авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

«Е. Э. Биржакова Нестор-История Санкт-Петербург 2010 УДК 811.161.1’374«17» ББК 81.2Р-4:63.3(2)51 Б 64 ...»

-- [ Страница 6 ] --

правая рука (хороший помощник);

рука руку моет;

рука на руку (один на один);

легкая рука;

с легкой руки;

тяжелая рука или тяжел на руку;

наложить руку (поработить);

дать руку (обещать);

при кинуть на руку;

перед рукой (в карточной игре говорится о том, кто име ет право прежде подходить, крыть);

под рукою и за рукою (имеющий право после другого подходить, крыть);

нагреть руки;

руки не доходят;

руки не подымаются;

руки опустить;

руки опустились;

за руки держит (препятствует, мешает);

поднять на себя руки;

как руку подать (очень близко);

сбыть с рук;

из рук в руки;

из первых рук;

не давай рукам воли;

прибрать кого к рукам;

прибрать что к рукам;

первой руки мука, товар и проч.;

иметь деньги, вещи какие на своих руках;

дерзок на руку;

натвер дить, набить руку;

под рукою (тайно, сокровенно);

запрячь лошадь под руку;

отдать кому что на руки;

сдать с рук;

из рук валится;

в руках кого держать;

сидеть поджавши руки;

по рукам ударить;

не чист на руку;

у него долги руки;

смотреть, глядеть из рук (зависеть от кого в разсужде нии разпоряжения деньгами или другими вещами);

эта вещь перешла в другие, в третьи руки;

ему это и на руку;

делать что на скорую руку;

он ему с руки (образ речения, изъявляющего чье с кем знакомство);

по руке (V 202–206).

Под словом глаз приведено 47 выражений, 3 пословицы, 1 прислови ца, под словом бог — 25 выражений, под словом голова — 12 выражений, 3 сочетания и 1 пословица, слово путь сопровождено одиннадцатью фра зеологическими единицами, при словах ум, ухо их 10, при слове свет — 8.

Эти подсчеты, равно как и тот материал, который нет возможности отра зить в данной статье, неоспоримо свидетельствуют об известной полноте привлеченных в САР1 фразеологических единиц. Поэтому замечание С. И. Ожегова о том, что «ранние академические словари сравнительно в редких случаях приводят фразеологические единицы»,16 не находит себе подтверждения.

Откуда же черпали составители Словаря фразеологические материа лы? Источниками служили те же книги, из которых выбирались и отдель ные слова, т.е. из «всех известных книг церковных, и лучших светских сочинений, летописей разных, законодательств как древних, так и новей ших, записок путешественников» (Т. I. С. VIII).

Церковные источники дали обильный фразеологический материал:

богатеть в бога — в священ. писании преуспевать в добродетели (I 245);

боюсь Бога — в славенском языке значит: живу по заповедям Божиим, живу благочестно (I 305);

вержение камене — расстояние или пространст во, которое можно человеку перебросить камнем (I 602);

отвергаюсь само го себя — отлагаю страсти, умерщвляю плоть (I 607);

отвержение самого себя — отложение страстей, умерщвление плоти (I 607);

извитие словес (I 733);

облещися во Христа — в смысле *означает: принять христианскую веру, последовать учению Христову (I 778);

облещися в срамоту, в студ — в смысле* значит: постыдить, посрамить себя (I 778);

заградити уста (II 306);

грызти устне (II 389);

погрязнуть во глубине греховной (II 412);

предати дух — скончаться, умереть (II 511);

отверзти двери слова (II 530);

отверзти двери веры (II 530);

воздвигнути главу, рог — возгордиться, вос кичиться, возмечтать (II 541);

прияти всуе душу свою — кривить душею (II 986) и многие другие.

Это была не только мертвая «церковность», но и живое словоупотреб ление книжников, а также принадлежность произведений высокого штиля.

Зачастую при подобных выражениях дается иллюстрация из произведений Ломоносова, автора, наиболее авторитетного для составителей САР1:

И сверх главы да облекутся Мои противны в студ и срам (I 778).

При выражении грызти устне дается, кроме церковной, цитата из Ломоносова, где используется вариант грызть язык:

Пусть злобна зависть яд свой льет, Пусть свой язык, ярясь, грызет (II 389).

Широко использовалась церковно-книжная струя и в произведениях низкого штиля, главным образом в поэмах-травести и в комедиях, как средство сатирического описания действительности, как элемент «речево го костюма» отдельных персонажей. Приведем в качестве примера неко торые цитаты из Библии и выражения, связанные с церковной стихией, в речи Советника, одного из героев комедии Фонвизина «Бригадир»: все Ожегов С. И. О структуре фразеологии // Лексикографический сборник. М., 1957.

Вып. 2. С. 34.

в руце создателя, у него и все власы главы нашея изочтены суть;

раб гре ха;

кому Бог открыл грамоту, так тем и сияет благодать его;

все греш ны человецы;

имей ее первую по Бозе;

люди на земле возвеселятся и анге лы на небесах возрадуются;

книга животная;

(грешить) оком и помышлением;

око мое меня соблазняет, и мне исткнути его необходимо должно для душевного спасения;

грех, ему же вси смертнии поработили ся;

дух хотя и бодр, да плоть немощна;

не осуждай, не осужден будеши;

она смиренна, яко агнец, трудолюбива, яко пчела, прекрасна, яко райская птица и верна, яко горлица;

да не похвалится всяка плоть перед Богом;

загради уста свои и др.

Внимание к книгам «лучших писателей светских», и прежде всего ав торитет Ломоносова, обязывали авторов Словаря включать сочетания и обороты книжного характера, утвердившиеся в художественной литерату ре. Это чрезвычайно ценный материал для историка языка и литературы.

Обычно подобные выражения сопровождаются указаниями «в витийст венном слоге», «у стихотворцев» и подкрепляются цитатами:

Душевный взор. В витийственном слоге берется вместо: ум, мысль, воображение.

Я к свету твоего лица Вперяю взор душевный. М. Л[омоносов] (II 826).

Зрю духом, умом, умными очами. Реч. в стихотвор. употр. Значащее:

предусматриваю, проницаю.

Я духом зрю грядуще оно время. Ер. Костр. (III 131).

Гремящий перун. У стихотворцев берется вместо: удар громовой, громовая стрела.

Кругом его из облаков Гремящие перуны блещут. М. Л[омоносов] (II 364).

Дневное светило. Так называется солнце.

Достигло дневное до полночи светило, Но в глубине лица горящего не скрыло. М. Л[омоносов] (II 580).

См. также выделенные в Словаре сочетания: царь веселых дней, круг света, небесные круги, преклонный век, объять оком, вздохнуть из глуби ны или из глубины сердца, подать отраду и др.

Но основная масса фразеологизмов принадлежит живой, разговорной речи. Из приведенных в Словаре идиом около 20% сопровождаются поме тами «просторечное» или «простонародное».

Мы не ставим задачей раскрыть позиции Словаря в отношении стили стической характеристики фразеологии и проследить практические реко мендации, сошлемся на работу Ю. С. Сорокина.17 По наблюдениям Соро Сорокин Ю. С. Разговорная и народная речь в «Словаре Академии Российской»

(1789–1794) // Материалы и исследования по истории русского литературного языка. М., 1949. Т. I. С. 95–160.

кина, основную массу фразеологического просторечия составляют выра жения, которые «выделяются своей непринужденностью, резкой экспрес сивностью, выпуклой образностью, силою иронической или отрицатель ной характеристики». Включение живой русской фразеологии было еще одним доказатель ством проявления заботы составителей о разностороннем отражении бо гатства и своеобразия национального языка, нетерпимости к французома нии некоторой части дворянского общества. В этой борьбе приняли участие почти все передовые писатели того времени. Сумароков писал:

«Восприятие чужих слов, а особливо без необходимости, есть не обогаще ние, но порча языка».19 В многочисленных комедиях и в сатирических журналах высмеивалось неумение пользоваться родным языком и прекло нение перед французским: достаточно вспомнить журналы «Живописец»

и «Кошелек» Н. Новикова, «Почту духов» И. Крылова, комедии А. Сума рокова «Пустая ссора», «Ссора у мужа с женою», «Мать совместница до чери», комедию В. Лукина «Щепетильник», Я. Княжнина «Чудаки», Д. Фонвизина «Бригадир», Н. Николева «Самолюбивый стихотворец», И. Крылова «Проказники» и др. Показательно признание, сделанное С. Порошиным: «Иные столь малосильны в своем языке, что все с чуже странного от слова до слова переводят и в речах и в письме, например:

“Vous avez trop de pntration pour ne pas l’entrevoir”, вы очень много име ете проницания, чтоб этова не видеть;

“on prtend, qu’il n’est parti que ces jours-ci”, требуют, что он не поехал, как только на сих днях и тому подоб ное».20 В этой связи фразеологическая часть Словаря приобретала для сво его времени еще большую актуальность.

Конечно, САР1 не мог охватить всей фразеологии русского языка. Ес ли мы сравним фразеологический состав хотя бы одного произведения XVIII в. с фразеологией, приведенной в Словаре, то обнаружим многочис ленные пропуски. Так, например, из фразеологических единиц, имеющих ся в комедии Фонвизина «Недоросль», произведении, по самому жанру своему богатому оборотами разговорной речи, в Словаре отражены сле дующие: наречные сочетания — по рукам, по пятам, не в пронос, по оди начке, от роду, за упокой, за неволю, как на смех, с головы на голову;

вос клицания, экспрессивные обороты — вот те на, Бог с тобой, избави Боже;

выражения — с ног сбить, лезть в глаза, тертый калач, скалить зубы, рукам воли не давай, войти в ум, себе на уме и др. В общей сложно сти около 30% фразеологии «Недоросля» имеется в Словаре. В то же вре Сорокин Ю. С. Разговорная и народная речь… С. 114.

Сумароков А. П. Полное собрание всех сочинений в стихах и прозе. М., 1787. Ч. IX.

С. 244.

Порошин С. Записки, служащие к истории … вел. кн. Павла Петровича. СПб., 1881.

С. 13.

мя отсутствуют весьма живые и употребительные фразеологические еди ницы, такие как: пристать с ножом к горлу, белены объелся, унести ноги, дать зорю, во все горло, бабушку путать, до смерти и др. Несомненно, что сравнение с другими текстами выявило бы еще многочисленные фра зеологические единицы, оставшиеся за бортом Словаря. Но от словаря, впервые взявшего на себя труд описания словарного состава русского языка, и нельзя было бы ожидать большего.

Полагаем, что при отборе и помещении фразеологии в Словарь авто рам не удалось избежать случайности, и отсутствие многих живых и упот ребительных фразеологических единиц трудно объяснить иначе. В то же время можно предположить, что некоторые группы выражений отклоня лись сознательно, в связи с общими установками Словаря. Так, слабо от ражена в САР1 фразеология, имеющая отчетливо грубоватую, иногда «не пристойную», по мнению составителей, окраску. Отсутствуют, например, употребительные, часто используемые и в художественной литературе того времени выражения: ни бельмеса не знать, гнать в три шеи, трес нуть от смеха, надседать живот и др. Приведем примеры:

Ни бельмеса. Зарегистрировано лишь в Сл. 1847.

г. Н а д м е н: Не знавши ничево, не знавши ни бельмеса, Катона ставят там, где должно Ахиллеса (Нклв Само люб. стих. 33).

Д а ш а : Да он ни бельмеса и не знает (Крыл. Урок 48).

Гнать в три шеи.

Д а р ь я : Зделаю не только то, что ты не поднесешь ему книги, но бу дешь отсель прогнан в три шеи.

Р и ф м о х в а т : Меня в три шеи? (Крыл. Сочинитель 188).

Треснуть от смеха.

Т а р а т о р а : Я также чуть не тресну от смеха, ха, ха, ха (Крыл. Про казн. 210).

Радамант, Еак и Минос жались как можно более, желая сохранить су дейскую важность и чтоб не треснуть от смеха (ПД II 6).

Надседать живот.

Еней то видя восхищался, Как можно больше лгать старался, Весь надседая свой живот (Оспв Енеида II 60).

Возможно, из тех же соображений не попали в Словарь выражения пристать с ножом к горлу, белены объелся из «Недоросля».

Были сдержанны авторы Словаря и в привлечении экспрессивных вы ражений, в состав которых входят слова, обозначающие злое существо христианской мифологии или эвфемистическое наименование его (черт, дьявол, сатана, нелегкая и т.п.). В словарных статьях к таким словам не приводится фразеологических материалов. Слово нелегкая вообще отсут ствует в Словаре. Очевидно, здесь сыграл решающую роль религиозно этический критерий. А между тем такие выражения широко представлены в литературе.

Черт возьми, черт побери.

В с п ы ш к и н : Нет, чорт меня возьми, если это шутка, так она самая глупая! (Крыл. ППС (К) I 473).

А з б у к и н : Нет, видно в этом доме говорят только одни хозяева.

Чорт его побери (Крыл. Проказн. 169).

Черт тебя знает.

А н д р е й : Да чорт тебя знает, может быть и та была твоя любовница (Крыл. Сочинитель 216).

Черт (дьявол) принес кого-либо.

М а ш а : Ах, какое несчастие! Сам дьявол принес его на эту пору (Крыл. Модн. Лавка 110).

Черт несет.

С к в а л ы г и н : Эдакая беда! опять их чорт несет! (Мтн. 96).

Чем черт не шутит.

Простодум.

Чем чорт не шутит.

Я только прискакал, а уж и в Сенаторы (Княж. Хваст. 91).

Черт (дьявол, сатана) бы взял кого.

В с п ы ш к и н : Да за что же такой гнев? Разве вы не решились с княжною Снафидиной?

Ф а т ю е в : Сатана бы ее взяла и с вами (Крыл. ПСС I 473).

И дьявол бы тебя, проклятого, взял! — закричали они, все сие услы шав, — и с твоею дичью! (Зап. Блтв I 78).

Проныр Чтобы черти всех вас взяли!

Мне все кости изломали! (Крыл. Беш. семья 18).

Нелегкая принесла (занесла) кого-либо.

М а л а н ь я : скажи лучше, что ты за нахал и зачем тебя не легкая сю да занесла? (Врвкн Так и должно 165).

Нелегкая (черт, дьявол) догадай.

Но вдруг нелегкая догадай одного и резвейшаго из моих товарищей посмотреть из подолба, что учитель наш делает (Зап. Блтв I 189).

В связи с очень ограниченным включением иноязычной лексики авто ры были скупы также и в привлечении фразеологии, иноязычный источ ник которой был для них отчетлив, например: платить тою же монетою, быть не в своей тарелке, делать кур и др. О том, что эти выражения были употребительны, свидетельствуют произведения XVIII в. Идиома быть не в своей тарелке, представляющая искажение французского выражения il n’est pas dans son assiette ‘он не в духе’, использовалась преимущественно в речи персонажей, употребляющих галлицизмы.

Ж е м а н и х а : Ах! как я не в своей тарелке! (Рус. париж. 170).

Вы своими прелестями так вскружили мне голову, что я не в своей сижу тарелке! (Жив. 30).

Платить тою же монетою (или одинaкою монетою) — перевод франц. il l’a pay en mme monnoie.

Мужья внутренно утешались только тем, что один другому запла тил одинакою монетою (ПД 153).

Делать кур (ухаживать) — частичный перевод французского выраже ния faire la cour.

Ветромах:

Что я могу сказать не делая ей кур, И тем не сделаю ни малаго я крима:

Она divinit! (Княж. СС I 618).

Т а р а т о р а : Только скажи, всех с двора собью;

и перваго мужа.

П л у т а н а : Нет, ничего, а этова Тянислова, который, кажется, вам кур делает (Крыл. Проказн. 193).

Это выражение закрепилось позднее в форме делать, строить куры. Отсутствие фразеологических калек — брать участие (франц. prendre part), брать на свою совесть (франц. prendre sa conscience), подать по дозрение (франц. donner quelque soupons), иметь счастие быть (avoir bonheure d’etre), делать порядок (faire d’ordre) 22 и многих других — мо жет быть объяснено, кроме пуристических установок САР1, и самим ха рактером этих сочетаний — их идиоматичность недостаточно отчетлива.

–––––––––– Стояли перед составителями Словаря и задачи размещения фразеоло гии. Основная масса фразеологизмов приводится в конце словарной ста тьи после значений;

изредка фразеологические сочетания выделяются (как и значения) под цифрой: выражение бьюсь об заклад с кем показано как 10-е значение слова биться (I 175);

наречные сочетания даются обычно как самостоятельные словарные статьи. Очевидно, перед авторами воз никла проблема — под какое слово помещать фразеологическую единицу, но она не получила достаточно определенного отражения в практике САР1. Наблюдается известный произвол. Например, срезать голову (при стыдить) дано под словом голова (II 179), а аналогичное по структуре и по значению снять голову — под словом снять (II 1006). Имеет место поме щение одной и той же фразеологической единицы под разными входящи ми в ее состав словами: согнуть в дугу, например, дано под словами дуга Девушкам красоткам Он ли строил куры? (Пушкин. К Жуковскому);

Балахнов чрез вычайно любил дамское общество и, при случае, не прочь был даже строить куры (Григоро вич. Проселочные дороги. Ч. I. Гл. 15);

Но это еще не все: ты посмейся, он даже вздумал мне делать куры (Писемский. Фанфарон).

Примеры взяты из: Превратухина Р. К. Лексика и фразеология комедии В. Лукина «Задумчивый» // Уч. зап. Шахтинского педагогического института. 1958. Т. II. Вып. 5.

С. 159–215.

(II 785) и согнуть (II 129), горети духом (с некоторыми отличиями в толковании) под словами дух (II 806) и гореть (II 261). Системой ссы лок при фразеологии составители не пользовались.

–––––––––– Произведенный обзор фразеологической части словарных статей «Словаря Академии Российской» подтверждает справедливость высокой оценки результатов работы русских академиков, данной современниками.

У Н. Карамзина были все основания утверждать: «Академия Российская ознаменовала самое начало бытия своего творением важнейшим для язы ка, необходимым для авторов, необходимым для всякого, кто желает предлагать мысли с ясностию, кто желает понимать себя и других. Пол ный словарь, изданный Академиею, принадлежит к числу тех феноменов, коими Россия удивляет внимательных иноземцев». Авторы Словаря собрали и описали богатейший фразеологический материал. Это собрание не было и не могло быть исчерпывающим.

На протяжении последующих полутора столетий толковые словари рус ского языка, специальные фразеологические словари накапливали фразео логические богатства русского языка, но даже и наиболее полный по охва ту лексики «Словарь современного русского литературного языка» АН СССР не может похвалиться исчерпанностью фразеологии. Задача полно го, всестороннего и научного описания фразеологического состава русско го литературного языка еще не решена — и может быть решена лишь соз данием специального словаря, посвященного исключительно фразеологии.

«Словарь Академии Российской» хоть и неполно, но в целом пра вильно отразил характер и основной состав фразеологии литературного языка своего времени. Авторы Словаря пытались осмыслить и разграни чить разные явления (ср. выделение наречных сочетаний и сочетаний ме тафорического характера, особые способы описаний идиоматической тер минологии). «Словарь Академии Российской» положил начало практиче ской работе в области фразеологии, тому накоплению материалов, без которых невозможны серьезные теоретические обобщения и которые впо следствии лексикография представила в распоряжение исследователей.

Карамзин Н. М. Сочинения. СПб., 1820. Т. IX. С. 306.

ИЗ ИСТОРИИ ТЕРМИНА ТОЛКОВЫЙ СЛОВАРЬ В русской лексикографии утвердилось мнение, что термин толковый словарь был впервые введен В. И. Далем, который назвал свой лексико графический труд — «Толковый словарь живого великорусского языка». Исследователь словаря Даля М. В. Канкава пишет: «В истории рус ской лексикографии Далю принадлежит первый почин применения к сло варю термина толковый».3 Такое же мнение было высказано раньше ака демиком В. В. Виноградовым: «Термин толковый в применении к словарю введен Далем». Если мы обратимся к филологическим словарям, предшественникам словаря Даля, то, действительно, не найдем ни одного, включавшего в свое название слово толковый. Первый словарь, описывающий словар ный состав русского языка, называется «Словарь Академии Российской»

(СПб., 1789–1794);

второе переработанное и дополненное его издание — «Словарь Академии Российской, по азбучному порядку расположенный»

(СПб., 1806–1822);

далее можно указать на «Общий церковно-славяно русский словарь», сост. П. Соколовым (СПб., 1834), «Словарь церковно славянского и русского языка», сост. II отд. АН (СПб, 1847).

Однако русская лексикография обратилась к термину толковый сло варь задолго до В. И. Даля, возможно, с момента организации и составле ния первого словаря русского языка — САР1. На заседаниях Российской Академии составлявшийся словарь неоднократно именуется толковым.

Очевидно, такое обозначение нового словаря не вызывало ни недоумений, ни возражений, так как уже с первого, организационного собрания Акаде мии словарь обозначается этим словом без каких-либо пояснений или ого ворок. Так, президент Академии Е. Р. Дашкова предлагает: «Из господ членов сделать отряд, в котором бы установить правила и порядок к сочи Впервые опубликовано в: Современная русская лексикология. М., 1966. С. 94–99.

Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. СПб., 1863–1866. Т. I–IV.

Канкава М. В. Даль как лексикограф. Тбилиси, 1958. С. 103.

Виноградов В. В. Толковые словари русского языка // Язык газеты. М.–Л., 1941. С. 357.

Цейтлин Р. М. подтверждает это положение: «В. И. Даль назвал свой труд «Толковым слова рем», впервые употребив слово толковый применительно к лексикографии» (Цейтлин Р. М.

Краткий очерк истории русской лексикографии. М., 1958. С. 79).

нению российского толкового словаря, которой наипаче для российского языка нужен».5 Д. И. Фонвизин был одним из авторов проекта предпола гаемого словаря — «Начертания для составления толкового Славено Российского Словаря». Слово толковый в протоколе заседания написано более крупными буквами, чем остальной текст, очевидно, эта часть назва ния словаря представлялась особенно важной.6 В одном из протоколов мы находим высказывание о том, как понималось слово толковый. При обсу ждении вопроса о включении в словарь названий государств, столиц и пр., академики решительно отвергли этот разряд слов, исходя из того, что «описание оных ни мало не принадлежит к словарю языка;

ибо Толковый Словарь языка Славено-российского по самому существу и названию сво ему требует объяснения и толкования слов». Употребление в лексикографии прилагательного толковый для обо значения словаря определенного типа, такого, где даются «толкования слов», имело основания. Прилагательное толковый в значении ‘истолко ванный’, ‘имеющий объяснения’ широко употреблялось с давних времен для обозначения церковных книг, содержащих истолкования отдельных частей текста или отдельных слов.8 «Апостол толковый», «Евангелие толковое», «Псалтирь толковая» и др. были распространенными книгами и в XVIII в. Этим значением слова толковый и воспользовались лексико графы XVIII в., придав ему специфически терминологический оттенок в употреблении. Введению термина толковый способствовало также и то, что для языка XVIII в. было живым и употребительным исходное слово толк, причем часто в контекстах, где речь идет об истолковании, объясне нии слов. Например: «И так я надеюся, что в сих примечаниях всем невра зумительным словам сея книги довольной толк сыскаться имеет» (Мн.

миров с. II).9 Это значение засвидетельствовано также и в словарной ста тье к слову толк в САР1. Одно из значений определяется как ‘объяснение’, и далее дается поясняющий пример: «Дать, сделать какому слову при стойной толк».10 Аналогичное лексикографическое употребление слова толк встречается в журнале «Разные письменные материи» (М, 1791), изд.

М. Комаровым. В этом издании помещен глоссарий «Речи иностранных Архив Российской Академии. Ф. 8. Оп. I. Лл. 17–18.

Там же. Л. 12.

Там же. Л. 42 об.

Много примеров содержит картотека «Древнерусского словаря» Института русского языка РАН: «Евангелие толковое», «Обедня толковая», «Книга библея толковая разных толковников», «Псалтырь толковая» и др.;

см. также: Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерусского языка. СПб., 1903. Т. III. Ст. 1045.

Ср. использование этого слова в названии словаря «Толк о неразумных словесех».

Анализ словаря см.: Ковтун Л. С. Русская лексикография эпохи средневековья. М.–Л., 1963.

С. 183–192.

Словарь Академии Российской. СПб., 1793. Ч. VI. Ст. 158.

языков, употребляемые в разговорах и писаниях. Толк оных на Россий ском языке».

Выпуская в свет словарь, получивший в конце концов название «Сло варь Академии Российской», очевидно, не без воздействия наименования словаря Французской Академии — «Dictionnaire de l’Acadmie franaise», авторы не используют найденного ими обозначения типа словаря толко вый в предисловии, при характеристике основ составленного труда. Лишь в статье к слову толковый в числе поясняющих примеров дано сочетание толковый словарь.11 Это сочетание помещено также и в последующих словарях — САР2 и «Общем церковно-славяно-русском словаре»

П. Соколова.

В дальнейшей лексикографической работе, проходившей в Академии Российской, а затем во Втором отделении АН, термин толковый словарь, насколько можно судить по протоколам заседаний, применяется сравни тельно редко. В Академии обсуждаются проекты новых словарей русского языка, которые обозначаются как «Общий словарь языка» или «Полный русский словарь». Тем не менее этот термин не выходит из употребления.

В числе важных изданий, которыми предлагается заняться Академии, ука зан «Толковый словарь древних, малоизвестных слов, или же и ныне упот ребительных, но в некоем уклонившемся против прежнего смысле». Здесь слово толковый осложняется старым привычным значением — ‘толкующий неясное, непонятное’.

Мы имеем свидетельство тому, что слово толковый в XVIII в. было воспринято и применено не только по отношению к САР1. Определив этим термином тип словаря, дающего толкования слов, члены Российской Академии употребляли его и для обозначения Словаря Французской Ака демии. На одном из заседаний возник спор, нужно ли сопровождать тол кованиями все включаемые в словарь слова. В протоколе появилась сле дующая запись: «В рассуждении объяснения слов сказано было, что многие есть слова, которые объяснять недолжно;

каковы суть все озна чающие всеобщие существ собственности на пр[имер]: Бытие, Простран ство, Время и проч.;

на что некоторые из господ членов делали возраже ние, что все таковые слова в толковом Словаре Французской Академии объяснены, чего и нам держаться надобно».13 Я. Б. Княжнин переводит «Dictionnair de gens du monde» — сатирическое сочинение, использующее форму словаря для создания остроумного, язвительного, иногда шутливо го описания быта, нравов, представлений, морали светского общества, и называет его «Отрывок толкового словаря». Словарь Академии Российской. Ч. VI. Ст. 195.

Заседание, бывшее в Российской Академии 18 января 1836 года. СПб., 1836. С. 14.

Архив Российской Академии. Ф. 8. Оп. I. Л. 18–18 об.

Княжнин Я. Б. Сочинения. СПб., 1848. Т. II. С. 643–677.

Тем не менее столь удачный термин не вошел в широкое обращение и прежде всего, очевидно, потому, что ни один из крупных словарей предшественников словаря Даля не включал этот термин в свое название.

Поэтому в 1850 г. А. Галахов, один из исследователей творчества Княж нина, счел необходимым объяснять читателям, почему Княжнин назвал свой словарик толковым: «Словарь назван “Толковым”, потому что в нем показывается, толкуется значение слов».15 Наименование Далем своего словаря как толкового вызвало недоумения, возражения и каламбурные сопоставления. «Мне было замечено, — писал об этом Даль, — что-де стало быть, все прочие словари бестолковы? В шутку это заметить можно, но на деле толковому человеку, речи, книге противополагается бестолко вый, а толковому словарю — нетолковый».16 Даль приводит доводы в пользу избранного им для словаря названия. При этом он ссылается на то, что «слово толковый, в весьма недавнюю старину, означало именно то, что здесь хотелось высказать. По нынешнему, надо бы обойти слово это набором речей в две строки, что для заглавия не совсем удобно». Возможно, что ссылка на «весьма недавнюю старину» имеет в виду пред шествующую лексикографическую практику. Однако обращает на себя внимание то обстоятельство, что Даль не прибегает к авторитету старых словарей. Он мог бы указать на САР1, на САР2, на «Общий церковно славяно-русский словарь» П. Соколова. Правда, наиболее близкий пред шественник словаря Даля и один из основных его источников — «Словарь церковнославянского и русского языка», сост. II отд., не помещает этого сочетания.

Называя свой словарь толковым, Даль вкладывал в этот термин два значения: «Толковый словарь, дающий какое-либо толкованье, кроме прямого перевода слов, или расположенный по толкам, объясняющий производство слов, пртпл. (т.е. противоположное — Е. Б.) нетолковый». Вторая часть определения свидетельствует о введении Далем нового смы слового момента, так как в показанном нами выше лексикографическом употреблении слово толковый такого «словопроизводственного» значения не имело. Но современники восприняли термин толковый словарь прежде всего в значении ‘словарь, дающий толкования слов’. Именно в связи с этим пониманием и были высказаны критические замечания по поводу словаря Даля одним из рецензентов: «Словарь называется т о л к о в ы м, хотя слова толкуются в нем очень редко, а объясняются словами же или пословицами». Галахов А. [рец.]. Сочинения Княжнина // Отечеств, записки. Т. LXXIII. 1850. С. 53.

Даль В. И. Напутное слово // Даль В. И. Полн. собр. соч. М., 1898. Т. X. С. 267.

Даль В. И. Напутное слово. С. 267.

Даль В. И. Толковый словарь… Т. IV. С. 412.

Цит. по кн.: Канкава М. В. Даль как лексикограф… С. 233.

Термин толковый словарь был подхвачен составителями словарей иностранных слов русского языка. Через несколько лет после выхода в свет словаря Даля появляется «Толковый словарь иностранных слов, во шедших в русский язык, с указанием корней», сост. Н. Дубровским. Это было массовое издание, рассчитанное на «небогатых, но грамотных лю дей, желающих понимать то, что они читают на родном языке своем». Термин толковый словарь употреблен автором для обозначения словаря, дающего истолкования, объяснения иностранным словам. Термин толко вый словарь здесь употреблен вместо часто применявшегося составителя ми словарей иностранных слов термина словотолкователь. Вскоре выхо дит «Необходимый для всех полный карманный толковый словарь употребительных и новейших иностранных слов, вошедших в русский язык» В. Коломнина. И в нем термин толковый словарь означает «объяс нитель новейших и употребительных иностранных слов, которых встреча ется теперь так много как в разговорах, так и в печати».21 Аналогичный смысл вкладывается в термин толковый словарь в «Справочном словаре орфографическом, этимологическом и толковом русского литературного языка» под ред. А. Н. Чудинова (СПб., 1901), в «Малом толковом слова ре» русского языка П. Е. Стояна. В предисловии к последнему сказано:

«Малый толковый словарь имеет своей целью объяснить смысл (значение) основных слов русского книжного и литературного языка».22 «Толковый словарь русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова (М.–Л., 1935–1940) тер мин толковый словарь употребляет в его уже сложившемся и установив шемся значении. В Словаре АН СССР сочетание толковый словарь сопро вождается следующим определением: «Словарь, содержащий толкования, объяснения слов».23 Следовательно, в лексикографической практике тер мин толковый словарь закрепился для обозначения типа филологического словаря, дающего толкования, определения значений слова, в отличие от словарей, дающих энциклопедическое описание или перевод.

Таким образом, термин толковый словарь (в его современном лекси кографическом значении) появился, по нашим наблюдениям, не позже 80-х годов XVIII в.;

во всяком случае пока более ранних свидетельств об наружить не удалось. Заслуга В. И. Даля состоит в том, что он возродил этот термин, сделал его широко известным;

благодаря Далю термин тол ковый словарь вошел в употребление как один из основных терминов лек сикографии.

Дубровский Н. Толковый словарь иностранных слов, вошедших в русский язык, с ука занием корней. М., 1866. С. II.

Коломнин В. Необходимый для всех полный карманный толковый словарь употреби тельных и новейших иностранных слов, вошедших в русский язык. СПб.–М., 1878. С. I.

Стоян П. Е. Малый толковый словарь русского языка. СПб., 1913. С. 1.

Словарь современного русского литературного языка. М.–Л., 1963. Т. 14. Ст. 556.

К ВОПРОСУ ОБ ИСТОЧНИКАХ СЛОВАРЯ ЯЗЫКА XVIII в. Общеизвестно, что необходимым условием осуществления любого большого лексикографического труда является его материальная база — тексты источников, с достаточной полнотой и объективностью репрезен тирующие язык описываемого периода. Особенно важно предварительное обследование и определение круга источников для словарей, описываю щих лексику предшествующего времени. Для Словаря языка XVIII в. та кая работа по лингвистическому изучению его источников была предпри нята задолго до непосредственного составления словарных статей, продолжается она и до сих пор. Она нашла свое отражение в ряде статей, посвященных проблемам создания исторического словаря XVIII в.,2 и в соответствующих разделах проекта словаря.

Отношение к источникам и принципы их отбора зависят от самого объекта лексикографического описания — языка XVIII в., с одной сторо ны, и от программы, т.е. целей и задач словаря — с другой. Языковое со стояние XVIII в. рассматривается обычно как переходное, нижней своей границей примыкающее к предшествующему языковому состоянию XVII в. с особенностями двух типов письменного языка (своеобразное «двуязычие»);

верхняя же его граница, отмеченная сложением единой языковой нормы и созданием современного русского литературного язы ка, выходит за хронологические рамки XVIII в. Следовательно, на период XVIII столетия падает основная перестройка языка, захватывающая преж де всего его лексический состав, семантику, стилистические и жанровые характеристики, синонимические и фразеологические связи.

Словарь языка XVIII в. ставит своей задачей отразить динамику язы кового развития, насколько это допускает лексикографическая форма опи сания слов. Это с необходимостью предполагает вовлечение в круг источ ников словаря памятников, хронологически представляющих весь период, Впервые опубликовано в: Вопросы практической лексикографии / Отв. ред. Р. П. Ро гожникова. Л., 1979. С. 9–20.

Сорокин Ю. С. О Словаре русского языка XVIII века. // Материалы и исследования по лексике русского языка XVIII в. (Художественная литература первой половины века). М.– Л., 1965. С. 5–42;

Блок Г. П. К характеристике источников Словаря русского языка XVIII века. // Там же. С. 43–87.

от начальной его точки — петровской поры, до конечной — предпушкин ской. Репертуар разновременных источников должен быть самым пред ставительным, т.е. таким, чтобы в итоге словесная подборка отразила ре альное функционирование слова в языке и, следовательно, могла бы служить надежной основой для описания его в словаре.

На первый взгляд, оптимальной кажется возможность неограничен ной, полной выборки из всех существующих источников XVIII в., гаран тирующей от пропусков или неполноты представленности какого-либо явления. Однако значительность объема памятников (как опубликованных в XVIII в., так и позже, а также и рукописных) требует их обоснованного отбора и создания такой картотеки, материалы которой, при их надежно сти и объективности, были бы обозримы и доступны для лексикографиче ской обработки.

Основным принципом в отборе источников является обязательная представленность в текстах различных жанров литературы и деловой письменности, разных направлений и школ, разных социально-профессио нальных групп. В источниках должны быть отражены все типы и функ циональные разновидности языка XVIII в.3 В соответствии с программой словаря определяются конкретные источники выборок и собирается кар тотека, формирование которой в целом можно считать близким к завер шению (она насчитывает около 2 млн. карточек-цитат). В данной статье мы привлекаем некоторые группы источников, кото рые, как кажется, могут свидетельствовать о всякого рода изменениях и сдвигах в слове. Эти источники имеют еще и ту особенность, что демон стрируют синонимические отношения слов, замещения одного слова дру гим и пр.

Известно, что структура организации материалов в картотеке пред ставляет слово как некую изолированную единицу. Словесная подборка дает материалы о б о д н о м слове, и по ней можно составить описание лишь этого слова. Применительно же к задачам словаря — отразить и з м е н е н и я в слове — очень важны выходы за пределы одной единицы, например, выяснение места данного слова в синонимическом ряду или в группе близкозначных слов на протяжении века, следовательно, пере движки и в самих рядах, выпадение одних их членов, вхождение других, новых, перераспределения по стилистической шкале и пр. Какая-то часть этих сведений попадает и при обычной выборке, поскольку в текстах мо гут оказаться синонимы к выбираемому слову, рекомендуемые замены или прямые высказывания об отдельных словах (комментарии об упот реблении иноязычных заимствований, об уместности использования сла Словарь русского языка XVIII века. Проект. Л., 1978. С. 11–15.

В настоящее время в КС XVIII насчитывается более 2300000 карточек-цитат (прим.

ред.).

вянизмов или просторечия, о правильном и неправильном употреблении и пр.). Кстати, Проект Словаря ориентирует на обязательное извлечение из текстов подобных данных.

Наглядную картину изменений дают такие разновременные тексты, которые восходят к одному источнику и, следовательно, могут быть со поставлены друг с другом или «наложены» на первоисточник, а именно:

1) переводы, сделанные со значительным разрывом во времени;

2) тексты, подвергшиеся правке и редактированию при переиздании;

3) словари, до полненные и исправленные при последующих изданиях.

К переводным текстам все чаще начинают обращаться историки язы ка. Значительный удельный вес переводной литературы XVIII в., а также ее воздействие на многие стороны лексико-фразеологического состава русского языка предопределили использование таких произведений в чис ле основных источников словаря. Многие произведения иностранных ав торов неоднократно переводились в течение века.5 Причиной тому могла быть потребность в лучшем, более чистом, по мнению современников, языке перевода (это касалось прежде всего книг первых лет века, значи тельно устаревших по языку к середине столетия), интерес к данному ав тору или сочинению, отстаивание своих языковых принципов;

не исклю чены и случайные дублеты. При этом нередко переводчики обращались к уже переведенному на другой язык сочинению, минуя оригинал, напри мер, произведение английского автора переводилось на русский язык с французского или немецкого.

Возьмем для примера два перевода книги немецкого историка С. Пуфендорфа. В 1718 г. вышла в свет книга, озаглавленная «Введение в гисторию Европейскую чрез Самуила Пуфендорфия, на немецком языце сложенное, та же чрез Иоанна Фридерика Крамера, на латинскои прело женное. Ныне же повелением великого государя царя и великого князя Петра Первого всероссийского императора на россиискии с латинского преведенное». Переводчиком книги был Гавриил Бужинский, воспитан ник, а позже префект Славяно-греко-латинской академии. Перевод был поручен именно Бужинскому, так как он, по мнению Петра I, пишет «внятно и хорошим штилем». Однако в 60-е годы возникла потребность вновь обратиться к этой книге, так как язык перевода Бужинского к этому времени безнадежно устарел. Вновь перевел «Историю» Пуфендорфа Например: Геллерт. Жизнь шведския графини Г**. С нем. перев. И. Румянцев. СПб., 1766–1768. Жизнь графини Шведской. Перев. П. Никифоров. Тамбов, 1792;

Клейст. Сенека, печальное позорище. Перев. И. Акимова. СПб., 1765. Сенека, трагедия. Перев. с нем.

К. П. Дерли. М., 1769;

Курас. Введение в генеральную историю. Перев. С. Волчкова. СПб., 1747. Сокращенная универсальная история. Перев. Б. А. Волков. СПб., 1762;

Дидро. Побоч ный сын. Перев. Е. С. Харламова. СПб., 1765. Побочный сын. Перев. И. Яковлева. М., 1788;

Боде. Всеобщие размышления о сотворении мира. Перев. Дмитревского. М., 1794. Всеобщие рассуждения о сотворении мира. Перев. И. Карпова. М., 1794.

в 1767 г. переводчик Академии наук Б. А. Волков уже непосредственно с немецкого языка.

Приведем для сравнения начальные куски текста двух переводов:

1718 г. 1767 г.

В начале мира, и по создании рода Всяк удобно разсудить может, что человеческого не бяху сицевыя в самом начале мира, и по созда Государства, яко ныне суть, всяк нии рода человеческого, не было сие удобно разумети может. Си- таких государств, как ныне;

но в есть в первые оные времена всяк первые оные времена всякой до домовладетель над своею женою, мовладетель полную власть имел детми, и домашними высочаишую над женою, детьми и домашними власть имеяше по своеи воли, ин- своими;

а сам жил по собственной ным же вышним властем не пови- своей воле, и не был подвержен новашеся. Но удобоверително ви- никакой высочайшей власти. Весь дится, яко прежде потопа не бысть ма вероятно кажется, что до само градскии чин властию граждан- го потопа не было и следу такого скою, и законами определенныи, и государства, в котором бы пред кроме домовладетелеи властител- писаны были гражданския права и ства, ниже следы Княжения бяху законы, но было одно только до (с. 1). машнее правление (с. 1–2).

Здесь наблюдаются различия, связанные с возможными способами передачи содержания иноязычного оригинала на русский язык, но при этом следует заметить, что довольно много лексических совпадений (в начале мира, по создании рода человеческого, государство, ныне, в пер выя оные времена, всяк/всякой, домовладетелъ, жена, дети, домашние, власть, воля и др.). Бросается в глаза резкое отличие в грамматических нормах: перевод 1718 г. ориентирован на славянскую грамматику (ср.

формы имеяше, повиновашеся, бысть), в переводе 1767 г. — формы по правилам грамматики русского языка того времени. Несмотря на то что в плане лексики в этом отрывке перевода 1718 г. сравнительно мало слов, привязанных именно к петровской поре (ср. сицевый, ниже, удобовери телъно, домовный), весь строй речи тянет к старой книжности.

Показательно, что Бужинский в предпосланном книге предисловии называет язык своего перевода то р у с с к и м («принося же Вашему пре светлому величеству сего Российским уже умеющего глаголати Пуфен дорфа...», с. 4), то с л а в е н с к и м («егда же вещающа славенским языком Пуфендорфа услышиши...», с. 7). Тут же он сетует на трудности перевода на «славенский» язык некоторых терминов и предупреждает читателя, что предваряет переведенную книгу списком толкуемых слов.6 Список не «В самом же течении книги, которыя словеса или Юристовския, или Философския, или инныя которыя неудобь на Славенскии язык прелагаемыя обретаются, сих толкование большой, но весьма показательный. В него введены пояснения к названи ям некоторых народов (беоты, келты), а также исторических терминов:

монархия, аристократия, димократия, вазаллус (т.е. вассал), февда, фев датарий, суффрагиа, регале и терминов, которые оставлены в тексте не переведенными: intensive, extensive, potentialiter, actualiter.

Для нас важно то, что для выделенных слов не было, по мнению пере водчика, эквивалентов в родном языке и что использованные им иноязыч ные заимствованные слова он считал трудными для понимания, т.е. не усвоенными языком. К ним можно присоединить и такие, не включенные в список, но поясняемые в тексте (на полях) иноязычные заимствования, как хронология, комиты, инквизиция, протектор, санкция, реент (регент) и др. Мы не будем говорить, какой из приведенных исторических терми нов уже был принят в русский язык как заимствование, а какой введен Бужинским;

существенно, что для начала века все они были новациями.

Что же дает сопоставление с переводом 1767 г.? В переводе Волкова не все эти термины использованы. Часто вместо заимствования Волков находит русские соответствия. Так, не встречается в его переводе вассал, вместо него используется слово подданный.

1718 г. 1767 г.

Гарсия Кастилиискии Комит, егда Ибо как Гарсия, Графа Кастиль хотяше брак творити с королев- ского, в Леоне отправлялось брач скою сестрою в Легионе, тамо ное сочетание с Королевскою се таино убиен бысть от своих вер- строю, то он от некоторых своих ных рабов, иже обще Вазаллами подданных предательским обра нарицаются (с. 32). зом убит (с. 57).

Также отсутствуют регале, суффрагия, санкция, регент, комит.

Санкцию (на поле: уложение — Он с Папою Львом десятым учи Е. Б.) такожде прагматическую с нил также договор (с. 499).

Леоном 10 Папижем постановил (с. 214).

Изгнание Епископов, в которых На исключение Епископов из право 28 Суффрагиов было верхнего Парламента, в котором (с. 157). они дватцать восемь голосов име ли (с. 354).

Иннокентии 11 Королю Регале, Папа противился Королю дозво яко они зовут, нехотел позволити, лить право определять Епископов которым французский Король во (с. 564).

в оглавлении пред книгою предъявится, и во всеи книзе на брезе (т.е. на полях — Е. Б.) озна чены будут» (Предисловие, с. 8).

всех местах... Епископов избирает и поставляет (с. 252).

Имя Реента (на поле: Правите- Мать его имела только имя прави ля, — Е. Б.) хотя при матери было тельницы (с. 548).

(с. 243).

Древния Кастилииския Комиты Разные были Графы или Губерна (на поле: графы — Е. Б.) или на- торы в старой Кастилии (с. 55).

чалницы (с. 31).

Отсутствие в более позднем переводе этих слов требует рассмотрения каждого из них для решения вопроса о том, имеем ли мы дело с вариант ным рядом и отбором из него слова, которое предпочитает переводчик (такими, как подтверждают материалы картотеки Словаря языка XVIII в., являются подданный — вассал, последнее, правда, менее употребительно, правитель — регент), или же использованные Бужинским эквиваленты были индивидуальны, узко специальны и не закрепились в языке (напри мер, регале, суффрагия и пр.). Другие приведенные выше термины, свя занные с историей, используются Волковым без всяких оговорок как уже вполне освоенные языком (хронология, инквизиция, протектор и др.), причем не только сами слова, но и деривационные образования (аристо кратический, демократический и др.).

1718 г. 1767 г.

Сицевыя общества, в которых Общества, которых граждане за граждане своего токмо града сте- ключены в одном городе, обыкно нами содержатся, угодны паче и венно склонны бывают к Аристо склонны обыкоша быти до Ари- кратическому или Демократиче стократии или Димократии а не скому правлению (с. 34).

Монархии (с. 19).

Обаче усумнительная есть вера Хронологии производят некоторое Хронологии (на поле: летопи- сомнение (с. 6).

сец, — Е. Б.) (с. 3).

Инквизициам [сиесть истязаниям] Начало Гишпанской Инквизиции Ишпанским начало (с. 41). (через (с. 74).

несколько строк слово инквизиция толкуется как розыск — с. 42).

Короля и Королевства Протектор Объявлен был протектором Коро [: сиесть защититель] (с. 127). ля и королевства (с. 300).

Ср. употребление этих слов в источниках XVIII в.: хронология (ПБП V 680;

Геогр. ген.

5;

МАН I 282 и др.), инквизиция (Геогр. 1719 28;

Мн. миров 58;

Тат. разг. 49;

Эмн. Мирам. I, 64;

Хр. бес I, 133;

также у Крылова, Клушина, Радищева и др.), протектор (Ордина 165;

Оказ. миру 36;

АК II, 314;

СПб в. 1735 11;

МАН I 272 и др.).

Мы воспользовались лишь теми материалами, на которые обращал внимание сам переводчик начала века. Более детальное сопоставление текстов позволит выделить значительное число лексических несовпаде ний, часть которых может быть объяснена именно изменениями в самом лексическом составе языка XVIII в. Вторая группа источников — сочинения, которые подвергались ис правлениям и переделкам. Выявление и полная инвентаризация таких тек стов потребовали бы кропотливой и трудоемкой работы по сличению про изведений авторов в разных изданиях. Представляется, что число отредактированных или измененных текстов окажется довольно солид ным. Известно, что значительной правке подвергали свои сочинения Тре диаковский, Ломоносов, Карамзин9 и другие авторы. Остановимся здесь лишь на одном источнике — на приложениях к календарям и месяцесло вам и на «Собрании сочинений, выбранных из месяцесловов».

Календари, выпускаемые Академией наук с 1727 г. (далее — Ка ленд.), содержали в виде приложений научно-популярные статьи по ас трономии, географии, истории, экономике и пр. В 80-х годах Академия наук принимается за переиздание этих приложений, составивших десять томов «Собрания сочинений, выбранных из месяцесловов» (далее — Сс).

Редактор издания академик Н. Я. Озерецковский не только выбрал и сис тематизировал материалы из календарей, но и провел большую правку текстов. Эта правка, как показало сравнение двух первых частей «Собра ния» с соответствующими текстами календарей, касалась орфографии, синтаксиса и лексики. Особенно много исправлений в статьях, написан ных в 20–30-е годы.

Остановимся здесь лишь на некоторых редакторских заменах слов: Наибольшие (Многие — Сс I 3) производят оное от слова нижних Германцев Гооренс. Календ. 1733.


Земля к произведению годовых плодов в сем месяце от натуры (при родою — Сс I 4) якобы отворяется. Календ. 1733.

Когда (ежели — Сс) которое новое имя долго продолжалося. Ка ленд. 1733.

Ср. аналогичные наблюдения над изменением географических терминов в переводах Варения: Лукичева Э. В. Сравнительный анализ лексики двух русских переводов XVIII в.

«Географии генеральной» Бернарда Варения. Автореф. канд. дисс. Л., 1971.

Виноградов В. В. О стиле Карамзина в его развитии // Процессы формирования лекси ки русского литературного языка (от Кантемира до Карамзина). М.–Л., 1966. С. 237–259;

Ковалевская Е. Г. Иноязычная лексика в произведениях Н. М. Карамзина // Материалы и исследования по лексике русского языка XVIII в. С. 234–236. См. сводки разночтений и ва риантов в академических собраниях сочинений Ломоносова (Сочинения с объяснительными примеч. М. И. Сухомлинова. СПб., 1891;

ПСС. М.–Л., 1959).

Общая характеристика календарей и анализ исправлений терминов см.: Биржако ва Е. Э. Академические календари как один из источников изучения терминологической лексики // Процессы формирования лексики русского литературного языка… С. 81–107.

Звезды, которых различие хотя не от не искусных (простых — Сс I, 11). Календ. 1734. Описания... еще и ныне с ними совершенное сходство хранят (соблюдают — Сс I, 12). Календ. 1734.

Хочет он, чтоб его за того Овна имели (почитали — Сс I, 15), котораго Авраам... на жертву принес. Календ. 1734.

Однакож всегда прилежные и не утрудимые Астрономы находились (неутомимые находились астрононы — Сс I, 17). Календ. 1734.

Второй, сей великий труд вновь в состояние приведшии (вновь подъ явший — Сс I, 17), был Улунг. Календ. 1734.

О том, из какой они материи состоят, мы объявлением древних мне нии удерживать себя (задерживать — Сс I, 20) не хотим.

Но ежели Сатурн в ту сторону, которая от солнца отстоит (отвра щена — Сс I, 30), тень отбрасывает. Календ. 1735.

Однакож не надобно мыслить (думать — Сс I, 34), будто... Календ.

1735.

Четыре полосы железные... сочиняли (составляли — Сс I, 183) неко торую решетку. Календ. 1739.

Наблюдаются замены одних форм другими, вариантными, например:

у Ангелсаксонцов (Календ. 1733) — у Англосаксонцов (Сс. I, 5);

трожды (Календ. 1733) — трижды (Сс. I, 6);

молодшим назван (Календ. 1733) — младшим назван (Сс I, 6);

в прошлогодском календаре (Календ. 1735) — в прошлогоднем календаре (Сс. I, 27);

прошлогодскую погоду записывали (Календ. 1736) — прошлогоднюю погоду (Сс. I, 55);

штилетных лошадей (Календ. 1738) — шестилетных лошадей (Сс I, 174);

библическими име нами (Календ. 1734) — библейскими именами (Сс. I, 14).

Выделенные при сопоставлении пары (наибольшие — многие, нату ра — природа, когда — ежели, неискусные — простые, хранить — соблю дать, иметь — почитать, неутрудимый — неутомимый, удерживать — задерживать, сочинять — составлять, мыслить — думать, библиче ский — библейский, прошлогодский — прошлогодний, штилетный — шес тилетный, трожды — трижды и др.) могут быть для составителя теми ориентирами, по которым следует начать дальнейшее исследование и оп ределение причин подобных замен.

Наконец, третья группа рассматриваемых нами источников — лекси кографические труды XVIII в.

За столетие было издано около семидесяти словарей в виде самостоя тельных книг и значительное число так называемых прикнижных слова риков, вокабуляров, словарей непонятных и специальных слов и пр. Ряд готовых словарей и словарных материалов остался в рукописном виде и был опубликован значительно позже, а многие так и остались манускрип тами. Словари были самых разнообразных типов, видов и назначений:

общие и специальные, одноязычные и переводные, филологические и эн циклопедические, общекультурные и школьно-учебные, алфавитные и тематические. Фактически XVIII в. пробовал реализовать почти все на правления современной лексикографии. Но самой обширной и разнооб разной оказалась переводная (двуязычная и многоязычная) лексикогра фия. Переводные лексиконы были обращены прежде всего к живым западноевропейским языкам — немецкому, французскому, английскому, голландскому, причем, первые два были объектом неоднократных лекси кографических описаний на протяжении столетия. Характерной особенно стью больших по объему иноязычно-русских словарей была попытка представить в русской части весь возможный ассортимент русских соот ветствий и возможных способов передачи смысла слова чужого языка.

Благодаря этому в русской части иноязычно-русских словарей демонстри руются целые серии и ряды синонимов и близкозначных слов. Другая осо бенность словарей — свобода в отборе лексических средств. В русском переводе иноязычного слова могут соседствовать диалектизмы, просто речные слова, славянизмы, неологизмы и пр. Причина такой, на первый взгляд, «пестроты» заключается как в недостаточной отчетливости норма тивных границ языка XVIII в. (следовательно, это в известной степени отражение объективной языковой реальности), так и в специфике самого текста, когда поиски русских соответствий иноязычному слову могли вы ходить за пределы общеупотребительной лексики — в диалекты, могли активизировать словотворчество (появление калек, новаций) или имели своим результатом появление заимствованных из другого языка слов.

Многие большие словари неоднократно переиздавались, причем, при переизданиях обычно вносились исправления и добавления, связанные как с устранением всяких неточностей, так и с приведением перевода в соот ветствие с языковым состоянием своего времени. Так, дважды переиздавал ся «Немецко-латинский и русский лексикон» Э. Вейсманна, первое словар ное начинание, связанное с деятельностью Академии наук (русская часть этого словаря — результат труда академических переводчиков);

три раза издавался: «Французско-немецко-латинско-русский словарь» С. С. Волч кова (1-е изд. в 1755–1764 гг., 2-е в 1778 г., 3-е в 1785 г.), два издания имел «Полный французский и российский лексикон» (в 1786 и 1798 гг.).

Сопоставление разных изданий каждого из этих словарей дает значи тельное число разночтений. Пожалуй, больше всего подвергся исправле ниям Словарь Волчкова, вызвавший в свое время довольно резкие крити ческие замечания Ломоносова, Тредиаковского и Попова.

По предварительным наблюдениям, исправления в русской части это го словаря внешне сводятся к следующим приемам.

1. Вводятся новые, дополнительные эквиваленты 1755 г. 1785 г.

Corbeille. Короб, плетенка, крошня Короб, плетенка, крошня, кузов (I 560). (I 359).

Affiler un rasoir. Бритву навост- Бритву наострить, наточить, на рить, наточить (I 47). править (I 30).

Agacer. Дразнить, поощрять, по- Дразнить, задорить;

поощрять, буждать кого (I 48). побуждать кого (I 33).

Agrement. Принятие (апробация) Принятие, одобрение (апробация) (I 54). (I 37).

Paroles aigres. Острые, жестокие Острыя, жестокия, колкия слова слова (I 57). (I 38).

Sentir l’ail. Чесноком пахнуть Чесноком пахнуть, вонять (I 39).

(I 59).

Accusation. Жалоба, обвинение Жалоба, обвинение, донос (I 19).

(I 30).

Accablement. Утеснение, насиль- Утеснение, притеснение, насиль ство (I 17). ство (I 11).

Forgeur de contes, de mots.. Бахарь, Бахарь, лжец, изобретатель, спле лжец, изобретатель лжей (I 1025). татель лжей (II 166).

Profondeur. Глубина (II 815). Глубина, глубь, глубокость (III 227).

Peaucier. Скорняк;

мастер, которой Скорняк, скорняжник, сыромят мехи делает (II 620). ник, который мехи, кожи выделы вает (III 91).

Pdagogue. Учитель, надзиратель Учитель, надзиратель, пестун, (II 622). дядька, наставник детей (III 92).

Подобная правка доминирует в третьем издании словаря. Несмотря на то что и первое издание Словаря Волчкова не отличается лаконизмом, последующие редакторы его заметно расширяют русский перевод добав лением новых, не использованных в издании 1755 г. соответствий, приве дением дополнительных сведений о французском слове.

2. Снимаются отдельные эквиваленты Refrigeration. Прохлаждение, ус- Прохлаждение, простужение (III тужение, простужение (II 905). 294).

Protectrice. Заступница, покрови- Заступница, покровительница, за тельница, защитница;

[протектри- щитница (III 236).

са] (II 828).

Prudence. Мудрость, осторож- Мудрость;

осторожность;

береж ность, бережливость, береж (II ливость (III 238).

831).

Fausse perruque. Накладные, не Накладные, не свои волосы (III свои, фальшивые волосы (II 651). 113).

3. Заменяются одни эквиваленты другими Fournisseur. Выдавальщик, разход- Поставщик, росходчик (II 174).

чик (I 1037).

Accident. Припадок, нечаянной Случай, приключение, случайное случай (I 18). дело (I 11).

Agrandissement. Умножение, Умножение, увеличение, разпро убольшение, распространение странение (I 36).

(I 54).

Prcher. На канцеле, с канцеля На кафедре, с кафедры объявлять объявлять (II 773). (II 197).

Nourissier. Свинокорм;

кто свиней Свинарь, кто свиней кормит (III кормит (II 761). 188).

Passement. Позумент, шнур, сну- Позумент, шнур, шнурок, тесьма, рок, тесьма, гайтан (II 602). галун (III 78).

Faonnier. Комплиментщик, ком- Учтивец, учтивица (II 123).

плиментщица (I 962).

Les roses passent. Серебаринник Розы вянут, увядают (III 81).

опадает, розены вянут (II 606).

4. Производится почти полная переработка русского текста Escares. Брусье, переклады, стро- Столбы, подпоры, подставы, пере пила (I 908). клады, подвязи у строющагося корабля (II 87).

Fenil. Копна, стог сена, сенная Сенница, сушило сенное (II 138).

копна (I 984).

Fentre jalousie. Крестовое, на Решеточное, с плетенкою окно подобие креста зделанное окно (II 138).

(I 984).


Pourfendre. Раскалывать, надвое Разтесать, разсечь, перерубить рубить (II 761). кого по полам на двое саблею или тесаком (III 189).

Pataud. Поваренная собака (II 612). Обрюшок, толстолапой, кормной щенок (III 85).

Patronage. Заступление, предста- Право определять к духовным до тельство, помощь к получению ходам (III 88).

духовного чина с доходами (II 616).

Patu. Ногопер;

у кого ноги в перь- Мохноногий (III 89).

ях (II 616).

Pturage. Пасства;

луга, кормные Пасба, пасбище, пажитныя места места животине (II 617). (III 89).

Quartenir. Командир, судья над Частной пристав в городе (II 247).

пятиною, над пятою или над чет вертою частию города, пятинной, четвертинной Капитан (II 843).

Причина исправлений и переработок не всегда лежит на поверхности.

Иногда это исправление неправильно понятого значения французского слова (ср., например, Fentre jalousie, fenil), иногда более точное истол кование значения (ср., например, escares), иногда использование более привычного слова (patu). Для обоснования иных поправок нужны допол нительные исследования, не исключается и чисто субъективный фактор — отражение вкусов и привычек лиц, редактировавших текст.

Продемонстрированные примеры разночтений могут послужить от правной точкой для поисков выявления причин замен одного слова дру гим. Правильная интерпретация материала требует (кроме достаточно ре презентативного набора фактов) знания общей языковой ситуации дан ного периода, с одной стороны, и учета авторской позиции — с другой.

Так, например, пуристические идеи, особенно активно выдвигавшиеся со второй половины XVIII в., нередко находили свое практическое воплоще ние в попытках «очистки» русского языка от иноязычных заимствований.

Ярким примером тому может служить и редакторская правка издания 1785 г. Словаря Волчкова. Изъятие заимствованных слов в этом издании по сравнению с предыдущими (например, кроме приведенных выше при меров изъятых слов протектриса, фальшивый, можно указать на под вергшиеся «остракизму» слова: комплимент, комплект, комплексия, ком патриот, камерад, секрет, трактамент, центр и др.;

на замены заим ствованных слов русскими: комплиментщик — учтивец, стиль — слог, кондуктор — указатель, канал — проток, поры — продушинки, кредит — доверенность, полировать — лощить, кабинет — покой, эпилепсия — ро димец, каприоль — прыжок, шандал — светильник, командовать — управлять, компания — беседа, циркулярное письмо — окружное письмо и др.) свидетельствует о пуристической позиции редакторов, а не о реаль ном функционировании подобных слов в речевой практике конца века.

Более того, значительная часть снятых заимствованных слов к этому вре мени уже упрочила свою позицию в языке, оказалась адаптированной рус ским языком. Другой стороной пуризма оказывалось появление иннова ций-замен (по славяно-русским моделям) или привлечение устарелых слов (церковно-славянских и древнерусских) с подтягиванием их семантики к значению заменяемого заимствованного слова. В привлекаемом нами ис точнике таких слов немного, причина этого — в особенностях самого тек ста. Его насыщенность вариантными соответствиями, вообще нередкая избыточность в русском переводе в целом оказали известную услугу ре дакторам переиздания. Чаще всего они ограничивались простым устране нием из текста заимствованного слова. Несомненно, что некоторая доля исправлений связана с необходимостью устранить устарелые слова, при вести текст в соответствие с нормами употребления конца века (ср. заме ны серебаринник — роза, канцель — кафедра, припадок — приключение, убольшение — увеличение и др.).

Группы памятников, на которых мы остановились, должны быть уч тены при рассмотрении источников Словаря языка XVIII в. Использова ние их лексических данных для словаря может быть действительно пол ноценным лишь в том случае, если в выборках будут наглядно продемонстрированы разночтения в текстах. Практически в карточке не обходимо зафиксировать оба текста — один, основной, выбранный для данного слова и дополнительно — параллельный, сопоставительный. Для переводных текстов желательно приведение соответствующего отрезка иноязычного оригинала. Такие карточки предоставят лексикографу — составителю Словаря — дополнительную важную информацию о слове.

ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ В КАРТОТЕКЕ СЛОВАРЯ РУССКОГО ЯЗЫКА XVIII ВЕКА Созданию картотеки русского языка XVIII в. предшествовало предва рительное определение в общем виде круга выбираемых источников, в число которых вошли и словари. В процессе собирания лексико фразеологических материалов уточнялись принципы отбора источников, обследовались сами источники, их ценность и характер выборки из них.

Лексикографические издания также включались в круг источников карто теки поскольку в них содержались сведения самого разнообразного свой ства — о произношении и ударении, об орфографических вариантах и грамматических формах, о жанрово-стилистической приуроченности сло ва и о нормах его употребления, о лексико-фразеологических связях слова и о его месте в синонимическом ряду, о значении и смысловых нюансах и пр.

Так как в XVIII в. происходит активное и бурное развитие лексико графии — издаются словари переводные, прикнижные, иностранных слов, терминологические, наконец, к концу века — толковый словарь русского языка, то возникла необходимость отбора наиболее важных словарей для выборки из них в КС XVIII карточек-цитат. При отборе учитывались как тип, характер самого словаря, его место и роль в лексикографическом со брании, так и время создания, с тем, чтобы для всех периодов XVIII в.

(петровского, ломоносовского, карамзинского) в картотеке были и лекси кографические выборки.

Петровская пора была сравнительно с последующим временем небо гата словарными изданиями, однако они были весьма разнообразны и главные из них включены в число источников картотеки. Самое начало века ознаменовано выходом в свет Лексикона Поликарпова. В предпо сланном лексикону «Увещевательному обращению» к читателю подчер кивается, что из лексикона читатель познает «славенска языка свойство и пространство каково и колико». ЛП заключает в себе более 17 тысяч слов, из него сделано более 22 тысяч выборок, в которых представлена обще употребительная и специальная русская и церковнославянская лексика.

Особенность словника ЛП — обилие сложных слов, отражающее специ Впервые опубликовано в: Практическая лексикография: 100 лет словарной картотеке.

М., 1989. С. 42–51.

фику использованных в данном словаре источников — позволила внести в КС XVIII богатый материал этой группы лексики (напр., всеоружие, оруженосец, злопамятство, злоначальник, зломыслие, книгописец, книго писатель, мироправитель, правдословие, птицеловство, путеводство, краснословие, остроумие, благозорный и пр.).

Если ЛП содержит лексику преимущественно прошлого времени, то небольшой рукописный словарик «Лексикон вокабулам новым» (далее — ЛВН) зафиксировал многие новации петровского времени. Небольшой объем словаря (в нем объясняется 503 слова) не уменьшает его значения и важности, поскольку в нем представлены еще совсем новые заимствован ные слова, требовавшие истолкования. Интересны для лексикологов и лексикографов не только сами иноязычные заимствования (напр., аван гардия, авантаж, акорт, антидотон, блокада, бреш, валентир, галериа, десперация, декрет, инспектор, кондиция, конфирмация, монструм, нациа и мн. др.), но и их русские соответствия, демонстрирующие включение заимствованного слова в синонимический ряд русского языка. Напр., ин дустриа-коварство, хитрость;

акклямация-голос, вопль, возглашение;

аук силиа-помощь. Большая часть слов имеет описательную дефиницию, по зволяющую выяснить, как понималось значение нового слова современни ками. Напр., виват — да бы жив или здрав был;

кватера — постоялый двор, место, где кто на время живет;

аудиенциа — выслушание, или прием посла или кто иностранной о чем доносит;

петарда — крепкой котел, ко торой на дне имеет дирку и начинен порохом чем ворота разбивают.

Ценны сведения об ударении в заимствованных словах, свидетельст вующие иногда о движении, изменении акцентологической формы слова от момента его вхождения до усвоения и приобретения стабильного уда рения, напр., декрет, баталион, конфедерат, маршал, модель.

Почти исчерпывающе представлены в КС XVIII материалы РГЛ. Этот словарь, изданный в количестве всего 42 экземпляров для Петра и его окружения, созданный Я. В. Брюсом, в полной мере отразил новизну язы ка петровской поры, выразившуюся прежде всего в активном заимствова нии иноязычных слов. В этом словаре нашли место абрикос, банкет, бран дер, верф, гавань, галиот, гротта, кабель, ланцет, мушкат, плумаж, сум ма, триумф, цитрон, штемпель, фрегат и мн. др. Особенностью РГЛ является также транслитерация некоторых голландских слов, для которых автор словаря не нашел эквивалентов в арсенале русской и заимствован ной лексики, напр., аликрюик, ардуин, спиринг, стом, камперфули, шел фиш и др.

30-е годы XVIII в. представлены в картотеке большим русско французcко-немецко-латинско-руcским словарем — ВЛ. Русский перевод немецких слов из лексикона Э. Вейсманна осуществили академические переводчики Ильинский, Горлицкий, Сатаров, Ададуров. Выполнение задачи — возможно полнее представить состав русской лексики в русской части — имело результатом обилие эквивалентов и возможных соответст вий к немецким и латинским словам. Благодаря этому, русская часть ВЛ велика количественно и ценна составляющими ее лексическими единица ми. В этом словаре отразилась сложность языковой ситуации 20–30-х гг.

XVIII в., когда с появлением и складыванием новых форм, новой, «евро пеизированной» лексики и фразеологии продолжалось функционирование книжно-славянского типа языка. Воздействие его обнаруживается в при влечении в словарь книжно-славянской лексики (напр., поне, обаче, хит рогласие, довлесотворити и пр.) и книжных оборотов (наложити кому раны, престати от трудов), в использовании грамматических форм — инфинитив глагола на -ти (пойти, подати, брати, знати), прилагатель ных на -ыи, -ии (глухии, злыи, кривыи, сухии). Характерно, что при переиз дании в 1782 г. устраняются книжно-славянские формы и слова (напр., ВЛ 1731 г. — горе и долу, ВЛ 1782 г. — с горы на гору;

престати от тру дов — перестать работать;

довлесотворити, очистити — удовлетво рить, очистить;

привлещи к слушанию — привлечь к слушанию).

В этом словаре впервые столь широко была представлена фразеоло гия, главным образом пословицы и поговорки. Русская фразеология, осо бенно связанная с разговорной речью, в первой трети века лишь фрагмен тарно отражена в письменных источниках, поэтому собранные в ВЛ фразеологические единицы имеют первостепенную важность для опреде ления объема и характера фразеологии этого времени. Необходимость давать перевод немецким и латинским идиомам и пословицам потребова ла от переводчиков выявления и привлечения аналогичных или близких по значению русских единиц. Буквальные переводы редки (напр., ни мухи с ним нет — прямой перевод лат. ne musca quidem cum eo est в значении ‘один, никого с ним нет’, на гвоздике повесить — перев. нем. an ein Nge lein hencken), обычно же приводятся русские аналоги, чаще целый набор их (напр., барашка в бумажке подсунути, серебряным колокольцом в ухо позвонити как соответствие нем. einen mit Geld bestehen, буквальный пе ревод — подкупить золотом).

Богатейшее собрание пословиц и поговорок, извлеченное из этого словаря, имеет самостоятельное значение и не покрывается полностью изданными позже специальными собраниями Барсова, Курганова и др., а также рукописными сборниками пословиц петровского времени. Приве дем некоторые пословицы, чтобы дать представление о характере этой части ВЛ: от худаго корене злыи плод;

с одного удару дерево не свалится;

гляденьем города не взять;

щастие крепких ног требует;

не имеет чем и собаки из-под стога выманить;

в нетопленную печь хлебы сажати;

осел ослу кажется лучше Арапского коня;

всякий пес в своей конуре лют;

на чьем возу едешь, ту и песенку пой;

кто грязью играет, руки замарает.

Некоторые пословицы имеют варианты, свидетельствующие о неста бильности их состава в то время, напр., пуженая ворона и чучелы боит ся — стреленая ворона и куста боится;

рубашка ближе плечам, чем каф тан — рубашка ближе кафтана.

Выборки пословиц и поговорок ВЛ дают дополнительный лексиче ский материал, а кроме того используются в качестве примеров иллюстраций в Словаре русского языка XVIII в. Середина века обеспечена несколькими словарями. Полностью вы браны слова из ЛЦ, словаря, предназначенного для учеников санктпетер бургской гимназии, — более 17 тысяч карточек. Подготовленный в своей русской части переводчиками Академии наук и изданный этим научным учреждением, ЛЦ содержит богатый и разнообразный лексический мате риал, дающий важные для лексикографа и историка языка сведения о рус ских эквивалентах к латинским и немецким словам. Обширный реестр латинских производных слов, сгруппированных под их производящим словом, потребовал привлечения аналогичных русских производных, по этому выборки из ЛЦ значительно обогатили картотеку такой лексикой, напр.:

Amarus. Горький. Amare. Горько. Amaror. Горесть. Amarulentus. Пре горький.

Candela. Свеча. Candelabrum. Свещник, Подсвещник.

Grunnio. Хрюкаю. Grunnitus. Хрюкание.

Более 40 тысяч цитат извлечено из самого обширного словаря середи ны века — ЛВ1. Этот словарь имел своим источником «Nouveau diction naire du voyageur franois-aleman-latin»,3 входная часть которого предопре делила широту и разнообразие русских лексических средств. Автор перевода — академический переводчик С. С. Волчков несколько лет за нимался только данным словарем, и, хотя в его работе оказалось немало погрешностей, Словарь после опубликования приобрел признание и три жды переиздавался, с исправлениями и дополнениями. Волчков продол жил традицию академических переводчиков первого словаря — ВЛ — давать иностранному слову весь возможный набор русских соответствий, благодаря чему переводная часть ЛВ1 оказалась ценным источником для выборок.

Напр., для фр. fagout de bois найдены русские эквиваленты вязь, вя зенька, связка дров, пук прутья, пучня, пученька лык, связка фашиннику;

франц. louage переведeно как хвала, похвала, хваление.

В словаре представлены словообразовательные варианты, напр., му зычная, музыкальная нота;

послушен, послушлив;

свинечной литейщик, свинцовой плавильщик;

потайныя, потаенныя двери;

смельство, сме В инструкции Словаря предусмотрено привлекать пословицы как иллюстрации за зна ком прямой черты (|) и ремаркой В поcл.

Nouveau dictionnaire du voyageur franois-aleman-latin et aleman-franois-latin… 3 d.

Gnva. 1703.

лость;

колотье, колоние;

ношение, носка;

носец, носильщик;

стихотвор ка, стихотворница;

а также морфологические варианты — яблоня, яблонь;

ворота, вороты и мн. др.

Значителен пласт иноязычных заимствований, как уже освоенных, ас симилированных русским языком (напр., манеж, маскарад, медаль, ко миссия, план, полигон, бургомистр, гофмейстер, рентерея), так и новых для середины века, а иногда и впервые вводимых в ЛВ1. Особенно много среди них наименований иноземных реалий — предметы быта, уклада;

животный и растительный мир (напр., lotelot — лотелот, рыба;

mante let — мантелет, фортификационное слово;

marrube — андорн, маррубий, трава).

Нередко вводимое иноязычное слово сопровождалось развернутым истолкованием его значения, что также увеличивает ценность цитат, вы бранных из этого источника. Напр., lamentin — ламентин, особливого ро ду большая рыба в Индии;

litron — литрон, мера в Париже на сухие фрук ты;

macaron — макарон, из теста и сахару делается, а крошат его на подобие лапщи;

сахарное пряженое из сладкого миндалю, сахару и яишнаго белку;

anioque — маниок, корень, из котораго на Антильских островах хлеб делают;

pierre ponce — бимсштейн, морской пенке подоб ной камень, пемза.

Представляют интерес выборки сочетаний, являющихся пословным переводом, как объект выявления среди них калькированных сочетаний и определения источника кальки, напр., perdre le fleur — цвет обронить, опустить, потерять;

il a perdu tout honte — он весь стыд потерял;

lags d’amour — любовные сети;

les artes liberaux — свободные науки;

tout d’un mme coeur — все одним сердцем.

«Словарь на шести языках…» Г. А. Полетики представляет собою учебный многоязычный словарь, в котором слова расположены традици онно тематически. В картотеке содержится более 4 тысяч выборок из это го словаря. Тематические рубрики — о небе, о стихиях и явлениях воз душных, о четвероногих, о частях тела человеческаго и т.п. (всего их 32) — позволили собрать лексику, охватывающую главные аспекты жизни человека и окружающего мира. В то же время при таком построении сло варя главенствовало понятие и поэтому ведущая роль в нем принадлежит существительным. Основой для словаря послужил треязычный «Nomen clator classicus» Y. Ray, 1696 г. Полетика добавил к английским, латин ским, греческим словам Номенклатора переводы на русский, немецкий и французский языки. Поскольку исходным было латинское слово, то рус ские переводы, хотя они и вынесены в левую часть, могут представлять собою не только одно слово, но и синонимическую пару или ряд, а также разной степени подробности истолкования значения латинского слова.

Напр., Planeta — планета, блудящая звезда;

Septentio — север, полночь, Stiria — капельная сосулька, мерзляк;

Fulmen — стрела громовая, громо вой удар;

перун;

fons — источник, родник, ключ;

Lapicidina — камено дельня, каменоломня, место, где камень ломают;

Lens — ляща, сочевица.

Подробно разработанные темы «О травах», «О рыбах», «О четвероно гих», «О птицах» позволили пополнить словник картотеки ботаническими и зоологическими наименованиями, в том числе и идиоматического харак тера. Таковы, например, названия растений: змиев язык, курячья слепота, чертова борода, медвежье ушко, воловий язык, журавлиный нос, солнцева сестра, женский волос, свиный хлеб, земляные яблоки, волчье молоко, ве селые глазки и др.

Среди названий рыб и птиц оказались довольно редкие, скупо пред ставленные в других источниках, напр., рыбы — гнюсь, чернильница, куз нец, мень, иглица, плоскуша, рашпля, плашка, молька;

птицы — гиль, но вомесячник, травник, ледешник, ремянка, плистовка.

Последняя треть века характеризуется особенно напряженной лекси кографической деятельностью. Появляются отлично исполненные, об ширные по своим словникам, дающие грамматические, акцентологические и иные сведения русско-иноязычные словари, такие, как РЦ, Нрд., Гм и др. Так как заключенный в них лексический материал обозрим — это сло вари с алфавитным (Нрд., Гм) или алфавитно-гнездовым (РЦ) расположе нием слов — то было сочтено возможным отказаться от предварительной выборки из них. Тем не менее в процессе составления словарных статей для «Словаря русского языка XVIII века» в картотеку постоянно поступа ют цитаты, выбранные из этих словарей.

Огромный лексико-фразеологический материал заключен в больших иноязычно-русских словарях конца века — «Полный французский и рос сийский лексикон» 1786 г. (далее — ФРЛ1) и «Полный немецко российский лексикон» 1798 г. (далее — Ад.).

ФРЛ1, переизданный в 1798 г. с некоторыми добавлениями и исправ лениями, имел своим источником Словарь Французской Академии. Пол нота и детальность разработки слов во французском словаре потребовала от русских переводчиков-лексикографов умения найти точные эквивален ты для выражения семантических оттенков каждого французского слова.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.