в город 7 врачей, выбыло – 20.

В 1965 г. из ожидаемых 11 врачей прибыло только 6. При этом вновь число врачей, покинувших город, превзошло чис ло прибывших 1.

Эти тенденции сохранялись и в последующие годы, что вынуждало депутатов городского совета неоднократно об ращать на них внимание городской администрации. Приве дем отрывок из протокола одного из заседаний горсовета, состоявшегося в 1970 г.: «Вопрос врачебных кадров – это больной вопрос всего города. Количество врачей снижается из года в год. Еще 6 лет назад в медсанчасти, обслуживаю щей шахты города, работало 28 врачей. Их не хватало, а на начало 1970 г. осталось только 19, причем двое из них в ско ром времени переезжают в Челябинск, куда переведены их мужья, и ждут получения квартир. Из выпускников медин ститута в 1970 г. мы вновь не получили ни одного врача.

А это означает, что через год число квалифицированных спе циалистов еще уменьшится. На девяти терапевтических уча стках работает только два врача, остальные – фельдшеры. На весь городской стационар медсанчасти имеется всего 4 врача и 6 фельдшеров. Поэтому вполне понятны претензии боль ных, которые просят, чтобы хотя бы в больнице их лечил врач, а не фельдшер» 2.

Спустя 15 лет, в середине 1980-х гг., изменений к луч шему было не много. И вновь на заседании горсовета депу таты говорили о тех же проблемах: «Состояние с медицин скими кадрами неблагополучное. В настоящее время, согласно штатному расписанию, не хватает 118 врачей, по этому территориальные терапевтические участки укомплек тованы на 70%, а педиатрические на 60%. В сложнейшей службе реанимации вместо 11 врачей работают только 4 че ловека!» В подобном положении находились и другие города.

Так, например, в Бакале укомплектованность медработника ми в середине 60-х гг. была по врачам 37% и только 7% по средним медработникам. На девяти детских участках и пяти взрослых не было ни одного врача. Ни одного врача не было и на городских поселках Иркускан, Катавка, Рудничное. Не было участковых врачей, педиатров и терапевтов, город не имел своих окулиста и невропатолога. Один врач в Бакале приходился на 1152 человека, что было в три раза хуже, чем в среднем по СССР. В 1966 г. в город прибыло 6 врачей – уехало 7. Все это вело к неимоверным нагрузкам на медпер сонал. Молодые врачи говорили, что не желают терпеть та ких нагрузок и лучше найдут работу и устроятся в Челябин ске или Свердловске, а квартиру врачу всегда дадут 4. Кроме того, большинство работавших в медсанчасти врачей прожи вали не в центре города, а в поселках. Чтобы им добраться до работы, приходилось стоять на остановках по несколько часов в ожидании автобуса. Обеспеченность жильем у вра чей была неплохая, но квартиры эти находились слишком далеко от места работы, поэтому помимо высоких нагрузок рабочий день у медработников сильно удлинялся из-за рас стояний 5.

Прошло десять лет, а кардинальных улучшений не на блюдалось. В 1977 г. городским властям удалось добиться 50% укомплектованности врачебными кадрами. Однако по прежнему не было в городе ни одного участкового врача. Из за отсутствия врачей несколько лет не работала женская кон сультация. Депутаты негодовали: «За пятилетку нам напра вили 20 врачей. Уехало 12. Если так будет продолжаться, то потребуется еще две пятилетки, чтобы дойти хотя бы до среднеобластных показателей, которые и так являются од ними из худших в РСФСР» 6.

Если для врачей главной причиной текучести была пере груженность работой, то для средних медработников – это низкая зарплата и плохая обеспеченность жильем. В 1981 г.

было принято 106 медработников – уволено 104. Из сферы здравоохранения наметился уход медработников среднего и низшего звена. Уходя из медицины, они поступали на работу в рудоуправление или на швейную фабрику. Слишком низ кой была зарплата у санитарок – 70 рублей. Квартир им гор совет не выделял совсем, а иногда доходило до того, что медработникам отказывали даже в общежитии 7.

Но если Бакалу удалось в 1970-е гг. довести укомплек тованность медицинских кадров до отметки в 50%, то для некоторых городов этот рубеж так и оставался недостижи мым. Так, в Карабаше штаты оставались заполненными только на 25%. В 60-е годы положение было еще хуже.

Вот как на эти обстоятельства реагировала местная газе та «Карабашский рабочий»: «В городской больнице созда лись значительные неудобства для граждан. Огромные оче реди на прием. Чтобы получить только талончик к врачу нужно занимать очередь с 6 утра и ходить по 3-4 дня. В го роде ощущается острый недостаток специалистов-врачей, поэтому каких-либо улучшений в обслуживании граждан ждать в ближайшее время не приходится. Остается лишь по благодарить работающих у нас в городе врачей за то, что они продолжают хорошо выполнять свою работу, несмотря на нечеловеческие нагрузки» 8.

К 1980 г. положение только ухудшилось. На территори альных участках врачей не было уже более трех лет. Практи чески не было ЛОРа, венеролога, онколога, рентгенолога, ка тастрофически не хватало педиатрических врачей и терапевтов. Не было женской консультации, зубоврачебного кабинета. Больным приходилось ждать скорой помощи по 3 4 часа из-за отсутствия транспорта и нехватки персонала 9.

Во многом, столь плачевная ситуация складывалась из-за острой нехватки жилья. Горисполком владел ничтожно ма лой долей жилого фонда, а потому ему была необходима поддержка градообразующего предприятия – медеплавиль ного комбината. Но комбинат сам находился в состоянии кризиса, и, следовательно, помощь его могла быть лишь ог раниченной. Депутаты горсовета на протяжении всех 70-х гг.

обсуждали эту проблему, иногда даже обвиняя комбинат во всех бедах местного здравоохранения: «Администрация ме деплавильного комбината практически прекратила предос тавлять жилплощадь медицинским работникам. Приезжаю щие молодые специалисты по полгода живут в кабинетах поликлиники, прежде чем получат место в общежитии. Как понимать такую позицию администрации завода? Поэтому то молодые специалисты и уезжают после отработанных трех лет. В квартирах нуждаются 50 семей медработников.

Кроме того, 12 молодых специалистов живут в общежитии металлургического комбината, с которых взимают плату за проживание 8 рублей 30 копеек, а с рабочего комбината – рубля 50 копеек, хотя эти люди обслуживают, в основном, именно рабочих этого комбината. Такое отношение к про блемам города недопустимо» 10.

В табл. 13 представлена картина обеспеченности вра чебными кадрами и средним медперсоналом в депрессивных городах Челябинской и Свердловской областей. Для сравне ния, в среднем по СССР обеспеченность специалистами медиками в 1980 г. была 36,6 врача на 10 тысяч человек, а по малым городам РСФСР – 33 врача 11. Как видно из табл. 13, эти общесоюзные показатели не были достигнуты своевре менно ни в одном из рассматриваемых нами поселений.

К 1985 г. на отметку 30 сумели выйти Копейск и Верхотурье, а к 1990 г. к ним добавились еще Коркино и Еманжелинск.

По остальным городам этот показатель продолжал оставать ся крайне низким. В девяти поселениях на 1980 г. он был в два раза ниже общесоюзного. Это такие города, как Верхне уральск, Волчанск, Дегтярск, Карабаш, Касли, Красно уральск, Невьянск, Нязепетровск и Тавда. Кроме того, есть основания считать, что в городах Бакал и Миньяр положение было не менее сложным. По медработникам среднего звена картина примерно такая же. Средний по РСФСР для 1980 г.

уровень в 159 специалистов нигде не был достигнут. Только в шести городах этот показатель превысил цифру 120 чело век на 10 тысяч населения, в то время как в семи других он был ниже 100 человек.

Вплоть до середины 1970-х гг. наряду с нехваткой меди цинских кадров не менее важной проблемой было антисани тарное состояние уральских городов, что становилось при чиной роста связанных с этим заболеваний. Так, в городе Бакале в 1965 г., по сравнению с предыдущим годом, заболе ваемость дизентерией выросла на 31%. Врачи напрямую свя зывали этот рост с антисанитарным состоянием территории города. Из года в год в осеннее и зимнее время город почти не очищался от мусора. С началом уборочных работ грузо вых автомобилей в городе оставалось мало и они не задейст вовались для вывоза мусора и пищевых отходов, поэтому на улицах начинали расти горы мусора. Постоянной уборочной машины в Бакале не было. Зимой вся грязь и мусор покры вались сугробами, которые не позволяли полноценно очи стить территорию. К весне все это оттаивало и попадало в воду 12.

Таблица Обеспеченность медицинскими кадрами в депрессивных городах Урала в 1970–80-е гг.

Количество врачей на 10 Количество среднего тыс. населения медперсонала на 10 тыс.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.