авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

Центр проблемного анализа

и государственно управленческого проектирования

ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО

ГОСУДАРСТВЕННОГО

УПРАВЛЕНИЯ В РОССИИ

Материалы постоянно

действующего

научного семинара

Выпуск № 5 (10)

Москва

Научный эксперт

2007

Научный руководитель семинара:

В.И. Якунин, кандидат политических наук

Соруководители семинара:

А.И. Соловьев, доктор политических наук, профессор;

С.С. Сулакшин, доктор физико математических наук, доктор политических наук, профессор Правовые и управленческие источники и основа ния государственной политики. Материалы научного семинара / Под ред. В.И. Якунина. Выпуск № 5 (10).

М.: Научный эксперт, 2007. — 152 с.

Наш адрес:

107078, Россия, г. Москва, ул. Каланчевская, д. 15, подъезд 1, этаж Тел./факс: (495) 981 57 03, 981 57 04, 981 57 E mail: frpc@cea.ru Internet: www.rusrand.ru © Центр проблемного анализа и государственно управленческого проектирования, © Научный эксперт, Оглавление Тема семинара «Правовые и управленческие источники и основания государственной политики».............. Доклад Н. М.Казанцев. Правовые и управленческие источники и основания государственной политики.......................................................... Вопросы к докладчику и ответы............................ Выступления С.С. Сулакшин. Государственная политика, ее источники и основания — вещи вполне конкретные................................................... В.Э. Багдасарян. Субъект-субъектные отношения и историко-цивилизационный контекст....................................................... Л.Н. Тимофеева. Нематериальные источники повышения эффективности государственной политики...................................................... А.Н. Чирва. В какую цивилизацию нас зовут?... А.И. Соловьев. У граждан должно быть право на участие в принятии решений....................... Заключительное слово докладчика........................... Тематическая программа научного семинара....... Список постоянных участников научного семинара.............................................. Тема семинара «Правовые и управленческие источники и основания государственной политики»

Доклад Правовые и управленческие источники и основания государственной политики* Н. М.Казанцев, доктор юридических наук, канди дат экономических наук Значимы ли для политики ее основания и источники?

Если бы политика была чем-то вроде суда, то это было бы так. На суде важны доказательства, основания, источ ники выводов следствия. Но политика — это нечто проти воположное суду. Если в суде главное — отвечать на воп росы судьи, прокурора или адвоката истца, то в политике самое главное — не отвечать ни на какие вопросы, более того, действовать так, чтобы вообще никто никаких воп росов политику задать не смог и не смог привлечь как по литика, так и ведомую им страну к ответу.

Источники и основания нужны тому политику, кото рый зависим от неких непубличных в его стране сил. Перед ними он оправдывается источниками и основаниями своей политики в том, что он не выполнил заказанные или те, о ко торых было раньше им сказано-обещано, действия. В совре менном мире мало действительно независимых политиков, и также весьма мало государств, которые могут совершать действия без того, чтобы показывать и доказывать наличие объективных оснований и довлеющих тенденций, вызыва ющих необходимость исполнения тех или иных выгодных или не очень действий для народа, общества и государства.

* Доклад публикуется в авторской редакции.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… Но в таком случае оказывается, что суд все-таки есть.

Это суд глобального лидера, США, а также суд возглавля емого им сообщества элитных государств цивилизации — стран ЕС. Есть также в отношении России суд тех стран, которые превосходят ее по основным показателям разме ров национальной экономики, такие как Китай или даже Южная Корея, есть, наконец, суд тех остальных стран, которые ищут у других себе какой-либо помощи и защи ты, все равно у кого, можно и у России. Все судят с точки зрения своих национальных интересов. Нет, не все, так судят лишь демократические страны, остальные — с точ ки зрения выгоды для доходов государственной элите.

Выгодное для доходов госэлите провозглашается миро творчеством и вселенским добром, невыгодное — миро вым злом. А как судит Россия саму себя?

Россия судит себя саму как объект управления со сто роны своей же государственной власти. В этом закрепи лась как традиция самодержавия, так и советского строя партократии, т. е. свободы политбюровластия по мотивам строительства коммунизма над государством, правом и народом. Это объектосамосознание является фактической национальной идеей, вследствие чего в отношении России страны цивилизации проводят такую же политику поль зоупотребления объекта, как и собственная государствен ная власть.

Принципы глобалистского отношения к государствам Первый вопрос российской политики может быть свя зан с недавней формулировкой Президента США о том, что США не будут обращать внимание на отрицательную позицию России и Сербии относительно вопроса о самосто ятельности Косова и что такая самостоятельность должна быть предоставлена.

Когда Косово обретет самостоятельность и даже если при этом будут идти процессы получения самостоятель Выпуск № 5 (10) Доклад ности Абхазией, Приднестровской Республикой и воссо единения Южной Осетии с Северной, возможно, в отдель ное государство (а такие государства в составе Российской Федерации есть, это по п. 2 ст. 5 Конституции РФ), то каж дый из этих двух процессов будет сказываться положи тельно на имидже США в мире и отрицательно на имидже России. Ни у абхазов, ни у приднестровцев, ни у осетин нет никакой публичной известности в Европе и мире как самостоятельных народов.

Их истории борьбы за свою независимость неизвестны, даже если говорить об изначально независимых от Грузии осетинах, как в период до своего вхождения в состав Россий ской империи, так и в наше время. Исключение — советский период, когда Осетия была разделена между Россией (тогда РСФСР) и Грузией (в последнюю вошла Южная Осетия).

Причем это ленинский советский раздел Осетии налагает пятно на Россию, в том числе нынешнюю Россию. Он серь езно препятствует тому, чтобы позиция России в отношении самостоятельности Осетии получила доверие в Европе.

России придется тащить на себе бремя грехов социа лизма и советского прошлого и расплачиваться за них собой, по всей видимости, в продолжение всей ее после дующей демократической истории и республиканского способа правления. Американцы поняли это и поняли проигрышность нынешней позиции России по вопросу, казалось бы, очевидной связанности самостоятельности Косова, Абхазии и Приднестровья. США в Косове являют ся третьей стороной, не имеющей какого-либо конфликта интересов в деле. А Россия в абхазском и приднестровском делах является выгодоприобретателем. Причем это выго доприобретательство защищено российскими миротвор цами. Такая ситуация идентифицируется как конфликт интересов страны-миротворца и потому не соответствует требованиям прочной моральной и дипломатической по зиции ее как третьей незаинтересованной миротворчес кой стороны. Единственным позитивным аргументом Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… российской активности может быть защита российских граждан — абхазов.

Следует обратить внимание, что заявлению Буша о поддержке самостоятельности Косова и игнорирования позиции России по этому вопросу предшествовало собы тие, которое обнаружило такие новые обстоятельства, которые могут быть использованы для очередной поли тической победы США над Россией. Это предложение на заседании «Большой восьмерки» В.В. Путина Дж. Бушу о совместном использовании Габалинской РЛС, которую Россия арендует у Азербайджана до 2012 г. Сообщение о нем было сопровождено дополнительной информацией о том, что В. Путин уже согласовал этот вопрос с Президен том Азербайджана Г. Алиевым. В этой ситуации можно видеть два варианта. Первый — США уже давно совер шают подходы к Азербайджану для того, чтобы получить Габалинскую РЛС в свою аренду. Вариант не очень веро ятный, но идентифицируемый именно вышеприведенной дополнительной информацией. В таком случае переход РЛС под контроль США, учитывая интересы вступления в НАТО Азербайджана и прохладный характер отноше ний к России Алиева, будет вопросом времени. Предпри нятое В. Путиным действие на опережение хотя и целесо образно, но является лишь вариантом хорошей мины при плохой игре. Другой вариант — вместо того, чтобы стро ить в Польше, вот вам станция на этом же направлении, но в ином месте, — он еще более сервилен и краткосрочен по политическому выигрышу миротворца по своей сути.

Оба выказывают стратегическую слабость недееспособ ности России во внешней политике и открывают путь к совершению против России произвольных действий. Что тут же и было сделано Дж. Бушем в отношении Косова.

Полученный тактический выигрыш В.В. Путина — это только РR-выигрыш, т. е. просто проекция текущих цен ностей внутрироссийской жизни. Теперь следует ожидать от США в отношении России и следующих действий стра Выпуск № 5 (10) Доклад тегического пренебрежения при снисходительном внима нии к мелочам и возможностям российской элите демонс трироваться в мире.

Единственным стратегическим фактором российско го влияния в мире является, казалось бы, энергетика, но этот фактор — продукт скоропортящийся, иначе бы остальные и более ранние энергонефтеобеспечивающие страны были хотя бы существенными сторонами глобаль ных отношений.

Создается ли новый стратегический фактор вследствие не объединения, нет, а лишь канонического общения рус ских православных церквей — этот вопрос, конечно, вы зывает надежду, но русские никогда не проявляли себя корпоративным этносом, как, например, другие восточ ные народы, поэтому эта надежа чрезмерна. Напротив, следует опасаться новой ссоры, которая возникнет в ходе такого общения по экономическим причинам.

Все дело в том, что американская гуманитарная наука глубоко изучила Россию. Весьма точно была разработана и осуществлена пресловутая директива 1949 г. А. Далле са, с текстом которой автора сих строк знакомили еще в 1989 г., когда он работал в Академии народного хозяйс тва при СМ СССР.

Американцы поняли, что с каждым государством ра зумно обходиться так же, как само это государство об ходится с собственным народом. Если государство (как, например, страны европейской демократии) играет с на родом в субъект-субъектную игру отношений, договоров и манипуляций, то и с этим государством тоже надо играть в такую же субъект-субъектную игру. А если государство (как, например, российское) своим народом располагает как объектом своего воздействия — так в советской и ны нешней российской теории государственного управления пишется практически во всех учебниках, — т. е. распо лагает им как вещью, то и с таким государством следует обходиться так же, и с его государственными деятелями.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… Просто потому, что они большую часть своей карьеры были удобными и хорошими вещами для своих началь ников, за это их и выдвигали. Следовательно, в таких странах выдвинутые на высшие должности лица также могут строить и осуществлять отношения лишь по форму ле «субъект — объект», когда он сам либо субъект, если сможет, либо объект, раз не смог.

Любопытно, что эту особенность русской культуры подметил в своих дневниках еще А. С. Пушкин, который пытался с каждым, даже с царем, строить человеческие, межличностные, субъект-субъектные отношения. Как-то к нему в Михайловское приехал уже знаменитый в свете и весьма яркий поэт Н.М. Языков, не очень-то знавший стихи А.С. Пушкина и исповедовавший свое поэтическое превосходство. Н.М. Языков поначалу стал вести беседу с А.С. Пушкиным как превосходящий талант, и даже высокомерно. Но, сопоставив свои стихи с пушкински ми, разуверился в своем величии, сник, начал лебезить и низкопоклонствовать. Теперь уже Пушкин пытался поднимать его до равного себе уровня общения, но это не удавалось.

Рассмотренные примеры показывают такую природу политики, которая не может опираться на имеющуюся в России теоретико-управленческую методологию.

Понимание управления в теории государственного управления или иных теориях управления в обществен ных науках является упрощающим и деформирующим переносом понятия управления из естественных наук, и в частности — кибернетики, определенной А. Ампером как науки об управлении в обществе и государстве, а поз же, Н. Винером, как науки об управлении и связи в жи вотном, машине и обществе. Основной идеей управления была идея образования системы управления как системы с прямыми и обратными связями между управляющей и управляемой подсистемами. Искажающее упрощение об щественных наук выразилось в том, чтобы, во-первых, Выпуск № 5 (10) Доклад управляющую систему именовать субъектом управления, а управляемую — объектом управления. Это было произ ведено на основе метода советской философии, вращаю щейся в замкнутом круге рассуждений вокруг субъекта и объекта познания.

Но подлинным вырождением кибернетической мысли была интерпретация понятия обратной связи как сообще ний, поступающих от объекта управления, подчиненного, к субъекту управления, начальнику.

Здесь примитив философии советского марксизма (марксизм как пароксизм) проявил свое подлинное вели чие ничтожества. Действительность вырождения кибер нетической идеи в советской теории госуправления про явила себя в крахе и утилизации СССР.

На самом деле обратная связь осуществляется не уп равляемой, то бишь лицом подчиненным, а управляющей системой, и выражается она в установлении зависимости причин от следствий, производственных процессов — от их результатов, поступающих на переработку ресурсов — от результатов предшествующей деятельности. То есть.

плохой, вторичный по креативности моделей производи тель автомобилей, как, например, ВАЗ, постепенно все более разоряется и отстает от первичных творцов, увы, за падных. Обратная связь — это далеко не информаторство начальника подчиненным, это оплата обоих по результа там того, что они создали вместе.

В свете этой концепции совершать управление делами государства, как в пункте 1 ст. 32, вовсе недостаточно для того, чтобы возникло управление государством, тем более управление развитием государства. При этом важно, что управлять делами, хотя и недостаточно для того, чтобы управлять, но это необходимо, поскольку без него невоз можно, чтобы возникло управление государством. Рав ным образом, управлять делами по долговым обязатель ства государства недостаточно для того, чтобы управлять Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… государственным долгом. Последнее есть процесс выгод ного использования заемных ресурсов, доставляющий прибыль большую, нежели расходы на обслуживание го сударственного долга, обеспечивающего качество жизни народа,превосходящее то, которое было бы достигнуто без заимствований.

Нынешняя российская доктрина государственного управления, продолжая советскую доктрину, основана на догме субъект-объектного управления, по которой го сударство выступает субъектом управления, а общество, граждане — объектом управления. Это инструментальное отношение: человека к машине, к инструменту, к вещи.

Эта доктрина, при всей ее противоположности праву, тем не менее не только преподается в вузах, но и практичес ки осуществляется властью и, более того, доминирует над правовой идеей и правом, причем именно в той отрасле вой теории права, которая отвечает за регулирование го сударственного управления, —в науке российского ад министративного права. Право — это всегда по меньшей мере двусубъектное отношение, поэтому догма субъект объектного управления противоречит праву. Основанная на ней доктрина государственного управления в силу сво ей природы не может иметь сколь-либо глубокий право вой характер.

Поскольку исключительно право, и только оно, мо жет обеспечивать преемственность юридически-значи мых действий, отношений и фактов в истории, а также последовательность власти в осуществляемых ею целях и стратегиях, постольку односубъектная доктрина госу дарственного управления обрекает государство на юрис дикционный произвол, непоследовательность реформ, противоречивость целей разных государственных органов исполнительной власти, переходящую время от времени в очевидную публично-правовую бесцельность таких дейс твий по властеосуществлению при очевидной реализации ими частного интереса.

Выпуск № 5 (10) Доклад Эта односубъектная доктрина не может быть в качест ве основного теоретического инструмента применена с по зитивными результатами ни для внешней политики, ни для внутренней, как это уже показал СССР своей самой краткой и самой человекоубийственной историей из всех известных миру государств.

Для того чтобы с Россией вели отношения как с другим субъектом, а не как с объектом, необходимо, чтобы Россия так строила отношения со своими гражданами, причем не 5 и не 10 лет, а столь много поколений, чтобы граждане привыкли друг другом обращаться не инструментально, а гуманитарно.

Тогда и в России возникнет элита, способная к теоре тико-игрововому многосубъектному противоборству с партнерами по международным или глобальным отноше ниям.

Иммунитет государства и казны Право государственной собственности, установленное Гражданским кодексом РФ, статьей 214, и не имеющее какого-либо урегулирования в качестве публичного пра ва в других законах, является частным или гражданским правом собственности государства.

Это следует как из названия, так и из содержания ст. 214 «Право государственной собственности», ее п. устанавливается состав собственности государства:

1. Государственной собственностью в Российской Фе дерации является имущество, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации (федеральная собс твенность), и имущество, принадлежащее на праве собс твенности субъектам Российской Федерации — республи кам, краям, областям, городам федерального значения, автономной области, автономным округам (собственность субъекта Российской Федерации).

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… Тождественность российской государственной собс твенности и частной собственности Российского госу дарства следует из положения п. 2 названной статьи:

Земля и другие природные ресурсы, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муници пальных образований, являются государственной собствен ностью.

При истолковании приведенных норм следует также исходить из положения п. 3 ст. 2 Гражданского кодекса РФ, по которому «к имущественным отношениям, основанным на ад министративном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим фи нансовым и административным отношениям, гражданс кое законодательство не применяется, если иное не пре дусмотрено законодательством».

Действительно, ни в статьях 97 и 102 Бюджетного кодекса РФ, ни в статье 214 не предусматривается ад министративного или иного властного подчинения как именованных публично-правовых субъектов друг другу, так и подчинения им в гражданских отношениях субъ ектов гражданского права. Напротив, все названные публично-правовые субъекты в регулируемых отноше ниях выступают субъектами частного права, и поэтому изъятие п. 3 ст. 2 Гражданского кодекса к ним не при меняется.

Напротив, здесь оказывается вполне применим п. ст. 124, определяющий Российскую Федерацию, субъек ты Российской Федерации, муниципальные образования как субъектов гражданского права:

«Российская Федерация, субъекты Российской Феде рации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а так же городские, сельские поселения и другие муниципаль ные образования выступают в отношениях, регулируе мых гражданским законодательством, на равных началах Выпуск № 5 (10) Доклад с иными участниками этих отношений — гражданами и юридическими лицами».

Эта норма принципиально отрицает возможность им мунитета названных публично-правовых образований в гражданских отношениях с иностранными гражданами и иными лицами. Тем самым публично-правовое качество Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, городские, сельские поселения и другие муниципальные образования имеют лишь в отношениях с гражданами Российской Федерации, но никак не с гражданами иных государств. В отношениях с ними, последними, эти субъ екты перестают иметь статус публично-правовых обра зований и являются частными юридическими лицами, владеющими своими гражданами. Парадоксально, но отсутствие иммунитета у государства и, соответствен но, вполне развитого публично-правового статуса влечет умаление статуса его граждан сравнительно со статусом граждан иных государств.

Начальные формы публично-правовой собственности проистекают из законов, устанавливающих иммунитет публично-правовых образований, их собственности от гражданских исков по возмещению их долгов со стороны иностранных граждан и иных лиц частного права.

В США такая защита обеспечивается поправкой XI к Конституции США, вступившей в действие в 1789 г., и предусматривающей, что «судебную власть США нельзя истолковывать как распространяющуюся на любое су дебное дело, решаемое по закону или по праву справедли вости, если это дело начато или ведется против одного из штатов гражданами другого штата или подданными инос транного государства» и практикой судов в отношении толкования и применения поправки. Как показывает в § 2.1 главы 8 монографии Н.Г.Семилютина1, «данная поп Семилютина Н.Г. Российский рынок финансовых услуг (формиро вание правовой модели). М.: Волтерс Клувер, 2005.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… равка на практике означает отрицание компетенции феде ральных судов рассматривать дела по искам, заявленным против штатов, что по существу и означает признание за штатами по крайней мере судебного иммунитета». … Не смотря на то, что в поправке XI речь идет об исках, за являемых против штата, судебная практика, применяя доктрину arm-of-the-state, распространила действие поп равки не только на штаты, но и на административные еди ницы (округа, графства, города, поселки и т. д.), а также корпорации, которые, «несмотря на то, что являются не зависимыми субъектами права, представляют собой часть штата». Аналогичный иммунитет обеспечивается и в Ве ликобритании.

Советское государство в торговом обороте выступало как суверен — особый субъект международного права, обладающий иммунитетом. Как писал известный юрист международник Л.А. Лунц, «приобретая собственность на имущество, находящееся за рубежом, заключая сдел ки имущественного характера с иностранными гражда нами, предприятиями и организациями, государство тем самым не подчиняет эти свои отношения ни иностранному закону, ни иностранной юрисдикции»2. Этот подход ши роко применяется в праве зарубежных стран. «Из начал государственного суверенитета и обусловленного им им мунитета, — продолжает Л.А. Лунц, — вытекает также и то, что гражданско-правовые сделки государства подчи няются в принципе также его собственному праву»3.

К настоящему времени имеется американская практи ка как применения иммунитета государства, в случае ис ков к США, так и неприменения иммунитета государства американскими судами, в случае исков к другим странам в судах США.

Лунц Л.А. Курс международного частного права. Особенная часть.

М., 1975. С. 7.

Там же. С. 75.

Выпуск № 5 (10) Доклад Примером может служить решение федерального суда по южному округу Нью-Йорка выступивших в роли от ветчиков. Отказывая в удовлетворении иска, суд ссылал ся на решения Верховного суда США.

Федеральным судом по южному округу Нью-Йорка по иску Банка Франции к двум банкам США 1931 г. (дело о «русском золоте»), когда истец требовал выдачи золо та, вывезенного в США и депонированного в банках, был сформулирован следующий принцип: «Одним из свойств государственного суверенитета… является свобода от ис ков со стороны иностранцев. Если гражданин иностран ного государства имеет требование к другому государству или его органу, то он не может предъявить искового тре бования к такому признанному суверену. Было бы нару шением принципа государственного суверенитета, если бы мы разрешили иск к такому правительству без его со гласия… Свобода иностранного суверена от исковых тре бований без его (суверена) на то согласия — это безуслов ная привилегия»4.

Для иностранных государств в США применяется иная концепция — ограниченного иммунитета государс тва, согласно Федеральному закону США об иммунитете иностранных государств 1976 г. (Foreign states immunity act, FSIA). Аналогичные законы были приняты многими странами Европейского союза и имеют большое значение при разрешении споров, связанных с государственными заимствованиями третьих стран.

В этом законодательстве существенное значение имеет национальная финансовая юрисдикция — национальная принадлежность валюты, в которой произведено заимс твование, поскольку она обусловливает возможность су дебной юрисдикции государства эмитента валюты.

В 1982 г. Республикой Аргентиной были выпущены облигации, деноминированные в долларах США, со сро Там же. С.76–77.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… ком погашения в 1986 г и 1987 г. Платежи должны были быть произведены в Нью-Йорке, Лондоне, Франкфурте или Цюрихе по выбору кредитора.

Вследствие валютного кризиса Центральный банк Ар гентины, агент Правительства по этому займу, заявил о пересмотре сроков погашения облигаций. Истцы, две па намские компании и швейцарский банк, предъявили иск в окружной суд Южного округа штата Нью-Йорк, требуя от ответчиков соблюдения первоначальных условий обя зательства. Ответчики свою защиту строили на отрица нии компетенции суда США рассматривать данный спор.

Решение окружного суда, принятое в пользу истца, обжа ловалось сначала в Апелляционном суде, а затем и в Вер ховном суде США. Решение по данному делу, Republic of Argentina v. Weltоver Inc., принятое Верховным судом США, отказало в признании иммунитета иностранного государства в спорах, связанных с государственными за имствованиями.

Следует согласиться с Н.Г. Семилютиной, что «в от личие от законодательства зарубежных государств, в ко тором ставится под сомнение прежде всего иммунитет иностранного, т. е. “чужого”, государства, российский за конодатель в рамках ГК подверг сомнению наряду с инос транным иммунитетом иммунитет своего собственного го сударства»5.

Ст. 127 ГК РФ содержит отсылочную норму на несу ществующий федеральный закон: «особенности ответс твенности Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, с участием иностранных юридичес ких лиц, граждан и государств определяются законом об иммунитете государства и его собственности».

Установление иммунитета Российской Федера ции, иных публично-правовых (по названию, но не по Лунц Л.А. Указ. соч.

Выпуск № 5 (10) Доклад статусу!) образований по гражданским искам к ее собс твенности — это начальный пункт создания юридичес ких лиц публичного права и публично-правовой собст венности их.

В странах развитого публичного права, относя щихся к романо-германской правовой семье, вопросы о преобразовании статуса государственной собственности, а вслед за ней и возможной, но необязательной привати зации ее, решаются как во Франции, индивидуально по каждому объекту собственности, законом. Любой объект государственной собственности, созданный за счет об щественных работ или бюджетных средств, во Франции может быть приватизирован исключительно принятым законом об этом объекте собственности. Органы испол нительной власти и даже правительство не имеют полно мочий собственника совершать правомочия владения и отчуждения публичной собственности, в том числе прива тизации публично-правовой собственности государства, поскольку правительство не обладает правами суверена.

Это исключительная прерогатива парламента в демокра тиях и, соответственно, в абсолютных монархиях — гла вы государства, причем в конституционных монархиях глава государства лишь завершает законодательную про цедуру парламента.

Согласно п. 3 ст. 214, от имени Российской Федера ции и субъектов Российской Федерации права собствен ника осуществляют органы и лица, указанные в ст. настоящего Кодекса. Ст. 125 устанавливает определен ный порядок участия Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в отношениях, регулируемых гражданским законодатель ством.

Этот порядок имеет две несогласованных между собой формы. Во-первых, в том, что, согласно п. 1 ст. 125, ор ганы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих ор Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… ганов, могут своими действиями приобретать и осущест влять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде от имени Российской Фе дерации и субъектов Российской Федерации. В этой час ти, как можно видеть, не требуется установления законом полномочий представительствовать от имени публично правового образования, последнее совершается на основе постановлений Правительства Российской Федерации, которыми, как правило, утверждаются положения о го сударственных органах исполнительной власти, в иных случаях такие положения утверждаются указами Прези дента Российской Федерации.

Вторая форма порядка осуществления прав собствен ника установлена пунктом 3 этой же ст. 125 и предусмот рена для отдельных «предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований» случаев, когда по специ альному поручению названных институтов и от их имени могут выступать государственные органы, органы местно го самоуправления, а также юридические лица и гражда не. Какого-либо регулирования состава этих случаев, их признаков не предусматривается.

В обеих формах порядок публично-правового уполно мочивания действовать представителем в гражданских от ношениях основан на усмотрении каждого из разделений государственной власти по своим делам. Это соответству ет систематической не только цивилистской деформации публичного права, но и замене публично-правовых форм частно-правовыми формами, применяемыми по публич ным делам.

Ст. 214 ГК РФ смешивает гражданско-правовое по нятие собственности на имущество, публично-правовое владение имуществом в виде национального достояния, которое само по себе близко понятию юрисдикции, а так Выпуск № 5 (10) Доклад же публично — и частно-правовое владение финансами и финансовыми инструментами.

Правительству, исполнительной власти может при надлежать на правах управления по гражданскому за конодательству лишь то, что оно производит, эмитиру ет — бумажные деньги и иные финансовые инструменты, образующие бюджет. Но неосновательно предоставлять правительству в гражданско-правовое распоряжение го сударственную казну, в том числе и золото, купленное за деньги правительства.

Казна, традиционно для европейских стран еще со времен Карла Великого (Мартелла), в России Петра I, является юридическим лицом публичного права и об щенациональным достоянием, но никак не состоящим в усмотрительном управлении главы государства или пра вительства. Надлежит исключить казну из Гражданского кодекса РФ, введя ее в качестве лица публичного права и одновременно общенационального достояния в Бюджет ный кодекс РФ, предусмотрев для нее государственный иммунитет. В Гражданском кодексе РФ ввести институт правительственной собственности, в составе которой пре дусмотреть введение бюджетного профицита, неизрас ходованные остатки бюджетных средств текущего года.

Иначе в Гражданском кодексе РФ будет сохраняться про тиворечие норм: казна как юрисдикционный институт, выражающий собой финансовую юрисдикцию на наци ональное богатство, регулируется законом, который не регулирует юрисдикционные и властеотношения, а сле довательно, упраздняет юрисдикцию казны в Российской Федерации.

Это примечательный нонсенс Гражданского кодек са РФ, поскольку, согласно ст. 2 п. 3, его положения не распространяются на имущественные отношения, осно ванные на административном или властном подчинении одной стороны другой. Вопреки этому не только ст. устанавливает представительство в гражданских отноше Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… ниях органов государственной власти на основе именно административного или иного подчинения, но и усмотри тельные полномочия собственника по изъятию имущест ва у казенных предприятий также являются образчиком административного или властного подчинения, на основе которого и сформирован этот тип юридических лиц граж данского права.

Ст. 214 Гражданского кодекса смысл понятия «прина длежащее на праве собственности Российской Федерации»

уточняет формулировкой, данной в скобках (федеральная собственность). Следовательно, речь идет о собственнос ти, которой вправе распоряжаться органы исполнитель ной власти в порядке совершения подзаконной деятель ности. Это означает, что здесь речь идет исключительно о собственности, участвующей в гражданском обороте, о частно-правовой собственности, но не о публично-право вой собственности.

Поскольку ст. 125 Гражданского кодекса РФ не уста навливает различия между органами законодательной и исполнительной власти в реализации прав государствен ной собственности, предусматривает, что законами может регулироваться порядок реализации прав государствен ной собственности, органами государственной власти, которым предоставляется право распоряжаться госу дарственной собственностью, являются исключительно органы исполнительной власти. Следовательно, в их пол номочиях не может находиться все достояние многонаци онального народа Российской Федерации — ее суверенно го законодателя и права распоряжаться государственной собственностью по публичному праву.

Российская приватизация актами органа исполни тельной власти была одним из тех деяний, которые Морис Ориу в своей книге «Основы публичного права»6 назвал Ориу М. Основы публичного права. Пер. с франц. М., Комакадемия, 1929. С. 64.

Выпуск № 5 (10) Доклад цивилистской деформацией публичного права, которую охарактеризовал как такую практику осуществления полномочий должностными лицами государства, при ко торой эти полномочия исполняются так, как будто они являются патримониальными (неограниченными) пра вомочиями частных лиц в отношении их частной собст венности.

В самом деле, согласно п. 5 ст. 214, даже процедура разграничения собственности между федеральной и субъ ектной производится отнюдь не законом, а органом испол нительной власти в порядке, установленном законом.

Излишне говорить о том, что собственность, титул кото рой находится в усмотрительном ведении ведомства ис полнительной власти, не может получить высокую оцен ку и котировку на рынке производных ценностей, акций, иных ценных бумаг. Поэтому российские компании «не дооценены». Не может, по терминологии законодателя, «закрепляемая» собственность (п. 4 ст. 214 ГК РФ) иметь цену, сопоставимую с собственностью, находящейся в полноправном частно-правовом или публично-правовом владении, даже в том случае, если обладает с ней тождест венным объектным, материально-техническим составом.

Права государственной собственности, урегулированные посредством юридически неопределенной категории за крепления, сами не являются вполне урегулированными, например, п. 4, ст. 214 ГК РФ:

«Имущество, находящееся в государственной собс твенности, закрепляется за государственными предпри ятиями и учреждениями во владение, пользование и рас поряжение в соответствии с настоящим Кодексом (ст. 294, 296).

Средства соответствующего бюджета и иное государс твенное имущество, не закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями, составляют государс твенную казну Российской Федерации, казну республи ки в составе Российской Федерации, казну края, области, Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… города федерального значения, автономной области, авто номного округа».

В совершенно ином смысле используется это понятие в пункте 2 ст. 142 ГК РФ:

«В случаях, предусмотренных законом или в установ ленном им порядке, для осуществления и передачи прав, удостоверенных ценной бумагой, достаточно доказа тельств их закрепления в специальном реестре (обычном или компьютеризованном) ».

Закрепление имущества за субъектом и закрепление прав в письменном виде, в правовом акте, норме — это весьма различные по сути закрепления. Второе безуслов но и полноценно как форма установления правомочий, а первое закрепление, наоборот, фактически фиктивно, поскольку, например, согласно п. 2 ст. 296:

«Собственник имущества вправе изъять излишнее, неиспользуемое или используемое не по назначению иму щество, закрепленное им за казенным предприятием или учреждением либо приобретенное казенным предпри ятием или учреждением за счет средств, выделенных ему собственником на приобретение этого имущества. Иму ществом, изъятым у казенного предприятия или учреж дения, собственник этого имущества вправе распоря диться по своему усмотрению».

Юридическое лицо, обладающее правомочиями казен ного предприятия, трудно признать как вполне дееспо собным по гражданскому праву (в отличие от российского гражданского законодательства), так и безусловно выпол няющим свою публичную производственную функцию с точки зрения интересов государства и публичного права.

Государственная собственность, состоящая под так назы ваемым его управлением, фактически находится в режиме произвола уполномоченного органа исполнительной влас ти, но никак не суверена демократического государства — народа и его представителя — парламента. Столь сущест венная зависимость от собственника имущества казенных Выпуск № 5 (10) Доклад предприятий может служит причиной роста корпоратив ных долгов этих предприятий, причем заимствования будут совершаться в интересах собственника имущества и ему же передаваться или по его поручениям будет при обретаться ненужная для данного предприятия техника, которая затем будет изыматься «собственником», точнее уполномоченным органом управления данной отраслевой собственностью, как ненужное оборудование и продавать ся иным частным или государственным операторам.

Так или иначе, но институт закрепленной в оператив ном управлении или хозяйственном ведении собственнос ти и изымаемой у оператора по произволу уполномочен ного органа является исключительно коррупциогенным институтом, причем таким, который играет роль сущес твенного акселератора роста корпоративного долга в Рос сийской Федерации.

Таким образом, российский законодатель, вместо того чтобы установить принцип иммунитета государства и институт публичных собственности и юридических лиц, пошел по другому пути. Он реализовал доктрину финан сового обеспечения государственного долга, выраженного в государственных ценных бумагах, которые свободно об ращаются на внешнем и внутреннем рынке. Тем не менее эта доктрина пока что не получила должного научного признания и анализа и сформулирована здесь — на ос нове действующей правовой нормы — автором впервые.

В известной степени это доктринирование имеет целью обосновать формы защиты государства от гражданских исков в условиях, когда его иммунитет не защищен за коном. В отношении списания, пусть и в известной части выплаченных российских долгов, западные кредиторы в отношении к России занимают жесткую позицию, сущес твенно иную, нежели к другим странам переходной эко номики.

Одним из последствий этой доктрины как способа ис толкования п. 1 ст. 102 Бюджетного кодекса РФ в связи Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… со ст. 97 будет возникновение заинтересованности кре диторов в том, чтобы в Российской Федерации и субъек тах Федерации остановилось быстрое сокращение доли государственной собственности в составе национально го богатства как базового актива обеспечения государс твенных ценных бумаг, выпускаемых в счет погашения или обслуживания государственных долговых обяза тельств.

Нация государства или государство нации?

Распространена точка зрения, по которой националь ная идея российского государства произрастает из идеи семьи. Такие государства, согласно западной литературе, распространены в странах третьего мира, и первой задачей модернизации является их преобразование в демократию.

В эллинской демократии, как и в нынешней демократии Греческой Республики, такое толкование государства не обнаруживается. Это просто потому, что там была демок ратия с ее неизбывной перевыборностью правителей. Им ператорский Рим весьма высоко ставил патер фамилиас, отцов семейств, однако и он не провозглашал догму, что цезарь — отец народа.

Если вдуматься в аналогию семьи и государства, полу чается вовсе не идиллическая картина, которая склады валась в умах русских славянофилов XIX в., от которых, надо сказать, дистанцировался правящий в то время es tablishment — двор и свет Николая I.

Ведь в семье, именно в патриархальной, точнее — пат римониальной семье Древнего Рима, отец семейства имел право собственности не только на все имущество семьи, но и на своих детей и в известной степени, изменявшейся со временем, и жену. Он был вправе продать дочь, да и сына в лупанарий, тогдашний публичный дом. Он был вправе помимо жены иметь содержанок, которым порой отказы вал по смерти большую часть наследства. В этом смысле Выпуск № 5 (10) Доклад можно видеть сходство с русским XIX в. крестьян и куп цов. У Достоевского можно прочитать, как крестьяне продавали дочерей на содержание или как били изо дня в день методически жен и забивали насмерть, а затем суд присяжных убийцу оправдывал тем, что его среда заела.

Так или иначе, но в патриархальной семье дети полу чали собственность и владение по смерти отца, в случае если тот в завещании наследство отказал им, а не налож нице. А такое опять-таки бывало в России в позапрошлом веке, да и сейчас складывается в систему юных жен оли гарха возраста дочерей.

Аналогируя государство с семьей, получаем, что отца ми народа являются олигархи, лишь по их смерти, в таком случае как института, что возможно лишь через револю цию, можно ожидать получение какой-либо собственнос ти народом, стало быть, их дитятей. Если, конечно, они не откажут свои владения своим многочисленным прислуж никам и прислужницам. Следовательно, государство как патримониальная семья — это либо народ — вечный не доросль и попрошайка, а вовсе не самостоятельная и дее способная нация взрослых, либо он содержанец, скажем, нефтесодержанец и наложница власти, либо он револю ционерствует и бесчинствует в очередном дележе добычи, из которой вырастают новые олигархи — Отцы Отечества, и все по новой. Круг замкнулся.

Однако, как бы ни была чудовищна аналогия, в ней есть доля истины. С точки зрения западного публично го права в России происходит неизбывная цивилистская деформация публичного права, когда должностные лица власти осуществляют полномочия власти, как будто они не служат праву не своему, а конституционному праву на рода, а наоборот, вершат свои частные дела в отношении своей частной собственности на публичную власть над на родом (см. ранее Морис Ориу).

Догма семьеподобия государства совершенно упус кает из виду образование детей: среднее, высшее и науч Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… но-степенное. Власть авторитетом Отца даже при общей семейной научно-образовательной традиции указывает лишь на отсутствие экономической самостоятельности и самодостаточности детей. Традиционная семья возмож на лишь тогда, когда знания родителей — единственный источник знаний у детей, т. е. в допечатную, докнижную и тем более докомпьютерную эпоху. Первый компьютер был создан ровно через 500 лет после первой книги И. Гу тенберга.

Традиция русского права представлена, например, в работе, А.Ф. Кони «О праве необходимой самообороны», обосновавшего, что «всякое право, которое защищается законом, может быть предметом необходимой обороны»7.

Эти положения актуальны для современной России, тем более что никак нельзя признать, что права гражда нина, общества, да и государства у нас защищены как от преступных сообществ, так и от произвола властвующих должностных лиц, в частности от незаконных действий сотрудников органов внутренних дел, военнослужащих на территориях воинских частей. Равным образом нет оснований считать, что существует правовая традиция защиты суверенитета государства, которое за ХХ в. под верглось множеству катастрофических революционных переворотов и перестроек, повлекших либо разрушение государства, либо массовые нарушения прав граждан.

Будь то перестройка М.С. Горбачева или прежняя пере стройка, так это было названо И.В. Сталиным, начатая в 1929 г.

Это обусловлено тем, что ни само это определение, ни введенное этой же статьей определение понятия жиз ненно важных интересов как совокупности «потребнос тей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного разви Кони А.Ф. О праве необходимой самообороны. М.: Остожье, 1996.

С. 52.

Выпуск № 5 (10) Доклад тия личности, общества и государства», не содержат в себе правовых форм, устанавливающих связи с правами, обязанностями, действиями, отношениями и состояния ми правоспособных субъектов публичного или частного права.

Более того, в основу определения безопасности поло жены понятия интересов и потребностей, которые в при нципе непосредственно не могут получить юридизации, а следовательно, и правовой защиты, до тех пор, пока ин тересы и потребности не получат себе выражения в виде юридически значимых действий, совершаемых конкрет ным публичным или частным субъектом, либо юридичес ки идентифицируемых и квалифицированных отношени ях и состояниях субъектов.

До того как интересы будут выражены в действиях, они могут пониматься либо, первое, как сугубо психоло гическая категория, либо, второе, как экономическая ка тегория XIX в., когда под интересом понимали доход от капитала, инвестированного в чужое дело, либо, третий случай, как интерес обретения не предусмотренных за коном полномочий власти принуждения и введения в за висимость от себя иных субъектов публичного или час тного права. В первом случае интересы незащищаемы в принципе, а во втором сводятся к защите гражданских прав.

Третий случай образуют интересы победы в конкурен тных отношениях, в публичных конкурсах и т. п. Здесь интерес в конечном счете состоит в заключении сделки, путь к которой лежит через превосходство над конкури рующими субъектами. Но в результате здесь силы и средс тва безопасности защищают не интересы, а права, внача ле права на равные условия конкуренции, а затем права на заключение гражданского договора.

Четвертый случай образует научный и практический интерес права безопасности. Существенный вопрос здесь в том, что если для некоторого субъекта власть предус Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… мотрена законом, то нет оснований говорить об интересе ее обретения, иначе как в связи с правоприменением по такому закону, состоящему в обеспечении его исполнения в форме реализации такой законной власти. В этом случае применение мер административной юрисдикции и в том числе, при возникновении необходимости, сил и средств обеспечения безопасности для реализации законных прав и полномочий будет необходимо и обоснованно. Но опять таки получается, что при начальном и поверхностном анализе то, что выглядит как защита интересов посредс твом применения сил и средств безопасности, в действи тельности оказывается защитой прав и полномочий, а от ношения безопасности предстают правоотношениями по поводу реализации прав или правомочий.

Другое дело, если полномочия такой власти не предус мотрены законом в качестве субъективных прав опреде ленного лица. Тогда постановка об интересе имеет смысл в связи с законными возможностями для этого лица на ка рьерное продвижение, на обретение власти посредством выборов или назначения. В таком случае право нацио нальной безопасности обретает своих субъектов и предмет осуществления. Однако его применение здесь ограничено лишь функциями охраны жизни и публичной деятельнос ти кандидатов, следовательно, состоит в охране их прав как претендентов, но не прав захвата властных полно мочий. Право безопасности здесь обусловлено решением задач обеспечения прав кандидатов на равную конкурен цию за публичный выбор населения или конкурсный вы бор соответствующей комиссии. Силы и средства безопас ности здесь применяются законно лишь для защиты так называемых конкурирующих субъектов и их интересов конкурирования от того, чтобы кто-либо не нарушил ус ловия равной конкуренции.

При этом, как только силы и средства безопасности начинают применяться за границами защиты прав и ста новятся нацелены на реализацию интересов какого-либо Выпуск № 5 (10) Доклад из кандидатов, то возникает неправомерное применение этих сил и средств.

Законный интерес — это не что иное, по нашему авто рскому определению, как объективное право, предусмот ренное субъектом к осуществлению в качестве субъектив ного.

Особый вопрос составляет право безопасности как за щиты интересов государства, общества и гражданина в условиях конфликта этих интересов в отношениях, в ко торые вступил какой-либо публично-правовой или част но-правовой субъект.


Должностное лицо — каким субъектом оно является, публично-правовым или частно-правовым? В той степе ни, в какой такое лицо ограничено в правовых возмож ностях действовать исходя из своих частных интересов и, безусловно вынуждено законом действовать всякий раз, преследуя и обеспечивая достижение публичных интере сов, оно обладает и осуществляет свой публично-правовые статус. Идентификация типа осуществляемого и осущест вленного интереса связана всегда с тем субъектом, како му достаются и кем присваиваются результаты такого де яния. Сложность квалификации интереса и действия по его осуществлению состоит в том, что часто результаты достаются обоим — как публично-правовому субъекту, так и частно-правовому субъекту.

Интерес связан с методами политических, правовых, социальных наук, а также науки управления и в том чис ле — государственного управления. Однако в этом треть ем случае категория интереса является не чем иным, как прикрытием для осуществления власти в интересах при нуждения, насилия, доминирования и зависимости, без проверки законности такого принуждения. Когда эвфе мистическое прикрытие понятием интереса в стяжании и обретении власти, возможностей принуждения, интереса в совершении насилия, осуществления доминирования, установлении зависимости оказывается снятым, то оста Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… ется вопрос: а почему, с какой стати, следует обеспечивать безопасность для власти насилия, принуждения, домини рования и зависимости? Может быть, справедливо обрат ное — защищать независимость, ненасилие, безвластие и невозможность принуждения? Мы здесь встретились со знакомой логикой журналистики прав человека и право защитной деятельности.

В известной степени в такой логике журналисти ки прав человека может содержаться злоупотребление смыслом ценности прав человека, а вслед за этим и по пытка злоупотребления правами человека против прав другого человека или права государства. Однако всякое злоупотребление смыслом одной ценности указывает на то, что имеет место практическое злоупотребление зна чением другой ценности, в данном случае — ценностью власти. Проблема в том, чтобы установить правовые критерии для юридической квалификации ситуаций как злоупотребления правами и свободами человека и гражданина, так и ситуаций злоупотребления полномо чиями власти и должностных лиц государства. Метод, который открывает способ для такой юридизации ситу аций злоупотребления правом, состоит в применении логики взаимодополнительности и взаимосвязанности злоупотреблений — злоупотребления одними правами влекут злоупотребление другими, смежными или соот несенными с первыми в том же самом правоотношении.

Этот метод, как и всякий, имеет ограничения. Логика взаимозависимости злоупотреблений может не наблю даться в случае материальной, денежной или властестя жательной заинтересованности злоупотребляющей стороны. Это положение автор выдвигает в качестве дис куссионного.

Другим дискуссионным вопросом является концепция национальных интересов и национальной безопасности.

С одной стороны, здесь имеется Указ Президента РФ от 17.12.1997 № 1300 (ред. от 10.01.2000) «Об утверждении Выпуск № 5 (10) Доклад Концепции национальной безопасности Российской Фе дерации»8, который породил процесс обновления россий ской доктрины безопасности и ввел в нее понятия нацио нальной безопасности и национальных интересов.

Эти понятия исходят из общепринятого принципа международного права о единстве, тождестве нации и го сударства. Поэтому, в частности, Организация Объеди ненных Наций, вопреки, казалось бы, своему названию объединяет государства. Согласно п. 4 ст. 15 Конститу ции РФ, общепризнанные принципы международного права являются частью правовой системы Российской Федерации. Против этого подхода выступают российс кие политики и ученые, которых автору представляет ся уместным назвать представителями советско-комму нистической традиции. Так, В.И. Илюхин писал, что исторически складывающиеся государства Западной Европы, США и частично Канада, стремясь к консоли дации, выработали формулу тождественности нации (на селения) и государства9. И далее он приводит примеры тождественности национального и государственного во Франции, США и обращает внимание на то, что доктри на тождественности национального и государственного действительная в той мере, и там, где, «право выполняет регулятивную функцию, отменяя или замещая нормы поведения, формы общения, культурные табу, которыми живут социальные страты традиционного общества…», что «расовая и этническая идентичность продолжают быть фактором разложения и преодоления этого тож дества», т. е. нации и государства10. Далее В.И. Илюхин противопоставляет этой западной традиции правового государства иную, российскую, в которой «этническая Опубликован см.: «Российские вести», № 239, 25.12.1997, «Россий ская газета», № 247, 26.12.1997.

Илюхин В.И. Нация — государство — безопасность (Вопросы тео рии практики). Монография. М.: Центркнига, 1999. С. 4.

Там же. С. 5.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… феноменальность признается бесспорной и не подлежа щей насильственной трансформации», выражающейся в «отсутствии в тысячелетнем опыте российской госу дарственности хотя бы слабых попыток нивелировать полиэтническое российское сообщество до уровня тож дества нации и государства»11. Замечательно, что для подкрепления этого умозаключения он приводит тексты 9 и 10 пунктов Ништадтского мирного договора России со Швецией от 10 сентября 1721 г., по которому в резуль тате победы России над Швецией в войне к России отхо дили прибалтийские территории. Этими пунктами фак тически признавалось верховенство права побежденных на территории их проживания по отношению к праву победителей, распространявшихся на всю территорию российской юрисдикции, за исключением этих «уступ ленных земель». Причем пунктом 9 «Его царское вели чество (Петр I) обещает», т. е. дает обязательства перед завоеванными народами (чего никогда в отношении рус ских не делалось!), сохранение всех привилегий, обык новений, прав и справедливостей, которые «постоянно и непоколебимо содержаны и защищены будут». Пунктом 10 завоеванные земли получают статус «уступленных земель» (это победа шведской дипломатии!) и «в таких уступленных землях не имеет никакое принуждение в совести введено быть». Таким образом, нынешние эстон ские власти в 2007 г. даже по традиции Ништадского до говора имеют полное право снести в Таллине памятник советскому солдату-освободителю и перенести останки в любое место по своему усмотрению в соответствии с их сохраненными, «обыкновениями, правами и справедли востями». В этом суть пресловутой тысячелетней россий ской традиции, которую В.И. Илюхин на примере этого договора превозносит как российскую добродетель, ко торая обладала правом силы победителя, а «право силы Там же. С. 13.

Выпуск № 5 (10) Доклад могло диктовать любые условия» и, добавим от себя, могло, но не посмело, потому что не было еще националь ного правосознания, самосознания национального права и духа национального права. Было право самодержца, который мог как ему угодно это право понимать, исполь зовать, применять, менять, забывать или не понимать, не применять. Задержка национального развития рос сийского правосознания проявилась не только в неспо собности дипломатически противодействовать переносу памятника, но и в еще большей степени в том, что в эти же самые дни в московских Химках с применением рези новых дубинок против общественного пикета по защите останков погибших советских солдат той же самой войны останки из братской могилы были перенесены. В конце концов они были перезахоронены и, что важно, с соблю дением приличествующей делу процедуры. Однако куль тура проявляется на уровне чувств, отношений и первых реакций местных властей по разгону пикета участников войны и молодежи против перезахоронения.

Не очевидна безусловная справедливость мысли, вы сказанной проф. А.В. Опалевым в беседе с коллегами, что в СССР и в нынешней России утвердилось марксист ское понимание национального как этнического, и поэто му понятия национальной безопасности не понимаются однозначно12. Автору представляется важной обратная связь — ни в Российской империи, ни в СССР, ни в совре менной России не образовалась нация как правовое госу дарственно-этническое единство, и потому должностные лица из российских граждан относятся даже к погибшим солдатам своей страны точно так же, как это делают в дру гих странах по отношению к этим же погибшим, чужим для них, советским солдатам.

Правовая основа обеспечения национальной безопасности Россий ской Федерации / Под ред. А.В. Опалева. М.: Юнити-Дана, 2004.

С. 12.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… Конечно, мы здесь имеем дело с исторической задерж кой национально-правового развития, которая происхо дила вначале вследствие длительного самодержавного, т. е. сверхабсолютистского, характера царской власти, затем так называемого. марксистского, точнее марк систско-пролетарского, т. е. адаптированного для лиц без среднего образования метода мышления, сделанного обязательным для всех, в том числе и высшеобразован ных граждан. Но в целом объединяющим для всех этих эпох вместе с нынешней, фактором задержки формиро вания нации — государства в России послужил также и религиозный фактор, состоявший в этнизации вероис поведаний, в частности христианства, начиная с рефор мы патриархом Никоном Русской православной церкви.

В.И. Илюхин в качестве фундаментальной идеи для рос сийской традиции подчеркивает «понимание православ ного как эквивалента этнического»13. Православная цер ковь, исповедующая Христа, сакрализует власть вместе с ее ошибками и произволом, будь то царь, большевики или Ельцин в октябре 1993 г.. И это несмотря на то, что Христос был распят в свое время региональной государс твенной властью и правящей церковью. Следовательно, не имеется оснований ожидать от православия содейс твия в формировании правового сознания у российских граждан, а по этой причине — и национального правосо знания.


Следует еще осмыслить тот факт, что к концу ХХ в. не осталось, кроме России, иных значительных многонацио нальных государств с доминирующей православной цер ковью. А сама национальная идея монаха Филофея о том, что Москва — это третий Рим, что первый и второй Рим пали, а четвертому не бывать, не состоятельна — ни ис торически, ни логически, ни религиозно. Действительно, первый Рим, создавший римское право, не был христи Там же. С. 6–7.

Выпуск № 5 (10) Доклад анским. Поскольку его национальной идеей было право, единое римское право римских граждан, вне зависимос ти от места их проживания, но вовсе не этнос (этносы в нем никакого юридического статуса государствообразу ющих или автономных этносов не имели), то он вовсе не пал, а живет этими нормами в странах континентальной Европы, иначе — романо-германского права, в нынешнем Европейском союзе. Рим, который был назван Филофеем первым, Рим католический, также вовсе не пал, а благоде нствует с более чем миллиардом католиков по всему миру.

Рим второй, т. е. грекоправославная Византия, как импе рия не существует, но как религиозная традиция продол жается в эллинской демократии, нынешней Греческой Республике, самом древнем государстве Европы.

Странно, что падение Византийской империи, т. е. го сударства, для православного монаха как человека, пос вятившего себя всецело служению богу, представляется более важным, нежели продолжение в частях бывшей им перии (в Греции, Болгарии) православной традиции, его веры вопреки захвату иноверцами и разгрому империи.

Более того, раз он говорит о падении, то он ведет речь об империи, и вовсе не вера оказывается существенной для монаха, а империя. Тогда в чем же его вера — в испове дании Христа или империи? Он исповедует именно им перию в качестве кумира, и почему тогда это не ересь в христианстве?

Отдельный вопрос, практического применения фило фейства, насколько может быть сформировано развитое национальное достоинство, самосознание, право пос редством идеи, что твой народ и государство — это тре тий дубликат другого народа и его давно падшего госу дарства?

Действительность нации выражается вовсе не в какой то национальной идее, которую якобы осуществляет та кая нация, ставшая единством. Ее действительность в том чувстве общности, которую испытывает каждый предста Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… витель сложившейся нации к каждому своему соплемен нику. Это чувство априорно и первично для любой идеи такой общности. Как раз поиск некоей национальной идеи свидетельствует о том, что такого чувства общности и национальной любви у россиян ли, у русских ли пока что нет.

Причина задержки становления нации на террито рии российской юрисдикции состоит в том, что у россиян не сформировалось единство правосознания и права для всех граждан и не возникло даже движения правосозна ния в этом направлении — с одной стороны, к единому и равному для всех праву, закону и суду и, с другой сто роны, единству и равенству всех перед правом, законом и судом. Становление наций — завоевание буржуазных государств именно потому, что сословное неравенство подданных перед законом и судом было упразднено.

Явление партийной номенклатуры в СССР было про должением средневекового сословного строя неравенс тва перед законом и судом граждан в зависимости от их принадлежности к учетной или учетно-контрольной но менклатуре. Это правосознание особости перед законом и судом одних и равной безликости других продолжает ся в качестве привычки права обыкновения. В странах, где сложились нации, даже в условиях монархии пра восознание граждан таково, что возмущается всякий раз, когда граждане, имеющие какой-либо специальный статус в одних отношениях, например министра прави тельства, пытаются использовать его в качестве особого статуса в других отношениях — например, для несоблю дения правил дорожного движения. Например, в ноябре 1989 г. принцесса Диана была оштрафована на 50 фунтов стерлингов за превышение скорости. В прессе возмуща лись тем, что она, особа публичного значения, позволяет себе нарушать правила дорожного движения. Равенство граждане одной нации-государства перед законом и су дом рассматривают в качестве императивной и безуслов Выпуск № 5 (10) Доклад ной для всех членов нации нормы. Иное дело, когда перед нами народ, не сложившийся в нацию, но выделивший из себя элиту. Для этих частей государственного сообщества закон действует различно, для народа — императивно и запретительно, а для элиты — диспозитивно и разреши тельно, и это состояние поддерживается самим народом, но до поры до времени — пока он пребывает в состоянии кумиризации элиты и веры в нее. Поэтому элита не дове ряет народу и вывозит капиталы в те страны, где нации сложились вполне.

Установление п.1 ст. 19 Конституции РФ нормы о том, что все равны перед законом и судом, не вошло в россий ское правовое обыкновение. Напротив, здесь преобладает явление ситуативной сословности, или сословности ad hoc, — так его назовем в целях дискуссии. Оно выража ется в том, что всякий гражданин, удостоившийся по лучить значительное должностное положение, власть, политическую или даже актерскую известность, тем бо лее — значительное имущественное состояние, стремит ся обрести себе также и особое отношение с правом, зако ном и властью. Существенно, что массовые граждане не только признают, как правило, такую оказию права для известных людей, но даже и поддерживают ее в случае предоставившейся возможности. В результате не только знаменитости общероссийского масштаба имеют право на особые отношения с правом и законом, но также и звезды уездного масштаба. Наличие таких звезд по российскому правосознанию придает больший вес самим регионам.

Этнизация православия в православной Российской империи никоим образом не воспрепятствовала ни мно гим цареубийствам, ни революциям, ни расстрелу народа, шедшего к царю с нижайшим прошением в воскресный январь 1905 г., ни падению в 1917 г. Нет никаких основа ний ожидать, что так называемая православная идеология сможет вместо права и систематического законного и безу словного правоприменения послужить основой для устой Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… чивости современного демократического российского го сударства. Напротив, следует видеть угрозу национальной безопасности в какой-либо теократизации российской государственной власти. Это никоим образом не означа ет правомерности и пользы каких-либо ограничений для деятельности в России церквей всемирных, глобального значения. Напротив, была бы полезна конкуренция го сударственной светской власти с церквями в размере и качестве социальной помощи гражданам — нравствен ной и материальной. Пока что такая помощь со стороны государства, по мнению автора, существенно превосходит помощь, оказываемую Русской православной церковью своей пастве.

Полагаем, что следует исследовать методы российс кой теории безопасности и ответить на вопрос, в чем их недостатки, препятствующие создать эффективное зако нодательство, обеспечивающее безопасность государства от коррупции, от внешних деструктивных воздействий и защиту прав и свобод человека и гражданина в нем без злоупотребления этими же правами одного человека про тив прав и свобод других людей. Хотя Конституция Рос сийской Федерации предусматривает, что возможно фе деральным законом в интересах одних лиц (как граждан, так и иностранных, как физических, так и юридических) ограничивать права и свободы человека и гражданина в России. Читаем ст. 55 Конституции РФ:

«1. Перечисление в Конституции Российской Федера ции основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина.

2. В Российской Федерации не должны издаваться за коны, отменяющие или умаляющие права и свободы че ловека и гражданина.

3. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конститу Выпуск № 5 (10) Доклад ционного строя, нравственности, здоровья, прав и закон ных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Права и свободы человека для одних граждан могут быть ограничены законом в целях защиты законных ин тересов других лиц, в том числе и юридических лиц. Это и есть суть Российского государства как державы.

Управленческие предпосылки политики — это требо вания обеспечения условий и действительного возникно вения циклов отношений экономических отношений про изводства, развития и управления.

Правовые предпосылки политики состоят в том, чтобы российским лицам (публичным, физическим, юридичес ким, должностным) предоставить конкурентноспособные права с правами аналогичных лиц других наций и госу дарств. Публичными лицами являются так называемые публично-правовые образования — Российская Федера ция, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, причем в качестве публичных лиц понима ются общности граждан, национальная общность — Рос сийская Федерация, региональные и территориальные общности соответственно.

Традиции и вызовы времени С одной стороны, Президент Российской Федерации в своем ежегодном Послании Федеральному Собранию России 2007 г. сформулировал «стратегические планы», которые с полным основанием можно и должно осущест влять как императивы государственной безопасности:

«это формирование дееспособного гражданского об щества, это строительство эффективного государства, обеспе чивающего безопасность и достойную жизнь людей, Нет опечатки, именно прошлость — авторское новословье и новояз.

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… это становление свободного и социально ответствен ного предпринимательства, это борьба с коррупцией и терроризмом, модерниза ция Вооруженных Сил и правоохранительных орга нов, это, наконец, значимое укрепление роли России в международных делах».

С другой стороны, в нашем законодательстве и в на ших политических событиях последнего времени есть элемент, который, казалось бы, сугубо риторически апел лируя к опыту прошлых эпох и институтов государства, провозглашает институты прошлого в качестве неких но вых императивов и задач на будущее. На эти декларации не стоило бы обращать внимание, если бы вокруг каждой из таких фетишируемых прошлостей14 не собиралась бы большая или меньшая общность агрессивных сторонни ков. Среди них — монархисты, национал-социалисты, этно-клерикальные радикалы, панидеологизаторы, экс тримлибералы.

Почему-то возникающие аналогии с прошлыми вре менами рухнувших государств на нынешней территории России, а для некоторых групп — крахи иных государств, рассматриваются как какие-то возможные потенции для будущих достижений российского развития, а не наобо рот, как возможные и грядущие опасности новых госу дарственных крушений России. Российская империя в 1917 г. рухнула вместе с назначением ее губернаторов, СССР с его практикой партийного навязывания провин циальных республиканских властей также пал. Но уже в 1993 г., когда опять практиковалось назначение губер наторов, оказалось необходимым, дабы избежать распада Российской Федерации, стрелять по Верховному Совету, казалось бы, новой, уже демократической России. Конеч но, нынешнее избрание глав субъектов Федерации их за конодательными собраниями является формой учета мне ния регионального гражданского общества, поскольку Выпуск № 5 (10) Доклад уже в XIX в. во французской доктрине публичного права было постулировано, что парламент — это гражданское общество в государстве.

При этом упускается из виду, что ставшее обществом в одной стране может таковым не быть в другой. В свя зи с этим возможен вопрос, действительно ли российское гражданское общество приняло в 2007 г. закон, который перемещал Знамя Победы в Великой Отечественной вой не Советского Союза в зону постепенного забвения и за мене его так называемым символом Знамени Победы, ко торый был введен Указом Президента РФ от 15.04. № 561 (ред. от 24.05.2003) «О Знамени Победы» и не со держал символики действительного Знамени Победы.

Был принят проект федерального закона № 182778– «О Знамени Победы» (внесен депутатом Государственной Думы ФС РФ генералом А.А. Сигуткиным) (окончатель ная редакция, принятая Государственной Думой ФС РФ 06.04.2007 г., которой Президент РФ отказал в промуль гации).

Знамя Победы является определенным, сохраняемым и демонстрируемым в соответствии с законом комплек сов знаков, символов и физических свойств, которые его характеризуют как материальный факт, послуживший средством публичного фиксирования победы СССР над Германией в мае 1945 г., являющийся одновременно ма териальным свидетельством и символом, знаком победы.

Если вместо него используется в публичных мероприя тиях символ Знамени Победы, отличающийся от самого Знамени Победы по составу знаков и символов, а также физическим свойствам, то производится упразднение пуб личности и признакового состава Знамени Победы, т. е. по сути упразднение действительного Знамени Победы и за мена его ложным символом, который никогда не исполь зовался для публичной фиксации факта победы СССР над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.

Материальные факты истории невозможно изменять без Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… их уничтожения и упразднения признания соответствую щих фактов истории.

Знамя Победы является одним из составляющих ма териальных признаков юридического факта победы Красной Армии СССР (так она называлась до ее переиме нования в 1946 г. в Советскую Армию) в Великой Отечест венной войне. Более того, Знамя Победы является в насто ящее время единственным материальным свидетельством Победы, которое одновременно является также знаком, символом Победы действовавшего на территории России тогдашнего государства, правопреемником которого яв ляется Российская Федерация. Следовательно, упраздне ние Знамени Победы является враждебным деянием про тив Российской Федерации как государства.

Это деяние помещается в один ряд с другими, пред шествовавшими враждебными деяниями против Победы и государства-победителя, начиная с переименования Армии победы из Красной в Советскую, затем переиме новыванию городов-героев, перекраиванию карты со юзного государства СССР и территорий суверенных рес публик, его образующих, начиная от передачи Крыма из состава РСФСР в УССР и заканчивая принятием Закона СССР от 26 апреля 1990 г., по которому автономные об разования в составе РСФСР получали статус республик в составе Союза ССР, чем разрушались оба государства, Советский Союз и РСФСР. Так, например, абзац 3 ст. Закона СССР от 26 апреля 1990 г. «О разграничении пол номочий между Союзом ССР и субъектами Федерации» устанавливал: «Автономные республики — советские со циалистические государства, являющиеся субъектами Федерации — Союза ССР. Автономные республики, авто номные образования входят в состав союзных республик на основе свободного самоопределения народов, обладают Опубликован: «Свод законов СССР». Т. 1, 1990. С. 44–12. «Ведомос ти СНД и ВС СССР», 1990, № 19, ст. 329.

Выпуск № 5 (10) Доклад всей полнотой государственной власти на своей террито рии вне пределов полномочий, переданных ими в ведение Союза ССР и союзных республик». Абзац 4 названной статьи закона СССР совершенно неправомочно отменял Конституцию РСФСР, во-первых, следующим положени ем: «Отношения автономных республик, автономных об разований с союзными республиками, в состав которых они входят, определяются соглашениями и договорами, заключаемыми в рамках Конституции СССР, конститу ций союзных и автономных республик и настоящего За кона».

Во-вторых, абзац 3 ст. 3 этого закона, регулируя тер риториальные споры между союзными республиками, между союзными и автономными республиками, не пре дусматривал в их урегулировании какого-либо участия РСФСР как государства, обладающего юрисдикцией, и суверенитетов в отношении входящих в его состав автоно мий, суверенитетом, в отличие от союзных республик, не обладающих, а именно: «Территориальные споры между союзными республиками, между союзными и автономны ми республиками, автономными образованиями, по кото рым соглашение между ними не было достигнуто, могут передаваться по взаимному согласию для решения Совету Национальностей Верховного Совета СССР».

Следующей статьей 4 этот закон СССР вводил в эконо мику СССР режим дизассоциации народного хозяйства, так следует его охарактеризовать, поскольку, не предус матривая каких-либо обязанностей участия в обеспече нии экономического и социально-культурного развития союзного государства, СССР, определял, что «союзная, автономная республика, автономная область, автоном ный округ самостоятельно решают вопросы размещения производственных и хозяйственных объектов, обеспечи вают комплексное экономическое и социально-культур ное развитие на своей территории с учетом интересов всех проживающих в них народов (абзац 1).

Н.М. Казанцев. Правовые и управленческие источники… Абзац 3 этой статьи упразднял юрисдикцию союзной республики в отношении территорий входящих в ее со став автономий, а абзац 2 этой статьи упразднял юрис дикцию СССР в отношении «предприятий, учреждений и организаций, принадлежащих Союзу ССР и другим со юзным, автономным республикам», а также по вопросам «использования трудовых ресурсов и охраны среды оби тания», поскольку устанавливал, что «республики опре деляют условия их деятельности» «в соответствии с зако нодательными актами Союза ССР, союзной и автономной республики».

Закон СССР от 26 апреля 1990 г. «О разграничении пол номочий между Союзом ССР и субъектами Федерации» со здавал юридическую форму политической дизассоциации СССР и РСФСР и этим самым завершал начатое Законом СССР от 10 апреля 1990 г. №1421–1 «Об основах эконо мических отношений Союза ССР, союзных и автономных республик»16. Последний устанавливал экономическую самостоятельность и чисто договорной характер эконо мических отношений Союза ССР, союзных и автономных республик, без каких-либо юрисдикционных полномочий объемлющих государственно-правовых образований в от ношении объемлемых ими других образований.

Можно сказать, что теперь уже крайне многочислен ные субъекты Союза ССР (вместе с автономными образо ваниями) переводились на полные самоокупаемость и са мофинансирование — так об этом писали даже газеты того времени, и это влекло безответственность, а потому и бес полезность СССР для решения задач развития этих респуб лик, отношения между всеми этими сторонами приобрели сугубо договорной характер, как между иностранными государствами по международному праву. Распад Союза ССР был подготовлен. Осталось убрать последние препо ны для него в виде вышеупоминавшегося Закона СССР Опубликован «Ведомости СНД и ВС СССР», 1990, № 16, ст. Выпуск № 5 (10) Доклад о реорганизации органов государственной безопасности, ставшего последним законом СССР и упразднившего КГБ СССР как орган власти, в котором первичным органом является союзный центральный орган безопасности, ко торый формирует подчиненные ему органы безопасности в республиках. Вместо него был создан межреспубликан ский комитет безопасности как орган вторичный, произ водный от органов, действующих в республиках и подчи ненных их правительствам.

Теперь же Российская Федерация, как бывшая рес публика в составе СССР и его правопреемница, получила ущерб себе как государству и своей истории тем, что Зна мя Победы во Второй мировой войне оказалось уничто женным посредством федерального закона, принятого ее же парламентом.

В 2005 г. на празднике 60-летия Победы именно это Знамя было удостоено почестей со стороны всех глав го сударств, приехавших на празднование, в том числе и стран-союзников СССР по антигитлеровской коалиции.

В дипломатическом смысле какое-либо изменение такого знамени содержит в себе состав международного оскорб ления.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.