авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО

СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РСФСР

К а л ин ин г ра дс ки й г осударственный университет

КАНТОВСКИЙ СБО РН И К

М еж ву з ов с ки й

тематический сборник

научных трудов

К ал и н и н г р а д

1987

К а н т о в с к и й с б о р н и к : Межвуз. темат, сб. науч. тр./Калинингр.

ун-т. Калининград, 1987. Вып. 12. 128 с.

В сборнике, подготовленном кафедрой философии, рассматриваются важ­ нейшие проблемы кантовской философии: соотношение вещи в себе и ноу­ мена, категории и предикабилии, априоризм и эмпиризм, а также различ­ ные аспекты интерпретации философии Канта от Ф. Гердерлина и В. фон Гумбольдта до Ч. Пирса и Э. Гуссерля. Впервые в переводе на русский язык публикуется памфлет И. Канта «О том, как фабриковать книги (Два письма господину Фридриху Николаи)».

Предназначен для специалистов по философии и истории философии, а также всех интересующихся проблемами истории науки и культуры.

Редакционная коллегия Л. А. КАЛИННИКОВ, д. ф. н., профессор (Калининградский универ­ ситет) — отв. редактор;

А. В. ГУЛЫГА, д. ф. н., профессор (Институт философии АН СССР);

В. А. ЖУЧКОВ, к. ф. н., (Институт философии АН СССР);

И. С. НАРСКИЙ, д. ф. н., профессор, заслуженный деятель науки РСФСР (АОН при ЦК КПСС);

Г. В. ТЕВЗАДЗЕ, д. ф. н., профессор (Тбилисский университет);

И. С. КУЗНЕЦОВА, д. ф. н.„ доцент (Калинин­ градский университет) — отв. секретарь.

КАНТОВСКИЙ СБОРНИК Межвузовский тематический сборник научных трудов Выпуск Редактор В. И. В а с и л ь е в а. Технический редактор JI. Р. К а р п е к о.

Корректор А. М. П а в л о в а.

Сводный план 1987 года, поз. 44.

Сдано в набор 03.03.87. Подписано в печать 22.12.87. КУ 02800. Формат 60X90‘/i6. Бумага для глубокой печати. Печать высокая. Гарнитура «Лите­ ратурная». Уел. печ. л. 8,0. Уч.-изд. л. 7,93. Тираж 700 экз. Заказ 1212.

Цена 1 руб.

Калининградский государственный университет, 236041, г. Калининград обл., ул. А. Невского, 14.

Типография издательства «Калининградская правда», 236000, г. Калининград обл., ул. Карла Маркса, 18.

© Калининградский государственный университет, СТАТЬИ «В ещ ь r с еб е » и «ноум ен » в «Критике практического р а зу м а »

И. С. Н а р с к и й ( А О Н пр и Ц К К П С С ) Р ассм отрен и е темы, у казан н о й в н азван ии данной статьи, помож ет прояснению особенностей общего кантовского п он и м а­ ния этих двух понятий.

Но начнем с р а зб о р а уроков споров об этих понятиях, проходивших в недавние годы среди советских кантоведов. Н а Вторых кантовских чтениях (1977) в этой связи произош ла о ж и в л е н н а я дискуссия. Конечно, о вещи в себе в системе философии К ан та д ав н о у ж е возни кла зн ач и тель н ая л и т ерату ра, и идеи, заф и кси р ов ан н ы е в ней, в той или иной мере, естественно, всплывали, хотя бы косвенно, и в ходе д и с ­ куссии. Зд ес ь мы ограничимся тем, что напомним о сод ерж ан ии статей, которы е были опубликованы на страни ц ах «К антовского сборника» и о б суж д ал и сь в нем. С татьи эти про до л ж и л и д и с ­ куссию, состоявш уюся на Ч тениях 1977 г., п р и м ы к ая к н а в е я н ­ ным его идеям.

Л. А. А б рам я н подчеркнул (1978), что К ан т оперировал д вум я в ар и ан там и понятия о вещи в себе,— к а к реального, но непознаваемого предмета, и к а к только логически возможного предмета мысли. С сы л аясь на это смысловое раздвоение, автор приш ел к следую щ ему выводу: «Ноумен, на наш взгляд, я в л я ­ ется одной из ролей вещи в себе. Н о именно потому, что это только одна из многих ее ролей, вполне сп раведливы м и п р ед ­ ставл яю тся все в о зр аж е н и я против сведения понятия о вещи в себе к понятию ноумена. Однако, с другой стороны, трудно согласиться с тем, будто вещ ь в себе настолько отлична от ноумена, что прямо противостоит е м у » 1. Автор сп раведли во отверг это «противостояние» к а к не соответствующ ее духу к а н ­ тианства и х а р а к тер и зу ет ноумен к а к умопостигаемую (м ы сл и ­ тельную) сущность в негативном см ы сле (см.: 3, 309)*. Это понятие проводит дем аркац и о нн ую линию м е ж д у познаваем ы м и непознаваем ы м, одновременно и у т в е р ж д а я агностицизм и п р ед охр ан яя науку от теологических спекуляций. С о г л а ш ая сь с отрицанием сведения понятия о вещи в себе к понятию ноу­ мена, автор был солидарен тем самы м с исходной позицией Т. И. О й з е р м а н а 2, но отклонил его вывод о «противостоянии», т. е. о резком различии, м е ж д у вещью в себе и н о у м е н о м 3.

* З д е с ь и д а л е е в с т а т ь я х сб о р н и к а ссы лки н а сочин ени я И. К а н т а по и здан ию : К а н т И. С очинения: В 6 т. М., 1963— 1966 — д а ю т с я в тек сте в кр у гл ы х с к о б к а х (ц и ф р а д о за п я т о й о зн а ч а е т том, после за п я т о й — с т р а ­ н и ц у ).

Е. П. Ситковский р азв и л на стр ани ц ах «К антовского сб ор ­ ника» (1978) мысль, что «Кант, к а к правило, берет понятия вещи в себе и ноумена к а к р а в н о з н а ч н ы е » 4, хотя некоторое отличие все ж е намечается, и состоит оно в том, что «понятие вещи в себе более в ы я вл я ет объективность вещи в себе как независимой от Я и в то ж е врем я н еп ознаваем ой сущности, а понятие ноумена подчеркивает наш у возм ож ность р а с с у ж ­ д а т ь о вещ а х в себе...» Интересную трак то вк у выдвинул Л. А. К алинников в д е с я ­ том «К ан товском сборнике» (1985). С делав допущение, что вещ ь в себе к а к источник аф ф ин и ровани я чувственности есть совокупность всего возможного о п ы т а 6, он переместил ее ч а ­ стично тем самы м из трансцендентного в трансцендентальны й мир и сузил сферу кантовского агностицизм а до отношения к сверхчувственным о б ъек там в виде бога, души и свободы воли.

Автор опирается в своих рассуж д ен и ях еще на одно, глубинное, допущение, а именно, что мож но пренебречь р азли чи ем м еж д у полной совокупностью возможного опыта, полным синтезом (абсолю тной целостностью) всего опыта и абсолю тным един­ ством условий сущ ествования всего опыта ка к целого. А р а з ­ личие это у К ан та все же, полагаем, есть: если первое из этих понятий относится к области имманентного воздействия т р а н с ­ ц ендентального на чувственное, то второе и третье понятия — к области идей чистого р азу м а в их устремленности на т р а н с ­ цендентный мир. Что касается суж ения сферы действия к а н ­ товского агностицизма, то любопытно, что в р а м к а х з а щ и щ а е ­ мой в статье Л. А. К али нн и кова трактовки вещи в себе су ж е ­ ние это происходит при регулятивном оперировании совокуп­ ностью всего возмож ного опыта (вещ ь в себе при таком подходе все более п озн а ва ем а и все более п риобретает статус вещи д ля н а с ) 7, тогда ка к при акценте на конститутивный смысл этой совокупности она не м ож ет быть в с я охвачена познанием и никакого суж ения сферы агностицизм а не происходит (вещь в себе все-таки остается вещью в с е б е ) 8.

В нашей статье (1979) проводилась мысль, что в сочинениях К ан т а «вещь в себе» выступает в четырех основных значениях, из которых первых д в а связан ы с деятельностью рассудка, а д в а последних — с активностью р азу м а. Согласно первому (1) значению, окончательно утвердивш ем уся во втором издании (1787) «Критики чистого разум а», вещи в себе — это реально существующие, но неп ознаваем ы е в принципе внешние о б ъ е к ­ т ы, возбудители ощущений субъекта. По своему второму (2) значению, вещь в себе — это все то, что вообщ е в принципе непознаваемо. Тем самы м этим понятием области познаваем ого противополож на область непознаваемого, и поскольку в непо­ зн ав аем о м здесь не у к а зы в ае тся абсолю тно ничего определен­ ного, то в этом своем значении вещ ь в себе «есть пустая, б е з­ ж и зн ен н а я а б с т р а к ц и я » 9. Третье (3) значение «вещи в себе»

у к а зы в а е т на п редполож и тельн ы е Духовные с у б ъ е к т ы, как-то тран сц ен ден тная душ а, о б л а д а ю щ а я свободой воли, и вы ­ двигаем ы й в качестве частной гипотезы бог. Здесь возникает «представление о вещи, о которой мы не мож ем с к а за т ь ни то, что она возм ож н а, ни то, что она невозможна...» (3, 332).

И наконец, четвертое (4) значение о б ъем лет собой всю об ласть и деалов ка к только регулятивно достигаем ы х ценностных целей человеческой д е я т е л ь н о с т и 10. И. С. К узнецова усм атри вает в этих разли чн ы х значениях понятия вещи в себе ступени еди­ ного процесса расш и рен ия со д ер ж ан и я этого п о н я т и я 11.

Что к асается ноуменов, то они, согласно наш ем у пониманию К ан та, не п ред став л яю т собой какую -то одну из «ролей» вещи в себе. Ошибочно и полагать, будто «ноумен» есть понятие, достаточно самостоятельное, почти независимое, а тем более противостоящ ее вещи в себе. В ещ ам в себе в к а ж д о м из всех четырех их значений соответствуют их ноумены к а к п о н я т и я о в е щ а х в с е б е. С онтологическими понятиями вещей в се­ бе соотносятся гносеологические понятия ноуменов. М ож н о ска зать, что ноумен не есть только негативное, но отчасти т а к ж е и позитивное понятие, поскольку ноуменами учиты ваю тся вещи в себе т а к ж е и в значении (1), которые, по Канту, определенно сущ ествуют п олож ительны м образом. Но все-таки ноумены о б ­ л а д а ю т в основном лиш ь негативным содерж ан ием, поскольку они сугубо неинформ ативны. Особенно это видно на м а т ер и ал е вещи в себе в значении (2), ибо ее ноумен — это понятие самой принципиальной г р а н и ц ы познания (здесь хорошо видно и отличие ноумена от вещи в себе, ибо она в дан ном случае есть понятие предела этой области, что, конечно, не одно и то ж е ) 12.

Р азум еется, понятие ноумена отгран и чи вает не себя от вещи в себе, но вместе и себя, и вещ ь в себе от сферы познания.

Н оумены к а к понятия подчеркиваю т и угл убл яю т к а н т о в ­ ский агностицизм, хотя в случае (3) значения вещи в себе К а н ­ том нам ечена возм ож н ость выведения из-под действия прин­ ципа агностицизма по крайней мере понятия «бог». Но какого выведения? Н а самом деле, бог, по Канту, это не н е п о зн а в а е ­ мый предмет, а только практически полезное допущ ение, не более. Это одна из ц ен тральны х мыслей «Критики п р акти ч е­ ского р азу м а » (см. 4( 1), 459): значит, сох ра н я я статус ноумена, «бог» нач ин ает утрач и вать статус вещи в с е б е 13. И если с р а в ­ нить м еж д у собой по крайней мере первых три значения вещи в себе (из которых первое к а к у к а зан и е на действительны е внешние о б ъ е к т ы мож но считать исходным и в этом смысле несколько « п ривилегированны м »), то мы зам ети м в этом ряду тенденцию к усилению не только регулятивности, но и ноуме нальности.

Так, при переходе к значению (2) вещи в себе «...наш р а с ­ судок, приобретая негативное расширение, т. е. н а зы в а я вещи в себе (р а ссм а тр и ва ем ы е не к а к явл ен и я) ноуменами, он о к а з ы ­ вается не ограниченным чувственностью, а скорее огран и чи в аю ­ щим ее» (3, 311). А переход к значению (3) доводит ноуме нальность, к а к мы только что отметили выше, т а к сказать, до ее самоотрицания: «бог» — это, собственно г о в о р я, д а ж е не ноумен, а только у с л о в н а я г и п о т е з а о боге-ноумене, ко­ торую м ож но и опустить, ибо вполне достаточной зам еной ей яв л я е т с я с а м а в е р а людей в бога.

За м ет и м, что, критикуя понятие вещи в себе у К ан та без р а зл и ч е н и я значений (1), (2) и (3), Л. Ф ейербах, к с о ж а л е ­ нию, не принял во внимание того, что в случае значения (3) К а н т з а с л у ж и в а л и некоторой похвалы, ибо мысленной су щ ­ ностью, а не р еальностью он, Кант, здесь считал у ж е не м а т е ­ рию, а бога. Н о в целом Фейербах, н а п р а в л я я острие своей критики против агностицизм а К а н т а именно в см ы сле о т р и ц а­ ния познаваемости реального м атер и ал ьн о го мира, был прав, что и отмечает В. И. Л енин: «Ф ей ер б ах уп рекает К а н т а за о т­ ступление от м а т е р и а л и зм а » 14.

Р езю м и р у я все сказан н о е выше, мы п олагаем, что вправе повторить наш и слова из статьи 1979 г.: «вещь в себе» «в своих «менее» агностических зн ачен иях имеет сл аб о в ы раж ен н у ю тенденцию отхода от зн ачен ия терм ин а «ноумен», но н е более т о г о » 15. Во втором значении терм ина «вещь в себе» налицо противоп о л ож н ая тенденция к сближению.

О б рати м ся теперь непосредственно к «К ритике пр акти ч еск о ­ го разум а». Особенности использования К антом терминов «вещь в себе» и «ноумен» в этом произведении связан ы не только с тем смыслом, который он п ридает здесь понятию бога к а к г а ­ р ан та морали, но и с тем содерж ан ием, которое он, Кант, в к л а ­ д ы в ае т здесь в понятие свободы.

Во Второй «Критике...» понятие свободы р ас см а тр и в ае тся К антом в нескольких р азн ы х р ак у р сах, в зависимости от хода основного рассуж д ен и я. М ы встретим здесь «свободу» ка к тран сц ен д ен тальную способность познаю щ его р ас су д к а к а п р и ­ орной деятельности. Здесь и свобода в ином смысле, к а к осо­ знание человеком необходимости того или иного поведения в мире явлений. Д р у г о е значение «свободы» — это способность человека к произвольны м поступкам в эмпирической среде. З а пред ел ам и «Критики практического р а зу м а » остается п р и зн а ­ в а е м а я К антом эстетическая свобода художественной д е я т е л ь ­ ности гения. Есть, зам етим, у К ан та и понятие свободы ка к «возмож ность поступков, которыми не н а р у ш а ет ся чье-либо право» (6, 267).

Н о главны й смысл понятия «свобода» в «К рити ке п р а к т и ­ ческого р аз у м а » — это, конечно, свобода в трансцендентном ее значении, а искать ее следует, согласно Канту, в глубинах тран сц ен ден тального «я». Т р ан сц ен д ен тал ьн ая пр акти ч еск ая свобода сов п ад ает с трансцендентной. И вообщ е в тран сц ен ­ дентал ьном мире человеческого сознания, мы слящ его о морали и стрем ящ егося ее р еали зовать, трансц ен д ен тал ьное и т р а н с ­ цендентное (ноуменальное) см ы каю тся и сливаю тся воедино, хотя это не означает, разум еется, будто у К а н т а тран сц ен д ен ­ тал ьн о е и трансцендентное вообщ е суть одно и то же.

Д ей ствие трансцендентной свободы -позволит, по Канту, «нам спастись (sich w ider die A ntin o m ie zu r e tt e n ) » (4, (1), 313) от центральной антиномии этики, т. е. обеспечит р а з р е ­ ш ение коллизии свободы и причинной необходимости, а значит, создаст главную п редпосылку д л я морального поведения в э м ­ пирическом мире. Однако, к а к это возм ож но по сущ еству д ела?

Ведь трансцендентный мир, где обретается м о р а л ь н а я свобода, котор ая д аст силу человеку следовать велению д олга вопреки грубо эгоистическим, меркантильно расчетливы м и к а п р и зн о ­ произвольны м побуж дениям, не имеет связи с миром эм пи ри ­ ческим. Мир вещей в себе и мир явлений не имеют «стыковки»:

ссылка К ан та на то, что эта «сты ковка» осущ ествляется че­ рез р еальность действия времени в мире явлений и особую идеальность времени при ориентации его на мир вещей в себе, слишком искусственна. К ан т полагает, что практический разум в отношении действия м орального и м п ерати ва «не признает никакого р азл и чи я во времени и сп раш и в ает лиш ь о том, при­ н а д л е ж и т ли мне это событие к а к поступок, и в таком случае м орально св язы в ает с ним это ощущение, когда бы ни п роизо­ шло событие — теперь или д ав н ы м давно» (там же, с. 428).

И д еа ль н ость времени в приложении ее к моральной п р акти ке р авн оси льн а зам ен е времени вечностью. Н о это ничего не д ает д л я укрепления воли человека следовать в конкретном потоке времени призы ву морального долга. Вневременность м и ра в е­ щей в себе не в состоянии п о д д ер ж ать м оральн ую п ракти ку в эмпирической жизни, антиномия практического р а зу м а остается к ам н ем преткновения: д л я того, чтобы в реальной жизни люди могли себя вести подлинно морально, свобода из мира ноуменов д о л ж н а проникать в мир феноменов, однако «из понятия свобо­ ды ничего нельзя объяснить в явлен и ях (руководящ ую нить всегда д о л ж ен здесь составлять м еханизм природы )...» (там же, с. 346). Но антиномия, в которой свобода к а к вещь в себе уск ользает от ноуменального ан ал и за, все-таки требует своего разреш ен и я.

И так, к а к ж е обосновать проникновение свободы к а к вещи в себе в мир явлений? Что п о б у ж д а ет нас, по К анту, вести се­ бя м орально в эмпирическом мире? К ан т начинает подходить к ответу на вопрос через п реоб разов ан и е антиномической си­ туац и и «свобода необходима д л я мира явлений и свобода д л я этого мира бесполезна (и н ев о зм о ж н а )» в иную. Эта иная а н ­ тином ическая ситуация так ова: невозможно, чтобы ж е л а н и е «счастья» (точнее был бы перевод: « б л а ж ен ств а духа», в под­ линнике стоит G ltickseligkeit) было побудительной основой стремления к добродетели, ибо обусловленность « ж елани ем V e r l a n g e n ) » «счастья», расчетом на него ведет к падению с а ­ мого принципа безусловности морали;

но и д обродетель са м а не м ож ет привести к т а к о м у счастью (хотя бы это и не было связан о с п ред варительн ы м к нему стремлением или о ж и д а н и ­ е м ), так к а к вещ ь в себе не м ож ет быть причиной эмпирически эмоциональны х состояний (см. там же, с. 445). В этом виде коллизия практического р а зу м а у К ан та выступает к а к сл ед ­ ствие противоречия м е ж д у свободой и причинностью, то есть.третьей антиномии из «Критики чистого разум а».

Ф орм а реш ения антиномии практического р азу м а д о л ж н а отли чаться от реш ения антиномии свободы и причинности: ведь если д инам ические антиномии чистого р а з у м а преодолеваю тся посредством «разведения» их сторон в мир вещей в себе и в мир явлений, то антиномия практического р а зу м а д о л ж н а быть, со­ гласно зам ы слу, преодолена, наоборот, через «переброску мос­ тика» от вещей в себе к явлениям.

Д л я построения этого «мостика» К ан т соверш ает то, что мы н а зв а л и бы психологической перестройкой антиномии. Н а место ж е л а н и я », или « требования) (V e rla n g e n )», он ставит н ад еж д у на то, что е с л и бог существует, или, иначе говоря, е с л и мы не будем п р и зн ав ать «сущ ествование в этом мире, (т. е. в мире явлений.— И. Н.) за единственный способ сущ ествования р а ­ зумного сущ ества» (там же, с. 446), или, иначе говоря, е с л и бог м о ж е т сущ ествовать, то полож ение о том, что д о б р о д е­ тел ь н ая п р акти ка не м ож ет вести к счастью, у ж е не о к а ж ет с я безусловно лож н ы м. И т а к, одним из побуж дений вести себя морально, д о л ж н о стать у ж е не тож дество свободы воли и нравственного зак о н а (см. 4, (1), 290), а регулятивное о ж и д а ­ ние счастья ка к очень отдаленного в о зд а ян и я за н равственное поведение. «Вот почему и мораль, собственно говоря, есть уче­ ние не о том, ка к мы д о л ж н ы с д е л а т ь себя счастливыми, а о том, к а к мы д о л ж н ы стать д о с т о й н ы м и счастья» (там же, с. 462). А к этому присоединяется и другой психологический стимул м оральн ого поведения: чувство удовлетворенности со­ бой, когда человек осознает, что ведет себя подлинно морально.

Но что ж е получается в итоге? При решении этической антино­ мии Кант, по сути д ела, пусть вопреки собственному зам ы слу, пришел к исключению проблем ы свободы : ни к а к вещ ь в себе, ни к а к ее ноумен она у ж е больш е не фигурирует. М есто к а т е ­ горического им ператива за н я л и при этом зав у ал и р о в ан н ы е проблем атически-практические императивы. Отсю да смягчение велений д олга в «М етаф изи ке нравов» К анта.

С другой стороны, регулятивное ож и д ан и е счастья влечет за собой вновь проблем у сущ ествования бога к а к га р а н та оправданности такого ож и д ан ия. Вновь возникает вопрос о введении трансцендентного бытия в имманентное п ракти ч еско­ му опыту сод ерж ан ие. Мы у ж е писали о том, что д л я гаранти и м орали имеет значение, согласно Канту, не бог и его бытие или небытие, но только в е р а лю дей в то, что он сущ ествует и сущ ествует так, к а к г аран ти р ует в оздаян и е за доброд етел ьн ое п о в е д е н и е 1б. Н е мы первые, кто это зам ети л. Н апом ним и то, что Кант, вслед за Гоббсом и Спинозой, се кул яри зи р овал по­ нятия «счастья» и «святости». Что такое все-таки «счастье» или «б лаж ен ство д уха» по К анту? Это такое душ евное «состояний разум ного сущ ества в мире, когда в с е в его сущ ествовании п р о и с х о д и т согласно его воле и ж елани ю » (там же, с. 457).

Но подлинно р а зу м н а я воля н а п р а в л я е т человека на исполне­ ние долга, так что «счастье» асимптотически стремится к с л и я ­ нию с моральностью в поведении. «П оэтому обеспечить -себе свое счастье есть долг» (4, (1), 234). С частье тяготеет и к со­ впадению со «святостью», а «само ч е л о в е ч е с т в о в наш ем лице д о лж н о быть д л я нас с в я т ы м, так к а к человек есть с у б ъ е к т м о р а л ь н о г о з а к о н а, стало быть, того, что с а ­ мо по себе свято, ради чего и в согласии с чем нечто вообщ е м ож ет быть н азв ан о святым (там же, с. 465— 466). И вот что важ н о: ни «счастье», ни «святость» не сохраняю т оттенка вещи в себе, хотя они и возвы ш аю тся н ад эгоистическими п о бу ж де­ ниями и причастны к тран сц ен д ен тальном у миру субъекта, по­ добно всем другим идеал ам, которы е К ан т относит в р а з р я д вещей в себе в значении (4). Так, наприм ер, «...совершенное п р а в о в о е у с т р о й с т в о у людей — это вещ ь в себе» (4, (2), 302).

Зам ети м, что в «К ритике практического р азу м а » К ан т в о ­ обще более часто у п отребляет термин «ноумен», а не «вещь в себе», поскольку говорится о «вещи в себе» в значении (3).

И только в одном случае (там же, с. 424) захо д и т здесь речь о вещи в себе не ка к о том, что аф ф ин и рует наши ощущ ения, а к а к о том, что есть сущность человеческого духа. В «К ритике практического р азу м а » господствует понятие ноуменальной причины c a u s a n o u m en on (см. там же, с. 377). Н а ш е «я» (ду­ ш а) и внеположное интеллигибельное Существо — это ноумены к а к понятия о м ы слительны х сущ ностях (см. там же, с. 427 и 432). Попутно за т р а г и в ае тся понятие бога в онтологическом, но весьма проблематическом, деистическом п лане к а к в о з м о ж ­ ного творца природы (там же, с. 446, 458, 474) и к а к «сущ ества самого по себе (eines W esens an sich s e lb s t)» (там же, с. 441), но ноуменальны й бог к а к г ар а н т морали п е р е с т а е т б ы т ь и н о у м е н о м : ведь он не более к а к «предположение» (там же, с. 446 и 475) и предполож ительны й «постулат» (там же, с. 457). К ан т ок а зы в ае тся на пороге гипотетического атеизм а.

Таким образом, в «К рити ке практического р азу м а» К ан та происходит невидимый при поверхностном прочтении (и во об ­ ще не выступаю щ ий на «поверхность») разгром со д ерж ан и я области вещей в себе в третьем значении их понятия: бог — это не вещь в себе, а значит, и не ноумен, а только полагаем ое практикой м орали условное допущение;

свобода остается вещью в себе, в третьем значении терм ина, но не в фактических, п ре­ тендующих на моральность ц ел еп ол аган и ях и в п ракти ке р е ­ альных, зем ны х людей, хотя в принципе, по К анту, ка тего р и ­ ческий «императив, если н аш у волю не считать свободной, не­ возмож ен и бессмыслен» (4, (1), 217). М ож н о с к а з а т ь и так, что бог остается у К ан та вещью в себе, но в совсем особом (пятом, по нашей класси ф и кац и и) значении этого термина:

в виде е д в а л и реального предмета веры, что не совпадает с четвертым значением, т. е. идеалом д ви ж ени я к нему. И то л ь ­ ко человеческие «я», души, со своими надэмпирическими поры ­ вами и интересом к з а к о н а м м орали остаю тся загадочн ы м и островам и трансцендентности, соединенной с трансценденталь ностью, в б езб р еж н ом море данного и возм ож ного опыта. А ведь структура человеческого сознания — это п роблем а и д л я науки XX века.

’ А б р а м я н JI. А. М н о го о б р ази е и ед и н ство к ан то в ск о го п о н яти я о вещ и в с еб е//В о п р о сы т ео р ети ч еск о го н а с л е д и я И м м а н у и л а К а н т а : Сб.

н ауч. т р./К ал и н и н гр. унт,-т. К а л и н и н гр а д, 1978. Вы п. 3. G. 22. А втор ссы ­ л а е т с я зд ес ь на и звестн о е м есто из « К ри ти к и чи стого р а з у м а » (3, 3 2 7 ).

2 См.: О й з е р м а н Т. И. У чение К а н т а о « в ещ ах в себе» и ноум е н а х //В о п р о сы ф илософ ии. 1974. № 4. С. 123— 127.

3 С о гласн о Т. И. О й зе р м а н у и н екоторы м его п р ед ш еств ен н и кам, т а д в о й ствен н о сть, п р и су щ ая «вещ и в себе», что о н а есть, с одной сторон ы, а ф ф и ц и рую щ и й н а ш у чувств ен н о сть внеш ний о б ъ ек т, а с д р у го й — м ы сл и ­ тел ьн ы й д у х о в н ы й предм ет (бог, д у ш а и с в о б о д н а я в о л я ), о зн ач ае т, что в п ервом с л у ч ае мы им еем д е л о им енно с вещ ью в себе, а во в то р о м — т о л ь к о с ноум еном. И н ач е г о в о р я, в ещ ь в себе и ноум ен — это р а зн ы е п редм еты, и в ещ ь в себе с в о б о д н а от н оу м ен ал ьн о сти, а н оум ен — от с о ­ о тнесенности с вещ ью в себе.

4 С и т к о в с к и й Е. П. У чение К а н т а о сущ ности и яв л ен и и //В оп росы теорети ческого н а с л е д и я И м м а н у и л а К а н та. Вып. 3. С. 16.

5 Т ам ж е. С. 17.

6 См.: К а л и н н и к о в Л. А. П о н я ти я «вещ ь в ооб щ е» и «вещ ь в себе» и их р о л ь в систем е к ан то в с к о го « к р и т и ц и зм а» //К ан то в ск и й сборник:

Сб. н ауч. т р./К ал и н и н гр. ун-т. К а л и н и н гр а д, 1985. Вып. 10. С. 6.

7 Э то п о д ч ер кн у то И. С. К узн ец овой : в ещ ь в себе « следует р а с с м а т р и ­ в а т ь н еп о зн ав а ем о й т о л ь к о в см ы сле н е в о зм о ж н о ст и а б сол ю тн ого и сч ер ­ п ы в ан и я бескон ечной систем ы в о зм о ж н о го оп ы та, т. е. к а к то, что ещ е не п озн ан о, а не к а к то, что п р и н ц и п и ал ьн о н е п о зн ав а ем о » ( К у з н е ц о в а И. С. К а н т о в а «вещ ь в себе»: о н ек о то р ы х п р е д п о л а га е м ы х и с то к а х и а н ал о г и я х //К а н т о в с к и й сборник. Вы п. 10 С. 14).

8 И н о гд а в о зн и к а е т в п ечатл ен и е, что К а н то в а гн ости ц и зм с у ж а е т с я в н езав и си м о сти от с к а за н н о г о зд есь. К а н т и зр е д к а сам у п о т р е б л я л терм и н D in g ап sich т а к, что его м о ж н о отнести в к ач ес тве о б о зн ач ен и я к ещ е п о к а не п озн ан н ой части м и р а явлен ий. Н о т а к о е у п о тр еб л ен и е д ан н о го т ер м и н а п р о ти в оречи т всей к он струк ц и и теори и п о зн ан и я К а н т а, х о т я оно п о д д е р ж и в а е т с я н е к оторой двусм ы сл ен н о стью у п о т р еб л я ем о го К ан то м т е р ­ м ина «тр ан сц ен д ен тал ь н ы й о б ъ ек т», к оторы й относим и к в ещ ам в себе s e n s u stric to, и к е д и н ству м н о го о б р а зи я п ред став л ен и й в сознании.

9 Л е н и н В. Й. П оли. соб р. соч. Т. 29. С. 97;

ср. с. 83.

10 См.: Н а р с к и й И. С. О роли «вещ и в себе» и «н оум ен а» в к ан то в ск и й гн о сео л о ги и //В о п р о сы тео р ети ч еск о го н а сл е д и я И м м а н у и л а К а н т а :

Сб. науч. т р./К ал и н и н гр. ун-т. К а л и н и н гр а д, 1979. Вып. 4. С. 15— 16;

О н ж е. З а п а д н о е в р о п е й с к а я ф и л о со ф и я X IX в ек а. М., 1976. С. 3 9 — 44.

11 См.: К у з н е ц о в а И. С. К а н т о в а «вещ ь в себе»: о н ек о то р ы х п р е д п о л а га е м ы х и с то к а х и а н а л о г и я х //К а н т о в с к и й сборн и к. 1985. Вы п. 10.

С. 18— 19.

12 Н о н и к а к о го отли чи я не в и д н о у К а н т а м е ж д у п р о ти в о п о л о ж н ы м и « в ещ и в себе» и «ноум ену» п о н яти ям и «явл ен и е» и «ф еном ен» (у М. Х а й ­ д е гг е р а отли чие эт о есть, и оно очень в а ж н о, но у ж е в совсем ином с м ы с л е ).

13 Э то т р е зу л ь т а т, к а к с л е д у е т из к о н т ек с та, Л. А. К ал и н н и к о в х орош о ви ди т, и, п о-ви д и м ом у, эти м о б с то ят е л ь ст в о м в ы зв а н о то, что он « р а сщ еп ­ л я ет » п о н яти я б о га и б ессм ертной д у ш и к а к вещ ей в себе н а д в а в и д а:

в одн ом из них в ещ ь в себе к а к бы « п о гл о щ а ет ся» свои м ноум ен ом к а к б е сс о д е р ж ат ел ь н ы м пон яти ем, т а к к а к п ер ед нам и ф икции трад и ц и он н ой сп ек у л ят и в н о й м ет а ф и зи к и, и « и с п а р я ет ся » сам н оум ен, а в д р у го м — н о у м е ­ ны в се -та к и с о х р а н я ю т с я к а к п о с ту л а ты -п р е д п о л о ж е н и я «К ри ти к и п р а к т и ­ ческого р а зу м а », з а ко то р ы м и м о ж е т в о о б щ е н е с к р ы в а т ь с я н и к а к и х р е а л ь ­ ны х вещ ей в себе и в зн ачени и (3 ).

14 Л е н и н В. И. П ол и. собр. соч., т. 18, с. 210.

15 Н а р с к и й И. С. О рол и «вещ и в себе» и «н оум ен а» в к ан то в с к о й гносеологи и. С. 20. П о д «менее» агн ости чески м и зн ач ен и ям и м ы им еем в в и д у (1) и (4) зн ач ен и я «вещ и в себе». Р а зу м е е т с я, н а д о у ч и ты в а т ь о т м е ­ ченны й вы ш е особы й х а р а к т е р зн ач ен и я (3 ).

16 См.: Н а р с к и й И. С. К а н т и р е л и ги я//К ан то в с к и й сборник. 1983.

Вы п. 8. С. 3 — 12.

Категории и предикабилии: Кант и современность Л. А. К а л и н н и к о в ( К а л и н и н г р а д с к и й университет) П одлинным кл ад ез ем плодотворных и перспективных идей я в л яе тся ф илософское творчество И м м а н у и л а К ан та: на п ро­ тяж ен ии вот у ж е двух столетий черпаю т из него «живую воду»

(не убывает, правда, и количество попыток извлечь «мертвую») ф илософы различны х нап равлен ий и оттенков. Д иалекти чески й м атери ал изм, по признанию самих творцов его, не яв л яе тся здесь исключением.

М огут ск азать, что д л я создателей диалектического м а т е р и а ­ л и зм а это вполне естественно: с того исторического момента, ко ­ гда активно строилась «критическая» философия, и до создания философии м а р к си зм а не прош ло и полстолетия;

что усвоение общественным сознанием философских концепций и сейчас не осущ ествляется одновременно с их созданием, тем более такой временной р азр ы в хар а к тер е н д л я прошлого... В первой трети XIX века влияние кан ти ан ств а было огромным, и не только в Германии,— во всех сопредельных странах. Но сейчас-то, по про­ шествии почти двухсот лет, когда только философ ам и-м арксис там и написаны о Канте сотни книг и статей, прокомментированы его тексты вдоль и поперек, что нового, а тем более полезного д л я нашего времени мож но извлечь из писаний кенигсбергского ст ар ц а? Н е будет ли зан яти е ворошить его полуистлевш ие с т р а ­ ницы вернейшим средством ухода от н уж д и запросов сегодн яш ­ ней нашей жизни, от требований, п р ед ъ яв л яе м ы х современной наукой, без которой общество ныне не мож ет ступить и шагу, к философской методологии, ее теоретической мощи и « р а з р е ­ ш аю щ ей» способности?

Вопросы чисто риторические! О бщ ествен ная ж и зн ь всегда конкретна, а «конкретное в его полноте» 1 так или иначе в би ­ рает все предш ествую щ ее и определяет все последующее. Для;

лю бых оттенков нынешнего состояния общественной ф и лософ ­ ской мысли, д л я лю бы х нынешних проблем не только могут, но д о л ж н ы быть найдены в этом конкретном их истоки, не н аш е д ­ шие в своем собственном бытии возможностей д ля р а з в е р т ы ­ вания и полной р еали зац и и своей сущности. Эвристическую з н а ­ чимость этих «подсказок истории» трудно переоценить: здесь н аш а суб ъекти вн ая мысль ст ал ки в ается с субъективностью предшественников, о б н а р у ж и в а я и свидетельствуя об о б ъек ти в ­ ности н ап р ав л ен и я поисков.

Р азум еется, весьма сложной зад ач ей оказы вается, к а к п р а ­ вило, выбор того исторически конкретного мыслительного ма^ тер и ал а, что с м акси м альн ой полнотой помож ет обеспечить р е ­ шение стоящих перед нами сейчас теоретических проблем. Н а ­ пример, в поставленной н иж е за д а ч е можно отп р ав л ять ся и от аристотелевского понимания предикабилий, а не только от К а н ­ та;

хотя совершенно ясно, что без К ан та т а к а я возмож ность опереться на идеи А ристотеля носит достаточно аб страктн ы й хар а к тер : ведь современный исследователь д олж ен при этом был бы, у гл убл я ясь в историю мысли, усмотреть истоки зл о б о ­ дневны х проблем в м атери але, который за истекшие века или д а ж е ты сячелетия претерпел не один этап качественных преоб­ разов ан и й и тран сф орм ац ий, д о лж ен был бы ретроспективно эти скачки теоретически восстановить и на ф актическом м а т е ­ ри ал е верифицировать. З д есь всегда будет и грать свою в а ж ­ нейшую роль эрудиция исследователя, более или менее сл у ч ай ­ ные о бстоятельства приобретения им той или иной информации.

В. И. Ленин считал, что история философии — п ервая и в а ж ­ нейш ая из областей знания, сл у ж а щ и х источником р азв и ти я и и всестороннего соверш енствования теории познания и д и а л е к ­ т и к и 2. Сам он о б рати л ся к истории философии в ситуации, когда револю ционные процессы в н ауке п отребовали не менее революционной м одернизации философии. И стория эта все еще таи т в себе массу п олож ительн ы х возможностей, и, видимо, исчерпать их до конца в р я д ли когда-либо удастся, «ибо мы никогда не познаем конкретного п олн ос тью » 3.

В этой статье мы хотим, во-первых, рассмотреть К антову идею разл и чени я предикаментов (категорий) и предикабилий (производных от категорий понятий) ка к д ва разл и чн ы х уровня априорны х тран сц ен д ен тал ьны х понятий чистого рассудка, а во-вторых, наметить во зм ож н ы е пути применения этой идеи к соверш енствованию д иалекти ко-м атери али сти ческой логики. У к а ­ з а н н а я идея, к а к это ни странно, не п р и в л е к а л а к себе д о л ж ­ ного внимания ни историков философии, ни теоретиков д и а л е к ­ тической логики, хотя н ельзя ск азать, что они не к а сал и сь ее абсолю тно 4.

О т н о с и т е л ь н о о д н о м е р н о с т и ф и л о с о ф и и. Г л а в ­ ное достоинство идеи р азл и чен и я категорий и предикабилий з а ­ клю чается, на наш взгляд, в том, что с ее помощью могут быть преодолены представления об одноуровневости, которую мож но еще определить и ка к плоскостность, диалектической логики и д а ж е вообщ е философии. У к а за н н а я плоскостность з а к л ю ч а е т ­ ся в том, что все достояние философии сводится единственно к одним ее категориям. Среди всего р а зн о о б р ази я понятий, т а к или иначе п редставленных в сознании, философскими п онятия­ ми sui gen e ris считаются только категории философии. В своей гипертрофированной форме плоскостность состоит в следующем:

специфически философскими р ас см а т р и в аю тс я лиш ь так ие в ы ­ с к азы в а н и я философских или иных текстов, в которых непо­ средственно, в эксплицированном виде, употреблены ф и л ософ ­ ские категории. Все остальны е в ы сказы в ан и я текста — у ж е не философские (специально-научные, или относящ иеся к другим ф ор м ам сознания, или об ы денны е);

а об общем философском х а р а к т е р е текста мож но судить, скаж ем, лиш ь по относитель­ ной частоте встречаю щ ихся в нем в ы сказы в ан и й первого рода.

Эта гипер троф ирован н ая форм а, разум еется, крайность (хо­ тя и не исклю чается ее встретить на д е л е ), и д е ал и зац и я самой тенденции к оплощению философии, преднамеренно сконструи­ р о в ан н а я нами в ц елях объяснения самого феномена одноуров­ невости. Р еал ь н о этот феномен сущ ествует в несколько более ослабленном виде, поскольку считается, что философским будет т ак ой текст, в котором не только относительно часто у п отреб­ л яю тся философские категории в непосредственном понятий­ ном виде, но и из остальных частей такого текста специалист сравнительно легко извлечет категори ал ьн ы е соотношения ка к основной предмет его.

Хорошо известные попытки создания систем философских категорий могут быть п оказател ем отмеченной плоскостности:

все системы без исключения строятся из категорий ка к р а в н о ­ значных, одноуровневых элементов, философские понятия р а з ­ верты ваю тся на едином д л я всех уровне — уровне предельно допустимой абстракции. П р а в д а, и количество категорий, и их конкретный набор, к а к правило, не совп ад аю т у разн ы х и ссле­ дователей, строящ их свои системы в довольно широких п реде­ лах: иногда одни системы п ревы ш аю т другие в несколько раз.

Конечно, нельзя не учиты вать того ф ак та, что в одних случаях строятся системы категорий диалекти ки или диалектической л о г и к и 5, а в других — системы категорий диалектического м а ­ т ер и ал и зм а в ц е л о м 6. В одной из последних книг на тему о си стем ати зац и и категорий вы сказы вается, к а з а л о с ь бы, важ н ое положение, что, «если оп ери ровать только категориями, не уд астся о б н ару ж и ть многих в заи м освязей, без установления которых н ельзя строить уп орядоченную систему. Выход видится в том, чтобы оперировать не только философским и категориями, но и другими словами, связан ны м и с категори ям и по смыслу или по отношению к тем об л а стя м реальности, которы е они о т р а ж а ю т » 7. И тем не менее, д а ж е не о б р а щ а я внимания на искусственность больш инства п р ед л а гаем ы х построений, м ож но констатировать, что понятия в них п р ед ставл яю тся о д н оп оряд ­ ковыми с категориями, не отличены от них ни по каким п а ­ р ам етрам.

Ч уть ли не единственная попы тка преодолеть отмеченную плоскостную ограниченность, осущ ествленная В. И. Ч ерновы м и н а п р ав л ен н а я к тому, чтобы разл и чи ть философские понятия и к а т е г о р и и 8, причем среди философских понятий выделить т а ­ кие, которые более общи, чем категории, и такие, которые м е ­ нее их общи, не имела п родолж ени я и разви тия. П рои зош л о это не без воздействия того ф ак та, что в одних случаях, когда явные философские категории (вещь — свойство — отношение, наприм ер) п ред став л ял и сь понятиями и выводились з а пределы категорий, вопрос об их разли чи и у в я з а л в логических кругах;

а в других, когда в качестве отличных от категорий понятий р ас см а тр и в ал и сь их язы ковы е синонимы, дело, естественно, ограничилось тавтологиями и п ери ф разам и. О д н ако незн ач и ­ тельность полученных результатов не снимает п равомерности постановки самой проблемы: какими еще средствами, помимо категорий, р а с п о л аг а ет философия, сколь богат ее м ы сли тель­ ный арсенал?

Ясно, что ничем д о л ж н а бы ла закончиться попытка найти так и е понятия философии, которые были бы более общи, чем предельно общие из содерж ательны х понятий — категории.

З д есь достигнут предел абстрагирования, которое еще не поры ­ вает с сод ер ж ател ьно й стороной мышления. Д ал ьн ей ш и е по­ пытки абстрагир ован и я р азр у ш аю т содерж ание мысли, и в л у ч ­ шем случае сохраняется лиш ь видимость такового. П р а в д а, все ещ е приходится ст а л к и в а тьс я с мнением, что философские категории (в частности, категорию «материя») мож но опреде­ л я т ь традиционны м д л я логики способом, т. е. через б л и ж а й ­ ший род и видовые отличия, используя д л я этой дели в к а ч е ­ стве родового, а значит, и более широкого по объему, понятия понятие «бытия вообще» (существования, реальности, действи­ тельности, мира в целом, вселенной к а к целого — все это сти­ листические синонимы к понятию «бытие»). О д н ако вследствие того, что понятие «бытие» абсолютно б ессодерж ательн о и н е­ определенно, с его помощью нельзя выполнить никаких опре­ делений, не п о п а д а я в ситуацию логического круга. В л и т е р а ­ туре этот вопрос о б с у ж д а л с я неоднократно и н аш ел убедитель* ное и вполне однозначное р е ш е н и е 9.

П он яти е «бытия» — это соверш енно специфический, в ы р о ж ­ денный случай понятия, пред ставляю щ ий своего рода и д е ал и ­ зацию : будучи полностью лиш енным со д ерж ан ия, оно о б л а д а ет беспредельно ш ироким объемом. Вернее, со д ерж ан и е его све дено исключительно к мысли о его объеме, т. е. сод ерж ан ие и объем этого понятия отож дествлены. С его помощью мы не способны ничто выделить, ничто от ничего отграничить.

Категории по сравнению с понятием «бытие» о б л а д а ю т м и ­ ним ально возм ож н ы м содерж анием : все их со д ер ж ан и е сведено к единственному отношению — отношению к «своему иному», своим собственным противоположностям, то есть антиномичным категориям. Вот почему ф и ксаци я их со д ер ж ан и я есть о д ­ новременно операция их определения. Все со д ерж ан и е к а т е ­ гории «материя», например, заклю чено в отношении первично­ сти к сознанию, а сод ерж ан и е категории «сознание» заклю чено в отношении вторичности к материи.

Со времен К ан та сущ ествует мнение, что взаим оопределение категорий, п редставляю щ их собой тож дество взаи м од ей ствую ­ щих противоположностей, зак л ю ч а е т в себе круг в определении, что его в данном случае не и зб е ж ать, т а к к а к это вполне ес­ тественно. К примеру, «возможность, сущ ествование и необхо­ димость н ельзя определить иначе к а к через очевидную т а в т о ­ логию, если за д а в а т ь с я целью почерпнуть их дефиницию из чистого р ассу д ка» (3, 3 04),— пишет Кант. И все дело з а к л ю ­ чается в том, что речь здесь идет о логических отношениях ка к чистой форме, абсолю тно лишенной какого-либо эмпирического со д ерж ан ия: волей-неволей установить значение категорий м о ж ­ но только через их в заи м н ое сопоставление. Отсюда, кстати, К ан т д е л а е т вывод, что категории к а к «чистые рассудочны е понятия могут иметь только эмпирическое, но никоим образом не тран сц ен ден тальное применение...» (3, 305), поскольку прй взаимодействии с эмпирическим м а тери ал ом категории л и ш а ­ ются самодовлею щ его смысла, н аполняю тся со держ ан ием и по­ яв л яе тся р е а л ь н а я возм ож ность и зб е ж а ть ситуации idem per' idem, чего нет и не м ож ет быть при сохранении тран сц ен д ен ­ тальное™.

О д н ако К ан т ош ибается, считая, что в лице категорий он имеет дело с абсолютно б ессодерж ательн ы м и понятиями чистых логических форм,— сод ерж ан ие категорий предельно а б с т р а к т ­ но, но оно есть и сведено к единственному отношению. При о п ре­ делении категорий через это отношение к противоположной к а ­ тегории (именно через отношение) реш аю щ и м логическим т р е ­ бованием м ож но считать такое, где д ан ное отношение не п ри ­ н а д л е ж а л о бы к классу эквивален тн ы х отношений, то есть не х ар а к тер и зо в ал о сь бы симметричностью, рефлексивностью и транзитивностью одновременно. Отношения, в ы р а ж а ю щ и е в з а и ­ м освязь категорий, к а к правило, или асимметричны, или анти рефлексивны. Отношение первичности материи к сознанию, н а ­ пример, хотя и рефлексивно, но асимметрично, то есть опреде­ ление с его помощью не содерж ит в себе круга. Н а ш а позиция в д ан ном вопросе восходит к идеям И. С. Н арского, а т а к ж е А. И. Уемова, который пишет об определении философских к а ­ тегорий (на примере категорий « м атери я» и «сознание»), что «определение последних друг через д руга яв л яе тся единственно в озм ож н ы м определением д л я предельно общих понятий. Но сам о отношение коррелятивности яв л яе тся тем, что в известной мере п ред о твр а щ ае т отри цательны е последствия круга в о п ре­ делении» 10.

Р азум еется, помимо бинарны х категорий, философия рас п о ­ л а г а е т широким рядом тернарны х. Что ка сае тся К ан та, то он выделил лиш ь тернарны е классы категорий, из которых только некоторы е динам ические категории имеют соответствующ ие корреляты, об разую щ и е пары. Н апри м ер, из категорий м о д а л ь ­ ности таковы «необходимость случайность», из категорий о т­ — ношения — «причина и следствие» или «субстанция — акци д ен ­ ция». Д а н н ы е корреляты п ред став л яю т собой элементы т е р н а р ­ ных классов.

Т ер н ар н ы е классы, помимо пары п ротиворечащ их категорий, с о д ер ж ат еще категорию синтетической природы, и если п ер ­ вые две о б р азую т тезис и антитезис, то третья категори я о б р а ­ зует их синтез. К ант справедливо н астаивает, что, хотя «третья категория возникает всегда из соединения второй и первой к а ­ тегории того ж е класса,...не следует, однако, дум ать, будто третья категория есть только производное, а не основное понятие чис­ того рассудка. Это соединение первой и второй категорий, об ­ разую щ ее третье понятие, требует особого ак та рассу д ка, не тож дественного с актом р ас су д ка в первой и второй категории»

(3, 178).

О пределение тернарны х категорий в принципе не отличается от процедур, прим еняю щ ихся в случае парности категорий. И с ­ пользуемый прием А. И. Уемов н а зв а л принципом «тернарной противоположности». Он, этот принцип, сводится к тому, что л ю б а я из тройки категори я о п ределяется через отношение к двум д р у г и м 11. Так, категорию «качество» мы м ож ем опр ед е­ лить только с помощью отношения ее к категори ям «количе­ ство» и «мера». А налогичны м об р азо м с соответствующими изменениями определяю тся и эти последние коррелятивны е качеству категории. И в случае с трем я понятиями отношение, которое сущ ествует м еж д у категориями, не д о л ж н о быть (и не явл яется) отношением эквивалентного типа: отношения м еж д у категориями, к а к бинарными, т а к и тернарны ми, х а р а к т е р и з у ­ ются, ка к правило, асимметричностью.

О д н ако от проблемы определения философских категорий пора вернуться к основной линии наш их рассуж дений — более аб страктн ы х и в то ж е врем я сод ерж ател ьны х понятий, чем категории философии, нет и быть не может. В них достигнут предел допустимой абстракц ии и допустимого обобщения.

Д ви ж е н и е ж е в н аправлении конкретизации философских понятий такой границы не имеет;

нет таких принципиальны х препятствий, которые не п озволяли бы философии, не тер яя ее философского статуса, п о гр уж аться в более конкретны е о б л а ­ сти соотношения бытия и сознания. К атегории философии — это к а к бы поверхностный слой сцепленных силами н атя ж ен и я су­ п ермолекул сознания. Они за д а ю т целостность капле, если все со д ерж ан и е сознания представить в виде такой простой физиче­ ской модели. С упермолекулы -категории лиш ены возможности оторваться от поверхности, улетучиться, но зато ничто не м е ш а ­ ет им конструировать из своих элементов понятия-щупы, погру­ ж а т ь их в глубину капли и с их помощью стр уктурировать в ней своеобразны е домены, относительно упорядоченны е системы понятий.

Р о л ь таких понятий-щупов, на наш взгляд, и играю т преди кабилии. То, что эта роль п редикабилий не видна «невоору­ ж енны м » гл азом (именно в таких случ аях и нужны исторические «очки» — глубокое и всестороннее зн ан ие и сторико-философско­ го мыслительного м а т е р и а л а ), имеет следствием одно в аж н о е обстоятельство, а именно: затр у д н яет ся понимание фун кц ио­ нальн ы х ролей философии во всей системе научных знаний и в целом в общественном сознании. Непонятно, к а к выполняет она свои методологические функции, не используя никаких при­ водных механизм ов и не спускаясь со своего «седьмого неба»

предельны х абстракций.

В последние лет д еся ть-п я тн адц ат ь активно р азв и в а етс я идея сущ ествования т а к ' н азы ваем ы х общ енаучных категорий. По слож и вш и м ся представлениям именно общ енаучные понятия и граю т роль посредствующего звен а м е ж д у категори ям и ф и л о­ софии и конкретно-научными теориями. Одноплоскостно-кате горийную философию вы ручаю т из затруднительного п олож ения общ енаучные понятия, п р ед о став л яя ей необходимые приводные ремни д л я того, чтобы застав и ть д ействовать механизм собст­ венно научного познания.

Н ет необходимости a lim ine отрицать сам у идею о б щ ен ауч ­ ных категорий, к а к невозможно з а к р ы в а т ь г л а з а на очевидное сущ ествование таких мощ ных обобщ аю щ и х теорий, к а к к и б ер­ нетика, теория информации, о б щ ая теория систем... О днако мож но п оказать, что зн ач и т е л ь н ая часть этих категорий п р ед ­ с та вл я ет собою не что иное, к а к философские предикабилии.

А отсюда, самое меньшее, следует, что д о л ж н о быть сущ ест­ венно пересмотрено отношение м е ж д у общ енаучными к а тег о ­ риями и философией. Н о п р еж д е чем мы приступим к более конкретному рассмотрению возникаю щ их возможностей, о б р а ­ тимся к кантовском у учению о предикабилиях.

И м м а н у и л К а н т о п р е д и к а б и л и я х. К а к известно, 2 З а к. К ан т переосмыслил понимание категорий, данное Аристотелем, еще более реш ительно пересмотрел аристотелевское учение о п редикабилиях. Если у Аристотеля категории в ы р а ж а л и фун­ д ам е н т а л ь н ы е гр ам м ати чески е отношения язы ка, то К ан т проч­ но связал их с основными логическими отношениями, п р ед ст ав ­ ленными в суж дени ях р азли чн ы х видов. А это значит, что не­ мецкий мыслитель категории ко ррели р ов ал с процессами тео ретизированного мышления, тогда к а к у Аристотеля они были соотнесены с мы ш лением вообще, с обыденным сознанием. Ведь язы к — универсальное средство сознания, тогда к а к логика, в ы ­ деленные логические отношения я зы к а — средство си стем ати зи ­ рованного, теоретически упорядоченного мышления, то есть, п реж д е всего, научного познания. С ам философ писал, что «отыскание в обыденном познании тех понятий, которые... в стр е­ чаю тся во всяком опытном познании», к а к и «оты скивание в к а ­ ком-нибудь язы ке правил действительного употребления слов вообщ е и, следовательно, собирание элементов г р ам м ати ки (оба изыскания... очень близки м е ж д у собой)» (4 (1 ), 143), — з ан яти е малоэф ф ективное, так ка к оно не в о ору ж ае т нас знанием, ка к искать такого рода понятия и сколько таких понятий д о лж н о быть найдено.


К ан това система категорий широко известна, она много а н а ­ л и зи р о в ал ас ь в прошлом, п р од о л ж а ет критически р а с с м а т р и ­ вать ся и в настоящ ем. О д н ако редко о б р а щ а е т с я внимание на тот факт, что система категорий у К ан та не есть «полная систе­ ма трансцендентальной философии» (3, 176). Д л я того чтобы быть таковой, система категорий д о л ж н а быть существенно дополнена. Автор системы пишет, что «категории к а к н а с т о я ­ щие основные понятия (S tam m b eg riffe) чистого р ас су д ка имеют т а к ж е столь ж е чистые производные от них понятия, которые никоим образом не могут быть пропущены в полной системе трансцендентальной философии...»,— и продол ж ает: «Д а будет позволено мне н а з в а т ь эти чистые, но производны е рассу д оч ­ ные понятия пред икаб ил и ям и чистого р ассу д ка (в противопо­ лож н ость пред ик ам ентам ) » (3, 176).

Сам И. К ан т считал, что, « о б л а д а я п ервоначальны м и и о с­ новными понятиями, нетрудно добавить к ним производны е и подчиненные понятия и таким образом п редставить во всей пол­ ноте родословное древо чистого рассу д ка» (3, 176), с чем со­ гласиться нелегко,— з а д а ч а эта вовсе не тр и в и ал ь н ая и вряд ли п оддается чисто ком бинаторному решению, на котором, ка к на первый в згл яд к аж ется, н аста и в ае т Кант. Он считает, что «полный сл оварь этих понятий... не только возможен, но и легко осуществим. Р убри ки его у ж е имеются, остается только з а п о л ­ нить их,...нетрудно найти соответствующ ее к а ж д о м у понятию место, а т а к ж е зам ети ть еще незаполненны е места» (3, 177).

Хотя и впрям ь нетрудно построить все во зм ож н ы е сочетания из 18 категорий (с учетом н аличия коррелятов у динам ических категорий) по две ИЛИ три, Но к а ж д а я п редикабили я — р е зу л ь ­ тат уникального синтеза. К ан т эту необходимость синтеза видит прекрасно, потому и понимать мы слителя следует так, что с р а в ­ нительн о н етрудная ком би н атори ка — это еще не все: легко сы ­ скать место д л я ка ж д о го понятия, но не сами понятия. Д е д у к ­ тивно-ком бинаторная процедура синтезирования категорий д ля получения от них предикабилий к а к производных понятий д е ­ терминируется весьма сложной предварительной индуктивного х а р а к т е р а деятельностью специально научного познания. Д ел о м нетрудным т а к а я процедура к а ж ет с я только post factum, в у сл о­ виях последующего ан ал и за.

Относительно способов получения предикабилий К ан т писал, что они производятся из категорий «путем соединения их или друг с другом, или с чистой формой явлен и я (пространством и в рем енем ), или с их материей, поскольку она еще не определена эмпирически (предмет ощ ущ ения в о общ е)» (4 ( 1 ), 144— 145), то есть таких способов три: 1) синтез категорий (см. т а к ж е 3, Д76— 177);

2) синтез категорий с пространством-временем к а к априорны ми ф о рм ам и чувственности;

3) синтез категорий с м а ­ терией к а к предметом ощущ ений вообще.

Что к асается первого способа синтезирования предикабилий, то надо отметить, что синтезирую щ иеся категории д о л ж н ы п ри ­ н а д л е ж а т ь разли чн ы м к л ассам и по возмож ности различны м р а зд ел а м, то есть матем атическом у и динам ическому р а зд е л а м (см. 3, 178). Согласно Канту, любой класс категорий яв л яется тернарны м, а синтетическая категория любого кл асса будет простой, а не производной, предикаментом, а не предикабилией.

И если, ка к пишет Кант, «соединение первой и второй к а т е г о ­ рии, об разу ю щ ее третье понятие, требует особого ак та р а с с у д ­ ка, не тождественного с актом р ассуд ка в первой и второй к а ­ тегории» (3, 178), то тем более особого ак та р ас су д ка требует порож дение предикабилий.

Второй способ получения предикабилий — синтез категорий с пространством и временем к а к чистыми ф орм ам и чувствен­ ного созерцания — есть не что иное, к а к трансцендентальны й схематизм. П реди каби л ии этого рода тождественны важ нейш им тран сц ен ден тальны м схемам. Это наш е наблю дение (сам кенигс­ бергский мудрец нигде ничего об этом то ж дестве не пишет, не* отмечено оно и в многоразличной кантоведческой л итературе) говорит о том, что предикабилии К ан т р ас см а тр и в ае т в к а ч е ­ стве важ н ей ш его средства связи философии с теоретическим естествознанием, а через него и эмпирической наукой. П ослед ­ няя ж е абсолю тно невозм о ж н а без опоры на м а тем ат и к у и, сл е­ довательно, на ф ормы чувственного созерцания. В « М етаф и зи ­ ческих н ач а л а х естествознания» обстоятельно р азв и вается мысль, что «возмож ность определенных природных вещей не м о ж ет быть познана на основе одних лиш ь понятий, ведь на основе их м ож ет быть, прайда, возм ож ность мысли (ее непро 2* ^иворечнвость), но не возм ож ность объекта к а к природной в е­ щи, который мог бы быть д а н вне мысли (к ак сущ ествую щ ий).

С ледовательно, чтобы познать возм ож ность определенных п ри ­ родных вещей, стало быть познать их a priori, требуется еще, чтобы было д ан о соответствующ ее понятию априорное созер­ цание, т. е. чтобы понятие было конструировано. Н о познание разум ом, основанное на конструировании понятий, есть п о зн а­ ние математическое» (6, 59). К ан т понимает, что философское.знание непосредственно присутствовать в своем ка тегори альн ом виде д а ж е в области теоретического естественно-научного з н а ­ ния не может, не говоря у ж об эмпирическом. Его присутствие опосредствовано п редикабилиям и, в содерж ан ии которых синте­ зи р о ва н ы категории.

В этом контексте весьма интересен третий способ синтезиро­ в ан ия предикабилий, зак л ю ч аю щ и й ся в соединении категорий с «материей, поскольку она еще не о пределена эмпирически», с «предметом ощ ущ ения вообщ е» (4 ( 1 ), 145). М атер ия, не опре­ д ел ен н ая еще эмпирически, есть вещ ь в себе к а к средство а ф ­ ф и нирования наш ей чувственности. Это п ер в ая космологическая идея наш его р а зу м а из системы космологических идей, а ка к та к о в а я она тесно с в я за н а с п ределам и возмож ного опыта (см. 3, 499;

6, 63), чем подчеркивается, что теоретический разум, конкретизируя рассудочны е категории, н ап рав л ен только на объекты возмож ного опыта и не имеет никакого отношения к миру тран сц ен д ен тальны х объектов 12.

Н екоторы е из п редикабилий К ан т приводит в ком ментарии к «Таблице категорий», п р е д л а г а я «добавить, например, к к а ­ тегории причинности п редикабилии силы, действия 13, страдани я, к категории общения — предикабилии присутствия, противодей­ ствия, к категор и ям модальности — п редикабили и возникнове­ ния, исчезновения, изменения и т. д.» (3, 176).

Если попробовать реконструировать перечисленные К антом предикабилии, то понятие си ла мож но р а с см а тр и в ать к а к р е ­ зу л ь тат синтезирования категории при ч и на с категорией с у б ­ станция в пространстве, т. е. материей» (6, 107), иначе говоря, сила есть м а т е р и а л ь н а я причина. Помимо категорий, в данном синтезе участвует ап р и о рн ая ф орм а чувственности — п р остр ан ­ ство. Среди важ н ей ш и х сил К ан т вы д ел яет силы п р итяж ен и я и оттал к и в ан и я (см. 6, 108), а понятия притяж ение и отталкива­ ние яв л яю тс я конкретизацией п редикабили й действие (actio) и страдание (p a s sio ). П р е д и к а б и л и я действие — это причинение одной субстанцией состояния другой, то есть синтез категорий причина, субст анция и множественность, а п р ед ик аб ил и я стра­ д а н и е — это зависим ость состояния одной субстанции от другой, то есть синтез коррелятивной по отношению к причине к а тег о ­ рии зависимость с категори ям и субст анции и множ ественности1*.

П р е д и к а б и л и я присутствие у К а н т а с необходимостью вос­ ходит к категории общ ение, без общ еш.л было бы разруш ен о единство опыта и стали бы возм ож н ы м и чудеса: «...только по­ средством своего взаимного влияни я м атери я м ож ет о б н а р у ­ ж и ть свое одновременное сущ ествование и вместе с тем (хотя только опосредствованно) сосущ ествование самы х отдаленны х предметов» (3, 277). Вместе с категорией об щ ение эта преди к аби л и я содерж ит категории субстанция, множественность и чистую форму чувственности — пространство. П реди каби л и ю противодействие м ож но р ассм отреть к а к синтез категорий о б ­ щ ение, субстанция, множественность и ограничен ие с простран­ ством и врем енем.

«П реди каби лии возникновения, исчезновения, изменения и т. д.» (3, 176) относятся не к субстанциям непосредственно, а к их акциденциям, т а к к а к изменение мыслимо только относи­ тельно сохраняю щ егося и постоянного (см.: 3, 256— 258, 270— 2 7 2 ) 15. В о зн и к н о вен и е ка к п р ед ик аб ил и я м о ж ет быть синтези­ ровано из категорий возможность и реальность, а и сч езн о ве­ ние — из категорий сущ ест вование и отрицание. И зм ен ен и е ж е — это синтез необходимости(общ ения и времени.


П р е д л о ж е н н а я реконструкция перечисленных К антом п ре­ д ик аб ил и й п оказы вает, что н азв ан н ы е выш е три способа их кон ­ струирования не исклю чаю т друг д руга, а р азли чн ы м об разом сочетаются. По всей вероятности, в синтезе предикабилий могут принимать участие категории совместно с модусами чистой чув­ ственности и идеей абсолютного целого всех явлений (предметом ощ ущ ения в о о б щ е ).

П р е д и к а б и л и и и д и а л е к т и ч е с к а я л о г и к а. Боль­ ш а я и с л о ж н ая эта п роблем а не м ож ет быть исчерпана одной статьей, и сам ое большее, что мож но здесь сд елать в ее перво­ нач ал ьн ом исследовании,— это обозначить н ап равл ен ие после­ дующ их дискуссий и усилий, если вопрос и в самом д ел е того стоит.

Во-первых, ф орм альн ое р азл и чи е категорий и предикабилий зак л ю ч ае тся в том, что первые — простые, а в т о р ы е —-слож но синтетические понятия: сод ер ж ан и е первых исчерпы вается един­ ственным отношением, вторые ж е объединяю т в своем сод ер ­ ж ани и д в а или более отношения. Поэтому следует разл и ч а ть первичный (эндогенный) синтез категорий и вторичный (экзо ­ генный) синтез предикабилий. Первичный синтез — это синте­ зи ровани е двух п ротивополож ны х (контрарны х) понятий в третьей категории, то есть дополнение бинарности до тернар ности категорий, о чем писал еще Кант. Таков синтез в к а тего ­ рии м ера категорий качество и количество, впервые вы полнен­ ный Гегелем;

таков ж е синтез категории структура (на основе категорий система — элем ент ). Т ри ад у система — элемент — структура следует р а с см а тр и в ат ь в качестве категорий потому, что это простые и сам одостаточны е понятия, определение кото­ рых осущ ествляется традиционны м д л я терн арн ы х категорий способом. С воеобразен такой эндогенный синтез категории в е ­ роятность, который дополняет до три ад две бинарны е группы категорий: необходимость — случайност ь (при экстенсивной по­ зн авател ьн о й ситуации) или возможность — действительность (при интенсивном подходе к ситуации), то есть имеют место д ве тройки категорий из пяти элементов:

действительность необходимость — вероятность — случайност ь возможность Вторичный синтез п редикабилий — это синтезирование двух или более категорий из разли чн ы х групп, не связан ны х к о н т р а р ­ ными отношениями. П оэтому предикабилии могут сущ ествовать в виде одиночных понятий, не о б р азу я пар или троек, хотя вполне могут быть и п арн ы е предикабилии, а могут быть и т е р ­ нарные. Н апри м ер, понятие ф ун к ц и я есть предикабилия, о б ъ ­ е д и н я ю щ ая категории цель (из тройки ц ель — средство — р е ­ зультат) и структура (из три ад ы система — элемент — структу­ ра). В заимодействие двух групп этих категорий п оро ж д ает понятие функции к а к цели структуры. М атем ати ческое понятие «функция» подчиненопредикабилии ф ун к ц и я к а к философскому понятию, поскольку об нар уж ен и е зависимости м е ж д у двум я мно­ ж е с т в а м и — это способ зад а н и я третьего м ножества, которое и будет целью структуры, то есть функцией.

О дна из важ н ей ш и х предикабилий — отражение. Ч р е з в ы ­ чайно часто ее н азы ва ю т и относят к категори ям 16, но понятие это не о б л а д а е т парностью, определение его по принципу оп р е­ деления категорий невозможно. Причисление таких понятий, ка к отражение, к числу категорий д ел ает понимание категорий не­ определенным, устр аняет важ н ей ш и е признаки категорий. К ак п ред икаб или я отражение пред ставл яет собой синтез категорий тождество, следствие и взаимодейст вие, то есть отр аж ен и е — это тождественное следствие взаимодействия. Именно т а к мож но сум мировать, например, следую щ ее типичное рассуж дение:

«П од отраж ен ием мы понимаем способность м атер и ал ьн ы х о б ъ ­ ектов изм еняться в соответствии с внешним воздействием, т. е.

путем п рео б разов ан и я собственных свойств и структуры воспро­ изводить особенности воздействующего, или о траж аем о го, м а ­ териального объекта. В этом определении в аж н о выделить два момента: во-первых, о тр аж ен и е всегда п р ед п о л агает в заи м о д ей ­ ствие о тр аж аю щ е го и отр аж аем о го м а т ери ал ьн ы х объектов...

Во-вторых, изменения, возникаю щ ие в о т р а ж а ю щ е м объекте, в той или иной мере адекватны специфике отр аж аем ого. О т р а ­ ж ени е имеет место только тогда, когда налицо единство обоих моментов» 17.

Постоянно относятся к общ енаучным категориям такие по­ нятия, ка к инф о р м а ц ия и м од ель 18. Н а наш взгляд, это типич­ ные предикабилии, ибо и нф орм ац ия есть мера р азл и чи я систем, а модель — мера их то ж дества. В этих п редикабили ях синтези­ рую тся так и е катего ри ал ьн ы е ряды, к а к система — элемент — структура, тождество — р а зл и ч и е — противоположность и кач е­ ст во— количест во — мера. Обе эти п редикабилии соп ряж ен ы друг с другом так, что образую т пару в заи м ои склю чаю щ и х и в то ж е время взаи м одополн яю щ и х понятий. Эта их в за и м о ­ св язь достаточно отчетливо о б н а р у ж и в а ется только при условии представления их в качестве предикабилий.

К а к у ж е говорилось, возм ож н ы пары предикабилий, а н а л о ­ гичные парным категориям, связан ны м отношением ко н тр ар н о ­ сти. Таковы, например, п редикабилии симметрия — асимметрия, которые в н астоящ ее время р ас см а тр и в аю тс я либо ка к к а тег о ­ рии 19, либо в качестве общ енаучны х п о н я т и й 20. Г. Вейль в -с в о ­ ей известной книге «С им метрия» понимает под симметрией «ин­ в ар и ан тн ость некоторой конфигурации относительно определен­ ной группы п реобразований (группы а в т о м о р ф и з м о в )» 21. Ю. А.

У рманцев д ает симметрии такое определение: «С им метрия — это категория, об о зн а ча ю щ ая сохранение признаков «П» о б ъ ­ ектов «О» относительно изменений « И » 22. В этих и других а н а ­ логичных определениях вы деляю тся в качестве важ н ей ш и х э л е ­ ментов со д ерж ан и я данны х понятий д в а момента: 1) измене­ н и е - с о х р а н е н и е и 2) система — хаос. О б а эти момента — в есьма существенные категории философии, которые, сочетаясь в син­ тетическую целостность, и производят предикабилии симмет­ р и я — асимметрия. С имметрия — это системное изменение, тогда к а к асим метрия — сохранение хаоса.

О д н ако нет необходимости множить примеры предикабилий и производить их аналитическое разл ож ени е, поскольку мы не ставим перед собой цель д а т ь сколь-либо полный перечень этих философских понятий. Такую зад ачу, ка к одну из важ н ы х д л я диалектической логики, еще предстоит решить. П ро б л ем ати к а, св я за н н а я с предикабилиями, на наш взгляд, п ри зв ан а сблизить диалекти ческую логику с таким р азд ел о м знания, ка к логика и методология научного познания, более основательно связы в ая его с философией.

П реди каби лии — следующий за категори ям и по со д е р ж а т е л ь ­ ной абстрактности уровень понятий нашего сознания, что ж е ка сае тся их объемов, то объем предикабилий практически н е­ отличим от объемов категорий, поскольку последние н еопреде­ ленно бесконечны. Существует мнение, что общ енаучные к а т е ­ гории (мы ж е рассмотрели эти понятия к а к предикабилии) не д остигаю т такой широты в своем употреблении, к а к категории философии. В частности, они не использую тся за п ределами научного познания, в обыденных и других аналогичны х ак тах мы ш ления, что л и ш ает их возмож ности п ред ставл ять теорию п ознания и л о г и к у 23. Вопреки таким представлениям нам к а ­ ж ется, что предикабилии п релом ляю т в своем содерж ании един­ ство диалектики, логики и теории познания, что д е л а е т их в а ж ­ нейшими принципами не только научного, но и общ ечеловече­ ского мы ш ления во всех его проявлениях и ф ор м ах с тем существенным отличием, что относительно категорий признание этого момента д ав но стало общим местом, тогда к а к относи­ тельно п редикабилий это еще надо д о к аза т ь.

В озьмем п редикабилию м одель. Н а наш взгляд, еще д р е в ­ нейший мифологический принцип «все во всем» говорил об универсальной модельной видимости мира. Н а протяж ении в е ­ ков и тысячелетий человек был моделью всего космоса, антро п о м ор ф и зац ия пронизы вает к а к научное, т а к и обыденное и худож ественное мышление вплоть до эпохи В озрож ден ия. М о ­ д ел ь л еж и т в основе р ассуж д ен и я по а н а л о г и и 24, она верно сл уж и т человечеству в таком ф у н дам ен тальн ом мы слительном акте, к а к м етаф ора. Когда, например, м еханизатор вместо м о ­ лотка пользуется гаечным ключом, он использует схему м о д ел ь­ ного отношения и м ож ет при этом абсолю тно ничего не ведать о таком отношении. Т акое подсознательное в л ад ен и е схемами деятельности говорит о том, что они яв л яю тся «фигурами л о ­ гики» и что «фигуры эти имеют прочность п р едрассудка, ак си о ­ матический х а р а к т е р именно (и только) в силу м и ллиардн ого п о в то р е н и я » 25. Р азум еется, не все п редикабилии укоренены столь ж е прочно и широко;

однако то ж е хар а ктер и зу ет и сами категории философии, поскольку в ходе истории философия о б огащ ается все новыми категориями и п рио б ретает все новый и новый вид с к а ж д ы м достаточно сущ ественным научным о т­ крытием.

П редикабилии, и это вполне естественно, играю т самую су­ щественную роль в деле углубленного проникновения в субъект объектны е отношения на современном этап е их развития, о к а ­ зы в а я существенное воздействие на уровень рассмотрения ос­ новного вопроса философии. Н е случайно приходится вести страстные дискуссии то о философском статусе кибернетики (природе феномена у п р а в л е н и я ), то о природе информ ации, о р ­ ганизации, ф ункциональности и прочих сторонах м атер и ал ьн о го мира, которы е не проходят бесследно д л я фундам ентальной гносеологической проблемы.

Весьма важ н о, что идея предикабилий способна противосто­ ять рецидивам индуктивистско-эмпиристского подхода к пони­ манию проблем р азв и ти я к а к общ енаучных теорий, т а к и к а т е ­ горий философии, против которого н ач ал борьбу еще сам Кант.

И з его идеи н ап р ав л яю щ е й роли априорных структур в процессе познания вырос диалектический принцип оборачиван и я метода, онтологическим основанием которого сл у ж и т активность в ы с­ шего уровня в развитии системы по отношению к низшему. В ы ­ р аж ен и ем этого принципа я в л яе тся зак он оп ер еж аю щ его ф и л о ­ софско-методологического обеспечения р азв и ти я научного з н а ­ ния.

Процесс становления общ енаучных категорий м ож ет п ред­ ста вл я тьс я так, что они последовательно поднимаю тся по сту ­ пенькам абстрактности, н ач ин ая с л окальн ого уровня, переходя на региональны й и достигая, наконец, универсального. О д н ако к а ж д ы й ш а г в этом н аправлении кан а л и зи р о в ан соответствую ­ щими философскими принципами, р ож д аю щ и м и на встречном д виж ении ту или иную предикабилию. И н дукти вн ы е поиски ге­ нерали зац и и понятий и теорий вы зы ваю т встречные д ед у к ти в ­ ные по своей природе акты работы философского сознания: и на уровне предельно допустимого научного обобщ ения синтез науки и философии находит в ы р а ж ен и е в возникновении преди­ кабилий. П р о с тая ком би н атори ка философских категорий, не в ы зв ан н ая поисками научной генерализации, бесплодна, потому что беспредметна;

обобщ ение ж е научных теорий, не н а п р а в ­ ляем ое синтезируемыми из категорий п редикабилиям и, слепо и лиш ено нап равлен ия.

Т аким образом, с этой точки зрения, одни и те ж е понятия выступаю т в двух обличьях: они одновременно п р и н а д л е ж а т и науке, и философии. Будучи основой общ енаучных теорий, п ре­ дикабили и об нар уж и ваю т, п р еж д е всего, свою гносеологическую функцию — функцию о тр аж ен и я свойств м атериального мира, которые в отличие от катего ри ал ьн ы х атрибутов мож но н азв ать модусами. Вместе с тем п редикабилии сохраняю т и м е тодоло­ гическую, и аксиологическую функции, д ем онстрируя свою фи­ лософскую природу.

Эта ситуация — в аж н о е свидетельство против п редставлен и я о непроходимой грани м е ж д у наукой и философией, к а к она рисуется позитивистски настроенному сознанию. Д и а л е к т и к а требует, фиксируя разл и чи е м е ж д у наукой и философией, усм от­ рения их тож дества.

1 См. Л е н и н В. И. К он сп ект к ниги Г егел я «Л екц и и по истори и ф и л о со ф и и » //П о л н. собр. соч. Т. 29: Ф и л ософ ски е т е т р а д и. С. 252.

2 Л е н и н В. И. К онспект книги Л а с с а л я о ф и лософ ии Г е р а к л и т а //Т а м ж е. С. 314.

3 Л е н и н В. И. К онспект книги Г егел я «Л екц и и по истории ф и л о со ф и и » // Т ам ж е. С. 252.

4 См.: В е д и н Ю. П. З н а ч е н и е К а н т о в а учени я о к а т е го р и я х //« К р и т и к а чистого р а зу м а » К а н т а и соврем ен н ость. Р и га : З и н ат н е, 1984. С. 42, 49.

5 Н а п р и м е р, есть поп ы тки п остроен и я систем к ат е го р и й д и а л е к т и к и из 20— 30 эл е м ен то в (см.: Ш е п т у л и н А. П. С и стем а к ат е го р и й д и а л е к ­ тики. М., 1967;

З е л ь к и н а О. С. С и стем н о -стр у к ту р н ы й а н ал и з основны х к ат е го р и й д и ал ек ти к и. С а р а т о в, 1970).

6 См., н ап ри м ер: С а г а т о в с к и й В. Н. О сновы си стем а т и за ц и и в с е ­ общ и х к атегори й. Т ом ск, 1973. В п р е д л а га ем о й зд е с ь систем е с о д е р ж и т с я 138 к ате го р и й (в а в т о р с к о м пон им ан ии того, что т ак о е к а т е г о р и я ).

7 Гражданников Е. Д. М е т о д с и ст е м а т и за ц и и ф и л ософ ски х к а т е ­ горий. Н овоси би рск: Н а у к а. Сиб. о тд., 1985. С. 32.

8 См.: Ч е р н о в В. И. А н ал и з ф и л ософ ски х п он ятий. М.: Н а у к а, 1966.

9 Н а и б о л е е о б с то я т е л ь н о эт о т в оп рос рассм о тр ен, н ап ри м ер, в кн.: Н а р ский И. С. Д и а л е к т и ч е с к о е п роти воречи е и л о ги к а п о зн ан и я. М., 1969.

С. 3 4 — 67.

10 У е м о в А. И. С истем ны й м етод и о б щ а я тео р и я систем. М.: М ы сль, 1978. С. 83.

11 См.: У е м о в А. И. В ещ и, св о й ст в а, отнош ения. М., 1963. З д е с ь п р о д ем о н стр и р о в ан ы так и е о п редел ен и я на п ри м ере к атегори й, которы м и п о св ящ ен а книга. Т ак, «отнош ением б уд ет н а зы в а т ь с я то, что о б р а зу е т вещ ь из д ан н ы х эл ем ен тов. Э тим и эл ем ен там и в свою очередь м о гу т бы ть сво й ств а и л и д р у ги е вещ и» (С. 5 1 ).

12 О см ы сле вещ и в себе к а к совокуп н ости всего в о зм о ж н о го оп ы та см.: К а л и н н и к о в Л. А. П о н я т и я «вещ ь в ооб щ е» и «вещ ь в себе» и их рол ь в систем е к ан то в с к о го к р и т и ц и зм а //К а н то в с к и й сборн и к : Сб. н ауч.

т р./К а л и н и н г р. ун-т. К а л и н и н гр а д, 1985. Вы п. 10. С. 3 — 11.

13 С л ед у ет отм ети ть, что в п еревод е, д а н н о м в ц и ти р у ю щ ем ся и зд ан и и «К ри ти ки чи стого р а зу м а», д о п у щ е н а о п р е д е л ен н ая н еточ ность: одним и т е м ж е словом «действие» о б о зн ач ен а к а к к а т е го р и я следствие в « Т аб ли ц е к атего р и й » (см. 3, 175), т а к и п р е д и к а б и л и я к к ат е го р и и причинность (3, 176). П ер ев о д «действие» с л е д у е т о с та в и ть за п ред и каб и л и ей H a n d lu n g (л ат. a c tio ),/а к атего р и и U rs a c h e u n d W irk u n g (K a n t I. K ritik d e r re in e n V e rn u n ft. L eip zig, 1979. S. 150). п еревести у с тан о в и в ш и м ся о боротом причина и следствие.

14 О при чин ах в в ед ен и я К ан то м идеи м н о ж ествен н о сти суб стан ц и й см.:

К а л и н н и к о в Л. А. К а н т о в а кон ц еп ц и я р а зв и т и я и эв о л ю ц и о н и стск ая «д и ал е к т и к а » П. Т ей яр а д е Ш а р д е н а //В о п р о с ы теорети ческого н а сл е д и я И м ­ м ан у и л а К а н т а : Сб. н ауч. т р./К ал и н и н гр. ун-т. К а л и н и н гр а д, 1979. Вып. 4.

С. 5 9 —74.

15 П о это м у п о в о д у К а н т пиш ет: «...возникновение, к а к п о к а за н о в первой а н ал оги и, к а с а е т с я не суб стан ц и и (т а к к а к она не в о зн и к а е т ), а ее с о с т о я ­ ни я. С л ед о в ат ел ь н о, э т о есть т о л ь к о изм енение, а не в о зн и к н о в ен и е из ничего. Е сли возн и кн ов ен и е р а с с м а т р и в а е т с я к а к д е й ств и е ч у ж д о й им (с у б ­ с та н ц и я м.— JI. К-) причины, то оно н а зы в а е т с я творен и ем. К а к собы ти е с р ед и яв л ен и й т во р ен и е не м о ж е т бы ть д оп ущ ен о, т а к к а к у ж е с а м а в о з ­ м о ж н о ст ь его н а р у ш и л а бы еди н ство опы та» (3, 27 1 ).

16 И з бесчисленн ого м н о ж е с т в а п ри м еров п р и ведем лиш ь оди н: М а ­ т е р и а л и с ти ч е ск а я д и а л е к т и к а : В 5 т. М., 1982. Т. 2: С у б ъ е к т и в н а я д и а л е к ­ ти к а. С. 10.

17 Т ам ж е. С. 11.

18 См. а в то р и тетн у ю в этом отнош ении м о н ограф и ю : Г о т т В. С., С е ­ м е н ю к Э. П., У р с у л А. Д. К а те го р и и с оврем ен н ой н ау ки. М.: М ы сль, 1984,— по отнош ению к у т в е р ж д ен и я м которой н аш а и д ея п ред и к аб и л и й п о ­ лем и чна.

19 См., н априм ер: У р м а н ц е в Ю. А. С и м м етр и я при роды и п ри род а сим м етрии. М.: М ы сль, 1974.

20 См.: Г о т т В. С., С е м е н ю к Э. П., У р с у л А. Д. У к а з. соч.

21 В е й л ь Г. С и м м етри я. М.: Н а у к а, 1968. С. 33.

22 У р м а н ц е в Ю. А. У к аз. соч. С. 9.

23 В книге В. С. Г о тта, Э. П. С ем еню ка, А. Д. У рсул а «К атего р и и соврем ен н ой н аук и » у т в е р ж д а е т с я, что о б щ ен ауч н ы е к ат е го р и и «в отличие о т кат е го р и й ф ил ософ и и не о б л а д а ю т л о ги к о-гн осеол оги ч еск ой у н и в е р с а л ь ­ ностью, не я в л я ю т с я н еоб ход и м ы м и эл ем ен там и чел овеч еского м ы ш ления»

(с. 122: см. т а к ж е с. 111 — 112, 230).

24 См.: У е м о в А. И. 1) Л оги ческ и е основы м ет о д а м о д е л и р о в ан и я.

М., 1971;

2) А н ал о ги я в п р а к ти к е н аучн ого и ссл ед о в ан и я. М., 1970.

25 Л е н и н В. И. К он сп ек т « Н ау к и л оги ки». У чение о п о н яти и //П о л н.

собр. соч. Т. 29. М., 1969. С. 198.

А п р и о р и зм к а к ф ило соф ия с у б ъ е к т а С. А. Чернов ( Л е н и н гр а д с к и й электротехнический институт им. М. А. Б о н ч -Б р у е в и ч а ) Исторические и зы скан и я о том, в каком смысле употребляли терм ин «а priori» схоласты или Л ейбниц, в каком смысле гово­ рили о «трансцендентальном» О к кам или Ф ома Аквинский, мало помогаю т в разы скан ии рационального «зерна» кантовского а п ­ риоризм а. Г. М артин, например, н а п р а в л я е т исследование по л о ж н о м у пути, пы таясь найти ключ к кантовской философии не столько в настоящ ем, сколько в прошлом. Он уверяет, что, подобно тому, к а к у схоластов «трансцендентальны м » н а з ы в а ­ лось рассмотрение всякой вещи под углом зрения всеобщих определений б ы т и я :— u n u m (единое), b onu m (б л аго е), veru m (истинное), определений, «трансцендирую щ их» все конечное и конкретное, т а к и у К ан та « тран сц ен д ен тал ьн ая идеальность»

озн ач ает отнесение в определенный р а з р я д б ы т и я 1. К ан т в к л а ­ д ы в ае т в традиционны е термины новое содерж ание. Н е следует и скать смысл «априорного» и в противопоставлении его опыт­ ному. Если бы существо т р ан сц ен д ен тал и зм а состояло в о тстаи ­ вании сущ ествования независимого от опыта зн ания о п ред м е­ тах, то кантианство было бы всего лиш ь «старым х л а м о м » 2.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.