авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«В. С. Д У Р О В ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ ДРЕВНЕГО РИМА САНКТ-ПЕТЕРБУРГ И ЗДА ТЕЛ ЬС ТВО С.-ПЕТЕРБУРГСКОГО УН ...»

-- [ Страница 5 ] --

По всей видимости, авторы биографий о тр а ж а ю т в своих произведениях официальную точку зрения, поэтому тон изл о ­ ж е н и я — то хвалебный, то порицающий — в зависимости от ме­ няю щейся конъюнктуры. Так, например, обш ирная биография А лександра Севера, написанная Элием Л ам п ри ди ем, с боль­ шой долей наивности идеализирует правление этого им перато­ ра, будто бы исполненное уваж ени я к римскому сенату, в то время как биографии К оммода и Г ели огабала того ж е автора или биография К а р а к а л л ы, п р и н ад л еж а щ ая перу Элия С п а р ­ ти ан а, п редставляю т собой не что иное, как калейдоскоп у ж а ­ сов и мерзостей. Эти три биографии и зо б р а ж аю т правителей по о б разц у «порочных императоров» (im perato res vitiosi) С ве­ тония (К али гула, Нерон, В ителлий), меж ду тем как и зо б р а ж е­ ние А лександра С евера напоминает фигуры «хороших и м п ер а­ торов» (im peratores bo n i), каковыми у Светония представлены Август и Клавдий. Вследствие этого д окум ентальн ая ценность биографий, естественно, снижается.

Н есмотря на недостоверность многих сведений и анекдоти­ ческий, чисто занимательны й характер изложения, сочинение шести авторов вы зы вает все же определенный интерес, по к р а й ­ ней мере, в отношении язы ка и и зображ ен и я быта и нравов того времени. Д о сдерж анности повествовательной манеры рим­ ских историков-классиков этим биографиям, разумеется, очень дал еко. О днако их грубый и часто неряш ливый язы к сохранил д л я нас простонародные в ы раж ения, обороты канцелярского, юридического, военного обихода первой трети IV в. н. э. П о з д ­ няя разговорн ая л аты нь н аш ла отраж ен ие т а к ж е в синтаксисе сборника.

В историографии поздней империи п реобладаю щ ей стал а тенденция излагать историю в форме компендиев и эпитом.

И здесь в первую очередь следует н азвать у ж е упомянутого Евтропия. Евтропий жил во второй половине IV в. В свите и м ­ п ератора Ю ли ан а принимал участие в военной экспедиции п ро­ тив персов (363 г.). За тем в долж ности секретаря служ ил при д в о р е императоров Валентиниана I и В алента. П о поручению Валента, ж е л а вш его получить сведения о тысячелетней исто­ рии Рим а в форме сжатого, компактного изложения, Евтропий написал « B reviariu m ab U rbe condita» («Бревиарий от осн ов а­ ния Города») в 10-ти книгах.

Возникший из кризиса III в. новый руководящ ий класс Р и м ­ ской империи был столь несведущ в области знаний о славном прошлом Р им а и его освящ енных временем традициях, что ис­ пытывал потребность в этой информации, разумеется, п ред ел ь­ но суммарной и неглубокой. Труд Евтропия и другие сочине­ ния этого рода полностью отвечали духу времени.

Прямолинейный, ясный, часто слишком лаконичный « Б р е ­ в и а р и й...» представляет собой поверхностный компендий исто­ рии Рим а от его истоков до 364 г., н ач ал а правления В ал ен ­ т и а н а I. Но д а ж е об р ащ а ясь к наследию величайших римских историков, таких, как Тит Ливий, Евтропий предпочитает п оль­ зоваться не подлинниками их сочинений, а краткими и з л о ж е ­ ниями.

В сочинении Евтропия совершенно отсутствует ка к ая -л и б о руководящ ая идея. Бросаю тся в г л аза некоторые хронологиче­ ские неточности, которых Евтропий, располагавш ий архивными м атери алам и, мог бы легко избеж ать. Р а с с к а з посвящен с н а ­ чала военным событиям от Р ом ула до смерти Ю лия Ц е з а р я (книги 1— 6), затем истории императорского периода до см ер ­ ти императора И ови ан а (книги 7— 10). В духе уж е устаревш их моралистических схем историк, по примеру Светония, концен­ трирует внимание на ф и гурах отдельных императоров. В з а ­ ключении Евтропий обещ ает излож ить современные события, однако никаких других его сочинений до нас не дош ло, и мы не знаем, писал ли он еще что-нибудь.

О твечавший зап ро сам времени труд Евтропия пользо вал ся популярностью и у современников, и в последующие века. Его успех был таков, что он три ж ды переводился на греческий язык. Ещ е ни одно произведение римской л итературы не у д о ­ стаивалось подобной участи.

Еще более сж аты м был компендий римской истории, со ­ ставленный т а к ж е секретарем и м п ератора В ален та Руфом Ф е ­ стом. Он о загл ав л ен «B rev iariu m re ru m g e s ta r u m populi Ro­ m ani» («Бревиарий деяний римского н арод а») и н асчиты вает д в а десятка современных страниц. С верхкраткий обзор Феста посвящен описанию войн, преимущественно тех, которые р и м ­ л я н е вели на Востоке против п ар ф ян и персов. И зл о ж е н и е д о ­ ведено до современных автору событий.

Кроме бревиариев Евтропия и Феста, сохранились три к р а т ­ ких компендия, объединенных вместе неизвестным нам компи­ лятором, который из сущ ествовавш их у ж е сочинений по от­ дельным периодам римской истории н ам е р ев ал ся составить цельную историю Р и м а до IV в. включительно. П ри объедине­ нии разны х сочинений в один сборник составитель руководст­ вовался хронологическим принципом. П ервое из них — и самое интересное — анонимный тр а к т а т «O rigo g e n tis Rom ae» («П ро­ исхождение римского н ар о д а» ), излож ение древнейш ей р и м ­ ской истории от С атурн а до Р ом ула. З а т ем следует сочинение «De viris il lustrib us urbis Romae» («О знамениты х л ю дях го­ рода Р и м а » ), в котором конспективно и зл агаю тся биографии исторических лиц от Р о м ул а до Антония и К леопатры. З а к л ю ­ чает всю серию сочинение под названием «Liber de C a esa rib u s»

(«Книга о Ц е за р я х » ), или «H isto riae ab brev iatae » («С окращ ен ­ ная история»), автор которого нам известен. Это Секст Авре­ лий Виктор, аф р и кан ец по происхождению, который при импе­ раторе Феодосии I (379— 395 гг.) был префектом Рим а. Его со­ чинение состоит из кратких биографий от Августа до К онстан ­ ция (353—361 гг.). К а к с исторической, т а к и с литературной точки зрения оно не п редставляет большого значения.

Известно т а к ж е анонимное сочинение «Epitom e de C a e s a ri­ bus» («Извлечение из Ц е зар ей » ), которое яв л яется извлече­ нием частично из Евтропия, частично из Аврелия Виктора, хотя от последнего нередко отдаляется, время от времени р а с ­ ш иряя его.

М еж ду авторам и бревиариев и эпитом и Аммианом М а р ­ целлином, давш им свое оригинальное осмысление истории, про­ межуточное место зан и м ает писатель второй половины IV в.

Вирий Н икомах Ф л ави ан (334—394 гг.), государственный д е я ­ тель и близкий друг оратора С им маха, главы сторонников ста­ роримских традиций в сенате. Н азначенны й в 394 г. консулом, Н иком ах выступил с программой реставрации язычества в ре­ лигии, но, когда его н адеж ды на возрож дение язычества в Риме рухнули, он, как стоик, покончил ж и зн ь самоубийством.

И з его литературной продукции ничего не сохранилось. И зв е ­ стно, что ему п р и н ад л еж а л о историческое сочинение «Анналы», в котором он вы разил свое чувство религиозного благоговения перед римским духом и, возможно, веру в будущее римской империи.

К этому ж е периоду относится сочинение Ю лия Обсеквента «Liber prodigiorum » («Книга чудесных я в л е н и й » ) — сухой пе­ речень всех предзнаменований в римской истории по ливи ев­ ским эпитомам. П е р в а я часть этого сочинения утрачена. То, что сохранилось, о хваты вает события от 190 до 12 гг. до н. э. Время ж изни Ю лия Обсеквента установить трудно, во всяком случае, оно приходится до правления императора Гонория (395— 423 гг.). По всей видимости, Юлий Обсеквент был язычником, его цель — показать, сколько счастливых предзнаменований со­ провождали рост римского могущества. Автор ж и вет н ад еж д ою на реставрацию традиционной языческой культуры, р а з д е л я я, таким образом, взгляды С им маха и Н и ко м аха Ф л ав и ан а.

Глава семнадцатая АММИАН М А Р Ц Е Л Л И Н —П О С Л Е Д Н И Й Р ИМ С К И Й И СТ О Р ИК По причине утраты «Анналов» Н и ко м аха Ф л ав и ан а история Аммиана М арц елли на — единственное историческое сочинение большой формы, оставшееся нам от поздней римской л и т е ­ ратуры.

Последний великий историк Р им а — грек родом из Антио­ хии. Он жил меж ду 330 и 400 гг. И зб р ав военную карьеру, А м­ миан М арцеллин служ ил в Галлии и Месопотамии. В войске императора Ю лиана он участвовал в войне с персами. П осле смерти Ю лиана он навсегда о ставляет военную сл уж б у и в о з­ вращ ается в свой родной город Антиохию, откуда п р иб л и зи ­ тельно через д ва д ц ать лет (около 380г.) п еребирается в Р и м, где и живет до конца своей жизни. И звестно о его п утеш ест­ виях в Египет, Ф ракию и Пелопоннес.

Сочинение Аммиана, озаглавлен н ое «R erum g e s ta r u m libri XXXI» («Деяния в 31-й книге»), ох в аты вал о период от восш ест­ вия на трон императора Нервы (96 г.) до смерти им п ер атор а Валента (378 г.). Таким образом, Аммиан начал свое повество­ вание с события, которым зав е р ш а л а с ь «История» Т ац и та. Д о нас дошли последние 18 книг: с 14-й по 31-ю, и зл агаю щ и е со­ бытия 353—378 гг.

По всей видимости, Аммиан п ервоначально п лан и ро в ал ограничиться 25 книгами, но благосклонный прием его сочи­ нения у римской публики побудил историка про до л ж и ть свой труд. Одно из писем ритора того времени Л и б а н и я сод ер ж и т сведение о том, что Аммиан публично читал свое сочинение, часть которого была опубликована в 392 г.

Следует считать большой удачей, что уц елела именно та часть сочинения, в которой расска зы в ае т ся о современных а в ­ тору событиях, свидетелем и участником которых он был и по­ тому поведал о них с наибольшей полнотой. Д ош ед ш и м до нас книгам « Д е я н и й...» сообщает единство фигура и м п ератора Ю лиана, которая имеет особую выразительность. И с то р и к -м е­ муарист ярко и правдиво повествует о военной и госуд ар ствен ­ ной деятельности любимого им императора, наш едш его свой преждевременный конец в Месопотамии.

Сам факт, что Аммиан, по национальности грек, писал на латыни, которая не была его родным язы ком, явл яется красно­ речивым свидетельством того, что историк пред назначал свой труд л атиноязы чном у читателю. Бол ее того, по всем признакам это сочинение родилось в образованной среде римской столи­ цы и глубоко о т р а ж а е т идеалы возрож ден ия язычества.

Обширный план « Д е я н и й...», охваты вавш ий события много­ вековой истории Римской империи, а так ж е то, что образцом дли п о д р а ж ан и я Аммиану служ ит Тацит, все это у казы в ает на его честолюбивое намерение п родолж ить великую традицию рим­ ской историографии и противодействовать ее вырождению — будь то убогий, страдаю щ и й многословием морализм, превр а­ тивший историческое повествование в галерею отдельных импе­ раторов, как в сборнике «Авторы жизнеописаний Августов», будь то поверхностность эпитом и компендиев, вроде «Бревиария»

Евтропия. Вместе с тем Аммиан не хочет походить и на тех историков, которые ограничивались только современными со­ бытиями. Взяв себе за об разец Тацита, Аммиан полностью р азд е л я е т его пессимистический взгляд на будущее римской империи, симптомы уп адка которой вызы ваю т у него тревогу.

О связях А м м иана с языческими кругами императорского Р им а убедительно говорят идеи, питаю щие его творчество.

Подлинных чувств историка не мож ет скрыть д а ж е его искрен­ нее стремление к объективности и беспристрастности. Аммиану трудно преодолеть полный д ля него д р а м а т и зм а р а зл а д между реальны м положением вещей и идеалом, который навсегда остался в великом прошлом Рим а. Н адо полагать, историк н а­ ходился в дру ж ески х отношениях со многими именитыми пред­ ставителями римского сената. Он произносит самый настоя­ щий элогий С им м аху и об р ащ а ет к Н и ком ах у Ф л ав и ан у слова, исполненные глубокого уваж ени я. Хотя картина и нтеллектуаль­ ной жизни римского общества конца IV в. довольно сложна, мы, наверное, не ошибемся, если допустим, что Аммиан нахо­ дился в центре духовной атмосферы Р им а, имел тесные кон­ такты с об разован ны м и слоями и, более того, стал в ы р ази те­ лем их мыслей и тревог.

В « Д е я н и я х...» Аммиан соединил повествовательные прин­ ципы разны х историографических ж анров. Внешне он продол­ ж а е т традиции римской анналнетики и, по примеру Тацита, изл агает исторический м атери ал погодно, в хронологическом порядке. Вместе с тем он использует схему исторических био­ графий, популярных в императорский период. И это вполне естественно, потому что императоры, в особенности Юлиан, к которому Аммиан испыты вает особое восхищение, всегда н а­ ходятся в центре его рассказа, и после сообщения об их смер­ ти об язательн о следует краткий очерк о д оброд етелях и поро­ ках каж д ого из них.

Особенностью сочинения Аммиана являю тся разн ообразны е экскурсы в духе антикварно-энциклопедической учености, кото­ рые он охотно включает в свое повествование. Следует с к азать и о другой весьма своеобразной и необычной в классической историографии особенности Аммиана, а именно о широком ис­ пользовании им примеров из прошлого. С равнения с историче­ ским прошлым в сочинении Аммиана многочисленны и р а з н о ­ образны.

Что касается источников, которыми п ользовался Аммиан, то в отношении уцелевш их книг « Д е я н и й...» он сам говорит, что полагался скорее на собственные воспоминания, чем на свед е­ ния, почерпнутые из книг. Действительно, опыт, приобретенный писателем во время его военной службы, контакты, которые он имел с самыми разными людьми, и путешествия ока зал и сь весьма полезны в его деятельности историка. З а годы, п рове­ денные в Галлии и на Востоке, он мог собрать обширный и ценный материал для своих «Деямии...».

Однако, по мнению современных исследователей, Аммиан гораздо чаще, чем это нам представляется, о б р а щ а л с я к д о к у ­ ментам, донесениям, официальным сообщениям. П ро щ е у с т а ­ новить источники Аммиана д ля ученых экскурсов (гео граф и ­ ческих, натуралистских, ан ти кварн ы х). Это были сочинения авторов послереспубликанского периода С трабона, П линия Старшего, Сенеки-философа, В ал ери я М акси м а, Авла Г еллия и др. Иное дело — сведения, п редназначенны е п ор аж ать, п р и ­ водить в изумление: этнографические описания галлов, с а р а ­ цинов, фракийцев, персов, гуннов и т. д., инф орм ация о зе м л е ­ трясениях, эпидемиях чумы, затм ениях солнца, различны е п р ед ­ знаменования и т. п. Эти данны е получены, по всей в е р о я т ­ ности, устным путем.

Общериторическому колориту «Деянии...». кроме у казан ны х описаний, немало способствуют сцены, в которых с большой выразительностью показано всеобщее р азл о ж е н и е нравов в Риме. Сильное впечатление производит р ассказ о войнах с в а р ­ варам и на границах римской империи (книги 17— 18), ведь а в ­ тор является не только очевидцем, но и активным участником описываемых событий. Величайшей достоверности, н ап р яж е н и я и д р ам а ти зм а достигает Аммиан в эпизодах, описываю щ их его собственные превратности на войне. С особым, присущим р о­ ману д рам атизм о м он повествует об опасности, которой п од ­ вергся на Востоке, едва и збеж ав пленения. О к азав ш и сь в о с а ж ­ денном персами городе Амиде, он с трудом спасся, ускользнув из города под покровом ночи (книга 19).

Основной принцип, которому Аммиан стремится следовать в своем повествовании — м а кси м ал ь н ая правдивость. Постоянно проверяя достоверность своих сведений, он старается избегать не только вымысла, но и умолчаний. «Я о б ещ ал в труде своем дать истину и нигде, как думаю, сознательно не отступил от этого обещания умолчанием и лож ью » (31, 16, 9). О д н ако он не яв л яется бесстрастным рассказчиком, который в о зд е р ж и в а­ ется к а к от похвал, т а к и от порицаний. Н аоборот, А ммиан не упускает возмож ности в ы сказать собственное мнение. Обычно он за с т а в л я е т сами ф ак ты говорить за себя. Но иногда его рас­ сказ становится таким горячим и взволнованны м, что факты, при этом неизбеж но деформирую тся.

Внимание историка обращ ено преимущественно на те сто­ роны событий и личные качества героев, которые д о п у с к аю т эм оциональное восприятие. Х арактер ы исторических личностей очерчены историком с удивительным мастерством, при этом с величайш ей наглядностью п оказаны те черты, которые могут сильнее всего поразить читателей.

В соединении уж асн о го и причудливого, тяга к которым была присуща римскому искусству императорской эпохи, Ам­ миан достигает зам еч ател ьны х результатов. Он создает яркую картину какой-то неистово судорожной действительности, не­ кое подобие кош м ара. С одной стороны, он развенчивает гос­ подствующее сословие, спесивое и жестокое, трусливо пред­ чувствующее свой конец;

с другой — через этнографические экскурсы вводит читателя в таинственный зловещий мир в ар ­ варов, способных уничтожить не только Рим скую империю, но и весь цивилизованный мир. Историком вл ад еет чувство обес­ покоенности и тревоги, когда он о б р ащ а ет свой взор на мир вар варо в, со всех сторон обступивших империю. С высокой художественностью, д р ам а ти зм о м и экспрессией передает Ам­ миан настроения, которые р аспростран яли сь по столице, стано­ вясь все мрачнее, по мере того ка к из пограничных областей поступали все более тревож н ы е известия. Чтобы наглядно по­ к а зать зверскую сущность варваров, он иногда ограничивается какой-нибудь одной яркой деталью, иногда д ает целую у стра­ шающую сцену, и зо б р а ж а я фракийцев, с жадностью пьющих человеческую кровь из черепов своих ж ертв или диких гуннов, похожих на сказочны х чудовищ и приводящ их в у ж а с своей внешностью. Здесь чувство реальности и меры явно покидает историка, которым в л ад еет тревож ное чувство опасности, исхо­ дящ ей от в арваро в.

Аммиан испыты вает глубокое почтение к общественному строю империи и проникнут благоговением к великому прош­ лому Рим а, который он неоднократно н азы вает «вечным горо­ дом». «Воля божества возвеличила Рим от самой его колыбели и об ещ ала ему вечность» (1 9,1 0,4 ). К народны м низам Аммиан относится враж дебн о. Он глубоко презирает чернь и не ж алеет д ля нее черных красок. Впрочем, с неменьшей суровостью и резкостью обличает он и римскую аристократию, которую р а­ стлили лень, невежество, стремление к роскоши. Д а в н о у т р а­ ти вш ая чувство ответственности за судьбу империи, римская аристократия демонстрирует свою бездеятельность и политиче­ скую беспомощность. Но как все римские историки, Аммиан н е поднимается до осуж дения социальной системы и путь к возрождению видит в распространении об разо в ан ия и ку л ь­ туры. Огромное значение он придает чувству граж д а н с ко го д о лга и высоко ценит такие качества, к а к д исциплинирован­ ность и патриотизм.

Аммиан во зл агает большие н ад еж д ы на хороших в л асти те­ лей. О б разцам и, по его мнению, могут служ ить Траян, М а р к Аврелий, но п реж де всего глубоко почитаемый им Ю лиан.

«Добрый правитель, — пишет он, — д олж ен ограничивать свое имущество, бороться с порывами страсти и с побуж дениям и сильного гнева и знать, как говари вал дик татор Ц езарь, что воспоминание о жестокости — плохая подпора в старости»

(29, 2, 18).

Хотя речи персонажей у Аммиана встречаю тся редко (как правило, это торжественные обращ ения полководцев к войску перед сраж ен и ем ), он весьма охотно за с тав л я ет говорить Ю л и ­ ана, пытаясь таким об разом проникнуть в его самы е сокровен­ ные мысли и понять его человеческую сущность. О чарованный своим кумиром, историк р азд ел я ет его идеалы и программу по возрождению империи. П р а вд а, не все начинания им ператора находят у него поддерж ку, и в ряде случаев историк в ы р а ж а е т свое несогласие с ним. О бъективность А ммиана проявилась, в частности, в том, что он не одобряет зап р ет Ю л и ан а на п ро­ фессию учителя д ля лиц христианского вероисповедания, о п ре­ деляя это распоряж ение как «жестокое настолько, чтобы быть преданны м вечному забвению» (2 2,1 0,7 ;

2 5, 4,2 0 ).

Склоняясь в целом к язычеству, Аммиан неож иданно д л я нас о казы вается человеком, наделенным веротерпимостью.

Историк терпим к христианской религии, потому что его инте­ ресуют не столько религиозные, сколько общ ечеловеческие проблемы гум анизм а и социального устройства. Конечно, не следует забы вать, что Аммиан п убликовал свои « Д е я н и я...»

во время правления императора Феодосия I (378—395 гг.), когда христианство было признано государственной религией.

И з религиозно-философских учений б ли ж е всего А мм иану был неоплатонизм. Веру в языческих богов О лимпа сменила вера в высшее божество, уп равляю щ ее миром, к которому сво­ бодно мог о б ращ аться любой человек. Это ж ивотворны й дух мира — num en. Согласно учению неоплатоников IV в., в о б щ е­ нии между человеком и Богом огромное значение имеет искус­ ство предсказы вать будущее и магия. Аммиан, к а к многие образованные люди его времени, полностью доверяет п р е д с к а ­ заниям, магии, астрологии, видя в них возможность узнать бо­ жественную волю и, следовательно, предвидеть неотвратимы й ход событий. У А мм иана астральны й детерм инизм соседствует с человеческой свободой, а неоплатонизм не отделен от лю бви к традиционной языческой культуре. Этим, видимо, о б ъ я с н я ­ ется его слабый интерес к христианской религии.

О тд ав ая дань героизму христианских мучеников и п ризн а­ вая, что многие христиане наделены справедливостью, м уж ест­ вом, нравственной чистотой, Аммиан вместе с тем осуж дает их, за те дикие, на его взгляд, религиозные распри, которые не­ редко возникают меж ду духовными лицами. В конечном сче­ те, как уже отмечалось, Аммиан проявляет терпимость к хри­ стианству, хотя и считает его главной причиной исчезновения многих прекрасных римских обычаев и традиций.

П реклоняясь перед славным героическим прошлым рим­ ского народа, Аммиан создает остросатирические картины со­ временных нравов, контрастирую щ ие с доблестью прошлых времен. Все его сочинение пронизано глубоким чувством пат­ риотизма и восхищением римской культурой и литературой, нашедш ими вы р аж ен и е т а к ж е в язы ке и стиле « Д е я н и й...».

И сторик широко использует узкоспециальную лексику из сфе­ ры юриспруденции, коммерции и т. п. Эта лексика, а т а к ж е к анц еляризм ы из административного обихода указы ваю т на его высокое мастерство владения неродным д ля него л ат и н ­ ским языком, общепринятым в то время в административно бюрократической среде, близкой к императорскому двору.

Все ж е в стиле « Д е я н и й...» чувствуется греческое проис­ хождение автора. П р е ж д е чем написать ф р азу по-латыни, Ам­ миан строил ее в уме по-гречески, поэтому часто б рал подхо­ д ящ ее слово из своего родного язы ка или созд авал обороты по греческому образцу, отсюда в его сочинении т а к много гре­ цизмов и к а л е к с греческого язы ка.

К ультура А м м иана М ар ц ел л и на вскорм лена соками римской классической культуры. Ч а щ е всего он о б ращ ается к л и т е р а ­ турному наследию Ц ицерона, цитаты, реминисценции и откры ­ тые имитации из которого рассеяны в « Д е я н и я х...» повсюду.

С тавя авторитет Ц ицерона как политического оратора, знато­ ка ж изни и вопросов этики очень высоко, Аммиан защ и щ ает его от критики стары х и новых хулителей.

Кроме упомянутых римских писателей-ученых, Аммиан хо­ рошо знаком с творчеством Вергилия и, конечно, с произве­ дениями историков. М оралистическая установка связы вает его п реж де всего с Тацитом, от которого он у н аследовал мрачный в згл яд на историю и д рам атическую м анеру повествования.

В стилистическом плане он т а к ж е следует за Тацитом, д оби ­ в аясь красочности и поэтического колорита в изложении.

И ногда его периоды перегружены второстепенными членами и вставными конструкциями. Стиль Аммиана, весьма вычурный, об разны й и энергичный, изобличает в авторе старание избе­ ж а т ь вульгаризмов. Если вульгари зм ы все ж е встречаются, то, ка к правило, в обр азн ы х вы раж ен и ях, м етаф орах и сравн е­ ниях, заим ствованны х из животного мира, с помощью которых историк лишний раз напоминает римскому читателю о д иких в ар в ар ах, у гр ож аю щ и х границам империи.

Стоявший у истоков латинской историографии римлянин Фабий Пиктор, пред назначая свой исторический труд греко­ язычной аудитории, писал его по-гречески. Последний римский историк грек Аммиан М арцеллин пользуется латинским я з ы ­ ком и об р ащ ается к латиноязы чному читателю. Подлинный патриот Рим а, он хронологически зам ы к ает шеренгу не только римских, но вообще античных историков.

ОТРЫВ КИ ИЗ С ОЧ И Н Е НИ Й Р ИМС КИХ ИСТОРИКОВ ГАЙ С А Л ЛЮ СТИ Й К РИ С П З АГОВОР К АТ И Л И Н Ы Главы 1—4 * П еревод С. Маркиша 1. Если человек ж е л а е т отличиться м еж остальными со зд а­ н и я м и, ему долж но приложить все усилия к тому, чтобы не провести жизнь неприметно, словно скот, который по природе своей клонит голову к земле и заботится лиш ь о брюхе. Все наше существо разд ел я ется на дух и тело. Д у х обычно правит, тело служ ит и повинуется. Д ухом мы владеем н аравн о с бо­ гами, телом — наравн е со зверем. И потому мне п р ед став л я­ ется более правильным искать славы силою р азу м а, а не го­ лою силой, и, поскольку жизнь, которую мы вкуш аем, коротка, п амять о себе надо оставить как мож но более долгую. Ведь слава, приносимая богатством или красотою, быстролетна и непрочна, а доблесть — достояние высокое и вечное.

Впрочем, давно уж е идут м еж ду смертными споры, что в аж н ее в д ел ах войны — телесная ли крепость или достоинства духа. Но преж де чем начать, нужно реш иться, а когда ре­ ш и л с я — действовать без отлагательств. С тал о быть, в отдель­ ности и того и другого недостаточно и потребна в заи м н ая их п оддерж ка.

2. В начале цари — этот о браз п равлен ия был на зем ле пер­ в ы м — поступали розно: кто р а зв и в а л ум, кто — тело. Тогда ж и зн ь человеческая еще не зн а л а алчности: всякий д овольст­ в овался тем, что имел. Но впоследствии, когда в Азии Кир, а в Греции лакедем он ян е и аф иняне н ач ал и покорять города и народы, когда причиною войны стала ж а ж д а власти и вели ­ чайшую славу стали усм атривать в ничем не ограниченном владычестве, тут впервые, через беды и опасности, о б н а р у ж и ­ лось, что главное на войне — ум.

Если бы в мирное время цари и властители в ы к азы ва л и те ж е достоинства духа, что во время войны, наш а ж изнь была бы стройнее и устойчивее, не видели бы наши гл аза, к а к все разлетается в разны е стороны или см еш ивается в беспорядке.

* П ечатается по: И с т о р и к и Рима: Сборник / П од ред. С. Апта и ДР М., 1970.

В ласть нетрудно у д е р ж а т ь теми ж е средствами, какими ее п ри ­ обрели. Н о когда на место тр у д а в л ам ы в а ется безделие, на место в оздерж н ости и справедливости — произвол и в ы соком е­ рие, то одновременно с н р ав ам и м еняется и судьба. Таким о б ­ разом, в л асть неизменно переходит от менее достойного к д о ­ стойнейшему.

Все труды человеческие — на паш не ли, в морском п л а в а ­ нии, на стройке — подчинены доблести. Но многие смертные, непросвещенные и невоспитанные, преданны е лиш ь сну д а о б ­ ж орству, п роходят сквозь ж изнь, словно странники по чужой земле;

им, без сомнения, тело — в удовольствие, а д у ш а — в тягость, вопреки природе. Ж и з н ь их, по-моему, не д о р о ж е смерти, потому что и та и д р у г а я тер яю тся в молчании. Я бы с к а за л, что п о-н астоящ ем у ж и вет и н а с л а ж д а е т с я д а р а м и душ и лиш ь человек, который, посвятив себя какому-либо з а н я ­ тию, ищет славы в зам еч ател ь н ы х поступках или высоких по­ знаниях.

3. Но природа о б л а д а е т многоразличны ми возм ож н остям и и всяк ом у у к а зы в а е т особый путь. П р екр асн о служ и ть госу­ д а р с т в у делом, но и говорить искусно — д ело н ем аловаж ное.

Отличиться мож но к а к на войне, т а к и в мирные времена: по­ х в а л а м и у к р а ш ен ы многие и среди тех, кто д ей ствовал сам, и среди тех, кто описы вал чуж ие деяния. И хотя отнюдь не р а в н а я д о стается с л а в а писателю и д еятелю, мне к аж ется, что писать историю чрезвы чайно трудно: во-первых, р ас ск а з д о л ­ ж ен полностью отвечать событиям, а во-вторых, порицаешь ли ты ошибки — больш инство видит в этом и зъяв л ен и е недобро­ ж е л а т е л ь с т в а и зависти, вспоминаеш ь ли о великой доблести и сл аве лучш их — к тому, на что читатель, по его разумению, способен и сам, он остается равнодуш ен, все ж е, что выше его способностей, считает вым ыслом и лож ью.

П о н ач ал у, в ранние годы, я, к а к и большинство других, с увлечением п огрузился в государственны е д ел а, но много препятствий встретилось мне на этом поприще, ибо вместо скромности, вместо сдерж анности, вместо доблести процветали наглость, подкуп, алчность. Н епривычный к подлым приемам, я, п рав да, ч у ж д а л с я всего этого, но в окруж ен ии стольких по­ роков н еокреп ш ая моя юность п опал ась в сети честолюбия.

И хотя д ур н ы е н равы остал ьн ы х я н и к ак не одобрял, собст­ вен ная страсть к почестям д е л а л а и меня н ар ав н е с ними пред­ метом злословия и ненависти.

4. И вот, когда после многих бедствий и опасностей я в о з ­ в р а ти л с я к покою и тверд о реш ился остаток ж изн и провести в д а л и от государственн ы х дел, у меня и в м ы слях не было ни расточить драгоц ен ны й досуг в беспечной праздности, ни ц е­ л иком о тд аться зем ледел ию или охоте — рабским о б я за н н о ­ стям. Нет, вернувш ись к тому начинанию, к той страсти, от к о ­ торы х о тор в ал о меня проклятое честолюбие, я н ад ум ал писать историю римского н аро д а — по частям, которы е мне п р ед ст ав ­ л ял и сь достопамятны ми, — тем более, что д у ш а освободилась от над еж д, страха и приверж енности к одном у из в р аж д у ю щ и х на государственном поприще станов.

ВОЙНА С ЮГУРТОЙ Г л авы 1— П ер ево д С. М аркиша 1. Попусту ж а л у ю тс я лю ди на свою природу, будто они не­ мощны и коротки веком и потому п р ав и т ими не доблесть, а случай. Неверно! П оразм ы сл и — и ты убедиш ься, что нет ничего выше и п рекрасн ее человеческой природы и что не силы и не века ей мало, но воли к действию. В ож аты й и по­ велитель жизни смертных — дух. И если он путем доблести ш агает к славе, он бодр, и могуч, и ясен без меры, и ничем не обязан судьбе, которая ни честности, ни воли, ни иных добры х качеств не способна ни дать, ни лишить. А когда, попавш и во власть низких страстей, у г о ж д а я опасным влечениям, он посте­ пенно погрязает в лености и телесных утехах, когда в безд е­ лии расточены силы, время, д аро ван ие, мы виним в слабости н аш у природу: свою собственную вину к а ж д ы й св ал и в ает на обстоятельства. Но если бы лю ди заб оти л ись о благе с тем ж е усердием, с каким стремятся к в ещ ам неподобаю щ им, совер­ шенно бесполезным, а часто и вредным, не случай п р авил бы ими, а они случаем и поднялись бы т а к высоко, что, вопреки смертной своей природе, ст я ж а л и бы вечную славу.

2. Человек состоит из души и тела, и все д ел а наши, все стремления определены одни природою тел а, д ругие — души.

К раси в ая наружность, богатство, т ел есн ая сила и все прочее тому подобное быстро исчезают, но зам еч ател ь н ы е д еян и я ума бессмертны н ар авн е с душою. К оротко говоря, б лага телесные и блага судьбы имеют свое н ачало и свой конец, все, о д н а ж д ы возникнув, погибает, достигнув зрелости, стареет, а д у х н е р а з ­ рушим, вечен, он правит человеком, он д в и ж е т и об ъ ем л е т все, сам ж е не объем лется ничем.

Тем большего изумления достойно уродство тех, кто, п ре­ давш ись радостям тела, проводит ж и зн ь в роскоши и в п р а з д ­ ности, а ум — самое лучш ее и великое, что есть в природе смертных, — о ставл яет коснеть без п ризора и ухода, когда д л я д уха есть столько р азли чн ы х зан яти й, в о зв о д я щ и х к вершине славы.

3. О днако ж е среди этих зан яти й руководство го сударствен ­ ными д ел ам и или ком ан дован и е войском, словом, л ю б а я об щ е­ ственная сл у ж б а пред ставл яется мне по н аш им врем енам наи­ менее завидной, ибо достойным почетные д олж ности не д о ­ стаются, а те, кто достигнет их обманом, не зн ает не только что почета, но хотя бы уверенности в себе. Д а, править р о д и ­ ною и родными через насилие — д а ж е если бы это о к а з а л о с ь возможно, д а ж е если бы приносило пользу, — все р авн о и т я ­ гостно, и жестоко, потому в особенности, что всякий г о с у д а р ­ ственный переворот возвещ ает кровопролития, изгнания и п ро­ чие беды. И у ж е явное безумие — вы би ваться из сил без в с я ­ кой цели, не с т я ж а я ничего, кроме ненависти, — р а з в е что ты одержим бесстыдным и пагубным ж е л а н и ем п о ж ер тв о в ать с о б ­ ственною честью и свободой ради могущ ества немногих.

4. Среди прочих ж е умственных зан яти й всего более п о л ь ­ зы в писании истории. О значении истории говорили многие, и мне об этом распростран яться незачем;

в д о б ав ок я не хочу, чтобы кто-нибудь подумал, будто я нескромно во схвал яю свое любимое дело. А я не сомневаюсь, что сы щ утся люди, кото­ рые, прослыш ав о моем решении уд ал иться от г осу д арс тве н ­ ных забот, назовут мой труд, такой в аж н ы й и полезный, п у­ стою праздностью — в первую очередь, конечно, те, д л я к о г о нет выше задачи, к а к заи скивать перед толпою и угощ ени ям и домогаться ее благосклонности. Но если они припомнят, в к а ­ кие времена исполнял я государственные обязанности и к а к и е люди рвались к тому же, но безуспешно и какого ро д а л и ч ­ ности пробрались п озж е в сенат, они, бесспорно, убедятся, что прежним своим намерениям я изменил не из лености, а п а зд р авом у разм ы ш лению и что мои досуги принесут г о с у д а р ­ ству больше выгоды, чем хлопоты других.

К а к известно, и Квинт М аксим, и П уб лий Сципион, и д р у ­ гие знаменитые мужи Р и м а часто повторяли, что, когда они гл яд ят на изо бр аж ен и я предков, дух за ж и г а е т с я н еудерж и м ою тягою к доблести. Ясно, что не воск и не внешние черты з а ­ ключают в себе такую силу, но п ам ять о былых п одви гах п од ­ д ер ж и в ает в сердце великих муж ей этот огонь и не д а е т ем у угаснуть до тех пор, пока собственная их доблесть не с р а в н я ­ ется со славою предков. А при нынеш них н р а в а х !.. Н а й д е т с я ли хоть один, кто бы захотел поспорить со своими п р е д к а м и не богатством и не расходами, но честностью и тру д о л ю б и ем ?

Д а ж е новые люди, которые преж де, бывало, ста р ал и сь д о ­ гнать и обогнать знатны х в доблести, теперь у стр е м л я ю т с я к власти и почестям не добры м и путями, но воровскими и р а з ­ бойными. К а к будто преторство, консульство и прочие почет­ ные долж ности светлы и великолепны сами по себе, к а к б у д то вся их цена не в доблести тех, кто их заним ает! Впрочем, в д о ­ саде и в стыде за теперешние нравы, я заш ел слиш ком д а л е к о.

В озвращ аю сь к своему замыслу.

5. Я намерен описать войну, которую римский н ар о д вел с Югуртой, ц арем нумидийцев — оттого, во-первых, что она была тяж ел ой и жестокой, а военное счастье д о крайности пе­ рем енчивым, во-вторых же, оттого, что тогда впервые было о к а з а н о сопротивление высокомерию знати и борьба эта опро­ ки н ула все законы божеские и человеческие и дош л а до такого исступления, что лиш ь война и опустошение И тали и положили п р ед ел г р аж д а н с к и м смутам.

ТИТ Л И В И Й ИСТОР ИЯ Р ИМА ОТ ОСНОВАНИЯ Г ОР ОДА П редисловие * П еревод В. Смирина С о зд а м ли я нечто, стоящ ее труда, если опишу деяния н а ­ р о д а римского от первы х н ач ал Города, того твердо не знаю, д а и зн ал бы, не реш ился бы сказать, ибо в иж у — затея эта и с т а р а я, и не необычная, коль скоро все новые писатели верят, что д а н о им либо в излож ении событий приблизиться к истине, либ о превзойти неискусную древность в умении писать. Но, как бы то ни было, я н ай д у радость в том, что и я, в меру своих си л, п о стар а л ся увековечить подвиги первенствующего на зе м ­ ле н аро д а;

и, если в столь великой толпе писателей сл ава м о я не будет зам е т н а, утеш еньем мне будет знатность и ве­ л и ч и е тех, в чьей тени о к а ж етс я мое имя. Сверх того, самый л р е д м е т требует труд о в непомерны х — ведь надо углубиться в м инувш ее более чем на семьсот лет, ведь государство, начав с малого, т а к разрослось, что стр а д а ет у ж е от своей г р о м ад ­ ности;

к том у ж е р а с с к а з о п ервоначальн ы х и близких к ним в р ем е н а м, не сомневаю сь, достави т немного удовольствия 'больш инству читател ей — они поспеш ат к событиям той н ед ав ­ ней поры, когда силы нар од а, д авно у ж е могущественного, и с т р е б л я л и сам и себя;

я же, напротив, и в том буду искать н а ­ г р а д ы за свой труд, что, хоть на врем я — пока всеми мыслями у стр е м л я ю сь туда, к старине, — отвлекусь от з рел и щ а бедст­ вий, свидетелем которы х столько л ет было наш е поколение, и освобож усь от забот, способных если не отклонить пишущего о т истины, то смутить его душ евны й покой. Р а с с к а зы о собы ­ т и я х, п р ед ш ествов ав ш и х основанию Г орода и еще более р а н ­ них, приличны скорее творен ьям поэтов, чем строгой истории, и того, что в них говорится, я не намерен ни утвер ж д ать, ни опро вергать. Д р ев н о с ти простительно, м еш ая человеческое с бож ественны м, в о звел ич и вать н а ч а л а городов;

а если к а к о ­ му-нибудь н ар о д у позволительно о св ящ ать свое происхождение * П ечатается по: Л и в и й, Тит. И стория Рим а от основания Города:

В 2 т. Т. 1. М., 1989.

и возводить его к богам, то военная с л ав а нар од а римского т а ­ кова, что, назови он самого М ар с а своим предком и отцом своего родоначальника, племена лю дские и это снесут с тем ж е покорством, с каким сносят в ласть Р им а. Но подобного р о д а рассказам, к а к бы на них ни смотрели и что бы ни д у м а л и о них люди, я не п ридаю большой важности. М не бы хотелось, чтобы к а ж д ы й читатель в меру своих сил за д у м а л с я н ад тем, како ва была ж изнь, каковы нравы, каким л ю дям и к а к о м у о б р азу действий — дом а ли, на войне ли — о б язан а д е р ж а в а своим зарож ден ьем и ростом;

пусть он д ал е е последует м ы слью за тем, как в н р ав ах появился сперва р а зл а д, к а к потом они заш а т а л и с ь и, наконец, стали п ад ать неудержимо, пока не д о ­ шло до нынешних времен, когда мы ни пороков наших, ни л е ­ карств а от них переносить не в силах. В том и состоит г л а в н а я польза и лучший плод знако м ства с событиями минувшего, что видишь всякого род а поучительные примеры в обрам л ен ье в е ­ личественного целого;

здесь и д ля себя, и д л я государства т ы найдешь, чему п о д р а ж ат ь, здесь ж е — чего избегать: б есс ла в ­ ные нач ал а, бесславны е концы.

Впрочем, либо пристрастность к взято м у на себя д ел у в в о ­ дит меня в заб л уж д ен ье, либо и впрямь не было никогда госу­ д а р с т в а более великого, более благочестивого, более богатого добры м и примерами, куда алчность и роскошь проникли бы т а к поздно, где т а к долго и т а к высоко чтили бы бедность и береж ливость. Д а, чем меньше было имущество, тем меньшею б ыла ж адность;

лиш ь недавно богатство привело за собою ко­ рыстолюбие, а избы ток удовольствий — готовность погубить все рад и роскоши и телесных утех.

Н е следует, однако, начинать такой труд сетованиями, кото­ ры е не будут приятны ми и тогда, когда о к а ж у тся н е и зб е ж ­ ными;

с д обры х знамений и обетов предпочли б мы н а ч а т ь, а будь то у нас, к а к у поэтов, в обычае — и с молитв богам и богиням, чтобы они д а р о в а л и начатом у успешное зав ерш ен ие.

КОРН ЕЛИ Й ТАЦ ИТ ЖИ ЗН ЕО ПИ САН ИЕ ЮЛИЯ АГРИКОЛЫ Г лавы 1— 3 * П еревод А. Б обови ч а 1. С ообщ ать потомству о д еян и ях и н р а в а х знамениты х м у­ жей повелось исстари, и д а ж е в наши дни столь р ав н о д у ш н о е к своим соврем енникам поколение не пренебрегало этим обы ­ * П ечатается по: Т а ц и т, К о р н е л и й. Сочинения: В 2 т. Л.. 1969.

ч а е м, лишь только чья-нибудь высокая и б л а г о р о д н ая д о б р о д е ­ т е л ь осиливала и п р евозм огал а общ ие к а к д л я малы х, т а к и больших сообществ пороки — неведение сп раведли вости и в з а ­ и м н ую неприязнь. Н о поскольку наш им п р ед кам ничто не п р е­ п ятст в о в ал о соверш ать достоп ам ятны е д ел а и у них были боль­ ш и е, чем у нас, возмож ности к этому, всякий, наделенны й вы ­ д а ю щ и м с я д арован ием, п о б у ж д а л с я к увековечению в п ам яти образц ов добродетели не личным пристрастием или ст р е м л е­ нием к выгоде, а только тою наградой, ко торая д ар у етс я чи­ с т о ю совестью. И многие сочли, что собственноличный р ас ск а з о прожитой ими ж и зн и скорее свидетельствует об их уверен ­ ности в своей нравственной правоте, чем об их самомнении;


так, наприм ер, поступили Р утили й и С кавр, и это не н а в л е к л о на л и х ни недоверия, ни порицания: и выходит, что доброд етел и п ревыше всего почитаются именно в те врем ена, когда они л е г ­ че всего возникают. А ныне, вознам ерясь поведать о ж и зн и по­ койного м уж а, я вы нуж ден просить снисхождения, которого не л е к а л бы, собираясь выступить против него с обвинениями: вот д о чего свирепо и в р аж д еб н о добр од етел ям н аш е время.

2. Мы прочитали о том, что в осх в ал яв ш и е Т р азе ю П е та — А рулен Рустик, Гельвидия П р и ск а — Геренний Сенецион были осуж дены за это на смерть и что казни п одверглись не т олько сам и писатели, но и их книги, ибо тр и у м в и р а м вменили в о б я ­ з ан н о ст ь сжечь в той части форума, где п ривод ятся в исполне­ н и е приговоры, творения этих столь светлы х умов. О тд ав ш и е это распоряжение, разум еется, п олагали, что подобный костер зас тав и т умолкнуть римский народ, пресечет вольнолю бивы е речи в сенате, зад у ш и т самую совесть род а лю дского;

сверх того, были изгнаны учителя философии и н а л о ж е н за п р ет на все прочие возвы ш енны е науки, д а б ы впредь нигде более не в стречалось ничего честного. М ы ж е яви л и поистине великий пример терпения;

и если былые поколения видели, что п ред ­ ста вл я ет собою ничем не ограниченная свобода, то мы — такое ж е порабощение, ибо нескончаемые п реследован и я отняли у нас возможность общ аться, в ы сказы в ать свои мысли и слуш ать д р у ­ гих. И вместе с голосом мы бы у трати ли т а к ж е самую память, если бы заб ы ва ть было столько ж е в наш ей власти, к а к без­ молвствовать.

3. Только теперь, наконец, мы приходим в себя;

и хотя Ц е ­ за р ь Н ерва в самом н ач ал е нынешней благословенной поры совокупил вместе вещи, дотоле несовместимые, — принципат и свободу, а Т рая н Н е р в а что ни день п р и у м н о ж ает счастье н а ­ ш его времени, и установление общественного п р ав о п о р я д к а — у ж е не только предмет всеобщих н а д е ж д и ж е л а н и й, а то, в осуществлении чего мы твердо уверены, од нако в силу при­ роды человеческого несоверш енства ц елебн ы е средства дейст­ в ую т на нас медленнее недугов и, к а к наш и т ел а растут посте­ пенно и мало-пом алу, а разр у ш аю тся сразу, точно так ж е легче угасить д аро ван ия и душевный пламень, чем их р а зж е ч ь заново:

ведь нас покоряет сладость безделья, и п р еж д е ненавистную праздность мы в конце концов начинаем любить. Д а и о чем толковать, если в течение целых п ятн ад цати лет, срока очень значительного д л я бренного века людского, многих срази л и р о ­ ковые удары судьбы, а всякого, н аиболее деятельного и р ев ­ ностного— свирепость принцепса? Л и ш ь в малом числе п ере­ жили мы их и, я бы ск азал, д а ж е самих себя, и зъ яты е из ж и з ­ ни на протяжении стольких и притом лучш их лет, в течение которых, молодые и цветущие, мы приблизились в полном м о л ­ чании к старости, а старики — почти к крайним п ред ел ам п ре­ клонного возраста. И все ж е я не п ож ал ею тр у д а д л я н а п и с а ­ ния сочинения, в котором — пусть неискусным и н ео б р аб о тан ­ ным языком — р а с ск а ж у о былом нашем рабстве и о н ы н еш ­ нем благоденствии. А тем временем эта книга, з а д у м а н н а я к а к воздаяние долж ного памяти моего тестя Агриколы, будет п р и ­ нята с одобрением или, во всяком случае, снисходительно;

ведь она — дань сыновней любви.

ИСТОРИЯ Книга 1, главы 1— П ер ево д Г. К набе 1. Н ачалом моего повествования станет год, когда консу­ лами были Сервий Г ал ьба во второй р аз и Тит Виний. С обы тия предыдущих восьмисот д ва д ц ати лет, прош едш их с основания нашего города, описывали многие, и, пока они вели речь о д е я ­ ниях римского народа, р ассказы их были красноречивы и ис­ кренни. Но после битвы при Акции, когда в интересах спокой­ ствия и безопасности всю власть приш лось сосредоточить в р у ­ ках одного человека, эти великие т ал а н т ы перевелись. П р а в д у стали всячески и скаж ать — сперва по неведению госу д ар с тве н ­ ных дел, которые люди начали считать себе посторонними, п о­ том — из ж елан и я польстить власти телям или, напротив, из н е­ нависти к ним. Д о мнения потомства не стал о д ел а ни х у л и т е­ лям, ни льстецам. Н о если лесть, которой историк пользуется, чтобы преуспеть, противна каж дом у, то к наветам и клевете все охотно прислушиваются;

это и понятно: лесть несет на себе отвратительный отпечаток рабства, тогда к а к коварство в ы с ту ­ пает под личиной любви к правде. Если говорить обо мне, то от Гальбы, Отона и Вителлия я не видел ни хорошего, ни п л о ­ хого. Не буду отрицать, что начало моим успехам на с л у ж б е положил Веспасиан, Тит умножил их, а Д о м и ц и ан возвы си л меня еще больше;

но тем, кто решил неколебимо д е р ж а т ь с я ис­ тины, следует вести свое повествование, не п о д д ав ая сь лю бви и не зн ая ненависти. С тарость ж е свою, если только хвати т жизни, я д у м а ю посвятить тру д у более б лаго д а р н о м у и не столь оп ас­ ному: рас ск а зать о принципате Н ервы и о в л ады честве Т раяна, о годах редкого счастья, когда к а ж д ы й м о ж ет д ум ать, что хо­ чет, и говорить, что думает.

2. Я приступаю к р а с ск а зу о временах, исполненных несча­ стий, изобилую щ их ж естоким и битвами, см утами и распрями, о временах, диких и неистовых д а ж е в мирную пору. Четы ре принцепса, погибших насильственной смертью, три гр а ж д а н с к и е войны, ряд внешних и много таких, что были одновременно и г раж дан ски м и, и внешними, удачи на Востоке и беды на З а п а ­ д е — И л л и ри я об ъ ята волнениями, колеблется Г ал л и я, Б р и тан и я покорена и тут ж е у трачен а, племена са р м ато в и свебов о б ъ ед и ­ няю тся против нас, растет сл ав а д аков, уд аром отвечаю щ их Р и м у на к а ж д ы й удар, и д а ж е парф яне, следуя за шутом, н а ­ девш им личину Н ерона, готовы взяться за оруж ие. Н а И тали ю обруш иваю тся беды, каки х она не з н а л а никогда или не видела уж е с н езап ам ятн ы х времен: цветущ ие п об е р еж ь я К ам п ан и и где затоплены морем, где погребены под л ав ой и пеплом;

Рим опустошаю т п о ж ар ы, в которых гибнут д ревни е храм ы, выгорел Капитолий, п одож ж ен н ы й р укам и г р а ж д а н. П ору ган ы древние обряды, осквернены брачные узы;

море покрыто корабл ям и, увозящ ими в изгнание осужденных, утесы зап ятн а н ы кровью убитых. Еще х у д ш ая ж естокость бушует в самом Р и м е — все в меняется в преступление: знатность, богатство, почетные д о л ж ­ ности, которые человек зан и м ал или от которы х он отка зал ся, и неминуемая гибель в о зн а г р а ж д а е т д обродетель. Д е н еж н ы е премии, вы п л ач иваем ы е доносчикам, вы зы в аю т не меньше не­ годования, чем их преступления. Н екоторы е из них в н аград у за свои подвиги получаю т ж реческие и консульские долж ности, другие уп равл яю т провинциями и м ператора и верш ат д е л а в его дворце. В нуш ая у ж а с и ненависть, они п р ав ят всем по сво­ ему произволу. Р аб ов подкупами во сстан авл и в аю т против хо­ зяев, вольноотпущенников — против патронов. Если у кого нет врагов, его губят д рузья.

3. Время это, однако, не вовсе было лиш ено людей д об р о ­ детельны х и оставило нам т а к ж е хорош ие примеры. Бы ли м а ­ тери, которые соп ро вож д ал и детей, вы н уж ден н ы х б еж ать и з Р им а;


жены, следовавш ие в изгнание за своими м уж ьям и;

д р у зья и близкие, не отступившиеся от опальны х;

зятья, со х р а ­ нившие верность попавш ем у в беду тестю;

рабы, чью п р ед ан ­ ность не могли сломить и пытки;

мужи, достойно сносившие несчастья, стойко встречавш ие смерть и уходивш ие из ж изни ка к прославленны е герои древности. Не только на людей о б р у­ шились бесчисленные бедствия: небо и зем л я были полны чу­ десных явлений: в ещ ая судьбу, сверкали молнии, и зн а м е н и я -— радостны е и печальные, смутные и ясные — п ред рекали б уду­ щее. Словом, никогда еще боги не д а в а л и римскому народу более очевидных и более уж асн ы х д о к а за т е л ь с т в того, что их дело — не заботиться о людях, а к а р ать их.

4. Однако п реж де чем приступить к зад у м а н н о м у р ас ск а зу, нужно, я полагаю, оглянуться н а з а д и п редставить себе, к а к о в о было положение в Риме, настроение войск, состояние п рови н ­ ций и что было в мире здорово, а что гнило. Это необходимо, если мы хотим узнать не только внешнее течение событий, к о ­ торое по большей части зависит от случая, но т а к ж е их смысл и причины.

Август Октавиан. Перечень деяний божественного А в гу ста/ / Неми ровский А. И., Д аш кова М. Ф. «Римская история» В еллея П атеркула /П е р. с лат. Воронеж, 1985. С. 193— 206.

А в р е л и й В и к т о р. О цезарях / Пер. В, С, С о к о л о в а / / Вестник древней истории. 1963. N® 4;

1964, № 1—2.

А в т о р ы жизнеописаний Августов / Пер. с лат, С. П. К ондратьева / / Вест­ ник древней истории. 1957— 1959;

1960, № 1— 2, Аммиан Марцеллин. И стория /П е р. с лат. Ю, А. К улаковского и А. И. Сонни. Вып. 1—3. Киев, 1906— 1908.

А м м и а н М а р ц е л л и н. Д еяния. И з книг 17, 19, 25 / Пер. Я. Л ю барско­ г о //И с т о р и к и Рим а (С борник). М., 1970.

Веллей Патеркул. Рим ская и сто р и я/ / Н емировский А, И., Д аш к о ­ ва М. Ф. «Римская история» Веллея П атеркула / П ер4 с лат, Воронеж, 1985.

К у р ц и й Р у ф. И стория А лександра М акедонского. М., 1963.

Л и в и й, Т и т. И стория Р и м а от основания Города: В 3 т. Т. 1. М., 1989;

Т. 2. М., 1991. Т. 3: в печати / Пер. с^лат.

Н е п о т, К о р н е л и й. Биограф ии знаменитых полководцев / Пер. с лат.

И. Тимошенко. Киев, 1883.

Н е п о т, К о р н е л и й. О знаменитых иноземных полководцах. И з книги о римских историках / Пер. с лат. Н. Н. Трухиной. М., 1992.

С а л л ю с т и й К р и с п, Гай. Заговор Катилины. Война с Ю гуртой / Пер.

с лат. С. М ар к и ш а / / И стория Рима (С борник). М., 1970.

С а л л ю с т и й К р и с п, Гай. Сочинения / Пер. с лат. В. Горенштейна. М., 1981.

С в е т о н и й Т р а н к в и л л, Гай. Ж изнь двенадцати цезарей / И зд. подг.

М. Л. Гаспаров, Е. М. Ш таерман. М., 1966.

Т а ц и т, Корнелий. Сочинения: В 2 т./П е р. с лат.;

И зд. подг. А. Бобович, Г, Кнабе и др. Л., 1969.

Ф л о р, Анней. Эпитомы Л ивия // Немировский А. И., Д аш кова М. Ф. Л у ­ ций Анней Флор — историк Д ревнего Рима / П ер. с лат. В оронеж, 1977.

Ц е з а р ь, Гай Юлий. Записки Ю лия Ц езар я и его продолж ателей /П е р.

М. П окровского. М., 1962.

Ю с т и н. Эпитома сочинения Помпея Трога « H isto riae P hilippicae» /П е р. с лат. А. А. Д еконского и М. И. Р иж ского / / Вестник древней истории, 1954. № 2 - 4 ;

1955. № 1.

УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН ИСТОРИКОВ Август О ктавиан 36, 41, 43, 64, 65, И сократ 12— 14, 30, 36, 70, 67, 68, 70, 71, 75—77, 80, 81, 83, 86, 87, 92, 101, 102, 105, 111, 113— Капитолин Юлий 115, 118, 120 Кассий Гемина, Луций Августин 31, 113 Катон, М арк Порций (Ц ензор) 21 — Аврелий Виктор, Секст 116, 120 27, 37, 39, 52, 53, 62, 63, 66, 71, Агриппина М ладш ая 93, 102, 106 Азиний Поллион, Гай 46, 65, 66, 79, Катул, Квинт Л утаций 80 К лавдий (император) 89, 92, 9 3,101.

Альбин, Авл Постумий 21, Аммиан М арцеллин 7—9, 116, 120, Клавдий Квадригарий, Квинт 33, 34, 121— Клитарх 34, Ампелий, Луций Аполлодор Афинский 37 Клувий Руф 92, Аппиан 66 Корд Кремуций 83, Аттик, Тит Помпоний 36—38, 41 Корд Юний Ацилий, Гай 21, 33 Корнелий Эпикад 32, Ксенофонт 31, 36, Басс Авфидий 84, 85, 91, 99 Курций Руф, Квинт 89— Берос Лабиен, Тит 83— Валерий Анциат 32—34, 71, 72 Л ампридий Элнй Валерий Максим 37, 88, 89, 111, Ливий, Тит 4, 6, 8, 9, 28, 32, 37, 67— 112, 123 79, 80—82, 84, 89, 92, 96, 98, 99, Варрон Реатинский, М арк Теренций 106, 108, 114, 116, 35—37, 66, 75, 110 Лициниан Граний Лициний М акр, Гай 33, 34, 71, Веллей П атеркул, Гай 37, 86— Випстан М ессала 102 Лукцей, Луций 5, Вольтацилий Пилут, Луций Вописк Флавий 118 Манефон Марий Максим Галликан Вулкаций 118 М арк Аврелий 31, Геллий, Гней Геродот 11, 81, 98 Непот, Корнелий 3, 36—38, 89, Гиртий, Авл Обсеквент Юлий Дион Кассий Пизон Фруги, Луций Кальпурний Дионисий Галикарнасский Домиций Корбулон, Гней 91, 92, 102 25— Д урид Самосский 12 П латон 12, Плиний Старший 37, 91, 92, 99, 102, Евтропий 116, 119, 120, 122 111, П лутарх 7, 37, 66 Тимей Тавроменский 14, 15, 17, Полибий 5, 7, И, 13— 15, 18, 21, 25, Титиний Капитон 26, 28, 30, 45, 53, 71, 73, 77, 82, Т разея П ет 92, 101, 105, 105 Требеллий Поллион Помпей Трог 80—82, 85, 86, 89 Туберон Элий, Луций Посидоний Фабий Пиктор, Квинт 16, 18—21, 24, 71, 73, Рутилий Руф, Публий 32, Фабий Рустик 92, Фанний, Гай 25, 26, Саллюстий Крисп, Гай 3, 4, 8, 26, Фенестелла 84, 49—63, 66, 69, 70, 77—79, 82, 96, Феопомп 12, 13, 62, 98, 99, 101, 107, Фест Руф 119, Сантра Филин Светоний Транквилл, Гай 47, 89, Ф лавиан Никомах, Вирий 120, 121, 109— 113, 116— Семпроний Азеллион, Луций 28— Флор, Анней 113— Сенека Младший, Луций Анней (фи­ Ф укидид 8, 10— 13, 45, 59, 60, 63, лософ) 92, 99, 101, 104, 106, 107, 66, Сенека Старший (ритор) 8, 68, 73, Ц езарь, Гай Юлий 8, 35, 38—51, 84, 53—56, 63, 65—67, 69, 76, 80, 84, Сизенна, Луций Корнелий 34, 35, 94, 96, 98, 99„ 111, 114, 115, 119, 59, 71, Скавр, М арк Эмилий Целий Антипатр, Луций 27—31, 71, С партиан Элий 117, Сулла, Луций Корнелий 32, 34— 36, Цинций Алимент, Луций 16, 18, 20, 39, 52, 57, 59, 71, 24, Тацит, Публий Корнелий 8, 9, 26, Эфор 12— 73, 91 — 109, 112, 113, 121, 122, 127 Юстин Тиберий (император) 84—87, 89, Тимаген Александрийский УКАЗАТЕЛЬ ИСТОРИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИИ «Авторы жизнеописаний Августов» «Апология С ократа» 117, 122 «А фриканская война» «Агесилай» 36 «Бревиарий деяний римского народа»

«Агрикола» («Книга о жизни Юлия Агриколы»;

«Ж изнеописание «Бревиарий от основания Города»

Ю лия Агриколы») 94, 96—99 119, «А лександрийская война» «Всеобщая история» 13, 25, «Анабасис» 31, «Галльская война» (книга 8-я — «Анналы» (Ацилий) Гиртий) «Анналы» (Валерий Анциат) «Германские войны» (Басс) «Анналы» (К лавдий Квадригарий) «Германские войны» (Плиний С тар­ ший) «Анналы» (Корд) 83, «Германия» 97— «Анналы» (Лициний) 33, «Две книги всех войн за 700 лет»

«Анналы» (Пизон Фруги) 26, («Извлечение из Тита Ливия») «Анналы» (Тацит) 8, 100, 101, 104— 113, 107, «Деяния» (Аммиан Марцеллин) 9, «Анналы» (Туберон) 121 — 124, 126, «Анналы» (Фанний) «Деяния божественного Августа» 64, «Анналы» (Ф енестелла) 65, «Анналы» (Ф лавиан) 120, «Д еяния римлян» 16 «О знаменитых лю дях» (Н епот) 37, «Древности человеческие и бож ест­ венные» 66 «О знаменитых людях» (С антра) «О знаменитых людях» (Светоний) «Е вагор» «Ж изнь двенадцати цезарей» (« Ж и з­ «О знаменитых лю дях города Рима»

неописание цезарей») 110— 112, «О происхождении, положении, нра­ «Ж изнь П омпония Секунда» вах и народах Германии» см.

«Заговор К атилины» («О заговоре «Германия»

Катилины»;

«К атилинова вой­ «О римском народе» на») 3, 51, 52, 54, 55, 58—70 «О смерти лиц, казненных или со­ «Замечательны е дела и слова в 9-ти сланных Нероном» книгах» 88, 111 «От основания Города» 8, 68, 89, «Записки о галльской войне» «П ам ятная книга» («Г алльская война») 42, 43, «Перечень деяний» см. «Д еяния бо­ 45—48, 94, 96, 98 жественного А вгуста»

«Записки о граж данской войне» «П ортреты» 35— («Г раж д ан ск ая война») 42, 43, «Примеры» 46—48 «П роисхож дение римского народа»

«И звлечения из Тита Л ивия» см. «Две книги всех войн за 700 «Римская история» 86— лет» «С окращ енная история» см. «Книга «И звлечения из Ц езарей» 120 о Ц езарях»

«И спанская война» 43 «Филиппова история» 80—82, 86, «И стория» (Азиний П оллион) 65, 66 «Хроника» «И стория» (Б асс) 85 «Ц ари» «И стория» (Геродот) 81 «Ю гуртинская война» («Война с «И стория» (Д ури д) 12 Ю гуртой») 52, 56— 59, «И стория» (Клувий Р уф ) 92 «АЬ excessu divi A ugusti» («Аппа «И стория» (Л ивий) см. «От основа­ les») см. «Анналы» (Тацит) ния города» «АЬ initio bellorum civilium » см.

«И стория» (П олибий) см. «Всеобщ ая «История» (Сенека Старший) «АЬ urbe condita» см. «И стория» (Л и ­ история»

вий) «И стория» (Саллю стий) 52, 59, «И стория» («От начала граж данских «А fine A ufidii Bassi» «A ntiquitates rerum h u m an aru m et di войн») — Сенека С тарш ий) v inarum » см. «Древности чело­ «И стория» (Сизенна) 34, веческие и божественные»

«И стория» (Тацит) 94, 99— 101, 106, «Bellum A fricum» см. «А фриканская 107, война»

«И стория» (Тимей) 14, 17, «Bellum A lexandrinum » см. «Алек­ «И стория» (Ф укидид) сандрийская война»

«И стория А лександра Великого М а­ «Bella G erm aniae» см. «Германские кедонского» войны»

«И стория К арф агена» «B ellum H ispaniense» см. «И спанская «И стория Рима» война»

«И стория тирренов» «Bellum Iu gu rth in u m » см. «Ю гуртин­ «И стория Филиппа» ская война»

«Книга о ж изни Ю лия Агриколы»

«B ellorum om nium annorum DCC lib см. «Агрикола»

ri II» («Epitom a de Tito Li «Книга о Ц езарях» («С окращ енная vio») — см. «Две книги всех история») войн за 700 лет»

«Книга чудесных явлений» «B reviarium ab urbe condita» см.

«Л етописная книга» «Брсвиарий от основания Го­ «М емуары» рода»

«Н ачала» 23, 24, «B reviarium rerum g estaru m populi «О выдаю щ ихся полководцах ино­ Rom ani» см. «Бревиарий д е я ­ земных народов» ний римского народа»

«О грам м атиках и риторах» «Chronica» см. «Хроника»

«О ж изни римского народа» «Com m entarii belli civilis» см. « З а ­ «H istoriae» (A sinius Pollio) см.

писки о граж данской войне» «История» (Азиний Поллион) «Com m entarii belli G allici» («De bello «H istoriae» (S isenna) см. «История»

Gallico») см. «Записки о галль­ (Сизенна) ской войне» «H istoriae abbreviatae» («Liber de «De C atilinae coniuratione» («Bellum C aesaribus») см, «Сокращ енная история»

C atilinae») см. «Заговор К ати­ лины» «H istoriae A lexandri M agni Macedo «De excellentibus ducibus exterarum nis» см. «История Александра gentium » см. «О выдающихся Великого М акедонского»

полководцах иноземных наро­ «H istoriae Philippicae» см. «Филиппо­ ва история»

дов»

«De gente populi Romani» см. «О рим­ «H istoria R om ana» см. «Римская история»

ском народе»

«Im agines» см. «Портреты»

«De L atinis historicis» «De origine, situ, m oribus ac populis Index rerum gestarum » («Res gestae G erm aniae» см. «О происхож ­ divi A ugusti») см. «Перечень деяний»

дении, положении, нравах и народах Германии» «Liber A nnalis» см. «Летописная книга»

«De regibus» «De viris illustribus» (Nepos) cm. «Liber de C aesaribus» («H istoriae abbreviatae») см. «Книга о Ц е­ «О знаменитых людях» (Непот) зарях»

«De viris illustribus» (S uetonius) c m.

«Liber m em orialis» см. «П амятная «О знаменитых людях» (Свето­ книга»

ний) «Liber prodigiorum » см. «Книга чу­ «De viris illustribus urbis Romae» c m.

десных явлений»

«О знаменитых лю дях города «O rigines» см. «Н ачала»

Рима»

«O rigo g en tis Romae» см. «Проис­ «De vita C aesarum » см. «Ж изнь две­ хож дение римского народа»

надцати цезарей»

«Philippica» см. «История Филиппа»

«De v ita Iulii A gricolae liber» cm.

«Rhom aion praxeis» см. «Д еяния рим­ «Книга о жизни Ю лия А грико­ лян»

лы»

«Rerum g estaru m libri XXXI» см.

«De vita populi Romani» см. «О ж и з­ «Деяния» (Аммиан Марцеллин) ни римского народа»

«Res gestae» («H istoriae») «Epitom a de Tito Livio» см. «И звле­ «Res gestae divi A ugusti» («Index re­ чения из Тита Л ивия»

rum gestarum ») см. «Деяния бо­ «Epitom ae» жественного Августа»

«Epitom e de C aesaribus» см. «И звле­ «S criptores H istoriae A ugustae» c m.

чение из Ц езарей»

«Авторы жизнеописаний Авгу­ «Exem pla» см. «Примеры»

стов»

«Factorum et dictorum m em orabilium «Vita Pom ponii Secundi» см. «Жизнь libri IX» см. «Замечательные Помпония Секунда»

дела и слова в 9-ти книгах»

ОГЛАВЛЕНИЕ В вед е н и е..................................................................................................

Г лава первая. Основные направления греческой историографии.. Глава вторая. Рож дение римской историографии на греческом язы ке Г лава третья. М арк Порций Катон и римская историография на л а ­ тинском языке............................................................. Глава четвертая. Н а пути к художественной историографии............ Главая пятая. Поиск новых форм.............. Глава шестая. Историография и политика в жизни Г. Ю лия Ц езаря Глава седьмая. Д рам атизм исторической прозы С аллю стия......... Глава восьмая. Н аследие прошлого и новые тенденции в историогра­ фии эпохи Августа..................................................................................................... Глава девятая. Эпическая историография Тита Л ивия........................................... Глава десятая. Универсальная история П омпея Трога. Глава одиннадцатая. И сториография оппозиции в эпоху Ю лиев—К л ав­ диев..................................................................................................................... Глава двенадцатая. К онсервативная историография: Веллей П атеркул, Валерий Максим, Курций Р у ф............................................................. Глава тринадцатая. Формы исторической прозы в I веке н. э...... Глава четырнадцатая. Корнелий Тацит............................................................................. Глава пятнадцатая. От анналистики к биографии и эпитоме: С вето­ ний и Ф л о р.....................................................................................................1 Глава ш естнадцатая. И сториография в эпоху поздней империи........ Глава семнадцатая. Аммиан М арцеллин — последний римский историк Отрывки из сочинений римских историков.......... Гай Саллюстий Крисп. Заговор Катилины. Главы 1—4..........

Война с Ю гуртой, Главы 1— 5........ Тит Ливий. История Рима от основания Города. П редисловие........ Корнелий Тацит. Ж изнеописание Ю лия Агриколы. Главы 1—3....... История. Книга 1, главы 1— 4........................................ Л и т е р а т у р а...................................................................................................... У казатель имен и с т о р и к о в..................................................................................1 3 У казатель исторических п р о и з в е д е н и й............................................. 1 4 Научное издание Дуров Валерий Семенович ХУДО Ж Е СТ В Е НН АЯ ИСТО РИО ГРА ФИ Я Д Р Е В Н Е Г О РИМА Редактор В. С. Кизило Художественный редактор О. В. Угнич Технический редактор Е. И. Егорова, А. В. Борщева Корректоры М. В. Унковская, Н. Б. Ермолаева И Б № Сдано в набор 07.09.92. П одписано в печать 14.04.93. Формат 60 X 90Vi6. Бумага тип. J f« 2.

S Гарнитура литературная. Печать высокая. Усл. печ. л. 9. Уел. кр.-отт. 9,25.

Уч.-изд. л. 9,62. Тираж 4310 экз. З ак аз № 210.

И здательство СПбГУ. 199034, С.-П етербург, Университетская наб., 7/9.

Типография И зд-ва СПбГУ. 199034, С.-П етербург, Университетская н аб., 7/9.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.