авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 15 |

«А.С. Пученков УКРАИНА и КРЫМ в 1918 – начале 1919 года Очерки политической истории Нестор-История Санкт-Петербург ...»

-- [ Страница 10 ] --

были серьезны, что позволило находившемуся в Одессе В. М. Пуришкевичу даже назвать Гришина-Алмазова за этот кровавый бой «спекулянтом крови»284. Сдав ший же Гришину-Алмазову власть в Одессе адмирал Ненюков в своих воспомина ниях нашел в себе мужество признаться: «Среди нашего тогдашнего безлюдья, он [А. Н. Гришин-Алмазов. — А. П.] безусловно выдавался, и мог считаться крупной фигурой»285. Город был освобожден русскими силами при содействии союзников, обещавших скорую и масштабную помощь. Все это заставляло сторонников белых верить в наступление лучших времен. По словам Ивана Бунина, впервые с момен та начала революции на русском небосклоне, благодаря самоотверженности добро вольцев, промелькнул «хоть луч надежды»286.

7 декабря 1918 г. Шульгин просил Деникина об утверждении А. Н. Гришина Алмазова в должности Военного губернатора города. В тот же день Деникин на значение Гришина-Алмазова утвердил287, предписав новоиспеченному губернато ру «вступить в командование частями Добровольческой армии в г. Одессе, а также принять на себя формирование новых частей там же». Наконец, Деникин сообщал Гришину-Алмазову: «Одновременно с Сим Вице-адмиралу Ненюкову предложе но оказывать Вам содействие, оставаясь Вашим помощником по морской, адми нистративной и политической частям»288. Кроме того, Деникин предоставил Гри шину-Алмазову в отношении подчиненных ему частей права командира корпуса, и приказал ему произвести в Одессе и ее районе мобилизацию офицеров в возрасте до 40 лет289. Еще ранее обязанности военного губернатора Одессы были возложены на Гришина-Алмазова французским командующим генералом Бориусом290.

Одесса была теперь под властью добровольцев. Шульгин писал в те дни Предсе дателю Особого Совещания при Деникине А. М. Драгомирову: «Над Одессой с этой минуты не бессильное пятицветное соединение [так Шульгин называл «уродли вое», по его словам соединение знамени Скоропадского и Деникина, т. е. «жовто блакитного» знамени и российского триколора. — А. П.], а определенное и яркое трехцветное знамя. Одесса явилась убежищем для всего ищущего спасения и всего Края, и не только убежищем, а ядром, базой, таящей в себе крупные возможности.

Большой город дает возможность развернуться»291. Начиналась полная драматизма история французской интервенции в Одессе. На ближайшие месяцы именно Одес са стала центром российского беженства. Тяжелый и кровопролитный не только для Добровольческой армии, но и для всей России 1918 год, завершался для Де никина и его соратников надеждами на собственные успехи и эффективную по мощь союзников в общем деле — борьбы с большевиками — уже в новом, 1919 году, ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 493. Записки полковника Е. Э. Месснера. «Отход с Правобережной Украины». Ч. 2. Л. 7. 1920 г.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 535. Л. 118.

Бунин И. А., Бунина В. Н. Устами Буниных. Дневники. М., 2004. Т. I. С. 167.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 43. Л. 272.

Там же. Л. 274. Телеграмма Деникина на имя Гришина-Алмазова. 8 декабря 1918 г.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 44. Л. 5.

Очерк взаимоотношения Вооруженных Сил Юга России и представителей французского ко мандования // Архив русской революции. М., 1993. Т. 16. С. 236–237;

Munholland J. The French Army and intervention in Southern Russia, 1918–1919 // Cahiers du monde russe et sovetique. 1981. V. 22. № 1. Р. 47.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 71. Л. 2.

210 Глава IV ставшем для белогвардейцев годом как триумфальных побед, так и тяжелейших по ражений, предопределивших крах Белого дела в 1920 году. Населению же Украины в 1919 году предстояло пережить многочисленные перевороты, погромы, грабежи, насилия и утрату всякого доверия к любой власти.

§3. Французская интервенция в Одессе и причины ее неудачи 2 апреля 1919 г. по новому стилю началась поспешная эвакуация Одессы французскими войсками, всего за полгода до этого торжествовавшими победу над центральными державами в Первой мировой войне. Так — неожиданно для всех — закончилась краткосрочная история французской интервенции в Одессе, интервенции, на которую белые силы Юга России возлагали огромные надежды, рассчитывая на действенную помощь Антанты в борьбе с большевиками. Однако этой драматичной развязке предшествовала сама интервенция, оставившая после себя у всех очевидцев и участников событий гораздо больше вопросов, чем отве тов.

Установление в Одессе в декабре 1918 г. режима военной диктатуры генера ла Алексея Николаевича Гришина-Алмазова стало для Главнокомандующего Во оруженными Силами на Юге России А. И. Деникина сюрпризом сомнительно го свойства. Присоединение Одессы, хотя и соответствовало идее объединения Южной России, но, по признанию Деникина, «осложняло еще более тяжелое в то время положение Добровольческой армии, возлагая на нее нравственную ответ ственность за судьбу большого города, обложенного неприятелем, требующего снабжения и продовольствия, а главное — города с крайне напряженной полити ческой атмосферой»292. Вместе с тем трехцветный национальный флаг был под нят над Одессой, и Деникиным было утверждено назначение Гришина-Алмазова в качестве военного губернатора Одессы. Это назначение было воспринято в Ека теринодаре неоднозначно. «Правил Одессой молодой сероглазый губернатор Гри шин-Алмазов, о котором тоже никто в точности ничего не знал. Как случилось, что он оказался губернатором, кажется, он и сам не понимал», — писала извест ная писательница Тэффи (Н. А. Лохвицкая), очевидица тех незабываемых дней293.

Личность военного губернатора Одессы, генерал-майора А. Н. Гришина-Алмазо ва, действительно, была совершенно никому не известна, о его прошлом слага лись самые противоречивые слухи: говорили, что он «мальчишка и самозванец и произведен в генералы какой-то татарской бандой»294, «домовым комитетом»295, некоторые добровольцы называли его «загадочной личностью революционно го толка»296, зловещие истории рассказывали и об экзотическом конвое Гриши на-Алмазова, носившем официальное наименование «Особый Татарский отряд»

Деникин А. И. Очерки русской смуты. Т. V. М., 2003. С. 362.

Тэффи. Воспоминания. Л., 1991. С. 352.

ГАРФ. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 38. Воспоминания секретаря В. В. Шульгина Н. С. фон Раабен. Л. 2.

Отдел Рукописей Российской национальной библиотеки (ОР РНБ). Ф. 1052. Ед. хр. 37. Записки полковника Б. А. Энгельгардта. Л. 38.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 520. Воспоминания добровольца П. С. Московского «Одесский позор».

Л. 5.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

под командованием ротмистра Бекарбека Масловского. Конвою приписывали, в частности, бессудные расстрелы большевиков, наделавшие в те дни много шума в Одессе297. Современники обращали внимание на склонность Гришина-Алмазо ва к позерству, эффектным жестам, карьеризму. «Он выдвинулся с помощью ре волюционной демагогии и поэтому оказался не у места в контрреволюционном стане — сперва в Сибири, а потом и на Юге России», — писал служивший под на чалом Гришина-Алмазова полковник Е. Э. Месснер298. Безусловно, что аналогич ным образом — т. е. как «революционного демагога» — рассматривал Гришина Алмазова, во всяком случае, поначалу, и Деникин. Несомненно, что Деникина смущал как «революционный» способ назначения одесского диктатора (факти чески Деникин лишь утвердил Гришина-Алмазова, уже занявшего до этого свой пост без санкции Антона Ивановича), так и скороспелое производство Алексея Николаевича в генералы. Особенно Антон Иванович опасался одесского сепа ратизма, проявлявшегося в том, что местные общественные группы стремились образовать особое Южнорусское правительство, противоречившего, по Деники ну, идее Единой, Неделимой России299.

Действительно, сообщение Одессы с Новороссийском и Екатеринодаром было крайне затруднительно. Исходя из этого, с согласия представителя генера ла Деникина в Одессе члена Особого Совещания В. В. Шульгина при Гришине Алмазове был сформирован аппарат гражданского управления, а сам новоиспе ченный одесский диктатор пообещал Шульгину, что «местный диктатор» будет беспрекословно повиноваться «главному диктатору, т. е. генералу Деникину»300.

Получив от Гришина-Алмазова такое обещание, Шульгин приступил к состав лению «правительства», которое вскоре и было сформировано. Состав его был воспринят местными политическими деятелями с недоумением, однако факт наличия правительства был налицо, и оно начало работать301. Мнение осевших в Одессе политических деятелей о Гришине-Алмазове ярко выражено в дневни ке М. С. Маргулиеса: «От Гришина можно ждать сюрпризов: авантюрист, осек шийся в Сибири, полусамозванец, решительно навязавший себя Одессе. Что-то дальше?»302 Вскоре В. Я. Демченко от имени Совета Государственного Объеди нения России (СГОР) была выдвинута идея образования особого Южнорусского правительства303. Кроме того, «одесский сепаратизм» усугублялся в глазах чинов ников из Екатеринодара еще и тем обстоятельством, что в городе был налажен вы пуск бумажных карбованцев, из оставшихся от петлюровцев клише для печатания ассигнаций304. В Екатеринодаре эмиссия денежных знаков одобрения не получи ла, там не понимали, что «жизнь дорожала», — вспоминал В. В. Шульгин. «При ходилось платить… повышать все время жалованье. Это вынуждало нас к таким Кручинин А. С. Крымско-татарские формирования в Добровольческой армии. М., 1999. С. 26–28.

BAR. Messner memoirs. P. VI. Р. 614. Предоставлена С. Машкевичем (Нью-Йорк).

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 372.

Шульгин В. Диктатор // Русская газета. Париж. 1924. 24 октября.

Маргулиес М. С. Год интервенции. Кн. 1. Берлин, 1923. С. 108–110.

Там же. С. 116. Запись от 23 декабря 1918 г.

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 371.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 535. Воспоминания вице-адмирала Д. В. Ненюкова. Л. 131;

Марго лин А. Украина и политика Антанты. Записки еврея и гражданина. Берлин, 1921. С. 111.

212 Глава IV действиям, которые беспокоили Екатеринодар»305. В других своих воспоминани ях Шульгин утверждал: «Екатеринодар был недоволен тем, что мы с Гришиным Алмазовым управляем Одессой так, как находим нужным. В частности, особенно были недовольны, что тут создалось при Гришине-Алмазове Особое Совещание, весьма похожее на екатеринодарское…»306. В написанном спустя 6 лет после опи сываемых событий цикле заметок-воспоминаний «Диктатор», посвященных Гри шину-Алмазову, Шульгин следующим образом охарактеризовал созданное при Алексее Николаевиче правительство: «Эта власть была местным правительством при местном диктаторе…»307.

Слухи об организации в Одессе правительства достигли Главнокомандующего.

В отправленной Деникиным на имя Гришина-Алмазова телеграмме Антон Ивано вич прямо указывал, что усматривает «неправильное направление деятельности как вы называете правительственного аппарата, вами назначенного». «Ваш орган управ ления — писал Деникин, — должен быть только подчиненным органом обслужи вающим местные нужды одесского градоначальства с правами не выше органов гу бернского управления…». В телеграмме Деникина особо подчеркивалось: «только состоящему при мне Особому Совещанию могут быть присвоены правительствен ные функции»308. Деникин был возмущен высокими окладами жалования, которые были установлены для чиновников в Одессе. «В Одессе творятся безобразия», — так Деникин прокомментировал сложившуюся ситуацию в письме Драгомирову309. Есте ственно, что он требовал пресечения этих безобразий и обращения Одессы в «екате ринодарскую веру». Для прояснения обстановки помощник Главнокомандующего генерал А. С. Лукомский был командирован в Одессу, в которую прибыл из Екате ринодара 3 января 1919 г. По словам Лукомского, в Одессе он «нашел обстановку крайне сложной»310. По сути, ставился вопрос о доверии Гришину-Алмазову. При поддержке Шульгина вопрос этот был решен в положительную для Гришина-Алма зова сторону. Лукомский пообещал Алексею Николаевичу свое полное содействие и «реабилитацию» в Екатеринодаре311. В свою очередь, «диктатор» Одессы А. Н. Гри шин-Алмазов заверял генерала Драгомирова, что «Совет Государственного объеди нения, Национальный центр и Союз Возрождения пришли к мысли о необходимо сти сформирования здесь в Одессе Южнорусского правительства. Идея эта возникла не только без участия, но и без ведома моего и моих ближайших сотрудников. Мною заявлено, что без разрешения Главнокомандующего… [я. — А. П.] не допущу никаких перемен и не разделяю их взглядов по этому поводу. Указанные группировки предпо лагают осуществить свою мысль не иначе как с разрешения Главнокомандующего»312.

Шульгин В. В. Французская интервенция на Юге России в 1918–1919 годах // Последний очеви дец: Мемуары. Очерки. Сны. М., 2002. С. 478.

Шульгин В. В. 1917–1919 / Предисловие и публикация Р. Г. Красюкова, комментарии Б. И. Коло ницкого // Лица: Биографический альманах. М.;

СПб., 1994. Вып. 5. С. 248.

Шульгин В. Диктатор // Русская газета. Париж. 1924. 10 декабря.

Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 40236. Оп. 1. Д. 11. Л. 3.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 44. Л. 9.

Лукомский А. С. Указ. соч. С. 622.

РГВА. Ф. 40236. Оп. 1. Д. 13. Дневниковая запись старшего адъютанта Гришина-Алмазова под поручика Б. Д. Зёрнова. Запись от 5 января 1919 г. Л. 15.

РГВА. Ф. 40236. Оп. 1. Д. 11. Л. 7–9.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

Гришин-Алмазов утверждал: «генерал Лукомский тщательно ознакомился с по ложением, одобрил в общем наши действия и конструкцию власти. Никакого правительственного аппарата у нас нет… Я подчинен генералу Деникину на ос новании воинской дисциплины»313. Шульгин в разговоре по прямому проводу с А. М. Драгомировым обещал, что не допустит возникновения «никакого юж норусского правительства пока я здесь»314. В упомянутом письме Драгомирову 24 декабря 1918 г. Шульгин дал детальную характеристику одесского диктатора:

«Гришин-Алмазов умен, решителен и энергичен, — в этом сошлось общее мне ние. Насчет “верности” — это нельзя установить в столь короткий срок. Все, что я до сих пор видел, говорит за полную его лояльность. Внутреннее убеждение у меня составилось следующее: он вспыльчивый и самолюбивый, может резко оборвать дело, если ему оказать несправедливость, но вполне понимает дух дис циплины и пока будет на посту из повиновения ген. Деникину не выйдет. Что касается “верности” лично моей, то в этом в Екатеринодаре, надеюсь, нет сом нений. Я сказал однажды Гришину-Алмазову в шутку: “Если Вы станете «само стийником», я вас убью;

надеюсь, что и Вы меня расстреляете, если со мною слу чится нечто подобное”. Пока я здесь, я отвечаю за одно: сепаратизм здесь найдет отпор»315.

В результате поездки А. С. Лукомского в Одессу местная модель гражданско го управления получила одобрение Деникина, а существовавшее при А. Н. Гриши не-Алмазове совещание было разрешено сохранить при нем в качестве «совеща тельного органа без правительственных функций»316. Так или иначе, но «одесский сепаратизм» очень беспокоил Екатеринодар, где полагали, что все территории, признавшие власть Деникина, должны исходить исключительно из строжайшего подчинения его распоряжениям, игнорируя особенности местной политической обстановки317.

На фоне одесского безвластия Гришин-Алмазов сумел проявить несом ненные лидерские качества и, найдя поддержку члена Государственной Думы В. В. Шульгина, был утвержден в должности сначала французским командо ванием318, а затем и Деникиным. Шульгин, по его собственному определению, ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 1. Д. 14. Л. 22.

Там же. Оп. 2. Д. 20. Л. 13.

Там же. Оп. 2. Д. 71. Л. 2.

РГВА. Ф. 40236. Оп. 1. Д. 11. Л. 11.

Показательно в этой связи мнение начальника Отдела пропаганды при Деникине профессора К. Н. Соколова: «Это приобретение [Одесса. — А. П.] оказалось сомнительного качества. Город, вообще трудно управляемый, благодаря своим специфическим особенностям пестрого населения, Одесса стала совсем невозможна, с тех пор как в ней появились киевские эмигранты и французские войска. Мы так и не справились с этим кипящим котлом всевозможных «сепаратизмов» и интриг, инородческих, ино странных и административных… Связь, вообще слабо работавшая на территории Главного Командова ния, с Одессой почти вовсе не поддерживалась, и нам только казалось, что мы управляли этим городом, который мы не смогли снабдить даже топливом и продовольствием. Мы делали из Екатеринодара бес сильные жесты, а Одесса жила сама по себе или, вернее, билась в судорогах нездорового политиканства и спекулятивного ажиотажа» (см.: Соколов К. Н. Правление генерала Деникина. Из воспоминаний. Со фия, 1921. С. 88–89).

К слову сказать, генерал М. Жанен, глава французской военной миссии в Сибири, хорошо знав ший Гришина-Алмазова, называл его так: «каналья, готовый на все, что угодно» (см.: Жанен М. Отрывки из моего сибирского дневника // Сибирские огни. 1927. № 4. С. 150).

214 Глава IV исполнял роль связующего звена между правительством Деникина и Гриши ным-Алмазовым319. По словам бывшего члена Государственного Совета, а затем члена Совета Государственного Объединения России П. П. Менделеева, Гри шин-Алмазов не был в фаворе у Деникина. «Екатеринодар не очень-то к нему [А. Н. Гришину-Алмазову. — А. П.] благоволил;

относился к нему подозритель но, с опаской. Но его поддерживал всесильный тогда член Совещания при Де никине, В. Шульгин, один из тогдашних распорядителей судьбами несчастного приморского города…»320.

Шульгин рассматривался в Одессе, как вспоминал осведомленный началь ник Отдела пропаганды (Освага) при Деникине полковник Б. А. Энгельгардт, в качестве главноуполномоченного Деникина и играл видную роль в полити ческой жизни города321. Сам Василий Витальевич, вспоминая про этот эпи зод своей биографии, подчеркивал, что Гришин-Алмазов «был “диктатор”, а он был только ”вдохновитель”»322. «Официально я не занимал никакого места при Гришине-Алмазове. Я, так сказать, был на положении нунция или легата гене рала Деникина»323, — писал Шульгин в своей до сих пор не опубликованной, «увесистой»324, по его словам, книге «1919 год. Интервенция». В то же время Гри шин-Алмазов афишировал персону Шульгина как доказательство того, что он не самозванец и действует именем генерала Деникина325. Можно говорить, что первое время во главе Одессы стоял своеобразный триумвират — французский ви це-консул Э. Энно, А. Н. Гришин-Алмазов, В. В. Шульгин326. Последний занимал два смежных номера в гостинице «Лондонской», в одном из которых был поли тический «салон» Шульгина, а во втором размещалась «Азбука», тайная контрраз ведывательная организация, поставленная Василием Витальевичем на службу До бровольческой армии327.

Положение Э. Энно, французского вице-консула в Киеве, ставшего главным инициатором интервенции, было весьма непрочно. Энно исключительно благоже лательно относился и лично к Шульгину, взгляды которого он полностью разделял, и к Добровольческой армии, в лице которой «он признавал единственное здоровое начало на Юге России»328. Жена Э. Энно, киевлянка Елена Марковна Погребак ская, была, по словам В. В. Шульгина, женщиной «удивительной энергии и твердо усвоенных взглядов»329. Именно ее взгляды во многом обусловили формирование Тюремная одиссея Василия Шульгина... С. 166.

ГАРФ Ф. Р-5771. Оп. 1. Д. 112. Л. 93.

ОР РНБ. Ф. 1052. Оп. 1. Ед. хр. 37. Л. 38.

ГАРФ. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 17. Рукопись В. В. Шульгина «1919 год. Интервенция». Л. 6.

Там же. Л. 3.

Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ). Ф. 459 (Суворин). Оп. 3.

Ед. хр. 263. Письмо Шульгина издателю белградского «Нового времени» М. А. Суворину. 28 августа 1925.

Л. 2.

Шульгин В. Диктатор // Русская газета. Париж. 1924. 10 декабря.

ГАРФ. Ф. Р-5974. Оп. 2. Д. 11 б. Записки первой жены В. В. Шульгина, Екатерины Григорьевны Шульгиной. Л. 8.

Там же. Л. 4.

Очерк взаимоотношений Вооруженных Сил Юга России и представителей Французского Ко мандования // Архив русской революции. М., 1993. Т. 16. С. 245.

Шульгин В. Консул Энно // Русская газета. Париж. 1924. 15 октября.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

русской политики Э. Энно330. Кроме того, Энно был превосходно осведомлен о происходивших на Украине событиях и был убежден в искусственном происхо ждении украинского вопроса, самостийников всех мастей он считал элементом вредным для создания Единой России, на которую французы в значительной сте пени делали свою ставку в то время331. Сотрудничество Энно, Гришина-Алмазова и Шульгина было очень плодотворным для укрепления белого режима. Так или иначе, но первое время отношения русской администрации в Одессе с француз ским командованием были таковы, что лучшего нельзя было и желать. Французы в лице Энно и представителя французского военного командования в Одессе ге нерала Бориуса не вмешивались во внутреннюю жизнь Одесского района и в гра жданское управление города332.

Сам Гришин-Алмазов, будучи исключительно амбициозным человеком, все же относился к Деникину вполне лояльно. Показателен в этом смысле его разговор со старшим адъютантом подпоручиком Б. Д. Зёрновым от 11 января 1919 г., кото рый последний приводит в своем дневнике: «Меня многие здесь толкают на Напо леона, но я не пойду на авантюру. В письме я обязался быть верным генералу Дени кину и это обещание я не нарушу… кроме, конечно, случая, когда Деникин будет поставлен в такие условия, что он не сможет больше работать на благо России, бла го России для меня выше всего»333. В телеграмме Деникину от 27 декабря 1918 г.

Гришин-Алмазов заверял белого Главнокомандующего: «Нигде и ни при каких об стоятельствах я не буду проводить политики иной, кроме указанной в директивах Ваших, а также лежащих в основе идей Добровольческой армии. Никогда и ни при каких обстоятельствах я не изменю Добровольческой армии и Вам — генерал-лей тенанту Деникину, законному вождю этой армии»334.

Вместе с тем в приватных разговорах с Шульгиным молодой диктатор жало вался, что в Екатеринодаре ему «не верят» и не столько ценят, что они «“прилу чили” Одессу под трехцветное знамя Единой России, сколько боятся “одесского самостийничества”»335. Сложившуюся ситуацию комментировал помощник по мор ской части военного губернатора Одессы А. Н. Гришина-Алмазова вице-адмирал Д. В. Ненюков: «С включением Одессы в орбиту управления генерала Деникина воз никли крупные трения с администрацией Юга России. Сидевшие там господа реши ли, что все должно идти по старому шаблону и установили строгую централизацию, когда ни почта, ни телеграф почти не действовали, а если и действовали, то через пень в колоду. При таких способах сношений можно было управлять только директивами и немало труда и времени было потрачено, чтобы убедить молодых и ретивых дени кинских министров и их помощников до столоначальника включительно, чтобы они В письме С. Д. Сазонову А. Н. Гришин-Алмазов охарактеризовал чету Энно следующим образом:

«Он [Э. Энно. — А. П.] истинный друг России, прекрасно знающий наши дела и великолепно в них раз бирается. Его супруга — русская киевлянка, в высшей степени умная и честная женщина, посвященная во все дела…» (РГВА. Ф. 40236. Оп. 1. Д. 4. Л. 97) Санников А. С. Одесские записи // Вопросы истории. 2001. № 6. С. 88.

Очерк взаимоотношений Вооруженных Сил Юга России и представителей Французского Ко мандования… С. 245.

РГВА. Ф. 40236. Оп. 1. Д. 13. Л. 17.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 43. Л. 291.

Там же. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 17. Л. 26.

216 Глава IV прекратили посылать свои запреты и предписания»336. Несмотря на подчеркнутую лояльность к Деникину Гришина-Алмазова, Главнокомандующий, видимо, все-таки побаивался самоуправства одесского диктатора. Вероятно, именно с целью усилить свое реальное влияние в Одессе Деникин в середине января 1919 г. назначил гене рал-лейтенанта А. С. Санникова главноначальствующим и командующим войсками Юго-Западного края337. Гришин-Алмазов сохранил свой пост, но, по утверждению ярославского историка В. П. Федюка, «был вынужден отойти на второе место»338.

Формально так оно и было. Гришин-Алмазов, конечно, как вспоминал Шульгин, «был разъярен приездом Санникова. Однако наличие в нем настоящей офицерской дисциплины помогло ему укротить свой нрав. Он подчинился Санникову. Но понял, что если Гришин-Алмазов не мог справиться с затруднениями, возникшими в Одес се, то Санников, старый и безвольный, доконает дело…»339. Действительно, Санни ков не сумел себя проявить в полной мере. По словам осведомленного мемуариста, добровольца Е. Э. Месснера, служившего в штабе Санникова, последний «был зна ющ и умен, но, как и все старые генералы, не приспособлен к гражданской войне с ее “неправильностями”»340. Кроме того, Санников и сам, если верить его воспоминани ям, не очень-то был и рад своему назначению, откровенно заявив Деникину, что «по всему вероятию» не сойдется во взглядах с французским командованием. «Предчув ствие меня не обмануло», — констатировал Санников в своих записках341. Однако, помимо сложностей в «высшем эшелоне власти» положение в Одессе усугублялось еще и деятельностью политических партий.

На рубеже 1918–1919 гг. в Одессе действовали представители всех тогдашних российских политических партий и группировок: от монархистов до большеви ков342. Именно Одесса после падения Киева стала центром политической жизни Юга России343. В городе буквально бурлила политическая жизнь. Политическим центром событий была гостиница «Лондонская».

«В “Лондонской” гостинице можно было видеть весь прежний Петербург, Москву и Киев», — писал граф Д. Ф. Гейден, влиятельный политик и один Там же. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 535. Л. 145.

Ср. с мнением польского историка К. Лазарского, утверждающего, что Деникин был не уверен в лояльности по отношению к нему Гришина-Алмазова, и что «следовательно, процесс ограничения власти нового губернатора начался немедленно после его утверждения в должности» (см.: Lazarski C.

The lost opportunity. Attempts at unication of the Anti-bolsheviks, 1917–1919. Moscow, Kiev, Jassy, Odessa.

Lanham, 2008. P. 128).

Федюк В. П. Белые. Антибольшевистское движение на Юге России. 1917–1918 гг. М., 1996.

С. 131.

Шульгин В. В. 1917–1919… С. 248. «Санников был стар и бездеятелен», — писал Шульгин в дру гой редакции своих воспоминаний, посвященных французской интервенции на Юге России (см. Шуль гин В. В. Французская интервенция на юге России в 1918–1919 годах // Последний очевидец. Мемуары.

Очерки. Сны. М., 2002. С. 478).

BAR. Messner memoirs. Part IV. Р. 111. Сообщено С. Машкевичем (Нью-Йорк). Действительно, неспособность белых генералов избавиться от психологии Великой войны и «переключиться» на еще более безжалостную войну Гражданскую была одной из причин, погубивших Белое дело и обусловив ших победу большевиков.

Санников А. С. Указ. соч. С. 87.

См. приложение 6.

Дом Русского Зарубежья А. Солженицына. Ф. 53. Оп. 1. Ед. хр. 6. Доклад полковника Новикова.

«Борьба с большевиками в Новороссийском крае». Л. 39.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

из крупнейших помещиков Юга России344. «[Гостиница — А. П.] была слабо ос вещена, но тесно в залах было невероятно. Мелькали в толпе фигуры разных знаменитостей Москвы и Петрограда из мира политики, промышленности, финансов», — вспоминал известный писатель того времени Иван Наживин345.

В свою очередь, в записках добровольца В. А. Маевского говорилось о том, что «в “Лондонской” ежечасно ловились все новости и слухи, прилетавшие с фронта и из других местностей оставленного севера;

здесь же создавались всевозмож ные проекты спасения и умиротворения России;

высказывались негодования, произносились проклятия и…обретались надежды»346. В Одессу после падения Киева, попавшего под власть Петлюры, бежали представители не только поли тической общественности, но и финансового мира, русского офицерства и ин теллигенции. В сатирической поэме Лери (В. В. Клопотовского) «Онегин наших дней» по этому поводу есть примечательные строчки:

Зима… Одесса, торжествуя, К себе гостей французских ждет, И для российского буржуя Она — единственный оплот… От всяких ужасов кровавых Он в ней, при танках и зуавах, Душой и телом отдыхал… Забыв че-ка и трибунал, Дельцы, актеры, спекулянты Творили всякие дела, И жизнь веселая текла Под теплым крылышком Антанты.

И знали все, что сей приют Большевикам не отдадут! На перроне Одесского вокзала знакомые люди встречали друг друга объятия ми и поцелуями, радуясь благополучному прибытию под защиту французских и до бровольческих штыков348. Наибольшее впечатление на новоявленных одесситов своим экзотическим видом производили сенегальцы. В то же время присутствие людей с другим цветом кожи, воюющих против большевиков, прекрасно использо HIA. Heiden memoirs. Box 1. Folder 4. Civil war, 1917–1920. Сообщено К. М. Александровым (Санкт-Петербург). Р. 73.

Наживин И. Записки о революции. Вена, 1921. С. 187–188.

Маевский В. Осень 1918 года на Украине // 1918 год на Украине. М., 2001. С. 371.

Лери. Онегин наших дней. Сатирическая поэма. New York, 1988. С. 20.

Голицын А. Д. Воспоминания. М., 2008. С. 494. «Любопытно было пройти по главным улицам Одессы после того, как туда перебрался Киев. Кого только не встретишь! Политические деятели, арти сты, коммерсанты, офицеры, петербургское чиновничество, буржуи всяких званий и калибров, отстав ные гетманские генералы и бюрократы не у дел, все это мешалось в пестром калейдоскопе, переслаи ваясь со спекулянтами, дельцами и аферистами…Всюду виднелись “доблестные союзники”, матросы с французской эскадры с красными помпонами на фуражках, проходили и проезжали чистые и выло щенные французские офицеры», — вспоминал доброволец П. Московский (ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2.

Д. 520. Л. 7).

218 Глава IV валось последними в качестве очередного повода для пропаганды и подчеркивания антинационального характера Интервенции и Белого движения. Так, Демьян Бед ный в те дни писал:

Возле «черного импорта»

Собралась вся гниль и шваль.

Стало ясно все до черта!

Гады сбросили вуаль.

Больше нас хулой напрасной Уж никто не огорчит:

Черной армии от Красной Кто теперь не отличит?

Пусть же воют живоглоты, – Им былого не вернуть.

Если козырь — готтентоты, Значит нечем козырнуть! Большинство из прибывших в Одессу оказывались в «жемчужине у моря» без всяких средств, оставленных при поспешном бегстве из Киева. Настроение таких людей ярко выразил известный сочинитель политических памфлетов того времени В. П. Мятлев:

Я гуляю без подштанников, И мне право все равно Кто Одессой правит: Санников Или госпожа Энно! Наиболее влиятельны в Одессе были позиции Совета Государственного Объединения России (СГОР), Союза Возрождения России, Совета земств и го родов Юга России, Национального центра и Южнорусского Национального цен тра. Эти организации непрерывно враждовали между собой, что вызывало крайнее удивление у французов.

Наиболее интенсивную работу вел СГОР, сумев придать себе вес в глазах представителей французского командования351. СГОР, составленный по большей части из лиц, занимавших влиятельное положение в царской России, претендо вал на преимущественную роль в качестве советчика союзников. Для того чтобы у союзников не было повода упрекнуть СГОР в слишком реакционном направ лении, был избран комитет для связи с союзным командованием, «который как комитет избранников должен был почитаться «демократическим» и удовлетво рить союзников», — как вспоминал видный политик Б. А. Энгельгардт352. Однако Бедный Д. Полное собрание сочинений. М.;

Л., 1926. Т. IV. С. 14.

Мятлев В. П. После мятежа. Политические памфлеты и стихотворения. 1917–1922 гг. Мюнхен, [б. г.]. С. 28.

Деникин А. И. Очерки русской смуты. М., 2003. Т. V. С. 375.

ОР РНБ. Ф. 1052. Оп. 1. Ед. хр. 37. Л. 40.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

«демократическая» сущность СГОР не могла вызывать ни у кого никаких иллю зий: председателем комитета был барон В. В. Меллер-Закомельский, в комитете состояли князья Голицын, Щербатов и Куракин. Для наведения «демократиче ского глянца» в состав комитета был введен присяжный поверенный М. С. Мар гулиес. Роль последнего была особой: достаточно сказать, что именно им предо ставлялись деньги на «пропаганду и содержание концепции этого совета», как писал Гейден353. Эти люди, представлявшие собой, за исключением «революцио нера» Маргулиеса, по сути, старую феодальную аристократию, не сумели оказать белой власти в Одессе никакой поддержки. СГОР проводил почти ежедневные заседания, на которых председательствовал А. В. Кривошеин. По словам Дени кина, «Совет не углублял и не раскрывал свою идеологию, а ставил исключитель но вопрос о власти», игнорируя попытки Екатеринодара подчинить его своему влиянию354. Советом Государственного объединения России при осуществле нии его политики руководили исключительно классовые мотивы, делая его чле нов неспособными ни к какому «творческому синтезу, ни к какой жертвенности своими классовыми интересами во имя интересов целого, интересов государст ва», как справедливо указывал М. В. Брайкевич, также активный участник собы тий в Одессе. «В миниатюре и в карикатуре, — писал он, — С. Г. О. Р. мыслил и действовал в год интервенции так, как мыслило и действовало правящее со словие в 1905 г. и накануне 1917 г. …С кем угодно, лишь бы защитить “свою фе одально-помещичью буржуазность” и свое привилегированное положение»355.

Для деятелей из СГОР, как вспоминал профессор М. А. Циммерман, «был ва жен лишь отрицательный результат: сломать и уничтожить господство больше виков, но какими средствами — это было безразлично. Они хотели вернуть себе свои дома, имения, капиталы, но если за это надо было заплатить расчленением России, передачей части Юга под политический протекторат Франции или Ан глии, то это было бы платой, перед которой они, конечно, не остановились»356.

В целом, хотя СГОР скорее навредил белым, но по своему составу он был ближе к белому диктатору Одессы генералу А. Н. Гришину-Алмазову и Деникину, чем другие организации357.

Союз Возрождения России во главе с народным социалистом В. А. Мякоти ным держал себя нейтрально и готов был поддерживать линию Добровольческой армии «при известных условиях в смысле уничтожения всякого намека на воен ную диктатуру и привлечения в состав управления представителей обществен ных групп»358. Боясь военно-полицейской диктатуры, члены Союза Возрождения признавали оптимальным создание коллегиального органа управления, в кото рый должен был войти генерал А. Н. Гришин-Алмазов, одесский городской голова HIA. Heiden memoirs. Р. 73.

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 375.

Брайкевич М. В. «Из революции нам что-нибудь» // Французы в Одессе. Л., 1928. С. 231.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 722. Записки профессора М. А. Циммермана. Л. 10.

ОР РНБ. Ф. 1052. Ед. хр. 37. Л. 41. Записки полковника Б. А. Энгельгардта. Была, например, и действенная помощь. Так из состава СГОР было делегировано «несколько человек к Деникину для помощи ему по гражданской части в освобожденных областях России» (HIA. Heiden memoirs. Л. 73) Санников А. С. Указ. соч. С. 96.

220 Глава IV М. В. Брайкевич и председатель местной земской управы Бутенок359. Однако самого Гришина-Алмазова предложение Союза Возрождения не устроило. Гришин-Алма зов заявил делегации Союза Возрождения, что «он вообще противник всяких коми тетов и коллегий и считает единственно подходящей для переживаемого критиче ского момента единоличную власть, которая одна только может быть действительно твердой властью, не знающей колебаний и способной создать порядок». Отказ одес ского диктатора, впрочем, не удивил делегацию, понимавшую, что «это не только его [А. Н. Гришина-Алмазова. — А. П.] собственное мнение, но что оно внушается ему также и со стороны, главным образом В. В. Шульгиным, игравшим в эти дни роль ближайшего советника Гришина и направлявшего чуть ли не все его действия»360.

Совет земств и городов Юга России являлся по сути филиалом Союза Возро ждения и отличался от него лишь в подходе к вопросу о соглашении с Украинской Директорией: если первая организация в целом была готова прийти к заключению соглашения с самостийниками, то Союз Возрождения относился к Директории со вершенно отрицательно361.

Национальный центр в Одессе вел себя достаточно вяло. Связано это было с тем, что главные деятели центра до Одессы не добрались. Из тех же, кто все-та ки работал в дни французской интервенции, следует назвать имена Ф. И. Родиче ва, Б. А. Энгельгардта и П. И. Новгородцева. 5 января 1919, после приезда кадета М. М. Федорова, Национальный центр сделал попытку возобновить свою деятель ность. В составе указанных выше лиц образовался «одесский отдел» центра, поста вивший себе задачей установить связь «со всеми группами общественных деятелей в Одессе и партиями несоциалистического направления, а также направлять обще ственную работу руководителей Добровольческой армии, удерживая их от приня тия мер, противных духу времени»362. Значительное место в работе одесского отдела отводилось пропаганде Добровольческой армии, что находило одобрение у Дени кина.

Параллельно с одесским отделом Национального Центра в городе также возоб новила свою деятельность и группа В. В. Шульгина, ранее называвшаяся «Внепар тийный блок русских избирателей в Киеве» и работавшая в последнее время в качест ве Киевского отдела Национального Центра. В конце января группа сорганизовалась под названием Южнорусского национального центра, который занял по отношению к Национальному центру независимую позицию. В значительной степени Южно русский национальный центр был проводником идей самого Шульгина.

Шульгин в переписке с Добрармией требовал для Гришина-Алмазова боль шей свободы действий, осуждал централистскую позицию Екатеринодара, но эти внутренние трения не выносились им наружу, на суд общественности. В своей пу бличной политике группа Шульгина и он лично всячески подчеркивали свою ло яльность Добровольческой армии и Главнокомандующему генералу А. И. Дени кину363. Пропаганда идей Добровольческой армии и самого Шульгина шла и через Мякотин В. Из недалекого прошлого // На чужой стороне. Прага, 1924. Т. 6. С. 75.

Там же. С. 76.

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 378–379.

Там же. С. 376.

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 377.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

курируемую Василием Витальевичем газету «Россия», выходившую в январе-фев рале 1919 г. в Одессе, идея издания которой была подсказана Шульгину и его со ратнику профессору Новороссийского университета И. А. Линниченко Эмилем Энно еще в ноябре 1918 г. «Газета задумывалась как “большая”, — писал Линни ченко в своем дневнике 27 ноября/10 декабря 1918, — формата “Одесских ново стей” и “Одесского листка”». С самого начала газета мыслилась как продолжение «Киевлянина», заранее было оговорено и то, что Шульгин будет главным редакто ром «России»364. Шульгин был автором наиболее важных и программных статей га зеты, в которых стремился отстаивать национальное достоинство России. Правда, по словам Линниченко, «тон Шульгина теперь немного курьезен», поскольку Ва силий Витальевич, зачастую обращавший свои статьи к французам, разговаривал с ними, как ему казалось, высокомерно. «Не переборщил ли Шульгин?» — вопро шал Линниченко 19 января 1919 г. — «За ним пока ничего, а тон авторитарен, точ но за ним миллион штыков…»365 Уже в первом номере «России», выпуск которого произвел большой резонанс, было помещено открытое письмо Шульгина лидеру украинских националистов Петлюре. Однако, последующие статьи, по утвержде нию И. А. Линниченко, были более слабыми. В своем дневнике он отметил, что «Россия» начала его «разочаровывать». «Какая сила за Шульгиным?» — писал он.

По словам Линниченко, тон газеты был «очень аррогантный [надменный, само надеянный. — А. П.]». Иван Андреевич опасался, что газетой будет «оказана мед вежья услуга» всему движению. «Ведь Шульгин надеется, — писал он, — что его статьи становятся известными за границей — чуть ли не в качестве голоса Русского народа…»366. Вместе с тем, Шульгин последовательно и непреклонно высказывал свои взгляды на страницах «России», защищая идею национальной независимости России и отстаивая тезис об изменническом характере «украинства», не разделяв шийся французским командованием. Французы считали, что их задача в России сводится к восстановлению порядка и не видели смысла в борьбе с «украинцами», едва ли не главным поборником которой выступал В. В. Шульгин367. Шульгин союз с украинцами считал противоестественным и невозможным, рассматривая их как врагов «Единой, Неделимой». Не верил он и в долговечность порядка, наведенно го при помощи интервентов: «Иностранцы, — рассуждал В. В. Шульгин, — хотя бы они были самыми искренними, преданными друзьями, никогда не смогут восста новить длительный порядок в России при помощи только своих войск. Этот поря док… или иначе — нормальную жизнь может гарантировать только русская нацио нальная армия… которая не покинет России, как это должна будет сделать всякая союзная армия. А это значит… что главная задача для всех, кто хотел бы помочь Рос сии — это восстановить русскую армию»368. Французы тем временем вынашивали идею создания смешанных франко-русских войсковых единиц. При обсуждении подобной идеи с начальником штаба командующего союзными оккупационными войсками на Юге России генерала Ф. Д,Ансельма полковником Фрейденбергом ГА ОО. Ф. 153. Оп. 1. Д. 8. Л. 17.

Там же. Л. 32.

Там же. Л. 29. Запись в дневнике И. А. Линниченко от 12/25 января 1919.

ГА РФ. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 17. Шульгин В. В. «1919 год. «Интервенция». Л. 45.

Там же. Л. 49.

222 Глава IV В. В. Шульгин ответил категорическим отказом. Такое же отношение к созданию частей «микст» было и у Деникина369. Ранее союзники начали политику открытого вмешательства во внутренние дела России, выражавшуюся, по мнению В. В. Шуль гина, в их рекомендациях Колчаку и Деникину относительно будущего государ ственного устройства России. В своих статьях Шульгин остро критиковал союз ников370. Основная мысль его статей звучала так: «Колониальная политика у нас не пройдет. Россия будет иметь монархию или республику соответственно тому, что ей нужно. Но ни монархии из Берлина, ни республики из Парижа — мы, дорогие друзья, у себя не потерпим»371. Возмутила В. В. Шульгина и идея Антанты прове сти конференцию на Принцевых островах. Сама идея переговоров с «украинцами и большевиками» казалась ему абсурдной и неприемлемой372. «Нечего сказать — приятная перспектива заседать в обществе бывших и будущих висельников», — пи сал Василий Витальевич373. По распоряжению французского командования газе та была закрыта сроком на 8 дней. Приказ был подписан каким-то командиром эскадрона, что вызвало скандал в Одессе и порицание французов даже политиче скими противниками Шульгина. Эпизод с Шульгиным был важен не столько из за политического веса редактора «России» и его близости к командованию Добро вольческой армии: он показывал, как справедливо писал политический оппонент Шульгина народный социалист В. А. Мякотин, что французы воспринимают Одес су как оккупированный ими город, а свое пребывание там — как защиту собствен ных интересов, а вовсе не союзную помощь союзной им Добровольческой армии, представляющей союзную им Россию. «Закрытие “России”, — по словам Мякоти на, — была прямая попытка распоряжаться в Одессе, как в оккупированном горо де, и такая попытка больно задела и многих из тех, кто вовсе не был единомышлен ником Шульгина»374. Один из сотрудников «России», В. М. Левитский, вспоминал:

«Даже теперь, после всех пережитых за границей унижений, перечитывая номера “России” не можешь понять, как за эти строки можно было закрыть русскую га зету, в русском городе, только что освобожденном доблестью и кровью русской армии!»375. В выпущенном по случаю закрытию «России» листке Шульгин писал:

«Мы возобновим газету «Россия» тогда, когда наша совесть снова позволит нам Шульгин В. В. 1917–1919… С. 259–260.

Шульгин В. Примерка // Россия. Одесса. 1919. 10 января;

Он же. Зачем // Россия. 1919. 11 января;

Он же. Заявление // Россия. 1919. 12 января.

Шульгин В. Заявление // Россия. 1919. 12 января. Ср. с куплетом В. П. Мятлева, написанным по поводу союзников:

Бес нас водит и морочит. Очевидно, не понять, Кто они? Друзья? Враги? Что ее другим домкратом Чем они руководимы? Не спасти и не поднять.

Что они болтают зря? Если так, — плывите в море!

Нет России неделимой День придет, настанет час, И единой — без Царя! И в домашнем нашем споре Но французским демократам Мы столкуемся, — без вас!!

(См.: Мятлев В. П. Указ. соч. С. 27–28.) Шульгин В. Вермишель // Россия. 1919. 13 января.

Шульгин В. Наследники Мясоедова // Россия. 1919. 17 января.

Мякотин В. А. Из недалекого прошлого // На чужой стороне. Прага, 1924. Т. 6. С. 75.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 449. Записки В. М. Левитского. Л. 34.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

считать французов такими же искренними друзьями нашими, какими мы считали их год тому назад, когда мы закрывали 54 года служивший своему родному краю га зету «Киевлянин»376. Статья эта была опубликована вкупе с перепечатанной на рус ском и французском языках «Последней статьей “Киевлянина”» от 10 марта 1918 г.

Французы, как вспоминал Шульгин, были растроганы статьей и были «в полном отчаянии…что действительно лишились верного друга в моем лице»377. Извинения французов Шульгина не удовлетворили378, он начал готовиться к отъезду, считая, что оставаться в Одессе ему как представителю генерала А. И. Деникина становится унизительно379. В письме видному кадету В. А. Маклакову Шульгин охарактеризо вал отношение французов к Добровольческой армии так: «У французов семь пят ниц на неделе»380. 31 марта 1919 г. Шульгин уехал из Одессы. Еще за месяц до эваку ации французов из Одессы он предупреждал своего ближайшего сотрудника о том, что интервенты скоро оставят город381.

Также стоит упомянуть организацию хлеборобов, возобновившую после паде ния режима гетмана П. П. Скоропадского свою деятельность в Одессе. Хлеборо бы объединяли зажиточных крестьян под руководством крупных помещиков Юга России — В. С. Кочубея, Д. Ф. Андро и А. А. Зноско-Боровского. Хлеборобы в лице Андро вели активную работу, стремясь убедить союзников в необходимости со здать власть, независимую от Екатеринодара и находящуюся под попечительством союзников382.

Разделить организации Одессы того времени можно было, по классифика ции Е. Н. Трубецкого, на «демократические» и «государственно мыслящие». И те, и другие, как казалось Трубецкому, производили впечатление безнадежно боль ных людей383. Помимо «демократических» и «государственно мыслящих» полити ков работал в Одессе и В. М. Пуришкевич, читавший в городе лекции, в которых он призывал к объединению всех «русских армий» вокруг Великого князя Нико лая Николаевича384. Последний же предпочитал дождаться приглашения его вкупе с «возможно более авторитетным указанием на то, что это отвечает благу народа и желаниям широких общественных кругов»385.

Наконец, надо особо оговорить то, что все политические организации в Одессе, за исключением Южнорусского Национального Центра, подвергали добровольче скую администрацию города ожесточенной критике386.

Тем временем политические организации Одессы собирались на бесконеч ные совещания, вели, как вспоминал Б. А. Энгельгардт, «нескончаемые споры все [Шульгин В]. От редакции газеты «Россия» // Россия. Одесса. 1919. 28 января.

Шульгин В. В. Французская интервенция на Юге России в 1918–1919 годах // Последний очеви дец. Мемуары. Очерки. Сны. М., 2002. С. 479.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 20. Л. 146;

Всероссийский Национальный Центр. М., 2001. С. 93.

Тюремная одиссея Василия Шульгина… С. 167.

Спор о России: В. А. Маклаков и В. В. Шульгин. Переписка 1919–1939 гг. / Публикация, всту пительная статья и примечания О. В. Будницкого. М., 2012. С. 43.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 449. Л. 35.

Санников А. С. Указ. соч. С. 96–97.

Трубецкой Е. Н. Из путевых заметок беженца // Архив русской революции. Т. 18. М., 1993. С. 169.

Наживин И. Указ. соч. С. 186.

Трубецкой Г. Н. Годы смут и надежд. 1917–1919. Монреаль, 1981. С. 152.

Гуковский А. И. Французская интервенция на Юге России. 1918–1919 гг. М.;

Л., 1928. С. 55, 57–58.

224 Глава IV на ту же тему об организации верхов власти, о диктатуре, о Директории, об уста новлении предела власти главнокомандующего при назначении начальников ве домств и проч. и выносили свои постановления, которые отправляли Деникину»387.

По инициативе президиумов работавших в Одессе политических объединений с целью выработки единой линии прошло 10 совместных совещаний, на которых участвовало по пять представителей от четырех организаций — СГОР, Националь ного центра, Союза Возрождения и Совета земств и городов России. Южнорусский Национальный центр в переговорах не участвовал388. Посещавший эти совещания граф Д. Ф. Гейден вспоминал: «Никакого толка из наших собраний не вышло, ни до чего не договорились: наши две правые партии стояли на необходимости дикта туры, а левые на каком-то бесформенном коллективе, который должен был управ лять государством. Так мы и разошлись, оставшись каждый при своем мнении, и дальнейших попыток к соединению уже не было»389.

В ходе 10 совместных совещаний русских политических организаций в Одес се выяснилось отсутствие у них единой позиции по всем принципиальным вопро сам, из которых главным был вопрос о форме государственного устройства на Юге России: Директория или единоличная диктатура генерала Деникина. Совещание, по словам М. С. Маргулиеса, «выдохлось»390. Однако понятно и то, что даже в слу чае, если бы правые политические группы пошли бы на поводу у левых и догово рились бы о создании на Юге России Директории, в которую, помимо Деникина, должны были войти кадет Н. И. Астров и эсер И. И. Бунаков-Фундаминский, то Добровольческая армия такой компромисс бы не приняла, о чем ясно пишет и сам белый главнокомандующий391.

Так или иначе, но политические партии в Одессе вели между собой отчаянную борьбу за власть. Вражда русских политических организаций была французам невы годна и непонятна. В Одессе они надеялись найти власть, опираясь на которую, можно было бы создать большую смешанную франко-русскую армию, которая сокрушила бы большевизм в России392. Однако французы, как вспоминал начальник Одесского цен тра Добровольческой армии вице-адмирал Д. В. Ненюков, «в Одессе не нашли ника кого центра, с которым они могли бы столковаться и на который могли бы опереться.


Гетман уже сошел со сцены. Русские шли все врозь, а петлюровцы очень немного разни лись от большевиков, отличаясь от них только крайним украинским шовинизмом»393.

Все же именно на петлюровцев французы находили возможность опереться при осу ществлении своей политики на Украине. Почему? Важную роль играло то обстоятель ство, что петлюровцы всячески подчеркивали, что у них нет никаких причин для раз ногласий с французами. Украинцы при любой возможности оказывали французскому ОР РНБ. Ф. 1052. Ед. хр. 37. Л. 40.

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 384.

HIA. Heiden memoirs. Р. 75. Ср. с воспоминаниями Ф. И. Родичева о работе партий в Одессе:

«В Одессе занимались пустопорожними разговорами об организации, о союзе разных партий… и мерзли.

Был снег» (см.: Родичев Ф. И. Воспоминания и очерки о русском либерализме. Newtonville, 1983. С. 150).

Маргулиес М. С. Год интервенции. Кн. 1. Берлин, 1923. С. 299.

Деникин А. И. Очерки русской смуты. Т. V. С. 384.

Милюков П. Н. Россия на переломе. Т. 2. Большевистский период русской революции. Париж, 1927. С. 93.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 535. Л. 142.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

командованию мелкие услуги, доказывая, что, вопреки их убеждению, петлюровцы — конструктивная сила, обладающая реальным авторитетом среди населения Украины, с которой можно и должно договориться. Эта первая стадия «молчаливого изучения»

французов украинцами и «примирительная политика» последних способствовали тому, что угроза боевых действий против Директории со стороны интервентов практи чески исчезла. Огромную роль в этом, по его собственным словам, сыграл бывший ге нерал русской императорской армии А. П. Греков, занимавший в то время должность Главнокомандующего полевыми армиями Директории394.

Тем временем, между Энно и французским военным командованием в лице ге нерала Д,Ансельма возник конфликт, в результате которого Э. Энно был отстра нен от власти. Отстранение от власти Энно привело к тому, что русская политика французского командования кардинально изменилась. Д,Ансельм, уже немолодой человек, находился под сильнейшим влиянием своего начальника штаба полков ника Фрейденберга395. По, вероятно, справедливому наблюдению одесского исто рика И. Н. Шкляева, именно Фрейденберг «вел всю политическую работу», из-за чего личность Д,Ансельма «стушевалась совершенно»396. И Фрейденберг, и его па трон слыли во Франции ярыми русофобами397. Вряд ли подобная оценка была оши бочной. На страницах прекрасной (и достаточно точно передающей незабываемую атмосферу тех дней) пьесы драматурга Л. Славина «Интервенция», посвященной одесской интервенции, читатель сталкивается и с Д,Ансельмом (в пьесе — просто Генерал, «помесь солдата и дипломата,… взирающий на Россию как на разновид ность Африки») и Фрейденбергом («полковник Фредамбе… старый, видавший виды колониальный служака»)398. Д,Ансельм и Фрейденберг изображаются Слави ным как абсолютные политические циники, глубоко презирающие и Россию, и ее народ. В уста Фрейденберга Славин вкладывает показательную реплику: «Россия — это гигантский Сенегал», а русских «полковник Фредамбе» в запальчивости назы вает «грязными»399. Понятное дело, что это — художественная литература, а дра матург имеет право на домысел, и то, что Фрейденберг, вероятнее всего, вел себя осторожнее, не позволяя себе совсем уж хамских высказываний, но тем не менее и в доброжелательности по отношению к России его трудно заподозрить. После пе чального финала французской эпопеи в Одессе для характеристики политики ин тервентов пессимисты даже стали употреблять такой эпитет, как фрейденбергов щина, вкладывая в него, понятное дело, сугубо негативное содержание400. Именно Фрейденберг стал восприниматься в общественном сознании в качестве «злого ге ния» Добровольческой армии. Справедливо это или нет — вопрос дискуссионный.

Но факт остается фактом: именно во Фрейденберге добровольцы и их сторонники видели источник многих своих несчастий, с одной стороны, и главного виновника неудачи французской интервенции в Одессе — с другой.

ДРЗ. Ф. 1. Оп. 1. Е-179. Записки А. П. Грекова. Л. 19–20.

Санников А. С. Указ. соч. С. 90.

Шкляев И. Н. Одесса в смутное время. Одесса, 2004. С. 113.

РГВА. Ф. 39540. Оп. 1. Д. 19. Доклад полковника барона А. Л. Нолькена. 1919 г. Л. 4.

Славин Л. Интервенция. М., 1933. С. 75.

Там же. С. 84, 122.

Немирович-Данченко Г. В. В Крыму при Врангеле. Берлин, 1922. С. 95.

226 Глава IV Основное внимание Фрейденберг уделял именно политической работе, войдя в контакт с представителями всех существовавших в то время в Одессе политиче ских группировок, за исключением большевиков401. Если Энно стремился к тому, чтобы внушить Парижу, что Добровольческая армия — единственная выгодная для защиты интересов Франции политическая сила на Юге России, то Париж рассма тривал деникинцев лишь как одну из антибольшевистских сил, полагая возмож ным иметь дело со всеми теми антибольшевистски настроенными силами, которые обладают фактической властью и влиянием, в независимости от их политического направления и отношения к базовому лозунгу Деникина «Великая, Единая и Не делимая Россия»402. К тому же Фрейденберг откровенно недоброжелательно отно сился к Добровольческой армии. Полковник сумел убедить Д,Ансельма в том, что Добровольческая Армия — это реакционная организация, русская Вандея, не поль зующаяся никакой поддержкой населения403. Так в то время думало и французское правительство, и рядовые французы404.

Именно поэтому Д,Ансельм в беседе с В. В. Шульгиным утверждал, что добро вольцы, подобно эмигрантам во Франции, «ничего не забыли и ничему не научи лись». «Вот почему, — говорил он, — ваша армия не может иметь успеха»405. Это же утверждение звучало у него и в беседах с другими российскими политиками406. Как вспоминал издатель «Южной мысли» Жан Ксидиас, Д,Ансельм полагал, что никто не сделал столько для разобщения антибольшевистских сил, как Деникин407. Так же думал и непосредственный подчиненный Д,Ансельма полковник Фрейденберг.

Вокруг полковника Фрейденберга в Одессе сложилось масса слухов и мифов.

Упоминая его еврейское происхождение, белые говорили о масонстве Фрейден берга408, об огромной взятке в 5 миллионов, полученной им от петлюровской Ди ректории за соглашение французов с украинцами как представителями отдельного государства, что, по-видимому, было правдой409, о спекуляциях, которыми, яко бы, занимался полковник в Одессе и т. д410. Фрейденберг выступал принципиаль ным сторонником соглашения с петлюровцами, которые, как он считал, способны Глобачев К. И. Правда о русской революции. Воспоминания бывшего начальника Петроградско го охранного отделения // Вопросы истории. 2002. № 10. С. 65.

Kenez P. Civil war in South Russia, 1919–1920. The defeat of the Whites. Berkeley, 1977. P. 184.

Подобная оценка Добровольческой армии содержится и в рапорте Фрейденберга, составленном им уже после эвакуации французов из Одессы (см.: Munholland J. Op. cit. P. 48).

РГА ВМФ. Ф. Р-332. Оп. 1. Д. 13. Л. 20.

Шульгин В. Истинная русская демократия // Киевлянин. 1919. 27 сентября. Это же убеждение высказывал и командующий французской эскадрой адмирал Амет, считавший Добровольческую армию не преемницей русской армии и России, а «политической партией, притом определенно монархической и реакционной». «Никакие доводы его не переубеждают», — сообщал из Константинополя капитан 2-го ранга Щербачев (РГА ВМФ. Ф. Р-332 (Морское управление при Главнокомандующем Вооруженными Силами на Юге России). Оп. 1. Д. 13. Л. 19) Так же в массе своей считали и французские солдаты, ма тросы и офицеры.

Трубецкой Е. Н. Указ. соч. С. 149.

Xydias J. LIntervention Francaise en Russie, 1918–1919. Souvenirs dun temoin. Paris, 1927. Р. 185.

Трубецкой Г. Н. Указ. соч. С. 170.

Трубецкой Г. Н. Указ. соч. С. 165;

Трубецкой Е. Н. Указ. соч. С. 173;

Канторович В. Французы в Одессе. Пг., 1922. С. 15;

ГАРФ. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 38. Л. 9. Об этом откровенно заявляет в своих вос поминаниях и петлюровский генерал А. П. Греков (ДРЗ. Ф. 1. Оп. 1. Е-179. Л. 32).

Майбородов В. С французами // Архив русской революции. М., 1993. Т. ХVI. С. 125.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

поставить под ружье чуть ли не полу-миллионную противобольшевистскую ар мию411. Основная идея Фрейденберга была весьма проста: для борьбы с больше виками необходимо объединить все антибольшевистские силы, невзирая на их партийную принадлежность412. Вокруг Фрейденберга группировались не только украинские, но и некоторые русские политические круги демократического харак тера. Конкретно можно говорить о пребывавших в Одессе представителях россий ского политического еврейства и самостийниках, сразу решивших иметь дело толь ко с Фрейденбергом, в обход генерала Д,Ансельма413. Фрейденберг вел сложную игру, заигрывая со всеми политическими силами. Так, например, можно вспомнить о его беседе с Шульгиным 24 февраля 1919 г., в ходе которой начальник француз ского штаба, в частности, заявил: «Франция непоколебимо верна принципу Еди ной России… мы независимости Украины никогда не признаем». Далее Фрейден берг пытался уверить Шульгина в том, что необходимо «использовать для борьбы с большевиками все антибольшевистские силы, в том числе и силы украинцев»414.


Шульгин же был убежден, что никакое соглашение с украинцами невозможно, так как украинцы, как и большевики — это вспомогательные отряды германизма415.

Уже постфактум Шульгин писал, характеризуя политику французов, что «система кокетничанья французов с украинско-еврейской Одессой кончилась небывалым крахом», упрекая интервентов в том, что они «искали русскую демократию там, где ее и следа нет», подчеркивая, что добровольческое командование не могло не за таить на французов обиду за «одесский инцидент»416. Так или иначе, но в вопросе о взаимоотношениях с петлюровцами согласия между деникинцами и французами так и не было достигнуто. Стремление французов договориться с самостийниками до крайности раздражало белых, убежденных в том, что петлюровцы — такие же враги Единой, Неделимой России, как и большевики.

Французское командование в Одессе в лице генерала Д,Ансельма и полков ника Фрейденберга вело с представителями Украинской Директории переговоры.

Неприятие Директории деникинцами, отсутствие у них какой-то гибкой полити ческой линии привело к тому, что французы разочаровались в белых как в государ ственной власти. Раздражала их также и неспособность русских политических групп договориться, их клевета друг на друга, раздражало то, что им приходилось дейст вовать, по словам бывшего члена Государственного Совета П. П. Менделеева, «сре ди полного административного и военного хаоса»417. Кроме того, особой симпатии не вызывали у французов и представители добровольческой администрации — гене ралы А. Н. Гришин-Алмазов и А. С. Санников. Оба генерала, как думали французы, не соответствуют занимаемым ими должностям. Для французов очевидной казалась мысль о том, что прежде чем освобождать Юг России от большевиков и формиро вать антибольшевистскую армию надо создать какую-то власть, с которой можно Всероссийский Национальный Центр… С. 93.

Brinkley G. The Volunteer Army and Allied Intervention in South Russia, 1917–1921. Notre Dame, 1966.

P. 123.

Марголин А. Указ. соч. С. 121.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 20. Л. 171–172.

Шульгин В. Вермишель // Россия. Одесса. 1919. 13 января.

Шульгин В. «Истинная русская демократия» // Киевлянин. 1919. 27 сентября.

ГАРФ. Ф. Р-5771. Оп. 1. Д. 112. Л. 89.

228 Глава IV было бы работать418. Все их попытки создать такую власть наталкивались на одер гивания из Екатеринодара. В результате никакого движения вперед не происходи ло, а тем временем большевики в одесских трактирах (включая знаменитый купри нский «Гамбринус»), чайных и столовых вели почти беспрепятственную агитацию среди войск интервентов419. По ночам в городе расклеивались большевистские ли стовки, призывавшие солдат к открытому бунту против офицеров420. В заброшенной каменоломне работала подпольная типография, выпускавшая газету «Коммунист»

на русском и французском языках. Нередко в «Коммунисте» печатались письма французских солдат и матросов, жаловавшихся на свою нелегкую долю421. Актив но вела свою пропаганду знаменитая Иностранная коллегия422, расправиться с гла варями которой французам удалось только с помощью русской контрразведки423.

Успешнее всего большевикам удавалось проводить свои идеи среди матросов фран цузской эскадры, солдаты же в большинстве своем оставались верны присяге424.

Шульгин вспоминал: «Трудно себе представить, какую бешеную энергию, раз вели большевики, которых было сколько угодно в Одессе… чтобы разложить фран цузские батальоны. Они жужжали им в уши, солдатам и офицерам, всегда одно и то же: что революция в России есть истинно народное, демократическое движение;

что Добровольческая армия есть комплот реакционеров, и что помощь им со сто роны демократической Франции вопиет к небу! Эта пропаганда имела тем больший успех, что французам ужасно хотелось верить, т. к. отказ от этого предприятия, т. е.

интервенции, значило бы — ехать домой»425.

Распропагандированные французы, подвыпив, нападали на добровольцев, а в дни, предшествующие эвакуации, начали настоящую охоту на деникинских офицеров. Помогало им в этом население города426, в котором и без того бук вально бушевал бандитизм. Днем Одесса напропалую веселилась, спекулировала и вела разгульный образ жизни, но ночью она представляла собой вид «сказоч ного, вымершего города без жителей и прохожих»427. Зловещая тишина «нару шалась только частными ружейными выстрелами»428. Власть была неспособна Так, например, французский генерал Бертело в беседе с В. В. Шульгиным высказывал мысль о необходимости создать «для Южной России такую местную власть и местную армию, которая удовлет воряла бы все благонамеренные слои населения» (ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 20. Л. 146–147) Елин В. Как мы работали в оккупационных войсках // Черная книга. Сборник статей и материа лов об интервенции Антанты на Украине в 1918–1919 гг. Харьков, 1925. С. 406;

Соколовская Е. Одесская эпопея конца 1918 г. и начала 1919 г. // Октябрь на Одещине. Одесса, 1927. С. 355.

Катаев В. П. Записки о гражданской войне // Собрание сочинений в девяти томах. Т. 8. М., 1971.

С. 9–10.

Коновалов В. Иностранная коллегия. М., 1958. С. 62–65.

История гражданской войны в СССР. Т. 3. М., 1957. С. 347.

Орлов В. Г. Двойной агент: Записки русского контрразведчика. М., 1998. С. 94–97.

Марти А. Красный флаг над французским флотом (Черноморское восстание). М.;

Л., 1928.

С. 73–74. Член Особого Совещания при Деникине В. А. Степанов с горечью замечал: «Всякая активная помощь Франции живой силой разбивается о то состояние французских войск, которое есть или ка жется большевизмом и которое, во всяком случае кажется разложением или деморализацией» (Красная книга ВЧК. М., 1990. Т. 2. С. 257).

ГАРФ. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 13. Статья В. В. Шульгина «Союзники и Россия». Л. 27–28.

Катаев В. П. Указ соч. С. 10;

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 722. Л. 31.

Туманов Я. К. Одесса в 1918–19 гг. // Морские записки. Т. 22. № 1 (59). Нью-Йорк, 1965. С. 70.

ГАРФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 445. Записки добровольца А. Лангового. Л. 4.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

справиться с преступностью. Разгул преступности и неспособность городских властей справиться с ней французы связывали с якобы начавшимся разложе нием добровольческих частей, предлагая их в наказание немедленно направить на фронт429. Таким образом, на белых, позиционирующих себя, кстати, как госу дарственная власть, в Одессе сваливали все беды, делая их «козлами отпущения».

Поэтому прав Шульгин, писавший, что «разложение пришедшей в Одессу фран цузской армии было сделано в значительной мере антибелым жужжанием Одес сы-мамы»430.

Такое несправедливое отношение к Добровольческой армии в Одессе болез ненно переживали сами находившиеся в городе деникинцы. Доброволец-моряк А. Любомиров писал из Одессы сослуживцу о своем желании «отдохнуть от пар шивой Одессы, где кроме жидов и интриганов-политиков нет никого. Да есть еще сволочь французы, но о них лучше не говорить»431.

В. В. Шульгин вспоминал: «Мы, деникинцы, в Одессе, напоминали окру женный врагами треугольник. На одну сторону вели атаку большевики. С дру гой стороны были украинцы всех мастей, с третьей — евреи, часто называвшие себя “русской общественностью” и “русской демократией”. Большевики дейст вовали оружием и пропагандой;

украинцы — сначала оружием, а когда Петлюру выгнали из Киева большевики, — пропагандой;

поскольку “прогрессивное” ев рейство действовало наушничеством, печатным и непечатным. При таком поло жении газета “Россия” пришла бороться на три стороны и в двух плоскостях. Бо ролись мы против пропаганды среди “великих держав”. Конечно, эти печатные разговоры с великими державами в тоне par inter pares были наивны. Теперь это ясно. Но тогда мы еще этого не понимали. Мы еще слишком чувствовали вели кодержавность нашего прошлого и слишком верили в мощь ближайшего буду щего,– будущего, создаваемого нашими собственными руками. При таком на строении еще несломленной гордости, “Россия” отстаивала достоинство, честь и самостоятельность России. Задача была чуть-чуть не по плечу, но кто же это знал тогда. Боролись мы и против местной пропаганды — украинцев, склонявших французов к игнорированию Деникина и образованию “Украины” под француз ским протекторатом. Эта борьба была более легкая. Правда она закончилась за крытием французами “России”, но к расчленению России французы приступить не решились»432.

Переговоры французов с Директорией развивались достаточно сложно. Гене рал Греков, выступавший в роли военного представителя Директории, не получив никаких полномочий, должен был выведать максимум сведений о французских войсках, их плане действий, новейших технических средствах, имевшихся в рас поряжении французов. Не доверяя французам, Директория находила, что «все же может и возможно было бы использовать их для борьбы против большевиков»433.

РГА ВМФ. Ф. Р-338. Оп. 1. Д. 63. Л. 81;

РГВА. Ф. 40236. Оп. 1. Д. 2. Л. 365.

Шульгин В. В. «Что НАМ в НИХ не нравится…»: Об антисемитизме в России. СПб., 1992. С. 66.

РГА ВМФ. Ф. Р-87 (Штаб речных сил Юга России). Оп. 1. Д. 31. Письмо от 14 (27) марта 1919 г.

Л. 13.

ГАРФ. Ф. Р-5974. Оп. 1. Д. 13. Л. 71.

ДРЗ. Ф. 1. Оп. 1. Е-179. Л. 26–27.

230 Глава IV С французской стороны переговоры с Директорией вел Фрейденберг. Камнем преткновения изначально являлась фигура В. К. Винниченко, которого представи тель французского командования рассматривал как скрытого большевика и пред лагал выгнать из состава Директории, «как собаку» отмечая, что после этого можно будет «говорить о признании ее [Директории. – А. П.] кем бы то ни было»434. Вскоре Винниченко вышел из состава Директории и уехал за границу.

Военное положение Директории в связи с наступлением Красной армии стре мительно ухудшалось. Поэтому петлюровцы любой ценой хотели добиться за ключения соглашения с французами, от которых, в обмен на огромные уступки, требовалась военная помощь. На переговорах с представителями Директории, проходивших в Одессе в феврале 1919 г., французское командование требовало из менения всего состава Директории как необходимого предварительного условия каких-либо переговоров. Французы говорили с дипломатическими миссиями Пет люры лишь языком требований, а последний, конечно, не имел ни малейшего же лания уходить, сделавшись после отставки Винниченко полновластным хозяином Директории, сохранявшим в своих руках высшую военную власть. Вскоре Фрей денберг заявил, что «с петлюровской, также как и с винниченковской Директорией никаких серьезных коопераций у французов не может быть»435. Уже наметивше еся разложение французской армии, ясно показывало, что никакие переговоры не приведут к необходимой для удержания Директории у власти военной помощи.

Кроме того, для французов стала очевидна недолговечность режима Директории.

Продолжавшиеся после отъезда из Одессы военного представителя Петлюры ге нерала Грекова переговоры, были, по словам последнего, «бесконечными и безна дежными» и ни к какому соглашению не привели436.

С Добровольческой Армией у французов после отставки Энно установились неприязненные отношения. Французы с трудом ориентировались в политиче ской ситуации в России. Русские же, как справедливо замечал А. Н. Гришин-Ал мазов, «вместо того, чтобы сговориться и единством плана действий облегчить задачу французов — своими разрозненными выступлениями только вредили делу»437. Французы не признавали авторитета генерала Деникина и считали, что Главнокомандующий ВСЮР не имеет права производить назначения в занятой ими Одесской зоне438. Между тем Деникин продолжал рассматривать Одессу как составную часть Единой и Неделимой России. Исходя из этого, и делались рас поряжения белого военачальника. Переписка его с французами шла в таком сти ле, что казалось, по образному выражению Г. Н. Трубецкого, что «обе стороны думают только о том, как вызвать окончательный разрыв между собою»439. Сам же Деникин считал, что именно в таких выражениях должна проходить перепи ска «между солдатами»440. Кроме того, А. И. Деникина раздражала колониальная Там же. Л. 31.

Там же. Л. 35.

Там же. Л. 34–35.

Всероссийский Национальный Центр… С. 149.

Трубецкой Г. Н. Указ. соч. С. 155–156.

Там же. С. 165–166.

Там же. С. 169.

Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

политика Антанты и ее стремление получить от интервенции максимальную выгоду441. Подобной, нарочито грубоватой, манерой Антон Иванович пытал ся отучить французов и англичан от их обращения с русскими властями — «об ращения, вынесенного из практики общения с колониальными бутафорскими туземными властителями». «Этому с места был положен конец. С Вооруженны ми Силами Юга весьма считались и у нас совершенно не возможной была бы та роль, которую играли на Дону Кофенгаузен (нем. предст.), или Фуке, на Северо Западном фронте — Гоф и Марч (англ. предст.) или ф. дер. Гольц (нем.)…[име ется в виду командно-приказной тон общения представителей оккупационных или союзных войск с представителями белых сил. — А. П.]», — писал белый вое начальник442. Главнокомандующий справедливо опасался французской оккупа ции Одессы, противодействуя всем попыткам французов добиться политическо го преобладания в Одесском районе. Деникин выступил категорически против формирования так называемых «бригад микст», т. е. смешанных частей, которые должны были состоять из наемных русских и украинских солдат под командова нием французских офицеров443. Возникновение таких частей привело бы к поли тическому преобладанию французов на белом Юге, что для Деникина было недо пустимо. Антон Иванович даже пригрозил военно-полевым судом тем русским офицерам, которые поступят на службу в бригады «микст». Понятно, что такая непримиримая позиция Деникина вызывала сильнейшее раздражение у францу зов, которым казалось, что Деникин не даёт им работать, а «только втыкает палки в колеса»444. Также французским ставленником бывшим депутатом I Государст венной Думы Андро де Ланжероном выдвигалась идея о формировании на Юге России особой власти, которая должна была находиться в полном подчинении союзникам и должна была быть фактически независимой от Екатеринодара445.

Эти идеи не могли получить одобрения у Деникина446.

На фоне продолжавшегося разложения французской армии и все сжимавшего ся кольца блокады вокруг Одессы судорожные попытки создать, наконец, в горо де власть выглядели неубедительными, но усиливали конфликт между Екатерино даром и французским военным командованием447. Кульминацией конфликта, как кажется, стала высылка 9 (22) марта 1919 г. французским командованием из Одес сы Санникова и Гришина-Алмазова и назначение главнокомандующим союзны ми силами на Востоке генералом Франше д,Эспере генерала А. В. Шварца коман дующим русскими войсками зоны союзнического контроля. По сути, французы Ипполитов Г. М. Кто Вы, генерал А. И. Деникин? Монографическое исследование политической военной и общественной деятельности А. И. Деникина в 1890–1947 гг. Самара, 1999. С. 57.

BAR. Anton & Kseniia Denikin collection. Box 12. Рукопись Деникина «Заметки, дополнения и раз мышления к «Очеркам русской смуты». Folder 1. Предоставлена С. Машкевичем (Нью-Йорк). Р. 34.

Милюков П. Н. Указ. соч. С. 94;

Всероссийский Национальный Центр…С. 94.

Трубецкой Е. Н. Указ. соч. С. 195.

Санников А. С. Указ. соч. С. 96–97. Впрочем, Андро в открытом письме редактору «Одесских новостей» кадету С. Ф. Штерну утверждал, что подобные проекты приписываются ему напрасно и по определению не могут принадлежать ему как «старому русскому офицеру и русскому общественному деятелю» (ГА ОО. Ф. 156. Оп. 1. Д. 113. Л. 1).

Деникин А. И. Указ. соч. Т. V. С. 407–408.

Гурко В. И. Из Петрограда через Москву, Париж и Лондон в Одессу // Архив русской революции.

М., 1993. Т. 15. С. 77.

232 Глава IV сделали попытку показать Деникину, кто в Одессе хозяин. К слову, Шварц, как вспоминал близкий к нему военно-морской врач Я. Кефели, согласился на свое на значение не сразу, «не желая быть в конфликте с генералом Деникиным»448. В от ветной телеграмме русским военным властям в Одессу Деникин подтвердил пол номочия своих назначенцев, потребовав не признавать назначения, сделанные французами, и приказав, чтобы «все сношения с Одессой делались не с самозван цами, а с начальниками, назначенными ранее командованием [т. е. Деникиным. — А. П.]»449. Санников и Гришин-Алмазов, получив приказ о назначении Шварца, оставили Одессу, выехав для личного доклада Деникину450.

Возникшую тупиковую ситуацию добровольческое командование попыталось разрешить. В частности, в телеграмме д,Эспере Деникин писал: «Устранение на значенных мною властей повергло меня в полное недоумение» и предлагал догово риться о личной встрече, на которой можно было бы разъяснить все существующие недоразумения451. Однако, д,Эспере и Деникин так и не встретились. Причина была достаточно тривиальной: Деникин не считал возможным приехать в Главную квар тиру д,Эспере, утверждая, что обстановка на фронте не позволяет ему отлучаться из своей Ставки, и наоборот — французский генерал утверждал, что не имеет воз можности приехать ни в Екатеринодар, ни в Севастополь, куда предлагал приехать Деникин452. По сути, речь шла о нежелании каждого из генералов поступиться сво им престижем. К тому же для д,Эспере, видимо, встреча с Деникиным не казалась делом первоочередной важности. К моменту эвакуации французами Одессы раз ногласия между деникинцами и союзным военным командованием достигли та кой степени, что могли, по утверждению саратовского историка Г. М. Ипполитова, дойти в недалеком будущем до вооруженного противоборства453. Что же касается Гришина-Алмазова, то генерал был обласкан Деникиным в Екатеринодаре и от правлен в Сибирь, для передачи адмиралу Колчаку важных бумаг. Однако встреча бывшего одесского диктатора и Верховного правителя так и не состоялась. Парохо дик «Лейла», на котором следовал Алексей Николаевич, был настигнут красными в водах Каспийского моря, а сам Гришин-Алмазов застрелился, не желая попасть в руки большевиков. Так закончилась жизнь этого «незаурядного русского офи цера, которому пришлось жить и бороться в смутное и страшное время кроваво го междоусобья», как охарактеризовал Алексея Николаевича его биограф Максим Ивлев454. Документы, которые застрелившийся генерал вез Колчаку, вскоре были опубликованы большевиками в газете «Правда»455. Проанализировав содержание Кефели Я. С генералом А. В. Шварцем в Одессе (осень 1918-го — весна 1919 года) // 1918 год на Украине / Составление, научная редакция, предисловие и комментарии д. и. н. С. В. Волкова. М., 2001. С. 362.

РГА ВМФ. Ф. Р-332. Оп. 1. Д. 72. Телеграмма Лукомского от имени Деникина. 18 марта 1919 г.

Л. 53.

Санников А. С. Указ. соч. С. 100.

ГАРФ. Ф. Р-446. Оп. 2. Д. 64 а. Л. 122.

Там же. Л. 135.

Ипполитов Г. М. Указ. соч. С. 89.

Ивлев М. Н. Диктатор Одессы. Зигзаги судьбы белого генерала. М., 2013. С. 185.

Сосновский Л. Юг и Восток (по собственным признаниям деникинцев) // Правда. 1919. 13 июля;

Чичерин Г. Гришин-Алмазов и союзники // Правда. Москва. 1919. 31 июля;

Чичерин Г. Гришин-Алмазов Украина в конце 1918 — начале 1919 г.

«трофейных» документов, Георгий Чичерин написал о том, что отношения дени кинцев и союзников — это вовсе не «якобы ничем не омраченная тесная дружба», как это может показаться «внешнему миру», а, напротив — «сплошное недоверие»



Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.