авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 18 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ИРКУТСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Г.М. Костюшкина, Л.Г.Озонова, А.А.Попова, М.А.Федотова, ...»

-- [ Страница 8 ] --

Относительно вопроса о роли пространства и времени в процессах чувственного и абстрактного познания складывается следующая картина. Абстрагирующая способность человеческого мышления и активная роль познающего субъекта в акте номинации особенно четко проявляется в процессе образного представления действительности (Языковая номинация 1977: 50). Эта возможность основывается на способности человеческого мышления ассоциативно связывать предметы и явления окружающего мира, на способности видеть общие признаки и качества разных предметов в результате общности или близости создаваемых ими впечатлений. Пространство и время не могут восприниматься обособленно от восприятия предметов и явлений (Рубинштейн 1957: 76). Мысль о важности чувственного восприятия и образного мышления для формирования конститутивных элементов значения языковых единиц, непосредственно занятых в процессе концептуализации нашего опыта и играющих одну из основных ролей в познавательной деятельности человека, не нова (Харитончик 1992: 109). Процессы чувственного познания организованы в конкретном пространстве и времени, так как необходимым условием для формирования чувственных образов является непосредственный контакт субъекта с объектом восприятия, что происходит всегда в конкретных пространстве и времени (Ахундов 1982: 39). На самых ранних этапах онтогенеза человек знакомится с пространственно временной структурой окружающего мира. В сознании его формируются вначале перцептуальное, а затем концептуальное пространство и время, отражающие соответственно чувственную и рациональную ступени познания (Лупандин, Сурнина 1991). Наглядный, телесный опыт человека лежит в основе языка и его категорий и только через обобщение этого опыта человек выходит в более абстрактные сферы и строит свои представления о не наблюдаемом непосредственно (Кубрякова 1999б: 6). Подобную точку зрения высказывает В.Н.

Дубровский, признавая, что «пространство и время суть не только формы существования объективного мира и формы чувственных созерцаний, но и понятия (категории) рассудка, непосредственно связанные с понятиями (категориями) материи, движения, взаимодействия и так далее …Так как в понятие вкладывается и то, что не находится в материале чувственных созерцаний, на основе которых оно конструируется, то понятия пространства и времени суть рассудочные идеализации реальных пространства и времени»

(Дубровский 1991: 20).

Познание чувственно воспринимаемых вещей представляет собой комплекс чувственных и нечувственных абстрактных элементов, слитых в единое целое. Чувственному познанию, обогащенному результатами познания абстрактного, познание существенного, общего доступно в мере, значительно превышающей возможности обособленно взятого чувственного познания как такового. Данный факт не только не опровергает, но подтверждает объективную необходимость перехода от чувственного познания к отвлеченному мышлению.

Размышляя об участии языка не только в оформлении, но и в формировании мысли, В.В. Бабайцева указывает на то, что даже «первые этапы в образовании мысли», «переработка в сознании содержания наглядно-чувственного материала не свободны от языковых средств;

чувственная ступень познания действительности не только является генетической основой абстрактного мышления, но и сопутствует ему, внося элементы чувственного наблюдения в процесс понятийного мышления, определяя чувственные основы понятий, а также сочетания чувственных образов и логических понятий в едином акте мышления» (Бабайцева 1967: 59). Е.С. Яковлева считает, что, хотя и «пространственность» преобладает при восприятии «чувственно являемого мира», не исключено и обратное – доминанта и даже гипертрофия «времени» в сфере восприятия (Яковлева 1994: 95).

Исходность пространственных значений по сравнению с временными соотносится с направлением развития логических категорий, которое является отражением основных закономерностей объективной действительности – генезисом пространственных и временных понятий (Агеева 1984, Закарян 1982). Несмотря на единство формирования представлений о пространстве и времени, первичность пространственных отношений определяется их наглядностью, доступностью непосредственному чувственному восприятию, в отличие от более абстрактных, непосредственно не ощущаемых и не воспринимаемых временных отношений.

Предложные сочетания образуют центр макрополя локальности (Агеева 1984: 103). Они способны наиболее точно означать локальное отношение – называть ориентир и тип пространственной соотнесенности предметов. Предложные сочетания выступают во всех локальных функциях и являются конституентами всех микрополей.

Согласно К. Бисселю, dans представляет собой обычную форму выражения как реальных, конкретных отношений, так и абстрактных, образных (Bissel 1947). В обобщении, абстрагировании и отвлечении предлогов от конкретного содержания объединяемых ими слов А.Д.

Лазутина видит «не удаление от истины, не фактический отрыв от реальной действительности, а наиболее глубокое, наиболее полное познание этой действительности» (Лазутина 1953: 95). А.А. Закарян утверждает, что «отношения, выражаемые предлогами в языке, являются отражением реальных отношений, существующих между вещами, явлениями, событиями в объективной действительности» (Закарян 1982:

5). Таким образом, значения отношений, выражаемых предлогами, столь же реальны, сколь реальны и объективны сами эти отношения.

1.5. Роль контекста в определении значения предложного сочетания Как у любой значимой единицы языка, значение предлога заключено в нем самом. Однако для выявления того или иного значения предлога всегда требуется контекст, минимальное словесное окружение, несущее дополнительную информацию (Акулова 1953;

Кобзарева, Лахути 1971;

Базарова 1999а;

Bennett 1975;

Cervoni 1991). О важности знания контекста в интерпретации любой языковой единицы говорит Г.В. Колшанский, утверждая, что «большинство семантических единиц находится в связи с другими единицами, и поэтому значения этих единиц часто могут раскрываться только благодаря связи с другими единицами» (Колшанский 1980: 15). Всякое предложное именное сочетание определяет целый набор ситуаций. Специальные исследования о предлогах А. Херсковиц, К. Бругмана, К. Ванделуаза и Б. Ландера доказали, что «в отражении семантики предлогов возможен один-единственный путь их адекватного описания – через тщательный анализ значений в конструкциях» (Кубрякова 1999а: 5). Сама логика изучения предлогов способствовала постижению правил их сочетаемости с другими словами, а, следовательно, сближению когнитивной парадигмы с коммуникативной.

Традиции изучения предлогов как слов с реляционной семантикой имели в отечественной лингвистике глубокие корни.

Обобщая опыт их изучения, составители Академической грамматики русского языка указывали, например, что «лексическим значением предлога как отдельно взятого слова является значение того или иного отношения» и что многие из этих отношений «возникают в образуемых ими соединениях слов» (Кубрякова 1999а: 6). В одном из лучших фундаментальных исследований о способах выражения пространственных отношений в современном русском языке описание предлогов тоже ведется через анализ различных синтаксических сочетаний с ними. Иными словами, не приходится сомневаться в том, что в силу принципиальной синсемантики предлогов динамика их значений может быть прослежена прежде всего в речи, а значит в строящихся с ними оборотах и конструкциях, а также в зависимости от непосредственного окружения. Эту идею поддерживает А.Д. Лазутина, утверждая, что любой предлог не имеет определенного самостоятельного значения вне контекста, и в отличие от самостоятельных слов предлог обретает свое реальное значение лишь в контексте, в определенном словосочетании (Лазутина 1953).

Традиции представления семантики предлога через формируемые ими конструкции и значения целых конструкций ярко прослеживаются и в словарях, где обычно перечисляются разные виды употреблений конкретного предлога при обозначении им места, направления куда нибудь или нахождения кого или чего-нибудь и тому подобное. Но встречающиеся в словарных статьях указания на употребление «при обозначении расстояния» или «при обозначении явлений» без иллюстративного материала были бы совершенно непонятными, да и порядок перечисления значений или же их количество в разных словарях меняются от случая к случаю. К тому же словарные статьи для отдельных предлогов подчас настолько объемны и громоздки, что извлечение из них необходимой информации оказывается сопряженным со значительными трудностями и часто не приводит к желаемым результатам (Кубрякова 1999а: 6).

Реализация смысла предлога, в большинстве случаев, осуществляется в совокупности факторов, включающих, помимо его ближайшего словесного окружения, элементы смысла, связанные со всем, что могут содержать «повествовательные составляющие», «акт речи», «ситуация коммуникации» (Cervoni 1991: 6). В некоторых работах (например, К.-Г. Линдквиста) подробно рассматриваются значения пространственных предлогов в разнообразных контекстах. В исследовании основное внимание уделяется контекстным значениям, возникающим из взаимодействия различных факторов – контекста, определенных конструкций и фраз, по мнению К-Г. Линдквиста, играющих гораздо большую роль в употреблении предлогов, чем это кажется на первый взгляд (Lindkvist 1976). В работе Н.Н. Леонтьевой и С.Е. Никитиной предпринимается попытка классификации семантических признаков контекста и, в частности, семантических представлений денотатов имен, сочетающихся с предлогами, по характеристикам, существенным для выбора предлога (Маляр, Селиверстова, 1998).

О важности знания контекста говорит и Д. Беннет, исследуя пример с английским коррелятом французского dans – предлогом in (Bennett 1975). Британский лингвист видит предложение The men were standing in a circle весьма двусмысленным: либо круг существует отдельно и люди заключены внутри него, либо люди собой образуют форму круга (Там же). Решение этой многозначности представляется в детальном исследовании ближайшего контекста.

Согласно К.П. Акуловой, «в тех случаях, когда обозначение временных отношений производится посредством предлога, который может обозначать и пространственные отношения, предложное сочетание, передающее временные отношения, отличается от предложного сочетания, передающего пространственные отношения, только благодаря семантике существительного» (Акулова 1953: 130).

По мнению Т.Ф. Каримовой, значение имени, употребляемого в сочетании, обусловливается и предопределяется именно пространственным значением предлога (Каримова 1980). Предлог указывает на то, какими могут быть слова, сочетаемость с которыми, в соответствии с законом семантического согласования, допускается лексическим значением имеющегося предлога.

В связи с тем, что все больше пространственных предлогов втягивается в сферу временной семантики, процесс формирования пространственно-темпорального значения предлогов продолжает развиваться (Ковалева, Дюндик, Зельберг 2001). И становится очевидным и вполне закономерным, что для понимания каждого высказывания необходим акт выбора нужного, адекватного значения слова из многих альтернатив, который обеспечивается введением слова в соответствующий контекст. В процессе восприятия речи конкретные коммуникативные ситуации и речевые контексты позволяют слушающему выбрать из множества вариантов значений то, которое подразумевается говорящим. Тем не менее, учитывая всю важность наличия контекста, Т.Ю. Кобзарева и Л.Г. Лахути говорят о том, что даже «вне контекста, без дополнительной информации, ситуация расшифровывается некоторым образом, то есть пустой контекст тоже информативен для выбора» (Кобзарева, Лахути 1971). По мнению И.Н.

Горелова и К.Ф. Седова, «при важности лексико-грамматической стороны декодирования, знания языка недостаточно для полноценного смыслового восприятия сообщения. Большое значение … имеет адекватная референция, то есть соотнесение высказывания с реальной событийной ситуацией» (Горелов, Седов 2001: 81).

Однако контекст не всегда позволяет выявить смысловое различие между пространственным и непространственным значениями предложного именного сочетания. В таком случае можно наблюдать явление, называемое синкретизмом.

3.1.6. Синкретизм пространственного и временного значений в именных предложных сочетаниях В плане содержания французских предлогов различают три основные области употребления: пространственную, временную и логико-понятийную (Б. Потье, В. Брендаль, Л.И. Илия, О.И. Богомолова, А.Д. Лазутина и другие). При функционировании предлогов часто можно наблюдать семантическое развитие: «пространственная сфера»

«временная сфера» «логико-понятийная сфера», когда пространственные предлоги выражают временное значение, а временные значения являют собой основу для других, более отвлеченных логических отношений причины, условия, уступки, противопоставления и тому подобное.

Переход пространственных понятий во временные является наиболее распространенным и указывает на хронотопность представлений о пространстве и времени (термин введен М.М. Бахтиным). Тесная взаимосвязь пространственных и временных отношений зачастую приводит к тому, что между ними невозможно провести границу. Здесь наблюдается явление синкретизма, при котором понятия пространства и времени выражены настолько тесно, что определить преимущество тех или иных отношений можно лишь с помощью контекста и конкретной ситуации, либо совсем невозможно в связи с тем, что оба отношения выражены в равной степени.

Явление синкретизма пространственных и временных значений было свойственно еще архаическому сознанию. Так, В.Н. Топоров писал о том, что в архаической модели мира пространство не противопоставлялось времени и даже заимствовало некоторые свойства времени, а время порой становилось формой пространства (Топоров 1983: 231). Подобную картину можно наблюдать и в средние века, когда человек воспринимал время подобным пространству. То, что было удалено во времени в прошлом (либо в будущем), представлялось таким же реальным, как и удаленное в пространстве, то есть время понималось пространственно. Факт существования объединенных (пространственных и временных) значений можно объяснить неспособностью времени быть представленным самим собой.

Формирование времени происходит по образу пространства в связи с тем, что пространство обладает тремя измерениями (которых у времени нет) и представляется более конкретным, чем время.

Итак, архаичное и средневековое сознание воспринимало категории пространства и времени целостно и едино. Факт слияния пространственных и временных значений наблюдается и по сей день.

Вопрос об объединении или разграничении пространственных и временных значений предлогов остается до сих пор нерешенным. Вслед за Н.В. Лягушкиной, мы представляем целесообразным объединение пространственного и временного значений (Лягушкина 2002). Данное решение можно аргументировать сходством представлений человека о времени и о геометрическом пространстве и в качестве подтверждения привести высказывание И. Канта, который считал, что «время – это форма внутреннего созерцания нас самих и нашего внутреннего состояния. Именно потому, что это внутреннее созерцание не дает никакого образа, мы стараемся устранить этот недостаток с помощью аналогий и представляем временную последовательность с помощью бесконечно продолжающейся линии, в которой многообразное составляет ряд, имеющий лишь одно измерение, и заключаем от свойств этой линии ко всем свойствам времени, за исключением лишь того, что части линии существуют все одновременно, тогда как части времени существуют друг против друга» (Кант 1999: 86). Итак, можно заключить, что время видится человеку похожим на физическое пространство, и данный факт находит свое отражение в языке.

3.1.7. Семантические преобразования в предложных сочетаниях Факт присутствия различных значений у разноуровневых единиц языка сегодня признается одним из наиболее существенных свойств всех значимых единиц языка и неизбежным следствием основных особенностей устройства и функционирования естественного языка.

Однозначного подхода к оценке семантической роли предлогов нет. Ряд ученых отрицает их семантическую нагрузку (Л. Теньер, О.

Есперсен, Б.А. Ильиш). Так, исследуя служебные слова, к которым относятся и предлоги, Ф.П. Балабан пишет, что они не выражают понятий (Балабан 1983: 19). Ученый аргументирует свое мнение неспособностью последних быть субъектом или предикатом, выступать в роли членов предложения. Более того, в связи с зависимостью от других слов и грамматических слов, предлоги не в состоянии передавать связи и отношения объективной действительности самостоятельно.

На способность предлога выражать понятие указывают многие исследователи. Так, Г.В. Колшанский пишет: «Любой предлог выражает какую-то мысль, то есть является смысловой единицей языка. Таким образом, выражается нечто существенное и общее в данных конкретных рамках употребления слов. Поскольку предлоги не членятся на более мелкие смысловые единицы, они, безусловно, являются словами и как таковые выражают понятия»;

«…в языке не только слова, но и грамматические элементы осмыслены, то есть выражают понятия, и тем самым отражают предметы и явления реального мира» (Колшанский 1967: 203).

В различных окружениях предлоги обнаруживают разнообразные значения, которые не устанавливаются из прямого номинативного значения, а выводятся из отношений, существующих в предложных сочетаниях (Ерхов 1982). С точки зрения отражения отношений объективной реальности семантика предлога складывается из денотативного и сигнификативного значений. Первое передает объективные связи, существующие между предметами и явлениями экстралингвистической действительности. Сигнификативное значение является языковым соответствием денотатов и присутствует в сознании в виде понятий об отношениях, которые закрепляются в языке за определенным знаком (предлогом) (Балабан 1983: 18). Если взять сочетания предлога с разными существительными и множество ситуаций, соответствующих всем этим словосочетаниям, то оказывается, что оно состоит из классов, имеющих одинаковые инварианты.

Значение, таким образом, как бы многоядерно. Количество и соотношение этих ядер может служить характеристикой семантической структуры предлога (Кобзарева, Лахути 1971).

Согласно О.Н. Селиверстовой, своеобразие предлога заключается в том, что общим значением предлога как части речи является синтаксическое значение. Содержание этого значения – указание на «актантную роль» денотата того знаменательного слова, которое вводит предлог, что тем самым устанавливает отношение денотата данного слова к другому или другим актантам ситуации (Селиверстова 2002:

109). В понятие «лексическое значение» О.Н. Селиверстова включает следующее: 1) отношение, например, причина, следствие и тому подобное вне указания на ту роль, которая приписывается при этом денотату вводимого знаменательного слова (то есть, например, выступает ли он в роли каузатора или каузируемого);

2) лексическому значению могут соответствовать не только различные типы отношений, но и некоторые другие общие концепты, чаще всего это пространство и время (Селиверстова 2002: 110). Подчеркивая семантическую соотнесенность предлогов не с вещами, а с вещественными отношениями, А. А. Закарян развивает мысль Н. Д. Арутюновой о том, что предложный тип лексического значения выступает как «реляционное значение в чистом виде» (Закарян 1982: 6), то есть в отличие от знаменательных слов, которые выделяют основные элементы действительности (в том числе и человека как референта), предлоги устанавливают корреляцию между этими элементами. Возможность употребления того или иного предлога для связи какой-либо пары слов определяется как сложившимися традициями речевого употребления, так и в еще большей степени реальным соотношением вещей и явлений, называемых этими словами. Именно поэтому при двузначности одного из членов словосочетания употребление определенного предлога может помочь выявлению смысловых отношений между членами этого словосочетания (Цыпышева 1967).

Обратившись к философскому утверждению о том, что вся объективная действительность сводится к категориям вещей, свойств и отношений и рассмотрев способности различных частей речи служить их обозначениями, оказывается, что предлоги примыкают к полнозначным словам благодаря своей способности выражать разнообразные отношения (пространственные, временные, причинные и тому подобное) (Тулина 1982). Являясь единицами номинации, они представляют собой результат оперирования и обозначения элементов внеязыковой действительности. Иными словами, говоря о сложных отношениях человека с миром, мы выделяем такие ключевые понятия, как аспект личности (сфера внеязыковой действительности или «альтернативный мир» человека) и предлог, указывающий на него (Исаакян 1999: 239). Отражение понятия того или иного конкретного отношения и есть значение предлога (Балабан 1983: 20). Рассматривая предлог как средство реализации единого отношения подчинения, Б.

Потье обозначает это отношение как R в формуле: А – R – В (Pottier 1962). Эти элементы подчинения различаются не функцией, а различным представлением этого отношения в речи, различным положением по отношению к А и В и степенью своей «лексикализации», конкретизации. В плане содержания Б. Потье различает три основных области употребления предлога: временную, пространственную и понятийную (Там же). Проявление этих значений зависит от синтаксического контекста, от грамматической структуры, в которую входит предлог. Например, отношение в предложении Pierre dort dans le jardin анализируется таким образом: член А имеет вид Pierre dort, член В – le jardin, предлог dans – элемент отношения между ними (R). То, что R теснее связан с В, чем с А, доказывается возможностью перестановки:

Dans le jardin, Pierre dort и невозможностью перестановки: le jardin, Pierre dort dans. Таким образом, формула приобретает вид: А – (R – В).

Трехмерность пространства и предметов в нем дает возможность определять расположение предметов по отношению друг к другу, а язык предоставляет возможность для выражения этих отношений. Особыми средствами служат предлоги, которые, однако, передают не расположение, а лишь отношение, передавая тем самым опосредованно отношения действительных явлений. Это мнение разделяют большинство исследователей романских языков (Илия Л.И., Добровольская Ю.А., Виноградов В.С., Galichet G., Crstea M., Corts N.A. и другие) (Балабан 1983).

Ш. Балли расширяет проблему структурной роли предлога в языке и сближает предлог по его функции в выражении синтагматических отношений с глаголом и прилагательным, также считая предлог одним из средств выражения отношения между предметами (Илия 1970: 102).

Последовательное расположение типов отношений (пространство, время, условие) выражает общепринятое в грамматике ХХ века мнение о примате пространственных значений предлогов и развитии на их основе временных, а через последние – и логико понятийных значений. Так, А. М. Пешковский указывает, что предлоги вначале имели лишь пространственное значение (цит. по: Шейкина 1953: 35). Автор отмечает, что любое отвлеченное значение «легко и нечувствительно вырабатывается из пространственного значения». При этом иногда пространственное значение связки, то есть предлога, совсем исчезает из языка и остается только отвлеченное. А. Дармстетер считал, что развитие значений французских предлогов проходило со строгой закономерностью и совершенно единообразно, а именно от местного значения к временному и затем к абстрактному (цит. по: Дроникова 1953: 85). Таким образом, возникает семантическая перегрузка простых предлогов, вследствие чего они становятся многозначными, а выражаемые ими отношения объективной действительности настолько многообразными и сложными, что порой становится почти невозможно дать их полную семантическую классификацию (Балабан 1983: 21).

Помимо того, как утверждает Р.М. Дроникова, расширение значения совершается в различных направлениях, а не согласно какой-то схеме (Дроникова 1953: 86). Подтверждением отсутствия такой прямолинейности в развитии значения предлогов может служить их взаимозаменяемость в выражении одного и того же отношения.

Предлоги, различные по происхождению и по первоначальному значению, могут употребляться в языке для выражения одних и тех же отношений. Тем не менее, предлоги, выражающие и пространственные, и временные, и причинные отношения, являются средством огромной важности, превращающим язык в орудие мышления (Лурия 1998: 220).

Предлоги выступают как часть речи, характеризующаяся категориальным значением отношения предмета к предмету, явлению, ситуации (Сыгынбаев 1989: 8). Под конкретными значениями, по определению В.В. Виноградова, понимаются значения собственно пространственные, показывающие разные стороны предмета и разные положения, в каких один предмет находится относительно других (Виноградов 1986). Под переносными значениями, по тому же определению, понимаются значения, выражающие время, количество, меру или величину, цель, причину, отвлеченные связи и отношения.

Ф. Буслаев также различает у предлогов собственное и переносное значения (цит. по: Шейкина 1953: 34). По мнению автора, в собственном значении предлог показывает движение и положение в пространстве, в переносном – движение и пребывание предмета во времени и «различные отношения мысли», к которым он относит выражения причины, цели, побуждения и пр.

Придерживаясь мнения о способности предлогов выражать то или иное значение, П.М. Хоттенрот выделяет следующие проблемы в их изучении: первая трудность связана с многозначностью предлогов, что отражается в зависимости их интерпретации от контекста;

вторая трудность возникает из того факта, что между предлогом и его лингвистическим контекстом существует тесное взаимодействие, и, по мнению автора, следует выделять специфическое семантическое содержание каждого предлога и отделять его от тех контекстуальных факторов, которые влияют на его различные интерпретации, и указать, каким образом эти факторы взаимодействуют со значением предлога (цит. по: Базарова 1997: 27). Здесь же автор полагает, что если рассматривать предлог как выражение отношений между двумя аргументами, эти аргументы окажутся основным фактором в этих процессах. Все это делает принцип концептуализации объекта релевантным для употребления того или иного предлога, а также его интерпретации. По всей видимости, если предлог рассматривать как функцию, а имена как аргументы, то получается столько функций, сколько имеется и разных типов аргументов, встречающихся при них.

На значение предложного сочетания могут накладывать отпечаток экстралингвистические факторы (Исаакян 1999: 241). Иногда это связано с особенностями лингвистической картины мира в разных языках (когда сам предмет в пространственном плане воспринимается по-разному). Так, например, в русском языке в сочетании на улице сама улица представляется как плоскость, тогда как во французском dans la rue возникают ассоциации, связанные с внутренней атмосферой, внутренним пространством того, что происходит на улице.

Важную роль при выражении предлогом того или иного значения играет зависимость выбора предлога от семантики господствующего или зависимого члена словосочетания (Ерхов 1982:

57). Однако данное мнение разделяется не всеми лингвистами. Предлоги выражают крайне абстрактные отношения, в них лексическая абстракция достигает высшей ступени. Если знаменательные слова обозначают вещи, их признаки, а также признаки признаков, то в служебных словах выявляются отношения этих вещей, признаков.

А.В. Кравченко считает одним из существенных факторов, влияющих на употребление пространственных предлогов, характер восприятия человеком предметов окружающей действительности, которые классифицируются по таким признакам, как размерная сопоставимость, подвижность/неподвижность, отношение к норме и тому подобное (Кравченко 1993: 52).

Передавая сложные отношения человека с окружающим его миром, предлоги приобретают новые семантические характеристики. В частности, в сочетаниях с именем, обозначающем человека, пространственные предлоги образуют новую парадигму метафорических значений (Исаакян 1999: 243). Отношения в составе этой парадигмы существенно отличаются от отношений между прямыми значениями. Сам человек или аспект его личности выступает как метафоризированное пространство, то есть как совокупность чувств, идей, качеств, выраженных с помощью предлога.

Итак, в обобщении, абстрагировании и отвлечении предлогов от конкретного содержания объединяемых ими слов наблюдается не отрыв от реальной действительности, не ее искажение, а самое полное познание этой действительности;

значения отношений, выражаемых предложными сочетаниями, так же реальны, как реальны и объективны сами эти отношения.

3.2. Роль понятий «вместилище» («контейнер») и «граница» в определении семантики предлога dans 3.2.1. Исторические и лексикографические данные к изучению предлога dans Как упоминалось выше, преобразование пространственных значений предлогов во временные и другие – процесс достаточно древний и длительный. Подавляющее большинство французских предлогов латинского происхождения были уже многозначными, то есть имели большее или меньшее количество так называемых «вторичных»

значений уже в латинском языке. Прослеживая историю предлога, в большинстве случаев можно говорить только о сужении или расширении круга этих «вторичных» значений и редко о появлении кардинально новых значений.

По происхождению и морфологическому составу предлог dans относится к предлогам, образованным в вульгарной латыни из комбинации предлога и наречия. Широко распространена точка зрения, согласно которой возникновение предлога dans относится к XII веку.

Именно в этот период можно встретить denz, образовавшийся из народно-латинского de intus (усиления intus, обозначавшего «внутри», откуда старофранцузское enz;

первоначально эта форма употреблялась как наречие, потом стала предлогом и во многих случаях заменяла en) (Дроникова 1953, Bissel 1947, DAALF, DALF, DELF, DLF, Littr, Petit Larousse). Согласно исследованиям А.Д. Лазутиной, форма denz в старофранцузском языке была очень малоупотребительной (Лазутина 1953). Употребительной же была усиленная форма этого предлога dedenz, dedans, имевшая временное и пространственное значения. К.

Биссел говорит о том, что dans становится довольно часто употребляемым лишь ко второй половине XVI века (Bissel 1947: 295).

Ф. Брюно и Ш. Брюно объясняют происхождение dans следующим образом. Исследователи считают, что современный французский предлог не восходит непосредственно к dans, образованному в вульгарной латыни из de intus, а является результатом декомпозиции сложного старофранцузского предлога dedans, произошедшей в XV-XVI веках (Brunot, Bruneau 1956: 432). Некоторое время оба предлога, и dans, и dedans, существовали параллельно.

Французские ученые утверждают, что dans выделилось из dedens, по аналогии с sous, выделившегося из dessous, sous и dans стали предлогами в отличие от dedans и dessous, утвердившихся в качестве наречий (Там же).

В XVI-XVII веках и позднее предлог dans уточняет некоторые значения, расширяет сферу своего употребления в пространственном и временном значениях, утрачивая значительную часть своих вторичных значений в новофранцузский период.

Современные словари французского языка дают различающиеся между собой статьи, касающиеся предлога dans. Несмотря на разницу в толкованиях, выделяются два значения, общие для всех словарей. Это значения пространства и времени. Однако некоторые словари отмечают толкования, не упомянутые в других изданиях. Так, кроме пространственного и временного значений, Petit Robert (1992) выделяет следующие значения исследуемого предлога:

– Marque la manire;

– Dans les, marquant l’approximation: un chiffre voisin de.

DALF (1991) выделяет такое значение:

– Marque un tat.

Petit Larousse (1998) дает:

– Marque l’appartenance, la participation;

– Marque la manire;

– Fam. Dans les: peu prs, environ.

Анализ словарных статей позволяет выделить следующие значения предлога dans.

1. Пространственное значение (указание на место, где находится что-то или кто-то, к чему приближается, или куда входит) (dans la maison, dans une voiture, dans un fauteuil, dans la cave, dans la bote).

2. Временное значение (указание на определенный промежуток времени, временной интервал) (dans l’hiver, dans la nuit, dans le soir, dans l’enfance, dans une heure).

3. Способ, образ действий (dans les rgles, dans la perfection, dans le style, dans l’attente, dans l’embarras).

4. Значение приблизительности (dans un instant, dans les deux cents francs).

5. Значение принадлежности, причастности (dans le secret, travailler dans la finance).

6. Состояние, положение, ситуация (dans l’infortune, dans le danger).

Последние четыре значения трактуются нами широко и образуют одну большую группу, представляющую логико-понятийную сферу.

Здесь мы считаем обоснованным ввести схему, предложенную Г.М. Костюшкиной, позволяющую представить семантику предлога dans. На материале различных языков при изучении языковых категорий и систем, Г.М. Костюшкина выделяет четыре области представления:

– Пространство.

– Время.

– Контаминированная область Пространство-Время.

– Область логического (Костюшкина 2003а: 205).

Выделенные области можно изобразить в виде схемы:

Схема Стрелки, направленные от Человека и к нему, показывают, что категории Пространства и Времени уходят в космос, одновременно проходя через Человека и смешиваясь в его сознании через вторичное осмысление данных областей, уходя затем в область логического (Костюшкина 2003а).

При исследовании семантики предлога dans стало очевидно, что значения данной единицы отражают выделенные области представления знаний и в процессе функционирования демонстрируют их взаимосвязь и взаимопроникновение.

3.2.2. Важность понятий «вместилище» («контейнер») и «граница»

в определении семантики предлога dans в именных сочетаниях Идея вместилища являет собой схематизированное представление об универсуме в его способности содержать что-то внутри себя, то есть идея «пустого пространства», призванного хранить как материальные, так и идеальные объекты. Таким образом, пространство являет собой вместилище всего сущего, а каждый объект – вместилище с рамками, определенными его физической сущностью, качественной специфичностью и воображаемой отдельностью.

Понятие вместилища прежде всего связано с наглядным, телесным опытом человека, и только через обобщение этого опыта человек выстраивает свои представления о ненаблюдаемом непосредственно, об абстрактной сфере (Кубрякова 1999б).

Воспринимая себя неким вместилищем, отграниченным от внешнего мира, и мир, находящийся вне его, человек представляет возможной способность других объектов вокруг него, обладающих внутренним пространством и отделенных от внешнего мира, также выступать в роли вместилища. С помощью понятия вместилища человек осмысляет свое тело как объект, в которое что-то входит и из которого что-то выходит (Лакофф, Джонсон 1990). Затем человек переносит схему контейнера, связанную с расширением телеснообоснованного опыта, на другие, непространственные сферы. Б.Б. Базарова выдвигает предположение, что представление себя в качестве вместилища происходит из того, что человек изначально ощущает себя как «сосуд, внутри которого имеются определенные тела», и «биологические особенности строения и функционирования организма» подтверждают это сходство (Базарова 1999б: 38).

Дж. Лакофф рассматривает концепт вместилища как ограниченное, замкнутое пространство, служащее определенной цели (Лакофф 1988). Е.С. Кубрякова рассматривает это понятие иным образом. Российский исследователь связывает его с двумя онтологическими категориями: место или пространство и объект, и доказывает, что понятие вместилища рождается на базе противопоставления пространства и объекта (Кубрякова 1999б: 7).

Понятие контейнера основывается на одном существенном признаке – способности служить благодаря своим границам для включения в него какого-либо предмета/объекта.

В простейшем ее виде схема вместилища изображается как нахождение одного объекта в другом. Прототипическими контейнерами видятся вместилища с полыми пространствами для хранения/содержания чего-либо, естественные укрытия, впадины, резервуары, сосуды (Кубрякова 1999б: 10). Они могут представлять как замкнутые пространства (типа человеческого тела или поля зрения), так и разомкнутые в том или ином месте (стаканы, чашки, кастрюли) для свободного помещения в них других объектов.

Как упоминалось выше (см. п. 1.3.2), осознавая себя в качестве вместилища, ограниченного поверхностью тела и наделенного способностью ориентации «внутри – вне», человек переносит эту ориентацию на объекты, окружающие его. Данный факт позволяет человеку рассматривать эти объекты в качестве контейнеров, имеющих внутреннее пространство и отделенных от внешнего мира некоторыми границами. В тех случаях, когда естественных физических границ нет, человек создает их в своем воображении, создавая таким образом некоторое, зачастую абстрактное, ограниченное внутреннее пространство. Здесь проявляется способность человека в абстрагировании, то есть в восприятии себя и окружающих объектов не только внутри конкретных предметов, но и внутри абстрактных, не поддающихся непосредственному наблюдению, сущностей.

Исследования предлога в, русского коррелята французского предлога dans, показали, что «представленный во всех индоевропейских языках, он мог бы по праву считаться своеобразным семантическим примитивом, вокруг которого строится в дальнейшем сама схема контейнера, описывающая особую конфигурацию в расположении объектов и фактически отражающая положение дел в мире и уже поэтому имеющая универсальный характер» (Кубрякова 1999б: 8).

С помощью схемы контейнера представляется возможным описание любых множеств, группировок, объединений, классов и категорий, то есть перенос представлений, почерпнутых из наблюдений над материальными объектами, непосредственно наблюдаемыми, на абстрактные понятия, не поддающиеся непосредственному, прямому наблюдению.

Очевидно, что предлог, описывающий пребывание в контейнере, развивает свои многочисленные значения не только в соответствии с общей схемой контейнера, но и в соответствии с возможными ее модификациями, также отражающими телесный опыт человека в обращении с объектами (Кубрякова 1999б). Так, в оборотах типа «в комнате», «в ящике» проявляется употребление предлога с существительными, обозначающими прототипические объекты. В оборотах типа «в точке», «в центре» объект представляется лишенным всякого объема. Если же сравнить обороты «цветы в вазе» и «трещина в вазе», то в первом случае ваза мыслится как реальное вместилище, а во втором случае – в виду имеется только стенка вазы (Кубрякова 1999б:

10).

Исследуя и сопоставляя английский предлог in и русский предлог в, своеобразные корреляты французского dans, соотносящиеся с объектами, обозначающими вместилища, Е.В. Рахилина упоминает о том, что и в английском, и в русском языках возможны сочетания типа in the field / в поле (Рахилина 2000). В связи с этим фактом исследователь выдвигает предположение, что топология вместилища не является обязательной и даже не релевантна для сочетаний с данными предлогами.

Будучи основанными на непосредственном опыте, человеческие ассоциации, дают основу для образного представления, становятся базой для дальнейшей концептуализации. Таким образом, концептуализация референтного объекта в качестве вместилища полностью основывается на том, как его видит и осмысливает человек. Человек осознает себя как сущность, имеющую границы, и таким же образом воспринимает некоторые объекты, с которыми вступает в прямой контакт (Лакофф, Джонсон 1987). В представлении человека он сам и объекты вокруг него обладают определенной ориентацией относительно окружения, в котором они находятся.

Именно способность человека видеть окружающие его предметы и явления в качестве вместилища, непременно обладающего некими границами, позволяет по-новому рассмотреть семантику предлога dans.

Несмотря на разнообразные отношения между различными объектами, описываемые в сочетаниях с предлогом dans, семантика этого предлога указывает на то, что некий объект находится внутри, в пределах другого объекта (то есть трактуется через понятия «вместилище» и «границы»), различаясь каждый раз лишь степенью конкретности или абстрактности этих взаимоотношений.

3.2.3. Предлог dans – выразитель пространственных отношений Предлог dans изначально имел пространственное значение. Как упоминалось выше, согласно диахроническим исследованиям, сама этимология этого слова указывает на его исконную пространственную семантику. Dans всегда несет в себе понятие «внутри, внутрь», что характеризует все те сочетания, в которых он встречается, несмотря на то, что зависимыми словами предлога могут быть самые разные сущности. В составе именного сочетания предлог dans указывает на локализацию объекта в пространстве.

В предложном сочетании объект, обозначенный существительным, может быть представлен в виде любого из n-мерных измерений (трехмерного, двухмерного, одномерного). Для употребления предлога должна иметься определенная мотивация, некий геометрический идеал, передающий значение определенного концепта.

Тщательное исследование и анализ фактического материала показал, что в именных сочетаниях с предлогом dans зависимый компонент может представлять собой как трехмерный, так и двух- или одномерный объект. Данный факт позволил разделить именные сочетания с предлогом dans на три соответствующие группы: 1) dans в сочетании с именами, представляющими собой трехмерные объекты;

2) dans в сочетании с именами, представляющими собой двухмерные объекты, и 3) dans в сочетании с именами, представляющими одномерные объекты.

Отмеченное явление, на примере английского in, прослеживается в работе К.-Г. Линдквиста: «In встречается в контексте, подразумевающем нахождение зависимого компонента, пребывающего в состоянии покоя, либо в движении, внутри трехмерного объекта… Также можно встретить in в контексте, подразумевающем нахождение зависимого компонента в пределах двухмерного объекта, такого, как поверхность (surface), протяженное, широкое пространство (expanse), площадь (area)» (Lindkvist 1976: 14,27).

По мнению Е.Ю. Хрисонопуло, семантическая оппозиция «двухмерность/трехмерность» соответствует прагматическому противопоставлению «видимый/невидимый», иначе говоря, то, что находится внутри чего-либо, является одновременно скрытым от зрительного восприятия, лежащее же на поверхности, напротив, явно обращено к визуальной перцепции (Хрисонопуло 1999: 130).

Исследуя английский предлог, Б. Хокинс приходит к выводу, что in выказывает некоторую индифферентность к мерности (dimensionnalit) зависимого компонента (цит. по: Vandeloise 1986: 15).

Ученый говорит о естественных категориях (catgories naturelles), в которых различные употребления одного слова классифицируются согласно шкалам репрезентативности. Исследователь утверждает, что сочетания названий трехмерных объектов с предлогом in более естественны, чем те же сочетания, но с названиями двух- и одномерных объектов (Там же). Таким образом, получается, что способность объекта измеряться в нескольких направлениях играет косвенную, вторичную роль. Главным условием здесь будет являться способность объекта быть потенциальным вместилищем. Естественно, что трехмерные объекты будут наиболее полно соответствовать данному условию, чем двух- и одномерные.

К. Ванделуаз подтверждает эту мысль, говоря о том, что геометрические характеристики (то есть трех-, двух- и одномерность объекта) являются вторичными по отношению к функциональным признакам, которые он определяет как динамические связи между объектами, их взаимовлияние (Vandeloise 1986). С французским исследователем не согласны российские ученые О.Н. Селиверстова и Т.Н. Маляр, признающие важность учета функциональных связей, но считающие неоправданной вторичность геометрических характеристик в исследовании пространственных предлогов в связи с тем, что значение отдельных предлогов (например, above, below) исчерпывается этими характеристиками (Маляр, Селиверстова 1998).

Как правило, зависимым словом в сочетании с предлогом dans являются трехмерные объекты, а двух- и одномерные составляют скорее исключение из этого правила. Рассмотрим все случаи детальнее.

Dans в сочетании с именами, представляющими собой трехмерные объекты Данная группа сочетаний является самой обширной и передает значение расположения (местонахождения) одного объекта в другом.

Основу группы составляют понятия нахождения в пространстве, во всем, что имеет границы, то есть мыслится как ограниченное пространство, вместилище. Настоящая группа включает в себя сочетания предлога dans с именами, представляющими собой артефакты и естественные природные вместилища. В первую подгруппу включены прежде всего различного рода здания и сооружения (btiment, mansarde, maison, pice, restaurant), затем транспорт (train, carriole, voiture, avion), механизмы (mcanisme, appareil), предметы мебели (armoire, lit, fauteuil), предметы одежды (robe de chambre, jean, uniforme, costume, pyjama), обувь (bottes, pantoufles), коробки (bote, carton, corbeille papier), ящики (poubelle, tiroir), сумки (panier, sacoche, valise), сосуды (assiette, bac, baquet, bocal, bouteille, prouvette, verre), печатные издания, тексты (revue, livre, expos, presse), фильмы, картины и тому подобное.

Рассмотрим пример:

(1) Elle agite la main: «Eh oui, cinq pices pour une femme seule quand il y a tant de jeunes mnages qui vivent dans une mansarde ou chez leurs beaux-parents» (Sarraute, 32).

В данном случае предлог dans употреблен в сочетании со словом mansarde, означающим небольшую пристройку к крыше дома, представляющую собой трехмерное пространство, прототипическое вместилище.

В следующих предложениях явно прослеживаются пространственные отношения, выраженные с помощью предлога dans:

(2) a arrivait qu’il nous emmne djeuner avec lui le mercredi ou le dimanche dans un restaurant chinois et voir des endroits valant la peine d’tre vus (Forlani, 318);

(3) Il m’attendait dans la maison, seul dans la pice sombre;

il tait assis sur une chaise (Vian, 85).

В сочетаниях dans un restaurant chinois (2), dans la maison, dans la pice sombre (3) при помощи предлога dans выражены собственно пространственные отношения, обозначены конкретные пространственные ориентиры, точки пространства, ограниченные стенами некоего китайского ресторана, самим домом, комнатой.

В примерах (4), (5) ярко представлена способность человека видеть предметы одежды в качестве некоего вместилища, куда можно погрузиться, во что можно завернуться, что можно на себя натянуть, одним словом, то, внутри чего можно оказаться и что может послужить в качестве защитного покрова:

(4) Le spectacle du gros homme drap dans une robe de chambre de brocart, ses petits pieds cambrs dans des pantoufles de loutre, trnant au milieu de cette dbandade de victuailles, lui fit perdre un instant sa contenance (Tournier, 344);

(5) En attendant vigoureux, dgingand et souriant, debout dans ses vieilles bottes de western, entremlant ses ordres et ses conseils de termes anglais aussi machinaux – esprait-on – qu’inopportuns, Constantin semblait l’insouciance sur la terre (Sagan2, 12).

Способность человека условно воспринимать одежду, обувь в качестве контейнера, внутри которого он находится, обусловила возможность употребления dans с такими именами, как robe de chambre (4), pantoufles (4), bottes (5).

Имена, означающие печатные издания, и связанные с ними метонимическим переносом произведения, фильмы, произведения искусства и их авторы, также непосредственно воспринимаются в качестве вместилищ, что можно проследить на следующих примерах:

(6) Elisabeth Guigou tait la semaine dernire le sujet d’un reportage dans le magazine «Elle» (Le Point2, 12).

В примере (6) Элизабет Гигу явила собой главную тему репортажа, помещенного на страницах журнала. В связи с тем, что журнал, как правило, состоит из статей, «вбирает» их в себя, становится понятным образ вместилища в виде журнала и репортажа как объекта, помещенного в это вместилище (dans le magazine «Elle»).

В примере (7) С’est ce qu’il avait personnellement essay de dmontrer dans ce court roman dont Jean d’Halluin acquit les droits complets de publication sitt qu’il en eut pris connaissance par l’intermdiaire d’un ami (Vian, 9) речь идет о романе, который преследует некую цель. Всякое произведение создается для того, чтобы донести определенную идею, основную мысль, а значит представляет собой не что иное, как вместилище замысла автора. То же самое можно сказать и о нижеследующих примерах, где фильмы (dans les films de science-fiction) (8) и иконы (dans ses icnes) (9) являются вместилищами идей своих создателей:

(8) Mais comme a lui plaisait qu’ moiti d’avoir t aussi salement mchant avec ses cratures, il s’tait invent un clone comme dans les films de science-fiction (Forlani, 323);

(9) Dans ses icnes, Titien se plie merveille aux exigences de la cour sans rien cder de ses qualits picturales (Le Point1, 103).


Во вторую подгруппу, которую мы условно охарактеризовали как естественные природные вместилища, включено любое живое существо (homme, enfant, chien, oiseau), части его тела (veine, gorge, main, corps, ventre, yeux, bec), различные субстанции (eau, boue, poussire, marcage, sable), растения (branches, cyprs, fort, herbe, taillis), горы, скалы (combe, montagne).

Как упоминалось выше (см. пп. 1.3.2, 2.2), человек способен воспринимать себя и части своего тела, отделенные от внешнего мира поверхностью кожи, в качестве вместилища для реальных предметов, субстанций и мыслей, чувств, состояний и ощущений, ментальных процессов, что и отразилось в языке. Так, в примере (10) тело главного героя, человеческое тело, включая руки и ноги (dans mes bras, dans mes jambes, dans tout mon corps), послужило сосудом, вместилищем субстанции, точнее алкогольного напитка:

(10) Je repris un autre bourbon mon tour. Cela circulait fond dans mes bras, dans mes jambes, dans tout mon corps (Vian, 21);

в примере (11) такой субстанцией стали слезы, вместилищем для них – глаза (dans ses yeux) молодой женщины:

(11) Je voyais des larmes dans ses yeux, mais elle tenait bien le coup (Vian, 33).

Однако не только реальные, ощутимые и осязаемые предметы окружающей действительности могут оказаться содержимым человеческого тела. Так, в примере (12) автор даже затрудняется дать название этому феномену, который явно отличал лицо героини (dans le visage) от других лиц:

(12) Elle avait quelque chose d’panoui, de trs bon, de trs beau dans le visage (Sagan1, 12).

Подобное явление можно наблюдать в описаниях животных и птиц, когда человек переносит свойство тела как вместилища и на другие живые существа. Например, реальный предмет – une brindille – в определенной части тела птицы (dans son bec) (13) и абстрактная сущность – la force – в части тела лошади (dans sa croupe) (14):

(13) J’ai vu aussi un oiseau avec une brindille dans son bec, il devait aller se chercher de quoi se construire son nid (Forlani, 174);

(14) Au contraire, toute la force du cheval est dans sa croupe (Tournier, 350).

Указывая прежде всего на бесформенные типы материи, разного рода субстанции представляют собой определенную среду, подразумевают некую протяженность, область ее распространения, что, в целом, тоже направлено на передачу значения нахождения в некоторой материальной среде, то есть внутри субстанции. В примере (15) некоторая часть пространства, являющая собой своеобразный контейнер, представлена придорожной пылью (dans la poussire chaude de la route). При том, что явственных границ у пыли не имеется, герой, наблюдающий за сценой игры воробья, воспринимает ее в качестве вместилища:

(15) Il faillit pleurer d’attendrissement en voyant un moineau faire poudrette dans la poussire chaude de la route, et deux petits coliers se bousculer avec des rires en entrechoquant leurs cartables fixs sur leurs dos, comme des coquilles d’escargot (Tournier, 366).

В примере (16) машинное масло обволакивает шестеренки механизма, образуя тем самым замкнутое пространство (dans l’huile), воспринимаемое человеческим сознанием как вместилище:

(16) Il tomba lentement, sans faire d’autre bruit que le cliquetis des engrenages d’angle qui tournaient dans l’huile (Vian, 159).

Растения также способны выступать в качестве вместилища.

Рассматривая сочетание типа l'oiseau dans les arbres figs (17), мы не можем сказать, что птица находится внутри деревьев, но только во внутренней части контура (outline) (согласно терминологии А.

Херсковиц (Herskovits 1986)) ветвистой части дерева:

(17) Dj, l-bas, un oiseau, invisible dans les arbres figs, jetait un cri devant le jour, un cri tonn et plaintif qui faisait trembler de peur et de plaisir, comme certaines promesses (Sagan2, 183).

Крона дерева представляет собой некое трехмерное пространство, что позволяет описать положение объекта на ветке дерева как нахождение внутри этого пространства. Подобное явление можно наблюдать в следующих примерах, где ветви дерева (dans ses branches) (18), рощица и лес (dans un bois, dans les forts) (19) также являют собой некоторую замкнутую часть пространства, позволяющую представлять ее в качестве контейнера:

(18) Je venais m’tendre, les pieds contre le tronc, la tte gare dans ses branches que je voyais, tout en haut, osciller au vent (Sagan1, 59);

(19) Et je me suis retrouv dans un bois avec des arbres tellement serrs les uns contre les autres, tellement feuillus qu’il y faisait sombre comme dans les forts ogres des histoires que me racontait Mre-grand (Forlani, 176).

Горы, скалы, ущелья, пещеры являют собой вместилища. Еще древний человек искал в них убежища от своих главных врагов – диких зверей. Так, способность скал, ущелий, пещер и тому подобное служить в качестве закрытого пространства, некой защитной оболочки, места, где можно укрыться, спрятаться, обусловила возможность употребления dans в следующем предложении:

(20) La colre du grand veneur aurait eu des suites imprvisibles, si Oberforstmeister, prvoyant l’orage et connaissant la parade, ne s’tait ht avant la tombe de la nuit de le conduire quelques kilomtres de l, dans une combe peuple par de hautes bruyres et un fourr de petits coudriers presque impntrable (Tournier, 327).

Здесь ущелье выступило в роли ограниченного пространства (dans une combe), где поспешили затаиться охотники, поджидая диких оленей.

Итак, сочетания предлога dans с именами, представляющими собой трехмерные объекты, являют собой наиболее яркие примеры пространственного значения этого предлога.

Dans в сочетании с именами, представляющими собой двухмерные объекты В данную группу мы отнесли сочетания предлога с именами, обозначающими географические понятия (enclave, ville, Paris), открытые пространства, пространства без видимых глазу границ (champs, dsert, univers, air, ciel, lumire, crpuscule, pnombre, clairire), атмосферные явления (brume, brouillard, neige, pluie).

Имена, означающие географические понятия, являя собой некую часть пространства, оказываются для человека местом его нахождения, своеобразным контейнером. Однако в данном случае понятие вместилища отходит на второй план, уступая главенствующую роль другой важной составляющей пространства, а именно – понятию границы, предела. Нельзя сказать, что какой-либо регион (dans ces rgions) (21), страна (dans ton pays) (22), город (dans cette cit) (23) представляют собой вместилище в чистом виде. Здесь мы прежде всего выделяем некоторые границы, пределы, в которых находится объект.

Так, в примере (21) за героями следовала машина американского производства. Подобная модель высоко ценилась в таких регионах (dans ces rgions), как тот, где они ехали, богатых озерами и болотистыми местностями:

(21) Ils taient suivis par un de ces petits caissons automobiles amphibies, d’origine amricaine, trs apprcis dans ces rgions de lacs et de fondrires (Tournier, 570).

В связи с тем, что понятие границ в определении регионального пространства весьма условно, автор дает отличительную характеристику данной местности: затрудненная проходимость дорог, ввиду наличия многочисленных озер и болот. С помощью этой характеристики читатель определяет пределы данного пространства.

В случае примера (22) (22) Dans ton pays actuellement, il y a ceux qui tuent et ceux qui laissent tuer, c’est tout (Sagan2, 120) определение границ местности облегчается, поскольку речь идет о границах государства (dans ton pays), обозначаемых строго и четко, что исключает размытое понимание описываемого пространства.

В примере (23) речь идет о трудной жизни женщины в городе (dans cette cit), где все направлено во имя и ради войны, где нет места обычным человеческим чувствам, проявлениям человеческих слабостей:

(23) Il en vint ncessairement se demander quelle pouvait tre la place d’une femme – et de cette femme singulirement – dans cette cit tout entire axe sur la guerre, et dont l’esprit, promulgu de tout part tait de nature faire surir le lait de la tendresse humaine (Tournier, 384).

Здесь город представлен как вместилище ненависти к врагу, стремления убивать, уничтожать все живое.

Открытые пространства и пространства без видимых человеческому глазу границ, имеющие безграничные линейные и объемные параметры, способны восприниматься как нечто замкнутое, закрытое, имеющее некоторый, пусть невидимый, но предел. Это приводит к возможности употребления предлога dans в сочетаниях со словами типа pnombre (24), univers (25), lumire (26), air (27).

Так, в примере (24) автор, молодая женщина, описывает своего собеседника, точнее его лицо:

(24) Je voyais alors son visage au-dessus du mien, dans la pnombre, distrait et concentr la fois, comme un masque (Sagan1, 39).

Лицо, расположенное чуть выше лица автора, казалось одновременно рассеянным и сосредоточенным, было похоже на маску. И хотя оба, и автор, и собеседник, были окутаны полумраком полностью, девушка описывает только лицо как находящееся в этих сумерках (dans la pnombre), поскольку именно к нему было обращено ее внимание.

Несмотря на то, что нельзя определить, где начинается и где заканчивается пространство полумрака, данное явление выступило в роли вместилища для лица, создало для него своеобразную оболочку, очертило пределы, подчеркнуло контуры.

В примере (25) речь идет об одной недавно изданной книге английской писательницы:

(25) Mme si ce livre ne manquera pas d’tre incorpor comme un accessoire dans l’univers qu’il brocarde, il tmoigne du talent assez exceptionnel des Anglaises pour l’autocaricature: des romans d’Iris Murdoch jusqu’aux glissades djantes des fofolles… (Le Point3, 141).

Автор утверждает, что даже если произведение не будет по достоинству оценено читателями, то есть станет очередной второстепенной вещицей в этом мире (dans l’univers), над которым иронизирует писательница, само произведение уже свидетельствует об исключительном таланте писательниц-англичанок посмеяться над собой: начиная романами Айрис Мердок и заканчивая «записками сумасшедших». Мир (l’univers) предстает здесь в образе вместилища для людей, их взаимоотношений, деятельности и результатов этой деятельности, одним из которых и является только что изданное произведение.


В примере (26) говорится о напряженной обстановке в кругу собравшихся людей:

(26) Quelque chose d’effmin et de brutal tremblait dans la lumire qui annonait ou appelait l’orage et mettait en tout cas chacun mal l’aise… (Sagan2, 249).

В свете дня (dans la lumire) витало нечто тревожащее, грубое, жесткое, что предвещало бурю и вселяло в каждого присутствующего беспокойство и страх. Дневной свет представлен здесь как вместилище для абстрактной сущности, неопределенной субстанции, внушающей людям своей неопределенностью опасение и тревогу.

Подобным образом можно интерпретировать и пример (27).

Герой замечает, как нечто витает в воздухе (dans l’air), не похожее ни на запах эфира, ни на запах ванили. Это нечто воскрешает определенные воспоминания, которые вовсе не кажутся ему приятными:

(27) Quelque chose flottait dans l’air qui n’tait ni l’ther, ni la vanille mais qui voquait un peu les deux et leur combinaison tait trs dsagrable (Sagan2, 127).

Как и в предыдущем примере, воздух выступил в роли вместилища для неопределенной субстанции, вызвавшей в памяти героя «картинки» из прошлого, которые он предпочел бы забыть навсегда.

В связи с тем, что состояние окружающей среды представляет для человека непосредственную составляющую пространства, в котором он может оказаться, имена, обозначающие атмосферные условия, довольно часто встречаются в сочетаниях с предлогом dans. Явления окружающей среды мыслятся в качестве замкнутых объемов, когда некоторая часть пространства в определенное время находится в сфере воздействия атмосферных изменений, точнее внутри них. Пример (28) (28) Soudain je ne vis plus la mer que dans un brouillard (Sagan1, 77) демонстрирует туман в образе вместилища (dans un brouillard), ограниченного пространства, способного охватить, поглотить, окутать.

В роли объекта, охваченного туманом, выступает море. И хотя море окутано туманом не полностью, в сознании говорящего этот факт игнорируется, поскольку охватываемый взглядом участок моря поглощен полностью.

В примере (29) (29) Au loin brillent les feux du port, coupe-gorge cette heure tardive, dans une brume humide qui pourrait tre la fume du cauchemar (Le Point1, 64) сырой туман также представляется говорящему в образе некоего закрытого пространства (dans une brume humide), в котором можно спрятаться, затаиться. Так, говорящий предполагает, что в тумане затаилась какая-то опасность, угроза для жизни, тревожность;

все это видится говорящему способным обратиться в кошмар, страшное наваждение. Таким образом, туман служит вместилищем для опасности.

В примере (30) восточный ветер (le vent d’est) – контейнер – выступает в роли союзника – он охватывает знамена, раздувает и поднимает их:

(30) Dressez les tendards dans le vent d’est, Car le vent d’est les gonfle et les enlve (Tournier, 509).

Развевая знамена, ветер способствует поднятию духа, придает смелости, решительности людям, идущим за ними.

Данная группа не столь обширна, как предыдущая, однако вышеприведенные примеры отражают способность предлога dans передавать значение местонахождения одного объекта в другом в сочетаниях с именами, представляющими двухмерные объекты.

Dans в сочетании с именами, представляющими одномерные объекты Предлог dans употребляется в сочетании с объектами (реальными, либо воображаемыми), ассоциирующимися в человеческом сознании с прямой, либо изогнутой линией (alle, chemin, fleuve, ligne, rue, ruisseau), точкой. Представляется, что в данном случае на первый план вновь выступает свойство пространства иметь границы. В нижеследующих примерах имеется в виду тот факт, что любая линия (dans la ligne) (31), улица (dans la rue) (32) и тому подобное предельны, и именно в этих пределах и происходят события:

(31) Elle se prsenta mme avec une bonne volont touchante en bordure d’une petite clairire, dans la ligne de mire des chasseurs juchs une trentaine de mtres peine sur un mirador, construit la lisire des arbres (Tournier, 340).

В примере (31) линия прицеливания (la ligne de mire) представляется воображаемым ограниченным пространством, в пределах которого находится предполагаемая жертва охотников. Визуально линия прицеливания не являет собой закрытое пространство с некоторыми границами, тем не менее именно таковой она видится человеку.

Так же в примере (32) (32) Et il y a des petits comptables qui ont des petits lorgnons sur le nez, qui trottent dans la rue et qui sont l’honntet mme (Sagan2, 120) улица представлена ограниченным пространством, во внутренних границах которого находятся люди.

Описанные выше случаи представляют собой употребление dans в статическом контексте. Однако данный предлог также может быть использован и в динамическом контексте.

Глагол движения + именное сочетание с предлогом dans Предлог dans употребляется в сочетании с именем, представляющим собой некий пространственный ориентир, но не в качестве объекта-вместилища, а объекта, к которому максимально близко приближается субъект (donner un coup de pied dans un ballon), либо в него проникает (descendre dans la cave). Важное значение здесь будет иметь аргумент, стоящий в левой позиции от предлога, а так как это обычно глагол, обозначающий передвижение, перемещение вовнутрь, сочетания с dans передают значение направления, приближения, вхождения, помещения внутрь чего-либо. Так, в примере (33) мяч не являет собой вместилище, но объект-ориентир, на который направлено действие субъекта (dans un ballon). Нога говорящего не находится во внутренних пределах мяча, а только приближается на максимально близкое расстояние к нему:

(33) Je donnai un vague coup de pied dans un ballon abandonn contre le trottoir du prau (Tournier, 47).

В примере (34) речь идет о девушке, спускающейся в погребок (dans la cave):

(34) Elle tait partie lgre et enjoue, en me faisant de la main un petit signe goguenard avant de descendre dans la cave (Tournier, 194).

В данном случае описывается ситуация проникновения субъекта в объект-ориентир, который по существу представляет собой закрытое, ограниченное пространство, вместилище.

Таким образом, анализ фактического материала продемонстрировал способность предлога dans выражать пространственное значение, то есть указывать на нахождение одного объекта в другом независимо от n-мерности объекта и степени конкретности или абстрактности этих взаимоотношений. Наиболее ярко эта способность проявляется в сочетаниях предлога с именами, представляющими трехмерные объекты.

3.2.4. Предлог dans – выразитель временных отношений Dans очерчивает временное пространство, четко обозначая границы начала и конца действия, внутри которого происходит событие.

Сочетания с предлогом dans, выражающим временные отношения, включают в себя имена, обозначающие времена года, процессы, явления, моменты, периоды чего-либо, представляющие точное указание часа, числа, месяца, года, времени суток, некоего промежутка жизни (либо всей жизни в целом), указание на момент, который произошел в прошлом или произойдет в будущем.

Время года мыслится человеком как нечто, в чем можно оказаться, во что можно влиться, плавно перейти, и его употребление в сочетании с предлогом dans, предполагающим наличие содержащего и содержимого, это доказывает. Так, в примере (35) речь идет о затянувшейся осени:

(35) L’automne se prolongeait et le temps hsitait, semblait-il, basculer dans l’hiver (Tournier, 275).

Данное время года представляется одушевленным, способным сомневаться, колебаться. Зима же представлена как вместилище, пространство, в которое осень должна переместиться (dans l’hiver).

В примере (36) время года – весна – также представлено в качестве ограниченного пространства, вместилища (dans un printemps parisien), в котором оказались люди, описываемые автором:

(36) Il y avait mme un homme mari, une autre femme, tout un petit jeu de quatuor qui s’engageait dans un printemps parisien (Sagan1, 28).

Часто о каком-либо процессе говорят, что он захватывает, поглощает, затягивает, включает в себя, то есть может выступать в роли содержащего кого-то или что-то. Поэтому видится закономерным употребление предлога dans в предложении следующего типа:

(37) Dans une cure, la rgle d’associer librement induit une forme particulire de communication entre l’analysant et l’analyste, dont les effets rciproques peuvent tre dcrits… par une approche cognitive (Sciences Humaines, 53).

В данном случае речь идет о курсе лечения, который имеет определенные рамки, пределы (dans une cure). В этих рамках предполагается активное участие и аналитика, и его пациента для достижения наибольшего эффекта. Таким образом, процесс, а именно курс лечения, выступает в качестве вместилища определенной формы взаимоотношений доктора и пациента.

Время суток, не имеющее четких, определенных границ, но имеющее начало и конец, то есть некоторый предел, границы способно выступить в качестве контейнера. Здесь на первый план выступает важная составляющая понятия пространства – понятие границы – временной промежуток, который в примерах (38), (39) четко обозначен.

В случае примера (38) ночь являет собой тот временной промежуток (dans la nuit), в пределах которого президент принимает важное решение отстранить генерала от занимаемой должности и организует видеосъемку его ухода перед телекамерами, приглашенными во дворец:

(38) Dans la nuit, le prsident reprend sa dcision, suspend le gnral et organise son dpart devant les camras convoques au palais (Le Point1, 26).

Пример (39) представляет собой воспоминание говорящего о конкретном дне в прошлом. Этот день (dans cette journe) стал вместилищем для воспоминания о флаге со свастикой, единственным ярким событием, отпечатавшимся в памяти героя о том дне:

(39) Ce qui compte seul dans cette journe du 9 novembre Munich, c’est un drapeau, c’est le drapeau croix gamme des comploiteurs… (Tournier, 476).

В примере (40), временной промежуток, а именно утро (dans le matin), не имеет четких определенных пределов, широко понимается говорящим:

(40) J’tais allonge contre lui, dans le matin, et il dormait, sa hanche contre ma hanche (Sagan1, 55).

То же самое можно сказать и об определенном промежутке жизни кого-либо или чего-либо. В примерах (41), (42), где временные границы определены нечетко, каждый говорящий имеет свое представление о некоем периоде жизни и его пределах. Тем не менее слушающему понятно очерчиваемое говорящим «пространство»

времени. В случае примера (41) речь идет о мероприятиях в поддержку международных отношений, проведенных во Франции в послевоенные годы (dans les annes de l’aprs-guerre):

(41) Les initiatives de la France ont largement inspir la vie internationale dans les annes de l’aprs-guerre… (Le Point2, 65).

Хотя точная дата не указывается, временные рамки определены размыто, в сознании слушающего возникает образ послевоенной Франции: разрушенные города и села, голод, нехватка рабочей силы, общий экономический спад и так далее. Таким образом, приблизительность очерчиваемых границ временного промежутка не оказывает значительного влияния на общее восприятие смысла.

В примере (42) временные границы вряд ли осознаются самой говорящей:

(42) Dans ces moments de bonheur fou, j’avais l’impression d’arriver une vrit beaucoup plus vidente que les pauvres petites vrits rabches de mes tristesses (Sagan1, 27).

Речь ведется от лица молодой женщины, понимающей в моменты безумного счастья (dans ces moments de bonheur fou) ничтожность своих печалей, идей, вызванных меланхолическим состоянием, по сравнению с самой очевидной истиной, подсказанной героине любовью. Трудно определить, когда начинались и когда заканчивались эти счастливые моменты, в сознании молодой женщины они просто имели место и неважно, сколько они продолжались.

Жизнь осознается людьми как реальное «вместилище», наполненное теми или иными событиями, людьми, предметами, явлениями. В примере (43) речь идет о роли образования в жизни молодых людей:

(43) Mais, aprs tout, si l’cole ne peut plus jouer sur des finalits culturelles largement partages, elle peut toujours en appeler l’utilit des tudes puisque les diplmes sont de plus en plus ncessaires l’entre dans la vie active (Sciences Humaines, 22).

Автор затрагивает тему нежелания некоторой части молодежи получать высшее образование. В том случае, когда традиционные доводы в пользу последнего (вроде того, как важно состояться духовно и культурно развитой личностью) не срабатывают, всегда можно сослаться на то, что наличие диплома становится все более и более необходимым при вступлении во взрослую, активную жизнь (dans la vie active). Взрослая жизнь здесь, очевидно, понимается как самостоятельный (в первую очередь, в финансовом отношении), независимый от кого бы то ни было образ жизни, предполагающий полный отчет в собственных поступках и решениях. Таким образом, взрослая жизнь представляет собой вместилище для состоявшихся личностей, готовых взять на себя определенные обязательства.

Очень часто предлог dans, употребленный в сочетании с именем, означающим секунды, минуты, часы, дни, года, выражает то, что некоторое событие будет иметь место в будущем, то есть охватывает временной интервал будущего, которое случится по истечении некоторого срока. Данный факт можно проследить на примерах (44), (45), (46).

В примере (44) речь идет о весне одного года, которая была отмечена в жизни героя неким событием:

(44) Le printemps fut marqu pour Tiffauges par un incident qu’on oublia au camps dans les vingt-quatre heures, mais qui modifia l’image qu’il se faisait de lui-mme et de son destin en Prusse-Orientale (Tournier, 287).

На героя это событие произвело неизгладимое впечатление, изменило представление о себе самом и его дальнейшей судьбе. В лагере же, где жил в это время герой, все позабыли об этом событии уже через двадцать четыре часа (dans les vingt-quatre heures). Временной отрезок, в пределах которого круто изменилась жизнь человека, занял двадцать четыре часа. По окончании этого интервала все забыли о произошедшем событии, кроме героя, который с этого момента начал новую жизнь.

В примере (45) в ожидании нового года герой констатирует факт, что через несколько мгновений (dans quelques instants) начнется 1939-й год:

(45) Dans quelques instants l’anne 1939 va commencer (Tournier, 159), то есть по истечении очень короткого временного отрезка, состоящего из нескольких секунд, куранты пробьют полночь и наступит новый год.

Подобным образом можно истолковать пример (46):

(46) Notre examen est dans deux mois, dit Bertrand (Sagan1, 8).

Герой сообщает, что экзамен состоится через два месяца (dans deux mois), то есть по окончании временного интервала, равного двум месяцам.

Итак, предлог dans выступает выразителем временных отношений, указывая на пределы начала и конца действия, в рамках которого происходит то или иное событие, и охватывая временной интервал будущего, которое случится по окончании некоторого срока.

3.2.5. Предлог dans – выразитель пространственно-временных отношений Предлог dans, изначально призванный выражать пространственные отношения, при функционировании языка может приобретать иной категориальный статус, в частности, временной, и применяться как в наглядном, так и в отвлеченном смысле. Однако поскольку зачастую представляется невозможным провести грань между этими двумя наиважнейшими для человека сферами, возникло такое понятие, как синкретизм, означающее одновременное выражение пространственных и временных отношений. Рассмотрим пример (47):

(47) Je ne croyais pas au merveilleux sourire humain, dans l’autobus, ni la vie palpitante de la rue et je n’aimais pas Bertrand (Sagan1, 56).

Речь ведется от лица молодой женщины, едущей в автобусе и размышляющей о жизни, любви, взаимоотношениях мужчин и женщин, о собственной судьбе. Нельзя однозначно заявить, что сочетание dans l’autobus носит чисто пространственный характер, либо временной.

Сочетание можно интерпретировать и как «в месте, называемом автобус», и как «в то время, когда ехала в автобусе». То же самое с остальными примерами.

В примере (48) (48) Benjamin, quand il s’est assis ct de moi dans le mtro qui nous emmenait visiter le muse de la Marine, je lui ai rpondu rien de ce qu’il me disait… (Forlani, 207) речь ведется от лица мальчика Валентина, едущего в метро (dans le mtro) со своим спутником Бенжаменом. Тот задает какие-то вопросы мальчику, но мальчик не желает отвечать. Как и в предыдущем случае, можно дать неоднозначную интерпретацию сочетания dans le mtro: 1) Валентин не желал общаться со своим спутником в конкретном месте, пространстве, именуемом «метро»;

2) мальчик игнорировал вопросы Бенжамена во временном промежутке, ограничиваемом поездкой в метро, то есть в тот отрезок времени, когда они ехали в метро.

Явление синкретизма пространства и времени наблюдается и в примере (49):

(49) Dans ce bistrot, ils essayaient de singer le grand genre, et a donnait des rsultats comiques (Vian, 96).

Речь идет о молодых людях, которые, находясь в бистро (dans ce bistrot), проводили свободное время в забавах, подражая некому великому жанру, что давало комические результаты. Сочетание dans ce bistrot в данном контексте можно истолковать следующим образом: 1) события развивались в месте, называемом «бистро», пространстве, ограниченном стенами заведения, или 2) события происходили в тот промежуток времени, когда молодежь находилась в бистро.

В примере (50) герой размышляет о своей мнимой гибели в катастрофе (dans la catastrophe) (при пожаре в колледже):

(50) J’y trouvai une satisfaction morose, envisageant sans crainte ma propre disparition dans la catastrophe (Tournier, 101).

Здесь также нельзя дать однозначную трактовку сочетания dans la catastrophe. Можно сказать, что исчезновение героя произошло в определенном месте, в конкретном пространстве, где случилась катастрофа. Также можно заявить, что герой исчез во время случившейся катастрофы, то есть в конкретный промежуток времени, в тот момент, когда бушевал пожар.

Следующий пример (51) является продолжением предыдущего:

(51) C’est lui galement qui dtient le secret de l’obscure complicit unissant mon destin et le cours gnral des choses, cette complicit qui s’est manifeste pour la premire fois dans l’incendie du collge Saint-Christophe… (Tournier, 116).

Герой думает о человеке, знающем его тайну и хранящем этот секрет.

Эта тайна делает их сообщниками, соучастниками, что впервые проявилось в тот день, когда случился пожар. Сочетание dans l’incendie можно истолковать как: 1) солидарность проявилась именно в том месте, где произошел пожар (пространственная интерпретация);

2) сообщничество проявилось именно в тот момент, в тот временной промежуток, когда случился пожар (временная интерпретация).

Анализ вышеприведенных примеров обнаруживает явление синкретизма, то есть способность предлога dans неразрывно выражать пространственные и временные отношения, и еще раз подтверждает необходимость знания контекста для выявления того или иного значения исследуемой единицы.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 18 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.