авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 12 |

«Министерство образования и науки Российской Федерации ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ' ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ...»

-- [ Страница 8 ] --

Серьезное влияние на охрану природы оказали противоречивые тенденции в развитии природопользования. Четко прослеживается неуклонное стремление руководства к жесткой централизации и превращения в ведомственное приро­ допользование. Но, с другой стороны, границы влияния между ведомствами были весьма условны, формально даже отсутствовали, да их и невозможно бы­ ло установить. На этом фоне с конца 20-х годов развивается настоящее хищни­ ческое использование природных ресурсов. Именно на этой основе были реали­ зованы проекты, которые условно можно назвать «односторонними» по части использования отдельных природных ресурсов. К их числу можно отнести, на­ пример, строительство огромных плотин и образование водохранилищ. Резуль­ татом было получение электроэнергии, но из хозяйственного оборота на неоп­ ределенно долгий срок выводились огромные площади земель, наносился ущерб рыбным ресурсам, изменяя условия проживания и работы людей. Ведом­ ственный характер природопользования в Советской России был еще более «капиталистичен», чем до 1917 года, так как монополизм государства был дове­ ден до абсолюта. Ситуация усугублялась тем, что по мере развития культа лич­ ности старые системы контроля (например, Рабкрин, немало сделавшая для раз­ вития охраны природы), заменялись новыми, «послушными», оказавшимися неспособными противостоять мощным ведомствам, занятым в сфере природо­ пользования. Во второй половине 20-х годов обсуждение пятилетнего плана привело к смене концепции охраны природы, практически сохранившейся вплоть до распада СССР. Глубоко политизированный подход ко всем явлениям, с которыми им приходилось сталкиваться, руководители страны распространи­ ли и на отношение человека к природе.

Уже в 20-е годы развивается процесс идеологизации природоохранной проблематики. Политический лексикон эпохи энергично проникает и в литера­ туру по экологической" тематике. Начинается неуклонный процесс наступления общества на природу. Так, в одной из работ поднимался вопрос - каковы разли­ чия между социалистической и капиталистической охраной природы? С точки зрения сегодняшних взглядов ответ весьма неказист: в основе первой - науч­ ность, разум, второй - христианско-благотворительные тенденции. «Не слаща­ вая сентиментальность, - писал автор, - а стремление к целесообразному ис­ пользованию природных богатств их коллективным хозяином - трудящимися классами - наряду с охраной от бесцельного и бессмысленного хищнического истребления. Не жалость к травкам, кустикам и деревцам, а сознание ценности и полезности зеленой растительности нужно внедрять в сознание взрослого и подрастающего поколения трудящихся Советского Союза».1 Перед нами обра­ зец создания массового идеологического стереотипа - «там» - почти подачка, т.е. плохо, «у нас» - целесообразность, разум, а главное - польза.

Когда в начале 20-х годов началось обсуждение будущего всего дела охра­ ны природы, в первую очередь реорганизации структуры специализированных органов, организации управления по охране природы в НКП, заместитель А.В.Луначарского В.Н.Яковлева в ответ на это была категорична: «Управление привело бы неизбежно к ненужному разбуханию штатов и в лице этого управ­ ления получился бы своего рода комиссариат по охране памятников природы.

Вряд ли эти задачи заслуживают такого исключительного выделения их».2 Пе­ чать, особенно ведомственная, активно поддержала происходившее. 21 августа 1932 года «Охотничья газета», например, опубликовала редакционную статью под характерным заголовком «Нужны ли заказники?» Отвечая на поставленный вопрос, газета делала вывод: только временно, на отдельные виды птиц и жи­ вотных, именуя противную точку зрения «заказным головотяпством». Заканчи­ валась статья выводом, достойным щедринских персонажей: «Заповедники как территориальное ограничение использования промысловой фауны являются нецелесообразными.»

По мере формирования системы охраны природы появляется явно идеоло­ гического происхождения деление ее на «социалистическую» и «капиталисти­ ческую», что позволило включить в пропагандистскую работу с населением и экологическую тематику. Это разделение логично подошло к вопросу: от кого 1Смолин 77. Подготовка ко "Дню леса". - М., 1927, с. 11.

2ГАРФ. Ф.2306. Оп.1. Ед.хр.1803. Л.З.

надо охранять природу, если она стала общенародной и существует для каждо­ го советского человека? В 30-е годы ответ на этот вопрос мог быть оценен (и оценивался) даже как показатель принадлежности к политической оппозиции со всеми вытекающими последствиями. Учитывая невысокий уровень образования у политического руководства страны, пришедшего к власти вместе со Стали­ ным и сменившего старую партийную гвардию, часть которой еще относилась к разряду людей, получивших неплохое образование и потому способных по­ нять проблемы охраны природы, становятся понятными истоки появления лы сенковской демагогии, трудностей в развитии заповедного дела и т.д. Характе­ рен пример с «перепрофилированием» журнала «Охрана природы», издавав­ шийся Главнаукой ежемесячно в 1928-1930 годах, а с 1931 по 1940 годы - еже­ годно, под новым названием «Природа и социалистическое хозяйство». На его страницах в 1928-1930 годы публиковались материалы о состоянии дел на мес­ тах и истории, нормативные документы, отчеты о работе ВООП, письма чита­ телей и т.д. Изменение названия журнала было связано с появлением в «Прав­ де» 17 сентября 1931 года статьи Т. Васильева и В. Карпыча «Краеведение и ту­ ризм - на службу социалистическому строительству», разгромной по смыслу и по форме статьи. «Общий вывод, который напрашивается после просмотра комплек­ та «Охраны природы», - писали они, - таков, что этот журнал под лозунгами без­ условной охраны природы стремится сохранить эту природу... от пятилетки».

Исторический опыт формирования и реализации экологической политики Российской Федерации сохраняет свою актуальность. Многое из опыта про­ шлого сегодня неприемлемо, но есть и немало положительного. Экологические проблемы имеют общегосударственное значение, поэтому принципиальные формы их разрешения должны носить соответствующий характер. П ол/чив к началу 20-х годов кризис в основных отраслях природопользования, резкое ухудшение состояния природы, особенно в наиболее заселенных районах, стра­ на смогла их не только в некоторой степени нейтрализовать, но и сформировать с и с т е м у охраны природы, включавшую структуру специализированных ор­ ганов, сеть заповедников, опиравшихся на солидную научную базу, организо­ вать подготовку кадров специалистов и т.д. Иное дело, что все это сопровожда­ лось (особенно в 30-е годы) мерами, мешавшими или даже перечеркивавшими усилия ученых и специалистов охраны природы.

.. Развал старой системы органов управления на местах, несовершенство новой, дополняемый отсутствием средств Экологические и кадров грамотных специалистов, небывалый размах приоритеты браконьерства - эти и многие другие причины привали к новой власти ухудшению общей экологической обстановки.

Советское правительство, несмотря на тяжелейшую обстановку, не отстранялось от природоохранных проблем. И если что-то дела­ лось, то чаще всего в комплексе с хозяйственными проблемами. Отдельные ша­ ги правительства по охране природы чаще лишь декларировались, принимали форму декретов.

Идея создания заповедника на территории Астраханского края уходит своими корнями во вторую половину XIX века. Ещё в 1865 году в дельте Волги была вы­ делена запретная полоса для создания благоприятных условий для воспроизводства рыб. В этой полосе запрещалось рыболовство, выкос тростника и выпас скота.

В 1910 году Владимир Алексеевич Хлебников (1857-1935) на общем соб­ рании действительных членов Астраханского общества охотников выступил с докладом о создании заповедника. В 1912 году по поручению Департамента земледелия состоялась экспедиция Зоологического музея с целью упорядочива­ ния охотничьего промысла, разработки проекта новых законов об охоте и про­ мысле птиц, а также получения-сведений о состоянии фауны дельты Волги.

Экспедицию возглавил профессор Борис Михайлович Житков. Впоследствии в своей книге «О промысле и охране птиц в дельте Волги» он изложил свои мысли о создании заповедников в России, в том числе и в Астраханском крае.

Результаты экспедиции Б.М. Житкова были положены в основу проекта созда­ ния Астраханского заповедника, составленного в 1915 году В.А. Хлебниковым.

В этом же году на общем собрании Петровского общества исследователей Астраханского края, возглавляемым В. А. Хлебниковым, была создана Комис­ сия „для подробного рассмотрения вопроса об учреждении заповедников и принятых мер к осуществлению этого предприятия в Астраханском крае». Чле­ ны этой Комиссии обследовали некоторые районы береговой запретной полосы, выделенной в дельте Волги в 1865 году. Комиссию возглавил В. А. Хлебников.

Планы Комиссии не бЫли осуществлены.

В.А. Хлебников вновь вернулся к идее создания заповедника в 1918 году в связи подготовкой к открытию в Астрахани Государственного Университета под руководством Народного комиссара просвещения Константина Ивановича Бакрадзе. На этом этапе у Хлебникова был ещё один союзник - заведующий от­ делом высшей школы Комиссариата просвещения Николай Николаевич Подъя польский (1883-1934). На заседании ученых Университета 13 апреля 1918 года была создана комиссия, которая обследовала Дамчикский район. На этом же заседании была избрана Комиссия по организации заповедника. В январе года Ученая Комиссия Астраханского Университета поручила Н.Н. Подъяполь скому ходатайствовать перед Совнаркомом об утверждении плана Ученой Ко­ миссии Университета о создании в Астрахани Государственного заповедника. В Москве состоялась серия встреч Подъяпольского с Народным Комиссаром по просвещению Анатолием Васильевичем Луначарским.

16 января 1919 года состоялась встреча с В.И. Лениным. Ленину были представлены доклады об учреждении в Астрахани Университета, об Астрахан­ ском отделении Российского пищевого научно-технического института, об уч­ реждении Астраханских заповедников. В. И. Ленин выразил одобрение всем начинаниям. Состоялись заседания специальной комиссии, на одном из кото­ рых выступил Н.Н. Подъяпольский. 1 февраля 1919 года решением Коллегии Наркомпроса Астраханский заповедник был подчинен научной секции этого Комиссариата и взят на их бюджет. Декрет о создании заповедника ещё не был подготовлен, но работа по организации заповедника продолжалась.

7 апреля 1919 года решением Ученой Комиссии Университета были назна­ чены первые штатные сотрудники заповедника - Константин Константинович Павлинов, управляющий делами, и Иван Степанович Франгулов, наблюдатель.

Первым директором заповедника был Николай Петрович Футасевич. Впослед­ ствии он был репрессирован, и сведений о нем не сохранилось. Также были ре­ прессированы Павлинов и Франгулов. В. А. Хлебников был директором запо­ ведника на общественных началах, он возглавлял Ученую Комиссию по его ор­ ганизации.

11 апреля 1919 года организация заповедника в основном была закончена.

В этот день приступили к выполнению своих обязанностей сотрудники запо­ ведника. Первые годы деятельности заповедника осложнялись недостаточным выделением средств. Но заповедник вел не только природоохранную, но и на­ учно-исследовательскую работу. В 1923 году он был участником Всероссий­ ской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки.

24 ноября 1927 года постановлением СНК РСФСР было утверждено первое положение об Астраханском государственном заповеднике. В феврале 1935 го­ да Астраханский заповедник был переведен на государственный бюджет. Нака­ нуне Великой Отечественной войны Заповедник был передан в ведение Главно­ го управления по заповедникам.

э Создание заповедников было поддержано научной об­ П ервы е щественностью и справедливо отнесено к числу неотложных заповедники мер. Специалисты уже располагали информацией об устра­ шающих масштабах браконьерства по стране, о том уроне, который несла природа России в ходе гражданской войны. Известный исследо­ ватель и ученый А.П. Семенов-Тян-Шаньский предложил в феврале 1919 года план общегосударственных мер, включавший не только организацию заповед­ ников, но и работу по природоохранному воспитанию;

1) создание государст­ венных заповедников в различных районах страны;

2) организацию особых зоо­ парков для разведения на воле ценных животных;

3) образование защитных станций для перелетных птиц для гнездования и зимовья;

4) организацию не­ больших заповедников для сохранения физико-географических типов природы;

5), организация в густонаселенных районах небольших защитных участков;

6) защиту всех памятников природы;

7) воспитание населения.

С предложениями организации охраны природы в различных формах не­ редко выступали местные советские органы власти. Так, летом 1918 года Псковский лесной отдел обратился в Наркомзем (народный комиссариат земле­ делия) с предложением организовать из лесной дачи «Глубокое» национальный парк. В сентябре 1919 г. коллегия НКП обсудила вопрос об организации Иль­ менского минералогического заповедника, а сам декрет был принят в начале 1920 года. Эти и другие реш ения советских органов власти на практике были лишь заявлениями о намерениях. Реальные шаги по организации (или восста­ новлению уже существовавших) заповедников следует отнести к окончанию военных действий и установлению мирной жизни.

Исключительно трудной оказалась и судьба уже упоминавшегося заповед­ ника «Аскания-Нова». В годы гражданской войны через его территорию (а это уникальная почва, великолепный чернозем, никогда не знавший плуга, являю­ щийся эталоном) прокатились волны белых, красных, «зеленых», «малиновых»

и просто откровенно бандитских отрядов, готовых грабить и убивать независи­ мо от партийной и политической симпатии. Остается загадкой, как оставшийся персонал умудрился сохранить коллекцию редких животных, обитавших на территории заповедника. 26 октября 1920 года части 1-й конной армии С.М. Буденного заняли Асканию-Нову. Увидев уникальную коллекцию Живот­ ных, командующий отдал приказ об организации охраны зоопарка. Распоряже­ ния командарма были дополнены приказом Реввоенсовета Южного фронта, ка­ тегорически запретившего частям и обозам, в случае пересечения территория заповедника, даже останавливаться в этом районе. «Эти меры, - писал об этом свидетель тех событий Б.К. Фортунатов, - спасли Асканию в самый тяжелый период, когда через нее проходили бесконечные обозы (всегда менее дисципли­ нированные, чем строевые части), но уберечь зоопарк от всякого посягательст­ ва, конечно, было очень трудно».1 Конечно, приказы командования помогли спасти фонды заповедника от полного уничтожения, что стало бы просто неиз­ бежно, когда большое количество воинских частей проследовало через его гра­ ницы на фронт. Однако общее положение дел в заповеднике было весьма тяже­ лым - в ходе военных действий две трети его охраняемых фондов оказались уничтоженными.

} Десятилетие после Октябрьской революции оказа­ Н ачало лось периодом формирования государственной экологи­ ческой политики. Основные ее принципы и направления государственной экологической мы уже рассматривали на примере имперского этапа рос­ сийской истории. Мы уже выяснили также, что лидеры политики Советской России попытались учесть исторический опыт прошлого в текущих делах. Это вполне относится к экологической политике в целом, и к решению проблем охраны природы, в частности.

Даже самая приблизительная оценка состояния природных ресурсов, пред­ принятая в 1921 году, подтвердила многие опасения специалистов. Кроме того, страна оказалась в глубоком экономическом, политическом кризисе. В поисках выхода из тяжелейшего экономического положения большевистский режим решается на договоры о концессиях с частными предпринимателями и ино­ странными фирмами на эксплуатацию промышленных предприятий, земельных и других угодий. Суть концессий состояла в том, что их организаторам за опре­ деленную плату предоставлялось право перекачивать ресурсы России в зару­ бежные страны. Цены на эти ресурсы устанавливались по минимуму, что по­ зволяло зарубежным дельцам бессовестно грабить Россию, ее недра, лесные и 1 Фортунатов Б.К. Два года жизни Аскания-Нова // Аскания-Нова Степной заповедник Украины.

-М., 1924.-С. 63-64.

другие природные богатства. Из 145 концессионных договоров, заключенных в 1922-1926 годах, 36 были созданы в сфере торговли (по обслуживанию пере­ качки русских ресурсов за рубеж), 6 - в лесном хозяйстве, 10 - в сфере сельско­ го хозяйства, 6 - в области рыболовства и охоты (добыча пушнины), 25 - в гор­ ном деле, 32 - в обрабатывающей промышленности, 12 - в сфере транспорта и связи, 3 - в строительстве. Однако концессионные предприятия не получили широкого распространения.

С началом НЭПа и до первой пятилетки удалось заложить основу природо­ охранного права, которое до революции практически не существовало. После гражданской войны не только началось восстановление отдельных природо­ охранных структур, занятых охраной лесов, богатств живой природы. НЭП ока­ зался периодом сравнительно «мягкого» отношения к природе. После 1921 года началось формирование реально действовавшей сети природоохранных орга­ нов, заповедников, расширяется экспедиционное изучение природы, разумных методов природопользования. Именно в ту короткую эпоху произошла некото­ рая децентрализация управления не только в хозяйстве, но и в системе органи­ зации охраны природы - появляются многочисленные межведомственные ко­ миссии, координировавшие эту работу между отдельными ведомствами, орга­ низациями, органами государственного управления и т.д. Наркоматы, руково­ дившие отдельными сферами природопользования или имевшие к этому отно­ шение, также наделяются природоохранными функциями. Центральные органы в те годы практически, с привлечением ученых, пытались определить место природоохранных задач во всем комплексе реализации новой экономической политики.

Особое значение придавалось заповедникам, что объяснялось стремлением спасти наиболее уникальную часть флоры и фауны страны, быстро истребляе­ мую браконьерами. В 1922 году начались работы по созданию Воронежского, Саянского и Козырь-Сукского заповедников, для чего были выделены соответ­ ствующие ассигнования из более чем скромного бюджета. На 1924 год секция «Охрана природы» Бюро съездов Госплана СССР включила в план работы по реализации постановлений, касавшихся создания Астраханского, Ильменского, Косинского, Крымского, Кубанского и Печорского заповедников, на что было выделено 90 тысяч рублей золотом. Однако недостаток средств тормозил эти работы, приходилось отбирать наиболее ценные, уникальные природные объек­ ты. 5 декабря 1924 года СНК оставил на госбюджете Астраханский, Ильмен­ ский, Кавказский, Крымский, Косинский и Пензенский заповедники, передав их в ведение Наркомпроса, а в Ученый комитет по охране природы НКП были вве­ дены представители заинтересованных ведомств и наркоматов.

Работа заповедников сразу планировалась как научно-природоохранная.

Огромная роль в расширении сети заповедников принадлежала ученым, рабо­ тавших в отделе охраны природы Главнауки НКП - Г.А. Кожевникову, Ф.Ф. Шиллингеру, С.А. Северцову, В.П. Дитмару. Практически все созданные заповедники обрели своих защитников в лице известных ученых - Башкирский (С.А. Северцов), Жигулевский (И.И. Скрыгин), Лапландский (Г.М. Крепе), Кондо-Сосьвинский (В.В. Васильев), Печоро-Илычский, Алтайский, «Боровое», Алма-Атинский (Ф.Ф. Шиллингер) и т.д. За несколько лет удалось сделать не­ мало. До 1917 года в стране насчитывалось 7 заповедников, а к середине 20-х было создано 19, из которых 10 - по инициативе НКП РСФСР, 8 - природо­ охранных органов республик СССР, 1 - ведомств России.

j В послереволюционные годы, при энергичной под­ держке государства, началось активное изучение громад­ Исследование ных природных ресурсов страны. Мы уже знаем, что и природы в имперскую эпоху государство принимало непосредст­ на уровень венное участие в организации экспедиций, изучавших государственной природные ресурсы страны. Однако именно в советский задачи период эта функция обрела характер постоянно дейст­ вующей политики, истоки которой коренились в стремле­ нии сопоставить природный потенциал огромного государства с планами новой власти его беспрецедентного переустройства.

В первой половине 1918 года ВСНХ, НКЗ и другие ведомства приступили к экспедиционному изучению природных ресурсов - почв с лесов, недр и т.д.

Биолого-географический институт Иркутского университета, проводил уни­ кальные исследования Байкала и Ангары.;

Геологические экспедиции изучают районы Среднего Поволжья, нефтеносных мест в Ухтинском районе, угольных месторождений в Подмосковье, в Донецком и Кузнецком бассейнах. Обследу­ ются гидроресурсы реки Волхов, Свирь, Днепр, Волга, Обь, Енисей, Ангара, Лена. География работ небывало обширна.

Любопытно, что советское руководство страны уже в первые месяцы после революции обращает пристальное внимание к северным регионам, где ведутся целенаправленные исследовательские работы. В июле 1918 года СНК принима­ ет декрет об организации гидрографической экспедиции для исследования Се­ верного Ледовитого океана, положившего начало изучению и освоению Аркти­ ки и Севера Сибири. 30 мая 1919 года НТО ВСНХ1 организует Комиссию по изучению и практическому использованию Русского Севера, в 1925 году преоб­ разованную в НИИ по изучению Севера, включая и его природные ресурсы.

В конце февраля 1920 года в СНК появляется идея создания особого вневедом­ ственного органа по научно-промысловому исследованию Северного края. Вес­ ной того же годы при ВСНХ была создана Северная научно-промысловая экс­ педиция (преобразованная позднее в Институт Арктики и Антарктики). С 16 по 20 мая 1920 года в Петрограде состоялось Совещание по Северу с повесткой дня, включавшей 75 докладов о геологическом изучении его недр:, рек и озер, о мелиорации, лесных, рыбных и пушных промыслах и т.д. Оно стало первым 1НТО ВСНХ - научно-технический отдел Всероссийского Совета народного хозяйства. Был ор­ ганизован по декрету СНК в августе 1918 года. Основной задачей в документе определялось «установление контакта со всеми... научными учреждениями Республики, могущими быть по­ лезными в организации народного хозяйства, и наряду с этим осуществление новых произ­ водств, подготовленных лабораторными исследованиями».

координационным совещанием Академии наук, определившим узловые про­ блемы развития природопользования в гигантском регионе. В следующем году был организован ученый комитет Севера, председателем которого был избран Ю.М.Шокальский. В том же году учрежден Плавучий морской институт, в году реорганизованный в Океанографический институт.

Что стало причиной такой целенаправленности? Конечно, понимание со стороны правительства колоссальности запасов природных богатств в северных регионах, весьма небрежно в предшествующие десятилетия изученных. Что из­ менилось? Среди других фундаментальных причин ответ кроется в определив­ шемся глобальном потеплении климата. В восточном секторе Арктики площадь льдов в период с 1924 по 1945 годы сократилась почти на 1 млн. км2. Такие из­ менения не происходят за один год, о чем свидетельствовали многолетние на­ блюдения метеорологов во многих точках планеты. Дело в том, что вслед за Малым ледниковым периодом во второй половине XIX в. наступило очередное потепление, которое достигло максимума в 30-40-х годах XX века, а за ним очередное похолодание, продолжающееся с некоторыми флюктуациями и поны­ не. Правительство СССР сочло такое благоприятное стечение климатической си­ туации с большими ресурсами Крайнего Севера удачным для получения новых источников природных ресурсов и поэтому явно обратило особое внимание на освоение гигантских пространств ранее безлюдного Крайнего Севера страны.

Интересные работы велись Комиссией по исследованию естественных про­ изводительных сил России (далее - КЕПС), созданной еще в 1915 году по пред­ ложению В.И. Вернадского и ряда других ученых. Возрожденная после пево люции КЕПС объединила ученых и специалистов, способных предложить нова­ торские, не имевшие аналогов в мировой практике, подходы к использованию природных ресурсов страны. Так, А.Е.Ферсман, Н.Н.Боголепов, А.А. Григорьев и ряд других ученых летом 1918 года предложили организовать институт хо­ зяйственного изучения России. Составленный ими документ столь интересен, что позволим себе большую выдержку: «Имея целью подъем производительных сил страны, начиная с мертвой природы и кончая самим человеком, этот инсти­ тут должен ставить задачей не только выяснение условий широкого, планомер­ ного и целесообразного использования различных ресурсов страны, но и прове­ дение в жизнь идеи охраны природных богатств России я. самой крупной про­ изводительной силы - самого человека, его труда и силы знания... Борьба с без­ рассудным расхищением природы, нецелесообразностью использования, не­ умением превращать продукты в более высокие промышленные ценности, на­ конец, выработка мероприятий по бережливому и продуманному использова­ нию всех видов энергии, начиная с силы ветра и кончая мускульной силой че­ ловека, - являются теми неотложными задачами органа по охране природных богатств, который намечается в плане ближайших мероприятий научного строительства». Проект был, пожалуй, слишком хорош для своего времени, опережая не только реальные возможности государства, но и уровень понима­ ния сути охраны природы в руководстве страны. (Выделено нами -B.C.) Немалую помощь в завершении этих работ оказали многочисленные экспе­ диции, о чем шла речь. К концу 20-х годов они охватывают все регионы страны, многие отрасли экономики, К этому времени в СССР насчитывалось 200 инсти­ тутов с 41 филиалами, в том числе 239 заповедников и учреждений по охране природы, 119 научных и 1112 краеведческих обществ. Бурное развитие системы научных учреждений даже дало основание историкам охарактеризовать этот период в истории страны как эпоху научно-исследовательских институтов. Это была также эпоха активного экспедиционного изучения природных ресурсов самой обширной страны планеты.

3 Даже в условиях глубочайшего системного кризиса Восстановление в стране после окончания гражданской войны правитель­ м етеорологиче­ ство отнесло к числу неотложных мер восстановление ской службы метеорологической службы. Главная физическая обсерва­ тория (далее - ГФО), созданная еще в XIX веке, не пре­ кращала свою работу ни в годы первой мировой, ни гражданской войны. В пер­ вую мировую войну ГФО подготовила серию климатологических описаний ря­ да районов военных действий, обеспечивала метеорологическими прогнозами и приборами армию. В годы гражданской войны число действующих станций резко сократилось (на 1072 станции на Европейской территории России и на 461 станции в Сибири). Но даже экстремальные для работы метеорологов собы­ тия не прекратили их работу: в 1920 году ГФО получала данные наблюдений с 356 станций.

21 июня 1921 года СНК принял декрет «Об организации метеорологиче­ ской службы РОФСР», руководство которой было возложено на ГФО, которая стала центральным метеорологическим учреждением. В систему были включе­ ны также Бюро погоды, обсерватории ряда городов, областные метеобюро, ос­ татки созданной еще до революции государственной сети метеостанций.

В 1924 году обсерватория была переименована в Главную геофизическую об­ серваторию (ГГО).

Созданная гидрометеослужба была весьма раздроблена, часто дублировалась соответствующими службами наркоматов. Так, в наркомате земледелия было 1780 станций, в наркомате путей сообщения - 1358, в наркомате просвещения 708, Наркомвоенморе - 307 и т.д. Всего к 1927 году по стране насчитывалось 3958 гидрометеостанций со штатом сотрудников 5071 человек. В сущности это было логическим продолжением быстро развивавшейся системы ведомственного разделения природопользования. На рубеже 1920-30-х годов стало очевидно, что служба должна быть объединена в едином центре. Важную роль в становлении • метеорологической службы страны сыграл Первый геофизический (Третий ме­ теорологический) съезд, проходивший в мае 1925 года в Москве в здании Мос­ ковского государственного университета. Он был созван Госпланом СССР и со­ брал необычайно большое число участников. Основными задачами съезда были «разрешение целого ряда научных и научно-практических вопросов геофизики в целях максимальной помощи хозяйственному строительству СССР» и выработка общего плана организации единой геофизической службы страны. В результате правительство создаёт в 1929 году Гидрометеорологический комитет СССР, по­ ручив ему объединить все действовавшие гидрометеорологические службы в стране. В созданной системе, наряду с сетью станций, обсерваторий и бюро прог­ нозов, появляются научные учреждения по изучению атмосферы, гидрологии суши и морей и т.д. Первым председателем Гидрометеорологического комитета сталВангенгейм А.Ф. (1929-1934 годы)1.

К концу 30-х годов в стране сложилась разветвленная и одна из лучших в мире метеорологическая служба. Во главе этой огромной системы был единый орган - Главное управление гидрометеорологической службы при СНК СССР, располагавшее 5 тыс. станций. Постоянное наблюдение за химическим составом воды в крупных озерах велось с 1924 года, а с 1926 года - на всех крупных реках страны. По мере формирования государственной экологической политики мате­ риалы этих наблюдений использовались и при хозяйственном планировании.

Особое влияние на климат России оказывает Арктика, поэтому развитие метеорологической службы подкреплялось экспедиционным изучением остро­ вов Севера. А так как к середине 20-х годов стало отчетливо ясно, что в север­ ных широтах на глобальном уровне пошло потепление, метеорологи удесятери­ ли свое внимание к Крайнему Северу. Так, в 1926 году на остров Врангеля была направлена экспедиция для изучения движения льдов, сбора образцов флоры и фауны, сбора метеорологических данных. В 1927 году работы проводились с использованием самолетов. Летом 1929 года, на Землю Франца-Иосифа была направлена экспедиция под руководством известного полярного исследователя О.Ю. Шмидта. Подобные работы велись и в малоисследованных районах Даль­ него Востока.

'R — — Первое десятилетие после Октябрьской революции - бурный ---------- -— период в истории страны. За эти годы Россия пережила не только революционный 1917 год, установилась власть коммунистической партии и от­ гремела гражданская война. Сформировались важнейшие институты власти, соответствующие задачам правившей партии, фундаментальные изменения произошли в формах собственности и структуре экономических отношений.

Природоохранная деятельность, не противоречившая основным коммуни­ стическим догмам, получала помощь от государства, примером чего являлось существование и развитие системы заповедников. Несмотря на многие недос­ татки, эта система существовала, получала финансирование на проведение ис­ следовательских и практических природоохранных работ. Почему руководство бывшего СССР, будучи по своему мышлению «антиэкологичным», поддержи­ 1 Вангенгейм Алексей Феодосьевич (1881-1942), советский метеоролог. Член КПСС с 1928. Учился в Московском университете и Московском с.-х. институте (1900-1910). Профес­ сор МГУ (с 1928). В 1920-24 работал в Главной физической обсерватории. В 1924— 1929 замес­ титель начальника Главнауки Наркомпроса РСФСР, в 1929-1034 член Президиума Государст­ венного учёного совета. В 1929 стал первым руководителем Гидрометеослужбы СССР, органи­ зованной по его инициативе. Под его руководством было создано Бюро погоды СССР.

вало и развивало систему заповедников, считая возможным расходовать на это немалые ресурсы? Ответ кроется в картине глубокого кризиса отношений об­ щества и природы, который легко обнаруживается в начале 1920-х годов.

«Политизированный» взгляд руководства на решение экономических и по­ литических задач отнюдь не исключал формирование сторонников особого от­ ношения к уникальным объектам природы. Привлечение специалистов и уче­ ных к планам советского строительства, чему Ленин придавал немалое значе­ ние, также неизбежно ставило конкретные природоохранные проблемы. Отмах­ нуться от мнения экспертов по этой проблематике значило оттолкнуть научную интеллигенцию, и без того весьма скептично настроенную в отношении комму­ нистического режима. Более того, в сохранении уникальной природы прави­ тельство видело серьезный дополнительный источник материальных ресурсов.

Партийные лидеры, в целом, неплохо знали историю России и знали, что при­ родные ресурсы на протяжении многих веков были стабильным источником пополнения государственного бюджета и финансирования экономики.

3.2. П р и р о д н а я с р е д а ст роивш егося с о ц и а ли зм а.

(Р азвит ие о с н о в н ы х от раслей п р и р о д о п о л ь з о в а н и я ) Земля, ее плодородный слой - важнейший первоисточн Зем леполь­ материального благосостояния, дающий продукты питания, зование сельскохозяйственного сырья и т.д. Одному выдающемуся анг­ лийскому экономисту У. Петти - принадлежит обобщающая и яркая мысль: «Труд есть отец богатства, земля - его мать».

Принятый II Всероссийским съездом Советов 8 ноября 1917 года декрет «О земле» определил новые правовые основы землепользования: «Все недра земли, имеющие общегосударственное значение, переходят в исключительное пользование государства», отменялась частная собственность на землю. Вскоре эти положения были включены в «Декларацию прав трудящегося и эксплуати­ руемого народа», принятую III Всероссийским съездом Советов 12 января 1918 года, провозгласившую все леса, землю и ее недра и воды национальным достоянием. Провозглашенные принципы полностью были зафиксированы в первой Конституции РСФСР, закрепившей их законодательно.

Новая власть получила от прежней в наследство хозяйство с падающей ин­ тенсивностью земледелия, с разрушенной организацией общественной агроно­ мии и т.д. Приступив к перераспределению собственности, большевики нацио­ нализировали не только объекты хозяйственного значения, но и, естественно, природу. 9 февраля 1918 года ВЦИК утвердил «Основной закон о социализации земли», в котором ставилась задача повышения плодородия почвы. 14 февраля 1919 года вышло постановление ВЦИК «О социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию», предоставившее право государственным земельным органам переводить отдельные участки под свое руководство для сохранения естественных богатств земли от истощения.

В дальнейшем меры по обеспечению рационального использования и охраны земли были предусмотрены в Земельном кодексе РСФСР от 30 октября 1922 года.

Политика военного коммунизма не принесла в землепользование ожидае­ мых плодов. Более того, ликвидация частной собственности на землю сопрово­ ждалась разрушением крупных, как тогда называли «культурных», хозяйств, распылением и без того малочисленной техники. Крестьянство в годы граждан­ ской войны резко сократило посевной клин, так как продразверстка напрочь ликвидировала личную заинтересованность в расширении посевов. К этому до­ бавилась общая хозяйственная разруха, а массовая эмиграция интеллигенции резко сократила и без того малочисленные кадры специалистов сельского хо­ зяйства. Все это не составляло секрета ни для кого. VIII Всероссийский съезд Советов (22-29 декабря 1920 года) констатировал безрадостную картину:

«...Обработка земли ухудшилась, животноводство пришло в упадок», что стави­ ло перед народный комиссариат земледелия (далее - НКЗ) проблемы «...сохранения естественного плодородия почвы».

Пути выхода из тупиковой ситуации были неясны. Делаются шаги в прове­ ренном направлении - активизируется агитационно-пропагандистская работа, которая должна была сочетать политические и специальные цели, в данном слу­ чае касавшиеся земледелия. 22 августа 1921 года Ленин подписал декрет о массо­ вом распространении среди крестьян сельскохозяйственных знаний и улучшен­ ных приемов ведения хозяйства. К агропропаганде подключилась центральная печать, публиковавшая материалы о достижениях науки, опыте борьбы с засухой и т.д. В 1922 году НКЗ даже начинает съемки фильмов о лучших хозяйствах. В следующем году наркомат путей сообщения, направивший по Волге 20 барж с агитбригадами. Выходит в свет первое пособие для совпартшкол по вопросам земельной политики, имевшее, скорее, политико-идеологическую ценнос.ъ. В 1923 году начинает работу Всероссийская выставка, экспонировавшая такке и раздел организации охраны природы в стране и за рубежом.

28 февраля 1922 года в редакции газета «Сельскохозяйственная жизнь» бы­ ло проведено совещание, посвященное объединению агрономических сил стра­ ны. Результатом стало появление общества «Обновленная земля», в котором были организованы научный, экономический, консультативный, справочный к другие отделы. Название общества было заимствовано у американского авто­ ра B.C. Гарвуда, книга которого была даже трижды переиздана после революции.

В годы НЭПа произошли крупные изменения к лучшему в землепользова­ нии: растет урожайность, крестьянство заинтересовано не только в результатах своего труда, но и в сохранении плодородия почвы, использовании новой тех­ ники, рациональных форм труда. На состоявшемся в январе 1926 года V Всесо­ юзном съезде работников земли и леса (Всеработземлеса) были приведены дан­ ные об этих изменениях. В агросекторе были организованы 2,5 тыс. агрономи­ ческих и 1200 - ветеринарных служб, хозяйства располагали 11 тыс. тракторов и т.д. Внедряются прогрессивные методы земледелия, семеноводство.

В 1925 году появляется в печати статья Н.И. Вавилова, в которой на пове­ стку дня поставлен вопрос фундаментальный - о собирании лучших образцов сельскохозяйственных растений со всего мира и развитии государственного сортоиспытания. В январе 1925 года в Ленинграде состоялся всесоюзный съезд агрономов, на котором отмечалось: «Наша страна располагает колоссальными почвенными богатствами. Но мы по своей технической отсталости не умеем пользоваться ими. У нас имеются колоссальные залежи фосфоритов, которых хватит на сотни лет. Но наше крестьянство в большинстве заедает трехполье, отнимающее у крестьян непроизводительно много Бремени».

К лету 1926 года НКЗ были разработаны стандарты селекционных сортов зерновых, запланировано издание племенной книги селекционных сортов поле­ вых культур страны. Селекционное дело получает развитие, как, впрочем, и вся экспериментальная база. 15 июня 1925 года НКЗ провел всесоюзный съезд по сельскохозяйственному опытному делу, на котором были приведены статисти­ ческие данные о положении дел. По стране в тот период насчитывалось опытных учреждений, для которых были увеличены ассигнования, особенно, опытным станциям Сибири и других регионов и т.д.

Особую остроту приобрел дефицит кадров агрономического землеустрои­ тельного, лесного и ветеринарного специального персонала: в конце 20-х - на­ чале 30-х годов на одного специалиста в агросекторе приходилось свыше тыся­ чи хозяйств. В 1926 году в сельском хозяйстве насчитывалось 45 тыс. агротех­ нических работников (ветеринаров, агрономов, зоотехников, землемеров и т.д.).

Правительство поручило НКЗ развернуть систему подготовки специалистов, опытное деле и сельскохозяйственное образование. Лишь к началу 1930-х годов положение начало исправляться.

Во второй половине 20-х годов, в связи с планами строительства крупных тракторных заводов, начались испытания опытных образцов сельскохозяйст­ венной техники, серийное производство которой предполагалось начать в годы первой пятилетки. В 1927 году были испытаны 60 типов советских и иностран­ ных образцов тракторной и другой техники с целью выбора наиболее подходя­ щих для природных условий страны. Началось строительство огромного завода в Ростове-на-Дону. Работам был открыт «зеленый свет», они велись быстро, широко, и их итоги были подведены в форме 1-й выставки сельскохозяйствен­ ных машин, в которой приняли участие 25 заводов.

В стране быстрыми темпами развивается кооперативное движение. К сере­ дине 20-х годов, по. данным НКЗ, насчитывалось 3 852 мелиоративных коопера­ тивов, объединявших 422 150 человек. Кооперативы сосуществовали с крупны­ ми государственными хозяйствами - совхозами, появление которых относится еще к 1918 году. Они пользовались финансовой и технической поддержкой го­ сударственных органов, располагали кадрами специалистов и т.д. Вместе взятое это позволяло получать хороший урожай.

Как же соотносились коллективизация и реализация природоохранных ме­ роприятий в землепользовании? По-видимому, будет справедливо иначе поста­ вить вопрос: насколько большой ущерб природе страны был нанесен коллекти­ визацией? Принудительное создание колхозов, отчуждение крестьянина от зем­ ли, превращение крестьянского труда в разновидность принудительной работы - эти и многие другие черты навязанных «сверху» форм организации земле­ пользования оказали глубокое влияние и в природоохранном плане. В этом ко­ ренится низкая урожайность агросектора, неутешительные результаты развития животноводства, десятки лет бывшие основной характеристикой сельского хо­ зяйстве в стране. Для выполнения планов экономического развития, прежде всего, в промышленности, требовалось растущее количество товарной продук­ ции села для нужд государства, причем в самые сжатые исторические сроки.

Добиться этого можно было главным образом за счет внеэкономического при­ нуждения, жесткой централизованной системы управления. При таких задан­ ных параметрах хозяйствования не могло появиться ничего иного, чем то, что и появилось в процессе коллективизации. Такая постановка и привела к созданию хозяйств, действовавших не в соответствии с экономическими потребностями, состоянием природных ресурсов и климатических особнностей на местах, а по указанию административно-управленческих структур. Примечательно, что уже в середине 30-х годов сказывается отчуждение человека от природы, земли:

проводится распашка водоразделов, уничтожаются леса, имевшие защитное значение, что вело к изменению микроклимата, смыву почв, образованию овра­ гов и т.д. Легко обнаружить родство новой концепции охраны природы (сфор­ мулированной как раз в этот период) и коллективизации. Решению политиче­ ской задачи подчиняется не только огромная часть населения, но и все природ­ ные ресурсы.

Было бы, однако, большим упрощением считать, что коллективизация пол­ ностью сняла с повестки дня меры по охране природы и рациональному приро­ допользованию. Коллективизация увеличила количество поставок сельскохо­ зяйственной продукции в государственные закрома, но явно не способствовала росту урожайности и производительности труда. В попытке изменить ситуацию упор делается не только на внедрение техники и новых достижений агронс мии, но и селекцию в растениеводстве И животноводстве, систематическое обследо­ вание земель, потенциально пригодных для агросектора. К концу 1934 года бы­ ли составлены карты почв отдельных районов, например, Ленинградской облас­ ти, занимавшей в границах тех лет 20 млн. га. К концу второй пятилетки Поч­ венный институт завершил работы по составлению подобной карты всей стра­ ны. Составляются почвенные карты республик СССР с использованием методов аэрофотосъемки1.

Быстро растут темпы производства сельскохозяйственной техники: в 1931 году в стране насчитывалось 1700 комбайнов, а в 1937 году - 121 ООО.

В 1937 году на курсах обучения механизаторов обучалось 252 тыс. человек. На­ чинается продвижение земледелия на север страны: в годы второй пятилетки в этих районах было поднято 2 754 тыс. га целины, раскорчевано и очищено 1 330 тыс. га, осушено 1 млн. га болот.

Складывалась противоречивая ситуация, когда руководство землепользо­ ванием приобретает ярко выраженные бюрократические черты, а непосредст­ венный производитель отчуждается от земли и результатов своего труда. В то же время полным ходом развертываются процессы подготовки специалистов 1Однако следует иметь в виду, что с конца 30-х годов сросшееся с НКВД Высшее Геодезическое управление стало заведомо искажать публикуемые карты. По велению чекистов изменялись русла рек, очертания лесных массивов (Известия, 3.09.1988).

землепользования, научные исследования, широкая просветительная деятель­ ность. К концу 30-х годов агротехнической литературы в стране издавалось больше, чем во Франции, Италии и Германии вместе взятых. К концу 30-х годов к этой проблематике присоединилась развитая сеть газет, радиовещание. Таким образом, необходимые знания на самом современном для того времени уровне получали многие работники, занятые в землепользовании. Село получало все больше техники, удобрений и т.д. Отсутствовало главное - заинтересованность человека в результатах своей работы, в сохранении и улучшении самой основы своего существования - земли.

Развивается система подготовки кадров специалистов в вузах, постепенно концентрирующих немалые научные силы. Особое внимание уделяется произ­ водству удобрений. В 1927 году был организован комитет по повышению уро­ жайности, прежде всего занявшийся проблемами производства минеральных удобрений. Активизируется изучение растительных ресурсов. Только в 1928 году было организовано 16 экспедиций Всесоюзного института приклад­ ной ботаники. К 1928 году был собран банк всех сортов пшеницы мира.

Энергичные усилия направляются на выведение новых сортов сельскохо­ зяйственных культур, приспособленных к климатическим особенностям страны и ее регионов, на 40 пунктах сортоиспытаний в Нечерноземье появились сорта пшеницы и картофеля для выращивания в северных районах. В 1931 году 10% всей посевной площади страны были заняты селекционными сортами, а в Сред­ ней Азии селекционные сорта хлопчатника заняли 95% полей.

В стране были значительные целинные площади, постепенное освоение ко­ торых было включено в первый пятилетний план. К концу пятилетки намеча­ лось завершение землеустройства по стране: освоить 7 млн. га новых земель, мелиорировать 2 млн. га, провести ирритацию на 1,5 млн. га. Ощутимо возрос­ ли посевные площади - в 1929 году вСе угодья составляли 118 млн. га, в году - 127,8 млн. га, в 1931 году - 138 млн. га. Новые угодья требовали прове­ дения природоохранных мер, в частности, лесопосадок и некоторых других ра­ бот. Однако эти работы, носившие, по мнению руководства, второстепенный характер, явно по темпам и масштабам уступали основному сельскохозяйствен­ ному производству. В 1931 году в РСФСР было посажено 4,5 тыс. га защитных полос.

Вне зависимости от оценок политики военного коммунизма, он оказал де­ структивное влияние на землепользование, что привело страну к серьезному политическому кризису. Осуществление коллективизации привело к следую­ щему кризисному витку, продолжению спада производства в агросекторе не­ смотря на быстро возраставшее количество сельскохозяйственной техники, не­ сомненные успехи в развитии науки, широкую работу по подготовке кадров специалистов и т.д. Все это не компенсировало резкое снижение личной заин­ тересованности работников, их отчуждение от земли.

Революционные события 1917 года вторглись и в эт Лесополь­ природопользования, испытывавшую к этому времени немалые зование трудности в связи с участием в первой мировой войне, хозяйст­ венной неразберихой. Эти проблемы к концу 1917 года еще бо­ лее обострились. Принятый Советской властью декрет «О земле» отменил част­ ную собственность и на леса. Новая власть первостепенное значение придает организации учета и контроля за использованием лесов.

. Советская Россия в 1920-е годы приступила к регулированию вопросов экспорта для получения конвертируемой (твердой) валюты через лесные кон­ цессии, опираясь на распоряжение Председателя Правительства (Совнаркома) В.И. Ульянова (Ленина). Затем введена государственная монополия на экспорт, и только с началом либерализации экономики в 1992 г. экспортом древесины стали заниматься все, кому не лень.

Декретом «О лесах» (1918 г.) леса, принадлежащие частным лицам и обще­ ствам, были объявлены общенародным достоянием. Управление (заведование) лесами осуществлялось особыми техническими лесными органами местных со­ ветов власти под контролем и руководством Центрального управления лесов республики. В соответствии с упомянутым Декретом только небольшие площа­ ди выделялись из состава лесов в пользование совместных общин. Для кресть­ янства и других мелких потребителей древесины оказалось весьма затрудни­ тельным пользоваться лесами, находившимися в управлении государственных органов, а последние испытывали огромные затруднения в управлении мелкими лесными участками, разбрЬсанными среди крестьянских земель.

Для управления государственными лесами были созданы советы л х н и честв, на которые возлагалась охрана лесов. Острый топливный дефицит в Со­ ветской России того периода превратил эту работу в небезопасное занятие из-за развившегося браконьерства. Поэтому власти стремились улучшить условия работы и жизни работников леса: увеличены оклады лесной охране и служащим лесного ведомства в связи «с удорожанием жизни, вызванным войной».

Меры по организации лесопользования носили чрезвычайный характер.

Это объясняется не только тяжелым положением, в котором оказалась эконо­ мика, но, прежде всего, широчайшим развитием браконьерства, в ряде губерний принявшим крупные масштабы. Так, в Новгородской губернии лесной отдел губернского совета был вынужден обратиться к населению со специальным воззванием. В Вологодской губернии пришлось применять чрезвычайные меры.


Была категорически запрещена купля и продажа леса, проведен учет и т.д.

В мае 1918 года такие же меры были проведены московским исполкомом. По­ всеместный рост браконьерства объяснялся многими причинами. Леса, превра­ тившиеся в общую собственность, в представлении значительной части кресть­ янства стали ничейными. Прежние законы отменены, новые неизвестны, охрана лесов практически отсутствует. К тому же холода и отсутствие необходимого для городов и промышленности топлива породили огромный спрос на дрова.

Высказывавшиеся некоторыми наиболее радикально настроенными участника­ ми революционных событий 1917 года сомнения относительно необходимости охраны лесов отпали сами собой.

Топливный дефицит, ход заготовки дров стал постоянной темой печати, наравне с продовольственной и военной. Трудности со снабжением топливом возросли во второй половине 1918 года, с началом гражданской войны. С целью как-то упорядочить заготовки дров лесной отдел ККЗ организует лесные арте­ ли, «отопительные отряды» под Москвой и т.д. Это обеспечивало лишь «голод­ ную» норму для столицы и немногих городов. Расширяются вынужденные крупные рубки вокруг больших городов. Попытки ограничить их 30-верстной зоной, точнее - ее пределами, не увенчались успехом. Рубки велись в 8-10 вер­ стах от городов. Даже «жарким» летом 1918 года, когда начались бои с антисо­ ветскими силами, председатель СНК детально знакомится с ходом лесозагото­ вок, что само по себе говорит о многом.

Озабоченность состоянием дел в использовании леса, прежде всего пра­ вильности проведения лесозаготовок, прослеживается в резолюции VII Всерос­ сийского съезда Советов (5-9 декабря 1919 года), которая предложила губерн­ ским лесным комитетам «осуществить не деле контроль и руководство в отно­ шении всех заготовок данной губернии...». Решением съезда заготовительные комитеты железных дорог перешли в подчинение Главного лесного комитета (Главлескома). Большую работу в годы гражданской войны выполнял Цен­ тральный лесной отдел НКЗ (далее - ЦЛО НКЗ), созданный в 1918 году. ЦЛО НКЗ категорически потребовал от лесных органов на местах не допускать рубки массивов, которые в будущем станут национальными парками или памятника­ ми природы. Местным властям было предложено начать работы по образова­ нию национальных парков и государственных заповедников в регионах. Для пропаганды идей охраны леса издавался журнал «Леса Республики».

В 1921 году в одной лишь Северо-Двинской губернии летом было 502 по­ жара на площади 20 950 га леса. В 1922 году по стране было зарегистрировано 3 600 пожаров на площади 1 млн. га. «По довоенным данным (т.е. до 1917 года - B.C.), - писал в 1925 году начальник управления лесами РСФСР А.И. Шульц, - ежегодно в среднем было до 8 000 пожаров на площади около 500 000 десятин (546,5 тыс. га). Пожарность за последнее время значительно возросла примерно в 1,5-3 раза выше довоенной».

Для наведения мало-мальского порядка использовались все методы: адми­ нистративные, законодательные, организационные и т.д. Широко использова­ лись агитационно-пропагандистские формы. Дело дошло до того, что к борьбе с рубкой деревьев непосредственно в столице подключился и сам председатель СНК. Известна история принятия декрета «Об охране зеленой площади (садов, парков, пригородных лесов и других насаждений)» от 29 апреля 1920 года, предложенного Наркомздравом и комиссариатом внутренних дел для предот­ вращения уничтожения деревьев в черте городов и пригородов. Постановление было принято по настоянию Ленина после его посещения летом 1919 года Со­ кольнического парка, где он обнаружил следы варварской рубки деревьев рабо­ чими фабрики «Богатырь» и местным населением. Потребовав немедленно пре­ кратить это браконьерство, он принял непосредственное участие и в разработке упомянутого декрета. В Смоленской губернии за 1919-1920 годы были выруб­ лены леса на 18 лет вперед, в Московской - 164 тыс. га, при годовой норме 14 тысяч. В результате из 230 тыс. га вырубок и гарей Подмосковья 44 тыс. га специалисты отнесли к разряду безнадежных для естественного облесения.

Уральская комиссия РКИ сообщала: «Гнетущую картину представляют на Ура­ ле вырубки: торчащие пни... и кое-где растущие деревца с искривившимися по­ бегами... Это - картина обезлесения Урала».

Директор управления охраны природы Крыма М.П. Розанов сообщал, что в массовой рубке лесов на полуострове большую роль сыграли частные вла­ дельцы, стремившиеся при смене властей быстро реализовать свои капиталы и до последнего пня рубящие принадлежавшие им леса. До изгнания контррево­ люции только в Симферополе насчитывалось около 10 частных и казенных уч­ реждений по лесозаготовкам. «Лесов, собственно, больше почти нет, - писал он. - Остался оазис почти недоступных Бешуйских лесов под самым Четырда гом и Романкошем, взят под защиту Крымского государственного заповедника, да кое-что осталось в районе Судака, все о стал ьн о е- холмистое море пней, за­ еденных козами кустарников, чахилов. пустырей да пожарищ». Итогом стало признание «Правды: «Нет ни одной губернии,, из которых не было бы сведений о колоссальных самовольных порубках. Это варварское нашествие на лес не прекратилось и в настоящее время. Сотни тысяч десятая ежегодно уничтожа­ ются самовольно»1.

Административные меры против браконьерства дополнялись в период во­ енного коммунизма попытками организовать систему подготовки кадров спе­ циалистов j которых можно было бы использовать хотя бы на низовой работе.

Уже в мае 1918 года в М оскве с этой целью было организовано общество «Ле сопомощь», располагавшее, впрочем, незначительной базой для учебного про­ цесса. Весной же 1918 года лесное управление не летние месяцы организовало курсы для подготовки инструкторов по проведению в жизнь закона о лесах.

В июле 1918 года в Петрограде были созданы областные курсы по лесному делу на 750 слушателей из числа служащих волостных земельных комитетов Петро­ градской, Псковской, Новгородской и Олонецкой губерний. Занятия обязатель­ но включали тему «Охрана леса». В целом же только в ведении НКЗ Союза Коммун Северной области в середине 1918 годе было 43 лесные школы низше­ го звена.

Первые учебные пособия для подготовки специалистов среднего и младше­ го звена появились лишь в 1921 году. Только с окончанием войны удалось ор­ ганизовать работу высших учебных заведений, готовивших квалифицирован­ ных специалистов: в Петроградском лесном институте, в Московском лесотех­ ническом. Потребность в кадрах специалистов только по Европейской части страны (не считая Украины) составляла 35 тыс. человек. В ряде крупных губер­ ний - Пермской, Екатеринбургской, Тюменской, Уфимской, Челябинской свыше 80% работников вообще не имели никакого специального образования.

1 П осл е 1991 г. в стране прои зош л о нечто напом ин авш ее т е годы, но в ещ е более ш и роки х м ас ­ ш табах. В н астоящ ее врем я общ ее ч и сл о эксп орти рую щ и х д р ев еси н у ком паний п р ев ы ш ает 2 О ты с. (П исаренко А.И., Ст рахов В.В. К ак ая лесная п ол и ти к а н у ж н а Р оссии? / / Л есн ое хозяй ство, 2006, № 2, с. 2 -5 ).

В 1922 году одно учебное заведение, готовившее работников низшего звена, приходилось на 77 млн. десятин (около 84 млн. га) леса, а всего в 65 губерниях и автономных, областях насчитывалось более 550 млн. га лесов.

С переходом от войны к миру, началу восстановления экономики внимание к проблемам лесопользования только усилилось, приобрело новые черты, точ­ нее - вернулось к ним после долгих военных лет. К их числу нужно отнести ис­ пользование леса как средства борьбы с эрозией почвы, засухой. В 1921 году сильнейшая засуха обрушилась на Поволжье и унесла много жизней. 29 апреля 1921 года СТО принял постановление «О борьбе с засухой», регламентировав­ шее использование лесов для хозяйственных нужд, резко ограничило рубки в малолесных районах. Охрана лесов, особенно в районах, где они оказывали сильное влияние на защиту почв от выветривания и размывания, способствова­ ла накоплению влаги в полях, приобретала особое значение. Рекомендовалось проводить облесение «вырубок, гарей и других безлесных пространств в засуш­ ливых районах», укрепление оврагов и песков. Местным властным структурам предписывалось выделить леса природоохранного значения. Документ, приня­ тый в условиях чрезвычайных, когда уже началась страшная сушь, определял меры, не способные в том же году повлиять на общее положение дел. Однако в последующие годы лесоустроительные работы широко проводились в облас­ тях, подверженных засухам.

С окончанием гражданской войны лесозаготовки по-прежнему продолжа­ лись и сохраняли самый варварский характер. Заготовками самостоятельно за­ нимались многочисленные ведомства: районные, губернские лесные комитеты;

железнодорожные организации, трудотряды. Позднее к ним добавились экс­ портные организации. Вся эта стихия имела ужасающие последствия, став па­ мятником неграмотности, ведомственного эгоизма, анархии, царившей в лесо­ пользовании. Местные лесные комитеты были бессильны перед этим ведомст­ венным валом. К концу 1920 года по стране насчитывалось до 200 уполномо­ ченных по лесозаготовкам, еще 50-75 - по экспортным лесозаготовкам. Все это было очень далеко от идеи рационального использования лесных ресурсов с их охраны, вносило анархии и дезорганизацию. Даже ведомственная деловая пере­ писка передает драматизм ситуации.

Однако анархия в лесозаготовках по своим результатам была несравнима с ущербом, понесенным природой от первой мировой и гражданской войн.

В ходе обследования состояния лесного хозяйства был выявлен огромный эко­ логический ущерб. Обследование показало, что огромный ущерб лесам нанесли пожары и браконьерство. Последнее приняло такие размеры, что даже кресть­ янство, которое чаще всего и занималось браконьерством;


нередко было выну­ ждено обращаться к властям с просьбой помочь навести порядок. 30 ноября 1921 года Ленин выслушал доклад члена ВЦИК А.А. Петрушкина, побывавше­ го во Владимирской, Вологодской губерниях, Рыбинске и Череповце. Резюми­ руя итоги бесед с 1фестьянами, он выделил две основные проблемы, более всего волновавшие их: необходимость введения твердого землепользования и органи­ зацию охраны лесов от браконьеров. Инерция бесхозяйственности, слабость лесных органов не позволили в короткий срок уменьшить это бедствие. Про­ должавшиеся вырубки, хоть и не столь стремительно, но сокращали леса.

К 1923 году в Калужской губернии, например, была полностью уничтожена ли­ па, в Тамбовской —119 тыс. га строевого леса и т.д.

Борьба с пожарами в годы гражданской войны велась бюрократическими методами: инструкциями, листовками. Эти «меры» не уменьшили бедствие, в основе которого человеческая беспечность, а в тех условиях - запущенность пожарной службы, отсутствие необходимой техники и многое другое, происте­ кавшее от разрухи. О громадном ущербе многим регионам страны сообщали РКИ губерний и республик, печать.

Республики СССР - бывшие так называемые национальные окраины импе­ рии - даже в лучшие времена не могли похвастаться богатыми лесами. Значи­ тельная часть лесоматериалов туда поставлялась из российских губерний. С об­ разованием же СССР зависимость от ресурсов России, конечно, сохранилась.

Однако проблема осложнялась тем, что в Европейской части страны, где тради­ ционно велись основные лесозаготовки, война и разруха оставили лишь 54,3% площади лесов дооктябрьского периода.

К моменту национализации лесов в 1918 году общая площадь удобной с.хозяйственной точки зрения лесной площади составляла более 119 млн. га.

При этом площадь крестьянских лесов (полученных ими после 1861 года) со­ кратилась вдвое. В январе 1918 года 3-й крестьянский съезд постановил нацио­ нализировать крестьянские леса. Таким образом, даже те крестьянские леса, которые к этому времени сохранились, испытали на себе двойную эксплуата­ цию крестьян и браконьеров из города, что и привело к результатам, о которых было сказано выше.

К 1925 году в РСФСР насчитывалось 2 063 лесничих и 45 864 лесных стражников. В среднем на одно лесничество приходилось 900 тыс. десятин леса (963,7 тыс. га). Перед этой немногочисленной службой были поставлены важные задачи охраны и обследования лесов. До 1917 года в России были проведены та­ кие работы на площади 54,9 млн. га, после Октября (до 1923 г.) - на 20,1 млн. га.

Вконец запутанная система платного (и бесплатного) отпуска лесов кресть­ янам, сложившаяся в период политики военного коммунизма, с началом НЭПа изжила себя и более того, оказалась в явном противоречии с новыми правилами хозяйствования. Требовалось сменить анархию в этой сфере на формирование хотя бы элементарных норм. Требовалось найти новые формы крестьянского лесопользования. Проще говоря - какие леса отдать крестьянам для их хозяйст­ венного использования. В правительстве появляется идея выделения лесов ме­ стного значения, выполнявших те же функции, что и дореволюционные надель­ ные, леса, ставших позднее крестьянскими лесами. Именно эти фонды обеспе­ чивали крестьянскую общину столь нужными в хозяйстве лесоматериалами.

Государство убедилось в том, что своевременное и полное удовлетворение потребности сельского хозяйства в древесине и продуктах побочного пользова­ ния лесом является одним из условий укрепления крестьянского хозяйства. По­ э т о в в целях облегчения крестьянского пользования лесами Всероссийский съезд Советов принял постановление о выделении лесов местного значения в самостоятельный объект лесопользования. Лесным кодексом России 1923 года единый гослесфонд был разделен на леса местного значения (ЛМЗ) и леса об­ щегосударственного значения (ГЛФ). В постановлении III съезда Советов СССР от 25 мая 1925 года местные исполнительные комитеты обязывались закончить к 1 августа 1925 года передачу крестьянам всех Лесов местного значения с фи­ нансовой поддержкой из средств центра.

Передача ЛМЗ предполагала учет потребностей крестьянства в лесомате­ риалах, сбалансировав их с вопросами охраны природы. По данным НКЗ РСФСР на 1 июля 1925 года было обследовано 25,1 млн. т а лесов, из которых крестьянам было передано 19,7 млн. га. В ряде губерний были выявлены массо­ вые порубки, уточнена площадь лесов, что позволило приступить к системати­ ческому лесовосстановлению, как, например, в Псковской области.

В 1926 году в стране вырубалось 28% годичного прироста древесины (до первой мировой - 50%). Статистика наводит на мысль, что состояние лесов не должно было внушать беспокойства. Однако эти цифры - лишь усреднённые данные по стране, а основные районы лесозаготовок были сконцентрированы в Европейской части, где масштабы рубки превосходили все допустимые пока­ затели. Именно этим объяснялась обеспокоенность специалистов состоянием дел в этой области природопользования и принятые правительством срочные природоохранные меры. Прекращались лесозаготовки вблизи от железных до­ рог. Особое внимание обращалось на лесопосадки в Европейской части. В РСФСР пустыри и необлесенные участки занимали 10 млн. га, что было равно площади всех лесов Франции, причем ежегодно эта площадь возрастала на 0,5 млн. га. До 1924 года лесоустроительными работами было охвачено лишь 1/5 площади лесов, т.е. 1/3 удобных площадей. В 1931 году леса страны были поделены на два части: лесопромышленную и лесокультурную. В 1936 году к ним добавилась и третья - водоохранная зона лесов. В Европейской части СССР выделялись 1 687 тыс. га водоохранных лесов для проведения лесопоса­ док, которые должны были улучшить водный режим крупнейших рек. Особое внимание было уделено лесопосадкам, лесополосам, очистки рек от множества затонувших при сплаве бревен и т.д.

30 декабря 1927 года было принято Положение о лесах местного значения и органах управления ими. Губернским земельным управлением леса местного значения передавались в бессрочное бесплатное пользование земельным обще­ ствам, другим объединениям трудовых землепользователей и даже отдельным землепользователям из расчета не больше двух гектаров на душу населения.

Был определен перечень документов по передаче лесов местного значения и ведения хозяйства в них. Для несения охраны в этих лесах органами власти на­ значались лесные старосты и объездчики, которым присваивались такие же пра­ ва, как у охраны казенных лесов. Содержались они за счет лесопользователей.

В 1932-1934 годах все леса местного значения были объединены в район­ ные и межрайонные лесхозы (райлесхозы), которые предназначались для удов­ летворения потребности сельских организаций и населения в древесине и про­ дуктах побочного пользования. В соответствии с постановлением Совета На­ родных Комиссаров СССР от 7 июля 1935 года сельскохозяйственные артели, организованные первоначально на базе земель сельскохозяйственного назначе­ ния, в ходе проведения землеустройства и получения государственных актов на бессрочное (вечное) пользование землей приобрели право бессрочного пользо­ вания лесами, включенными в границы их землепользования. Сюда вошли пло­ щади не только бывших общинных наделов, но и большая часть лесов, принад­ лежавших ранее монастырям, помещикам и значительная часть казенных лесов.

Большинство установленных в тот период границ землепользований сохрани­ лось до настоящего времени. Многочисленность сельского населения, большие запасы лесов и перспективы развития колхозного строя оправдывали наделение коллективных хозяйств крупными площадями лесов.

К середине 30-х годов «успехи лесозаготовки» привели к ощутимой дегра­ дации природы ряда районов страны, да еще в таких масштабах, что об этом появляется в 1936 году редакционная статья (так называемая - передовица, ча­ ще всего отображавшая мнение структур ЦК ВКП/б/) в газете «Правда». Появ­ ление такой статьи было возможно только с разрешения высших партийных структур. Главный печатный орган правящей партии привел многочисленные факты тревожных изменений природы в центральных областях страны: «Обме­ ление ряда рек, в частности, верховьев Волги, Дона, не в малой степени вызвано тем, что леса, растущие по берегам этих рек, вырубаются, запущены и переста­ ют служить своим охранным целям». Природа деградирует даже там, где рань­ ше положение дел не внушало опасений: «Лес истребляется такими темпами, будто перед заготовителями поставлена задача как можно скорее обнажить бере­ га и обмелить реку (Днепр -В.С.)». В сущности, поднятые в статье проблем)л об­ суждались в 1934 году на ХУЛ съезде ВКП(б), где отмечалось, что «в последнее время мы в ряде истощенных районов производим рубку больше, чем следует, вследствие чего происходит обмеление рек и т.д.». Иного было трудно ожидать северные районы еще слабо освоены, первая, а затем и вторая пятилетки потре­ бовали немедленно большого количества леса, а получить его можно было только увеличив эксплуатацию уже и без того обедненных лесных районов.

Общая ситуация подсказывала необходимость перемещения центра тяже­ сти лесозаготовок на Север и Восток. Уже в 1927 году возрастают масштабы лесозаготовок на Европейском Севере, в Мезени, начинается энергичное освое­ ние Северного морского пути, что позволило начать вывоз леса из Игарки. Ог­ ромное значение для этого имели глобальные климатические изменения. Пер­ вая половина XX века была отмечена безусловным потеплением климата в Арк­ тике, наиболее отчетливо проявившимся в высоких широтах. В конце XIX начале XX веков температура воздуха в полярной области (севернее 60° с.ш.) была минимальной за предшествующие сто лет. С конца второго десятилетия XX века началось резкое потепление Арктики, которое в начале 1940-х годов достигло своей кульминации. Это было время быстрого отступления ледников, деградации вечной мерзлоты, наступления лесов на тундру, время благоприят­ ных ледовых условий в арктических морях и небывалого дотоле расцвета море­ плавания. Северный морской путь превратился в важную транспортную маги­ страль. В 1929 году из Игарки было вывезено 66 тыс. м3 деловой древесины, а в 1932 году - уже 662,7 тыс. м3.

Для советской экономики в предвоенные десятилетия торговля на внешнем рынке лесными ресурсами была серьезным источником получения валютных средств, необходимых для реализации пятилетних планов. Поэтому вполне по­ нятно, почему лесное хозяйство, тесно привязываемое к экономическим по­ требностям, быстро менялось, приобретало плановые, индустриальные черты.

Как же оно соотносилось с обсуждаемой в эти годы новой концепцией охраны природы? И в этой области природопользования крен в сторону преобладания хозяйственных интересов пошел не на пользу природе. Поредевшие леса Евро­ пейской части России оказывают влияние на водо-, землепользование, экологиче­ скую обстановку в быстро растущих городах и крупных промышленных центрах.

В 1936 году СНК СССР принял постановление «Об образовании Главного управления лесоохраны и лесонасаждений при СНХ и о выделении лесоохран­ ной зоны». Помимо создания центрального органа, на который возлагались за­ дачи сохранения леса, постановление категорически запретило лесозаготовки вдоль 20-километровой полосы берегов крупнейших рек. Активизировались озеленительные работы вокруг крупных городов, промышленных центров и т.д., уже ощущавших надвигавшееся экологическое неблагополучие.

Последующее развитие лесопользования, вплоть до начала Великой Отече­ ственной войны, не отмечено сколько-нибудь заметными изменениями как в стратегии его хозяйственного использования, так и охраны лесов. Оценивая его развитие за десятилетия после 1917 года, можно отметить, что эта область, природопользования оказалась в меньшей степени подвержена влиянию дис­ куссии о целях и смысле организации охраны природы в социалистическом об­ ществе. Огромное значение лесных ресурсов для экономики было самоочевид­ но, страна обладала огромными запасами и их последовательная разработка лишь увеличивалась в масштабах. Однако деструктивное воздействие военных и революционных событий в России после 1917 года на природу страны, осо­ бенно на леса, усугубившееся повсеместным развитием браконьерства, хозяйст­ венной разрухой, ускорило быстрое истощение лесов Европейской части, ин­ тенсивная эксплуатация которых уже в 30-е годы была прекращена.

’ После 1917 года земля и ее недра были национализированы и Недра эксплуатация их, равно как и проведение соответствующих при­ родоохранных мероприятий, стала исключительной прерогативой государства. «Геологоразведочное дело в дореволюционной России по сути де­ ла не существовало», — писал академик И.М. Губкин. По оценке ис­ следователей, геологическая изученность страны до 1917 года была очень скромной, составляла 10— 15% ее территории. С весны 1918 года правительство попыталось приступить к геологическому обследованию, прерванному;

граж­ данской войной.

С окончанием военных действий, в условиях острой нехватки продовольст­ вия особый интерес правительство проявило к исследованию и разработке место­ рождений «агрономических руд» (так именовали ископаемое сырье для произ­ водства минеральных удобрений - B.C.). Созданный еще в 1918 году институт по удобрениям работал над «Атласом агрономических руд России». В результате, к 1923 году были подготовлены карты такого рода по Московской, Тверской, Яро­ славской, Смоленской, Калужской, Владимирской и Орловской губерниям.

Острая нехватка топлива в годы гражданской войны заставила заняться по­ исками энергоносителей, добыча которых была реальна в тех условиях. Особое внимание привлекли обширные запасы торфа. «Торфяная идея» была^ конечно, вынужденной. Источники поступления угля и нефти были отрезаны, лесозаго­ товки носили хищнический характер. Добыча торфа развернулась во многих районах. Так, торфяной секцией Костромского губсовнархоза были открыты новые залежи топлива, в какой-то мере смягчившие топливный голод. Работы велись в Пензенской, Смоленской, Новгородской губерниях. К 1922 году тор­ фяным отделом НКЗ были обследованы запасы торфа в 34 губерниях и выявле­ но 5 965 906 га, пригодные к разработке. Работы приняли широкий, системати­ ческий характер, потребовали подготовки кадров. 1 апреля 1918 годе в Москве были открыты курсы торфодобывания, а в 1922 году был создан даже торфяной институт. В 1920 году снимается производственный фильм «Гидроторф» на Шатурских болотах, а также научно-популярный фильм «Надо уметь использо­ вать свое богатство».

Исследование недр не прерывалось и в ходе гражданской войны: обследо­ вались залежи меди в Олонецкой губернии, железной руды под Липецком, неф­ ти и т.д. Поиск полезных ископаемых шел во многих районах страны: схюды - в Архангельской губернии, бурого угля - под Одессой, каолина, графита и марганца - под Харьковом, апатитов - в Хибинах, бокситов - в Закавказье, сланцев и т.д. Были направлены экспедиции для изучения залежей угля в Кры­ му, Кузнецком бассейне, залежей по изучению месторождений калийных солей в Соликамском районе, фосфатов в Вятском, Кинешемском, Саратовском, Уральском, Камском и других районах страны.

Даже в тот период руководство страны проявляло особый интерес к раз­ ведке нефтяных месторождений. В.И. Ленин неоднократно обсуждал эти вопро­ сы с геологом М.И. Губкиным.

С переходом к НЭПу встали задачи изучения крупных регионов: Камчатки, Новой Земли, Урала (в связи со строительством на реке Белой ГЭС), Кольского полуострова и т.д. На рубеже 1923-1924 годов Геологический комитет направил 100 экспедиций, реализуя только что разработанный план генеральной геологи­ ческой съемки России, в первую очередь, ее центральных районов. Большие надежды новое руководство страны возлагало на исследование Курской маг­ нитной аномалии. Несмотря на возражения специалистов Горного отдела ВСНХ, считавших несвоевременной и бесперспективной разведку этих место­ рождений, работы начались уже летом 1918 года и продолжались даже в боевых условиях.

Эксплуатация и изучение недр страны после 1917 года проводились в усло­ виях, когда действовала система чрезвычайных мер, по инициативе отдельных ведомств, ученых и практиков, государственных и партийных руководителей.

Часто работы были плохо согласованы между ведомствами. Положение несколь­ ко упорядочилось с принятием декрета СНК РСФСР «О недрах земли» от 30 ап­ реля 1920 года, в соответствии с которым в ведение ВСНХ переходила эксплуа­ тация недр и распределение получаемых полезных ископаемых. В этой ситуации появляется природоохранный фактор, практически отсутствовавший в горном деле в первые послереволюционные годы. Вполне допустимо, что на это повлия­ ло решение об организации Ильменского минералогического заповедника;

Природоохранные проблемы в условиях НЭПа привлекли внимание прави­ тельства и в связи с идеей предоставления концессий - сдачи государством в аренду иностранным предпринимателям на определенных условиях рудников, нефтяных промыслов, лесных или земельных участков. В ходе ее обсуждения выявились подходы советского руководства к развитию природопользования, охране природы. Они вошли в «Основные принципы концессионных догово­ ров», в которых предусматривалось строгое соблюдение научно-технических правил, суть которых Ленин позднее определил следующим образом: «Для то­ го, чтобы охранить источники нашего сырья, мы должны добиться выполнения и соблюдения научно-технических правил. Например, если речь будет идти о сдаче леса, то надо предусмотреть, чтобы правильно велось лесное хозяйство.

Если речь идет о сдаче нефти, то надо предусмотреть борьбу с обводнением.

Таким образом, тут нужно соблюдение научно-технических правил и рацио­ нальная эксплуатация».

Симптоматично, что в обсуждении проблем разработки недр (в том числе и Нефтяных концессий) не принял участие Наркомпрос, ответственный за всю природоохранную политику. Руководство Главнауки НКП (структуры, которая и осуществляла научную подготовку важнейших проектов охраны природы) даже напоминало о себе в СНК: «Между тем, Наркомпрос заинтересован в ох­ ране недр земли непосредственно, как, например, в заповедниках: Ильменском минералогическом и Царицынском солено-озерном,: так и косвенно во всех за­ поведниках, где недра земли не могут быть эксплуатируемы без ущерба для объектов охраны, находящихся на дневной поверхности». Не занятый разработ­ кой недр, наркомат мог проявить лишь один интерес - реальное выполнение требований по соблюдению природоохранного законодательства. Однако НКП даже не был включен в список наркоматов и ведомств, допущенных к решению вопросов разработки и охраны недр.

По мере восстановления экономики быстро расширялись масштабы экс­ плуатации и изучения недр. Предполагались работы на побережье Японского моря, в Южно-Уссурийском крае, районе Малого Хингана по Амуру. В 1926 году велись поиски железных руд в Кривом Роге, Горном Алтае, Казах­ стане, Восточных Саянах и Приморье, марганцевых руд на Урале, Кавказе, Ка­ захстане, Забайкалье.

В апреле 1926 года состоялся Всесоюзный горнотехнический съезд, на ко­ тором были утверждены планы геологического обследования Дальнего Восто­ ка. В декабре 1926 года состоялся Сибирский научный съезд, поставивший во­ прос о систематическом исследовании недр гигантского региона, его лесов и йочв. В 1927 году было зарегистрировано 13 824 новых месторождений полез­ ных ископаемых. Темпы развития исследования недр во второй половине 20-х начале 30-х годов оказались просто беспрецедентными, для чего была создана солидная научно-техническая база. В 1932 году в различных районах страны работали 18 геологоразведочных трестов, располагавших в своем составе базами. К концу первой пятилетки геологически было изучено 25% территории страны, тогда как в начале пятилетки это составляло 11,5%.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 12 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.