авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Д. И. ФЕЛЬДМАН, Г. И. КУРДЮКОВ ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ ИЗДАТЕЛЬСТВО КАЗАНСКОГО ...»

-- [ Страница 2 ] --

Все юридические факты делятся на события и действия, а действия — на правомерные и неправомерные. Точное установление международно-правовых фактов связано с анализом характера и уровня движения, степени участия народа, руководства движением. Если возникновение государства рассматривать как объективно обусловленный результат борьбы народа, Н. А. У ш а к о в. Невмешательство во внутренние дела государств. М., «Международные отношения», 1971, стр. 99.

Vgl. L. A n t o n o w i c z. Powstanie i upadekpanstw jako podmiot prawa miedzynarodowego. — «Sprawy miedzynarodowe», 1968, n. 2, s. 66.

Д. И. Б а р а т а ш в и л и. Новые государства Азии и Африки и международное право. М., «Наука», 1968, стр. 42.

Д. И. Ф е л ь д м а н. Признание государств в современном международном праве. Казань, Изд-во КГУ, 1965, стр. 130;

М. Геновски. Основы на международного право. София, 1966, стр. 117.

то оно оценивается как правомерный юридический факт. Если рассматривать процесс образования государственности с позиции иных движущих сил, то возможна противоречивая классификация юридических фактов. Современная практика в этом отношении намного усложняется по сравнению с теоретической позицией.

Образование государства в соответствии с правом наций на самоопределение, с волей большинства заинтересованного народа и без вмешательства извне считается правомерным фактом, из чего и исходит международное право. С точки зрения юридических последствий это правообразующий факт, поскольку правовыми актами устанавливается правовой статус государства.

Нарушение принципов права наций на самоопределение, добровольности и равноправия при образовании государства оценивается международным правом как неправомерное действие.

Нормы права утверждают такой юридический факт, который является следствием суверенности народа, нации, государства. Суверенная воля народа — источник международной правосубъектности государств. Если же не было проявления воли большинством народа, а имел место экстремизм групп, отдельных лиц, стремящихся к власти, или были допущены произвольные действия другого государства в установлении политического господства меньшинства, то данная ситуация выходит за рамки внутренних дел и оценивается международным правом как нарушение принципа самоопределения народов.

Ни одной норме международного права не противоречит организованное движение государств, международных организаций, национально-освободительных органов против незаконных политических режимов. Это новая тенденция в защиту международной правосубъектности борющихся народов, и она особенно ярко проявилась в процессах деколонизации.

Типичным примером неправомерных действий экстремистских групп является расистский режим в Южной Родезии, который стал предметом обсуждения в ООН и вызвал коллективные действия государств. Политический режим здесь был создан в нарушение положений Устава ООН (гл. XI), требующих, чтобы образование государства и его внутреннее устройство отвечало воле большинства.

В Южной Родезии право наций на самоопределение узурпировано меньшинством, расистами. Здесь народный суверенитет не воплощен в действительную суверенную государственную форму.

Возникшая ситуация угрожает поддержанию мира и безопасности (гл. VI Устава ООН), поэтому она разбирается Советом Безопасности ООН. ООН приняла многочисленные решения, согласно которым Южной Родезии не будет предоставлена независимость до тех пор, пока там не установится правление африканского большинства, и обязала Великобританию принять меры, гарантирующие претворение в жизнь этих решений.

ООН активно противится признанию Южной Родезии в качестве государства — субъекта международного права. Это образование лишено правовой основы, и государства призываются к его непризнанию. В решениях Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи ООН содержится призыв оказывать моральную и материальную помощь народу Зимбабве в его борьбе за свободу и независимость, а не расистскому режиму Южной Родезии. Все государства обязываются разорвать с незаконным южно родезийским режимом дипломатические, консульские, торговые, военные и другие отношения1. Создан Комитет ООН по санкциям против Южной Родезии. Более того, национально-освободительное движение в Южной Родезии вылилось в международную борьбу против расизма вообще.

Международное право, запрещая принудительные действия против национально-освободительного движения, вместе с тем устанавливает, что во исполнение своего права на самоопределение народы могут искать и получать поддержку в соответствии с целями и принципами Устава ООН. Это нормативное положение отражено, в частности, в Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам, в Декларации о невмешательстве, в Декларации о принципах международного права. Все государства обязаны содействовать выполнению нормы права. Как правильно отмечает X. Бокор-Сего, «государство связано определенными правилами уже в процессе становления независимого государства, так как право на самоопределение признано нормой международного права»2.

Международное право — антипод насилию и произволу. Однако поскольку национально-освободительную борьбу оно считает законной и справедливой, то на насильственные действия должно отвечать правомерной силой. Марксизм рассматривает насилие орудием, «посредством которого общественное движение пролагает себе дорогу и ломает окаменевшие, омертвевшие политические формы»3. В данном случае насилие, вплоть до применения вооруженной силы, революционно, а на стороне государств не только право, но и политическая, юридическая и моральная обязанности. Далее, рассматриваемый пример с Южной Родезией является международным деликтом, влекущим за собой ответственность, и государства поэтому вправе прибегнуть к вооруженным и другим санкциям.

Борьба против фашистских, расистских, колониальных режимов относится к сфере действия принципа общего интереса4. Сочетание интересов проявляется в объективном единстве прав «Известия», № 67, 20 марта 1970 г.

Н. Bokor-Szego. The New States..., p. 29.

К. М а р к с и Ф. Э н г е л ь с. Соч., т. 20, стр. 189.

И. И. Лукашук. О некоторых тенденциях развития универсального международного права. — «Советское государство и право», 1969, № 2, стр. 86—87.

и обязанностей субъектов международного права, а также в том, насколько субъекты добиваются реализации всеобщих интересов для устранения незаконных политических режимов.

Империалистические державы, как правило, поддерживают противоправные режимы, подавляющие национально освободительное движение народов. Свидетельством этого служат отношения между Великобританией и Южной Родезией, «узаконенные» в декабре 1971 года. Раньше Англия объявление «независимости» Южной Родезии связывала с тем, что был нарушен конституционный порядок Великобритании. Впоследствии достигнутое соглашение было направлено на легализацию расистского режима. Англия игнорировала не только Декларацию о предоставлении независимости колониальным странам и народам, но и «резолюции Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи ООН по родезийскому вопросу, а также требования Организации африканского единства и мировой общественности о принятии самых решительных мер, вплоть до применения вооруженной силы, для ликвидации режима Смита»1.

В Хартии ОАЕ специально выделены нормы, устанавливающие, что именно африканские коренные народы обладают неотъемлемым правом решать свою судьбу. Статья 3 Хартии провозгласила принцип: свободные страны Африки должны стремиться к полному освобождению тех африканских территорий, которые все еще находятся под колониальным гнетом. Многие африканские государства объявили незаконными режим Южной Родезии и колониальную войну, которую ведет Португалия против народов Анголы, Мозамбика и Гвинеи (Биссау).

Аналогичные призывы содержатся в решениях XXI II и XXIV сессий Генеральной Ассамблеи ООН, а также в обращениях к правительству ЮАР о предоставлении свободы народам Намибии.

Принцип антиколониализма, тесно связанный с принципом права наций на самоопределение, провозглашен в качестве общепризнанного и общеобязательного международно-правового принципа2. Несмотря на это, империалистические державы систематически срывают его реализацию. На сессии Совета Безопасности в Аддис-Абебе в феврале 1972 года представитель Англии вновь наложил вето на внесенный рядом африканских государств проект резолюции по Родезии, предусматривающий санкции против расистского режима. Представители США, Англии, Франции, Италии и Бельгии воздержались при голосовании за резолюцию, требовавшую от Португалии прекратить колониальные войны и репрессии против народов Анголы, Мозамбика и Гвинеи (Биссау) и немедленно признать за ними право на свободу и самоуправление.

«Известия», № 228, 5 декабря 1971 г. Заявление ТАСС.

Г. В. Игнатенко. ООН и развитие антиколониальных норм современного международного права.— «Правоведение», 1967, № 4, стр. 63.

Аналогичным образом империалистические державы поддерживают марионеточный режим Южного Вьетнама. С помощью США октября 1955 года была провозглашена «Вьетнамская Республика», во главе которой находились прямые ставленники США. Эта «республика» не выполнила основных положений Женевских соглашений 1954 года о воссоединении Вьетнама мирным и демократическим путем, а напротив, увековечивала раскол Вьетнама. Сайгонский режим, хотя и имеет внешние атрибуты государственности — «территорию», «население», «власть», не может считаться законной властью, несколько он не осуществляет эффективного контроля и население его не признает1. Такие внешние формы государства маскируют политическую реальность, а именно:

Южный Вьетнам — «государство-сателлит».

До сих пор актуально ленинское положение об искусственных государственных образованиях, являющихся продуктом насильнической власти империалистов2. В этой связи М. И. Лазарев отмечает, что международная дееспособность марионеточных режимов, признанных империалистическими державами, являет собой аномалию.

Признание со стороны, предоставленное марионеточным правительствам, искусственно сообщает этим правительствам международную правосубъектность, констатирует их в качестве субъектов международного общения, не говоря уже о военной и экономической поддержке3.

В более широком плане, исходя из рассматриваемой практики, возникает проблема э ф ф е к т и в н о с т и в л а с т и и значения эффективности для международно-правового статуса государства. В науке международного права признак эффективности власти считается предпосылкой и необходимым условием существования права4.

субъекта международного Исторически принцип эффективности развивался как буржуазный и вошел в международное право XIX века. В те времена этим принципом юридически оправдывались завоевания чужих территорий буржуазными государствами, в результате чего санкционировалась «эффективность власти». Поэтому, отмечает Г. Ширмер, принцип эффективности не может служить окончательной основой марксистско-ленинского разрешения проблемы международной правосубъектности и государственности5, хотя впоследствии он и был наполнен демократическим содержанием.

А. И. Полторак, Л. И. Савинский. Преступная война. М., «Наука», 1968, стр.

67, 70.

В. И. Л е н и н. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 351.

М. И Л а з а р е в. Дворцовые перевороты в странах Латинской Америки. М., «Юридическая литература», 1967, стр. 75.

Vgl. J. S i m o n i d e s. Zasade efektywnosci w prawe miedzynarodowym.

Torun, 1967, S. 24.

G. Sсhirmer. Zur Vlkerrechtssubjektivitt der Staaten und zum Problem ihrer vlkerrechtlichen Rechtsmssigkeit.— «Staat und Recht» 1963, h.

4, S. 653, 656.

Учитывая новые тенденции в развитии международной правосубъектности, можно утверждать, что эффективность в определенной степени способствует выяснению проблемы правосубъектности государств. Международно-правовое положение государства in status nascendi (в состоянии зарождения, в момент образования) обычно очень сложное. Опыт говорит, что в процессе возникновения государства решающее значение имеет реальная ситуация, фактическое осуществление власти на определенной территории1.

Таким образом, к проблеме эффективности нужно подходить дифференцированно. Пример с Южной Родезией говорит об от сутствии здесь реальной эффективности власти;

хотя власть и есть управление, но воплощена она в незаконном режиме и направлена против коренного субъекта — народа, не осуществившего право на самоопределение.

Эффективность власти по-разному оценивается практикой государств, в основном с упором на ее политическое содержание.

Так, в 1967 г. провинция федерации Нигерии объявила себя «республикой Биафра» и оказала вооруженное сопротивление федеральным властям. Более того, она была признана некоторыми государствами и, казалось, осуществляла на своей территории эффективную власть. До и после поражения «республики Биафра»

было ясно, что сепаратистские тенденции поддерживались империалистическими государствами, которым выгодно было сохранение политических и экономических позиций в Нигерии.

Другой пример свидетельствует об обратном. В 1960 г. бывшему бельгийскому Конго (республика Заир) была предоставлена независимость и все государства признали республику субъектом международного права. Однако продолжительное время в молодом государстве отсутствовала эффективная власть.

Основой реальности эффективной власти должно быть волеизъявление большинства народа. Этому требованию соответствует Республика Южный Вьетнам (РЮВ), образованная в мае 1969 года. В отличие от Южной Родезии, Южного Вьетнама (Сайгон) возникновение новой государственности здесь шло совершенно по-иному. Тогда сражающаяся вьетнамская нация совместно с Национальным фронтом освобождения Южного Вьетнама (НФОЮА) многими государствами была признана субъектом международного права. Воюющему Вьетнаму оказывалась моральная, политическая и материальная поддержка.

Борьба против американских агрессоров и сайгонского марионеточного режима содействовала прежде всего политической консолидации вьетнамского народа. НФОЮА стал единственным органом, способным осуществлять политическую власть в стране на большей части территории. Затем открылись возможности L. A n s o n o w i c z. Powstanie i upadek panstw..., S. 72.

создания государственных правительственных основ. 23 мая 1969 г.

состоялась консультативная конференция делегаций ЦК НФОЮА и ЦК Вьетнамского союза национальных демократических и миролюбивых сил. На конференции обсуждался вопрос о созыве съезда народных представителей, который должен был назначить Временное революционное правительство Южного Вьетнама. Во исполнение принятых решений с 6 по 8 июня 1961 г. проходил Конгресс, получивший одобрение и поддержку всех политических партий, массовых организаций, религиозных общин и национальностей Южного Вьетнама. Конгресс провозгласил образование Республики Южный Вьетнам и создал Временное революционное правительство и Консультативный совет.

Правительство РЮВ провозгласило одним из пунктов программы действий установление подлинно демократического и республиканского строя, проведение всеобщих выборов в соответствии с принципом равенства, свободы и демократии без какого бы то ни было иностранного вмешательства1.

Государства признали международно-правовой статус Республики Южный Вьетнам (на 1973 г. она признана государствами). Одним из первых ее признал СССР (13 июня г.).

Образование РЮВ отвечало воле большинства заинтересованного народа, всех слоев населения. Было создано правомерное правительство, и республика стала опираться на организацию народного освобождения, которая действовала на всей территории Южного Вьетнама. По данным официальных органов, в РЮВ на май 1970 года были созданы народно-революционные советы и комитеты в 1500 из 2700 сельских общин, в 150 и 3260 уездных центров, а также во всех городах и провинциальных центрах.

Большая часть их находилась легально на территории, контролируемой патриотическими силами2. Республика стала воплощением единства всех слоев страны, что характерно для образования нового независимого государства.

Эффективности новой власти США противопоставили политику «вьетнамизации», что являлось своего рода модификацией старого, империалистического принципа эффективности. Делалась попытка иными методами уничтожить исторический прогресс в развитии вьетнамской государственности.

Подписанием Соглашения о прекращении войны и восстановлении мира во Вьетнаме (январь 1973 года) подтвердились правомерность образования Республики Южный Вьетнам, ее авторитет и влияние в международных отношениях. С этого времени началась полоса широкого признания Временного революционного правительства Южного Вьетнама.

Анализ исследованного материала показывает, что эффективность «За рубежом», № 25, 1969, стр. 10—11.

«Правда», № 157, 6 июня 1970 г.

власти не всегда является основанием для решения вопроса о международно-правовом статусе государства.

Немаловажное значение имеет вопрос об отношении к признанию государств как форме констатации нового субъекта международного права или непризнанию как форме борьбы против незаконных режимов и препятствия применения международных прав. Практика показывает, что признающие государства всегда констатируют при помощи акта признания существующее государство в качестве н е з а в и с и м о г о, с у в е р е н н о г о.

Л. Антонович предлагает различать признание государства и признание в качестве государства Первое касается установления отношений с государством, которое уже существует;

второе — признания геополитической единицы государством в смысле международного права1.

Е. Цельвегер, анализируя практику признания и непризнания государств, пишет, что «государства имеют право рассматривать одно и то же политическое образование в качестве международно правового субъекта для одной определенной цели и отказывать ему в этом для других целей. Это приводит к частичной международно правовой субъектности, которая ничего не имеет общего с известной классическому международному праву частичной международной правосубъектностью вассальных государств, протекторатов, подмандатных и самоуправляющихся территорий».

Эта точка зрения исходит из политических интересов одного государства, причем интересов, противоречащих международному праву, что вряд ли может служить юридическим критерием признания международно-правового статуса государства. Ведь далее Цельвегер, сторонник декларативной теории, правильно замечает, что «в высшей степени непозволительно предоставлять отдельному партнеру право определять правоспособность и дееспособность своего партнера, исходя из данного состояния своих интересов, и превращать эту праводееспособность в переменную величину»3.

Любой «незаконный режим», который осуждается в международно-правовой практике, предполагает политическую власть. Он есть следствие классовой борьбы и обнаруживает некоторые характерные черты организации государственной власти.

С точки зрения классовой сущности и политической реальности, режимы Южной Родезии, Южного Вьетнама и т. п. являются политической властью в собственном смысле этого L. A n t o n o w i c z. Poecie panstwa w karcie Narodow Zjednochodnych.— Sb. «Organizacia Narodow Zjednochodnych». W., 1971, S. 16.

E. Ze11weger. Anerkennung und Nichtanerkennung neuerer Staaten (Nachkriegsaspekte). — «Schweizarische Jahrbuch international Recht», Band XXIV, 1967, S. 15.

E. Ze11weger. Anerkennung und Nichtanerkennung..., S. 24.

слова. И господствующие классы эффективно насаждают методы своего властвования. Как известно, государство, в марксистском понимании, представляет собой политическую организацию экономически господствующего класса. «Государство есть особая организация силы, есть организация насилия для подавления какого либо класса»1.

Следовательно, самое общее понятие государства можно применить к «незаконным режимам», которым присуща особая политическая и публичная власть как определяющий признак государства. Однако нельзя полностью отождествлять политическую и публичную власть с понятием государства, потому что есть еще экономический, общественный строй, классовая структура и сфера международных отношений. Государственная власть включает в себя такие признаки, как специальный аппарат принуждения, способность делать свои веления обязательными для населения всей страны.

Всякая «политическая власть, как одно из проявлений власти, характеризуется реальной способностью данного класса, группы, индивида проводить свою волю, выраженную в политике и правовых нормах»2. Вместе с тем власть понимается и как суверенная организация, способная и свободная решать внутренние и международные дела. Последнее имеет главное значение для определения международно-правового статуса государства.

Обращение к общей теории государства и права помогает уяснить некоторые теоретические проблемы. Во многих определениях государства помимо классовой сущности обязательно называют такой признак, как суверенитет, и подчеркивают, что суверенитет включает вопрос о классах и о конкретной организации государства.

А. И. Денисов и Э. Л. Кузьмин считают суверенитет неотъемлемым признаком (свойством) государства3. Ю. Я. Баскин определяет государство, как «классовую политическую организацию, публичная власть которой суверенная4.

В какой-то степени эти определения могут способствовать разрешению проблем международно-правового статуса государства.

В теории международного права все юридические свойства государства, в том числе и международная правосубъектность, называются вторичными производными от социальной сущности государства5. Исходя из специфики международного проза, В. И. Л е н и н. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 24.

Ф. М. Б у р л а ц к и й. Ленин, Государство, Политика. М, «Наука», 1970, стр.

83.

А. И. Д е н и с о в. Сущность и формы государства. М., Изд-во МГУ, 1960, стр.

29, 31;

Э. Л. К у з ь м и н. Мировое государство: иллюзии или реальность. М., «Международные отношения», 1969, стр. 37.

См. сб. «Советское государство и право в период развернутого строительства коммунизма». Харьков, 1962, стр. 55.

G. S c h i r m e r. Zur Vlkerrechtssubjektivitt der Staaten..., S. 654.

Р. Л. Бобров пишет, что государство есть «суверенно-обособленная территориальная единица с определенным населением (со времени возникновения наций такая единица выступает и как форма раздельно самостоятельного бытия таковых)»1. П. Е. Недбайло и В. А. Василенко считают, что «суверенитет делает политическую организацию сил, господствующих в обществе, именно государством... Поэтому нельзя произвольно наделить или лишить государство суверенитета, а следовательно, и международной правосубъектности»2.

Б. М. Клименко проводит различие между понятием государства, как политической организации власти и понятием государства — субъекта международного права. «Государство как субъект международного права включает в себя государство как политическую организацию власти и населения. На международной арене государство как политическая организация власти выступает в качестве официального представителя всей страны в целом. Характер этого представительства определяется классовой сущностью государства»3.

На такую важнейшую черту суверенитета, как единство государственной власти, указывают Н. А. Ушаков и Д. Б. Левин:

«Суверенитет — это политико-правовое свойство государства, имеющее внутригосударственный и международный аспекты. В силу ряда исторических причин субъектом суверенитета стала не государственная власть, а государство в целом...» «Юридически в международных отношениях выступает не правительство, а государство, как единое целое, как субъект международного права»5.

Таким образом, государство в международно-правовом аспекте понимается как единство власти и суверенитета, что позволяет выступать ему носителем собственной, самостоятельной воли. Если говорить только о государстве «в смысле международного права» или давать особое международно-правовое понятие государства, то это будет абстракция, лишенная политического, классового содержания.

Отсутствие реализации права наций на самоопределение, вследствие чего образуется незаконная власть, рассматривается как узурпация прав народа. Только лишь народу принадлежит право выбирать национальный путь, в том числе и организовывать Р. Л. Б о б р о в. Основные проблемы теории международного права. М., «Международные отношения», 1968, стр. 62.

П. Е. Н е д б а й л о, В. А. В а с и л е н к о. Международная правосубъектность советских союзных республик.— Советский ежегодник международного права, 1963, стр. 85.

Б. М. К л и м е н к о. Основные проблемы государственной территории в международном праве. Автореферат. М., 1972, стр. 5.

H. А. У ш а к о в. Суверенитет в современном международном праве. Изд во ИМО, 1963, стр. 7.

Д. Б. Л е в и н. Ответственность государств в современном международном праве. М., «Международные отношения», 1966, стр. суверенную власть. Абстрагирование от классовой сущности и национально-освободительного движения намного затрудняет понимание характера возникновения государства и его связи с международным правом. «Образование государства — наиболее полная форма реализации права наций на самоопределение»,— пишет Л. Дембинский1.

Международное право дает ответ на вопрос, какие геополи тические единицы ему противоречат. Так, например, Потсдамские соглашения запретили фашизм, поэтому, пишет Г. Ширмер, «фашистские государства являются незаконными с точки зрения международного права»2.

Точно так же нормы международного права объявляют незаконными колониальные и расистские режимы.

И все же, несмотря на, казалось бы, установившиеся критерии, государства и международные организации решают вопрос, является ли та или иная единица субъектом международного права.

При этом анализируется и фактическое положение, и единство территории, населения, власти. В особенности такие проблемы поднимаются при приеме новых членов в ООН. В Уставе ООН имеются критерии, предъявляемые к субъектам международного права. Чтобы стать членом ООН, государство должно: 1) быть суверенным, 2) иметь желание вступить в члены ООН, 3) быть миролюбивым, 4) взять на себя обязательства, вытекающие из Устава ООН, 5) быть «способным выполнять взятые на себя обязательства.

Часть из перечисленных условий, по мнению Р. Бежанека, имеет субъективный характер (принятие и выполнение обязательств), т. е.

зависит от выражения воли государством3. Другие условия объективны. Они независимы от субъективного решения Совета Безопасности или Генеральной Ассамблеи принять или не принять государственное образование в ООН.

ООН, разумеется, констатирует факт образования государства на основании критериев Устава. Комитет ООН должен проверять ходатайство о приеме, стабильность и эффективность власти правительства, его независимость от иностранных держав, его конституционное право ведения собственной внешней политики, проверяет мероприятия по обороне страны, размеры территории, определенность и окончательность государственных границ4.

ООН занимается также проверкой государственности в рамках Комитета по деколонизации (Комитет 24-х). На последних L. Dembinski. Samostanowienie w prawe i practyce ONZ. W., 1969, S.

172.

G. S c h i r m e r. Zur Vlkerrechtssubjektivitt der Staaten..., S. 668.

ООН. Итоги, тенденции, перспективы. М, «Международные отношения», 1970, стр. 56.

Vgl. E. Z e l l w e g e r. Anerkennung und Nichtanerkennung..., S. 11.

сессиях Комитета, проходивших в африканских столицах, были заслушаны выступления представителей африканских организаций, ведущих вооруженную борьбу против португальского колониализма и расистских режимов ЮАР и Южной Родезии. В принятой Комитетом резолюции, например, Африканская партия независимости Гвинеи и островов Зеленого Мыса (ПАИГК) признавалась единственным подлинным представителем народа Гвинеи (Биссау)1.

В августе 1972 года Специальный Комитет по деколонизации большинством голосов принял резолюцию, подтверждающую неотъемлемое право народа Пуэрто-Рико на самоопределение и независимость. Одновременно рабочей группе Комитета была поручено подготовить к началу 1973 года доклад о действиях, которые должны быть предприняты Специальным Комитетом в вопросе о Пуэрто-Рико2.

Развитие современной международной правосубъектности выражается во все большей конкретизации как в ее образовании, так и в юридическом содержании. Сюда же относятся и способы возникновения государств. В Декларации о принципах международного права говорится о способах осуществления права наций на самоопределение, т. е. о способах, относящихся к возникновению или прекращению государственности: «Создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству, или объединение с ним, или установление любого другого политического статуса, свободно определенного народом, являются способами осуществления этим народом права на самоопределение».

Такие интеграционные и дезинтеграционные тенденции, происходящие в процессе реализации права наций на самоопределение, представляют интерес как в теоретическом, так и практическом плане.

Способы возникновения государства зависят от конкретно исторических условий, форм и методов классовой борьбы.

Международное право в принципе отвергает незаконные методы, осуждает применение силы или угрозы силой, запрещает также прекращение существования государства под давлением силы (ст.

2/4/ Устава ООН).

Некоторые из способов возникновения государств, такие как воссоединение и разделение, трудно оценить с точки зрения международного права, потому что они не регулируются им.

Реализация права наций на самоопределение относится не только к народам колониальных территорий, но и к народам государственно объединенных. Это не только теоретический вопрос. При разработке Декларации о принципах международного права делегации США и Англии в своих предложениях сузили «Известия», № 104, 5 мая 1972 г.

«Правда», № 247, 3 сентября 1972 г.

круг субъектов права на самоопределение. Они указывали, что принцип самоопределения применим в отношении «колонии или другой несамоуправляющейся территории, или зоны оккупации после прекращения военных действий, или подопечных территорий». Вместо народа субъектом самоопределения была названа территориально административная категория1. Такая позиция приводит к тому, что колонии считаются составными частями государства и вопрос о деколонизации не имеет международно-правовой защиты.

Декларация о принципах международного права подтвердила, что субъектами права наций на самоопределение являются все народы.

Примером практического осуществления этого принципа явились события на Индостанском субконтиненте. В результате борьбы бенгальского народа в 1971 г. здесь образовалось новое государство — Народная Республика Бангладеш. С 1947 г. это была Восточная провинция Пакистана. Как часть государства, она не соответствовала критерию целого государства. С точки зрения территориальной целостности, Пакистанское государство было основано не на добровольном согласии наций. Восточная провинция была объектом полуколониальной эксплуатации и дискриминации со стороны военных правителей Западного Пакистана. Недовольство бенгальцев выражалось в активных выступлениях против реакционного режима.

Политическая партия Восточного Пакистана — Народная Лига, возглавляемая М. Рахманом, потребовала предоставления Восточному Пакистану широкой политической и экономической самостоятельности, т. е. реализации права на самоопределение в рамках автономии. На всеобщих выборах в Национальное Собрание Пакистана в декабре 19ДО года Народная Лига завоевала абсолютное большинство депутатских мест и получила право формирования как центрального, так и провинциального правительств. Однако военная администрация Пакистана не пошла навстречу проявленной воле бенгальского народа, не признала его в качестве субъекта права на самоопределение, а напротив, усилила в отношении него массовые репрессии и террор. Народ Восточного Пакистана начал вооруженную национально-освободительную борьбу против военной диктатуры. В апреле 1971 года освободительными силами бенгальского народа была провозглашена Декларация об образовании государства Бангладеш. После прекращения военных действий на территории Восточного Пакистана было образовано новое государство — Народная Республика Бангладеш. Реализация самоопределения явилась следствием выхода бенгальского народа из состава Пакистанского Дос. А(АС.125). 32;

А (АС 125).4;

Д. Н К о л е с н и к, В. И. К у з н е цов, Р. А.

Т у з м у х а м е д о в. Декларация принципов мирного сосуществования.— «Советское государство и право», 1971, № 6, стр. 71.

государства и образования самостоятельного суверенного государства.

Новое государство заявило, что основными принципами его внешней политики являются неучастие в военных блоках, нейтралитет, мирное сосуществование, независимость и дружба со всеми народами.

В настоящее время почти все государства мира признали реальность этой независимой республики Советский Союз в своем признании подчеркнул, что он руководствовался принципами самоопределения народов1.

В совместной Декларации Советского Союза и Народной Республики Бангладеш подтверждено, что «возникновение нового независимого государства — Народной Республики Бангладеш — является результатом торжества национально-освободительной борьбы народа Бангладеш. В ходе этой борьбы с предельной ясностью не только раскрылись отношения различных государств к правому делу народа Бангладеш, но и выявились подлинные друзья и недруги Народной Республики Бангладеш как нового независимого государства»2.

Возникновение новых государств — явление реальное и общезначимое в современный период. Мировая система социализма превратилась в решающий фактор современных международных отношений и создала предпосылки для возникновения новых государств, которые, несомненно, внесут прогрессивный вклад в развитие международного права.

«Правда», № 25, 25 января 1972 г.

«Правда», № 64, 3 марта 1972 г.

Глава третья СТРУКТУРА ПРАВОВОГО СТАТУСА И КЛАССИФИКАЦИЯ СУБЪЕКТОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА Структура международного сообщества в целом, как и любая структура, отражает иерархичность его строения, то есть имеет несколько уровней организации, неодинаково взаимосвязанных и взаимодействующих. Участниками международного сообщества выступают нации, государства, международные организации, а также, союзы государств, общественные организации и т. д.

Отличительным качеством международного сообщества, как целостного образования, является принцип универсальности участников международных отношений.

Условием функционирования международного сообщества служит система субъектов международного права, которые, как крупные социальные формирования1, управляют сложными политическими, экономическими и прочими отношениями, с довольно противоречивыми тенденциями в развитии.

Субъекты международного права придают организованность сообществу. Со структурной точки зрения, международное сообщество можно представить как правовое или договорное сообщество со своим комплексом международных договоров и организаций.

Система субъектов международного права проявляется в особого рода внутренних и внешних связях, которые разграничивают субъектов по правовому статусу. Система субъектов международного права основывается на принципах «координации или субординации, в зависимости от того, к какому типу образования относятся субъекты.

Строение правового статуса субъектов международного права организационно оформлено: государству свойственны суверенная В буржуазной науке, как правило, отрицается классовая структура международного сообщества, с входящими в него разнотипными государствами и организациями. Утверждается, что эта система возникла на основе «национального индивидуализма», что это «идеальный синтез человеческой солидарности», вызванный нравственными потребностями.— Vgl. Ch. de Visсher. Theory and reality in public international law. Princeton New Jersey, 1957, p. 88.

власть, территориальное верховенство и дипломатическое представительство;

борющейся нации — политическая организация;

международной организации — постоянные органы и устав.

Структурную основу системы субъектов международного права составляет международное право, в частности, его основные принципы, представляющие собой «основополагающие нормы международного права современной эпохи, нормы с широчайшим кругом адресатов...»1. Правовой статус характеризуют множество элементов с их связями и отношениями. Сами элементы являются сложными правовыми образованиями. Международные правоотношения являются способом связи системы субъектов международного права, именно «вся совокупность международно-правовых отношений является структурой...»2.

Международные права и обязанности — неотъемлемые элементы правового статуса субъектов. Правовой статус зависит от того, какими правами и обязанностями владеет субъект международного права.

В международном праве различаются две категории прав и обязанностей: основные и субъективные. Носителями основных прав и обязанностей являются субъекты международного права, и прежде всего суверенные государства. В любой правовой системе основные права составляют содержание правоспособности, которая рассматривается как общая предпосылка к правообладанию, а субъективные права находятся в сфере действительности, они составляют содержание правоотношений и возникают на основе юридических фактов3.

В структуре правового статуса международная правоспособность есть система прав и обязанностей, которыми обладает субъект международного права. Международная правоспособность предполагает как необходимость, так и возможность субъекта иметь права и обязанности. Необходимость состоит в том, что субъект международного права не может нормально функционировать, поддерживать устойчивые связи, не владея суммой прав и обязанностей. Возможность предполагает приобретение субъективных прав, участие в многочисленных международных правоотношениях.

Основными признаками субъекта международного права является договорная правоспособность, то есть материальная способность заключать международные договоры.

Р. Л. Б о б р о в. О понятии основных принципов международного права.— Советский ежегодник международного права, 1958. М., «Наука», 1959, стр. 503.

Ю. Я. Бас к и н, Д. И. Ф е л ь д м а н. Международное право: проблемы методологии. М, «Международные отношения», 1971, стр. 64.

А. В. М и ц к е в и ч. Субъекты советского права. М., «Юридическая литература», 1962, стр. 29;

Д. М. Чечот. Субъективное право и формы его защиты. Л., Изд-во ЛГУ, 1968, стр. 13.

С международной правоспособностью органически соединена дееспособность субъектов, осуществляемая в сфере реализации прав и обязанностей. В содержание дееспособности входит также способность нести ответственность за поддержание мира и безопасности и юридическая ответственность за совершение противоправных действий. Единство право- и дееспособности означает динамическое понятие субъекта международного права.

Некоторые ученые отрывают дееспособность от правоспособности, что приводит к неправильному пониманию субъектов международного права и их классификации. Например, В. Венглер субъектом международного права определяет лицо, против которого могут быть применены международно-правовые санкции. По принципу юридической ответственности Венглер классифицирует субъекты международного права и пишет, что ими являются все дееспособные союзы и отдельные лица, активно действующие в политике1.

международной Подобное понимание стирает специфические черты международной правосубъектности и круга ее носителей.

Исходя из структуры правового статуса, субъекты международного права можно классифицировать в зависимости от участия в правотворческом процессе, то есть проявлении право- и дееспособности. «В силу своеобразия международного права, — пишет М. Геновский, — возможна классификация субъектов права согласно сочетанию их правоспособности и дееспособности»2. По такому сочетанию субъекты международного права делятся на универсальные (типичные) и специальные (производные). Государства владеют всеми правами и обязанностями, они правоспособны заключать любые правомерные международные договоры с неопределенным числом участников договорных отношений.

Международные организации (специальные субъекты) имеют ограниченную международную правоспособность, юридически оформляемую государствами. Договорная сфера международных организаций конкретизирована, очерчен круг субъектов договорных отношений. Правосубъектность международных организаций называется функциональной, так как она служит определенным целям и задачам. Причем, «чем более ответственными являются функции международной организации, тем обширнее должны быть ее полномочия»3.

Если говорить об общем значении классификации, то она помогает отразить правовую сторону субъектов международного права, степень их связей в многообразных отношениях. Кроме W. W e n g l e r. Her Begriff des Vlkerrechtssubjekt. «Friedenswart», 1952, bd. 51, S. 113.

M. Г е н о в с к и. Основи на международното право, стр. С. А. Малинин. Мирное использование атомной энергии. М., «Международные отношения», 1971, стр. 69.

того она отражает как обобщенную характеристику определенных видов субъектов, так и фактическое, индивидуальное положение правового статуса.

Классификация субъектов международного права имеет определенную трудность, в отличие от национальных систем права, где субъекты строго устанавливаются правом и подразделяются с учетом особенностей правосубъектности во всех отраслях права. Круг субъектов национального права обширен, и правовой статус приобретается в силу закона, издаваемого компетентными органами государства. Само государство выступает субъектом права главным образом в области государственно-правовых и имущественных правоотношений.

В международном праве объективным критерием, классификации субъектов признается суверенитет. Этим качеством обладают государства и нации.

В силу исторических причин и закономерностей развития международного права суверенные государства выступают универсальными субъектами международного права. Международная правосубъектность государств не «ограничена ни в отношении предмета международно-правового регулирования, ни во времени, поскольку государство существует»1.

Советская наука международного права, как правило, рассматривает правосубъектность нации в связи с национально освободительной борьбой. Борющаяся нация — типичный субъект международного права, так как национально-освободительная революция является закономерностью нашей эпохи. Борющаяся нация способна быть участником международных правоотношений, создавать нормы международного права и применять их в международных отношениях.

Нация, борющаяся за независимость, имеет специфические черты международно-правового статуса. Во-первых, являясь социальной общностью, она создает специальные учреждения, выступающие в международно-правовых отношениях от имени нации. Нация, подчеркивает Г. В. Игнатенко, персонифицируется в национальной политической организации, предшествующей суверенному государству2. Во-вторых, нация является участником тех отношений, которые возникают на основе международно-правового принципа самоопределения. В этой связи нацию называют специальным субъектом права, в отличие от государства — универсального субъекта3.

Государствам принадлежит большая роль в установлении соподчиненности прав и обязанностей субъектов международного Н. А. У ш а к о в. Субъекты современного международного права.— Советский ежегодник международного права, 1964/65. М., «Наука», 1966, стр. 62.

Г. В. И г н а т е н к о. От колониального режима к национальной государственности. М., «Международные отношения», 1966, стр. 61.

Н. А. Ушаков. Субъекты современного международного права, стр. 65.

права. Большинство отношений между государствами регулируются через систему международных организации. Международные организации в какой-то мере отражают правовую природу государств, но в рассматриваемом соотношении они не тождественны по правовому статусу. Правовой статус международных организаций устанавливается юридическим актом государств. В отношениях между государствами и международными организациями система субъектов международного права имеет вертикальную структуру. Несмотря на принцип субординации, международные организации самостоятельны в правотворческом процессе и выполнении других международных функций. Появление этих субъектов международного права не означает утраты общезначимости государств и государственно-правового регулирования. Напротив, увеличение круга субъектов международного права свидетельствует о демократичности организации международных образований и их связи с основными субъектами международного права.

В теории международного права довольно подробно классифицированы международные организации. Г. Дам отмечает, что оценка классификации международных организаций является проблематичной, так как область политики невозможно оторвать от области хозяйственной и социальной1. Классификация не будет проблемой, если установить твердый критерий правомерности образования и деятельности международной организации.

Типичным для правомерных международных организаций является содействие международному сотрудничеству и помощь в укреплении мира2.

Категории субъектов международного права отличаются друг от друга происхождением, реализацией правовых функций, целями и задачами. Внутри однородной системы они имеют индивидуальные свойства. Отсюда содержание международной 4 правосубъектности отдельных категорий неодинаково. Правовой статус различен по кругу субъективных прав и юридических обязанностей, а так как это связано с правоотношениями, то здесь возможна разнообразная классификация отдельных видов субъектов международного права.

Предполагается, как указал Международный Суд, что субъекты права «в той или иной юридической системе не являются обязательно идентичными, поскольку речь идет об их природе или объеме прав»3.

В общетеоретическом плане международные правоотношения можно делить на горизонтальные, то есть как отношения между суверенными субъектами права, и на вертикальные — отношения G. D a h m. Vlkerrecht. Bd. 2. Stuttgart, 1961, S. 5.

Г. И. М о р о з о в. Международные организации. Некоторые вопросы теории.

М., «Мысль», 1968, стр. 64.

С. Б. К р ы л о в. Международный Суд Организации Объединенных Наций. М., 1958, стр. 61.

между государствами и международными организациями, ибо к последним всегда предъявляются какие-то государственные требования.

* * * К числу малоисследованных проблем относится классификация государств в международных правоотношениях.

Развитие международного сотрудничества приводит к тому, что государства вступают в многообразные отношения и связи, образуя тем самым определенные группы, интеграции. В международных отношениях государство есть интегральный тип. В. И. Ленин отмечал, что «каждое государство живет в системе государств, которые относительно друг друга находятся в системе известного политического равновесия»1.

В системе международно-правового равновесия государства взаимосвязаны, что является отражением объективной необходимости вступать в те или иные конкретные отношения.

«Самостоятельное бытие и прогрессирующая тенденция ко взаимосвязанности — две стороны положения государств в отношении друг друга»2.

В политической области современная эпоха характеризуется двумя противоположными процессами, вытекающими из исторической тенденции развития капитализма и социализма. В соответствии с этим различаются типы государства и права. «Классификация государств и правовых систем по историческим типам составляет методологическую основу научного познания громадного разнообразия постоянно развивающихся конкретных политических и правовых явлений»3.

Кроме социалистического и буржуазного типов государств в рамках исторического развития известны переходные государства, представляющие собой революционно-демократическую диктатуру пролетариата и крестьянства, и другие государства, идущие по пути социального прогресса.

В международно-правовых документах государства, возникшие в процессе ликвидации колониализма, называются «развивающимися»

или государствами «третьего мира»4.

В. И. Л е н и н. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 59.

Р. Л. Бобров. Современное международное право (объективные предпосылки и социальное назначение). Л., Изд-во ЛГУ, 1962, стр. 12.

Марксистско-ленинская общая теория государства и права. Исторические типы государства и права. М., 1971, стр. 35.

В резолюции Генеральной Ассамблеи ООН (XXI сессия) о создании Комиссии ООН по праву международной торговли говорится: «Генеральная Ассамблея должным образом учитывает также адекватное представительство основных экономических и правовых систем мира и развитых и развивающихся стран».


Классификация государств по социальному фактору имеет важное методологическое значение для правильного анализа качественного различия государств по их типам, однородности и неоднородности, общего и особенного в международном положении.

Каждой большой группе государств присущи свои международные отношения. Единство и противоположность государств в международных отношениях есть проявление диалектической взаимосвязи и взаимодействия внешних противоречий, обусловленных социально-экономической сущностью этих государств.

Государства являются субъектами международного права независимо от их социального облика. Несмотря на неравномерное политическое и экономическое развитие, международное право регулирует отношения между всеми государствами, допуская тем самым возможность универсального сотрудничества между ними.

Влияние на международное положение государств оказывают внешняя политика, форма государственного устройства1 географические и демографические факторы.

Современное международное право отвергло деление государств на «цивилизованные» и «нецивилизованные», «зависимые» и «независимые», «христианские» и «нехристианские». Все государства — субъекты международного права — суверенны и юридически равны, и на этой основе между ними строятся равноправные отношения.

В буржуазной международно-правовой литературе до сих пор распространены концепции о делении государств на несуверенные, зависимые, полусуверенные субъекты международного права3. При выработке проекта Права договоров Англия предложила вернуться к делению государств на «зависимые» и «независимые», на «субъектов»

и «несубъектов» международного права4. Причем, эта классификация применяется и в колониалистской практике буржуазных государств.

Они стремятся придать народам, стремящимся к независимости, Например, федеративные и конфедеративные государства в международных отношениях выступают под разновидностью сложного государства Географический фактор при определенных условиях также может оказаться на степени централизации государства, а иногда приводит к усилению федеративных и конфедеративных начал. Так, в ноябре 1970 года в Каирской декларации было объявлено о создании арабской федерации.

Vgl. G. S c h w a r z e n b e r g e r. A manual of international law. London, 1967, p. 55;

W. L. Т u n g. International law in an organizung world. New York, 1968, p. 41—42.

Г. Н. Т у н к и н, В. Н. Н е ч а е в. Право договоров на XVII сессии Комиссии международного права. — «Советское государство и право», 1966, № 4, стр. 57;

А. Н. Талалаев. Некоторые вопросы теории международного договора на Венской конференции ООН. — Советский ежегодник международного права, 1970. М, «Наука», 1972, стр. 116.

статус «ассоциируемого», «протежируемого», «управляемого»

государства. Буржуазные теории и практика пытаются тем самым легализовать в международном праве колониальный режим1. С принятием Декларации о предоставлении независимости такой статус не считается международно-правовым.

Некоторые буржуазные ученые выделяют в особую, неравную категорию в международных правоотношениях непризнанные государства, называя их «государствами-претендентами», «государствами-аспирантами»2. Известно, что участие в международных отношениях непризнанных государств не должно быть обусловлено их предварительным признанием. Это было бы нарушением суверенного равенства государства, а в конечном счете, отрицанием международной правосубъектности и, следовательно, нераспространением на них действия основополагающих принципов международного права3. В Декларации о принципах международного права записано, что «каждое государство обязано уважать правосубъектность других государств». Статус непризнанного государства отличается лишь объемом международных правоотношений.

Цели международного сотрудничества достигаются в результате добровольного и непосредственного волеизъявления государств в процессе формирования принципов и норм международного права.

Государства, регламентируя международные отношения, укрепляют законность, устанавливают равновесие и равноправие в международном правопорядке.

Международное право в свою очередь воздействует на государства и другие субъекты международного права регулированием через правовые отношения. Принцип суверенного равенства требует, чтобы отношения между государствами строились исключительно на началах добровольности. Особенность государств — субъектов международного права — состоит в том, что «они могут являться участниками лишь такого правоотношения, само существование которого соответствует их воле, выраженной в признанной ими международно-правовой норме»4.

Международное праворегулирование связано с ролью государств Г. А. Осницкая. Колониалистические концепции о полноправных и неполноправных субъектах международного права в теории и практике империалистических государств. — Советский ежегодник международного права. 1962. М., «Наука», 1963, стр. 53.

Vgl. H. A l e x y. Die Beteilung in multilaterallen Konferenzen und internationalen Organizationen als Frage indirekten Anerkennung von Staaten.— «Zeitschrift fr auslndische Recht und Vlkerrecht», 1966, bd. 26, nn. 3—4, S.

497.

Д. И. Фе л ь дман. Признание государств и членство в международных организациях. — Советский ежегодник международного права, 1961. М., «Наука», 1962, стр. 52;

Н. Н. У л ь я н о в а. Признание государств и правительств и участие в многосторонних договорах.— Там же, стр. 312.

Н. А. У ш а к о в. Субъекты современного международного права, стр. 62.

как основных правотворческих субъектов. В механизме правового регулирования международная правосубъектность государств выражает их правовой статус.

Правовой статус складывается из системы прав и обязанностей, составляющих в совокупности объективное международное право.

Структура современного международного права неоднородна. Она состоит из принципов, институтов, норм, имеющих единые различные сферы действия. Основные принципы и нормы распространяются на все государства международного сообщества. Существуют принципы и нормы, действующие в рамках определенных систем государств.

Содержание двусторонних и групповых договоров составляют локальные (партикулярные) нормы, регулирующие конкретные отношения двух или нескольких государств1. Как правило, локальные нормы исходят из норм общего характера и регулируют отношения с учетом особенностей положения государств. По источнику образования они выражают волю государств определенного географического района либо государств, связанных традиционными узами дружбы и сотрудничества. Критерием классификации норм может служить также «субъектно-территориальная сфера действия международно-правовых норм»2.

Научно-технический прогресс вызвал к жизни новые нормы и принципы права3, которые повлияли на международно-правовое положение государств (например, ядерных держав).

Сложность структуры международного права создает большое разнообразие и отличие государств в международных правоотношениях.

В зависимости от юридического оформления правового статуса государств и участия их в международных правоотношениях возможна их классификация. Классификация показывает своего рода шкалу правового статуса государства, которое, как универсальный субъект международного права, распадается на определенные структуры и отношения. Л. Антонович подчеркивает значение международных договоров, которые постоянно создают новые возможности в области классификации государств4. Разумеется, речь идет о правомерных международных договорах. Неправомерные договоры чаще всего ведут к нарушению статуса государства и его независимого положения В международном праве правосубъектность государств есть правосубъектность erga omnes5. Владение основными правами и обязанностями — отличительная черта правового статуса государств.

Основные права и обязанности создают условия для возникновения субъективных прав и юридических обязанностей, которые являются результатом деятельности суверенных государств Курс международного права. Т. I, стр. 24—25.

Г. В. Игнатенко. Международное право и общественный прогресс. М., «Международные отношения», 1972, стр. 28.

Курс международного права. Т. V, стр. 263.

L. A n t o n o w i c z. Klasifikacia panstw ze stanowiska prawa miedzynarodowego. — «Sprawy miedzynarodowe», 1967, n. 9, S. 73.

Г. И. Тункин. Теория международного права. М., «Международные отношения», 1970, стр. 410.

и приобретаются в зависимости от их интересов, материальной возможности и договорной практики1.

Субъективные права разграничивают сферу деятельности субъектов международного права. Право государств на обмен дипломатическими представительствами, на заключение международных договоров, право на объединение в союзы и участие в международных организациях создают многообразные формы взаимоотношений государств, и, следовательно, множество субъективных прав и обязанностей, неодинаковых по своему политическому и юридическому содержанию.

Государства управляют по собственному усмотрению. Все они в равной мере правоспособны и дееспособны. Вместе с тем международное право, признавая юридическое равенство всех государств, с точки зрения общей правоспособности допускает для них возможность реализации прав и обязанностей в полном или ограниченном объеме. Государства «могут вносить и практически вносят некоторые изменения в объем своей правоспособности»2.

«Каждое государство обладает правоспособностью заключать международные договоры»,— говорится в ст. 6 Венской конвенции о праве международных договоров. Любое государство устанавливает для себя права и обязанности, заключаемые международными договорами. Международное право указывает, что государства при известных обстоятельствах могут вступать в правоотношения и дифференцировать права и обязанности. Поэтому в международных правоотношениях они отличаются по объему субъективных прав и обязанностей.


Все государства имеют одинаковые основные права и обязанности и являются равноправными членами международного сообщества.

Однако юридическое равенство государств не тождественно кругу субъективных прав и обязанностей, которыми они обладают. При анализе этого момента нужно исходить из фактического и юридического положения. Международная правосубъектность государств — это «реальное фактическое свойство государства»3. Она является своего рода индексом многих специфических действий государства. В этой связи О'Коннел пишет: «Единица А может иметь способность совершать действия X и У, но не действия Z, единица В — совершать действия У и Z, но не действия X, а единица С — совершать все три действия. «Субъектность» не является, следовательно, синонимом способности совершать действия X, У и Z»4.

Международная правосубъектность, таким образом, не всегда совпадает со своей реальной основой, а потому существует Vgl. A. K l a f k o w s k i. Prawo miedzynarodowe publiczne. W., 1964, S. 65.

В. М. Шуpшалов. Международные правоотношения, стр. 106.

Н. В. З а х а р о в а. Влияние социальной революции на силу международного договора. М., «Наука», 1966, стр. 125.

О'Соnnе11. International law. London, 1965, vol. 1, p. 91.

«неодинаковость» субъективных прав и юридических обязанностей.

Если правовой статус государств одинаков в силу их суверенного равенства, то правовое положение государств как участников международных правоотношений разное. В этом отношении государства «неравны» по фактическому осуществлению прав и обязанностей, составляющих содержание правового статуса. Н. А.

Ушаков отмечает, что «юридическое равенство государств в международных отношениях — это не абстрактное равенство. Оно вовсе не предусматривает абсолютную идентичность прав и обязанностей государств в их договорных отношениях. Оно не требует также абстрагирования от реальной действительности, в частности, от факта различия интересов и возможностей государств»1.

«Неравное восприятие» субъективных прав сказывается на положении государств в международных правоотношениях, делит их на определенные категории. Такой статус государств не влияет на ограничение или увеличение суверенитета и качество международной правосубъектности. Классификация государств неизбежно должна основываться на незыблемости принципа юридического равенства и единого правового статуса всех государств как объективного явления международных правоотношений.

* ** В международных правоотношениях выделяется группа социалистических государств с их системой международных социалистических организаций. Сложилось мировое социалистическое содружество как важнейший фактор, влияющий на международную политику и формирование принципов и норм международного права.

Принцип социалистического интернационализма с международно правовой точки зрения, как пишет Е. Т. Усенко, «означает право и обязанность каждого социалистического государства осуществлять братское сотрудничество с другими социалистическими государствами в борьбе за социализм и коммунизм на основе полной добровольности, равноправия, уважения суверенитета, невмешательства во внутренние дела, взаимной выгоды и товарищеской взаимопомощи»2.

Для мирового социалистического содружества характерны единство и последовательность политики мира во взаимосвязи с основными принципами международного права. Образование содружества и его влияние на демократизацию международных отношений не ведет ни к расколу общего международного Н. А. У ш а к о в. Суверенитет в современном международном праве, стр. 173.

Е. Т. Усенко. Международное право во взаимоотношениях социалистических стран. — Советский ежегодник международного права, 1966/67. М.„ «Наука», 1968, стр. 36—37.

права, ни к сужению его основы. Напротив, правоотношения социалистических государств способствуют развитию и дальнейшему изменению современного международного права. «Небывалое расширение правового сообщества государств — и, главное, участие в нем государств социалистического содружества — обусловливает высокое развитие международного права»1.

Особенность социалистического международного правопорядка, отмечает И. П. Блищенко, состоит «в служебной роли, прямо и непосредственно обслуживающей построение социалистического и коммунистического общества в этих странах»2.

Возникновение социалистического содружества поставило такие теоретические проблемы, как понятие социалистической интеграции.

Качественно высокий уровень многостороннего сотрудничества социалистических государств достигается развитием экономической, политической и правовой интеграции. Экономическая интеграция социалистических государств представляет собой процесс сближения и объединения крупных экономических комплексов. Занимая 18% территории и располагая 10% населения всего земного шара, социалистические государства — участники Совета Экономической Взаимопомощи — производят теперь примерно треть мировой промышленной продукции. Важным этапом в развитии экономического и научно-технического сотрудничества социалистических государств стала проходившая в апреле 1969 года XXIII специальная сессия СЭВ, которая определила долгосрочную программу координации народнохозяйственных планов и расширения социалистической интеграции. В июле 1971 года была принята Комплексная Программа СЭВ, в которой говорится о принципе уважения государственного суверенитета. Вместе с тем отмечается, что интеграция не сопровождается созданием наднациональных органов.

Курс социалистического содружества является «выражением социализма»3.

объективных потребностей развития мирового Социалистическая интеграция представляет собой сознательно и планомерно регулируемый процесс экономического, политического и правового формирования социалистического содружества.

Социалистические государства координируют свои действия на международной арене. Они намечают конкретные пути для укрепления сотрудничества всех государств. В 1969 году по инициативе социалистических государств была выдвинута идея созыва общеевропейского совещания. В Обращении социалистических государств отмечалось: «Совещание дало бы возможность Р. Л. Б о б р о в. Основные проблемы теории международного права, стр. 125.

И. П. Б л и щ е н к о. Антисоветизм и международное право. М., «Международные отношения», 1968, стр. 57.

Материалы XXIV съезда КПСС. М., Политиздат, 1971, стр. 191.

вместе найти пути и средства, которые вели бы к ликвидации раскола Европы на военные группировки и осуществление мирного сотрудничества между европейскими государствами и народами»1.

Предложения социалистических государств, выдвинутые в соответствии с принципами и нормами международного права, были поддержаны многими государствами Европы и одобрены государствами других континентов.

* ** Государства отличаются друг от друга своим географическим положением, размером территории, численностью населения, экономическим и военным потенциалом. В Декларации об укреплении международной безопасности от 16 декабря 1970 г. говорится:

«Генеральная Ассамблея торжественно провозглашает всеобщую и безусловную ценность целей и принципов Устава ООН в качестве основы отношений между государствами, независимо от их размеров, географического положения, уровня развития или политического, экономического и социального строя, и провозглашает, что нарушение этих принципов не может быть оправдано никакими обстоятельствами»2.

По сфере действия нормы международного права распро страняются либо на все государства, либо в пределах определенного пространства. Региональные нормы международного права, учитывая географический фактор, охватывают сопредельное и другие государства, расположенные на континентах, и закрепляют между ними традиционные связи.

Региональные соглашения в форме международных договоров и организаций будут правомерными, если они соответствуют целям и принципам Устава ООН (Глава VIII) и если субъектами таких соглашений являются государства одного географического района, в пределах которого действует региональное соглашение3.

Типичным примером влияния географического фактора является международно-правовой статус придунайских государств, установленный Конвенцией о режиме судоходства на Дунае от 18 августа 1948 г.

Конвенция закрепила особый правовой режим для придунайских государств, наделила их международными правами и обязанностями, отличными от государств, не владеющих дунайским побережьем.

Международно-правовой режим некоторых рек Африки также влияет на правовой статус прибрежных африканских «Известия», 19 марта 1969 г.

«Известия», 18 декабря 1970 г.

С. А. Малинин. К вопросу об участии великих держав в региональных соглашениях. — Ученые записки ЛГУ, № 255, Серия юридич. наук. вып. 10.

Л., Изд-во ЛГУ, 1958, стр. 87.

государств1. Сюда же можно отнести правовое положение прибрежных государств, регулируемое Женевской конвенцией 1958 года о территориальном море и прилежащей зоне.

Континентальные государства, как правило, объединяются в международные организации и союзы. Так, Организация Африканского Единства охватывает независимые континентальные государства, Мадагаскар и другие острова, расположенные по соседству с Африкой.

ОАЕ — добровольное объединение суверенных государств. Источником международных прав и обязанностей является Хартия ОАЕ Государства ОАЕ обязаны вести борьбу против колониализма, быть свободными от военных блоков и союзов, проводить принцип позитивного нейтралитета.

Государства, участвующие в Пакте Лиги арабских государств, объединяются по национальному признаку. В практике арабскими признаются те государства, большинство населения которых состоит из арабов. Пакт определяет международные права и обязанности арабских государств.

Государства Северной Европы — Финляндия, Швеция, Дания, Норвегия, Исландия в 1953 г. создали Северный совет, объединяющий представителей парламентов и правительств. Основным международно правовым актом, регулирующим отношения этого района, является Хельсинское соглашение о сотрудничестве, принятое в 1962 году2.

Одним из международно-правовых принципов регионализма является объединение государств данного района, независимо от социального строя. Этот принцип нарушила Организация Американских Государств, которая под влиянием и диктатом США исключила из своего состава социалистическое государство Куба, хотя Устав ОАГ от 30 апреля 1948 г. в статье 2 провозглашает, что членами Организации являются все американские государства.

* * * Международно-правовой статус суверенных государств, возникших в процессе ликвидации колониализма, отличается тем, что в международных правоотношениях эти государства выступают в качестве неприсоединившихся (неблоковых) государств. Они проводят нейтралистскую политику, суть которой заключается в неприсоединении к военным блокам, в борьбе за мир и разоружение, в утверждении национальной независимости. Неприсоединение, как внешнеполитический курс, закреплено международно-правовыми соглашениями. Международные права и обязанности неприсоединившихся государств установлены в Касабланской Хартии от 7 января 1961 г., в Декларации конференции неприсоединившихся стран от 7 сентября 1961 г. (Белград) и в Каирской Декларации 1964 года.

Л. В. К о р б у т, Ю. Я. Бас к и н. Международно-правовой режим рек Африки.

— Советский ежегодник международного права, 1968. М., 1969, стр.

247—256.

Ю. Г о л о в и н. Северная Европа: безопасность и сотрудничество. — «Международная жизнь», 1971, № 1, стр. 75.

От «неприсоединившихся» государств отличаются государства «присоединившиеся», то есть входящие в военные союзы.

Агрессивные военно-политические блоки типа НАТО, СЕАТО и др.

созданы в нарушение основных принципов и норм международного права1. Военно-политический союз социалистических государств — Варшавский договор образован в соответствии с международным правом во исполнение права государств на совместную и коллективную оборону.

Социалистические государства выдвинули наиболее радикальные меры по претворению в жизнь предложений о полном роспуске военных группировок, замене их системой коллективной безопасности и подписании пакта о ненападении. В Декларации об укреплении мира и безопасности в Европе, принятой государствами— участниками Варшавского договора в июле 1966 года (Бухарест), провозглашено: «Страны, подписавшие настоящую Декларацию, считают, что назрела необходимость предпринять меры к ослаблению прежде всего военной напряженности в Европе. Радикальным путем к этому был бы одновременный роспуск существующих военных союзов, и нынешняя обстановка делает это возможным. Правительства наших государств не раз указывали на то, что в случае прекращения действия Североатлантического союза Варшавский договор утрачивает свою силу и что их место должна занять система европейской безопасности»2.

В последующих документах (в Обращении от 17 марта 1969 г., в Декларации о мире, безопасности и сотрудничестве в Европе от января 1972 г.) участники Варшавского договора вновь подтвердили свои предложения и разработали конкретные принципы безопасности.

* * * Устав ООН закрепил принцип суверенного равенства между всеми государствами, обязал строить отношения, исходя из равенства больших и малых наций. Вместе с тем Устав закрепил особое положение великих держав, которое не подрывает принципа суверенного равенства и имеет под собой материальные, юридические и политические основания.

Главной предпосылкой статуса великих держав является особая ответственность за поддержание ими международного мира Г. М. А к о п о в, И. А. С у х а р ь к о в. Империалистические блоки:

реальность и перспектива. М., «Международные отношения», 1969.

«Правда», 9 июля 1966 г.

и безопасности, а потому международное право возлагает на них особые права и обязанности. Они имеют больше данных и средств для решения международных проблем. «Юридически,— пишет Н. А.

Ушаков,— вполне закономерно, что Устав представляет одновременно пяти постоянным членам Совета Безопасности и некоторые особые права, без которых они не смогли бы осуществлять свои обязанности. Это отвечает элементарному принципу соответствия прав и обязанностей»3.

Соразмерность силы, влияния, авторитета великих держав, причем государств с различным социальным и экономическим строем, влекут соответственно большую, высокую ответственность. Великие державы исходят из принципа равной безопасности. На этом принципе основано, например, временное соглашение между СССР и США о некоторых мерах в области ограничения стратегических наступательных вооружений, заключенное в мае 1972 года.

Особый правовой статус великих держав не является основанием для навязывания воли другим государствам. Он отнюдь не означает, что с интересами одних можно считаться, а интересами других — пренебрегать, что государства могут пребывать в ранге «командира» и «подчиненного». Великие державы несут особую ответственность за поддержание мира и безопасности. А мир и безопасность могут быть прочными при уважении всеми без исключения государствами равноправия больших и малых наций.

Если великие державы занимают особое положение в международных правоотношениях, то и положение малых государств имеет некоторые специфические черты4. Это важно подчеркнуть с той точки зрения, что империалистические державы в эпоху безраздельного господства империализма при распределении рынков сбыта, источников сырья и других сфер приложения капитала игнорировали волю малых государств, делили государства на политически самостоятельные и политически зависимые, тек самым подменяли международное право правом великих держав. В. И.

Ленин, разоблачая тактику империалистических держав, писал, что они под видом создания политически независимых государств создают «вполне зависимые от них в экономическом, финансовом, военном отношениях государства»5.

Западные державы непрочь сохранить прежнее отношение к малым странам. Политика «с позиции силы», «реалистическое направление» рассматривает международное право как отношение силы, стремление к господству, о чем свидетельствует агрессивная война США против малых стран в Индокитае.

Н. А. У ш а к о в. Принцип единогласия великих держав. М., Изд-во АН СССР, 1956, стр. 53.

И. И. Лукашук. Стороны в международных договорах М., «Юридическая литература», 1966, стр. 58.

В И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 167.

В буржуазной теории международного права заявляется, что с точки зрения политической и правовой малое государство должно отказываться от осуществления собственной политической воли и должно быть ограничено в праве участия и обсуждения вопросов в международных организациях1.

Международно-правовое положение малых государств начало укрепляться после Великой Октябрьской социалистической революции. «Впервые в истории,— говорится в Программе — КПСС, — сложилась такая обстановка, при которой не только большие, но и малые государства, страны, вступившие на путь самостоятельного развития, все стремящиеся к миру государства, независимо от их силы, имеют возможность проводить са мостоятельный внешнеполитический курс»2.

Большое значение для малых государств имело принятие Декларации о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств и об ограждении их суверенитета.

Исходя из принципиальных позиций о равном праве участия в решении международных вопросов и международных правоотношениях, можно сказать и о специфике малых государств.

В настоящее время все больше затрагивается проблема малых государств и «микрогосударств»;

предлагаются разные критерии, по которым государства относятся к данной категории: количество населения, территория, доход на душу населения, годовой доход, сумма экспорта, способность выполнять обязательства по Уставу ООН.

Эта проблема связана с практическим вопросом о приеме микрогосударств в ООН и, следовательно, о способности их выполнять принятые обязательства. Здесь предлагаются разные варианты: участие в специализированных учреждениях ООН, региональных экономических комиссиях;

создание миссий постоянных наблюдателей при ООН;

организация объединенного членства стран географического района. При этом ссылаются на примеры Египта и Сирии, Танганьики и Занзибара или на практику дипломатических представительств3.

Более значительные трудности для «микрогосударств» создает 4 е условие ст. 4 Устава, согласно которому государство должно быть способным выполнять обязательства по Уставу, в частности, финансовые обязательства4. Обычно ссылаются при этом на Vgl. Th. F l e i n e r. Die Kleinstaaten den Staatenverbindungen des zwanzigsten Jahrhunderts. Diss. Zrich, 1964, S. 27, 29.

Программа КПСС. М., Госполитиздат, 1962, стр. 57.

Впервые эта проблема официально была поставлена в докладе Генераль ного секретаря ООН о работе Организации за 1964—1965 гг. См.

В. С е р г е е в, М. Г. А н т ю х и н. Вопрос о так называемых «микрогосударствах» в ООН — Ученые записки МГ'ИМО. Выи. 2. М., 1971, стр. 88.

В. Сергеев, М. Г. Антюхин. Вопрос о так называемых «микрогоcyдарствах» в ООН, стр. 95.

Западное Самоа и Науру, которые воздержались от вступления в ООН, так как, по мнению этих государств, они не смогли бы выполнить обязательства по Уставу.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.