авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 14 |

«Леонид Александрович Кацва История России. Cоветский период. (1917-1991) Книга II (1941–1991) 2 ...»

-- [ Страница 3 ] --

Войска трех фронтов насчитывали 1916 тыс. солдат и офицеров, 5044 танков и САУ, 2570 самолетов, 27600 орудий и минометов. Таким образом, было достигнуто превосходство над противником по личному составу в 2,1 раза [4], по танкам — в 1,9 раза, по артиллерии — в 2,7 раза. Лишь по авиации советские войска превосходили немцев менее, чем в 1,3 раза.

3. Оборонительное сражение на Курской дуге Начало наступления на Курской дуге Гитлер назначил на 5 июля. В канун наступления немецким солдатам зачитали приказ: «С сегодняшнего дня вы становитесь участниками крупных наступательных боев, исход которых может решить войну. Ваша победа больше, чем когда-либо, убедит весь мир, что всякое сопротивление немецкой армии в конце концов все-таки напрасно… Мощный удар, который будет нанесен советским армиям, должен потрясти их до основания… И вы должны знать, что от успеха этого сражения зависит все…»

Немецкому командованию не удалось сохранить в тайне сроки наступления. В часа 20 минут ночи 5 июля, когда немецкие войска уже изготовились к атаке, которая должна была начаться в 3 часа, на немецкие траншеи обрушился упреждающий огонь советской артиллерии. Противнику был нанесен ощутимый урон, немецкое наступление задержалось на полтора-два часа.

В половине шестого утра в наступление двинулись войска группы армий «Центр»

под командованием фельдмаршала Клюге. Командующий Центральным фронтом Рокоссовский вспоминал: «Наша артиллерия, минометы, «катюши» и пулеметы встретили наступающих сильным огнем. Орудия прямой наводкой в упор расстреливали вражеские танки. Авиация атаковала противника в воздухе и на земле.

Завязались тяжелые, упорные бои».

В течение первого дня боев на Орловском направлении немцы вклинились в советскую оборону на глубину 3–6 км, а за шесть дней сумели продвинуться на 10–12 км на 10-километровом фронте. Однако прорвать вторую линию советской обороны они не смогли и 12 июля перешли к обороне.

На белгородском направлении войска группы армий «Юг» под командованием фельдмаршала Манштейна продвинулись в первый день на 8–10 км. Под деревней Прохоровкой развернулось крупное танковое сражение. Командующий 5-й танковой армией генерал П.А. Ротмистров рассказывал: «Две мощные лавины танков устремились друг другу навстречу… В первые же часы сражения боевые порядки атакующих танковых соединений перемешались. Сражение продолжалось целый день». По утверждению советских историков, основанному на донесениях командиров Красной Армии, противник потерял в бою под деревней Прохоровкой 400 танков. Однако в современных исследованиях ряда немецких и российских авторов эти данные характеризуются как преувеличение.

Немецкие атаки в полосе Воронежского фронта продолжались еще три дня. За это время вермахт вклинился в советские оборонительные рубежи на 35 км, но прорвать советскую оборону так и не сумел. К этому времени стало ясно, что шансов на окружение советских войск в Курском выступе нет, тем более, что уже началось советское наступление против орловской группировки врага. Дальнейшее продвижение на Курск с юга могло привести лишь к окружению и гибели атакующих немецких частей. 16–17 июля группа армий «Юг» начали отход, преследуемая частями Воронежского и Степного фронтов. К 23 июля было восстановлено положение, которое Воронежский фронт занимал до начала вражеского наступления.

План операции «Цитадель» провалился. Инициатива окончательно перешла в руки Красной Армии.

4. Контрнаступление советских войск на Курской дуге Наступление на Орловском направлении началось 12 июля силами Брянского и Западного фронтов, а 15 июля — войсками Центрального фронта. В первые же дни мощная оборона противника была прорвана. Тем не менее немцы оказывали упорное сопротивление. К.К. Рокоссовский вспоминал: «Войскам приходилось прогрызать одну позицию за другой, выталкивая гитлеровцев, применявших подвижную оборону. Пока одна часть его сил оборонялась, другая в тылу оборонявшихся занимала новую позицию, удаленную от первой на 5–8 км. При этом противник широко применял контратаки танковыми войсками».

3 августа перешли в контрнаступление Воронежский и Степной на белгородско харьковском направлении. Им пришлось взламывать подготовленную оборону противника. В общей сложности в наступлении в 600-километровой полосе принимали участие пять советских фронтов.

5 августа советские войска освободили Орел и Белгород. В честь этого события в Москве был впервые произведен артиллерийский салют, которым в дальнейшем отмечалось взятие городов.

К 18 августа был ликвидирован Орловский выступ. 23 августа советские войска освободили Харьков. Так завершилась грандиозная битва на Курской дуге.

5. Итоги и значение Курской битвы Победа под Курском была достигнута крайне дорогой ценой. По данным изданной в 1993 г. книги «Гриф секретности снят» в ходе Курской битвы советские войска потеряли убитыми, ранеными, больными и пропавшими без вести 863,3 тыс. чел.

Немецкие потери историки советских лет определяли более чем в 500 тыс. чел. В этом случае соотношение потерь — 1:1,7 в пользу вермахта. Однако специалисты сомневаются в истинности приведенных цифр[5]. В литературе существуют и иные оценки потерь сторон: 360 тыс. чел у вермахта и около 1670 тыс. у Красной Армии. Тогда соотношение потерь — 1:4,6 в пользу немецких войск[6]. Историкам еще предстоит решить, какие из приведенных цифр ближе к истине. Ясно, однако, что причиной высоких потерь советских войск стали недостаток опыта у летчиков и танкистов, а главное — прямолинейность действий советского командования, которое, в отличие от Сталинградской битвы, не осуществило широких охватов немецких войск, а атаковало их в лоб, буквально выталкивая с занимаемых позиций.

Жуков и Василевский предлагали Сталину нанести более глубокие охватывающие удары по войскам противника, для чего усилить советские фланговые группировки, но в ответ услышали: «Наша задача скорее изгнать немцев с нашей территории, а окружать их мы будем, когда они станут послабее». Впоследствии Жуков жалел о том, что не проявил достаточной настойчивости.

Советскому командованию не удалось в полной мере реализовать численное превосходство над врагом, которым располагала Красная Армия. Тем не менее, значение Курской битвы, явившейся крупнейшим сражением Второй Мировой войны, огромно.

После сталинградской катастрофы немецкое командование возлагало большие надежды на лето 1943 г., мечтая о реванше. Провал наступления гитлеровцев на Курской дуге означал, что Германия окончательно лишилась шансов на благоприятный для нее исход войны. Стратегически и политически это была крупнейшая победа Красной Армии.

6. Битва за Днепр Несмотря на упорное сопротивление противника, советские войска в августе сентябре развернули мощное наступление на Левобережной Украине. Уже в конце августа командующий группой армий «Юг» Э. Манштейн заявил Гитлеру, что для удержания Донбасса ему требуется не менее 12 новых дивизий. Но у вермахта уже не было стратегических резервов, а группы армий «Центр» и «Север» не смогли передать Манштейну ни одной дивизии, так как сами испытывали растущее давление Красной Армии. В середине сентября вермахт начал общее отступление из Донбасса и с Левобережной Украины к Днепру.

Во второй половине сентября Северо-Кавказский фронт освободил Новороссийск и Таманский полуостров, а в начале ноября высадился в Крыму и захватил плацдарм под Керчью.

Стремясь задержать продвижение Красной Армии, гитлеровское командование еще в августе приступило к сооружению так называемого «Восточного вала» от Балтийского до Азовского моря. Главной частью этого рубежа, который фашисты объявили неприступным, являлись укрепления на Днепре. На западном берегу реки были сосредоточены значительные силы вермахта. Немецкое командование считало, что советским войскам не удастся форсировать столь крупную водную преграду.

Однако остановить Красную Армию немцы не смогли. К концу сентября на правом берегу Днепра было захвачено уже 23 плацдарма. В октябре продолжилось создание новых плацдармов и расширение ранее созданных. Советские части форсировали Днепр с ходу, как правило, без достаточной подготовки, на подручных средствах: плотах, бревнах, рыбачьих лодках, неся большие потери от огня противника.

Такая поспешность была вызвана не только стремлением не дать отступающим немецким войскам закрепиться на правом берегу Днепра, но и требованием Сталина взять Киев к 7 ноября — к 26-й годовщине Октябрьской революции (первоначально взятие Киева планировалось на 20 ноября)[7].

Из воспоминаний участника форсирования Днепра В.П. Зоткина «Ставили мост через Днепр. Немцы постреливают. И вот через наш мост прошло батальона два пехоты… Развернулись в цепь, пошли. За полкилометра до горы из немецких ДОТов на горе ударило несколько десятков пулеметов, заговорили минометы. За считанные минуты положили всю цепь.

Опять через мост прогнали такую же пехоту. И точно так же всю цепь положили.

Прошла новая пехота. И только тут вынырнула девятка наших самолетов штурмовиков. Они засыпали стреляющие ДОТы реактивными снарядами, и цепь беспрепятственно заняла гору».

Яростные бои развернулись на захваченных на правом берегу плацдармах: немцы всеми силами пытались сбросить закрепившихся здесь советских бойцов в Днепр. За форсирование Днепра 2438 человек были удостоены звания Героя Советского Союза (за сражение на Курской дуге — 180).

Попытка взять Киев ударом с южного плацдарма не удалась. В сложных условиях был проведена переброска войск на северный плацдарм, потребовавшая переправы с правого берега на левый, и, после ускоренного марша, — вновь на правый. 3 ноября началось наступление 1-го Украинского фронта[8] под командованием Н.Ф. Ватутина севернее Киева. Утром 6 ноября советские войска штурмом овладели столицей Украины.

Предстояло освобождение Правобережной Украины и Крыма.

В августе-сентябре началось и наступление на центральном направлении. Войска Калининского, Западного и Брянского фронтов освободили Смоленскую, Брянскую и часть Калининской области. В октябре-ноябре Западный, Белорусский, 1-й и 2-й Прибалтийский фронты очистили от оккупантов ряд восточных районов Белоруссии.

Битва за Днепр и осеннее наступление Красной Армии на других участках фронта завершили коренной перелом в войне. За ноябрь 1942 — декабрь 1943 г.

советские войска продвинулись на запад на 500 км на центральном участке фронта и на 1300 км в его южной части. Освобождены были 53% ранее оккупированной врагом территории. Неумолимо приближалось полное изгнание фашистов с советской территории.

7. Боевые действия на других фронтах Второй Мировой войны в 1942–1943 гг.

В 1942–1943 гг. коренной перелом совершился не только на советско-германском, но и на других фронтах Второй Мировой войны: североафриканском и тихоокеанском.

В Северной и Северо-Восточной Африке зимой 1940–1941 г. англичане нанесли поражение превосходящим силам итальянских войск, овладели Эфиопией и Эритреей, вступили в Киренаику (восточную Ливию). Однако из-за подготовки к высадке в Греции английская армия не продолжила наступление и упустила возможность окончательно изгнать итальянцев из Северной Африки.

С прибытием в Африку немецких войск под командованием генерала Э. Роммеля ситуация резко изменилась. Стремительным ударом Роммель в апреле 1941 г. выбил англичан из Киренаики и вынудил их отступить к границе Египта. Только ограниченность сил, вызванная подготовкой вермахта к агрессии против СССР, не позволила Роммелю, прозванному «лисом пустыни», вторгнуться в Египет и прорваться к Суэцкому каналу, что могло обернуться для Великобритании катастрофой. Попытки англичан контратаковать немцев осенью 1941 г., несмотря на большое превосходство в силах, успеха не имели.

Весной 1942 г. итало-германские войска под командованием Роммеля развернули наступление в Египте. Понеся огромные потери в плохо организованных разрозненных контратаках, английские войска беспорядочно отступали, бросая технику и вооружение.

К 1 июля Роммель находился всего в 60 милях от Александрии. Утрата англичанами Египта казалась неизбежной.

Однако сил для того, чтобы прорвать английские укрепленные позиции у Эль Аламейна, у немцев уже не оставалось. В течение лета на этом рубеже происходили ожесточенные бои, в результате которых Роммелю пришлось отказаться от дальнейшего наступления. В конце октября англичане под командованием генерала Б. Монтгомери, добившись подавляющего превосходства в силах, перешли в наступление. 4 ноября немецкие войска оставили позиции у Эль-Аламейна. Несмотря на попытки закрепиться на тыловых рубежах, они вынуждены были отступить в Ливию.

Через несколько дней в Алжире высадились американские войска под командованием генерала Д. Эйзенхауэра. Местные французские власти, подчинявшиеся правительству Виши, не оказали серьезного сопротивления. В ответ Германия оккупировала южную Францию, находившуюся под контролем Виши.

Наступление союзников из Алжира и Киренаики проходило крайне медленно.

Даже отступив в Тунис, немцы неоднократно наносили серьезные контрудары не имевшим достаточного боевого опыта американским войскам. Однако союзники обладали двойным превосходством в живой силе и шестикратным в танках, а потому все успехи итало-германских войск носили временный и частный характер. Понимая это, Роммель предлагал Гитлеру эвакуировать силы «оси» из Африки и использовать их в Италии для борьбы против неизбежного вторжения союзников. Однако Гитлер и Муссолини все еще питавшие несбыточные надежды, настойчиво требовали удерживать Северную Африку. В апреле 1943 г. союзники предприняли решительное наступление.

К 13 мая итало-германские войска в Тунисе капитулировали. Союзное командование очень гордилось тем, что в плен попало больше солдат противника, чем под Сталинградом[9]. Однако следует иметь в виду, что под Сталинградом была разгромлена одна из сильнейших группировок вермахта, обладавшая первоклассным вооружением, в то время как в Тунисе большую часть войск «оси» составляли менее боеспособные итальянские войска. В общем ходе Второй Мировой войны битва под Сталинградом, несомненно, сыграла значительно большую роль, чем события в Африке.

В ночь на 10 июля англо-американские войска, проведя крупнейшую к тому времени в истории десантную операцию, высадились на о. Сицилия. Итальянские войска, особенно составленные из жителей самой Сицилии, абсолютно не желавших воевать, быстро капитулировали. Лишь при взятии главного города Сицилии Мессины союзники встретили упорное сопротивление немецких дивизий. К 17 августа Сицилия была полностью освобождена.

Потеря Сицилии вызвала в Италии государственный переворот. 25 июля Муссолини был свергнут и арестован. Новое правительство Италии возглавил маршал П. Бадольо. 3 сентября Италия подписала акт о перемирии и безоговорочной капитуляции. Гитлеровский рейх потерял своего первого союзника. В этот же день англо-американские части высадились на Апеннинском полуострове и, не встречая сопротивления, начали продвижение на север. В ответ немецкие войска оккупировали северную и центральную часть Италии. 12 сентября гитлеровские десантники под командованием О. Скорцени похитили дуче и доставили его в ставку Гитлера. октября Италия объявила войну Германии. К концу 1943 г. фронт в Италии стабилизировался южнее Неаполя.

На Тихом океане и в восточной Азии союзники весной 1942 г. продолжали обороняться, стремясь не допустить прорыва японских войск к Австралии и Индии. В мае 1942 г. разыгралось сражение в Коралловом море. Японцам пришлось отказаться от высадки на о. Новая Гвинея, где находилась важная база союзников. В этом сражении впервые в военно-морской истории решающую роль сыграли не артиллерийские корабли, а авианосцы.

В начале июня последовало сражение у атолла Мидуэй. Японцы, имея значительно больше сил, стремились полностью уничтожить флот США и окончательно установить свое господство на Тихом океане.

Япония США Авианосцы 8 Линкоры 11 — Крейсеры 22 Эсминцы 66 Подводные лодки 22 Самолеты 620 Однако американцы сумели опередить противника и нанести мощные авиаудары, когда японские самолеты еще только собирались подняться в воздух. В сражении 4–6 июня японский флот потерял 4 авианосца, крейсер, ряд других кораблей и 330 самолетов. Потери американцев составили 1 авианосец, 1 эсминец и 150 самолетов.

С этого момента Япония отказалась от крупных наступательных операций и перешла к оборонительной стратегии.

В сражении у острова Гуадалканал (август 1942 г. — февраль 1943 г.) Япония потеряла 40 военных кораблей, в том числе 2 авианосца, линкоры, крейсеры. Тяжелые потери понесли японские сухопутные войска и авиация. После этого американцы решительно перешли в контрнаступление.

США полностью использовали свое подавляющее экономическое превосходство. В июне 1943 г. в строй вошли два американских авианосца со 140 самолетами на борту.

После этого ежемесячно вводилось по одному авианосцу. К концу 1943 г. американцы превзошли противника по числу кораблей различных классов в 1,5–3 раза, по авиации — в 3 раза. Летом и осенью 1943 г. американские войска заняли ряд важных стратегических позиций в южной и центральной части Тихого океана.

Державы «оси» проиграли и войну в Атлантическом океане. Если в 1940 г. и начале 1941 г. немецкие корабли почти беспрепятственно нападали на английские конвои по всей Атлантике, то после гибели в мае 1941 г. линкора «Бисмарк»[10] германскому флоту пришлось ограничиться атаками одиночных крейсеров на отдельные транспортные суда. С 1942 г. немцы перешли преимущественно к подводной войне. Однако парализовать транспортные перевозки союзников им не удалось. В первой половине 1943 г. тоннаж союзного транспортного флота возрос на 2 млн. т.

Осенью 1943 г. англичане потопили германские линкоры «Тирпиц» и «Шарнхорст», оставив германский флот в Северной Атлантике без тяжелых надводных кораблей. В течение 1943 г. было потоплено также более 200 немецких подводных лодок.

8. Тегеранская конференция В начале 1943 г., когда англо-американские войска готовились к наступлению в Тунисе, Ф. Рузвельт и У. Черчилль договорились сосредоточить усилия союзников на Средиземном море и перенести срок высадки во Франции и открытия второго фронта на весну 1944 г. Известие об этом вызвало крайне негативную реакцию Сталина, который писал Черчиллю, что речь идет «не просто о разочаровании Советского правительства, а о сохранении его доверия к союзникам, подвергаемого тяжелым испытаниям».

Вопрос об открытии второго фронта стал главным на встрече министров иностранных дел СССР, США и Великобритании в Москве в октябре 1943 г., а затем — на союзнической конференции, которая состоялась 28 ноября — 1 декабря 1943 г. в Тегеране[11]. В ней приняли участие Ф. Рузвельт, И.В. Сталин и У. Черчилль. Это была первая встреча «большой тройки».

У. Черчилль попытался убедить своих партнеров по переговорам в необходимости осуществить высадку англо-американских войск на Балканах. Ради этого он готов был пойти даже на некоторую отсрочку вторжения в Северную Францию.

Английский премьер-министр обосновывал свою точку зрения желанием вовлечь Турцию в войну против Германии и стремлением вытеснить немцев из Италии и блокировать Германию с юга. Однако прежде всего он руководствовался стремлением не допустить утверждения советского влияния в юго-восточной Европе. С точки зрения послевоенных интересов Запада Черчилль был, безусловно, прав. Однако отстоять свое мнение на конференции ему не удалось. Рузвельт, подходивший к вопросу о выборе района вторжения только с точки зрения интересов скорейшего окончания войны, поддержал Сталина, утверждавшего, что операция на Балканах лишь затруднит открытие второго фронта во Франции и отсрочит окончательное поражение Гитлера.

Участники конференции согласились установить западную границу Польши по р. Одер. Однако вопрос о политическом будущем Польши вызвал ожесточенную дискуссию. Сталин ответил фактическим отказом на предложение Рузвельта восстановить отношения с польским правительством в изгнании, заявив, что «мы отделяем Польшу от эмигрантского польского правительства в Лондоне»[12].

В целом, несмотря на серьезные разногласия, тегеранская конференция знаменовала значительное укрепление антигитлеровской коалиции, участники которой впервые согласовали свои планы ведения войны против общего врага.

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ 1. Покажите на карте и проанализируйте положение советских и немецких войск на фронте к лету 1943 г.

2. Охарактеризуйте соотношение сил на советско-германском фронте к лету 1943 г.

3. Чем объясняется решение немецкого командования начать наступление при явно неблагоприятном соотношении сил?

4. Почему советское командование, невзирая на превосходство над противником, предпочло отдать инициативу вермахту и прибегнуть к стратегической обороне?

5. Проследите по карте ход боевых действий в Курской битве.

6. Чем объясняются высокие потери советских войск в Курской битве?

7. Проследите по карте наступление Красной Армии в августе—декабре 1943 г.

8. Проследите по карте ход боевых действий в Северной Африке. Объясните, чем было вызвано поражение немецких войск. Какую роль играли события в Северной Африке с точки зрения общего хода Второй Мировой войны?

9. Чем объясняется быстрый выход Италии из войны после вступления союзных войск на ее территорию? Можно ли считать вторжение в Италию открытием «второго фронта»?

10. Охарактеризуйте развитие боевых действий на Тихом океане в 1942–1943 гг. Чем объясняется произошедший здесь перелом в пользу антигитлеровской коалиции?

11. Какие вопросы стояли в центре внимания на Тегеранской конференции? Чем были вызваны разногласия между участниками антигитлеровской коалиции, можно ли было их избежать?

[1] Воронежский фронт был создан в июле 1942 г., когда немецкие войска приблизились к Воронежу.

[2] По мнению ряда современных российских исследователей, численность войск Германии и ее союзников на Восточном фронте в советских изданиях существенно завышена и составляла, на самом деле, не более 3,8 млн. чел.

[3] Центральный фронт был создан в феврале 1943 г. вместо упраздненного Донского фронта.

[4] Поскольку и советское, и немецкое командование стягивало на Курскую дугу максимум своих сил, перевес более чем в 2 раза, едва ли мог быть достигнут, если бы по всему фронту Красная Армия превосходила вермахт лишь в 1,2 раза.

[5] По мнению ряда историков, в книге «Гриф секретности снят», изданной издательством Министерства обороны, советские потери значительно занижены.

[6] По танкам соотношение потерь также оказалось неблагоприятным для Красной Армии — 1:4, а по самолетам — 1:4,7.

[7] Г.К. Жуков много лет спустя после войны отмечал: «Особо отрицательной стороной Сталина на протяжении всей войны было то, что, плохо зная практическую сторону подготовки операции, он ставил совершенно нереальные сроки начала операции, вследствие чего многие операции начинались плохо подготовленными, войска несли неоправданные потери, а операции, не достигнув цели, затухали».

[8] 20 октября Ставка переименовала фронты: Центральный — в Белорусский, Калининский — в 1-й Прибалтийский, Прибалтийский (создан на основе Брянского фронта) — во 2-й Прибалтийский, Воронежский — в 1-й Украинский, Степной — во 2-й Украинский, Юго Западный — в 3-й Украинский, Южный — в 4-й Украинский.

[9] Общее число итальянских и немецких солдат, взятых в плен в Тунисе, составило, по различным источникам 150–240 тыс. чел.

[10] Линкор «Бисмарк» был крупнейшим военным кораблем того времени. Строительство судов подобного класса было запрещено решениями Вашингтонской конференции 1922 г.

[11] В Иране с августа 1941 г. находились советские и английские войска, введенные туда для предотвращения деятельности германской агентуры и обеспечения англо-американских поставок в СССР. Формальным основанием для ввода советских войск послужил советско иранский договор 1921 г. В сентябре 1941 г. иранский шах Реза отрекся от престола в пользу своего сына Мохамеда Реза Пехлеви. В сентябре 1941 г. и в январе 1942 г. Иран подписал два соглашения с СССР и Англией, предусматривавшие размещение в стране союзных войск, помощь Ирана союзникам всеми доступными ему средствами и сохранение территориальной целостности и суверенитета Ирана.

[12] После нападения Германии Советский союз восстановил дипломатические отношения с находившимся в Лондоне эмигрантским польским правительством В. Сикорского. СССР признал «советско-германские договоры 1939 года касательно территориальных перемен в Польше утратившими силу». Поляки, находившиеся в заключении в СССР, были освобождены и направлены в армию генерала В. Андерса, принимавшую участие в боях с Германией в рядах союзных войск. Но весной 1943 г. Москва вновь порвала с лондонским правительством Польши, обвинив его в проведении антисоветской политической линии.

§48. На оккупированной территории 1. «Новый порядок»

В первый период войны, отступая под ударами врага, Красная Армия оставляла под властью фашистов советских граждан, не сумевших уйти на восток при приближении немецких войск. К осени 1942 г. гитлеровцы захватили территорию, на которой в канун войны проживало 88 миллионов человек, т.е. 46% населения СССР.

В соответствии с планом «Ост» захватчики начали устанавливать на оккупирован ной советской земле «новый порядок». Вся власть перешла к немецкой администрации, подчинявшейся министерству по делам восточных территорий. Оккупированная территория делилась на рейхскомиссариаты, области, округа, уезды и волости. В каждом районе, а иногда и волости создавались военная комендатура и полицейская управа, имевшие неограниченную власть над населением. «Самоуправление», полностью подчиненное немецким властям, формировалось из местных жителей, согласившихся сотрудничать с оккупантами. В городе существовала управа во главе с городским головой, в волостях назначались бургомистры, в деревнях — старосты.

Население оккупированной территории сразу же почувствовало жестокий гнет. В городах вводился комендантский час. Жителям разрешалось находиться на улице лишь с пяти часов утра до шести вечера, нарушителей ждал расстрел. Отлучаться с места жительства без специального разрешения властей категорически запрещалось. Для населения в возрасте от 18 до 45 лет была введена трудовая повинность, уклонение от которой каралось смертью или отправкой в концлагерь. Рабочий день продолжался по 14–16 часов.

Немцы специально охотились на коммунистов, скрывающихся красноармейцев, причем арестовывали и убивали их по первому подозрению или доносу (немецкие власти сулили доносчикам денежные премии или корову). Но и жизнь обычного человека в условиях оккупации оказалась ничем не защищена: законов, охраняющих ее, просто не существовало, любой неосторожный шаг мог привести к гибели. Расстрел грозил уклоняющимся от регистрации мужчинам от 15 до 60 лет. Казнили за появление на улице в валенках, которые подлежали реквизиции для нужд германской армии, за содержание голубей (видимо, немцы боялись «голубиной почты»). Но расстрелять или отправить на виселицу могли и по прихоти кого-либо из офицеров комендатуры. Да и любой солдат-эсэсовец мог просто так полоснуть из автомата в полном соответствии с указанием фюрера: «расстреливать каждого, кто хотя бы косо взглянул».

Фельдмаршал В. Кейтель в сентябре 1941 г. провозглашал, что «человеческая жизнь в соответствующих странах в большинстве случаев ничего не стоит» и предлагал добиваться устрашения с помощью «исключительной жестокости», расстреливая 50– местных жителей за каждого убитого немецкого солдата. Массовые расстрелы прежде всего на совести так называемых «эйнзацгрупп», состоявших из эсэсовцев и чинов «полиции безопасности». Только четыре такие группы численностью от 800 до 1200 чел.

каждая истребили более миллиона граждан СССР. Гитлеровцы не только расстреливали и вешали, но травили людей газом в специально оборудованных машинах «душегубках», жестоко пытали.

Всему миру известно название белорусской деревни Хатынь, всех жителей которой, включая стариков и даже детей, немецкие каратели заперли в сарае и сожгли живьем за помощь партизанам. В память об этой трагедии в Хатыни возведен мемориал.

Здесь захоронены 185 урн с землей белорусских сел и деревень, уничтоженных фашистами вместе с жителями и не возродившихся после войны.

С самого начала оккупации фашисты начали грабеж захваченной территории.

Особенно привлекали немцев руды Криворожья и нефть западных районов Украины.

Оккупационные власти пытались и наладить для нужд вермахта производство на металлургических и машиностроительных предприятиях Донбасса и Приазовья.

Однако эвакуация значительной части предприятий на восток при приближении врага и сопротивление советских патриотов в фашистском тылу не позволили немцам использовать советский производственный потенциал более чем на 10%.

Оккупанты беспощадно грабили деревню. В Германию вывозились зерно, мясо, молочные продукты, овощи… За счет реквизиций продовольствия у местного населения на 70–80% снабжался вермахт. Захватчики не распустили колхозы, а переименовали их в так называемые «общинные хозяйства», сохранив принудительный труд. Имущество совхозов и МТС было объявлено собственностью рейха. Население было обложено непосильными налогами, неуплата которых каралась телесными наказаниями, отправкой в лагеря и смертной казнью.

Немецкие солдаты, пришедшие на постой в крестьянские дома, безнаказанно расхищали и уничтожали имущество. Хозяев нередко выбрасывали из собственного дома в сараи, хлевы, а то и просто на улицу. Крестьянок заставляли еще и обслуживать вражеских солдат: готовить им и стирать. В особой опасности оказались девушки и молодые женщины, беззащитные против солдатского насилия.

Городские жители попали в особенно тяжелые условия, поскольку оккупационные власти прекратили снабжение населения продовольствием, цинично рассчитывая на голодную смерть миллионов людей.

Из приказа гитлеровской комендатуры Киева «Все население обязано сдать излишки продовольствия. Разрешается оставить себе запас только на двадцать четыре часа. Кто не выполнит этого приказа, будет расстрелян».

В Киеве карточки были выданы только зимой 1941–1942 г. Рабочим полагалось 800 г хлеба в неделю, остальным — 200 г хлеба в неделю, то есть почти в 4,5 раза меньше, чем получали ленинградцы в самые страшные дни блокады.

Формально была разрешена рыночная торговля, но любые продукты подлежали конфискации. Поэтому приобрести их можно было только из-под полы, по совершенно немыслимым ценам. Так, в Киеве буханка хлеба стоила 12 марок, стакан пшена — марки, а рабочим на заводе немцы платили 20 марок в месяц. Несмотря на риск, черный рынок существовал повсеместно.

Разрушена была и система здравоохранения, что привело к распространению эпидемических заболеваний. Естественно, смертность среди мирных жителей была огромна.

Немецкие власти стремились получить на оккупированных территориях не только сырье и продовольствие, но и рабочих. Правда, среди нацистской верхушки не было единства по вопросу об использовании труда гражданских лиц из Советского Союза на работах в Германии. Высокие чины вермахта и СС опасались, что это лишь усилит партизанское движение. Но победила точка зрения руководителей военной промышленности, заинтересованных в дешевой рабочей силе. Поэтому с осени 1941 г.

немцы стали вербовать жителей оккупированных районов на работу в Германию, расписывая блага, которые ожидали «добровольцев».

Из фашистской газеты «Новое украинское слово» (январь 1942 г.) «Украинские мужчины и женщины! Большевистские комиссары разрушили ваши фабрики и рабочие места и таким образом лишили вас зарплаты и хлеба. Германия предоставляет вам возможность для полезной и высокооплачиваемой работы. … Во время переезда вы будете получать хорошее снабжение. … В Германии вы будете хорошо обеспечены и найдете хорошие жилищные условия. Плата также будет хорошей, вы будете получать деньги по тарифу и производительности труда. О ваших семьях будут заботиться все время, пока вы будете работать в Германии.

Рабочие и работницы всех профессий — предпочтительно металлисты в возрасте от 17 до 50 лет, добровольно желающие поехать в Германию, должны объявиться на бирже труда».

Поддавшихся на эти обещания было ничтожно мало. Поэтому оккупанты при бегли к принудительной отправке населения Украины и Белоруссии в Германию. Укло няющихся выслеживали и отправляли в концлагеря. В погоне за рабочей силой фашис ты даже устраивали облавы на улицах. Всех, попавших в руки полиции и годных к рабо те, отправляли в Германию. В общей сложности из СССР были вывезены 4,9 млн. чел.

Реальная жизнь, уготованная «остарбайтерам», оказывалась каторжной. Их ис пользовали на самых тяжелых работах при 10-часовом рабочем дне, содержали в лаге рях, обнесенных колючей проволокой, кормили впроголодь. Все «восточные рабочие»

должны были носить на груди специальный знак «Ост». Если немец кий рабочий на заводах Круппа получал 180 марок, то «остарбайтер» — 73 марки, из которых к тому же вычитали за жилье, питание и рабочую одежду, после чего оставалось лишь 10–17 марок.

Случалось, что разница в оплате труда с немецкими рабочими достигала 14 раз. К тому же «остарбайтерам» платили не настоящими, а особыми «лагерными» деньгами. На рабочей карточке «остарбайтера» (его единственном документе) значилось: «владельцу сего разрешается выход из помещения единственно ради работы». «Остарбайтеры»

были совершенно бесправны, нередко подвергались избиениям и издевательствам.

Из писем угнанных в Германию девушек «Если кто-нибудь отставал, останавливался или отклонялся в сторону, полицаи стреляли. По дороге один человек, у которого двое детей, прыгнул из вагона на ходу поезда. Полицаи остановили поезд, догнали беглеца и выстрелами в спину убили его. Под конвоем нас водили в уборную, а за попытку бежать — расстрел. … В бане мы пробыли до 3 часов дня. Здесь я вся дрожала, а под конец едва не теряла сознание… Немцы подходили к голым девушкам, хватали за грудь и били по непристойным местам. Кто хотел, мог зайти и издеваться над нами. Мы — рабы, и с нами можно делать что угодно. Еды, конечно, нет. Надежды на возвращение домой — тоже никакой».

«Мы, русские девушки, в Германии не так уж дорого стоим — 5 марок на выбор.

Нас купил один фабрикант… В 6 часов вечера нас повели есть. Мамочка, у нас свиньи этого не едят, а нам пришлось есть. Сварили борщ из листьев редиски и бросили немного картошки. Хлеба к обеду в Германии не дают… Относятся к нам, как к зверям… Кажется мне, что я не вернусь, мамочка».

Труд «остарбайтеров» (особенно женщин) нередко применялся также в сельском хозяйстве. Зажиточные немецкие крестьяне охотно пользовались бесплатным трудом русских батраков. Конечно, встречались хозяева, которые гуманно относились к своим работникам, но это было редкостью: человеконенавистническая нацистская пропаганда, объявлявшая славян «недочеловеками», делала свое дело.

Германия использовала и принудительный труд военнопленных, содержавшихся в еще более тяжелых условиях. Всего за годы войны в немецком плену оказалось 5,7 млн.

советских солдат и офицеров, в том числе в 1941 г. — 3,9 млн. Немцы обращались с советскими военнопленными бесчеловечно. Коммунистов, комиссаров и евреев сразу же расстреливали. В лагерях царил страшный голод, свирепствовали эпидемии, в том числе тиф. Пленных постоянно подвергали пыткам, систематически проводили массовые расстрелы. 3,7 млн. советских военнопленных были уничтожены или погибли от нестерпимых условий существования.

2. Холокост[1] Этим английским словом принято обозначать тотальное истребление гитлеровцами европейских евреев. По-русски это называют Катастрофой, на иврите — Шоа. Гитлер, сделавший антисемитизм важнейшей составной частью нацистской идеологии, провозгласил необходимость «окончательного решения» еврейского вопроса, то есть поголовного уничтожения евреев.

На территории СССР в границах на 1 сентября 1939 г. проживало, согласно переписи 1939 г., более 3 млн. евреев. Кроме того, на территориях, присоединенных в 1939–1940 гг., вместе с беженцами из оккупированных Германией районов Польши жило еще 2,1 млн. евреев. На оккупированной немцами территории СССР оказались приблизительно 2,8–2,9 млн. евреев[2]. Немногим более одного миллиона успели бежать до прихода нацистов.

Сразу после того, как немцы занимали город, они начинали расправу с еврейским населением.

Объявление немецкой комендатуры Киева «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник сентября1941 года к 8 часам утра на угол Мельниковской и Дохтуровской (возле кладбищ). Взять с собой документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и проч.

Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте, будет расстрелян.

Кто из граждан проникнет в оставленные жидами квартиры и присвоит себе вещи, будет расстрелян».

Уклониться от явки и скрыться удалось немногим. Остальные, включая детей и немощных стариков (мужчин призывного возраста среди них практически не было — они находились в Красной Армии), подчинились, полагая, что немцы собираются выселить их в гетто. Вместо этого огромную толпу, насчитывавшую почти 34 тыс. чел., привели к глубокому оврагу на окраине Киева — Бабьему Яру. Здесь людей зверски избивали, заставляли раздеваться и ложиться в ров, а затем убивали выстрелами из автоматов в затылок. Расстрелы продолжались и в последующие дни. В общей сложности за время оккупации в Бабьем Яру было уничтожено более 100 тыс. чел., преимущественно евреев. Подобное, только в меньших масштабах творилось и в других городах.

Во многих местах истребление евреев состоялось, однако, не сразу. Сначала евреи были выселены из своих квартир и домов и переселены в гетто, отделенные забором и колючей проволокой. Их уделом стал каторжный труд, сопровождающийся постоянными издевательствами и унижениями[3]. Обитатели гетто голодали значительно сильнее, чем остальные жители оккупированной территории, поскольку доставка туда любого продовольствия жестоко каралась. Время от времени немцы изымали из гетто часть жителей и увозили их на расстрел или отправляли в лагеря смерти, где их ждали печи крематориев. Крупнейшими гетто на территории Советского Союза были Минское, Витебское, Рижское и Вильнюсское. Во многих гетто были созданы подпольные группы, члены которых пытались раздобыть или собственными силами изготовить оружие и прорваться к партизанам. Некоторым это удалось. Однако любой побег из гетто был чреват немедленными акциями массового уничтожения. В гетто Вильнюса, Белостока и многих других гетто практически безоружные люди поднимали восстания, предпочитая погибнуть в бою, а не идти покорно на убой.

Спастись на оккупированной территории евреи могли только с помощью местных жителей. Известно немало случаев, когда русские, украинцы, белорусы, рискуя жизнью, спасали беглецов из гетто, кормили их, отрывая кусок хлеба от собственных семей, снабжали документами, скрывали у себя в домах, помогали им пробраться к партизанам. Но чаще трагедия евреев встречала безразличное отношение. Большинство просто боялось помогать гонимым, понимая, что это грозит смертью. Трудно осудить этих людей, беззащитных перед оккупантами. Но были, увы и те, кто с удовольствием грабил «освободившиеся» квартиры, делил имущество расстрелянных, обслуживал душегубки, доносил на скрывающихся, избивал идущих на расстрел, писал в газетах злобные антисемитские пасквили, объявляя евреев главными врагами украинского, белорусского или литовского народа. В некоторых западных районах Украины, в Латвии и Литве в первые дни оккупации местная полиция и «добровольцы» организовали погромы и убийства еврейского населения. Одни из этих людей руководствовались примитивной корыстью, другие — антисемитскими предрассудками. Но и те и другие стали пособниками убийц.

Пережить оккупацию удалось лишь одному проценту еврейского населения. В общей сложности за годы Второй Мировой войны немцы истребили 6 миллионов евреев Европы.

Геноцид евреев во Второй Мировой войне имел важное отличие от расправ с представителями других народов (за исключением цыган, которых немцы истребляли целыми таборами). В Бабьем Яру и в других подобных местах убивали не только евреев.

Фашисты расстреливали коммунистов, партизан и подпольщиков, уклоняющихся от трудовой повинности, нарушителей их человеконенавистнических законов. Но только евреев и цыган убивали за одну лишь национальную принадлежность, за то, какая кровь текла в их жилах. Только они подлежали «окончательному решению». История Катастрофы — предостережение человечеству: воинствующий шовинизм и расизм неизбежно оборачивается безумием и кровопролитием.

3. Коллаборационисты — кто они?

Людей, в той или иной форме сотрудничавших с оккупантами, было много.

Однако сотрудничество это принимало разные формы и было вызвано разными причинами. Проще всего — с теми, кто стал служить немцам, считая, что, раз они побеждают, быть на их стороне выгодно. Многие из таких людей становились старостами и бургомистрами, шли служить в полицию, принимали участие в облавах и массовых убийствах. Им нет и не может быть оправдания.

С другой стороны, среди старост были и такие, кто попал на эту должность по принуждению или рассчитывая облегчить жизнь односельчан, и не повинен ни в каких преступлениях. После войны советская власть безосновательно причислила их к пособникам фашистов.

Но многие пошли на службу к оккупантам потому, что видели в немцах избавителей от сталинского режима.

Из книги А.И. Солженицына «Ахипелаг Гулаг»

«Это прежде всего те, по чьим семьям и по ком самим прошлись гусеницы двадца тых и тридцатых годов. Кто потерял родителей, родных, любимых. Или сам тонул и выныривал по лагерям и ссылкам… И те, кому жестокие эти десятилетия перебили, перекромсали доступ к самому дорогому на земле,— к самой земле… Обо всех та ких у нас говорят с презрительной пожимкой губ: «обиженные советской властью», «бывшие репрессированные», «кулацкие сынки», «затаившие черную злобу к советской власти». Как будто народная власть имеет право обижать своих граждан.

Как будто в этом и есть исходный порок, главная язва: обиженные… затаившие… При таком положении чему удивляться верней — тому ли, что приходу немцев было радо слишком много людей? Или еще слишком мало?»

Однако тот же А.И. Солженицын писал: «В помощь на собак волка не зови!»

Люди, увидевшие в фашистах освободителей от сталинизма, жестоко просчитались.

Гитлер лишь провозглашал в листовках, что задача германского солдата — освобождение русского народа «от ига жидов-коммунистов». На самом деле он нес русскому народу и всем народам Советского Союза жестокое рабство. И те, кто встал на сторону немцев, оказались не борцами за освобождение родины от тирании, а прислужниками палачей. Но даже осознавшим это уже не было пути назад.

Особенно сложной была ситуация в недавно присоединенных к Советскому Союзу районах. Здесь для значительной части населения одни оккупанты просто сменили других, причем немцы обращались с жителями Прибалтики (за исключением евреев) даже лучше, чем Советская власть. Именно этим объясняется появление национальных легионов СС в Эстонии, Латвии и Литве.

В Западной Украине на союз с гитлеровцами против Советской власти пошла Организация украинских националистов (ОУН) во главе со Степаном Бандерой. Правда, вскоре ОУН разочаровалась в Гитлере, поскольку стало ясно, что фашистский диктатор категорически против воссоздания украинской государственности. Созданное бандеровцами во Львове украинское правительство было арестовано немцами, а сам С. Бандера находился в заключении вплоть до октября 1944 г. С весны 1942 г.

вооруженные отряды бандеровской Украинской повстанческой армии (УПА) боролись одновременно и против Советской власти, и против Германии. Только часть ОУН во главе с А. Мельником по-прежнему сотрудничала с нацистами. Именно из них была сформирована дивизия «Галичина», принимавшая участие в боях с Красной Армией.

Оправдать сотрудничество с захватчиками невозможно, но не следует забывать, что оно было ответом на репрессии НКВД в Западной Украине в 1939–1941 гг.

Немцы активно вербовали советских военнопленных. Для многих из них согласие служить в вермахте оказывалось единственным шансом спастись от нечеловеческих условий существования. Следует иметь в виду, что советским военнопленным приходилось несопоставимо тяжелее, чем военнопленным из других стран, не только потому, что немцы относились к ним хуже, но и потому, что СССР был единственной страной, отказавшейся помогать своим попавшим в плен солдатам через Красный Крест.

Сталин заявлял: «У нас нет военнопленных, у нас есть только предатели». К концу 1941 г. в качестве «добровольных помощников» в вермахте служили 200 тыс. чел., а к 1943 г. — до 1 млн. чел. Их использовали на вспомогательных работах, а иногда также на караульной и охранной службе в тылу.

Особое место в истории коллаборационизма занимают власовцы. Генерал А.А. Власов, командующий 2-й Ударной армией, сдался в плен в мае 1942 г. на Ленинградском фронте. В плену он согласился сотрудничать с фашистами и приступил к созданию Русской освободительной армии (РОА). Вербовка в РОА велась, в основном, в лагерях военнопленных. Однако подавляющее большинство советских военнопленных не пожелали стать предателями: численность РОА не превысила 50 тыс. чел. Долгое время РОА только числилась армией, а на практике состояла из отдельных батальонов, подчиненных немецкому командованию. Дрались власовцы отчаянно: в плену их ждала немедленная расправа, в случае отступления немцы тоже не щадили.

Когда вермахт стал терпеть поражения, немецкие генералы поняли, что надо противопоставить Сталину хотя бы внешне политически самостоятельную русскую национальную силу. Но Гитлер был категорически против создания русской армии.

Даже имевшиеся русские формирования он предпочитал использовать не на Восточном фронте, а в Северной Африке, позднее — в Италии и во Франции. Только осенью 1944 г.

были сформированы две дивизии РОА. Теперь, когда Красная Армия уже вступила в Европу, главари рейха обещали Власову сохранить Россию в границах лета 1939 г. при условии предоставления автономии нерусским народам и казакам.

В последние годы распространилось представление о Власове как о человеке, перешедшем к немцам ради того, чтобы вести идейную борьбу за освобождение русского народа от большевизма. Вряд ли, однако, это соответствует действительности.

Генерал-лейтенант А.А. Власов сделал блестящую карьеру в Красной Армии. Никаких сомнений в коммунистическом строе до плена не испытывал. В 1941 г. вышел из окружения в Киевском котле. Пытался прорваться к своим и в 1942 г. Голодная смерть в плену ему, как генералу, практически не угрожала. Но плен перечеркнул надежды Власова на военную карьеру. В лучшем случае его ждало разжалование, в худшем — расстрел. А перейдя на сторону немцев, рвавшихся в тот момент к Волге, он становился важной политической фигурой — главой «русского освободительного движения». В своих манифестах, да и в разговорах с окружающими, Власов стремился предстать в облике идейного борца за счастье России. Но едва ли в этом можно видеть что-либо, кроме пропагандистских усилий и самооправдания. Ведь никому не хочется даже перед самим собой признаваться в шкурничестве и предательстве.

Немцы пытались также формировать казачьи части, в которые привлекали как казаков-эмигрантов, так и советских военнопленных. Известны случаи, когда в донских и кубанских станицах, еще помнивших расказачивание, немцев поначалу встречали хлебом-солью. К концу войны в казачьем корпусе вермахта служило около 34 тыс. чел., в т.ч. около 5 тыс. немцев. Из остальных 29 тыс. 60% составляли военнопленные, но не все они были казаками по происхождению. Командовал ими немецкий генерал Г. фон Паннвиц. Казаков части широко привлекали для исполнения карательных функций. В 1944 г. они были отправлены в Югославию и Италию, т.к. Гитлер сомневался в готовности военнопленных сражаться против Красной Армии. Формированию казачьих частей активно помогали бывшие белые атаманы — генералы П.Н. Краснов и А.Г. Шку ро. Правда, командных постов в корпусе они не занимали и в боях не участвовали.

Большинство русской эмиграции заняло патриотическую позицию, отказавшись от сотрудничества с нацистами.

Из обращения генерала А.И. Деникина к эмиграции «Мы — и в этом неизбежный трагизм нашего положения — не участники, а лишь свидетели событий, потрясавших нашу родину за последние годы. Мы могли лишь следить с глубокой скорбью за страданиями нашего народа и с гордостью — за величием его подвига. Мы испытывали боль в дни поражений армии, хотя она и зовется «Красной», а не Российской, и радость — в дни ее побед».

Лишь меньшая часть эмигрантов — лидеры так называемого Российского общевоинского союза (РОВСа) — пошли в услужение к фашистам и даже сформировали из эмигрантов корпус, брошенный гитлеровским командованием на подавление партизанского движения в Югославии.

4. Партизанское движение Почти повсеместно на оккупированной территории, за исключением Прибалтики и Западной Украины, подавляющее большинство населения встречало оккупантов со страхом и ненавистью. В немецком тылу появились партизанские отряды, особенно после того, как выяснилось, каков тот «новый порядок», который устанавливают завоеватели.


Уже в Директиве от 29 июня 1941 г. СНК СССР и ЦК ВКП(б) обратились к населению оккупированных районов страны с призывом развернуть партизанское движение в тылу врага, а 18 июля ЦК ВКП(б) принял Постановление «Об организации борьбы в тылу германских войск». Однако воплощение этих документов в жизнь затруднялось предвоенными действиями советского руководства.

В 30-х гг. командование Красной Армии, предвидя возможность вражеского вторжения, подготовило для будущей войны партизанские базы и квалифицированные профессиональные кадры. Однако в 1937–1939 гг. они подверглись разгрому. Ста линское руководство уверовало в им самим выдвинутый тезис о «войне на чужой терри тории, малой кровью». А раз так, зачем готовиться к партизанским действиям на своей территории? К тому же подготовкой партизан занимались командующие Киевским и Белорусским ОВО И.Э. Якир и И.П. Уборевич, объявленные «врагами народа». В результате все подготовленные базы были уничтожены, а люди, подготовленные к ведению партизанской войны, репрессированы. В ходе этих репрессий погибло значительно больше партизанских командиров, подрывников и других специалистов, чем за всю войну. Начинать борьбу в тылу врага пришлось на голом месте.

Партизанские отряды возникали в основном тремя путями. На партизанское по ложение переходили попавшие в окружение и не сумевшие пробиться к своим подраз деления и отдельные бойцы Красной Армии. В партизаны уходили местные жители, не желавшие терпеть издевательства оккупантов или спасавшиеся от угона в Германию.

Наконец, с «Большой земли» велась заброска во вражеский тыл специально подготовлен ных отрядов и диверсионных групп. На практике было крайне мало отрядов, возникших каким-то одним из этих путей. Десантные группы, направленные из центра, и окружен цы обрастали местными жителями, или сами вливались в уже созданные ими отряды.

Нередко, особенно в 1941 г., группы, переброшенные через линию фронта, оказывались слабо подготовлены и вооружены, иногда даже не имели средств связи. Все это привело к их массовой гибели. Так, на территорию Белоруссии к январю 1942 г. было переброшено 427 отрядов и групп, но уцелели и смогли развернуть борьбу лишь 25.

К концу 1941 г. партизанское движение стало более организованным и массовым.

В нем участвовало более 90 тыс. чел., объединенных в 2 тыс. партизанских отрядов. На оккупированной территории действовало 18 подпольных обкомов ВКП(б) и более районных, окружных и городских партийных комитетов. В 1941 г. партизанские отряды насчитывали, как правило, несколько десятков человек, позднее — до 200. Позднее партизанские отряды стали объединяться в бригады численностью от нескольких сотен до 3–4 тыс. чел.

Основными районами партизанских действий стали лесные зоны: Белоруссия, северная часть Украины, западные и северо-западные области РСФСР, особенно Брянские леса.

Очень тяжело пришлось партизанам в суровую зиму 1941–1942 гг. Не хватало оружия и продовольствия, стояли жестокие морозы. Численность партизан несколько сократилась, но с весны 1942 г. вновь стала расти. В 1943 г. в партизанских отрядах сражались 250 тыс. чел.

В конце 1941 г. стали появляться первые партизанские края. Они существовали в Смоленской, Ленинградской, Калининской, Орловской и Брянской областях РСФСР, а также в Белоруссии. Здесь, в окружении лесов и болот в немецком тылу восстанавливалась Советская власть, открыто действовали советские и партийные органы. На территорию партизанских краев немцы решались вступать только крупными силами, да и то старались держаться главных дорог. В 1943 г. партизаны контролировали 60% территории Белоруссии. Общая площадь партизанских краев в СССР составила более 200 тыс км.

В 1943–1944 гг. По решению подпольных обкомов ВКП(б) и местных штабов партизанского движения создавались партизанские соединения (дивизии), насчитывавшие 15–19 тыс. чел. и проводившие крупные рейды по тылам противника.

Черниговско-Волынское партизанское соединение под командованием А.Ф. Федорова сражалось с оккупантами на Украине, в Белоруссии и Брянских лесах. Партизанское соединение А.Н. Сабурова действовало в Сумской и Брянской областях, а осенью 1942 г.

совершило крупный рейд на Правобережную Украину. Крупнейшим партизанским соединением, созданным в Путивльской и Сумской областях, руководил С.А. Ковпак.

Его партизаны прошли в глубоких рейдах по вражеским тылам свыше 10 тыс. км от Брянщины до Карпат, разгромили 39 гарнизонов противника.

Для координации деятельности партизан и Красной Армии в мае 1942 г. был создан Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД) во главе с П.К.

Пономаренко — первым секретарем ЦК КП Белоруссии[4]. Штаб ставил партизанским отрядам задачи, собирал и анализировал доставленную ими разведывательную информацию, снабжал партизан медикаментами, оружием, взрывчаткой, средствами связи, вел подготовку подрывников, радистов, шифровальщиков и переводчиков в специальных партизанских школах. В общей сложности во вражеский тыл было направлено около 30 тыс. различных специалистов.

Главным методом партизанских действий являлись диверсии на железных дорогах и иных коммуникациях противника. Только в июле 1942 г. партизаны пустили под откос 224 железнодорожных состава с немецкими солдатами, техникой и снаряжением. Помимо этого партизаны устраивали налеты на воинские склады, полицейские управления и комендатуры, уничтожали немецкие патрули.

Особенно крупные диверсионные операции были осуществлены партизанами в 1943 г. В августе 1943 г. разгар Курской битвы по заданию ЦШПД была развернута операция «Рельсовая война». В ней участвовали около 100 тыс. партизан, объединенных в 167 партизанских бригад и отдельных отрядов. Диверсии на железных дорогах были развернуты в тылах групп армий «Центр» и «Север» на глубину 750 км. В ходе операции только на территории Белоруссии было взорвано более 800 немецких эшелонов. Из-за массовых разрушений мостов, железнодорожных станций, рельсовых путей транспортные перевозки в немецком тылу были парализованы.

В сентябре-октябре 1943 г. была проведена новая еще более крупная операция «Концерт», в ходе которой только в Белоруссии было подорвано свыше 1000 вражеских эшелонов, а пропускная способность железных дорог в тылу вермахта снизилась на 40%.

В общей сложности в 1943 г. партизаны уничтожили 11 тыс. эшелонов противника, 22 тыс. автомашин, 900 железнодорожных и 5500 прочих мостов, 90 судов и барж на Днепре, Десне и Припяти.

Диверсионная деятельность партизан не только серьезно затруднила снабжение немецких войск и переброску подкреплений, но и вынудили немцев отвлекать значительные силы на охрану железных дорог. Ведь для усиленной охраны на каждые 100 км железнодорожных путей требовался полк, а протяженность железных дорог на оккупированной территории составляла 37 тыс. км. Во время Курской битвы на борьбу против партизан были брошены 25 регулярных дивизий вермахта, в том числе 15–16 — на охрану коммуникаций.

Большое значение имела разведывательная деятельность партизан. Они устанавливали места расположения вражеских частей, штабов, складов и аэродромов, направление движения эшелонов с техникой и другими грузами. Иногда партизанские отряды становились базой советских разведчиков, действовавших во вражеском тылу.

Так, в отряде Д.Н. Медведева действовал легендарный разведчик Николай Кузнецов, сумевший не только добыть ценнейшую информацию, но и уничтожить нескольких видных немецких сановников, в т.ч. главного судью Украины А. Функа.

Партизанское движение внесло огромный вклад в победу. Более 127 тыс.

участников партизанского движения были награждены медалью «Партизану Отечественной войны», 184 тыс. — другим орденами и медалями. 249 чел. стали Героями Советского Союза, в т.ч. С.А. Ковпак и А.Ф. Федоров — дважды.

Местные жители снабжали партизан продуктами и одеждой, сообщали им о подготовке карательных акций оккупантов. В свою очередь, партизаны укрывали тех, кому грозили преследования или угон в Германию, уничтожали особо усердствующих на службе немцам старост и полицаев. Люди стремились помочь партизанам всем, чем могли, понимая, что их борьба приближает разгром фашистов и конец оккупации.

Вместе с тем, отношения партизан и населения не всегда складывались просто.

Из статьи писателя-фронтовика В. Кондратьева «Вот висит немецкое объявление, что за убитого немецкого солдата будет сожжена деревня, в которой это произошло. Ну, казалось бы. По-человечески партизанам пожалеть бы жителей деревни, ан нет, солдата убивают, деревня немцами сжигается, жителям жить негде, деваться некуда, кроме как идти в лес к партизанам. Достигнуты две цели: население начинает ненавидеть оккупантов еще больше, партизанские отряды пополняются людьми… Несомненно, партизаны сражались с немцами и наносили им довольно ощутимые потери, но они же и терроризировали население оккупированных областей… В каждом партизанском отряде были свои «особые отделы», в которых командовали местные или присланные с «Большой земли» чекисты, действовавшие так же, как действовали они в 35–37-х годах, не разбирая правых и виноватых».

Особой формой партизанского движения можно считать деятельность подпольных организаций в городах. Подпольщики собирали разведывательную информацию, выпускали листовки и даже газеты, разоблачавшие ложь вражеской пропаганды, совершали диверсии против гарнизонов и комендатур врага, препятствовали угону советских граждан на работу в Германию (уничтожали списки, предупреждали о готовящихся облавах, помогали найти дорогу в партизанские отряды).

Самой известной подпольной организацией стала созданная в Краснодоне «Молодая гвардия», командиром которой был И. Туркенич, комиссаром — О. Кошевой[5].


ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ 1. Какие цели преследовал установленный гитлеровцами на оккупированной территории «новый порядок»?

2. Охарактеризуйте положение населения, оказавшегося на оккупированной территории, советских военнопленных и «остарбайтеров».

3. Подумайте: чем объясняется особая ненависть фашистов к евреям?

4. Какие уроки следует, с вашей точки зрения, извлечь из истории Холокоста?

5. Дайте собственную оценку власовскому движению и деятельности национальных коллаборационистских формирований.

6. Каковы причины массового партизанского движения на оккупированной территории СССР?

7. Охарактеризуйте важнейшие формы и методы действий партизан.

8. В чем вы видите отличия партизанского движения на территории СССР в годы Великой Отечественной войны от других известных вам из истории примеров партизанского движения?

9. Какое значение имело партизанское движение для достижения Победы?

[1] Холокост: от англ. Holocaust — истребление, резня, полное уничтожение в огне. Этим же словом обозначается библейский термин «всесожжение».

[2] Реальное число евреев, оказавшихся под властью оккупантов было больше, так как немцы считали евреями детей от смешанных браков и даже тех, у кого только бабушка или дедушка были евреями. Значительная часть этих людей по советским данным числилась русскими, украинцами или белорусами.

[3] Так было, преимущественно, там, куда немцы вошли в первые дни войны. Здесь не успела пройти мобилизация, поэтому среди евреев были трудоспособные мужчины, которых немцы хотели до уничтожения заставить работать на себя.

[4] В сентябре—ноябре 1942 г. Главнокомандующим партизанским движением был К.Е. Ворошилов, но затем эта должность была ликвидирована.

[5] Деятельность «Молодой гвардии» описана в одноименном романе А.А. Фадеева. К сожалению, Фадеев вынужден был уступить давлению «сверху» и переработать первоначальный вариант романа. Во втором варианте он изобразил руководство молодежной организацией со стороны партийных «старших товарищей», чего на самом деле не было. Кроме того, не проверив полученные сведения, Фадеев оклеветал погибшего члена штаба «Молодой гвардии»

В. Третьякевича, изображенного в образе предателя Евгения Стаховича, а также З. Вырикову и Лядскую, также безосновательно обвиненных в пособничестве фашистам и выведенных под собственными именами. Лядская и Вырикова, которые в романе описаны как подруги, в жизни даже не были знакомы. Обе подверглись репрессиям, их жизнь была фактически сломана.

Реабилитировали их лишь в 90-х гг.

§49. Подвиг тыла 1. Переход экономики на военные рельсы В первые месяцы войны Советский Союз утратил значительную часть своего экономического богатства. К ноябрю 1941 г. немцы оккупировали территорию, на которой до войны производилось свыше 60% угля и чугуна, около 60% стали и алюминия, почти 40% зерна, 80% сахара.

С началом войны в короткие сроки произошла перестройка промышленности на выпуск военной продукции[1]. Металлургические предприятия сосредоточились на производстве военных марок стали. Практически полностью перешло на работу для фронта машиностроение. Уралмашзавод, специализировавшийся на горношахтном и металлургическом оборудовании, наладил производство корпусов тяжелых танков.

Танки производили Сталинградский и Харьковский тракторные заводы, Коломенский машиностроительный завод, эвакуированный в Киров, ГАЗ и завод «Красное Сормово»

в Горьком. Но крупнейшим центром танковой промышленности стал так называемый «танкоград» в Челябинске, где были объединены мощности местного тракторного завода и нескольких крупных предприятий, эвакуированных из прифронтовой полосы.

С началом войны пришлось практически полностью прекратить производство мирной продукции на предприятиях легкой и пищевой промышленности, которые пе решли на производство военного обмундирования и снаряжения, пищевых концентра тов и консервов для фронта. Обеспечение населения предметами первой необходимос ти и продовольствием сократилось на 35–40%. Страна жила под лозунгом «Все для фронта, все для победы!». Концентрация экономики на военном производстве достигла в СССР максимального уровня среди всех воюющих стран. Это стало возможным, прежде всего, потому, что советские люди проявили исключительную стойкость перед лицом вражеского нашествия. Но имелись и другие причины. Во-первых, граждане нашей страны и в довоенные годы привыкли к значительно более низким жизненным стандартам, чем жители Западной Европы и США, а потому во время войны готовы были мириться с гораздо большим падением уровня жизни. Во-вторых, и это главное, советская экономика была целиком сосредоточена в руках государства и не должна была считаться с интересами частных собственников и запросами потребителей. Именно в экстремальных условиях войны советская административно-командная экономическая система оказалась способна действовать наиболее успешно.

2. Эвакуация Быстрое продвижение фашистских войск вынудило советское правительство уже в первые дни войны принять решение об эвакуации промышленных предприятий и другого имущества из районов, которым грозила оккупация, на восток. 24 июня 1941 г.

был образован Совет по эвакуации во главе с Н.М. Шверником. Через три дня было принято Постановление ЦК и СНК «О порядке вывоза и размещения людских контингентов и ценного имущества». В течение одного только 1941 г. на восток было эвакуировано 2593 предприятия, свыше 11 тыс. тракторов, огромное количество скота и другого колхозного и совхозного имущества, многие научные учреждения и учебные заведения. Из прифронтовой полосы было вывезено свыше 10 млн. чел.

Эвакуация проводилась в сложных условиях: необходимо было, с одной стороны, до последнего обеспечивать выпуск необходимой фронту продукции на старом месте, а с другой стороны, успеть вывезти людей и оборудование до прихода немцев. Демонтаж оборудования на эвакуируемых предприятиях начинался лишь по специальному приказу уполномоченного ГКО и соответствующего наркомата. Бывало, работа велась в уже заминированных на случай вражеского прорыва цехах.

Эвакуация потребовала колоссального напряжения от железнодорожников: до конца 1941 г. на восток было отправлено 1,5 млн. вагонов с людьми, машинами, сырьем, топливом. Между тем, железные дороги и без того работали с большими перегрузками, обеспечивая (нередко под вражескими бомбами) переброску подкреплений, оружия, боеприпасов и другого снаряжения на фронт. Эвакуация осуществлялась также речным и морским транспортом, который сыграл особенно большую роль при обороне Одессы, Севастополя, Таллина и во время блокады Ленинграда.

Наряду с плановой эвакуацией шла и стихийная: люди бежали от наступающих немцев на попутных машинах, повозках, преодолевали многие сотни километров пешком. Нередко ситуация усугублялась тем, что эвакуация населения из прифронтовой полосы без соответствующего распоряжения ГКО запрещалась и проводилась с опозданием. Тогда при приближении фашистов начиналось беспорядочное повальное бегство. Всех эвакуированных и беженцев на новом месте нужно было обеспечить питанием, жильем, работой, медицинским обслуживанием. С этой целью уже к концу августа 1941 г. было создано более 120 эвакуационных пункта.

Каждый из них обслуживал в день до 2 тыс. чел.

Вторая половина 1941 г. и начало 1942 г., когда значительная часть предприятий находилась в процессе эвакуации и не успела еще вновь развернуть производство, оказа лись самым тяжелым временем для советской экономики. Объем промышленной про дукции в целом снизился на 52% по сравнению с довоенным уровнем, выпуск проката черных металлов упал в 3,1 раз, подшипников — в 21 раз, проката цветных металлов — в 430 раз. Это привело к значительному сокращению производства военной техники.

Заводы, вывезенные из западных и центральных районов страны, направлялись в Поволжье, Западную Сибирь, в Казахстан и Среднюю Азию, но более всего — на Урал, где имелись крупные промышленные центры, сложившаяся индустриальная инфраструктура, квалифицированные кадры рабочих и специалистов. Сюда было отправлено 44% эвакуированных предприятий.

3. Тяжелая индустрия в годы войны На новом месте предстояло возвести производственные корпуса, смонтировать оборудование, подключить коммуникации, наладить быт рабочих и их семей. Все это необходимо было сделать в кратчайшие сроки, чтобы как можно быстрее начать выпуск продукции для фронта. Нередко предприятия, особенно эвакуированные в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию, оказывались едва ли не в чистом поле. Стройка шла круглосуточно. Нередко заводы начинали работу еще до окончательного завершения строительства. Еще продолжалось возведение стен и перекрытий, а с конвейеров уже сходили первые снаряды, танки и самолеты. Большая часть эвакуированных предприятий была пущена в первые три месяца 1942 г.

Со второй половины 1942 г. развернулось и новое капитальное строительство в восточных районах. За три года были построены более 200 доменных и мартеновских печей, 56 прокатных станов, 67 коксовых батарей. Значительно увеличилось производство нефти в Волжско-Уральском районе («Второй Баку»), Казахстане и Узбекистане. Выросла добыча угля в Карагандинском, Кузнецком, Воркутинском и других угольных бассейнах. С марта 1942 г. прекратилось падение военного производства и начался его рост. Так, если во втором полугодии 1941 г. было произведено 46,1 тыс. а в 1942 г. — 35,0 тыс. автомобилей, то в 1943 г. — 49,3 тыс., в 1944 г.

— 60,5 тыс., а в 1945 г. — уже 74,8 тыс.

Война крайне обострила ситуацию с трудовыми ресурсами. В связи с потерей гус тонаселенных западных районов и мобилизацией в Красную Армию значительно со кратилась численность работников. Если в первом полугодии 1941 г. в народном хозяй стве было занято 31,8 млн. рабочих и служащих, то во втором полугодии — 22,8 млн., а в 1942 г. — 18,4 млн. Ушедших в армию мужчин призывного возраста заменили подрост ки, женщины, старики. Только во втором полугодии 1941 г. в заводские цеха пришли 1, млн. домохозяек, старшеклассников и пенсионеров. Академик-металлург Е.О. Патон вспоминал: «Никогда не забыть мне женщин тех лет. Сотнями приходили они на завод, выполняли самую тяжелую мужскую работу, стояли часами в очередях и воспитывали детей, не сгибались под тяжестью горя, когда прибывала «похоронная» на мужа, сына или брата. Это были настоящие героини трудового фронта, достойные восхищения».

Удельный вес женщин среди работников народного хозяйства СССР Промышленность Строительство Транспорт 1940 г. 41% 23% 24% 1944 г. 53% 36% 45% Стремясь максимально обеспечить рабочей силой оборонные отрасли, государство прибегло к массовому призыву работников легкой промышленности, сельского хозяйства, ряда других отраслей, а также учащихся на предприятия тяжелой промышленности. Рабочие военных заводов и транспорта считались мобилизованными.

Самовольный уход с предприятий запрещался.

Война вызвала огромный патриотический подъем, позволивший выдвинуть почин «В труде, как в бою!». Труженики тыла работали без отпусков и нередко без выходных по 10–12 часов в сутки. Массовый характер приобрело движение «Работать не только за себя, но и за товарища, ушедшего на фронт». Появились «двухсотники», выполнявшие за смену по две нормы. Фрезеровщик Уралвагонзавода Д.Ф. Босый стал основателем движения «тысячников». С помощью изобретенного им приспособления, позволявшего одновременно обрабатывать на одном станке нескольких деталей, он в феврале 1942 г. выполнил норму на 1480%. С конца 1941 г. распространилось движение комсомольско-молодежных фронтовых бригад.

В то же время очевидно, что реальные успехи социалистического соревнования военных лет значительно преувеличивались в пропагандистских целях. Так, советские историки утверждали, что «к концу 1941 г. на заводах Москвы, Ленинграда, Баку, Свердловской области каждый третий комсомолец выполнял по две нормы». Как же подобное стало возможным, если среди комсомольцев, работавших на предприятиях, большинство составляли 14–17 летние вчерашние учащиеся ФЗУ, заметно уступавшие в опыте и квалификации ушедшим на фронт кадровым рабочим? Тем более удивительны приведенные председателем Госплана Н.А. Вознесенским сведения о резком снижении трудовых затрат в военном производстве.

Сокращение трудозатрат (в человеко-часах) при производстве военной техники и боеприпасов в 1941–1943 гг. (по данным Н.А. Вознесенского) Самолеты 2 раза Танки 2,2 раза Артиллерийские орудия 1,5–3,7 раза Винтовки 1,3 раза Крупнокалиберные пулеметы 2 раза Патроны 1,2 раза Двукратное увеличение производительности труда в течение двух лет в условиях значительно ухудшения состава работников не может быть объяснено ни массовым эн тузиазмом, ни поставками современной высокопроизводительной техники по ленд-лизу.

Поэтому ряд современных авторов приходит к выводу о значительном распространении приписок в военном производстве, тем более, что планы, составленные на основании завышенных заявок военных, нередко оказывались нереальными, а искажение отчетности облегчалось неизбежной неразберихой военного времени. Советская военно историческая наука утверждала: «Имея в 3 раза меньше стали и в 4 раза меньше угля, СССР в годы войны создал почти в 2 раза больше боевой техники. 8–11 млн. тонн годового производства металла были использованы в СССР более эффективно, чем млн. тонн в Германии. Секрет этого «экономического чуда» кроется в резком увеличении производства качественной стали в восточных районах страны». По мнению же некоторых исследователей 90-х гг., производство танков, самолетов, артиллерийских орудий в официальных советских источниках было завышено приблизительно вдвое[2].

Тезис об экономической победе СССР над Германией широко распространен и в современной российской историографии, однако разделяется не всеми авторами. Ряд историков полагает, что «утверждения советской пропаганды об экономической победе социализма в Великой Отечественной войне и о способности СССР самостоятельно [т.е.

без поддержки союзников] победить Германию — не более чем миф». Окончательно разрешить данный вопрос предстоит будущим историкам Второй Мировой войны.

4. Война и российская деревня Война нанесла колоссальный урон отечественному сельскому хозяйству. В 1941– 1942 гг. в руках оккупантов оказалось около половины посевных площадей и поголовья скота, почти треть энергетических мощностей сельского хозяйства. Тракторы, автомоби ли, лошади изымались для нужд фронта. Тракторный парк сельского хозяйства сокра тился в 1,5 раза, автомобильный — в 3,5 раза. В армию ушли 38% трудоспособных работ ников сельского хозяйства, то есть практически все мужчины призывных возрастов. Во многих селах и деревнях вообще не осталось мужчин моложе 50–55 лет. В 1943 г. 71% ра ботников сельского хозяйства составляли женщины. Рядом с ними трудились старики и подростки. В армию было призвано большинство механизаторов (ведь тракторист — практически готовый водитель танка). Женщины освоили трактор. Уже в 1942 г. в соревновании женских тракторных бригад принимало участие 150 тыс. чел.

Из-за потери большей части квалифицированных работников и тягловой силы, сокращения поголовья скота и посевных площадей сбор зерновых составил в 1942 г.

лишь 31% довоенного уровня. Уменьшились и сборы картофеля, хлопка, производство мяса и молока.

Война потребовала от деревенских тружеников величайшего самоотречения.

Обязательный минимум трудодней был увеличен. Продукция колхозов и совхозов полностью практически безвозмездно сдавалась государству. Выживали колхозники за счет приусадебных участков, хотя и они были обложены налогами и различными обязательными сборами. Неимоверное напряжение сил крестьянства позволило обеспечить армию продовольствием, военную промышленность — сырьем.

По мере освобождения советских территорий от оккупации туда направлялось ограниченное количество техники, иногда — семена. В 1945 г. посевные площади в освобожденных районах достигли 72%, а произведенная продукция — половины довоенного уровня.

5. Наука — фронту Огромную роль в укреплении оборонной мощи страны сыграли достижения науки. На основе рекомендаций ученых было значительно увеличено производство на Магнитогорском, Нижне-Тагильском и других металлургических комбинатах Урала и Сибири. Были открыты месторождения марганцевых руд в Казахстане, бокситов — на Южном Урале, меди и вольфрама — в Средней Азии. Это помогло компенсировать потери месторождений в западной части страны и обеспечить бесперебойную работу предприятий черной и цветной металлургии. Обширные изыскательские работы позволили открыть новые залежи нефти в Башкирии и Татарии.

Большое внимание уделялось учеными и инженерами совершенствованию станков и механизмов, внедрению технологических приемов, позволяющих повысить производительность труда, сократить брак.

Работы ученых в области аэродинамики позволили значительно повысить скорости самолетов и, в то же время, увеличить их устойчивость и маневренность. В течение войны были созданы новые скоростные истребители Як-3, Як-9, Ла-5 и Ла-7, штурмовик Ил-10, бомбардировщик Ту-2. Эти самолеты далеко превзошли немецкие «Мессершмиты», «Юнкерсы» и Хейнкели». В 1942 г. был испытан первый советский реактивный самолет конструкции В.Ф. Болховитинова.

Академик Е.О. Патон разработал и внедрил новый метод сварки танковых корпу сов, позволивший значительно увеличить прочность танков. Конструкторы-танкострои тели обеспечили перевооружение Красной Армии новыми типами боевых машин. В 1943 г. в войска поступил новый тяжелый танк ИС, вооруженный 85-мм пушкой. В даль нейшем его сменили ИС-2 и ИС-3, вооруженные 122-мм пушкой и считавшиеся самыми мощными танками Второй Мировой войны. На смену Т-34 в 1944 г. пришел имевший усиленную броневую защиту Т-34-85, на котором вместо 76-мм была установлена 85-мм пушка. Непрерывно возрастала мощь советских самоходно-артиллерийских установок.

Если в 1943 г. основным типом САУ была СУ-76 на базе легкого танка Т-70, то в 1944 г.

появились СУ-100 на базе Т-34, ИСУ-122 и ИСУ-152 на базе танка ИС-2[3].

Работы физиков А.Ф. Иоффе, С.И. Вавилова, Л.И. Мандельштама и многих других обеспечили создание новых типов радиолокационных приборов и радиопеленгаторов, магнитных мин, более эффективных зажигательных смесей.

Огромны заслуги военной медицины. Разработанные А.В. Вишневским методы обез боливания и повязки с мазями широко применялись при лечении ран и ожогов. Благода ря новым методам переливания крови значительно снизилась смертность от потери кро ви. Неоценимую роль сыграло создание З.В. Ермольевой первого антибиотика —пеницил лина. По свидетельству очевидцев «волшебное лекарство на глазах изумленных свидетелей отменяло смертные приговоры, возвращало к жизни безнадежных раненых и больных».

6. Повседневный быт тыла Война резко ухудшила условия жизни советских людей. Даже по официальным, скорее всего, приукрашенным данным потребление мяса в рабочих семьях в 1942 г.

снизилось в 2,5 раза по сравнению с довоенным временем, молочных продуктов — на 40%. В деревне потребление мяса сократилось втрое, хлеба — на треть. Резко упало потребление жиров, сахара, овощей. Не хватало круп. Зато вдвое больше стали есть картофеля.

Нехватка продовольствия вызвала его жесткое нормирование. Повсеместно были введены карточки на хлеб, сахар и кондитерские изделия, более чем в ста крупных городах — также на мясо, рыбу, жиры, макаронные изделия и крупы. Однако регулярно по карточкам выдавался только хлеб, снабжение остальными продуктами осуществлялось с перебоями. Колхозники карточек вообще не получили и остались вне системы нормированного обеспечения — без соли, без сахара, без хлеба, фактически на одной картошке с собственного огорода.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 14 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.