авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«Федеральное агентство по образованию Сибирская государственная автомобильно-дорожная академия (СибАДИ) В.П. Плосконосова, В.И. Мироненко, С.П. Тучина ...»

-- [ Страница 3 ] --

Нормативно-ценностное представление о стратификационной справедливости основывается на базовых макросоциальных ценно стях и способах сочетания противоречивого множества принципов макросоциальной организации. Например, в данное множество могут включаться принципы распределения на основе уравнительности и заслуг, затрат усилий и их продуктивности, компетентности и обще ственной полезности, достижений и социального ранга, спроса и предложения и др. Реконструкция системы взаимоотношений между правящей элитой и макрогруппами в связи с изменяющимися внут ренними и внешними условиями социальной жизни на основе прин ципа справедливости предполагает создание адекватных норм и форм такой модели асимметричного распределения статусных позиций, ко торая способствует получению синергетического макроэффекта на основе ориентации развития потока социальных событий во благо общества. Реализация конкретных исторических требований справед ливого социального устройства предполагает поддержание сбаланси рованности интересов правящей элиты и общества, рациональное со четание элементов равенства и неравенства, сотрудничества и состя зательности, социальной регламентации и свободы.

Различные модели организации власти и социальной стратифика ции могут по-разному воздействовать на динамику социальных про цессов, реализацию целей общества и его отдельных групп. В данных конкретно-исторических условиях определенная (идеальная) модель сочетания равенства и неравенства выступает как социально справед ливая, а все другие – в той или иной степени несправедливыми. При знание социального равенства как многомерного основания устройст ва общества не означает абсолютного равенства, а предполагает, с од ной стороны, наличие универсалистских связей во всех сферах соци альной жизни в рамках данных конкретно-исторических условий, благодаря которым интегрируются реальные интересы общества, с другой стороны, возникновение особой модели социального порядка, которая включает в себя разнообразные стратификационно партикуляристские отношения и соответствующее сочетание элемен тов равенства и неравенства, обеспечивающих в той или иной мере социально-приемлемое распределение благ и социальных привиле гий, прав и обязанностей с учетом разных способов реализации прин ципа справедливости. Сложность, многовариантность и неопределен ность динамики социальных процессов приводит к формированию властных систем, которые позволяют сочетать разные дистрибутив ные принципы и поддерживать дифференциацию разных сфер соци ального пространства в приемлемых границах. Наиболее известными способами реализации дистрибутивной справедливости являются распределение по потребностям, по заслугам, по рангу, по способно стям, по закону, а также распределение на основе уравнительности.

Применение принципов общего блага и справедливости, равенст ва и свободы в каждой институциональной сфере позволяет обнару жить нелегитимные нормативно-властные предписания и институты, идущие в разрез с интересами нации и противоречащие правам лич ности. Общество стремится утвердить своё понимание справедливого права в законах с помощью создания инструментов влияния на власть. Это позволяет включить во властные нормативные структуры нравственно-этические представления о социальном устройстве. Для получения поддержки своих действий со стороны макросоциальных групп у власти возникает потребность использовать такие методы и институты правления, которые способствуют формированию у людей убеждения в том, что они позволяют достаточно справедливо и эф фективно удовлетворять запросы общества.

Как показал К. Ясперс, в результате революции «осевого време ни» у людей формируется четкое разделение внемирского порядка от мирского, что приводит к появлению поля интеллектуальной и нрав ственной напряженности, оказывая существенное влияние на прин ципы социальной регуляции [329]. Фундаментальной особенностью цивилизаций становится специфика соперничающих представлений об отношении между трансцендентным и мирским порядками. В ходе идейной полемики, которая велась в различных цивилизациях, обра щалось внимание на опасности полного преодоления разрыва между данными порядками, и вместе с тем разработка любого варианта ин ституализации связи между нравственными и мирскими основаниями общественного устройства порождала разнообразные интерпретации, которые различным образом опирались на разные интересы социаль ных групп. В идейных течениях обычно указывалось на опасность эгоистических и анархических устремлений, но часто в них содержа лись утопические и мифологические социальные воззрения. Различия между идейными течениями выражаются в разных концептуальных пониманиях ответственности правителей перед обществом и его от дельными группами, а также в характере институциональных меха низмов, которые поддерживают эту ответственность.

Всякая цивилизация так или иначе реализует принцип универ сальности, связанный с гуманистическими установками культурного и организационного порядков. В то же время, в ней складываются различия в формах распределения труда, в социальной иерархии и статусах, формируются различные модели социального порядка и ак тивности социальных групп, определяющие особенности макросоци альной динамики. Возникновение в духовно-ценностном пространст ве новых социальных, политических и экономических измерений че ловеческого бытия, в которых снимаются противоречия между равен ством и иерархией, свободой и порядком, позволяет социальным группам использовать их в своей протестной деятельности и доби ваться изменения устройства общества.

На основе построения той или иной властной системы возникают не только отношения обмена, координации и независимости, но и от ношения соподчиненности, принуждения и отчуждения. Властные отношения реализуются благодаря устойчивым институтам, форми рованию устойчивых способов действий и правил игры, коллектив ных привычек. Они трансформируются в процесс социального разви тия, оказывая на него прямое или обратное влияние. Развиваясь в хо де многовековой истории, разделение труда и социальная дифферен циация привели к профессиональному, имущественному и макро групповому расслоению общества, к противоречиям между умствен ным и физическим трудом. В свою очередь это способствовало уг лублению и закреплению экономического, политического и социаль ного неравенства, формированию различных и противоположных ин тересов разных профессиональных и социальных групп, слоев и клас сов общества.

Человеческая история представляет собой сложный и противоре чивый процесс перехода от несвободы ко все большей свободе и од новременно к смене одних форм отчуждения общества от власти к другим, часто более скрытым и весьма разрушительным. Макросоци альная организация порождает силы, которые начинают господство вать над людьми. Люди вынуждены подчиняться отчужденной от них силе, возникает фетишизация социальных явлений, появляются раз личного рода кумиры в экономике, политике, идеологии. Проблема отчуждения стала активно изучаться в ХVIII–ХIХ в.в., прежде всего такими мыслителями, как Ж.-Ж. Руссо, А. Смит, Г. Гегель, К. Маркс, Л. Фейербах. В дальнейшем ее различные аспекты исследуют вы дающиеся представители философии – А. Камю, Ж.-П. Сартр, М. Хайдеггер, социологии – М. Вебер, Э. Дюркгейм, Р. Мертон, соци альной психологии – Э. Фромм, политологии и других гуманитарных наук. В нашей стране известны работы в этой области Н.С. Нарского, Э.В. Ильенкова, С.М. Ковалева, М.К. Мамардашвили и других уче ных.

Отношения между социальными группами и классами складыва ются в рамках конкретно-исторических условий жизнедеятельности людей на основе стихийных и упорядоченных процессов с помощью средств техно-экономического, политико-правового и духовно нравственного регулирования, которые в условиях формирования противоположных интересов социальных групп выступают как инст рументальные средства принуждения и подчинения общества господ ствующему классу. Человек становится объектом манипулирования со стороны государства и правящей элиты. Сложившаяся в ХIХ в.

теория отчуждения нуждается в переосмыслении с учетом глубоких изменений социально-экономических и технологических основ обще ства, которые произошли в ХХ в. Отчуждение имеет место на различ ных уровнях социального пространства: на уровне общества, различ ных классов, сословий, социальных групп, наций, личностном уровне.

Последний предполагает отчуждение людей друг от друга, от инсти тутов общества, от природы. Так, Л. Фейербах рассматривал идеализм как форму отчуждения от разума, а религию – как отчуждение от че ловеческой сущности. Он отмечал, что «теология развивает и отчуж дает человека, чтобы эту отчужденную сущность опять с ним отожде ствить…» [278, c. 117]. Отчуждение означает превращение человече ских сущностных сил и отношений в независимую силу, складывает ся расхождение между личностными стремлениями людей, их соот ветствующими действиями и результатами их деятельности, которые могут быть противоположными первоначальным личностным стрем лениям. В современном обществе присутствуют элементы иррацио нального и деструктивного. Вот почему многие прогнозы создания совершенного государства остаются нереализованными [145;

248;

304].

В настоящее время встречаются попытки отождествления любого процесса отчуждения у производителя продукта в пользу иных субъ ектов с эксплуатацией, которая рассматривается как явление имма нентное экономической эпохе [112, с. 156]. Однако изъятие части про дукта производителей на справедливой основе для решения общих проблем, возникающих на уровне локальных коллективов, регионов и общества в целом, например, в форме налогов, вряд ли оправданно называть эксплуатацией. Последнюю уместно интерпретировать как процесс, который складывается в результате деформации социальной организации, при которой отчуждение части продукта производителя осуществляется на основе нарушения принципов общей пользы и справедливости. Такой подход ориентирован на конкретно временный анализ развития различных обществ и влияние возникаю щих в них дериваций на социодинамику. Эксплуатация не появляется и в условиях социальной дифференциации, когда общественное нера венство приведено к такому порядку, когда оно идет на пользу каж дому.

Динамика властных отношений складывается на основе противо речивого взаимодействия дуальных образов-двойников: ценностно нормативных ориентаций и институционально-инструментального порядка. Социальный процесс как целостный поток событий, выра жающий динамику конфликта нормативной и инструментальной ра циональности, не может отождествляться ни с изменением институ циональных сфер жизни общества, ни с пересмотром этических идей и появлением новых нравственных смыслов. Данный процесс нельзя редуцировать ни к одной из его противоположных сторон, каждая из которых не может быть понята сама по себе, вне отношения и взаи модействия с другой.

В реальной жизни общества отношения подчинённости инстру ментальной рациональности нормативной не являются жесткими, они складываются в ходе противоречивого взаимодействия правящей эли ты и макрогрупп на основе образования опосредствующих институ циональных структур. Расхождения между нормативно-ценностным и организационно-инструментальным порядками может достигать раз ных размеров и приобретать различные формы, оказывая огромные воздействия на генерирование макросоциальной энергии, динамики консервативных и инновационных тенденций. Прогрессирующая ин струментальная рациональность может порождать вызовы нравствен ным устоям общества. При этом разработка новых нравственных смыслов, идей, идеалов и нормативных макропроектов становится ре акцией на данные вызовы. В свою очередь пересмотр культурно нравственных основ общества позволяет правящей элите и макро группам изменить ориентиры и горизонт творческого отношения лю дей к социальной реальности, переоценивать стратификационную структуру общества и социальный порядок, вырабатывать новые культурные образцы устройства властного пространства, социальных норм и правил в ответ на угрозы и вызовы времени.

Выбор принципов распределения и интерпретации справедливо сти не бывает социально нейтральным. Тот или иной выбор является объектом острых научных и социальных дискуссий, к нему обраща ются представители различных слоев общества, предлагая различные варианты своих частных реформ и системных преобразований. В свя зи с этим важным становится пристальный анализ фундаментальных основ конкурирующих подходов макросоциальной реконструкции, а также и соотношения их достоинств и недостатков применительно к конкретно-историческим условиям, исходя из проработанности мер и программного обеспечения намечаемых действий с учетом практиче ской возможности решения жизненно важных проблем.

Сложная взаимосвязь между нормативным и инструментальным измерением властного пространства проявляется в возникновении различных представлений о справедливости и о несправедливости общественного устройства и регулирующих норм, складывающихся в результате соперничества разнообразных социальных групп. Разли чия во мнениях приводят к формированию потенциала напряженно сти как между правящей элитой и социальными классами, так и меж ду классами и внутри самих классов и социальных групп, связанного с оценкой доступа к ресурсам разных макросоциальных групп и их использованием в интересах индивидов и групп. Правящая элита, осуществляя макрорегулирующие функции, выступает как опреде ленный социальный институт, изменение которого оказывает огром ное влияние на реконструкцию всей социальной системы. Непред ставленность каких-то социальных интересов в политике правящей элиты приводит к социальной деформации. Структура интересов и практика их реализации влияет на мотивацию поведения отдельных социальных групп, побуждая элиту заботиться о поддержании раз личных социальных институтов. При рассмотрении связи правящей элиты с институциональной системой важно учитывать особенности этой системы, ее структуру, законодательно установленные институ ты, реальные социальные институты, в том числе институты «теневой экономики», традиции и обычаи.

Институционализированное разделение труда приводит к проти воречиям между разделенностью человеческих связей и участием лю дей в формировании социального и культурного порядков. В общест ве возникает сложное соотношение между культурными и институ циональными факторами, несовпадающими непосредственно с разде лением труда. Все это не может не порождать состояние напряженно сти в обществе, социальные конфликты и появление протестных дви жений.

Происходящие в XX в. глубокие перемены в обществе сопровож дались радикальными и противоречивыми изменениями властного пространства. Разрывы нравственных связей между людьми, безраз личие к судьбам других и «атомизация» общества, складывающиеся в условиях свободных институтов, способствуют появлению новой формы правления, устранению классических форм принуждения и угнетения. Люди замыкаются на своих частных интересах, утрачива ют стремление и навыки к осуществлению коллективных усилий для обеспечения собственных прав, возникает инструментализация меха низмов властвования правящих элит, то есть их превращение в сред ство манипуляции людьми для достижения собственных целей.

Анализируя связь поведения и ценностных ориентаций людей с институциональным устройством общества, А. Токвиль одним из пер вых обратил внимание на зарождение «формы угнетения», которая ничем не будет напоминать то, что было раньше. Возникает «гигант ская охранительная власть, обеспечивающая всех удовольствиями и следящая за судьбой каждого в толпе. Власть эта абсолютна, дотош на, справедлива, предусмотрительна и ласкова. Ее можно было бы сравнить с родительским влиянием, если бы ее задачей, подобно ро дительской, была подготовка человека к взрослой жизни. Между тем власть эта, напротив, стремится к тому, чтобы сохранить людей в младенческом состоянии;

она желала бы, чтобы граждане получали удовольствие и не думали ни о чем другом… Отчего бы ей совсем не лишить их беспокойной необходимости мыслить и жить на этом све те?» [256, с. 497]. «Я сам тщетно ищу определение, которое бы точно выражало идею этого угнетения в том виде, как я ее сформулировал:

старые слова «деспотизм» и «тирания» не подходят. Явление это но вое, и поэтому его необходимо хотя бы определить, если мы не мо жем дать ему название» [256, с. 496].

М. Фуко, рассматривая изменения властных отношений в рамках своей концепции дисциплинарного общества, отмечает, что происхо дящее возвышение власти, узурпация дисциплинарными механизма ми пронизывает все общество и воспроизводится во всех его структу рах: не только на фабрике, но и в госпитале, школе, армии и т.д. В связи с этим классический спор о противоречии общества и государ ства утрачивает прежний смысл. Х. Арендт, обратившая внимание на возникновение тоталитаристских тенденций в странах демократиче ского Запада и коммунистического Востока, видит причины их появ ления не в «отклонениях» с общего пути модернизации, а в кризисе цивилизации, традиционных институтов демократии. Она отмечает, что «все элементы политического и духовного мира становятся не приспособленными для человеческих целей, происходит подавление «нравственного» «технологическим», в связи с чем люди становятся «излишними» [14, с. 459].

Возникшее в 50-е гг. ХХ в. либеральное направление изучения процессов социальной модернизации и ставшее преобладающим в за падных исследованиях, часто описывает данные процессы в понятиях, нейтральных по отношению к культуре общества и характеризующих реализацию универсальной закономерности. Использование универ сальной теории социальной модернизации в рамках транзитологиче ского подхода приводит к построению различных концепций перехо да от авторитаризма к демократии на основе анализа тех или иных форм взаимодействия элит и признания «пакта элит» как наиболее предпочтительной формы существования элит, при которой уменьша ется состязательность и конфликт, формируется доминирование осо бых интересов элит. Возникающие таким образом спонтанные инсти туциональные механизмы рассматриваются как свободные. Сторон ники такого подхода часто не придают особого значения тому, в ка ком положении оказываются широкие слои населения, как в действи тельности решаются фундаментальные задачи обеспечения демокра тии, свободы и социального равенства людей.

Институциональные перемены, происходящие в современных ус ловиях, противоречивым образом связаны с демократией и свободой.

Демократичность устройства общества, распределение власти и ха рактер связи правящей элиты с неэлитными группами не могут быть установлены лишь на основе функционального процедурного подхо да. Как отмечает Дж. Дьюи, демократия должна рассматриваться как «форма нравственного и духовного общения», как «этическая идея», выражением и органом которой выступают те или иные институты правления [84, с. 28, 32]. Формально демократические институты, не обладающие связью с духовно-нравственными основами общества, должны подвергаться реформированию. Для определения влияния правящих элит на социальную динамику важно принимать во внима ние не только ее институциональную структуру, но и культурно исторический контекст развития общества, взаимодействие общест венных сил. Важно отказаться от упрощенного представления о связи нормативной и инструментальной рациональности, влияния культур но-исторических традиций и институционального устройства общест ва на творческую активность общественных сил и социальную дина мику.

Таким образом, совместная жизнь людей формируется в каждом обществе на некоторых фундаментальных культурно-ценностных ос нованиях. Разрушение данных оснований приводит к тому, что дове рие между людьми снижается ниже критического уровня, без которо го не может быть упорядочена жизнь общества. Культура общества не может рассматриваться лишь как набор некоторых средств, которые используются в зависимости от интересов классов, социальных слоев или правящей элиты;

она возникает на основе их активного взаимо действия и включает в себя матрицу макроценностных ориентаций, которые утвердились в данный временной период развития общества и становятся имманентными составляющими макросоциальных дей ствий правящей элиты и иных макрогрупп. Данная матрица занимает особое место в социальной регуляции, реализуя себя в результате вы ражения свойственных ей норм и смыслов в социальных процессах и в институциональных формах, не устанавливая непосредственно кон кретные формы взаимосвязей правящей элиты и общества, она задает общие нормативно-ценностные и смысловые границы их деятельно сти и изменений.

В каждом обществе складываются различные элементы и комби нации ценностно-смысловых и социальных структур, которые опре деляют своеобразие макрообразующих действий общественных сил.

В современных условиях актуализируются проблемы гуманитарного измерения социального устройства власти и правления, защиты чело века и общества от жестких технологий властвования, формирования возможностей самореализации личности и неэлитных групп в соци ально-политических процессах. Культурные ориентиры человека должны стать ядром современной парадигмы социальной динамики, основанной на плюралистическом понимании окружающего мира и социальных изменений, осуществляемых правящей элитой и другими макрогруппами. Человеческое измерение и гуманитарная экспертиза являются важнейшим условием осуществления научно-технических и социальных изменений, обеспечивающих нейтрализацию возможных разрушительных последствий и способствующих формированию бла гоприятного потока событий. Использование гуманитарного подхода ориентировано на осуществление выбора социального способа реше ния проблем, обеспечивающего выживание и развитие общества на основе гармонизации отношений между правящей элитой и другими макрогруппами в рамках данного временного периода с учетом слож ного взаимодействия настоящего с прошлым и будущим.

2.2. Роль правящей элиты в преобразовании социального пространства Эволюция концептуальных представлений о макросоциальной динамике, роли правящей элиты и социальных групп в осуществле нии социальных изменений в прошедшем столетии происходила под сильным влиянием интеллектуального наследия социальной науки ХIХ в., её многочисленные предпосылки глубоко укоренились в умо настроениях исследователей. В конкурирующих теориях ХIХ в. при всех их различиях формировались общие фундаментальные представ ления, которые определялись особенностями сложившейся социаль ной доктрины и которые подвергались частичной критике со времен их возникновения. Однако лишь во второй половине ХХ в. на основе парадигмального переосмысления постулатов, утвердившихся в раз ных вариантах социальной доктрины, начинают складываться фунда ментальные альтернативные подходы во многом благодаря работам П. Бурдье, Э. Гидденса, Р. Дарендорфа, К. Поппера, О. Тоффлера, А. Турена, П. Штомпки, Ш. Эйзенштадта и других [212, 43, 321, 59, 74, 258, 319, 264].

В рамках интеллектуальных традиций, заложенных различными исследователями от Э. Дюркгейма до Т. Парсонса, на основе пред ставлений о непротиворечивой и монолитной макроструктуре обще ства акцентрировалось внимание на поиск механизмов, с помощью которых трактуемые подобным образом структурные условия детер минируют действия макросоциальных групп. В зависимости от на правленности социальных исследований особое значение придавалось либо анализу процесса рационального выбора, исходя из трактовки групповых интересов в контексте утилитаризма и инструментальной рациональности, либо рассмотрению процессов социализации и соци ального контроля на основе изучения организационно институционального изменения общества, либо описанию процессов формирования разнообразных моделей миропонимания, стереотипов и ценностных ориентаций в рамках изучения культурно-ценностного изменения общества, либо раскрытию роли сетей социальных взаи модействий на основе исследований организационно коммуникативного изменения общества. Отход от детерминистских, фаталистических, финалистических, морально-футорологических воз зрений вызвал усиление внимания к анализу творческо преобразовательской деятельности людей и социальных групп, рас смотрению социальной жизни в субъективированном измерении и объяснению, исходя из этого генезиса макросоциальных структур.

Возникшая на основе жесткого синтеза логоцентристская пара дигма и складывающиеся в её рамках элитократические, классовокра тические, идеократические и другие концептуальные схемы и подхо ды не позволяют получить удовлетворительную картину процесса преобразования социальной реальности, установить роль правящих и управляемых макрогрупп в данном процессе. Традиционный подход акцентирует внимание на то, что субъекта формирует общество, со циальная среда в угодном для себя духе воспитывает его, он лишь должен приспосабливаться к институтам. Современная парадигма признает важное значение институциональных факторов и тех пара метров, которые влияют как на условия, так и на результат индивиду ального и совокупного действия. Но она отрицает преувеличенное представление, согласно которому поведение субъекта есть лишь следствие социальных причин (как это понимает социальный детер минизм).

Распад классической теории в парсоновской и других версиях от крыл дорогу для появления разнообразных подходов, их сторонники стремятся подчеркнуть субъективные аспекты поведения людей, вы ступают против неоправданного социологического детерминизма, преувеличенного представления о власти элит и социальных институ тов над поведением личности и социальных групп. Постструктурали сты, представители теории действия, феноменологи, этноменологи, символические интеракционисты и неомарксисты выражают направ ления и школы, в рамках которых проводятся исследования, которые акцентируют внимание на отдельных аспектах активности деятельно сти людей и социальных групп. При этом всё большее внимание об ращается на активно-деятельностные линии в теориях К. Маркса, М.

Вебера и других мыслителей прошлого, не на макроструктурную де терминацию, а прямо противоположный процесс – макроморфогенез.

Жесткий концептуальный синтез классической парадигмы важно заменить синтезом методов гибкой настройки на функционально ролевую и культурно-историческую специфику исследуемых объек тов. При этом следует отказаться от упрощенных представлений об изначальной реакционности или инновационности элит, народе как творческой силе, или как пассивной массе, противостоящей тем, кто находится у власти и кто меняет «правила игры» и институты. В со циальной реальности складываются разнообразные взгляды и жиз ненные стили. Современный мир – это мир, который пронизан разно гласиями действующих в нем правящих элит и социальных групп, мировоззрения которых различны, а интересы противоположны. Это приводит к сложным взаимодействиям социальных сил и противоре чивым изменениям в кластерах экономики, политики и культуры, создавая различные формы взаимодействия элиты и общества. Как отмечает А. Турен, «вместо того, чтобы описывать механизмы некоей социальной системы, ее интерпретации и дезинтеграции, ее стабиль ности и изменчивости, социологи должны вернуться от изучения со циальных ответов к анализу механизмов самопроизводства общест венной жизни. И так как этими механизмами не являются материаль ные факторы или основы общественной организации, а неравные от ношения между действующими лицами, имеющие одни и те же куль турные ориентации, то наша роль заключается не в объяснении пове дений с помощью обстоятельств, а напротив, в объяснении обстоя тельств с помощью действий» [264, с. 61].

Процессы макросоциальных изменений выражают противоречи вую взаимосвязь процессов социоструктурной детерминации и актив ности преобразовательной деятельности макрогрупп. Для адекватного объяснения социоструктурного продукта взаимодействий обществен ных сил важно принимать во внимание то обстоятельство, что макро социальные единицы, действуя всегда в определенных социострук турных условиях, не равны в отношении их места и роли в социаль ных изменениях, принципов деятельности и силы влияния, в отноше нии их способности получать, использовать, производить и распро странять информацию и знания. Это неравенство возникает из разли чий социальных позиций и условий жизни, из разной степени инфор мированности, а также из принадлежности к активной или пассивной зоне социального пространства, в котором с необходимостью обеспе чения некоторого упорядоченного способа социальных трансформа ций неизбежно образуется своеобразное поле сил, центр, откуда ис ходят центробежные силы и куда направлены силы центростреми тельные. Правящая элита выступает макроорганизатором социальных изменений, активно воздействуя на направленность форм и способов осуществления.

В современных условиях пересмотр концепции социальной ди намики происходит на основе отказа от монистической трактовки движущих сил;

в качестве которой выступает лишь одна из макросо циальных групп. Разное отношение к переменам обычно складывает ся не только у правящей элиты, социальных классов и спонтанно воз никающих движений, но и внутри данных социальных образований.

Вместе с тем, формирующиеся в ходе совместных действий пра вящей элитой и управляемых групп противоречивые и многомерные взаимосвязи макроструктурных изменений остаются весьма недоста точно исследованными. Морфогенез общества складывается на осно ве осуществления правящей элитой функций по организации макро инновационных процессов в различных сферах социального про странства-времени, благодаря практической энергии её инновацион но-организаторской деятельности в ходе взаимодействия с макро группами возникает синергетический эффект макросоциальных пре образований, аккумулирующий результат всех фаз предшествующего развития общественного процесса. В связи с этим, во-первых, она вы полняет функцию макроорганизатора культурно-ценностных иннова ций, обеспечивая артикуляцию макроидейной структуры, санкциани руя и поддерживая пересмотр доминирующих в обществе мировоз зренческих установок, идей, стереотипов мышления, системы макро ценностей, что часто может сопровождаться и образованием дефор мированных конструкций коллективного сознания.

Во-вторых, пра вящая элита осуществляет функцию организатора инноваций власт ного пространства, что приводит к изменению социальной иерархии, углублению или смягчению социального неравенства, к возникнове нию новой структуры социальной дифференциации и реструктирова нию социально-классовых интересов. В-третьих, правящая элита вы ступает в качестве макроорганизатора инноваций интеракционных структур, что приводит к изменению сети контактов и каналов ком муникационных связей в обществе, сопровождается его организаци онно-коммуникационной трансформацией. В-четвертых, правящая элита является макроорганизатором процессов институциональных инноваций, осуществляя в условиях консенсусно-конфликтных взаи модействий с макрогруппами выбор общезначимых принципов, пра вил и норм реструктурирования общества. В-пятых, правящая элита выполняет функцию организатора инноваций временной структуры общества, управляя процессом реструктурирования потоков макросо циального времени и формирования новых ритмов жизни общества.

Выполняя функции макроорганизатора инновационных процес сов, правящая элита становится конструктором морфогенеза общест ва, но вместе с тем её инновационно-организаторские действия про исходят не в вакууме, а под огромным влиянием социоструктурных детерминант и их нельзя считать абсолютно свободными, их преобра зовательный потенциал ограничивается рядом обстоятельств. Первое ограничение связано с тем, что представляет собой правящая элита, с теми способностями, которыми она обладает, с её когнитивными воз можностями и рефлексивной культурой. Второе ограничение обу словлено тем, что правящая элита вынуждена макросоциальную орга низацию всегда конструировать в тех общественных условиях, кото рые она застала и унаследовала от прошлого. Третьим ограничением выступают отношения макросоциальных сил к социальной трансфор мации, которые формируются на данной её фазе, тот заряд практиче ской энергии, который заложен в их стремлении некоторым образом изменить свои социальные позиции. Для того, чтобы правящие круги могли выполнять свои организационно-инновационные функции и справляться с ними, они должны менять социальные позиции. Пра вящие элиты должны сами вовремя меняться для того, чтобы эффек тивно обеспечивать реализацию своих организационно инновационных функций. Они «неизбежно приходят в упадок, если перестают совершенствовать те способности, с помощью которых пришли к власти, когда не могут более выполнять привычные для них социальные функции, а их таланты и служба утрачивают в обществе свою значимость» [173, с. 194].

В рамках конфликтологического подхода А. Бентли и Г. Уоллесом, а позднее Л. Козером и Р. Дарендорфом были выдвинуты на роль глав ных субъектов социально-политического процесса сопутствующие ему различные конфликтные группы. Наличие множества групп и конфликтов, складывающиеся в тот или иной период, не может слу жить причиной для игнорирования доминантного размежевания мак росоциальных сил. Дихотомический подход, позволяющий выделить два основных класса контрагентов макросоциального противоборст ва, дает возможность исследовать не только основную для каждого периода линию социального конфликта, но и более глубоко анализи ровать макроструктурные причины, факторы и взаимосвязи разнооб разных форм его проявления. Выявление доминантного размежева ния, детерминирующего динамику взаимодействия макросоциальных сил, имеет важное значение и признается оправданным многими со временными исследователями. Доминантные противоречия, выступая основополагающей линией, разделяющей отношения общественных сил к социальным изменениям, развертываются во всех сферах обще ственной жизни. В качестве такого противоречия часто предлагается рассматривать противоречие между правящим и управляемым клас сами, которое пронизывает властное пространство, его крайней фор мой становится кризис власти, усиление противоборства правящих и оппозиционных сил, властвующих элит и контрэлит;

обосновываются также и другие противоречия, исходя из концептуальных различий в объяснении макросоциальной динамики.

Ни традиционная теория классовой природы государства, в рам ках которой правящая элита выступает как часть правящего класса и управляет государственными учреждениями, обеспечивая подчинение трудящихся правящему классу, ни альтернативные теории государст ва, внеклассовой структуры общества и гиперавтономности правящих элит не способны объяснить многомерную противоречивую динамику общественных изменений. Исторический опыт свидетельствует о су ществовании классовых обществ с правящими элитами в разной сте пени дистанцированными от разных классов в разные периоды вре мени в зависимости от конкретной исторической ситуации, о дина мичности множества межклассовых позиций и отношений общест венных сил к макросоциальным преобразованиям.

Общество важно рассматривать как ансамбль противоречий, ко торый состоит из множества подансамблей, взаимосвязанных по го ризонтали и по вертикали, характеризующих множество структурных уровней общества. Для выработки адекватных подходов к анализу общественных изменений важно принимать во внимание то обстоя тельство, что множество противоречий, возникающих в процессе взаимодействия общественных сил, находятся в многомерной и ие рархической взаимосвязи. Доминантное размежевание общественных сил в построении макростратификационной структуры общества ви доизменяется на разных фазах его эволюции, приобретая своеобраз ную форму проявления и выражения той ключевой проблемы, кото рую требуется решать правящим и управляемым группам, чтобы най ти адекватные ответы на вызовы времени.

Процесс общественных изменений может быть описан в терми нах деструктуризации, – разрушения общественными силами старых макроструктур и конструирования новых макроструктур в условиях, когда происходит рассогласование сложившегося макросоциального ансамбля и его реструктуризация, то есть формирование согласован ных макроструктур. В связи с этим фундаментальным макрострук турным противоречием, определяющим демаркационную линию раз межевания макросоциальных сил, выступает противоречие не между управляющей элитой и управляемыми классами, не между отдельны ми социальными классами – господствующими и подчиненными, эксплуататорами и эксплуатируемыми, а между силами, с одной сто роны, препятствующими, с другой стороны, способствующими осу ществлению макросоциальных изменений во благо общества, дест руктивными и конструктивными силами, ориентированными на улучшение ситуации в обществе. Данное размежевание пронизывает все слои общества, всю вертикаль власти. Исходя из него, возникают различия в стратегических ориентирах и тактических действиях элит ных и неэлитных групп, правящих и оппозиционных сил, расхожде ния между реальным положением макросоциальных групп и социаль ной стратификацией, отвечающей вызовам времени, формируются разнообразные классовые противоречия и конфликты.

Использование интеллектуальных достижений, выработанных в рамках конкурирующих подходов, предполагает сочетание широкого набора переменных факторов и состояний с учетом сложности взаи модействия классов и правящей элиты, что может позволить пере смотреть традиционные интерпретации макросоциальных изменений и выявить многообразие типов макросоциальной динамики и устрой ства общества. В процессе взаимодействия правящей элиты с разны ми макросоциальными группами складываются различные формы взаимосвязей под влиянием разнообразных культурных и социеталь ных условий, множества внутренних и внешних факторов развития общества. В решениях и управленческих действиях элиты могут воз никнуть разные варианты соотношения предпочтений интересов с ин тересами отдельных классов и общества в целом.

Жесткая привязка классовой структуры к экономическому поло жению макросубъектов искажает реальную картину социоструктур ных макропроцессов;

многообразие классовых структур не исключа ет, а предполагает как определенную их социальную иерархию, так и сложные изменения. Развертывание классовых противоречий связано с процессом превращения «класса-в-себе» в «класс-для-себя», опи санный еще К. Марксом. В результате этого он более в полной мере осознает свои интересы, благодаря деятельности идеологической и политической элиты происходит его консолидация и преобразование в самостоятельный макросубъект исторического действия. На основе формирования различного рода общественных организаций (движе ний, партий, союзов и т.д.) класс из пассивного макрообразования превращается в активно действующий класс. Непрерывное выявление и урегулирование макросоциальных конфликтов является условием устойчивого развития общества. Разнообразные конфликты, налага ясь друг на друга, могут в зависимости от их характера и направлен ности ослаблять или усиливать поляризацию социальных сил, пре дотвращая или углубляя раскол общества, который может вызвать полную утрату его жизнеспособности. Характер правящей элиты и способы её взаимодействия с макрогруппами являются ключевыми факторами формирования важнейших параметров общественной ди намики.

Классическая мысль, основываясь на посылке о том, что человек формируется в обществе и вся его жизнь вплетена множеством нитей в совместную жизнь социума, представляла отношения личности и общества в упрощенном виде, общество выступало совершенным, а его нормы и ценности являлись лишенными негативных моментов. В то же время в эпоху Просвещения сложилось и упрочненное понима ние «человеческой природы», в соответствии с которым человек только изначально наделен положительными качествами, все нега тивное в нем возникает из-за несовершенства общества, в котором он формируется и живет. В контексте современной синергетической па радигмы образ социальной жизни становится не только более слож ным, он ориентирует на понимание возможности возникновения в хо де социальных преобразований многих опасностей, свойственных ре альному миру.

Макросоциальные изменения выступают формой проявления множества противоречий, пронизывающих общество и являются следствием выбора общественными силами того или иного способа их разрешения. Сложившиеся подходы различным образом интерпре тируют роль конфликтов элитных и неэлитных групп, а также классо вых противоречий в описании картины социального мира. В рамках традиций заложенных исследованиями Э. Дюркгейма, Г. Парсонса, Н. Смелзера, акцентируется внимание на проблеме стабильности и интегрированности социальной структуры, возникающей на основе ценностного консенсуса. У сторонников альтернативного подхода – К. Маркс, М. Вебер, В.Парето, Р. Дарендорф – конфликт выполняет доминирующую эпистолярную функцию при описании структурных и процессуальных отношений. Дихотомия «конфликт-консенсус» и «напряженность-сотрудничество» остается важнейшей проблемой всех более или менее значимых теорий социальных изменений. Дан ные позиции не являются абсолютно несовместимыми. Напротив, они при определенных условиях взаимодополняют друг друга, позволяя объяснить как механизмы структурно-функционального развития об щества, действующие на основе стабильности и интегрированности, так и особенности социальной динамики, многомерность и неопреде ленность изменений общества, возможностей появления разных спо собов сочетаний энтропийных и негоэнтропийных процессов, в связи с отсутствием абсолютной согласованности потребностей, интересов, мотивов и целей макросоциальных субъектов, наличием разной сте пени остроты конфликтов и позиций их участников по отношению к выбору способов их урегулирования. Именно властные структуры как организаторы общественных изменений призваны вносить решающий вклад в урегулирование макросоциальных конфликтов.

Развитие общества в социальных координатах выступает как сме на неравномерных и внутренне напряженных его состояний, асим метричных и асинхронных изменений макросистемы ценностей вла сти и институтов в результате разнообразных действий элит и контр элит, социальных слоев и классов, вызывающих противоречивую связь динамики энтропийных и негоэнтропийных макропроцессов. В каждой фазе макросоциального процесса в действиях правящей элиты и макрогрупп могут противоречивым образом сочетаться разные спо собы приспособления к изменяющемуся миру;

инновационные спо собы, позволяющие осуществлять макрореконструкцию в благопри ятном направлении;

конформистские способы, основанные на стрем лении сохранять сложившуюся макроструктуру;

деструктивные спо собы, вызывающие разрушение макросоциальной организации и формирование вектора неблагоприятных макроизменений. Каждый из данных способов действий общественных сил, выступая одной из форм проявления социального творчества, характеризуется своеоб разной статусно-деятельностной структурой.

Изменение баланса статусно-деятельностных факторов в правя щей элите может привести к тому, что власть может оказаться в руках и у организаторов-новаторов, организаторов-конформистов и органи заторов-деструкторов. С другой стороны, это не означает, что в дан ной фазе макросоциальной динамики автоматически возникнут в со циальных слоях и классах соответствующие культурно-ценностные установки. Сложность взаимодействия внутренних и внешних факто ров развития общества, необходимости и свободы, упорядоченности и дезорганизованности способствует формированию противоречивых отношений правящей элиты и общества к социальным переменам и появлению на данной основе разных типов их структурных взаимо связей. Это и приводит к тому, что «мир может падать назад, в сторо ну, вперед, во всех направлениях» [270, с. 592]. Так, например, инно вационные элиты могут оказаться в ситуациях, когда им потребуется начинать организовывать новую фазу социальных изменений либо в условиях подъема творческого энтузиазма масс, либо в условиях со циального конформизма, либо в условиях социальной апатии и дезор ганизации. В свою очередь, конформистские элиты могут предпри нимать усилия по адаптации макросоциальных структур к изменяю щейся реальности в условиях, когда в обществе начинают доминиро вать или инновационные, или конформистские, или охлократические устремления. Наконец, в обществе могут сложиться деструктивные правящие элиты, ориентированные обычно на укрепление своей вла сти любой ценой, активно используя нелегальные и асоциальные ме тоды управления общественными изменениями. Трудно ожидать, что такого типа правящая элита удержится у власти продолжительный период в условиях высокой социальной активности и сплоченности масс;

однако более сложным и труднопредсказуемым образом будут складываться события в иных ситуациях, например, когда доминиру ют конформистские настроения в обществе, что может привести к экспансии деградационных процессов;

в свою очередь, формирование охлократических, люмпенизированных, эгоцентрических настроений в обществе могут ещё в большей степени стимулировать развитие де структивных процессов, вызывая деградацию и даже разрушение об щества.

Для получения успешных результатов в ходе социальных изме нений правящие элиты, социальные слои и классы должны исходить из тех общественных реалий, в которых осуществляется их деятель ность и которые формируют детерминанты данных изменений. Свое образие макросоциальной структуры хотя и не является единствен ным фактором, определяющим особенности социальных изменений, но вместе с тем оно играет особую роль в системе социальной детер минации, формируя социоструктурные условия деятельности макро групп.

Уникальность социально-классовой структуры как специфиче ской детерминанты макросоциальных изменений проявляется прежде всего в следующем. Во-первых, сформировавшийся тип социально классовой структуры является достаточно долговременным образова нием, изменение которого возникает на основе глубоких сдвигов в технико-экономических, социально-политических и культурно ценностных основаниях общества. Продолжительный характер про цесса изменения социально-классовой структуры обусловливает своеобразие долговременных мотивов поведения макросоциальных групп и задает макросоциальные границы устойчивого взаимодейст вия правящей элиты и других слоев общества. Во-вторых, социально классовое основание взаимодействия социальных групп сложным об разом проявляется в конкретно-исторических особенностях социаль ной эволюции. Национальное своеобразие социально-классовой структуры определяет во многом самобытность развития общества, особенности поведения и взаимодействия управляемых и правящих групп, способов достижения их легимитизации и делегимитизации. В третьих, состояние социально-классовой структуры выступает важ нейшим индикатором зрелости уровня развития общества, его готов ности осуществлять социальные изменения и переходить к новым формам социального устройства. Сложная связь между корпоратив ными, классовыми и национальными интересами возникает из соци альной структуры общества, из сложившихся социальных сетей. Пре обладание «коротких» партикуляристских кланово-корпоративных связей свидетельствует о неготовности общества делегировать пол номочия государству в соответствии с убеждениями граждан.

Идентификация граждан с той или иной макросоциальной груп пой свидетельствует о росте зрелости социальных связей и создает предпосылки устойчивых макросоциальных отношений. Вместе с тем зрелость социальной структуры общества зависит от характера взаи мосвязи классовых и национальных интересов. То обстоятельство, что социально-классовые противоречия в современных условиях ста новятся менее жесткими и утрачивают свою былую определенность, не означает, что социально-классовые факторы потеряли свое значе ние, меняется и усложняется механизм реализации интересов макро социальных групп в связи с глубокими социальными изменениями.

Правящая элита как организатор потоков макротрансформаций, охватывающих все сферы жизни общества, оказывает огромное влия ние на выбор вектора реконструкции макросоциальной реальности, она может воздействовать на способы преобразований, которые со провождаются кардинальными изменениями культурного и организа ционно-институционального порядка. Классово-стратификационная структура общества выражает глубинные основания его устройства, которое носит скрытый, латентный характер, институциональные кластеры, характеризуют те слои социальных отношений, которые расположены ближе к поверхности жизни общества, они подвержены большему воздействию со стороны макроакторов и поэтому являются более управляемыми. Преобразования классово-стратификационной структуры происходит через реформирование базовых макроинститу тов. Социальные трансформации складываются в ходе многомерного сложного взаимодействия элит и общества, охватывая процессы, ко торые происходят в разных направлениях, порою противоположных, и по разным путям. Они формируются под влиянием противоречиво действующих внутренних и внешних факторов, переплетая, препятст вуя или способствуя друг другу, порою обособляются или обрывают ся [203, 204].

В социальных преобразованиях проявляется сложная связь проис ходящих в правящей элите и обществе изменений, которые противоре чивым образом взаимопредполагают и взаимообусловливают друг друга, стремясь удержать и укрепить свои социальные позиции;

в ходе социальных трансформаций правящая элита вынуждена меняться так, чтобы оказаться способной контролировать новые источники и ресур сы развития общества в разных его сферах жизни для обеспечения бла гоприятного хода событий. Как отмечал еще Г. Моска, «с изменением баланса политических сил меняется и способ формирования правяще го класса. Если в обществе существует новый источник богатства, ес ли возрастает практическая значимость знания, если находится в упадке старая или появилась новая религия, если распространяется новое идейное течение, тогда одновременно и в правящем классе происходят далеко идущие перемены» [173, с. 194, 195].

Тип перемен отношений между макроуправляющей группой и макроуправляемыми группами является фундаментальным фактором реорганизации общества;

изменение характера взаимодействия элит и общества влечет за собой разные типы структурных преобразований.


Во-первых, в ходе революционных трансформаций происходит пол ная смена состава правящей элиты и класса, занимающего домини рующие позиции в социальной иерархии. Социальный переворот мо жет осуществляться в зависимости от остроты социально-классовых противоречий мирными или насильственными средствами, что вызы вает часто большие социальные издержки. Во-вторых, происходят эволюционные культурные и организационно-институциональные изменения на основе полного или частичного обновления состава правящих элит, а также качественно-количественных характеристик макросоциальных групп, классовых позиций и расстановки макросо циальных сил. В-третьих, эволюционные изменения в обществе осу ществляются под руководством прежнего состава правящей элиты на основе смены стратегии и тактики реформ, пересмотра программы преобразований с учетом в той или иной степени требований оппози ционных сил.

Макросоциальные трансформации формируются в результате из менения модели регулирования правящими элитами макропроцессов, которое обусловливается обычно исчерпанием традиционных ресур сов правления в тех или иных сферах социальной жизни, распростра нением дезорганизующих начал и кризисных явлений. Наложение и углубление последних во всех сферах жизни общества свидетельству ет о системном кризисе власти. Выход из подобного кризиса возмо жен не просто на основе перестройки экономических, политических или правовых методов правления, но прежде всего на основе мобили зации духовных сил, смены мировоззренческой парадигмы и системы ценностей правящей элиты и всего общества.

Сила и характер воздействия правящих элит на динамику социо структурных параметров зависят как от состава элит, их ценностной интегрированности и организационной сплоченности, так и от соот ношения макросоциальных сил. В зависимости от конкретно исторической ситуации то или иное поведение макросоциальных групп, их настроение и активность могут вынуждать элиту выбирать те или иные приемлемые методы реконструирования социальной кар тины мира, вызывая отставание или забегание вперед общего хода структурных реформ и их отдельных звеньев, когда энтузиазм или апатия макросоциальных сил способствуют проведению преждевре менных или запоздалых преобразований. Макросоциальные преобра зования, складывающиеся в результате взаимодействия обществен ных сил, не являются процессами, происходящими с одинаковой ско ростью и равномерно распределенными. В ходе их осуществления возникают особые участки – точки роста и разрушения, которые ста новятся катализаторами успехов и неудач действий правящих элит.

Разные макросоциальные структуры в рамках общества как цело стного образования имеют разную значимость и выполняют разные функции, их роль может существенно меняться в ходе социальной эволюции. Важность реконструирования тех или иных макроструктур в различных ситуациях зависит от характера их влияния на изменение общественного благосостояния. Выработка представлений о макросо циальной полезности общественных изменений, справедливости и не справедливости социальных отношений и социального устройства, распределения системы власти в обществе, прав и свобод граждан создают ориентиры гармонизации правил макросоциальной деятель ности. Направленность и формы преобразований общества и методов их легимитизации определяются способностью, желанием и готовно стью правящих элит, социальных классов и слоев изменить содержа ние своей деятельности, её ценностно-нормативную и инструмен тально-утилитарную сторону.

Культурно-ценностные установки задают общий вектор социоди намики и границы устойчивого развития общества, выступая гумани тарной детерминантой организаторской деятельности правящей эли ты и реконструирования социального порядка. Все кардинальные из менения социального устройства происходили и происходят благода ря признанию важности организации власти и общества на новых нравственно-этических макропринципах. Базовые ценности общества, выступая долговременной детерминантой развития властных отноше ний, являются противоречивым и эластичным основанием системы миропонимания и должны своевременно меняться в соответствии с изменяющимся миром. В реальной жизни общества не существует жесткой связи между базовой системой макроценностей и макроин ституциональными сферами. Расхождение нравственно-этических норм и отдельных сегментов социального порядка затрудняет их ко ординацию в процессе социальных изменений, способствуя росту со циальной энтропии, напряженности и протестным действиям.

Матрица изменений власти пронизывает сплошное социальное пространство, в котором находятся акторы и институты властного взаимодействия. Изменение характера сбалансированности властных отношений выступает важнейшим фактором, определяющим модель социальных преобразований, чередование социальных потрясений, направленность изменений социальных институтов и ценностей, го ризонтальной и вертикальной мобильности. В свою очередь, своеоб разие трансформации властных отношений зависит от особенностей становления социальных институтов и системы ценностей, культур ных традиций группового и индивидуального поведения. В связи с этим изменение отношений правящей и управляемых групп охваты вает не столько реформирование политической системы общества, сколько преобразование его властной организации и культурно ценностных макроориентаций. Такой подход указывает на всю слож ность перехода от одной модели взаимодействия правящей элиты с обществом к другой;

в период такого перехода должны меняться не только политическая система и ее институты, но и происходить сдви ги в социальных структурах общества, сознании и психологии людей.

Противоречивость изменений взаимосвязей качественно количественных характеристик действий правящей элиты проявляет ся в том, что в них сложным образом могут соединяться положитель ные и негативные начала. В их деятельности могут парадоксальным образом воплощаться как конструктивные, созидающие, так и разру шительные, дезорганизующие силы, в разные периоды времени они могут меняться. В различных социальных пространствах синергети ческие эффекты усилий правящей элиты могут быть разного уровня и направленности, что сказывается в целом на интеграционном эффекте.

Полный цикл регуляции макросоциальных изменений включает в себя не только прямое воздействие правящих элит на общество, но и обратное воздействие макросоциальных сил на их деятельность. В системе отношений «правящая элита-общество» у каждого из макро социальных субъектов возникают кроме общих и свои специфические цели и средства, которые по-разному совмещаются и противостоят друг другу в ходе социальных трансформаций. В связи с этим появля ется потребность преодоления сопротивления внутри правящей и управляемых групп, макросоциальных барьеров на пути развития об щества. Это сопротивление может быть неосознанным или сознатель ным, непреднамеренным или преднамеренным, осуществляться в от крытых или скрытых формах, мирными или насильственными мето дами.

Вызревающие культурные и социентальные противоречия по разному и в разной степени затрагиваются и осознаются различными слоями общества, проявляясь и разрешаясь в процессе непосредст венного столкновения взаимодействующих и противоборствующих макросоциальных сил. Формы разрешения макросоциальных проти воречий и пути развития макрособытий во многом зависят от дея тельности правящей элиты, от выбора способа выполнения ими функции консолидации общества и урегулирования макросоциальных конфликтов, связанных с принятием решений в сложных ситуациях о перераспределении макроресурсов и изменении властных отношений.

Правящие группы отличаются по структуре и по отношению к другим группам населения. Чем более солидарнее элита, тем более открытыми они могут являться. Солидаристские автономные и инно вационные элиты стремятся проводить гибкую политику, выдвигать программы макросоциальных преобразований, одновременно сохра нять преемственность культурных традиций при формировании мак роинститутов. Несолидаристские отношения правящей группы с дру гими социальными группами оборачиваются ее закрытостью, моно полизацией контроля за социальным и культурным порядком, сведе нием к минимуму самостоятельности социальных групп, препятствуя их автономной деятельности. Это часто сопровождается централиза цией политической власти и формированием низкой степени авто номности духовной сферы, что способствует консервации общества, жесткому отношению правящей элиты к изменению культурных тра диций. Взаимовлияние элиты и общества может выступать в различ ных формах. В формировании макросоциальных действий участвуют макросреда, культурные традиции, духовное производство. При этом взаимодействие правящих элит с обществом выступает не только как столкновение групповых интересов, но и как поле напряжения между культурами и субкультурами. У правящей элиты всегда существует стремление в процессе социальных преобразований подчинять своим интересам действия макросоциальных групп, используя для этого не только изменения в организации экономической и политической вла сти, но и в культурной среде.

С точки зрения модели поведения и взаимодействия друг с дру гом могут быть правящие элиты, придерживающиеся конфронтаци онных методов борьбы за власть, и элиты, отдающие предпочтение конструктивному диалогу и достижению консенсуса во взаимоотно шениях с оппозиционными силами. Крайние позиции правящей элиты и макрогрупп в проведении макросоциальных преобразований спо собствуют обострению ситуаций и выбору радикалистских средств правления, что, в свою очередь, может привести к развитию кризис ных процессов. Переход от конфликтологической парадигмы к кон сенсусному типу связи правящих элит с контрэлитами и оппозицион ными силами способствует как выбору более мягких форм регулиро вания конфликтов, так и более своевременному разрешению противо речий, изменению статусных позиций макросоциальных групп и уменьшению поляризации социальных сил, снижению уровня соци альной напряженности. В современном обществе с увеличением воз можностей урегулирования конфликтов классовые противоречия не устраняются, а изменяются формы их разрешения. Это приводит не столько к локализации конфликтов, сколько к их дисперсизации, но они не перестают быть макросоциальными по своему характеру, так как способствуют появлению сложных макросоциальных проблем.


Отказ от конфликтологического способа решения макросоциаль ных противоречий не снимает необходимости преодоления многих трудностей при организации общественных изменений. Дело в том, что правящие элиты могут быть ориентированы на радикальное ре шение всего спектра социальных проблем или только лишь на кон формистское решение его отдельной части. Конформистские элиты, опасаясь потерять власть, ориентируются на смягчение социальной напряженности путем решения лишь текущих задач и тем самым соз дают всё более высокие барьеры на пути общественного развития.

Ситуация может усугубляться тем, что среди влиятельных общест венных сил может не оказаться таких лиц, которые обладают высоким уровнем социальной ответственности и способны осуществлять ради кальные преобразования, используя на начальной их фазе непопули стские меры для преодоления сформировавшихся на протяжении многих лет трудностей. В связи с этим общество попадает в порочный круг, когда даже смена правящих элит не приводит к кардинальному улучшению макросоциальной ситуации.

Возникающие в ходе развития общества конкретные формы со циальной напряженности находят свое выражение в разрабатываемых разными социальными силами альтернативных программах его пере устройства, в различных подходах к разрешению противоречий меж ду свободой и равенством, идеалами социального порядка и «узкими»

интересами разных слоев общества, между представлениями о соот ношении индивидуальных и коллективных начал, традициями и но вациями, нормативной и инструментальной рациональностью, между «утопическими» и «рациональными» компонентами программ, «рево люционными» и «эволюционными» методами политики, между раз ными принципами легитимизации власти.

Социально-экономические и научно-технические преобразования в обществе характеризуются непредсказуемостью своих последствий, не только положительными, но и отрицательными моментами. XX в.

продемонстрировал резкое усиление власти правящих элит в резуль тате роста могущества государства в самых разнообразных измерени ях, оно стало выполнять огромный объем функций, жизненно важных для каждого человека и общества как целого. Но резкое усиление ро ли государства в жизни общества не ограничивается только позитив ными последствиями. В социальной реальности обнаружились при меры масштабного подавляющего влияния государства на все сферы общественной жизни. XX в. показал, что права человека могут нару шаться в самых различных сферах общественной жизни, в том числе и при государственном устройстве, которое признается демократиче ским. Осмысление данного феномена имеет важное философское и практическое значение. Его нельзя объяснить исходя лишь из особен ностей идеологии или государственного устройства.

Вместе с тем, уже в начале XX в. начинает формироваться новый образ социальной реальности, отличный от классического. Характер ной его особенностью выступает рассмотрение социальной ткани сквозь призму отдельного человека, критика концепций, связанных с акцентированием внимания на приоритетах общества как целого пе ред отдельной личностью. Так, К. Поппер уделил значительное вни мание анализу того обстоятельства, что традиционный способ мыш ления, характерный для классической мысли и родоначальниками ко торого были Платон и Аристотель, основан на непонимании сложно сти и взаимосвязи личности и общества. Он показал, что холизм явля ется подходом, свойственным тоталитарному способу мышления, способствующему возникновению тоталитарных тенденций в по строении социальной стратификации и социальной системы [212].

В связи с этим возникла настоятельная необходимость решитель ного пересмотра целого ряда общепринятых представлений о взаимо связи человека и общества, правящей элиты и макросоциальных групп, сложившихся еще в эпоху Античности и получивших даль нейшее развитие в эпоху Просвещения. Социальная наука все более осознавала неправомерность как одностороннего требования подчи нения личности общественному целому, так и возвеличивания обще ства в ущерб личности. Ортега-и-Гассет отмечает, что такое возвели чивание было присуще многим мыслителям несмотря на различия в их мировоззрении, «коллективной душе…, а также общественному сознанию приписывались самые возвышенные, чудодейственные, а иногда даже и божественные качества. Для Дюркгейма истинный Бог – общество. С точки зрения католика де Бональда…, протестанта Ге геля, материалиста Маркса, коллективная душа – это нечто неизме римо более высокое, неизмеримо более человеческое, чем человек. В частности, более мудрое» [186, с. 383–384]. При пересмотре концеп туальных представлений о выборе путей макросоциальных транс формаций важно исходить из многомерности и противоречивости данных процессов, принимая во внимание необходимость формиро вания устойчивых прямых и обратных связей между правящей элитой и обществом, гибких форм социального контроля.

В настоящее время унифицированный подход к социальной ди намике заменяется разнообразными концепциями, техноэкономиче ский центр уступает место признанию важной роли ценностей, сим волических смыслов и культурных кодов, неуловимых нематериаль ных факторов, определяющих успешность преобразований. Истори ческие практики свидетельствуют о том, что культурные традиции могут быть не только тормозом, но и мощным фактором обществен ного развития. Построения культурного макропорядка задает правя щим элитам, социальным слоям и классам стартовые детерминанты пространства социальных трансформаций. В свою очередь, возни кающий в новой фазе взаимодействий общественных сил выбор того или иного вектора макроизменений культурных традиций и организа ционно-институционального устройства общества, определяет куму лятивный эффект всех предшествующих фаз социальных изменений.

Вопреки упрощенным модернистским подходам многочисленные ис следования показывают достаточно тесную связь между фундамен тальными культурными ориентациями, с одной стороны, и институ циональной организацией общества и его реакцией на изменения, с другой стороны. Масштаб и характер культурных и организационных изменений определяются способом сочетания стратификационо институциональных переменных и культурных ориентиров действий макросоциальных сил.

Институциональное развитие является противоречивым и может иметь на своем пути разнообразные барьеры: несоответствие характе ра институциональных преобразований макросоциальным ценностям и этическим нормам;

слабое обеспечение макроинституциональных форм финансовыми ресурсами;

недостаток правовых норм, не огра ничивающих на практике нелегальные действия элитной группиров ки;

слабая роль государства в институциональных преобразованиях.

Все это не может не затруднять адаптацию общественных сил к тре бованиям изменяющегося мира.

Правящая элита стремится контролировать характер и динамику культурных и институциональных изменений, управлять социальны ми процессами в соответствии со своими интересами, обеспечивая сохранение своих властных позиций, используя противоречия между макросоциальными силами. Возникающие в ходе социальных преоб разований изменения динамичного баланса социальных напряжений способствуют смене методов разрешения конфликта между иннова ционными и деструктивными макросоциальными силами и возникно вению своеобразного множества форм его проявления. Поэтому скла дываются различные ситуации во взаимоотношениях общественных сил, на которые обратил внимание ещё П. Сорокин. Он отмечал, что «в любой момент истории мы находим солидаризирование и антаго низацию не по одному фронту, а одновременно по многим фронтам… На историческом поле битвы редко борются только класс с классом или богачи с бедняками. Борьба идет одновременно между слоями разнородных группировок. Сегодня церковь и государство солидарно борются против общего врага, например, против семьи или против группы бедных, завтра религиозная группировка вступает в борьбу с государственной. Сегодня богачи совместно с бедняками атакуют привилегированных, завтра привилегированные, лишенные преиму ществ, вместе с бедняками атакуют богачей и т.д.… В одни моменты на первый план выступает борьба государства с государством и от тесняет на второй план другие виды антагонизмов, в другие моменты – борьба церкви с государством, в третьи – борьба классов, в четвер тые – борьба языковых или расовых групп и т.д.» [243, с. 294–295].

Огромное разнообразие факторов, влияющих на взаимодействие правящих элит и общества приводит к тому, что социальные измене ния не предполагают сохранение постоянной направленности, они могут замедляться и ускоряться, приостанавливаться и даже повора чиваться вспять. Вопреки оптимистическим установкам, социальные трансформации не обязательно приводят к улучшениям на каждой их новой фазе. Не только в рамках каждой стадии развития общества существуют альтернативные варианты изменений его нормативных и инструментальных параметров, но и более поздние стадии его разви тия могут во многих отношениях отличаться по сравнению с предше ствующими или в худшую, или лучшую сторону. Прикрывая свои ис тинные цели заявлениями о действиях во благо общества и справед ливости, законности и порядка, официальные представители государ ственной власти могут часто совершать преступные деяния, легитим ные формы правления становятся основой принуждения и способст вуют росту беспредела, возникающие в этих условиях протестные действия и столкновения с властью, напротив, могут выступать лишь средством достижения реальных общественных интересов и защиты, отвечающего интересам большинства, социального порядка;

в то же время справедливые выступления отдельных лиц, либо социальных групп против произвола правящей элиты не всегда могут получить должную поддержку среди народа, в связи с чем эти выступления не становятся легитимными. С другой стороны, социальные новации, осуществляемые правящей элитой, не редко способствуют значитель ному улучшению ситуации в обществе лишь на более поздних фазах их реализации, но осложняют ситуацию в начальном периоде, в силу этого те или иные меры по социальному преобразованию могут не получить должной поддержки со стороны общества и оставаться не который период времени нелегитимными.

В ходе противоречивого взаимодействия правящих элит и обще ства складывются различные комбинации легитимных и нелегитим ных форм организации макросоциальных изменений. При этом леги тимными могут быть как эффективные, так и неэффективные для об щества формы организации власти правящей элиты, в свою очередь, нелегитимными могут также являться социально-эффективные и не эффективные;

социально-эффективные формы макроинноваций могут оказаться не только легитимными, но и нелегитимными, в свою оче редь, неэффективные формы социальных изменений могут обладать легитимностью или её утрачивают.

Макросоциальные изменения выражают слияние множества про цессов различной направленности, которые формируют многомерную и противоречивую систему отношений солидарности и конфликтов, гармонии и напряженности, возникающих в ходе взаимодействия об щественных сил и удовлетворения общественных потребностей. Воз никающая на каждом этапе развития общества уникальная комбина ция своеобразных конструкций эколого-технологической, организа ционно-экономической, государственно-правовой, социально политической и других сфер социальной жизни воплощает в себе ку мулятивный эффект особенностей коммуникаций правящей элиты и макрогрупп на всех предшествующих его этапах.

В ходе взаимодействия правящей элиты и общества вырабатыва ются подходы к решению социальных, технологических и экологиче ских макропроблем и на данной основе формируется некоторая со циотехноэкологическая система, которая обеспечивает определенный уровень удовлетворения общественных потребностей. Данная систе ма является плюралистичной, противоречивым образом соединяя конкурирующие между собой уклады общественной жизни, которые различаются особенностями организации социальной жизни и спосо бами удовлетворения общественных потребностей. В ходе социаль ных преобразований правящие элиты вынуждены решать сложные задачи, связанные с выбором рациональных комбинаций изменений общественных укладов и поиском путей смягчения возникающих при этом социальных напряжений и конфликтов. Вопреки постулатам же стко-детерминистских концепций природно-географические, техно логические, экономические, политические, идеологические и иные макросоциальные изменения, выражая противоречивое влияние раз нообразных факторов, реализуются на основе альтернативного выбо ра, складывающегося в процессе взаимодействия правящих элит и общества.

Реальный социальный мир не распадается на некую совокупность изолированно развивающихся друг от друга человеческих обществ.

Множество противоречиво складывающихся между ними взаимосвя зей в мировом масштабе приводит к формированию сложного соци ального пространства-времени, к противоречивому влиянию нацио нальных и глобальных детерминант на взаимодействие правящей элиты с социальными слоями и классами, а также динамику преобра зовательных процессов в различных обществах. В связи с этим важ ным является осознание роли не только эндогенных факторов соци ально-классовых взаимодействий, но и экзогенных факторов, включая геополитическую расстановку сил, характер внешнеполитических, экономических и гуманитарных связей, которые приобретают раз личную значимость в разных ситуациях. При этом взаимодействие инновационных и деструктивных сил в каждом обществе выступает своеобразной формой проявления взаимодействия данных сил в ми ровом масштабе.

Таким образом, в результате противоречивого и часто парадок сального типа взаимодействия правящей элиты и макрогрупп измене ния макросоциального пространства происходят неравномерно во преки традиционным представлениям, они с разной интенсивностью распространяются по разным каналам и с переменным эффектом влияют на динамику социальной системы. В каждой фазе трансфор мации общества складывается некоторый потенциал напряженности, противоречий и конфликтов, выражающий различия отношений пра вящей элиты, социальных слоев и классов к данным трансформациям, противоборство и взаимодействие инновационных и деструктивных общественных сил.

Характер, масштабы и последствия макросоциальных преобразо ваний во многом зависят от деятельности правящей элиты как орга низатора макроинноваций, от осуществляемого ею выбора вектора изменений культурных и инструментально-институциональных пере менных. При этом пересмотр макросоциальных ценностей становится ключевым фактором, определяющим характер изменений, в свою очередь последние могут выступать причинами, приведшими к изме нениям культурных традиций. Если социальные трансформации не способны обслуживать на соответствующем уровне запросы общест ва, то возникает его недовольство, падает доверие к власти. Это мо жет перерасти в кризис власти, что проявляется в отчуждении граж дан от политики, вырождении политических лидеров, неподчинении граждан социальным нормам, закону. В то же время низкая социаль но-политическая культура масс и слепая поддержка власти делает правящую элиту безконтрольной. Вместе с тем, при проведении соци альных преобразований важным для правящей элиты и общества яв ляется учет уникальной роли фактора времени, формирование ритмов социальных коммуникаций, отвечающих его угрозам и вызовам.

2.3. Временной контекст взаимодействия правящей элиты и общества Каждое общество представляет собой уникальный политемпо ральный мир, в котором множество его состояний сосуществуют и различаются способами использования людьми ресурсов времени, а также трансформацией потоков времени. Переосмысление утвердив шихся подходов к анализу общества и конструирование реалистиче ской картины динамичного мира неизбежно предполагает инкорпо рирование фактора времени в теорию социальных изменений. Возни кающие на данной основе концепции создают фундаментальный вы зов интеллектуальным традициям, которые недооценивают проблему организации движения потоков социального времени.

Время, широко используемое в социальных науках с эпохи Ари стотеля, является временем, которое определяется движением земли в солнечной системе;

оно одновременно и однородно. Данный подход по М. Хайдеггеру позволяет получить некую «калькуляцию» време ни: «временное пространство, обычно понимаемое в смысле измерен ных промежутков между двумя моментами времени, является резуль татом калькуляции времени. Будучи скалькулированным, время, представляемое теперь в виде прямой и параметра, а следовательно, одномерно, измеряется количественно» [300, с. 93]. В рамках синер гетической парадигмы «наше видение природы претерпевает ради кальные изменения в сторону множественности, темпоральности и сложности» [213, с. 34]. Как показали И. Пригожин и И. Стенгерс в ХХ в. все важнейшие достижения в естествознании стали возможны ми в результате развития представлений о феномене времени.

Значительный импульс исследованиям данной проблемы в соци альных науках придали работы П. Сорокина и Р.К. Мертона, в которых развиваются идеи А. Юбера и Э. Дюркгейма о времени как продукте изменяющегося коллективного сознания, а также работы Ф. Броделя, у которого изменение исторической реальности объясняется в контексте взаимодействия временных структур различной длительности;

кроме того, в послевоенный период при описании общественных изменений начинают приниматься в определенной степени во внимание различия макро- и микросоциального времени во многом благодаря исследова ниям Ж. Гурвича, Т. Котла, С. Клинберга и других.

Стремление науки более адекватно интерпретировать сложные процессы социальных изменений все больше способствует распро странению динамического подхода, ориентированного на учет фактора времени. В соответствии с данным подходом, отмечает П. Штомпка, общество должно рассматриваться не как статичное, стабильное со стояние, а как процесс;

не как жесткий квазиобъект, а как постоянно длящийся бесконечный поток событий. Было признано, что общество (группа, общность, организация, национальное государство) может быть определено как существующее лишь постольку и до тех пор, по ка внутри него что-то происходит (случается), предпринимаются ка кие-то действия, протекают какие-то процессы, что-то меняется, то есть онтологически общество не существует и не может существовать в неизменном состоянии [319, с. 65]. Вся социальная реальность пред ставляет собой просто динамику, поток изменений различной скоро сти, интенсивности, ритма и темпа, и не случайно мы часто говорим о «социальной жизни». Возможно, это более удачная метафора, нежели старый образ материализованного суперорганизма со скрытыми свя зями;

ведь жизнь не что иное, как движение, стремление и изменение.

Когда движение, изменение отсутствуют, нет и жизни, наступает смерть [319, с. 27]. Однако, как указывает О. Тоффлер, «несмотря на растущее осознание различий в культурных концепциях времени, со циальные науки внесли незначительный вклад в создание самосогла сованной теории времени. Понятия, соответствующие социальным и индивидуальным временным шкалам Броделя, не были подвергнуты систематическому анализу в социальных науках» [213, с. 22].



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.