авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 8 |
-- [ Страница 1 ] --

Ю.Л. Говоров

АЗИИ

ИСТОРИЯ СТРАН

И АФРИКИ

В СРЕДНИЕ ВЕКА

ОСНОВЫ ЛЕКЦИОННОГО КУ РСА

Кемеровский государственный университет

1998

Говоров Ю. Л. История стран Азии и Африки в средние века. Основы лекционного

курса. - Кемерово: Кемеровский госуниверситет, 1998.

В основах лекционного курса по истории стран Азии и Африки в средние века содер-

жится обширный проблемный и фактический материал, позволяющий студентам историче ского факультета лучше ориентироваться в сложных процессах развития средневекового Востока.

В первой, вводной части лекционного курса анализируются проблемы общего характе ра, свойственные в той или иной степени всем средневековым восточным обществам (при родный фактор в истории, типы хозяйствования, "азиатский способ производства", деспотия и корпоративность, роль духовно-культурного фактора). Во второй, основной, части курса анализируются основные этапы и проблемы средневековой истории стран Азии и Тропиче ской Африки.

Автором лекционного курса освещена специфика исторического развития средневеко вого Востока относительно Запада, дается сопоставительная характеристика этих двух ми ров в динамике их развития, анализируются причины потери Востоком его цивилизационно го лидерства в рассматриваемый период и точки зрения по данной проблеме.

Печатается по постановлению кафедры новой и новейшей истории зарубежных стран Кемеровского государст венного университета.

Электронная версия книги: http://history.kemsu.ru/PUBLIC/govorov1/index1.htm ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ Раздел I. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ВОСТОКА В СРЕДНИЕ ВЕКА ПРОБЛЕМА ВОСТОК - ЗАПАД В СРЕДНИЕ ВЕКА Средние века в свете основных концепций развития человечества Категория и хронология средних веков Сопоставительная характеристика Востока и Запада в средние века Эволюция западноевропейских представлений о Востоке в средние века Европоцентризм Марксизм и Восток: формационный подход и концепция "азиатского способа произ- водства" (АСП) ПРИРОДА И ОБЩЕСТВО НА ВОСТОКЕ В СРЕДНИЕ ВЕКА Природный фактор в истории человечества Кочевой тип производства (КТП) Азиатский земледельческий тип производства (АТП) Сопоставительная характеристика азиатского и европейского типов производства СПЕЦИФИКА РАЗВИТИЯ ВОСТОКА В СРЕДНИЕ ВЕКА Эволюция азиатского способа производства (АСП) Особенности социально-политических отношений на Востоке Религиозно-культурный фактор в развитии Востока Раздел II. ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ И ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ СТРАН АЗИИ И АФ- РИКИ В СРЕДНИЕ ВЕКА КИТАЙ ЯПОНИЯ КОРЕЯ МОНГОЛИЯ ИНДИЯ ИРАН АРАБСКИЙ ХАЛИФАТ ОСМАНСКАЯ ИМПЕРИЯ ТРОПИЧЕСКАЯ АФРИКА ПОСЛЕСЛОВИЕ ЛИТЕРАТУРА СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ПРЕДИСЛОВИЕ Средневековая эпоха давно канула в лету, но изучение ее актуально по-прежнему не только с научной, но и с практическо-политической точки зрения: "Всякое осмысление человеческой истории по необходимости строится на том, что мы выводим из пережитого человеческого опыта и что на этой основе мы можем предвидеть в будущем" - писал Н.

И.Конрад в своих рассуждениях "О смысле истории". Историческое прошлое - мощная сила современности, поэтому "родимые пятна" средневе кового прошлого продолжают оказывать тормозящее влияние на ход развития современных афро азиатских обществ. В связи с этим актуально выявление специфических черт эволюции восточного общества в средние века, предопределивших его последующее отставание от Запада. При этом следу ет помнить совет Дж. Неру: "Если ты хочешь узнать прошлое, смотри на него с симпатией и понима нием", ибо "нелепо судить о людях прошлого так, словно они живут теперь и думают таким же обра зом, как и мы". Слова Ф.И.Тютчева "Умом Россию не понять, аршином общим не измерить..." спра ведливы не только по отношению к России, - Восток не менее загадочен, и для его понимания нужны, кроме рационального знания, также интуиция, доброжелательность и эстетическое чувство.

История Востока крайне слабо изучена с точки зрения методологической. Буржуазная Европа, всегда стремившаяся к экспансии, "оккупировала" даже историческое прошлое Востока, интерпрети ровав его через призму истории европейской с ее терминологией, категориями и стадиями развития.

Официальная марксистская историческая наука, отказавшись от марксовой идеи "азиатского способа производства" (АСП), также распространила на Восток в качестве "всемирно-исторических" постула ты формационной теории, основанной на анализе развития европейского общества. В настоящее вре мя перед российским востоковедением стоит ряд дискуссионных вопросов, решение которых плодо творно скажется на понимании восточной, в том числе средневековой, истории (часть из них затраги вается в данном издании).

Издание основ лекционного курса по истории стран Азии и Африки (ИСАА) в средние века должно отчасти возместить недостаток литературы по данной проблематике и отставание учебников от бурно развивающейся научной мысли для студентов исторического факультета (особенно заочни ков) и учителей истории средних школ. В первом разделе анализируются основные проблемы разви тия Востока в средние века, во втором - основные этапы и проблемы развития конкретных афро азиатских обществ. Материалы первого раздела и страновый материал снабжены соответственно списками рекомендованной к изучению литературы.

РАЗДЕЛ I ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ВОСТОКА В СРЕДНИЕ ВЕКА ПРОБЛЕМА ВОСТОК - ЗАПАД В СРЕДНИЕ ВЕКА 1. СРЕДНИЕ ВЕКА В СВЕТЕ ОСНОВНЫХ КОНЦЕПЦИЙ РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА При всем обилии концепций, претендующих на объяснение истории человечества, все они в конечном счете сводятся к двум основным методологическим подходам, В соответствии с "всемирно историческим" формационно-стадиальным подходом все народы развиваются по универсальным за кономерностям и проходят общие для них определенные стадии развития, Такой подход позволяет представить логически последовательную картину всемирно-исторического процесса, но не может объяснить множество несоответствий между реальной историей и ее концептуальным изображением и "неподчинение" страново-региональной исторической практики постулатам "всемирно исторического" подхода (особенно это касается Востока).

Видимо, односторонний подход к столь сложному и живо развивающемуся объекту, как чело веческое общество, не может быть плодотворным. Историю можно понять только глядя на нее раз ными глазами, используя комплексный многосторонний подход, дополняя всемирно-исторический подход "культурно-историческим" цивилизационным.

На протяжении относительно короткого периода исторического развития человеческого обще ства его социально-экономические и политические структуры под влиянием природно-экологических и других факторов неоднократно подвергались трансформациям (социальным мутациям). Следстви ем указанных процессов стало расхождение путей развития различных обществ и возникновение ус тойчивых качественно-типологических характеристик разных культур-цивилизаций, функциони рующих по своим и присущим только им внутренним закономерностям.

При всей дискуссионности этого вопроса картина расхождения путей развития человечества выглядит следующим образом. В результате разложения первобытного общества в ходе неолитиче ской революции IV тыс. до н. э. на Ближнем и Дальнем Востоке сложилось постпервобытное азиат ское общество как основа т.н. "восточного пути" - варианта развития человечества с превалирующей ролью государства во всех сферах жизни общества, В эпоху от реформ Солона и греко-персидских войн до возникновения мировых религий утвердился античный вариант развития с гораздо большей ролью общества и частной собственности, альтернативный восточно-азиатскому, ставший основой т.н. "западного пути" - варианта развития. Таким образом, понятия "Восток" и "Запад" - не столько географический, сколько социально-структурный феномен.

Наличие альтернативных вариантов развития в принципе положительное явление, т.к. оно обеспечивает: дополнительную страховку существованию человечества вообще в случае полного краха по тем или иным причинам одной из ветвей развития;

возможность их соревнования и взаимо обогащения;

смену лидерства в обеспечении прогресса человечества;

возможность перехода с менее эффективного пути развития на другой, более эффективный... С этой точки зрения история человече ства представляет собой передачу эстафеты лидерства от Древнего Востока к античному миру в древности, от него к мусульманскому Востоку в раннее средневековье и от последнего к Западу на рубеже средневековья и Нового времени. Ход "эстафеты" дал Гегелю основания утверждать, что "всемирная история направляется с Востока на Запад, т.к. Европа есть безусловно конец развития, а Азия - его начало". Современный американский политолог Ф.Фукуяма в своей работе "Конец исто рии" солидаризировался с Гегелем. Однако появившийся в последние десятилетия феномен "восточ ного капитализма" вновь поставил вопрос о переходе лидерства к восточной ветви, правда, сущест венно трансформированной под западно-буржуазным воздействием.

За тысячелетие существования (сер. 1 тыс. до н.э. - первая половина 1 тыс. н.э.) в Европе ан тичных структур свойственные им политико-правовые институты, прежде всего частной собственно сти, обеспечили определенные гарантии личности и собственности и возможность более динамично го развития по сравнению с Востоком. Контакты античного римского мира с варварской периферией несколько видоизменили ее восточно-традиционную структуру. Завоевание варварами Рима привело к созданию синтетических антично-традиционных структур средневекового романо-германского ми ра. Борьба традиционно-восточной и античной компонент в этом обществе завершилась торжеством античной основы с приматом частной собственности и, в конечном счете, возникновением в Европе буржуазно-капиталистических отношений.

Вследствие сохранения в средневековой Европе элементов античной основы в ней развились частнофеодальные отношения, при которых государство является инструментом поддержки господ ствующего класса в деле эксплуатации крестьянства феодальными методами. Революционизирую щую роль в развитии средневекового европейского общества сыграли города с их вольностями и привилегиями, подтачивавшие изнутри традиционные структуры. На Востоке же само государство выполняло функции господствующего класса, пресекая тенденции к развитию частнофеодальных отношений и городской вольности, что дает основания говорить о "государственном феодализме".

В средневековой Европе в результате борьбы инерционного восточного и динамичного запад ного начал последнее приобретало все новое качество и сферу применения - европейское общество к Новому времени трансформируется из традиционного в современное буржуазное. На Востоке же традиционные характеристики общества не подверглись существенной качественной трансформации в ходе замедленного эволюционного развития, что дало Гегелю основания утверждать: тенденция развития заключается в том, что "Восток знал и знает только, что один свободен;

греко-римский мир, что некоторые свободны;

германский мир... что все свободны".

Восточный и западный пути развития, возникнув однажды, соответственно в IV и I тыс. до н.э., доказали устойчивость своих основных характеристик и утвердились в них в средневековую эпоху:

западный путь развития как чередование радикальных модификаций частной собственности (антич ной, феодальной, капиталистической), восточный путь - как незначительное усовершенствование древневосточного строя в рамках единой докапиталистической формации в сторону государственно го феодализма в форме феодализации политических структур.

2. КАТЕГОРИЯ И ХРОНОЛОГИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ Введенный европейскими гуманистами эпохи Возрождения термин "средние века" изначально использовался для обозначения исторической полосы развития западноевропейского общества между падением Рима и Возрождением и присущего этой полосе специфического качества (погружение во тьму в результате отхода от античной культуры и принципов общественной жизни). Сам термин "Возрождение" подчеркивал возвращение европейского общества к античным ценностям через пре одоление феодальных структур и раздробленности средних веков. У европейских средних веков были четкие хронологические грани (V-ХIV вв.) и вполне определенное социально-экономическое и куль турное содержание.

В культурной жизни ряда стран Востока на рубеже I-II тыс. н.э. также наблюдались ренессанс ные "проявления" возврата к "древнему просвещению" (в Китае VII-VIII вв. это связано с именами Хань Юя, Оуян Сю, Су Дунпо;

у арабов IX-XI вв. с расцветом культуры и деятельностью Авиценны, Бируни и др.). Многие советские историки, сторонники изображения истории как линейно прогрессивного процесса со всемирно-историческими закономерностями, трактовали проявления восточного ренессанса как доказательство наличия там представления о восточных средних веках (в Китае III-VIII вв.

, в арабо-иранском мире IX-XI вв.). Подобная трактовка позволяла утверждать, что средние века не европейская только, но всемирно-историческая категория для обозначения эпохи, в которую вступила не только Европа, но и Восток после крушения рабовладельческой системы в III-V вв. в ее главных центрах (Китай, Парфия-Иран, Рим, Кушанское царство, государство Гуптов). По скольку европейское средневековье было бесспорно наполнено феодальным содержанием, то и вос точные "средние века" по аналогии были признаны "феодальными". Конкретный исторический мате риал искусственно подгонялся под эту схему одновременного возникновения феодализма, т.е. стади ального сходства, в двух типологически различных ветвях развития человеческого общества (это бы ло квалифицировано академиком Конрадом как "чудо"). Основанием "всемирно-исторического мас штаба" средних веков были объявлены "общие для Запада и Востока процессы, сопровождавшие ут верждение феодализма":

- появление на исторической арене "молодых" народов - варваров;

- особая роль мировых религий, как надстройки над феодальным базисом;

- особая роль церкви как идеологической и политической организации;

- особая роль крестьянских движений, которые "всегда подавлялись, но двигали историю вперед", доказывая "решающую роль масс" в истории, в т.ч. и на Востоке;

- усиление общности исторической жизни Востока и Запада посредством мирных и не мирных, экономических и культурных контактов.

Основанием для признания средних веков особой стадией и категорией европейской истории являются: господство качественно отличных от античности и Нового времени феодальных отноше ний и наличие относительно четких хронологических граней. Присущи ли подобные атрибуты со временному средневековой Европе Востоку? Идеологически непредвзятый анализ этого вопроса по зволяет утверждать, что в рассматриваемый период восточное общество типологически не отлича лось от древневосточного: разница между ними заключалась в количественных показателях уровня хотя и замедленного, но все-таки поступательного полуторатысячелетнего развития, в качественном усовершенствовании прежних древневосточных структур до их завершающего облика (в результате структурной трансформации Ближнего и Среднего Востока под влиянием исламизации и Китая под влиянием конфуцианства даже произошло дальнейшее усиление приоритета государства над общест вом в сравнении с древневосточным периодом).

Что касается концепции "повсеместности" ренессанса как довода в пользу повсеместности феодализма и средних веков, то она только внешне подтверждается многочисленными фактами об новления культуры в различных восточных обществах. Однако на Востоке ренессанс во всей полноте так и не наступил, ограничившись некоторой "реабилитацией" плоти и духа в элитарной культуре.

Суть и хронология средневековой эпохи могут трактоваться по разному в зависимости от того, какие события и процессы считать определяющими. Средние века в европейском смысле этого тер мина, как стадия господства в обществе феодальных (прежде всего в сфере социально- экономиче ской) отношений, на Востоке явно отсутствовали. Правда, этот период истории Востока и Запада ха рактеризуется также политической децентрализацией. В Европе феодальная раздробленность базиро валась на гораздо более высокой хозяйственно-технической основе и была достаточно кратковремен ной, однако города смогли ею воспользоваться для резкого повышения своей роли не только в эко номической, но и социально- политической жизни европейского общества. На Востоке же политиче ская децентрализация была гораздо более длительной, базировалась на более низком, чем в Европе, уровне развития производительных сил и товарно-денежных отношений: такой "политический фео дализм" не способствовал прогрессивным сдвигам в экономике, политике и культуре, воспрепятство вал обретению городами самостоятельности и возникновению особого сословия горожан.

Таким образом, параллельно процессу становления, развития и разложения феодализма в евро пейской ветви развития шел процесс совершенствования и, следовательно, укрепления прежних древневосточных структур в рамках единой докапиталистической стадии развития восточной ветви (без феодализма и средних веков). Однако, в связи с тем, что Запад с начала Нового времени стал иг рать моделирующую роль в истории человечества, категории и стадии европейской истории исполь зуются как универсальные всемирно-исторические: так, в результате механического переноса с евро пейской почвы существует категория "восточного средневековья" (без качественного содержания средневековья европейского, но с его хронологическими рамками).

Введение в научный оборот термина "восточное средневековье" с европейскими хронологиче скими рамками упростило периодизацию всемирной истории, но осложнило периодизацию самого Востока, для которого ни английская буржуазная революция сер. XVII в., ни французская к. XVIII в.

не являются событиями, существенно повлиявшими на его развитие. Хронология восточного средне вековья может быть завершена только типологически существенным событием развития самого Вос тока: таковым может быть начало капиталистической трансформации традиционного восточного об щества как грань между докапиталистической и капиталистической стадиями развития восточной ветви человеческого общества (в Европе эта грань проходит по XIV-XV вв. так называемого Раннего Нового времени, но концом средневековья считается победа английской буржуазной революции в сер. XVII в. на том основании, что производительные силы новой формации вызревают в недрах прежней феодальной стадии развития).

Капитализм не мог самостоятельно возникнуть в недрах азиатского способа производства (АСП) вследствие отсутствия на восточной почве элементарных гарантий прав личности и собствен ности. Даже "оптимисты" из числа специалистов, допускающие такую возможность, полагают, что для этого Востоку потребовалось бы еще как минимум 700-800 лет развития. Традиционные восточ ные структуры оказались настолько устойчивыми, что могли трансформироваться только под мощ ным внешним воздействием. Как отметил К.Маркс, только европейский колониализм мог способст вовать "единственной социальной революции, пережитой когда-либо Азией", то есть переходу на буржуазный путь развития.

Начало капиталистической трансформации АСП приходится на сер. XIX в. в связи с переходом Европы от точечной к массированной колонизации, вынужденной вестернизацией и приспособлени ем Востока к мировому рынку (Фань Вэньлань датирует начало Нового времени в Китае 1840 г., т.е.

началом насильственного открытия страны в ходе 1 Опиумной войны, через три десятилетия начи наются буржуазные реформы в Японии...) С середины XIX в. начинается стадиально-формационное сближение двух основных ветвей развития человечества на базе вестернизации Востока, т.е. воспри ятия им западных структур, институтов, идей, технологий...

Восток вступал в мировую капиталистическую систему (формацию) в качестве ее периферии с запозданием минимум 200 лет, но специфика периферии не может влиять на периодизацию Нового времени как всемирно исторической эпохи утверждения капитализма. Поэтому изучение истории ус ловно существовавших на Востоке "средних веков" заканчивается, а Нового времени - начинается с сер. XVII в.

3. СОПОСТАВИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ВОСТОКА И ЗАПАДА В СРЕДНИЕ ВЕКА В соответствии с законом неравномерности развития различных частей человечества в разные исторические эпохи до V в. до н.э. наблюдается доминирование Востока, до XVI XVII вв. н.э. существовал евразийский культурно-экономический баланс, с XVII-XVIII вв.

доминирует евроатлантическая цивилизация. Разумеется, указанная периодизация отражает лишь самую общую тенденцию, вектор развития истории. Нас же интересует сопоставитель ная характеристика Востока и Запада в средневековую эпоху. Изучение этого вопроса позво ляет утверждать, что в данный период Восток все еще превосходил Запад по большинству количественных и многим качественным показателям развития, о чем свидетельствуют при водимые ниже данные таблиц динамики народонаселения и объема ВВП Запада и Востока в средние века:

От крушения Рима до сер. второго тысячелетия Европа была самым отсталым и бедным пери ферийным районом Евразии, боровшимся за собственное выживание. Наиболее высокий уровень благосостояния в этот период имел Китай, которому слегка уступал Ближний Восток, а Европа нахо дилась на нижней ступени уровня жизни среди других цивилизаций.

В XV-XVI вв. начался очередной стремительный натиск мусульманского мира не только в бас сейне Индийского океана, Центральной Азии и по Транссахарскому торговому пути: находящаяся в центре Евразии Османская империя, не удовлетворяясь ролью торгового посредника, претендовала на захват европейских земель.

Таблица 1.

Динамика народонаселения в средние века (в млн. чел) Нанкин, Дата Весь мир Европа Азия Африка Китай Индия Япония Англия Франция Португалия Лондон Пекин 1 в. 60 50 3 в. 7, 4 в. 600 г. 17 130 50 1000 г. 305 24 180 40 1100 г. 30 200 100 1500 г. 440 68 280 60 100 80 16 4 16 8 0,05 1600 г. 81 300 1650 г. 550 100 350 100 1700 г. 111 415 205 Таблица 2.

Соотношение населения и объема мануфактурно-ремесленного производства в 1500 г. (в %) Цивилизация % населения % производства Дальневосточно-конфуцианская 22,3 30- Индо-буддистская 24,1 23- Арабо-мусульманская 11,2 16- Восток 68 Европа 16 В результате предпринятых Европой контрмер на морях она превратилась в перекресток миро вой торговли: на рубеже XV-XVI вв. она стала хозяйкой Атлантики, поставила под свой контроль Индийский океан, победа при Лепанто в 1571 г. ликвидировала морское преобладание турок в Среди земноморье. От Лепанто до Карловицкого мира 1683 г. установилось военно-стратегическое равнове сие, означавшее крах претензий мусульманского мира на разгром Европы. В период 1683-1739 гг.

Европа добивается установления военного превосходства над исламским миром. С 1739 г. ни одна восточная армия не смогла более нанести поражение европейцам.

С подрывом военной мощи Османской империи с миссионерским характером ее религии и во лей к экспансии была предрешена судьба всех остальных восточных обществ. Безразличная к осталь ному миру и обращенная вовнутрь индо-буддистская цивилизация обладала слабой государственно стью и была относительно легкой добычей европейских колонизаторов. Самодовлеющая китайская цивилизация еще в 1436 г. прекратила экспансию в Южных морях и начала отгораживаться от ос тального мира, а после завоевания Китая маньчжурами страна утвердилась в политике самоизоляции, неспособной защитить страну от грядущей западной экспансии на Дальнем Востоке.

Военное соревнование с Востоком Европа сумела выиграть благодаря собственным экономиче ским усилиям и ошибкам торгово-экономической политики стран Востока. Не имея достаточного ко личества ресурсов для самовыживания перед лицом враждебного мусульманского мира, Европа уже в XII-XV вв. добилась существенного прогресса в металлургии, механике, вооружении, применением водяной мельницы усовершенствовала текстильное и бумажное производство и в ХV в. стала широко экспортировать бумагу, оружие, шелк, стекло.

Победа при Лепанто сделала океаны "продолжением Европы", но Восток ограничивал объем торговли с ней политикой малых квот и монопольно высоких цен. Европа была вынуждена искать способы сокращения пассива своей убыточной, но необходимей ей торговли с Азией, объем которой вырос за 16-17 вв. в 15 раз. За восточное сырье Европа все больше стала расплачиваться готовой про дукцией: так было положено начало превращению Востока в сырьевой придаток Запада в рамках складывающегося разделения труда в мировом рынке, чего на Востоке в позднесредневековую эпоху еще не осознавали. Однако 80-90% дефицита своей азиатский торговли Европа покрывала поставка ми туда до 30% получаемого из Америки золота и, особенно, серебра (за 1503-1650 гг. Европа полу чила из Нового Света 18444 т. серебра и 190 т. Золота). Стремясь уменьшить утечку драгоценных ме таллов на Восток, европейцы организовали производство продовольственных и технических с/х культур, альтернативное азиатским поставкам, и при этом 6олее дешевое. Результаты были впечат ляющими:

- в 16 в. бразильский сахар вытеснил с европейского рынка сиро- египетский, а балтийская пшеница - арабское зерно;

- в 17 в. арабский лен, хлопок, рис, кофе и китайский чай также были вытеснены амери канским производством.

Таким образом, погнавшись за евроамериканским золотом и серебром, Восток начал терять свои историко-природные преимущества перед Западом. Однако восточные правители и купцы про должали диктовать условия торговли де сер. 19 в., поскольку стремительно развивавшийся европей ский капитализм гораздо больше нуждался в азиатском сырье, чем натуральное хозяйство традици онного Востока в европейских товарах (даже Англия в сер.18 в. 75% импорта из Индии вынуждена была оплачивать серебром, и только четверть его могла покрыть нужными Индии поставками товар ного экспорта). Также еще долгое время сохранялся громадный разрыв в объеме ВНП двух регионов в пользу Востока (в 1750 г. он составлял 35 млрд. долл. по курсу 1960 г. против 112 млрд. долл. на Востоке, в 1800 г. - 47 млрд. долл. против 137 млрд. долл.).

Однако роль цивилизаций определяется не столько валовыми материальными показателями, сколько нематериальными качественными показателями развития: динамизмом, жизненной силой, перспективой... С этой точки зрения 1,5 тыс. лет, именуемых средневековьем, Европа и Восток ис пользовали по разному.

За указанный период Европа сумела преодолеть свое периферийное положение отсталой ок раины Евразии, совершив социальную, техническую, географическую (ВГО) и интеллектуальную революции. В результате сложилась новая западноевропейская цивилизация с современным общест вом, основанным на отношениях экономической (взаимо)зависимости лично свободных людей и ориентации на развитие;

и капитализм как самонастраивающаяся общественная система, ориентиро ванная на поступательный самоподдерживающийся рост на базе технического прогресса, частной собственности и рыночных механизмов регулирования хозяйства (определение по В.А.Зарину).

Внешним проявлением исторической эффективности избранного Европой пути развития стала снача ла поэтапная ликвидация ею разрыва с Востоком в военной мощи в XVI в., а затем по уровню жизни в XVIII в. (в 1750 г. годовой доход на душу населения в обоих регионах сравнялся на уровне 190 ам.

долл. по курсу 1960 г.). С к. XVIII в. Европа стремительно отрывается по этому показателю от при родно гораздо более богатого Востока. Характерная для западного пути развития сильная частнособ ственническая тенденция, окончательно восторжествовавшая на рубеже средневековья и Нового вре мени, обусловила жизнестойкость западноевропейской цивилизации, способной критически позитивно воспринимать свои и чужие новации как источник собственного развития.

В противоположность Европе на средневековом Востоке не было радикальных качественных структурных преобразований. Стабильность восточного общества обеспечивалась посредством от торжения своих и чужих новаций как деструктивных по отношению к существующей системе. Как и в древности, средневековое восточное общество оставалось традиционным, т.е. основанным на вне экономическом принуждении лично зависимых людей и стремлении к стабильности посредством культурной ориентации в прошлое. В завершающих средневековье XVI-XVII вв. даже происходило укрепление традиционных структур АСП в рамках новой волны политической централизации после периода политической раздробленности XIV-XV вв. (Османы, Сефевиды, Моголы, Цини, Токугава).

Таким образом, в средние века Восток сохранил внушительный валовый материальный перевес над Западом, но последний уже захватил историческую инициативу в свои руки благодаря превос ходству качественных характеристик современного европейского общества над традиционным вос точным в социально-экономической, политической, военной и духовной сферах.

Сопоставительное изучение средневековой истории Востока и Запада ставит перед исследова телем множество проблем и вопросов "почему?":

- почему, имея лучшую одежду (шелк), лучшую посуду (фарфор), лучшую пищу (рис), лучшие ремесла, большее население, сказочные сокровища, Восток в конце средневековья стал усту пать Западу?

- почему изобретатели пороха не имели сильных армий, изобретатели компаса не преуспе ли в мореплавании, основатели книгопечатания не имели общественного мнения, накопители сокро вищ не сумели превратить их в капитал, наличие природных ресурсов не сопровождалось развитием предпринимательства? А полунищая бедная ресурсами Европа смогла бросить вызов Востоку?

Ответ на эти и другие вопросы, в сопоставлении с европейским опытом развития, дает инте реснейшая и поучительная история Востока в средние века.

4. ЭВОЛЮЦИЯ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ВОСТОКЕ В СРЕДНИЕ ВЕКА Представления западноевропейцев о Востоке изначально формировались под влиянием харак тера их взаимоотношений в военно-политической, экономической, культурной и религиозной сферах с арабо-мусульманским миром, передовым форпостом Востока на подступах к Европе.

Дихотомия Востока-Запада, созданная историей и природой, осложняла взаимоотношения и взаимопонимание двух миров: это была история взаимонеприятия и дезадаптации генетически раз ных типов развития, разного подхода к явлениям жизни, столкновения кардинально различных мен талитетов (западный менталитет характеризуется дихотомией светского и духовного, искусства и мысли, интеллекта и чувства, логики и поэзии...;

восточный же, наоборот, неразрывностью мысли и чувства и, если верить Джали, то "Что есть поэзия? Песнь птицы интеллекта...").

В широком смысле диалог Восток-Запад - это история их взаимоотношений. В нетрадиционном смысле - это сознательная установка на, как минимум, понимание партнера-оппонента и, как макси мум, на взаимопонимание. К такой сознательной установке две крупнейшие цивилизации пришли только в ХХ в., поскольку, как отмечал Вл. Соловьев, "через всю историю человечества проходит ве ликий спор Востока и Запада".

Отношения христианской Европы и арабо-мусульманского мира в средние века изначально приняли характер религиозно-политического соперничества в форме военного противостояния. Пре валирование религиозного аспекта в отношениях двух миров объясняется сочетанием ряда факторов:

1. Христианские мыслители от Августина до Фомы Аквинского внедрили в сознание евро пейской общественности убеждение, что развитие человечества должно привести к Царству Христо ву, которое воспримет в себя весь мир. Однако появление исламской альтернативы поставило под вопрос ойкуменикальные перспективы христианского мира.

2. Выдвинутое Мухаммедом в мединский период его жизни утверждение об извращении иудеями и христианами Писания носило оборонительно- защитный характер и позволило исламу ус тоять перед влиянием этих гораздо более древних религий. Однако это обвинение ставило под вопрос непогрешимость христианского вероучения и вызвало непримиримое духовно-эмоциональное отно шение христианской церкви и ее паствы к исламу: драма истории заключается не столько в столкно вении недобрых намерений злых сил, сколько в столкновении положительных ценностей разных ци вилизаций.

3. Стремительная территориальная экспансия исламского мира лишила Европу доброй по ловины средиземноморского ареала и поставила под вопрос само существование христианской кон фессии.

Вышеуказанные факторы способствовали трансформации раздробленной семьи романо германских народов, каковой была Европа до возникновения мусульманской угрозы, в "христиан скую Европу" как определенную территориально-культурную целостность, сумевшую противопоста вить себя исламскому миру. Категории "священной войны" и джихада закрепили в сознании обоих миров идею их исторического противостояния.

На фоне возникновения и нарастания конфронтации двух миров менялось содержание их куль турных контактов. В IX-X вв. христианские переводчики познакомили мусульман с античным науч но-философским наследием. В ХII-ХIV вв. роли переменились - Европа познает античное наследие опосредованно через арабов, т.е. учится у врага, восполняя тем самым для себя недостающие элемен ты материально-духовной культуры. В ХIV-ХVI вв. наступает полоса культурного отчуждения Евро пы от исламской "учености", т.к. Ренессанс резко развел культурные судьбы Европы и мусульман ского Востока. Европа ориентируется непосредственно на античное наследие без посредничества му сульман у которых уже нечего взять и с которыми надо только бороться (много позже В.О.Ключевский философически вопрошал по этому поводу: "Сначала Восток просветил Европу, за это Европа покорила Восток;

сейчас Европа просвещает Восток - не сделает ли за это Восток с Евро пой то, что ранее она сделала с ним?") Параллельно сокращению культурных заимствований у арабов в европейских культурных и ре лигиозных кругах наращиваются усилия по развенчиванию магометанской веры - ее изображали в качестве христианской ереси, язычества, идолопоклонства, сатанизма и дьявольщины.,. О масштабах диффамации ислама свидетельствует "Божественная комедия" Данте, в которой Мухаммед и Али по мещены в девятый ров восьмого круга Ада для тех, "кто, разделяя, копит гнев", т.е. для виновников "раскола мира" (исключение сделано Данте для Аверроэса и Авиценны, помещенных в лимбе - пред дверии Ада для добродетельных нехристиан). Активно дебатировалась также тема "сексуальной рас пущенности" мусульман: Мухаммед якобы стяжал себе поддержку "диких кочевников" пустыни "разрешением блуда и телесных услад".

Не красили Восток в глазах европейцев и результаты их научных изысканий. В XIII в. в Европе была переиздана "Политика" Аристотеля, в которой тирания квалифицируется как "деспотическая монархия", и с этого времени формируется концепция "азиатского деспотизма", связанная с отсутст вием частной собственности и политическим бесправием подданных на Востоке.

С наступлением турок в ХV в. в отношении напуганных этим европейцев к исламу появились новые нотки. Высказывались мнения, что военным путем невозможно решить семисотлетний спор двух мировых регилий предложения решить его на базе совместного поиска общей основы двух ре лигий и выявления реальных разногласий для их сглаживания. Папа Пий II в письме к султану Мех мету Завоевателю (Константинополя) указывал на единую библейскую основу двух вероисповеда ний, их единобожие, веру в загробную жизнь и в бессмертие души.

С осознанием на рубеже ХVI-ХVII вв. перехода военно-технического и культурного первенства к Европе поиск взаимопонимания с исламским миром прекратился: судьбы Европы от этого более не зависели... C открытием в ходе ВГО обходных путей вокруг Африки и Америки отпала необходи мость дорогостоящего сокрушения турецкого заслона на пути европейской восточной торговли. С ликвидацией торгово-посреднической монополии и военного превосходства Османской империи Ев ропа теряет былой интерес к мусульманскому Востоку и налаживает прямые контакты с другими азиатскими цивилизациями.

Таким образом, средневековая Европа по необходимости была вынуждена изучать Восток в лице его мусульманской части - арабов и турок. По причинам военно-идеологического противостоя ния это изучение проводилось на донаучном уровне и преследовало утилитарную цель доказательст ва правильности Учения Христова и христианского образа жизни. Даже вышедшая в 1697 г. книга английского востоковеда Х.Придо имела тенденциозное название "Подлинная природа мошенниче ства, всецело проявившаяся в жизни Магомета...". Первый перевод Корана появился в Европе лишь в 1698 г. Тем не менее, за столетия европейско-мусульманских контактов (культурного обмена, рели гиозно-теологических дискуссий, Крестовых походов) произошло существенное усложнение и рас ширение знаний европейцев о Востоке. В ходе этих контактов сложился христианоцентричный под ход к истории и политике, ставший основой для утверждения в будущем европоцентризма.

5. ЕВРОПОЦЕНТРИЗМ С исчезновением на рубеже ХVI-ХVII вв. комплекса страха перед турецко-мусульманским Востоком европейские представления о Востоке претерпели ряд изменений. С опубликованием в 1704-08 гг. в переводе А.Гаманна "Тысячи и одной ночи" Восток превращается в источник экзотики и романтики: европейцы восхищались иерархией и централизацией, системой экзаменов и сочинения ми в Китае, архитектурой Индии и живописью Японии. Модными в Европе становятся разнообраз ные "восточные стили" (сады, беседки, будуары, дворцы...) Позднее, в ХIХ в. поток европейских пу тешественников и миссионеров был глубоко разочарован подлинной жизнью, порядками и задворка ми Востока за тонким слоем "экзотики". То, чем раньше европейцы восхищались, в том числе формы социально- политического устройства, теперь стало ими осуждаться как порочное, неподвижное и недостойное человека.

Перейдя к широкой колониальной экспансии, экстравертивная буржуазная Европа с ее импер ским мироощущением цивилизационного превосходства и "бремени белого человека" соответственно квалифицировала интравертивный Восток как отсталый, застойный и нецивилизованный. С точки зрения европейского рационализма афро-азиаты ленивы и непредприимчивы. Вспышки национально освободительного движения покоренных и вроде бы покорных "туземцев" застойного Востока вос принимались как проявление "восточного коварства".

В европейском общественном мнении колониальной эпохи постепенно формируется европо центристский взгляд на мир, в котором динамичная, творческая, свободная Европа выполняет по от ношению к застойному, деспотическому, фанатичному Востоку цивилизаторскую миссию. Подобный взгляд на мир был не только порождением сложившейся в ХIХ в. ситуации. Европоцентризм как об щественно-политический феномен противопоставления "правильной хорошей" Европы остальному миру претерпел длительную эволюцию затухания и угасания под влиянием объективных и субъек тивных факторов и всегда имел под собой определенные внутренние основания:

- от греко-персидских войн в древности сохранялось ощущение как страха маленькой Ев ропы перед огромным непредсказуемым Востоком, так и возможности его сокрушения;

- противоборство с исламским миром в эпоху средневековья возродило востокофобию в Европе, а успешное завершение противоборства связывалось европейцами не только с физическими усилиями с их стороны, но и с превосходством западного пути развития и образа жизни;

- в Новое время европоцентризм стал одной из идеологических подпорок колониальной экспансии Европы. "Империалистическая историческая наука", служанка и лоцман колониализма в чужих цивилизационных водах, объясняла историю и специфику Востока через призму европейских категорий и стадий развития. В результате, например, научная разработка проблемы отсутствия част ной собственности в качестве господствующей как причины отставания Востока дала колонизаторам основания и обоснование для проведения земельных конфискаций в пользу метрополий - не все ли равно азиатскому крестьянству, кому платить ту же самую ренту-налог?

- в новейшее время европоцентризм помогает обосновывать противодействие метрополий национально-освободительному движению в колониях, якобы "неспособных" в силу своей общей отсталости к самоуправлению и независимости;

- в постколониальный период европоцентризм препятствует духовной деколонизации раз вивающихся стран и способствует навязыванию им западных моделей развития без учета их цивили зационной специфики, что может быть выгодным Западу, но ведет к тяжелым последствиям для Вос тока. Свидетельством такого навязывания является появление работ типа "Конец истории" Ф. Фу куямы, объявившего западную модель капитализма вершиной мировой эволюции;

- в настоящее время усиление противоречий по линии "развитой Север - развивающийся Юг" способствует росту европоцентристских тенденций в развитых странах (об этом свидетельству ют, например, огульные обвинения мусульманскому миру в "фанатизме" в связи с проявлениями в ряде стран "мусульманского ренессанса", или требования перехода восточных стран на европейский демократический стандарт, хотя в большинстве из них еще не созданы для этого соответствующие духовно-культурные и социально-экономические предпосылки).

Возникновение европоцентристских настроений на уровне массового сознания, в принципе не удивительно, поскольку оно всегда реагирует на межцивилизационные (и даже просто межнацио нальные) отношения "фобиями" и "центризмами". Однако европоцентристский подход не может быть признан приемлемым в сфере исторического исследования, предметом которого является не столько результат, сколько причинно-следственные связи, его породившие.

Проявлениями европоцентризма в исторической науке являются:

- перенос на Восток закономерностей, стадий и категорий развития Европы;

- принижение вклада и роли Востока в истории человечества;

- мифологизация восточной специфики.

Последствиями такого подхода могут быть:

- искаженное понимание восточной истории и общества;

- ответная культурно-цивилизационная реакция Востока в адрес высокомерного Запада (антирасистский расизм и т.д.);

- трудности налаживания диалога Восток-Запад и замедление процесса складывания еди ного мирового сообщества.

Не отказываясь от обвинений Западу в целом и западной исторической науке в грехе европо центризма, в то же время следует отметить, что эти обвинения не совсем справедливы:

- во-первых, всем цивилизациям прошлого, и особенно восточным, присуще надменное отношение к другим народам:

а) древние греки в молитвах благодарили богов за то, что они создали их свободными эл линами;

б) китайцы вплоть до насильственного открытия их страны европейцами не проявляли ни какого интереса к другим народам и культурам, взяв от них разве что буддизм и персидские ковры. В 1793 г. китайский богдыхан отверг предложение об установлении торгово-дипломатических связей с Англией на том основании, что англичане "явно неспособны" воспринять китайские законы, манеры и обычаи, т.е. англичане "недостаточно цивилизованы";

в) у индусов отсутствовала традиция даже собственного историописания, а посещение благородным, т.е. из высшей касты, индусом заморских земель означало его осквернение;

г) среди мусульман даже Ибн-Халдун не интересовался историей Европы.

Грех европоцентризма оказывается не столь уж большим в общем ряду аналогичных явле ний (китаецентризм, японоцентризм...) - во-вторых, европейцы в своем "центризме" - заметное исключение из мировой истории:

они проявили невиданный до них интерес к другим народам и культурам (нашли, раскопали, рас шифровали, изучили, классифицировали и воссоздали забытое самим Востоком прошлое его наро дов...) При этом, пишет Л.Н.Гумилев, всегда стремившаяся к экспансии буржуазная Европа "оккупи ровала даже чужое прошлое", т.е. интерпретировала его исходя из западной системы ценностей и применительно к собственным потребностям колониального закабаления и эксплуатации Востока.

Именно европейцы создали такие специфические отрасли исторического знания, как ориенталистика и африканистика (впоследствии с соответствующими страново-региональными специализациями).

Беда в том, что, как отметил академик Конрад, "европейцы изучают Восток, но не учатся у него".

6. МАРКСИЗМ И ВОСТОК: ФОРМАЦИОННЫЙ ПОДХОД И КОНЦЕПЦИЯ "АЗИАТСКОГО СПО СОБА РОИЗВОДСТВА ПРОИЗВОДСПРОИЗВОДСТВА" (АСП) Учение К. Маркса позволило материалистически объяснить развитие человеческого общества как естественно-исторический линейно-прогрессивный процесс смены формаций. Из предисловия к "Критике политической экономии" следует, что постпервобытное человечество знало следующие способы производства: азиатский, античный, феодальный, буржуазный. Ничто из этой схемы не вы зывало столь яростных дискуссий и такого множества интерпретаций, как концепция АСП, который характеризуется:

- отсутствием частной собственности на средства производства;

- государственной эксплуатацией фактических владельцев земли (общинного крестьянства);

- наличием господствующего сословия эксплуататоров-чиновников, построенного по иерархи ческому принципу соподчинения;

- деспотической формой правления.

Вопрос первый: является ли АСП одной из стадий развития Востока (древневосточный строй) или обозначает Восток как целое (единая докапиталистическая стадия развития Востока от перво бытного общества до Маркса)?

Вопрос второй: переживала ли Европа когда-либо стадию АСП, или античный способ произ водства появился сразу на первобытной основе?

Вопрос третий: что думал сам К. Маркс, специально и профессионально Востоком не занимав шийся, по первому и второму вопросам?

Известно, что К.Маркс, выдвинув однажды идею АСП, более о ней не упоминал, что истори ками трактуется по-разному:

- поскольку более не упоминал, постольку в существовании АСП не сомневался и от идеи АСП не отказывался;

- не упоминал потому, что отказался от концепции АСП. Тогда возникает вопрос: почему отказался? Ренегат от марксизма и, следовательно, его идейный противник К. Витфогель дал свою трактовку сложившейся коллизии: основатели марксизма убоялись сопоставления АСП и социализ ма, т.к. отсутствие частной собственности неизбежно должно привести к деспотизму при социализме (следует помнить в связи с этим, что нацистская Германия была страной с частнособственнической основой).

Объектом научного творчества К. Маркса была история европейская, причем в ее методологи ческом аспекте, как история создания предпосылок для капитализации европейского общества. В связи с этим правомерен вопрос о применимости марксизма, как историко-философского очерка ка питализации Европы, к докапиталистическим обществам Востока. Сам К. Маркс не считал европей ский путь развития посредством смены формаций "всеобщим..., по которому роковым образом долж ны идти все народы". Кроме того, путь смены формаций характеризуется классовой борьбой как "движущей силой" этого варианта развития и сменой господствующих классов в результате револю ций - "локомотивов истории". К. Маркс, давший миру учение о классовой борьбе, не применял этот термин по отношению к Востоку, поскольку не видел места классам в обществе без частной собст венности. Развивая тезис Гегеля о "поголовном рабстве" на Востоке. Маркс писал, что "восточный человек никогда не становится собственником, а является только владельцем, он по сути дела сам собственность, раб..." Он также отмечал, что "единственной социальной революцией, пережитой ко гда-либо Азией", было начало капиталистической трансформации традиционных восточных структур под воздействием колониальной политики Европы.

Комплекс подобных высказываний К. Маркса дает основания предполагать, что АСП в его по нимании являлся особым путем развития Востока в рамках единой докапиталистической стадии без четких классовых критериев и явно выраженных этапов. Основатели марксизма, претендовавшие на методологически полное объяснение закономерностей и стадий истории Европы, в то же время ука зали на коренные отличия АСП от европейских способов производства (античного, феодального, ка питалистического). Следовательно, марксизм - достаточно полно разработанная методология позна ния европейской истории (теория смены формаций), и в то же время - недостаточно полно разрабо танная методология развития восточного общества (идея АСП). В этом смысле марксизм является учением о двух путях развития человечества. Однако последователи классического марксизма (как и многих других крупных научных теорий) творчески разрабатывали (и догматизировали) только одну сторону учения, игнорируя другую.

Роковую роль в судьбе марксизма, как метода анализа общественного развития, сыграло его превращение в монопольно господствующую государственную идеологию сначала в СССР, а затем и в ряде других стран. По причинам политико-идеологического характера марксизм из объяснительно го принципа был превращен в орудие достижения и приближения конкретных целей - мировой рево люции, долженствующей сокрушить капитализм как на Западе, так и на Востоке. В результате догма тизации "европейской части" марксизма (теории смены формаций) европейская модель развития бы ла абсолютизирована как "магистральный путь" развития человечества, а идея АСП, т.е. "азиатская часть" марксизма, была предана забвению и в 1931 г. осуждена как "троцкистско-зиновьевское из вращение ленинско-сталинского учения". Официальная сталинская "пятичленка" смены обществен но-экономических формаций принципиально игнорировала марксову концепцию АСП. Дискуссии об азиатском способе производства закончились в подвалах НКВД.

После второй мировой войны стало ясно, что, вопреки истмату развитые страны Запада отверг ли социализм, а многие развивающиеся страны "нелогично" выбирали его из-за структурной близо сти к нему традиционных восточных обществ. Политические потребности сотрудничества с нацио нально-освободительным движением породили дискуссию об АСП в СССР и странах советского блока в сер.60 - сер.70 гг. В ее ходе были выявлены главные, нуждающиеся в первостепенной разра ботке, проблемы ориенталистики: несовершенство понятийного аппарата на стыке европеистики и востоковедения;


проблема двух путей развития человечества;

проблема феодализма на Востоке: если он там был, то какой (восточный, государственный, политический?), в чем его феодальность и какова его хронология;

оценка колониализма и глубины его воздействия на Восток: прервал ли он споради ческие предпосылки развития капитализма на восточной почве или привнес капитализм в восточное общество?;

разрыв глубины частных исследований конкретных проблем и поверхностности соедине ния их результатов.

Дискуссия 60-70 гг. об АСП завершилась выхо дом монографии В.Н.Никифорова "Вос ток и всемирная исто рия" с изложением всех высказанных по пробле ме точек зрения - сам автор согласился с мне нием известного китае веда В.П.Илюшечкина, что "АСП - это мертвая буква марксизма". Одна ко дискуссия продолжа лась. Л.Б.Алаев так опи сывает борьбу: идея АСП сыграла свою по ложительную роль про тивовеса "западному марксизму", но когда сторонники АСП разви ли эту идею в направле нии "разрыва мировой истории на две не свя занные между собой части", то это "явно вы водило размышления за пределы здравого смыс ла" с точки зрения сто ронников всемирно исторического подхода и усиливало их позиции - "по иронии историографии борющиеся стороны усиливали друг друга".

С распадом СССР и ликвидацией идеологической монополии официального марксизма в сфере гуманитарных исследований появились новые возможности для свободных востоковедных изыска ний, в том числе и по выдвинутой Марксом проблеме АСП. Однако пересмотр устоявшихся пред ставлений в такой сложной области, как востоковедение, не должен превратиться в смену прежней официально-партийной фальсификации истории Востока на ее вульгаризацию в результате "воспаре ния новомодных теорий над фактами в угоду политической конъюнктуре". Особенно это относится к противопоставлению цивилизационного подхода как "прогрессивного" формационному как "маркси стско-догматическому", которое следует перевести в плоскость соотношения и взаимодополнения этих двух подходов: марксизм скомпрометирован как монопольно господствующая идеология, но остается одним из методов научного познания.

ПРИРОДА И ОБЩЕСТВО НА ВОСТОКЕ В СРЕДНИЕ ВЕКА 1. ПРИРОДНЫЙ ФАКТОР В ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА Годы, люди и народы Убегают навсегда Как текучая вода В гибком зеркале природы В. Хлебников Все живое - природно. Человеческое общество и культура - антиприродны, т.к. материально культурный прогресс обеспечивается за счет первичных (растения, животные, почвы, вода) и вторич ных (минералы, энергия) ресурсов природы.

У истоков цивилизации человек просто пользовался первичными возобновляемыми ресурсами природы, не нанося ей при этом существенного ущерба. От первых цивилизаций до наших дней не уклонно обостряется конфликт природы и человечества:

- природа развивается эволюционно, человечество - революционно (социально, экономи чески, научно-технически...);

- природные ресурсы в конечном счете невозобновляемы, человеческие потребности - без граничны: первобытный человек брал от природы 2-4 тыс. ккал. в день, средневековый - 20-24 тыс., современный - до 240 тыс. ккал. в день, т.е. рост заимствований от природы на душу населения в ты сячу раз за 10 тыс. лет (при этом население Земли от первобытной эпохи выросло до 6 млрд. чел.).

Начало конфликту "человек-природа" было положено переходом человека от пассивного сбора ее даров к активному взаимодействию с ней для повышения валовых сборов первичных ресурсов.

Как писал создатель теории ноосферы В.И.Вернадский, "открытие земледелия решило все будущее человечества. Изменяя этим путем жизнь автотрофных зеленых организмов на земной поверхности, человек тем самым создал такой рычаг для своей деятельности, последствия которого в истории пла неты были неисчислимы. Человек этим путем овладел всем живым веществом: не только зелеными растениями, т.к. именно эти последние определяют жизнь всех других существ".

С прогрессом земледелия и его экспансией на все новые территории исчезают естественные ус тойчивые самоподдерживающиеся экосистемы. На смену им приходит хрупкий искусственный ан тропогенный (техногенный) ландшафт:

- в неолите-мезолите - в долинах предгорных рек;

- в бронзовом - нач. железного века в цивилизациях крупных речных долин.

Расширение с развитием земледелия "пищевого пласта" способствовало росту ВВП в арифме тической, а населения - в геометрической прогрессии. Человеку, как и любому другому биологиче скому виду, присуща способность к лавинообразному увеличению своей численности при благопри ятных условиях. Однако прекращение роста пищевого пласта не сопровождается пропорциональным демографическим спадом - это ведет к росту демографического давления на землю и диспропорции между возможностями антропогенного ландшафта и потребностями общества. Возражения К.Маркса Мальтусу, что научно-технический прогресс перекрывает рост населения, не совсем распространяют ся на докапиталистические общества, особенно на Восток (даже в Европе недостаточно высокий уро вень техвооруженности, сдерживавший освоение ее природных богатств, стал одной из причин Кре стовых походов). Парадокс: ликвидировав зависимость от естественной природы, человек стал рабом техногенной среды, которая диктует теперь ему свои условия и определяет его образ жизни и само сознание. Вызвав изменения природы, общество само вынуждено изменяться в соответствии с этими переменами. С этой точки зрения можно усмотреть совсем другой смысл в словах Н. Заболоцкого:

"Два мира есть у человека: Один, который нас творил, Другой, который мы от века Творим, по мере наших сил".

Обедняя естественную природу созданием техногенных ландшафтов, цивилизация ставит себя на грань саморазрушения в результате кризиса взаимоотношений общества и природы, что находит выражение даже в языке (китайский иероглиф "наводнение" одновременно обозначает "бедствие").

Природа мстит цивилизации за победы над собой. Каждая из таких побед, отметил Ф.Энгельс, имеет "в первую очередь те последствия, на которые рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные, последствия, которые очень часто уничтожают значение первых".

Среди подобных "непредвиденных последствий" можно выделить следующие:

- чем больше население речных долин, тем беднее там флора и фауна;

- чем богаче речные долины, тем беднее и пустыннее прилегающие районы;

- чем больше общество зависит от сохранения техногенной среды, тем больше сохранение техногенной среды зависит от стабильности общества (социальные катаклизмы в обществе со слож ными ирригационными системами эквивалентны природным катастрофам), рабы техногенной среды в состоянии играть роль геологической силы, разрушающей среду жизнеобитания в результате оши бок землеводопользования (Вавилон, Египет, Майя).

Восточное общество, положившее в древности начало человеческой цивилизации, в средневе ковую эпоху большую часть своей энергии направило не на продолжение успешно начатого разви тия, а на поддержание баланса отношений с природой. Поэтому в средние века очаг цивилизации не уклонно перемещался из давно освоенных и бесперспективных с точки зрения дальнейшего эконо мического прогресса тропических и субтропических районов Востока в среднюю полосу умеренного климата, в Европу с ее даровыми природными кладовыми и резервами, особенно лесными, которые ждали своего освоения.

По М.Блоку, европейское общество до ХI в. пользовалось, в основном, первичными природны ми ресурсами, а с этого рубежа начинает активно переходить к освоению вторичных ресурсов, базы становления ее будущей промышленной мощи. На Востоке же начало аналогичного процесса будет вызвано лишь потребностями мирового рынка в ХIХ в., после "транспортной революции".

Природа - Закон, существование человечества - подзаконно. Поэтому человеческие общества приспосабливаются к природным условиям посредством хозяйственной деятельности и развиваются в определенном направлении, создавая соответствующие им типы производства, которые, в свою очередь, в той или иной степени предопределяют становление устойчивых социально-политических структур и систем. Еще древние греки различия народов связывали со средой их обитания. Отраже нием такого подхода стала концепция географического детерминизма, объясняющая особенности исторического развития различных обществ природными условиями их существования.

Г.В.Плеханов полагал, что "в географической среде - источник и конец развития". Не чужд такому подходу и биодетерминист О.Шпенглер, который писал в "Закате Европы": "Я вижу вместо монотон ной картины всемирной истории... феномен множества могучих культур, расцветающих со стихий ной силой на лоне своего ландшафта, к которому каждая из них строго привязана на протяжении все го своего существования... Эти культуры, организмы высшего порядка, вырастают с возвышенной бесцельностью, подобно цветам в поле". Слишком суровая природа препятствует возникновению цветов-цивилизаций, слишком щедрая - ведет общество на помочах".лишая его стимула к саморазви тию (как образно пошутил А.Тойнби, Адам и Ева положили начало роду человеческому только после их изгнания из Рая...).

Геодетерминистский подход дает основания для расистских предположений (по подсчетам А.Тойнби, черная paсa не создала ни одной цивилизации, желтая - создала три цивилизации, белая 23). Любимый автор Геббельса Гегель в своих рассуждениях о географической основе всемирной ис тории пришел к выводу, что "мировой дух не может создать мир для себя в жаре и холоде" и "пред почитает арийскую расу" - следовательно, "славяне и негры - навоз истории".


На наш взгляд, степень правоты географического детерминизма точнее всего определил Л.Н.Гумилев: такой подход не столько неверен, сколько "недостаточен", т.к. абсолютизирует пассив ное воздействие природы на человеческие общества и игнорирует их активную роль компонента эко систем в определении собственной судьбы в ходе хозяйственно-экономической деятельности, науч но-технического творчества и социально- политического развития: степень развития цивилизации определяется сдвигом от парадигмы "природа - человек", когда географический детерминизм суще ственно прав, к парадигме "человек - природа", когда этот детерминизм существенно неправ и явно недостаточен. На ранних этапах развития человеческого общества роль природно-географического фактора (первичных ресурсов) велика и даже определяющая, на более поздних - она существенно меньшая (но возрастает роль вторичных ресурсов как условия дальнейшего качественного прогресса общества).

По соотношению потребляемых тем или иным обществом первичных и вторичных природных ресурсов можно судить о степени его социально- экономического развития - чем меньше зависимость общества непосредственно от земли, тем выше степень его развития. Интересную пищу для размыш лений по этому поводу дает сопоставление взаимоотношений с природой и их последствий земле дельческих цивилизаций Востока с "азиатским типом производства" (АТП), номадов с кочевым ти пом производства (КТП), и европейского типа производства (ЕТП) в средневековую эпоху.

2. КОЧЕВОЙ ТИП ПРОИЗВОДСТВА (КТП) В СРЕДНИЕ ВЕКА Вся история Азии складывалась под влиянием взаимодействия двух этнокультурных эколанд шафтных регионов с противоположными типами хозяйствования: растениеводческого АТП и ското водческого КТП.

Особенности КТП и кочевого образа жизни:

1. В отличие от растениеводческих обществ, создавших великие цивилизации, кочевники ока зались на это неспособны, поскольку Степь поглотила все их силы и сделала их своими рабами. Как отметил А.Тойнби, у кочевников "нет своей истории", но есть история их взаимоотношений с сосед ними земледельческими цивилизациями и Степью с ее климатическими циклами. Все развитие коче вых народов свелось в основном к выработке определенной суммы навыков и умений выживать в степи, и только в этом они достигли совершенства.

2. Высокая продуктивность скотоводства при его малой трудоемкости позволяла ограничить участие мужской части населения в жизни общества охотой, охраной стад и транзитных торговых путей, военными набегами на соседей и торговые пути. С выпасом стад успешно могли справиться подростки, а с выработкой продукции скотоводства (доение, кумыс, творог) - женщины.

3. Кочевые народы оказались неспособными к созданию не только мануфактурного, но даже простого ремесленного производства (кроме грубой обработки животных шкур и металлов). Со вре мен Чингис-хана все попытки создания в степи ремесла умирали вместе с плененными мастерами, так как единственно возможный в степи способ производства - скотоводство.

4. Социально-экономические противоречия, возникавшие в кочевом обществе, сглаживались экстенсивными методами откочевок на новые пастбища или завоевания новых земель. Это замедляло процессы социальной дифференциации и, следовательно, социального прогресса кочевых обществ, но именно это ставило сохранивших племенную спайку воинов-конников в выигрышное положение перед социально дифференцированными земледельческими народами.

5. Кочевые народы оказались неспособными к созданию собственной государственности (толь ко протогосударственных структур) в условиях изолированного существования без внешнего воздей ствия со стороны более развитых земледельческих цивилизаций в результате военно-политических контактов, торгового и культурного обмена. Кочевое хозяйство, коль скоро оно остается кочевым, ставит определенные пределы для социального развития ведущих такое хозяйство народов. Эти пре делы ограничиваются военной демократией или стадией раннеклассового общества. Даже создавая огромные империи, подвижные скотоводы не переходят этих стадий и после распада указанных им перий снова возвращаются к общинно-кочевой организации.

6. Не только благосостояние, но и само существование кочевых народов зависело от смены климатических циклов, которым наиболее подвержены именно степи, т.е. районы КТП. Существуют разные точки зрения на взаимосвязь климатических циклов с демографическими процессами и завое вательной политикой кочевых обществ. По одной из них, внешняя экспансия номадов вызывается усыханием степей, которое подвигает кочевые народы на массовые миграции, сметающие на своем пути земледельческие цивилизации, а демографический рост является следствием, а не предшествен ником миграций. Л.Н.Гумилев придерживается другой точки зрения: усыхания степей (он их насчи тывает три в эпоху средневековья) вели к выселению кочевников на окраины Великой Степи и даже за ее пределы на территории, оставленные по этой же причине земледельцами. Это не завоевания, а удовлетворение своей и скота жажды и голода. В периоды усыхания степей кечевники прозябают, что негативно отражается на демографических процессах. При очередном увлажнении степной зоны номады возвращаются на родные места, растет их четвероногое богатство и численность самих ко чевников. Это ведет к усложнению социально-политической обстановки и, как следствие, к внешней экспансии как средству социально-политической разрядки - завоевательная политика ведется не из-за необходимости экономического выживания, а по государственно- политическим соображениям.

7. На разных этапах своей истории кочевые общества выполняли по отношению к гораздо бо лее развитым и культурным соседям различные функции, самая безобидная из которых - "паразит цивилизации". Пограничный разбой был крайне выгоден номадам, которые легко мобилизуются именно на грабеж, в то время, как энергия цивилизаций рассредоточена по широкому спектру внут ригосударственной деятельности и им приходится для укрепления границ усиливать налоговое бремя и прибегать к дорогостоящей и опасной тактике привлечения одних варваров против других варва ров. Кроме того, сражаясь с кочевниками, цивилизация тем самым обучает их военному искусству и технике, которыми потом сама же будет бита. Победы цивилизаций над кочевниками в пограничных войнах пирровы и никогда не окончательны из-за рекреационных возможностей варварского общест ва (кочевник в первую очередь - воин, и только во вторую - производитель). Если для цивилизации война - бремя, то для кочевников - возможность подвигов, приключений, заимствований в культурно технической сфере при сохранении самобытности. На этом этапе кочевники - паразиты цивилизаций.

8. Переход кочевников от пограничного грабежа к широкой внешней экспансии парадоксаль ным образом совпадает с периодами упадка, децентрализации и раздробленности их земледельческих соседей. Ослабевшие цивилизации, худо-бедно отбивавшиеся от грабительских набегов в позицион ных пограничных войнах, не могли устоять перед организованной интервенцией. Победам кочевни ков способствовало знание ими их цивилизованных соседей, приобретенное в пограничных конфлик тах и в торгово-культурных контактах. Как отметил Ф.Бродель, "всякий раз, когда варвар одерживает верх, это случается от того, что он... по меньшей мере всерьез потерся" около цивилизованного сосе да. Время работало на варваров, сыгравших роль "гиен истории" против больных цивилизаций.

9. Вторжение носителей КТП, совершенно не понимавших ценности земли и земледелия, на территории чисто земледельческого АТП - трагедия восточных цивилизаций средневековья, понуж денных к регрессивному попятному развитию. Кроме того, кочевники, вторгшиеся в регионы со сложной ирригационной системой, разрушали саму природную основу существовавших там цивили заций - хрупкий техногенный ландшафт, созданный трудом десятков поколений, и превращались тем самым на скаку в "отцов пустыни". Европа же, с ее более устойчивым многоотраслевым сельским хозяйством гораздо легче перенесла кочевые завоевания.

10. Победа над более развитыми народами таит в себе для номадов много опасностей и в ко нечном счете ведет их к поражению как носителей КТП. Победа дифференцирует кочевое общество и подрывает былую спайку и дисциплину: смелость перерождается в свирепость, неприхотливость - в лень, ограниченность и пороки. Сумма навыков приспособления к степной окружающей среде не подходила и делала невозможным существование победителей в прежнем качестве в другом хозяйст венно-культурном окружении.

11. Судьба победивших кочевников во многом зависела от решения ими проблемы территори ального расположения своего политического Центра. Эта проблема могла ими решаться по-разному:

- монгольская династия Юань, установив политический центр в Пекине, попала в орбиту при влекательности китайской цивилизации, восприняв старокитайскую бюрократическую систему управления и уложившись в культурно-историческую парадигму смены Мандата Неба благодаря союзу с северокитайскими шэньши. Династия Юань тем самым превратилась в военно эксплуататорский паразитический институт: это вело к совпадению социальных и этнических проти воречий и к конечной гибели династии, несмотря на ее фактическую китаизацию и частичную асси миляцию с северо-китайской частью имущего класса;

- иранское общество, в отличие от привлекающего китайского, носит отталкивающий чужаков характер - поэтому монголы были вынуждены принять ислам для легитимизации своего господства на базе принципа смены династии. Монгольская элита ассимилировалась благодаря этому с местной верхушкой, сохранив при этом боеспособную монгольскую конницу в имеющихся в Иране пастбищ ных районах;

- Золотая Орда осталась в степи, удовлетворившись косвенным господством над Русью:

а) вдоль русских границ находились хорошие пастбища;

б) практически вся территория Руси оставалась в пределах досягаемости монгольской кон ницы;

в) на Руси не было теории (типа китайской "смены Мандата Неба"), которая могла бы обосновать прямое подчинение русского православного общества "нехристям" (к тому же, до мон гольского нашествия нехристей неизменно в конце концов били);

г) на Руси были силы, заинтересованные в сохранении над ней власти Орды как средства нейтрализации тевтонской угрозы (А.Невский).

Таким образом, косвенное господство над Русью удовлетворяло в определенной степени обе стороны. Только вариант косвенного господства позволял кочевникам сохранить свою самобытность на основе КТП, создать относительно прочные государственные институты и обеспечить гораздо бо лее длительное господство над Русью, чем прямое управление Китаем и промежуточный вариант управления Ираном.

Таким образом, цивилизационная многоукладность Востока в средние века привела к противо борству противоположных типов производства (КТП и АТП) и пагубно отразилась не только на по бежденных цивилизациях, но и на победивших кочевых обществах. Варвары торжествовали лишь в кратковременном плане: культурная инфильтрация цивилизованной жертвы в некультурного победи теля - неизбежная плата за его чисто военный успех. Кочевник, сошедший с коня, перестает быть ко чевником сам или в своем потомстве. Печальна и судьба кочевых метрополий, производительные си лы которых оказываются подорванными (количество населения и скота) экспансией - показательна судьба Монголии, превратившейся из метрополии в отсталую провинцию ранее побежденного Китая, и Аравии, ставшей культурно-экономической периферией арабского халифата.

3. АЗИАТСКИЙ ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКИЙ ТИП ПРОИЗВОДСТВА (АТП) 1 кв. км тропических лесов Востока может обеспечить пропитание трех человек, занимающих ся охотничье-собирательным промыслом. Тот же кв. км, превращенный в пашню, может прокормить 130 чел. Такая разница в продовольственной производительности способствовала сведению еще в древности тропических лесов под пашню. Это сопровождалось демографическим взрывом, заложив шим основу извечного демографического преобладания земледельческого Востока над регионами европейского (ЕТП) и кочевого (КТП) типов производства.

Демографический подъем, начавшийся в древности, не прекратился в средневековую эпоху, а лишь трансформировался в стабильно высокий прирост населения, чему способствовал ряд факторов:

- рентабельность детского труда в традиционном сельском обществе;

- стойкость сложившихся в древности поведенческих стереотипов в пользу большой се мьи;

- закрепление и освящение на рубеже древности и средневековья указанных стереотипов (конфуцианством - "холостяк - порочный человек, малодетный - малоуважаемый человек";

исламом "большая семья угодна Аллаху", и т.д.);

- "продовольственная революция" в эпоху средневековья, в результате которой практиче ски весь Восток оказался "в объятиях риса".

Продовольственную базу древневосточного общества обеспечивали просо, сорго и пшеница.

Параллельно опоре на эти культуры народы Азии веками накапливали навыки рисоводства. Переход в средние века большей части населения Азии на рисоводство объясняется превосходством этой культуры над остальными по ряду важнейших показателей:

- урожайность риса 21 центнер с 1 га (в очищенном виде) против 16 ц у пшеницы;

- 1 гa рисового поля дает 7500 ккал., пшеничного - 1500 ккал., а 1 га пастбища может обес печить получение 150 кг мяса (350 ккал).

Таким образом, переход на рисовое производство и пропитание народов Южной Азии и Даль него Востока был продиктован вполне прагматическими соображениями. Однако, как отметил Ф.Бродель, "растения цивилизаций" (пшеница, рис, маис) настолько глубоко "организовали матери альную... и психическую жизнь людей..., что создались почти необратимые структуры". Сделав в средние века ставку на рис как продовольственную монокультуру, азиатские общества оказались в рабской зависимости от его тиранической власти, диктовавшей им свои условия, ибо технология ри соводства требует рекордно большого количества ручного труда. К тому же, на рубеже I-II тыс. н.э завершается процесс перехода на новые скороспелые сорта риса, способные давать два урожая в год это потребовало новых рабочих рук и способствовало очередному демографическому взрыву.

Рано или поздно в рисоводческих районах возникает диспропорция "избыток населения - не достаток земли". Однако возникновение и усугубление этой диспропорции не привело к массовым миграциям из перенаселенных благодатных в почвенно-климатическом отношении долин в отдален ные от рек районы. Это объясняется не только трудностями освоения целинных земель: наработан ные десятками поколений рисоводов навыки хозяйственней деятельности оказывались совершенно бесполезными на удаленных от рек территориях (к нач. ХХ в. орошению подвергалось всего 40% бассейна р. Янцзы - именно там проживала подавляющая часть населения бассейна).

В средние века окончательно сложился АТП с его спецификой и устойчивыми характеристика ми (20% земной суши, 50% населения Земли, круглогодичный вегетационный период, оптимальное количество осадков, хорошие почвы, высокая эффективность орошения, повышающая урожайность в 2-3 раза (урожайность зерновых в Индии составляла сам 14-30, а риса - сам 15-35, в то время как в Англии XIII в. сам 3-4, ХVII в. - сам 5, ХIХ в. - сам 11). Однако наиболее характерной чертой АТП было ненормальное и постоянно ухудшающееся соотношение трудовых и земельных ресурсов: при земельной константе происходит постоянный рост населения. Это наложило неизгладимый отпечаток на развитие восточных земледельческих обществ.

В результате полного сведения лесов под пашню в долинах рек сложился хрупкий антропоген ный ландшафт, существование которого зависело от сохранения баланса между обществом и приро дой. Поэтому восточные земледельческие общества для своего выживания должны были проводить целенаправленную политику поддержания этого баланса, доведенную до совершенства в средневеко вом Китае. Основные направления этой политики:

1. Принципиальная установка на сохранение социально-политической стабильности за счет от каза от количественного и качественного роста, т.к. рост неизбежно сопровождается нарушением стабильности. Поэтому традиционному восточному менталитету чужда ориентация на накопительст во, предпринимательство и личный экономический успех "за счет общества".

2. В рамках ориентации на поддержание стабильности осуществляется всеобъемлющий госу дарственный контроль и регулирование всех сфер жизнедеятельности общества, прямо или косвенно затрагивающих баланс между обществом и природой. Поскольку продовольственно напряженное перенаселенное общество не могло само обеспечить гарантии выживания его членов, восточное го сударство впридачу к традиционным государственным функциям взвалило на себя роль арбитра и регулятора отношений между обществом и природой и, в качестве главной, социально экономическую функцию. Поскольку выполнение этой функции требовало соответствующей квали фикации и специальной подготовки, гражданские чины госаппарата на Востоке, как правило, имели более высокий статус, чем военные (Конфуций начинал свою карьеру государственного служащего с должности хранителя амбаров в царстве Лу). Со временем, еще с древности, класс управляющих хо зяйственными делами восточного общества превратился в коллективного собственника основных средств производства (земли) и в коллективного эксплуататора. При такой системе, окончательно оформленной в средние века, чиновничеству была предназначена роль сознательной силы общества, а крестьянству - движущей физической производительной силы.

В силу перечисленных выше факторов восточное государство превалировало над обществом, а общество над личностью. Подобные отношения по вертикали "государство-общество-личность" не вызывали протеста со стороны членов общества, поскольку основная масса населения была неспо собной обеспечить себе гарантии приемлемого существования без руководства госаппарата. В ре зультате и чиновничество и крестьянство оказались взаимно заинтересованными в сохранении силь ной государственной власти. Все это способствовало превращению восточного общества не столько в стабильное, сколько в статичное, принципиально застывшее с окостеневшими социально политическими структурами 3. Постоянная продовольственная напряженность восточного общества вынуждала его идти на небывало жесткие, с точки зрения европейца, ограничения и самоограничения потребностей и по требления не только широких трудящихся масс, но и аппетитов господствующего коллективного эксплуататорского класса. Среди них отметим следующие:

- принципиальная растениеводческая однобокость восточного сельского хозяйства и отказ от всего, что могло бы нанести ущерб урожайной монокультуре (от животноводства, садоводства, лесного хозяйства, технических с/х культур), т.к. интересы продовольственного обеспечения общест ва требовали запашки всех пригодных для этого земель. Недифференцированность восточного с/х препятствовала развитию товарно-денежных отношений, международному торговому обмену, полу чению экспортных доходов;

- принципиальная уравнительность в распределении земель для сохранения стабильности посредством предотвращения социальной дифференциации крестьянства: пауперизации его с одной стороны, появления "сильных домов" с другой стороны;

- поддержание постоянной пропорции между деревенским и городским населением и, со ответственно, постоянной пропорции раздела продовольствия между городом и деревней, что пре пятствовало развитию городов, ремесла и торговли;



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.