авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 ||

«Преступность и внутренняя безопасность в условиях позднего капитализма, реального и постсоциализма Валентин Гольберт ...»

-- [ Страница 10 ] --

Контроль над преступностью к контексте позднего капитализма гг. инновационных прорывов, в первую очередь в сфере телекоммуника ции и информационных технологий (там же: 272 ff.). Эти прорывы, в свою очередь, произошли благодаря большим инвестициям государственных средств в образование и исследование, в первую очередь в рамках оборон но-наступательных программ. Такая интерпретация располагает скорее к пессимистическим ожиданиям в отношении отдаленных во времени по следствий нынешнего сокращения государственных расходов, затраги вающего в первую очередь именно сферы образования и исследования (BLUESTONE, там же). Если это так, то наступления рецессионной фазы можно ожидать с той же уверенностью, с какой можно было ожидать по гружения Титаника после его столкновения с айсбергом. Жесткая монета ристская экономическая политика превращается тогда из средства поддер жания корабля на плаву в заложенную в нем бомбу замедленного действия - и чем более жестким будет секвестр научных, образовательных и соци альных программ, тем более разрушительным может оказаться впоследст вии взрыв этой бомбы.

Можно надеяться, что прогноз этот обладает статусом лишь частич ной правды, иначе в случае рецессии можно ожидать побочных социаль ных эффектов, далеко выходящих за рамки собственно экономических проблем. Следует учитывать, что нынче, в отличие от послевоенного пе риода, преобладает тенденция к поляризации уровней дохода, и с нею раз вивается относительная депривация. Проблема безработицы, возможно, была отнюдь не решена принуждением к занятости и дерегулированием в области трудового права - были лишь купированы ее симптомы, и она приняла латентные формы. Возможность возвращения ее в явные формы и есть та бомба замедленного действия, которая делает политику заложницей экономического роста. Если этот анализ хотя бы отчасти верен, рецессия не только приведет к возникновению масс невостребованного экономиче ской системой, т. е. излишнего населения. Она будет иметь следствием и усиление чувств страха и фрустрации в высокодоходных сферах. Настрое ния среди переживших падение исключенных и испытывающих животный страх перед падением "пока еще включенных", а также отношения между включенными и исключенными могут создать социально-структурную почву для развития, характеризуемого понятиями "общества четырех пя тых", "управление отходами" и "титтитэйнмент" 194. Рассмотренные в конце раздела 4.4.2. тенденции социальной дезинтеграции, десолидариза ции, усиления репрессивности государственного управления, развития ос 194 Tittytainment (англ.) - изобретенный ЗБИГНЕВОМ БЖЕЗИНСКИМ термин, обозначающий снабжение исключенных из экономической жизни масс населения низкокачествен ными продуктами, дешевыми наркотиками и низкопробными развлечениями - "гу манная" альтернатива физического уничтожения этих масс либо помещения их в ла геря.

Карательное управление как кризис управляемости нованной на страхе и карательных притязаниях политической культуры приняли бы особенно опасные формы именно в американском контексте, где развитие ГУЛАГа западного образца продвинулось далеко вперед.

В качестве обобщения остается сказать, что ни экономический рост, ни его отсутствие сами по себе не приводят к тоталитарному развитию.

Скорее, последнее является следствием временной, пространственной и социально-пространственной неравномерности процесса модернизации.

Свой немаловажный вклад в обострение этой неравномерности вносит одержимая идеей роста политика, направленная на достижение любой це ной максимально возможных в данных условиях темпов экономического развития и усматривающая в этом основной путь к решению фискальных и прочих проблем. Более целесообразной представляется именно стратегия, направленная на сглаживание различий уменьшение амплитуды колебаний темпов роста в перспективе, даже если эти меры вопрепятствуют обеспе чению максимально возможных темпов здесь и сейчас.

Региональные и статусные различия в уровне благосостояния лежат в ос нове формирования репрессивно-карательной политической культуры и благоприятной коньюнктуры для "государственного управления с помо щью наказания". Эти социально-деструктивные эффекты проявляются особенно отчетливо в специфических условиях: когда за фазой неестест венно быстрого повышения уровня жизни и еще более быстрого роста по требительских амбиций 195 наступает фаза рецессии. Сглаженные благопри ятным экономическим положением проблемы заявят о себе тогда особенно громко и остро. Заражению вирусами карательной культуры в таких усло виях наиболее подвержены те социальные слои, что в период роста испы тали наиболее быстрый подъем и рассматривают теперь достигнутый уро вень благосостояния и его дальнейшее повышение как нечто само собой разумеющееся и (подсознательно) - как условие своего социально солидарного поведения и лояльности к демократическому общественному порядку. Если их достаток не повышается - какая же это демократия, и ка кой же это порядок? 196 Угроза снижения или даже падения по социальной 195 Период, предшествующий кризису 1998 г. в России, можно считать периодом пато логически быстрого роста материального благосостояния и притязаний - но не всего населения страны, а отдельных его слоев, состоящих в особо интимных отношениях с государственной властью, нефтегазовыми трубами и кредитами МВФ.

196 МЕРКЕЛЬ говорит о "диффузной поддержке" демократии, не кондиционированной ее успехами в обеспечении материального достатка и внутренней безопасности (MERKEL 1999: 60 f.). Не исключено, однако, что вербальные высказывания граждан в поддержку демократии являются индикатором более "диффузной" приверженно сти отнюдь не демократии, а тем общим условиям, в которых живется теплее и сыт нее, чем в странах, не ассоциируемых с эталоном демократического развития?

Контроль над преступностью к контексте позднего капитализма лестнице приводит к распространению в этих слоях массовых чувств стра ха и карательных настроений. Еще более малоприятный оборот это разви тие может принять при наличии дополнительных факторов развития этих чувств и настроений - например, "ваймарского синдрома", состояния вой ны, региональных и институциональных процессов распада государства и т. п.

Заключение А). Отношение между тремя аспектами внутренней безопасности - пре ступностью, страхом перед преступностью и контролем над пре ступностью В заключение следует, наконец, обратиться к вопросу, как можно предста вить себе взаимосвязь между тремя вышеназванными компонентами внут ренней безопасности. При этом собственно существование такой взаимо связи отнюдь не разумеется само собой. В первом приближении это стано вится ясным из тезисов раздела 3.1.1., посвященного отношениям между преступностью, понимаемой как объективное явление, и ее субъективным восприятием. Кроме этого, в работе нигде не обсуждался в явной форме вопрос об отношениях между этими тремя измерениями внутренней безо пасности. В каждой из отдельных глав рассматривался соответственно свой аспект, в отличном от обсуждаемых в других главах социальном кон тексте и с использованием иных по своей природе, нежели в других главах, данных. В итоге может возникнуть впечатление, что ни рассмотренные ас пекты, ни посвященные им главы работы не имеют между собой ничего общего.

В действительности все-таки нельзя исключить наличие некоей взаимосвязи между преступностью, контролем над преступностью и стра хом перед преступностью. Однако эта взаимосвязь может иметь множество измерений, которые невозможно будет охватить какой-либо единой кон цепцией. Отдельные концепции будут различаться между собой тем, какое из измерений в том или ином случае реконструируется 197. В одном из слу чаев, скажем, понимаемая как объективное явление преступность может рассматриваться в качестве фактора восприятия риска и развития страха перед преступностью (на этом предположении основана логика "интерак тивной модели" КЛАУСА БЕЕРСА - BOERS 1991: 207 ff.). Понимая же пре ступность как функцию контроля над нею (и наоборот), мы получаем оп ределенное решение "уравнения преступности". В этом решении повыше ние уровня страха объясняется снижением (объективной) безопасности, что, в свою очередь, понимается как следствие неэффективности контроля.

В эту схему могут быть включены дальнейшие, например, культур ные и политические факторы. При этом рост преступности рассматривает ся в связи с так называемой "пермиссивностью" - попустительством или 197 Речьидет при этом не просто о наблюдении объективно существующих аспектов предмета как неких данностей, но и об активной их конструкции. При этом некото рые аспекты, представляемые как более важные и интересные, выдвигаются на пе редний план, в то время как иные, с точки зрения исследователя менее важные, ос таются на втором плане либо вообще игнорируются.

Заключение вседозволенностью, якобы характерной для современной культуры. По добным образом ЛУНЕЕВ объясняет мировую тенденцию роста преступно сти, которую он считает выявленной и доказанной на основе статистиче ских данных 198. Эта тенденция возникает постольку, поскольку негативные побочные эффекты демократического развития не нейтрализуются парал лельным усилением "демократического" контроля над преступностью (ЛУНЕЕВ 1997: 14 и далее;

30 и далее).

Представленное решение "уравнения преступности" характерно для консервативного взгляда на внутреннюю безопасность и отношение между ее различными аспектами. Оно подчеркивает роль репрессивной компо ненты контроля над преступностью или обеспечения безопасности в их уз ком понимании. Однако консервативные кримнал-политические подходы этим не ограничиваются. Заслуживает внимания следующее, по всей види мости, сатирическое представление одного из таких подходов к "преодо лению страха перед преступностью", имеющего градостроительно архитектурную направленность и проникнутого теоретическим духом эко логии преступности:

"КАК ПРЕОДОЛЕВАЕТСЯ СТРАХ ПЕРЕД ПРЕСТУПНОСТЬЮ В ЦЕНТРАЛЬНЫХ РАЙОНАХ ГОРОДА Создайте плотное, компактное, полифункциональное ядро. Внутренний город можно планировать и застраивать так, что его посетитель будет ви деть в нем - или в его большей части - место в высшей мере привлекатель ное, в котором любят бывать "приличные люди", такие же, как и сам посе титель. Компактный, плотно застроенный и полифункциональный цен тральный район внутреннего города собирает множество людей для заня тия разнообразнейшей деятельностью в пределах ограниченного простран ства. Спектром возможных в этом районе занятий определяется "сорт" лю дей, которые шатаются по здешним тротуарам;

если в самом центре или его окрестностях гнездятся бюро для лиц с высокими и сверхдоходами, значи тельная часть прохожих здесь будет представлена "порядочными", законо послушными гражданами. Такого рода привлекательный и обновленный центральный район должен быть также достаточно обширным, чтобы ска заться на образе (имидже) внутреннего города в целом" (Н. ДЭЙВИД МАЙЛ ДЕР: Преступность и оживление внутреннего города. В Urban Land, сен тябрь 1987, цитируется в DAVIS 1994: 268-69).

В предлагаемой работе представлен своеобразный взгляд на отношения между преступностью, контролем над преступностью и страхом перед пре 198 Понеизвестным причинам, альтернативные объяснения - повышение готовности жертв к обращению в полицию;

рост нетерпимости к некоторым формам поведения;

рост пунитивности (карательных притязаний);

общественное и индивидуальное вос приятие как преступности того, что ранее таковой не считалось;

более тщательная и "честная" регистрация заявленной преступности полицией;

заявление в полицию как условие выплат по страховым полисам и т. д. - остаются вне поля зрения.

Отношение между частными аспектами внутренней безопаснсости ступностью. До сих пор не определенный явным образом, он радикально отличается, практически диаметрально противоположен изложенному вы ше консервативному решению "уравнения преступности". Во-первых, предполагается, что три вышеназванные феномена связаны между собой, скорее косвенным образом. Во-вторых, в качестве опосредующей эту связь переменной усматриваются некоторые, в современном мире особенно рас пространенные признаки экономического развития и экономической мен тальности.

В четвертой главе автор имел целью показать, что репрессивная тен денция в различных формах проявления - государственное управление с помощью наказания, карательная политическая культура, ослабление за щищающих индивидуальные права и свободы принципов правового госу дарства и т. п. интегрирована в определенном модусе экономического раз вития и представляет собой его неотъемлемую составную часть, будучи одновременно его следствием и предпосылкой. Этот модус в наиболее яр ко выраженной своей форме представлен в настоящее время в США, не ог раничиваясь территорией этой страны. Хоть и тонкое, однако же, чрезвы чайно меткое указание на органическую взаимосвязь и взаимообусловлен ность современных экономических структур и репрессии содержится в блестящем анализе тоталитарных тенденций в современном мире:

"Во времена, когда движущей силой и мотивом объединения в некую общ ность больших масс мужчин и женщин в благосостоятельных странах яв ляются скорее соблазны, изыски отделов паблик рилейшнз и стратегии мар кетинга, нежели действительные нормы, надзор и тренировка, подавление маргинальных групп, ускользнувших от сети соблазнов и неспособных втиснуться в эту сеть, становится неизбежным сопровождающим эффектом соблазнения. Как испытанный метод обращения с теми, с кем нельзя дого вориться путем соблазна, и как суровое предостережение в адрес всех ис ключенных переменчивым счастьем потребительской игры, депривация личной свободы становится ценой, которую приходится платить за отказ принять муки участия в функционировании рынка" (BAUMAN 1998: 97).

Из третьей главы должно было стать ясно, что развитие рыночных отно шений, помимо влияния на тенденции и признаки развития контроля над преступностью, сказывается на безопасности в ее объективном понимании.

Помимо и независимо от этого, оно ведет к кризисным состояниям обще ства, субъективное восприятие которых оформляется в виде страха перед преступностью. Таким образом, как состояние и развитие всех трех аспек тов внутренней безопасности, так и взаимосвязь между ними определяют ся, прежде всего, экономическим развитием.

Дальнейшие взаимосвязи можно рассматривать в пределах представ ленной здесь аналитической перспективы как вторичные. Чем больше страха перед преступностью, тем ярче выражена тенденция к наблюдению Заключение проблемных ситуаций "с точки зрения внутренней безопасности" (KREISSL 1998: 155) или коммуникации с использованием понятий преступления и наказания (SESSAR 1997a: 255 f.). Тем больше оснований ожидать, что кон фликты, неприятности, скандалы, жизненные катастрофы и т. п. будут вос приниматься как преступления, и соответственно, тем больше будет заяв лений в полицию. Это наводит на мысль об инверсии конвенциональных представлений о причинно-следственных отношениях между преступно стью и страхом перед нею. А именно, не рост статистически учтенной пре ступности имеет следствием развитие страха, а наоборот - углубление страха приводит к увеличению числа зарегистрированных преступлений.

Далее, оба побочных продукта экономического развития - страх и учтенная преступность - используются для легитимации репрессивных по литических решений. Это подводит к мысли, что, хоть и не "мягкость" контроля ведет к развитию преступности и страха перед нею, однако же "ужесточение" контроля можно рассматривать как последствие такого раз вития. В этом состоит попытка нейтрализации негативных эффектов ры ночной экономики и связанного с ними разрушения социальных связей и социального контроля путем ограничения индивидуальных прав. Попытки эти явно неэффективны, чтобы не сказать: тщетны и даже результативны с точностью до наоборот. Помимо вопроса, не сводятся ли они к "оглаша тельным эффектам анонсирования" (BOURDIEU 1998: 15), речь идет об очень сомнительной тенденции обеспечения экономического роста за счет (принесения в жертву) демократии и правового государства, и расширения экономических свобод за счет (ограничения) индивидуальных граждан ских прав и свобод.

Рассмотрением экономических, или, точнее, эконом-идеологических факторов выделяется лишь одна из плоскостей или одно из измерений от ношений в сфере внутренней безопасности. Существует масса иных изме рений, различия между которыми определяются различными точками зре ния исследователей, ракурсами рассмотрения предмета, постановками ис следовательских задач. Можно, скажем, сфокусировать анализ на связан ной с экономическим развитием проблеме гипердифференциации общест ва и ее эффектах в области внутренней безопасности. В этом случае разви тие преступности, контроля над преступностью и страха перед преступно стью подлежали бы осмыслению в связи с растущим дисбалансом в пользу дифференциации и в ущерб интеграции. Кроме этого, можно обратиться к диспропорции между двумя диалектически связанными (и противополож ными) компонентами социального развития, традицией и инновацией. Эта диспропорция могла бы рассматриваться как фактор внутренней (без)опасности, в силу того, что традиционные формы ее обеспечения раз рушаются быстрее, нежели инновация успевает компенсировать утрачен Экономическая политика и внутренняя безопасность ные институциональные формы развитием функциональных эквивалентов (ср. BAUMAN 2000: 32).

Поскольку же в этой работе особое внимание уделяется эконом политическим и -идеологическим факторам, анализ в значительной степе ни был ограничен вопросами их значимости для внутренней безопасности.

Ниже предлагается обобщающая характеристика этих факторов. Преды дущий анализ внутренней безопасности подводит к этому заключительно му размышлению о некоторых проблемах развития общества, в значитель ной степени определяемых тотальным господством политики, идеологии, и, по сути дела, религии неолиберализма, экономического рационализма и рыночного радикализма.

б). Экономическая акцентуация политики как источник проблем внутрен ней безопасности Послевоенное развитие стран Западной Европы было отмечено действи тельной или мнимой взаимосвязью (или же просто совпадением во време ни) между высокими темпами экономического роста и гармонизацией со циальных отношений. Это обстоятельство наложило глубокий отпечаток на образ и стиль мышления, содействуя тем самым упрочению ряда мифов и клише политического действия. Выросший на этой почве фетишизм эко номического роста и материального благосостояния, утвердившийся в соз нании как политиков, так и широкой общественности в качестве своего ро да светской религии, характеризуется следующими признаками:

- Возвышение и абсолютизация экономического роста из важной компонен ты социального развития в его наиважнейшую компоненту. Соотношение между целью и средствами оформляется при этом странным и неожидан ным образом, согласно правилу: не рост служит людям, а люди обслужи вают рост. Этим определялись и определяются в возрастающей степени приоритеты политического действия. Например, политические задачи со циал-демократии "в их новом определении" видятся не в том, чтобы приспо собить экономические структуры к нуждам людей, а наоборот, "подвести гражданское общество к современной экономике" (выражение из про граммного документа федерального канцлера ШРЕДЕРА, цитата в MICHAL 2000: 354);

- Перманентный рост рассматривается как нечто нормальное и даже само со бой разумеющееся. В действительности же, речь идет о специфическом, возникающем из исторически обусловленных и преходящих констелляцией факторов явлении 199, которое сменяется обычно фазами замедленного рос 199 Видимо, это относится равным образом ко всем явлениям, обозначаемым и восхва ляемым как "экономическое чудо" - в его немецком, японском, восточно-азиатском и каком бы то ни было еще варианте. "Чудо" же является уже по определению фено меном, ограниченным в пространстве и времени. Экономический анализ показывает, в частности, безосновательность надежд на воспроизводимость самого последнего Заключение та, стагнациями и рецессиями. Осмысление этого, однако, успешно вытес няется из сознания как политиками, так и публикой. Фиксированные на по стоянном росте ожидания, образ мышления и действия приводят к беспо мощности при наступлении менее благоприятных фаз, являясь дополни тельным вкладом в кризисный характер их протекания (ср. FLASSBECK 2000: 282 ff.);

- Беспомощность состоит в том, что такие фазы воспринимаются и пережи ваются именно не как нормальное явление, а как нечто неожиданное и ка тастрофическое. При этом естественны попытки, выявить ответственные за падающие темпы роста факторы, диспропорции, ошибочные решения и принявших их лиц;

- Теневые стороны роста, его непредвиденные негативные эффекты, пред почтительно "не замечаются";

если же и замечаются, то оцениваются с рав ной долей оптимизма и безосновательности как доступные локализации и нейтрализации;

- Наконец, в основе политического расчета и определения приоритетов ле жит предположение односторонней причинной зависимости: экономиче ский рост, дескать, является основой всех остальных аспектов обществен ного благополучия, эти же "остальные" лишь в порядке обратной связи способствуют росту (а в некоторых условиях и тормозят его). То, что рост делает возможной политику "общего блага", выглядит в этом свете как аз бучная истина (которую повторяют с усердием, напоминающим деклама ционные упражнения в "Скотном дворе" Оруэлла);

то, что он сам стал воз можным в результате кейнсианского укрепления спроса, т. е. политики об щего блага, является в лучшем случае "непопулярной истиной" (которую "имеют в виду", но не очень охотно воспроизводят в устной или письмен ной речи, а еще менее охотно учитывают в практических делах).

Представленная выше в идеально-типически упрощенном виде логика вполне естественна для анализа в стиле экономического редукционизма. В виду нагромождения таких анализов ПЬЕР БУРДЬЕ, в числе прочих, счел не обходимым выступить против такого редукционизма за "экономику сча стья" (BOURDIEU 1998: 49). Однако та же экономическая логика находит путь в социальные науки, в том числе в работы их наиболее авторитетных представителей. Так, РАЛЬФ ДАРЕНДОРФ видит позднесовременные общест ва поставленными историей ХХ столетия перед следующей дилеммой: или экономический рост и демократия без социальной целостности, или же со циальная целостность и экономический рост без демократии (цитата в SACK 1998: 95). Вариант социальной целостности в сочетании с демократи ей, но без роста не рассматривается даже теоретически.

Из вышесказанного вытекает, что "зависимость демократии от мате риального благосостояния" не относится к категории неких "объективных" либо, хуже того, "естественных" обстоятельств. Она является скорее про из "чуд", - американского, - в иных контекстах и предостерегают перед переоценкой его продолжительности (BLUESTONE 2000).

Экономическая политика и внутренняя безопасность дуктом идеологического внушения и самовнушения, и, в этом качестве недоступной для рефлексии, абсолют(изирова)нной аксиоматической ис тиной. Последствия же веры в эту истину вполне реально и причем весьма жестко проявляют себя в разного рода "давлениях обстоятельств" и "за висимостей от траектории развития", в тенета которых поймали себя сами творцы мифа о всеобщем благосостоянии.

Если гражданину средствами неумолкаемого и вездесущего коммер ческого и политического маркетинга внушили, что постоянное повышение уровня материального благосостояния есть нечто естественное и само со бой разумеющееся, то столь же естественной и само собой разумеющейся будет его раздраженная реакция в случае, когда такое повышение вдруг не происходит. Возникающее на этой почве возмущение имеет следствием "отзыв" политических симпатий к правящей в данный момент партии и к демократической системе в целом 200. Кроме этого, обозленный гражданин склонен к поиску ответственных за отсутствие экономического роста тенденция, о которой так много говорилось выше в виду ее непосредствен ного отношения к вопросам внутренней безопасности. Проявляет она себя, в частности, в виде не совсем демократических настроений и движений.

Помимо этого, такая ситуация ставит под угрозу основанный на консенсу се модус охраны существующего порядка и отношений господства, что может подвинуть властную элиту к более прямым (и менее вежливым) формам осуществления власти.

Потребительские настроения широкой общественности сливаются с целевыми представлениями политиков, созвучные этим настроениям, по скольку политики все еще представляют интересы господствующих клас сов или элит. Интересы же эти состоят, помимо прочего, в инновативном изобретении и стимулировании новых и все более изощренных потреби тельских аппетитов. Смыслом всего предприятия является расширение 200 Политологи различают между "специфической" поддержкой демократии, основан ной на восприятии ее эффективности в обеспечении экономического благосостояния и внутренней безопасности, и "общей" или "диффузной" поддержке демократии, не зависящей от экономической и прочей успешности демократического режима. Спе цифическая поддержка перерастает со временем в диффузную. В наличии этого вто рого типа поддержки как элемента политической культуры они усматривают гаран тии сохранения демократии даже в случае кризисного развития (MERKEL 1999: 58 ff., 530 ff.). В "западных демократиях" такая диффузная поддержка, естественно, наибо лее развита. Целесообразной является, тем не менее, постановка вопроса: не может ли специфическое разочарование демократией с тем же успехом развиваться в диф фузное ее неприятие, и какой должна быть для этого глубина и продолжительность кризиса;

насколько ошибочными или же верными, но непопулярными должны быть меры демократических правящих инстанций, чтобы энергия раздражения ими вы плеснулась из русла конкретных антипатий и приобрела "диффузную" антидемокра тическую направленность.

Заключение сбыта и увеличение оборота, что ведет к росту котировок акций и повыше нию дивидендов, стимулирует как производственные, так и спекулятивные инвестиции и, в итоге, - к форсированию экономической динамики и уско рению процессов самоприращения капитала. Непопулярными же (и, в си лу этого, "нереалистичными"), напротив, являются политические подходы, направленные на некоторое ограничение потребления, скажем, из экологи ческих соображений.

Проблема экономического роста определяется уже не столько его непредвиденными и нежелательными побочными эффектами, а скорее со мнением в том, не перевешивают ли уже эти "коллатеральные последст вия" 201 сумму положительных эффектов. Помимо экологических, культур ных и социальных последствий, речь идет об огромном числе человече ских жизней, во всем мире принесенных и приносимых в жертву молоху экономического роста в ходе капиталистической модернизации. К этой модернизации относятся народоубийственные, -грабительские и мошеннические процессы первоначального накопления и дальнейшего пе рераспределения капитала на национальном и интернациональном уровне, включая колониальные, неоколониальные и постколониальные войны. Бо лее того, даже жертвы ГУЛАГа могут рассматриваться как "цена" дого няющей или защитной модернизации, смыслом которой было вынужден ное достижение заданных конкурентной системой темпов роста. Обосно ванию такого взгляда посвящена работа РОБЕРТА КУРЦА "Черная книга ка питализма" (цит. в STRASSER 2000: 312), основанная, в частности, на кон цепции защитной модернизации (SKOCPOL 1979).

Предположительно, текущие процессы трансформации в ее постсо циалистическом, равно как и позднекапиталистическом вариантах, проте кали бы гармоничнее и обошлись бы меньшим числом "разбитых иден тичностей и 'я-концепций', обесцененных квалификаций, компетентно стей и биографий, разрушенных карьер, утраченных надежд, иллюзий и ожиданий" (SACK 1995: 57), если бы при этом мотивы экономического "на стигающего" роста не играли столь исключительной роли. Защите прав че ловека и поддержке процессов демократизации, пожалуй, также весьма пошло бы на пользу, если бы они не выступали в столь подозрительном соседстве с обеспечением ресурсоснабжения как условия экономического процветания и господства западного альянса.

Пределы роста, которых развитые индивидуальные страны достигли, по всей видимости, в конце 1970-х гг., несли в себе не только проблемы, но и шансы, и стимулы к развитию нового стиля мышления и поиску нестан 201 Или, в экономической терминологии, перевешивает ли доходная сторона экономи ческого роста сторону затратную, если имеются в виду доходы и затраты не отдель ных стран, лиц и групп населения, а мирового сообщества в целом.

Экономическая политика и внутренняя безопасность дартных решений. По указанным выше причинам, однако, те, кому следо вало осознать и воспользоваться этими шансами, не проявили к этому ни малейшего интереса. Призывы, принять умом и сердцем более низкие по казатели роста и учиться жить с такими (KRUGMAN 1990;

MADRICK 1995), просто не были услышаны в суетливых усилиях по ускорению экономиче ского роста. Зато уж очень даже быстро и резво было воспринято послание "парней из Чикаго" - экономистов радикально-рыночной ориентации во главе с МИЛЬТОНОМ ФРИДМАНОМ. Государственное вмешательство в дела экономики в этом послании определяется как главный фактор торможения роста, а магической формулой широкомасштабного дерегулирования пред ставлен весь спектр интеллектуального богатства и разнообразия неолибе ральных представлений о магистральном пути к оживлению экономиче ской динамики 202.

Итак, рынок в значительной степени либерализован и огражден от "сдер живающего и деформирующего рост" государственного регулирования.

Как он справляется с оптимальной аллокацией ресурсов и организацией рынков труда и потоков капитала, наглядно показали катастрофические последствия тэтчеризма и рэйганомики. На международном уровне к этим последствиям относятся финансовые кризисы и деструктивные кратко срочные инвестиции в экономически наиболее слабые страны. Сюда же относится весьма сомнительный как для Востока, так и для Запада, ход разрешения ситуации их противостояния. Далее следует упомянуть обост рение экономических противоречий между странами и накопление кон фликтных потенциалов, которое в сочетании с разрушением некоторых го сударственных образований привело к росту насилия во всем мире. В этом же списке - становление однополярного мирового порядка, который сис тематически блокирует и без того чрезвычайно сложные попытки коллек тивного решения проблем и институционализацию международных струк тур (о гегемонии США как факторе кризиса ВТО см. WAHL 2000: 236).

К теме данной работы более непосредственное значение, однако, имеют опустошительные последствия дерегулирования в пределах отдель ных государства. Для начала мудрость рынка запускает процессы исключе ния, продуктом которых являются выпавшие из легальной экономики 202 К чикагскому добавляется созвучное послание из Австрии, которое проповедует приоритет рынка как универсальный символ мудрости и эффективности. Корень же всех зол усматривается в попытках правительств, быть умнее рынка и вмешиваться в управление экономическими отношениями ("правительства не способны ни к сбору, ни к обработке данных, которые обеспечили бы возможность разумного управления экономическими процессами" - так звучит тезис ФЕРДИНАНДА ХАЙЕКА в кратком из ложении - FLASSBECK 2000: 290).

Заключение группы населения и социально опустошенные местности 203. В США такие группы населения рекрутируются в экономику крэка. Некоторые местно сти отброшены в доцивилизованные состояния, где не действует более принцип государственной монополии на применение насилия, и правопо рядок замещен правом сильного и частным правосудием. Расширением нелегальной экономики и "зон свободного применения огнестрельного оружия", а также связанных с этими явлениями "войн между бандами" обозначаются лишь некоторые аспекты обусловленных дерегулированием потерь в сфере внутренней безопасности. Потери эти являются, в свою очередь, существенным фактором обострения общественной чувствитель ности к соответствующей проблематике.

Дальнейшие соображения касаются неспособности государства, под держать исключенные либерализованными рынками группы населения и каким-либо образом компенсировать потери безопасности. Скудость госу дарственных ресурсов, как фактор этого бессилия или этой несостоятель ности, не следует рассматривать исключительно как некую объективную данность. Оскудение было вызвано искусственным и целенаправленным образом. Смысл его определялся второй частью неолиберального посла ния, предусматривающей следующую программу действий:

Снижение налоговых ставок и консолидация государственного бюджета должны создать дополнительные инвестиционные стимулы и тем самым способствовать пробуждению стагнирующей экономики. Экономический бум позволил бы предприятиям абсорбировать "резервную" рабочую силу.

Устранение социальной помощи, якобы снижающей мотивацию к поиску и занятию рабочих мест, привело бы к дальнейшему сокращению безработи цы. Созвучный эффект ожидается от дерегулирования рынка труда. При этом демонтаж правовой и профсоюзной защиты труда должен привести к эрозии твердых трудовых отношений, соответственно к удешевлению тру да и распространению гибких его форм. Так должны быть созданы новые стимулы к созданию рабочих мест и найму рабочей силы. Снижение уровня безработицы и следующее за этим облегчение нагрузки на бюджет, выплата государственного долга и снижение процентных ставок должны создать дальнейшие инвестиционные стимулы. В целом, осуществление этой про граммы должно породить самовоспроизводящуюся динамику экономиче ского подъема, которая создала бы предпосылки для решения всевозмож ных социальных проблем.

203 Как это достигается посредством рыночного регулирования цен на недвижимость и земельные участки и дискриминирующего действия отношений спроса и предложе ния, показывает МАЙК ДЭЙВИС на примере геттоизации в Лос-Анджелесе (DAVIS 1999: 412 ff.). В физическом пространстве эффекты рыночного регулирования в принципе те же, что и в социальном: богатые становятся еще богаче, бедные еще беднее. Процессы социального разложения и упадка в "дезорганизованных" гетто имеют обратную сторону - развитие "высокоорганизованных гетто: фешенебельных "огражденных сообществ" (gated communities) и зон интенсивного потребления.

Экономическая политика и внутренняя безопасность В этой модели экономического роста проявляются некоторые хронические дефекты неолиберальной логики:

- Первый из них состоит в склонности к схематическим решениям, оформ ленным по образу "добродетельного круга" (Circulus Virtuous, противопо ложность более широко известному понятию "порочного круга"). Оправ данным это было бы лишь в том случае, если бы могли быть учтены все значимые факторы. Если же это не так, оказывается вполне возможным, что выведенные за пределы экономических уравнений переменные опреде ляют действительное развитие в большей степени, нежели учтенные факто ры. Это превращает сами уравнения в фикции, имеющие мало общего с ре альностью. Если же из них исходят при разработке политических страте гий, неучтенные переменные превращаются на практике в "экстернализо ванные" или выведенные за скобки побочные эффекты экономического роста и усилий по его стимулированию. Пренебрежение этими эффектами либо готовность смириться с ними как неизбежной "платой за прогресс" обнаруживает себя как преступное политическое легкомыслие в тот мо мент, когда они заявляют о себе в полную силу. В тематических рамках данной работы речь идет о таких эффектах, как растущая дифференциация доходов и относительная депривация, репрессивная тенденция и снижение уровня безопасности. Используя полемически заостренную лексику, на званные эффекты можно определить как разрушение рыночной экономикой своей социальной инфрастрктуры или внеэкономических условий ее собст венного существования, что в просторечии означает "пилить сук, на кото ром сидишь".

- Вторая логическая ошибка неолиберальной программы может быть обо значена как тенденция к "вечному возвращению". На сей раз, предлагается возврат к "решению", несостоятельность которого в свое время была осно ванием для принятия экстренных мер по спасению экономической системы капитализма. Это спасение осуществлялось именно средствами государст венного интервенционизма и относящихся к нему подходов, основанных на государственном регулировании экономических отношений. Тенденция к забвению этого гарантирует наступление в будущем критических ситуаций и необходимости принятия чрезвычайных решений. Уверенность в этом тем прочнее, что обычно решения обусловленных ростом проблем состоят в обеспечении "еще большего роста", что напоминает общую схему разви тия наркотической зависимости. Целью и смыслом производства становит ся получение лекарств от обусловленных производством заболеваний. Ка ждое решение чревато набором фатальных проблем, давая все основания раскаиваться в своем принятии. В конце концов, становится трудно разли чать между проблемами и решениями204.

204 Это напоминает поединок ГЕРАКЛА с ГИДРОЙ. При этом у нее на месте каждой от рубленной головы вырастают тотчас две новые, еще более уродливые и зубастые.

Пусть это будет нормально в силу того, что исторический процесс состоит в вечном решении старых проблем ценой возникновения новых. Поэтому "окончательных решений" нет и быть не может (разве что в виде третьей мировой войны или падения средних размеров астероида). И все же, можно думать о гармонизации процесса веч ного решения и созидания проблем. Это означает возможно более раннее распозна ние проблем и решение их таким образом, что из него вытекает как можно меньше Заключение - О третьей ошибке речь шла уже выше - о неспособности обходиться низ кими темпами экономического роста, рассматривая их как нормальное яв ление. Отсюда вытекает свербящая параноидальная потребность в немед ленном отыскании, локализации и нейтрализации "причин замедления". В этом отношении ничего не меняется, если действительные или воображае мые причины с точки зрения, выходящей за пределы куцых экономических расчетов, представляются вполне симпатичными и даже важными для нор мального протекания собственно экономических трансакций обстоятельст вами, скажем, "внедоговорными предпосылками надежности договоров". В настоящее время в качестве одного из "сдерживающих факторов" было уличена социальная компонента деятельности государства, что имело фа тальные последствия для этой составляющей.

Все, что действительно либо мнимо стоит на пути ассоциируемого с эко номическим ростом прогресса, будь это хоть символические препятствия, подвергается дискредитации в контексте одержимой ростом культуры. Все препятствия на пути бесконечного потребления и повышения прибылей, и все, что хоть чуть-чуть смахивает на такие препятствия, подлежит скорей шему устранению с этого пути. Утверждение этой неолиберальной логики и неспособность государства к нейтрализации деструктивных последствий ведет к общему скепсису в отношении способности государства к выпол нению своих функций социально-политическими средствами. Чем дальше заходит процесс делегитимации государства в социально-политической области, тем чаще оно вынуждено обращаться к иным каналам легитима ции. И выбор при этом невелик - остаются лишь криминал-политические средства. На место государственных услуг по оказанию помощи становят ся государственные услуги по наказанию.

На практике эта трансформация осуществляется следующим обра зом. Выполнением функций социальной помощи государство не достигает эффектов оправдания своего существования и своей полезности. Эти "вы работанные" и ненужные более функции делегируются гражданскому об ществу. Романский корень слова "гражданский" имеет два значения - на пример, немецкому слову "Buerger" соответствуют французские слова "citoyen" (гражданин) и "bourgeois" (буржуа). В нынешнем дискурсе о гра жданском обществе и передачи на его баланс функций социальной помощи имеется в виду, конечно, первое значение слова. Или же все-таки предпо лагается, что прежде относившуюся к функциям государства заботу о ре зервной армии труда хотя бы частично возьмут на себя менеджеры пред приятий и держатели акций, инвестируя в создание рабочих мест и органи зуя их?

новых проблем. Неолиберальные, как и все одержимые идеей роста подходы, по всей видимости, ведут прочь от подобной гармонизации. При этом каждое действие амбивалентно, поскольку в своих последствиях оно столь же опасно, как и бездейст вие.

Экономическая политика и внутренняя безопасность Однако менеджеры и акционеры руководствуются несколько иными мотивами, нежели любовь к ближнему либо борьба с безработицей. Воз можно, что какая-то часть резервной армии останется не охваченной их за ботами. На этот случай ожидается и пропагандируется активизация граж данского общества в лице негосударственных организаций, объединений, союзов, церковных общин, и, наконец, граждан как частных лиц. Им пред стоит озадачиться спасением выпавших из рыночных структур. В конце концов, неудачники и сами являются субъектами гражданского общества, активизация которого может состоять и в том, что им будет предложено взять заботу о своем спасении в свои руки (согласно принципам "спасение утопающих - дело самих утопающих" и "каждый кузнец своего счастья или судьбы"). В судьбе же тех, кого и структуры гражданского общества ока зались неспособными удержать в падении, предусмотрено все-таки участие государства, представленного своей полицией и своими тюрьмами.

Литература АБРАМКИН, В. (1994): ГУЛАГ сегодня - грядущая катастрофа в России.

Доклад на симпозиуме "Уроки Холокоста и Россия сегодня. - Москва, 07 08.04. АФАНАСЬЕВ, В. И ГИЛИНСКИЙ, Я. (1995): Девиантное поведение и социаль ный контроль в условиях кризиса российского общества. - Санкт Петербург AFANASYEV, V.;

GILINSKIJ, Y. & GOLBERT V. (1995): Social Changes and Crime in St.Petersburg. In: DE NIKE, ET AL. (Hrsg.): Victimization Perception after the Breakdown of State Socialism. - Berlin: 133- ALBRECHT, H.-J. (1993): Stichwort "Kriminologie". In: KAISER, G.;

KERNER, H. J.;

SACK, F. & SCHELLHOSS, H. (Hrsg.): Kleines Kriminologisches Woerter buch. - Heidelberg AVILOV, G. (2000): Die russische Aktiengesetzgebung und Probleme ihrer Ver vollkommnung. In: Vereinigung fuer deutsch-russisches Wirtschaftsrecht e. V.

- Mitteilungen Nr. 18-19,Jg. 11/2000: 1- BAER, J. & CHAMBLISS, W. J. (1997): Generating Fear: the Politics of Crime Reporting. In: Crime, Law and Social Change. - 27/2/1997: 87- BAUMAN, Z. (1998): Das Jahrhundert der Lager? In: DABAG, M. & PLATT, K.

(Hrsg.): Strukturen kollektiver Gewalt im 20. Jahrhundert, Band 1. - Opaden:

Leske & Budrich: 81- BAUMAN, Z. (1999): Unbehagen in der Postmoderne. - Hamburg BAUMAN, Z. (2000): Die Krise der Politik. Fluch und Chance einer neuen Oef fentlichkeit. - Hamburg: Hamburger Edition HIS BECK, U. (1986): Risikogesellschaft. Auf dem Weg in eine andere Moderne. Frankfurt/Main BECK, U. (1993): Politische Wissenschaftstheorie der Risikogesellschaft. In:

BECHMANN, G. (Hrsg.): Risiko und Gesellschaft. - Opladen: Westdeutscher Verlag: 305- BECKER, H. (1972): Whose Side Are We On? - In: DOUGLAS, J. D. (ed.): The Relevance of Sociology. - New York BECKER, H. (1983): Aussenseiter. Zur Soziologie abweichenden Verhaltens. Frankfurt/Main: Fischer BECKER, H. (1994/1984): Die Kunst des professionellen Schreibens. Ein Leit faden fuer die Sozialwissenschaften. - Frankfurt/Main & New York BECKETT, K. (1997a): Making Crime Pay. Law and Order in Contemporary American Politics. - NewYork BECKETT, K. (1997b): Political Preoccupation with Crime Leads, not Follows, Public Opinion. In: Overcrowded Times - No. Литература BECKETT, K.& SASSON, T. (eds.) (2000): The Politics of Injustice: Crime and Punishment in America. - London: Pine Forge BERGER, P. L. & LUCKMANN, T. (1969): Die gesellschaftliche Konstruktion der Wirklichkeit. - Frankfurt/Main BEST, J. (1999): Random Violence. How We Talk About New Crimes and New Victims. - Los Angeles & London BIENKOWSKA, E. (1991): Crime in Eastern Europe. In: HEIDENSOHN F. & FAR REL M. (eds.) Crime in Europe. - London: Routledge: 43- BILSKY, W.;

WETZELS, P.;

MECKLENBURG, E. & PFEIFFER, C. (1995): Subjektive Wahrnehmung von Kriminalitaet und Opfererfahrung. In: KAISER, G. & JEHLE, J. (Hrsg.): Kriminologische Opferforschung. - Heidelberg: Kriminal istik Verlag: 73-106.

BLINKERT, B. (1988): Kriminalitaet als Modernisierungsrisiko. Das "Hermes Syndrom" der entwickelten Industriegesellschaften. In: Soziale Welt. - Bd. 39:

397- BLUESTONE, B. (2000): The Battle for Growth With Eqiuty in the 21st Century.

In: Internationale Politik und Gesellschaft. - Nr. 3/2000: 271- BOERS, K. (1991): Kriminalitaetsfurcht. Zusammenhaenge und Folgen eines sozialen Problems - Hamburg BOERS, K. (1994): Kriminalitaet und Kriminalitaetsfurcht im sozialen Umbruch.

In: Neue Kriminalpolitik. - 2: 27- BOERS, K. (1995): Sozialer Umbruch und Kriminalitaet in Deutschland. In:

SAHNER, H. (Hrsg.): Gesellschaften im Umbruch.

BOERS, K. (1997): Sozialer Umbruch, Modernisierungsrisiken und Kriminali taet. In: BOERS, K.;

GUTSCHE, G. & SESSAR, K. (Hrsg.): Sozialer Umbruch und Kriminalitaet in Deutschland. - Opladen: 35- BOERS, K. & SESSAR, K. (1991): Do People Really Want Punishment? In: SES SAR, K. & KERNER, H.-J (eds.): Developments in Crime and Crime Control Re search. - New York & Berlin: 126- BONSS, W. (1995): Vom Risiko. Unsicherheit und Ungewissheit in der Moderne.


- Hamburg BOURDIEU, P. (1985): Sozialer Raum und "Klassen". Lecon sur la lecon. Zwei Vorlesungen. - Frankfurt/Main BOURDIEU, P. (1998): Gegenfeuer. Wortmeldungen im Dienste des Widerstands gegen die neoliberale Invasion. - Konstanz: Univ.-verl. Konstanz BRAITHWAITE, J. & MUGFORD, S. (1993): Conditions of successful reintergation ceremonies: Dealing with juvenile offenders. In: British Journal of Criminol ogy. - June 1993: 1- BROWNMILLER, S. (1975): Against Our Will: Men, Women and Rape. - New York Литература BUDE, H. (2000): Schroeder, die Buergergesellschaft und die SPD. Gespraech mit dem Soziologen Heinz Bude. In: Die neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte. 9/2000: 520- BURIANEK, J. (1998): Democratization, crime, punishment and public attitudes in the Chech republic. In: Crime, Law and Social Change. - Vol. 28/Nr. 3 4/1997-98: 213- BURIANEK, J. & KUCHAR, P. (1997): The Development of Criminality in Prague:

a Low-Anomic Change?. In: EWALD, U. (ed.): Social Transformation and Crime in Metropolises of Former Eastern Bloc Countries. – Bonn: Forum Ver lag Godesberg: 111- CAPLOW, T. & SIMON, J. (1999): Understanding Prison Policy and Population Trends. In: TONRY, M. & PETERSILIA, J. (eds.): Prisons. - Chicago & London:

The University of Chicago Press: 63- CASTEL, R. (1995): L'avenement d'un individualisme negatif. In: Magazine lit teraire. - No. 334: 18- CHAMBLISS, W. J. (1998): Der Export von Misserfolgen: der amerikanische Im perialismus und seine Sicherheitsindustrie. In: ORTNER, H;

PILGRAM, A. & STEINERT, H. (Hrsg.): New-Yorker "Zero-Tolerance"-Politik - Baden-Baden:

Nomos Verlag: 87- CHAMBLISS, W. J. (1999): Power, Politics and American Crime. - Manuscript ХОХРЯКОВ, Г. (1999): Криминология. - Москва: Юрист CHRISTIE, N. (1995): Kriminalitaetskontrolle als Industrie. Auf dem Weg zu Gu lags westlicher Art. - Hamburg CHRISTIE, N. (1977): Conflicts as Property. In: The British Journal of Cirminol ogy. - 17: 1- CHRISTIE, N. (1999): A Much Needed Mafia. - Manuscript CHOMSKY, N. (2000): Zur Logik des militaerischen Humanismus. In: Blaetter fuer deutsche und internationale Politik. - 4/ CICOUREL A. V. (1970): Methode und Messung in der Soziologie. - Frank furt/Main: Suhrkamp CLARKE, R. V. & CORNISH, D. B. (1986) The Reasoing Criminal. Rational Choice Perspectives on Offending. - New York COHEN, S. (1972): Folk Devils and Moral Paniks: the Creation of Mods and Rockers. - London: MacGibbon and Kee COHEN, S. (1973): Mods and Rockers: The Inventory as Manufactured News. In:

COHEN, S. & YOUNG, J. (eds.): The Manufacture of News. Social Problems, Deviance and the Mass Media. - London COLEMAN J. W. (1985): The Criminal Elite. The Sociology of White Collar Crime. - New York Литература CONZE, W. (1984): "Stichwort Sicherheit, Schutz". In: BRUNNER, O;

CONZE, W.

& KOSELLECK, R. (Hrsg.): Geschichtliche Grundbegriffe. - Stuttgart, Bd. 5:

831- CREMER-SCHAEFER, H. (1993): Was sichert Sicherheitspolitik? Ueber den poli tischen Nutzen steigender Kriminalitaet und ausufernder Gewalt. In: KAMP MEYER, E. & NEUMEYER, J. (Hrsg.): Innere Unsicherheit. - AG-SPAK Buecher M 121: 41- CURRIE, E. (1991): The Politics of Crime: The American Experience. A debate between Elliot Currie and James Q. Wilson. In: STENSON, K. & COWELL, D.

(eds.): The Politics of Crime Control. - London et al.: SAGE Publications: 33 CURRIE, E. (1997): Market, crime and community. Toward a mid-range theory of post-industrial violence. In: Theoretical Criminology. - Vol. 1/Nr. 2: 147 DAVIS, M. (1994): City of Quartz. Ausgrabungen der Zukunft in Los Angeles. Berlin & Goettingen DAVIS, M. (1999): Oekologie der Angst. - Muenchen VAN DIJK, J.J.M.;

MAYHEW, P. & KILLIAS, M. (1990): Experiences of Crime across the World. Key Findings from the 1989 International Crime Survey. Deventer DOELLING, D. (1989): Kriminologie im Dritten Reich. In: DREIER & SELLERT (Hrsg.): Recht und Justiz im Dritten Reich. - Frankfurt/Main: 194- DURKHEIM, E. (1984/1895): Die Regeln der soziologischen Methode. - Frank furt/Main: Suhrkamp EHRENREICH, B. (1994): Angst vor dem Absturz. Das Dilemma der Mittelklasse.

- Hamburg: Rowohlt ENZENSBERGER, H.M. (1991): Politik und Verbrechen. - Frankfurt/Main ERICSON, R. & HAGGERTY K. (1997): Policing the Risk Society. - Toronto: Uni versity of Toronto Press EWALD, U.;

HENNIG, K. & LAUTSCH, E. (1994): Opfererleben in den neuen Bundeslaendern. in: BOERS, K. ET AL. (Hrsg.): Sozialer Umbruch und Krimi nalitaet. Ergebnisse einer Kriminalitaetsbefragung in den neuen Bundeslaendern. - Bonn: 75-171.

FABER, K. (2000): Globalisierung - nur ein anderes Wort fuer die Verwes tlichung? In: Die Neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte. - 5/2000: 274- FATTAH, E. (1989): Victims and Victimology: the Facts and the Rhetoric. In: In ternational Review of Victimology. - Vol. 1: 43- FATTAH, E. (1993): Research on Fear of Crime: Some Common Conceptual and Measurement Problems. In: BILSKY, W.;

PFEIFFER, C. & WETZELS, P. (eds.):

Fear of Crime and Crime Victimization. - Stuttgart: 45- Литература FELTES, T. (1996): "Das Klima ist rauher geworden." In: "Spiegel." - 31/ FLASSBECK, H. (2000): Wanted: an International Exchange Rate Regime. In: In ternationale Politik und Gesellschaft. - 3/2000: 282- FORRESTER, V. (1998): Der Terror der Oekonomie. - Muenchen: Wilhelm Goldmann FUHR, E. (2000): Der FDP faellt wieder eine Schluesselrolle zu. In: Die neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte. - 7-8/2000: 440- GARLAND, D. (2000): The Culture of High Crime Societies. In: Brutish Journal of Criminology, Vol. 40, Nr. 3: 347- GIDDENS, A. (1991): Modernity and Self-Identity: Self and Society in the Late Modern Age. - Oxford: Polity ГИЛИНСКИЙ, Я. (1991): Проституция, как oна есть. В: Проституция и пре ступность. - Москва: 99- ГИЛИНСКИЙ, Я. (1995А): Девиантное поведение в Санкт-Петербурге на фоне российской действительности эпохи перестройки. В: "Русский мир" - № 2: 118- ГИЛИНСКИЙ, Я. (1995Б): Нам есть о чем молчать. В: "На дне" - № 5(9) GILINSKIJ, Y. (1998): Crime Prevention in Russia: Theory and Practice. In: Se curity Journal 11: 109- ГИЛИНСКИЙ, Я. (1999А): Предупреждение правонарушений несовершенно летних в системе социального контроля. Рукопись выступления на кон ференции "Ювенальная юстиция и предупреждение преступности", 11.1999.

ГИЛИНСКИЙ, Я. (1999б): Социологические и психолого-педагогические ос новы суицидологии. - Санкт-Петербург ГИЛИНСКИЙ, Я (2000) (ред.) Девиантность и социальный контроль в России (XIX-XX вв.): тенденции и социологическое осмысление. - СПб: Алетейя GILINSKIJ, Y. (2000): Crime and Deviance: Stare from Russia. - Sankt Petersburg ГИЛИНСКИЙ, Я. И РУМЯНЦЕВА, Г. (1997): Основные тенденции самоубийств в России: социологический анализ. В: Петербургская социология 1997/1:

60- GILOMEN, H. (1995): Innere Sicherheit - nur ein kriminalpolitisches Problem?

In: BAUHOFER, S. & BOLLE, PIERRE-H. (Hrsg.): Innere Sicherheit - Innere Un sicherheit. - Zьrich GLOTZ, P. (2000): Kulturpessimismus ist nicht am Platz. In: Die neue Gesell schaft/Frankfurter Hefte. - 6/2000: 343- GOLBERT V. (1996a): Methodische Ueberlegungen zur Gestaltung eines kom parativen Forschungsprojekts in einer Situation des sozialen Umbruchs. In:

Литература EWALD, U. (Hrsg.): Kulturvergleichende Kriminalitaetsforschung und sozialer Wandel in Mittel- und Osteuropa. - Bonn: Godesberg: 51- GOLBERT V. (1996b): Grenzen und Abstufung der Daten-Vergleichbarkeit in einem komparativen Forschungsprojekt. In: EWALD, U. (Hrsg.): Kulturver gleichende Kriminalitaetsforschung…. - Bonn: Godesberg: 54- GOLBERT, V. (1997): Fear of Crime as a Factor of Social and Political Devel opment in a Situation of Socail Upheaval. In: EWALD, U. (ed.): Social Trans formation and Crime in Metropolises of Former Eastern Bloc Countries. Bonn: Godesberg ГУРОВ, А. (1995): Красная мафия. - Москва HABERMAS, J. (1973): Legitimationsprobleme im Spaetkapitalismus. - Frank furt/Main HABERMAS, J. (1990): Die nachholende Revolution. - Frankfurt/Main HABERMAS, J. (1999): Bestialitaet und Humanitaet. Ein Krieg an der Grenze zwischen Recht und Moral. In: Die Zeit. - 29.4.1999: 1, 6f.

HAGEMANN, O. (1993): Wohnungseinbrueche und Gewalttaten: Wie bewaelti gen Opfer ihre Verletzungen? - Hamburg HALL, S.;

CRITCHER, C.;

JEFFERSON, T.;

CLARKE, J. & ROBERTS, B. (1978): Polic ing the Crisis. Mugging, the State, and Law and Order. - London: Macmillan Publishers HANAK, G.;

STEHR, H. & STEINERT, H. (1989): Aergernisse und Lebenskatastro phen. Ueber den alltaeglichen Umgang mit der Kriminalitaet. - Bielefeld HARNETT S. & SKOGAN W. (1997): Community Policing, Chicago Style. - New York & Oxford: Oxford University HASSEMER, W. (1992): Kennzeichen und Krisen des modernen Strafrechts. In:


ZRP. - Heft 10: 1- HASSEMER, W. (1993): Gefahr heiligt nicht alle Mittel. In: Die Zeit - Nr.

49/03.12.1993: 1- HEINZ, W. (2000): Kriminalpolitik an der Wende zum 21. Jahrhundert: taugt die Kriminalpolitik des ausgehenden 20. Jahrhunderts fuer das 21. Jahrhundert?

In: Bewaehrungshilfe. - Jg. 47/Nr.2: 131- HERBERT, S. (2000): Reasessing Police and Police Studies. In: Theoretical Criminology. - Vol. 4(1): 113- HESS, H. (1976): Repressives Verbrechen. In: KrimJ. - 8/ HESS, H. (1993): Kriminologen als Moralunternehmer. In: BOELLINGER L.& LAUTMANN R. (Hrsg.): Vom Guten, das noch stets das Boese schafft. Krimi nal-wissenschaftliche Essays zu Ehren von HERBERT JAEGER. - Frank futt/Main: Suhrkamp: 329- HESS, H. (2000): Neue Sicherheitspolitik in New York City. In: DIGNES, M. & SACK, F. (Hrsg.): Unsichere Staedte. - Konstanz: 355- Литература HESS, H. & SCHEERER, S.: (1997): Was ist Kriminalitaet? Skizze einer konstruk tivistischen Kriminalitaetstheorie. In: Kriminologisches Journal. - 29.Jg./Heft 7: 83- HESSE, H. A. (1994): Der Schutzstaat. Rechtssoziologische Skizzen in dunkler Zeit. - Baden-Baden VON HIRSCH, A.& JAREBORG, N (1987): “Neoklassizismus” in der skandinav ischen Kriminalpolitik. In: ESER & CORNILS (Hrsg.): Neuere Tendenzen der Kriminalpolitik. - Freiburg i.Br.: Max-Plank-Institut: 35- HIRSCHI, T (1989): Exploring Alternatives to Integrated Theory. In: MESSNER, S.

E.;

KROHN, M. D. & LISKA, A. E. (eds): Theoretical Integration in the Study of Deviance and Crime: Problems and Perspectives. - New York: 37- HIRSCHI, T. & GOTTFREDSON, M. R. (2000): In Defense of Self-Control. In:

Theoretical Criminology - Vol. 4(1): 55- HOBSBAWM, E. (2000): Das Gesicht des 21. Jahrhunderts. Ein Gespraech mit ANTONIO POLITO. - Muenchen: Hanser Verlag HULSMAN, L. (1991): The Abolitionist Case: Alternative Crime Policies. In: Is rael Law Review. - Vol. 25/Nos 3-4/Summer-Autumn 1991: 681- INGLEHART, R. (1990): Culture Shift in Advanced Industrial Society. - Princeton:

Princeton University Press JAEGER, H. (1989): Makrokriminalitaet. - Frankfurt/Main JOAS, H. (2000): Kriege und Werte. Studien zur Gewaltgeschichte des 20. Jahr hunderts. - Weilerswist: Velbrueck Wissenschaft KAISER, G. (1987): Abolitionismus - Alternative zum Strafrecht? In: Festrschrift fuer P. Lackner. - Berlin & New York KAISER, G. (1996): Kriminologie. Ein Lehrbuch, 3. Aufl. - Heidelberg: Mueller Verl.

KAMANN, M. (2000): Eine Weltinnenpolitik ohne Protektorate ist inkonsequent.

In: Die Neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte. - 5/2000: 277- КАРПЕЦ, И. (1992): Преступность: Иллюзии и реальность. - Москва KEIL, G. (1998): Wissenschaft, Wirtschaft und Politik. In: Die Neue Gesell schaft/Frankfurter Hefte. - 6/1998: 513- KERNER, H.-J. (1980): Kriminalitaetseinschaetzung und Innere Sicherheit. Wiesbaden KINGDOM, J. (1992): No such Thing as Society? Individualism and Community.

- Buckingham & Philadelphia КЕСЕЛЬМАН, Л. & МАЦКЕВИЧ, М.(2001): Социальное пространство нарко тизма. - Санкт-Петербург KORINEK, L. (1997): Social and Habitual Changes and the Public’s View of Crime in Budapest during the Transition Periode. In: U. EWALD (Hrsg.): So Литература cial Transformation and Crime in Metropolises of Former Eastern Bloc Coun tries. - Bonn: Forum Verlag Godesberg КОСТЮКОВСКИЙ, Я. (2000): Организованная преступность в Санкт Петербурге. - Рукопись диссертации KRAEUPL, G. (1994): "Resuemee der Kriminologischen Sommerakademie in Er furt". - Manuskript KRASMANN, S.;

LEHNE, W. & SCHMIDT-SEMISCH, H. (1993): Entgrenzung der Staatsgewalt. Die CDU und die Innere Sicherheit. In: Vorhaenge. - 32/Heft 4:

68- KREISSL, R. (1998): Die Konjunktur Innerer Sicherheit und die Transformation der gesellschaftlichen Semantik. In: HITZLER, R. & PETERS, H. (Hrsg.): In szenierung: Innere Sicherheit. - Opladen KRONAUER, M. (1997): "Soziale Ausgrenzung" und "Underclass". Ueber neue Formen der gesellschaftlichen Spaltung. In: Leviathan. - 1/1997: 28- KRUGMAN, P. (1990): The Age of Diminished Expectations. - Cambridge: M.I.T.

Press KUNZ, K.-L. (1997): Innere Sicherheit und Kriminalitaetsvorsorge im liberalen Rechtsstaat, In: ders., & MOSER, R (Hrsg.): Innere Sicherheit und Lebensaeng ste. - Bern et al.: 13- KURY, H. (1999): Zum Stand des Behandlungsforschung, oder: vom nothing works zum something works. In: Festschrift fuer A. BOEHM. - Berlin & New York LEDER, H.-K. (1998): Dunkelfeld. Bemerkungen aus devianz- und kriminal soziologischer, kriminologischer und wissenschaftstheoretischer Sicht. Frankfurt/Main LEHNE W. (1994): Innere Sicherheit - das ideale Wahlkampfthema. In: Krim Info - 8/ LEHNE, W. (1996): Praeventionsraete, Stadtteilforen, Sicherheitspartner schaften. Die Reorganisation des Politikfeldes "Innere Sicherheit". In: TRUTZ VON TROTHA (Hrsg.): Politischer Wandel, Gesellschaft und Kriminalitaets diskurse. - Baden-Baden LINDENBERG, M. & SCHMIDT-SEMISCH, H. (1995): Sanktionsverzicht statt Herr schaftsverlust. Vom Uebergang in die Kontrollgesellschaft. In: Kriminolo gisches Journal. - 27. Jg./H. 1: 2- LISZT, F. V. (1905): Das Verbrechen als sozial-pathologische Erscheinung. In:

ders., Strafrechtliche Aufsaetze und Vortraege, Bd. 2. - Berlin LUKES, D. (2000): Wirklichkeitskonstruktion als Ware: Der "Wertewandel" in der westlichen Welt. In: Internationale Politik und Gesellschaft 4/2000: 389 LUCHTERHANDT, O. (1999): Russlands unsicherer Weg zum Rechtsstaat. In:

Osteuropa - 11/12: 1108- Литература LUHMANN, N. (1972): Rechtssoziologie, Bd. 1. - Reinbek LUHMANN, N. (1988): Soziale Systeme. Grundriss einer allgemeinen Theorie. Frankfurt/Main: Suhrkamp LUHMANN, N. (1991): Soziologie des Risikos. - Berlin LUHMANN, N. (1995): Die Wissenschaft der Gesellschaft. - Frankfurt a. M.:

Suhrkamp LUHMANN, N. (1996): Jenseits von Barbarei. In: MILLER, M. & SOEFFNER H.-G.

(Hrsg.): Modernitaet und Barbarei. Soziologische Zeitdiagnose am Ende des 20. Jahrhunderts. - Frankfurt/Main: 219- LUHMANN, N. (1997): Die Gesellschaft der Gesellschaft. - Frankfurt/Main ЛУНЕЕВ, В. (1997): Преступность в ХХ столетии: мировые, региональные и российские тенденции развития. - Москва MADRICK, J. (1995): The End of Affluence: The Causes and Consequences of America's Economic Dilemma. - New York: Random House MARTIN, H.-P. & SCHUMANN, H. (1996): Die Globalisierungsfalle. Der Angriff auf Demokratie und Wohlstand. - Hamburg: Rowohlt MASSARO, T. M. (1990): Das amerikanische Plea-Bargaining System: staatsan waltliches Ermessen bei der Strafverfolgung. In: Sonderheft Strafverteidiger:

33- MAXFIELD M.G. (1984): Fear of Crime in England and Wales.- London MAWBY;

R. I. & WALKLATE, S. (1994): Critical Victimology. International Per spectives. - London et al: SAGE Publications MEAD, G. H. (1973): Geist, Identitaet und Gesellschaft. - Frankfurt Main MERKEL, W. (1999): Systemtransformation. - Opladen: Leske & Budrich MEYER-STAMER, J. (2000): Rezension auf " FUCHS, KRAUSS & WOLF'S (Hrsg.):

Die Bindungen der Globalisierung...". In: Internationale Politik und Gesell schaft. - 2000/3: 313f.

MICHAL, W. (2000): Wir wollen ein rot-gruenes Buergertum! In: Die Neue Ge sellschaft/Frankfurter Hefte - 6/2000: 352- MUELLER, M. (2000): Societa civile oder neuer Feudalismus. In: Die Neue Ge sellschaft/Frankfurter Hefte. - 6/2000: 348- MUELLER, R. & BRAUN, B. (1993): Kriminalitaet und Kriminalitaetsfurcht. In:

Kriminalistik. - 47: 623- MURRAY, C. (1984): Loosing Grounds. - New York OBERGFELL-FUCHS, J. & KURY, H. (1996): Sicherheitsgefuehl und Persoenlich keit. In: Monatsschrift fuer Kriminologie … - 2: 97- OFFE, C. (1994): Der Tunnel am Ende des Lichts. Erkundungen der politischen Transformation im Neuen Osten. – Frankfurt/Main & New York Литература ORTNER, H.;

PILGRAM, A. & STEINERT, H. (Hrsg.) (1998): New Yorker "Zero Tolerance" Politik. - Baden-Baden: Nomos Verl.

PETERS, H. (1998): Die Inszenierung "Innere Sicherheit" - Zur Einfuehrung in das Thema. In: HITZLER, R. & PETERS, H. (Hrsg.): Inszenierung: Innere Si cherheit. - Opladen: 9- PFEIFFER, CH. (1995): Das Problem der sogenannten "Auslaenderkriminalitaet" - empirische Befunde, Interpretationsgebote und (kriminal)-politische Fol gerungen. In: KFN-Reihe. - Hannover POPITZ, H. (1968): Ueber die Prдaeentivwirkung des Nichtswissens. - Tuebingen “Преступность и правонарушения…”: Статистические сборники МВД РФ.” (1996, 1998) - Москва PREUSS, U. (1990): Reflexionen ueber die Zukunft der inneren Sicherheit. Eine theoretische Skizze. In: Strafverteidiger. - 7/ PREUSS U. (1997): Legalitaet - Loyalitaet - Legitimitaet. In: GREIFF, B. V.;

KOCH, C. & KOENIG, H. (Hrsg.): Der Leviathan in unserer Zeit. - Opladen & Wies baden: Westdeutscher Verlag: 53- PRITTWITZ, C. (1993): Strafrecht und Risiko: Untersuchungen zur Krise von Strafrecht und Kriminalpolitik in der Risikogesellschaft. - Frankfurt/Main RADFORD, J. & STANKO, E. (1991): Violence Against Women and Children: the Contradictions of Crime Control Under Patriarchy. In: STENSON, K. & COW ELL, D. (eds.): The Politics of Crime Control. - London et al.: Sage: 188- REBMANN, M. (1998): Auslaenderkriminalitaet in der Bundesrepublik Deutsch land. - Freiburg i. Br.

REINER (1994): Policing and the Police. In: MAGUIRE, M., MORGAN, R. & REINER, R. (eds.): The Oxford Handbook of Criminology. - Oxford: Clarendon Press: 705-772 / REISS, A. J. (1977): The Police and the Public. - New York & London SACK, F. (1978): Fragen und Befunde einer Strafrechtssoziologie. In: KOENIG, R. (Hrsg.): Handbuch der empirischen Sozialforschung, Bd. 12. - Stuttgart SACK, F. (1993): "Selektion und Selektionsmechanismen". In: KAISER, G.;

KER NER, H.-J.;

SACK, F. & SCHELLHOSS, H. (Hrsg.): Kleines Kriminologisches Woerterbuch. - Heidelberg: 462- SACK, F. (1995a): Praevention - ein alter Gedanke in neuem Gewand. Zur Entwicklung und Kritik der Strukturen "postmoderner" Kontrolle. In: GOESS NER, R. (Hrsg.): Mythos Sicherheit. - Baden-Baden: 429- SACK, F. (1995b): Socio-Political Change and Crime. A Discourse on Theory and Method in Relation to the New Face of Crime in Germany. In: Crime, Law & Social Change - 24: 49- SACK, F. (1996): Kriminalitaet dementieren - sonst nichts? In: Kriminologisches Journal. - 28: 297- Литература SACK, F. (1997a): Umbruch und Kriminalitaet - Umbruch als Kriminalitaet. In:

SESSAR, K. & HOLLER, M. (Hrsg.): Sozialer Umbruch und Kriminalitaet. Hamburg: Centaurus: 91- SACK, F. (1997B): Des Menschen Ordnung oder Der vergebliche Kampf gegen das Boese. In: TROTHA, T. VON, (Hrsg.): Politischer Wandel, Gesellschaft und Kriminalitaet. - Baden-Baden: Nomos: 367- SACK, F. (1998): Oekonomisierungsprozesse in der Kriminalpolitik. Marktlogik fuer staatliches Strafen? In: REINDL R. (Hrsg.): Effektivitaet, Effizienz und Ethik in Straffaelligenhilfe und Kriminalpolitik. - Lambertus SCHEERER, S. (1986): Der politisch-publizistische Verstaerkerkreislauf. Zur Bee influssung der Massenmedien im Prozess strafrechtlicher Normgenese. In:

Kriminologisches Journal. - 10: 223- SCHEINGOLD, ST. A. (1991): The Politics of Street Crime. Criminal Process and Cultural Obsession. - Philadelphia SHELLEY, L. (1990): The Soviet Militia: Agents of Politics and Social Control.

In: Policing and Society. - 1(1): 23- SCHROEDER, G. (2000): Die zivile Buergergesellschaft. Zur Neubestimmung der Aufgaben von Staat und Gesellschaft. In: Die Neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte. - 4/ SCHWERHOF, G. (1992): Devianz in der alteuropдischen Gesellschaft. Umrisse einer historischen Kriminalitдtsforschung. In: Zeitschrift fuer historische For schung. - 19/1992: 386- SCHWIND, H. D. & WINTER, M. (Hrsg.) (1990): Ursachen, Praevention und Kon trolle von Gewalt: Analysen und Vorschlaege der Unabhaengigen Regierung skommission zur Verhinderung und Bekaempfung von Gewalt, Bd. 1. - Ber lin: Duncker und Humblot SCRATON, P. & CHADWICK, K. (1991): The Theoretical and Political Priorities of Critical Criminology. In: STENSON, K. & COWELL, D. (eds.): The Politics of Crime Control. - London: Sage Publications: 161- SESSAR, K. (1981): Rechtliche und soziale Prozesse einer Definition der Toe tungskriminalitaet. - Freiburg i. Br.: Max-Plank-Institut SESSAR, K. (1993): Kriminalitaet von und an Auslaendern. In: Auslaender, Kriminalitaet und Strafrechtspflege. Schweizerische Arbeitsgruppe fuer Kriminologie, Band 11: 189- SESSAR, K. (1997a): Strafeinstellungen zum Umbruch. In: BOERS, K.;

GUTSCHE, G. & SESSAR, K. (Hrsg.): Sozialer Umbruch und Kriminalitaet in Deutschland.

- Opladen: Westdeutscher Verl.: 255- SESSAR, K. (1997b): Einfuehrung zum Materialienband des internationalen Symposiums in Budapest. In: SESSAR, K. & HOLLER, M. (Hrsg.): "Sozialer Umbruch und Kriminalitaet in Mittel- und Osteuropa". - Hamburg Литература SESSAR K. (1997c): Social Transition and the Fear of Crime. In: Raska, E. & Saar, J. (eds.): Crime and Criminology at the End of the Century: 165- SESSAR, K. (2001): Von der Repression zur Praevention: Paradigmenwechsel oder Falle? - Manuskript SIMON, J. (1993): Poor Discipline. Parole and the Social Control of the Under class, 1890-1990. - Chicago & London SIMON, J. (1997): Gewalt, Rache und Risiko. Die Todesstrafe im neoliberalen Staat. In: TROTHA, T. VON (Hrsg.): Soziologie der Gewalt. Sonderheft der Koelner Zeitschrift fuer Soziologie und Sozialpsychologie. - 37: 279- SIMON, J. & FEELY, M. (1995): True Crime: the New Penology and the Public Doscourse on Crime. In: BLOMBERG, T. & COHEN: (eds.) Punishment and So cial Control. - New York: Aldine de Gruyter SKOGAN W. G. (1993): The Various Meanings of Fear of Crime. In: BILSKY, W.;

PFEIFFER, C. & WETZELS, P. (Hrsg.): Fear of Crime and Crime Victimization. Stuttgart SKOGAN, W. G. & HARNETT, S. M. (1997): Community Policing, Chicago Style.

- Oxford et al.: Oxford University Press SPITZER, S. (1987): Security and Control in Capitalist Societies: The Fetishism of Security and the Secret Thereof. In: LOWMAN, J.;

MENZIES, R. J. & PALYS, T. S. (eds.): Transcarceration: Essays in the Sociology of Social Control. - Al dershot STRASSER, J. (2000): Robert Kurz' Abgesang auf die Marktwirtschaft. In: Die Neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte. - 5/2000: 312- Судебная статистика (1998): Преступность и судимость (современный ана лиз данных уголовной судебной статистики России. - Москва TAME, C. R. (1991): Freedom, Responsibility and Justice: The Criminology of the "New Right". In: STENSON, K. & COWELL, D. (eds.): The Politics of Crime Control. - London et al.: SAGE Publications: 127- TAYLOR, J. (1999): Crime in Context. A Critical Criminology of Market Socie ties. - Cambridge & Oxford TAYLOR, J. & JAMIESON, R. (1998): Fear of Crime and fear of Falling: English Anxieties Approaching the Millenium. In: Archives Europeenes de Sociologie.

- 39(1): 149- TILLY, CH. (1985): War Making and State Making as Organized Crime. In: EV ANS, P.-B.;

RUESCHEMЕYER, D. & SCOCPOL, T. (eds.): Bringing the State Back In. - Cambridge ТИМОФЕЕВ, Л. (2001): Наркобизнес. Начальная теория экономической от расли. - СПб VAUGHAN, B. (2000): The Civilizing Process and the Janus-Face of Modern Punishment. In: Theoretical Criminology. - Vol. 4(1): 71- Литература VILLMOARE, A. H. (1977): Preventive Counterrevolution: The Ideological Re sponse to the 1960s. In: The American Behavioral Scientist. - Vol. 20: 597 WACQUANT, L. J. D. (1997): Vom wohltaetigen Staat zum strafenden Staat: ue ber den politischen Umgang mit dem Elend in Amerika. In: Leviathan. - Bd.

50: 50- WAHL, P. (2000): Zwischen Hegemonialinteressen, Global Governance und Demokratie. Zur Krise der WTO. In: Internationale Politik und Gesellschaft. Nr. 3/2000: 235- WALDENBERGER, F. (2000): From Corporatist to Market Capitalism? In: Inter nationale Politik und Gesellschaft. - Nr.3/2000: 292- WEITEKAMP, E. (1999): Die repressive Kriminalpolitik der USA auf dem Vor marsch. In: NICKOLAI & REINDL (Hrsg.): Renaissance des Zwangs - Konse quenzen fьr die Straffaelligenhilfe. - Freiburg i. Br.

WIDMER, A. (1995): Sicherheit - ueber Begrifflichkeit und staatliche Massnah men. In: BAUHOFER, S. & BOLLE, P.-H. (Hrsg.): Innere Sicherheit - Innere Un sicherheit. - Zuerich WILSON, J.Q. & KELLING, G.L. (1982): The Police and Neighbourhood Safety.

Broken Windows. In: The Atlantic Monthly. - March: 29- WILSON, J. Q. (1991): The Politics of Crime: The American Experience. A de bate between Elliot Currie and James Q: Wilson. In: STENSON, K. & COWELL, D. (eds.): The Politics of Crime Control. - London et al.: Sage Publications:

33- YOUNG, J. (1974): Mass Media, Drugs, and Deviance. In: ROCK, P. & MCINTOSH, M. (eds.): Deviance and Social Control. - London: 229- YOUNG, J. (1987): The Tasks Facing a Realist Criminology. In: Contemporary Crisis II: 337- YOUNG, J. (1999): The Exclusive Society. Social Exclusion, Crime and Differ ence in Late Modernity. - London ZEDNER, L. (1997): Fear of Crime. In: MAGUIRE, M;

MORGAN, R. & REINER, R.

(eds.): The Oxford Handbook of Criminology. - Oxford: 586- Приложение* Рисунок 1: Развитие преступности в СССР и России, 1961 – СССР UdSSR Россия Russland 1961 196 1970 1975 198 1985 1990 199 Рисунок 2: Общий уровень преступности в СССР, 1956 - 1956 1957 1958 1959 Все данные взяты из следующих источников: Преступность и правонарушения в РФ.

* Сборник МВД (1992), (1999). – Москва;

ЛУНЕЕВ (1997).

Прпиложение Рисунок 3: Общий уровень преступности в СССР, 1961 – 1961 1962 1963 1964 1965 1966 1967 1968 1969 Рисунок 4: Общий уровень преступности в СССР, 1971 – 1971 1972 1973 1974 1975 1976 1977 1978 1979 Приложение Рисунок 5: Общий уровень преступности в СССР, 1976 – 1976 1977 1978 1979 1980 1981 1982 1983 1984 Рисунок 6: Общий уровень преступности в СССР и Росии, 1983 – СССР UdSSR Россия Russland Прпиложение Рисунок 7: Уровень убийств в СССР и России, 1979 – СССР UdSSR Russland Россия Рисунок 8: Уровень общей преступности в 90-х гг., Россия 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 Приложение Рисунок 9: Уровень убийств в России, 90-е гг..

1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.