авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РСФСР К а л ин ин г ра дс ки й г осударственный университет КАНТОВСКИЙ СБО РН И К М еж ву з ов с ки й ...»

-- [ Страница 2 ] --

К ан то вская философия — это критика р ац и о н а л и зм а и ап ри о­ ри зм а, основной недостаток которых К ан т у см атри вал в том, что они в принципе не могут объяснить соответствия ап р и о р ­ ного зн ан ия предметам, не прибегая к помощи мистической «предустановленной гармонии», т. е. к богу. О д н ако бога, со­ гласно Канту, «следует п р ед ставл ять не к а к субстанцию вне меня, но к а к высший м оральны й принцип во мне...»3, поэтому ему предстояло найти иное обоснование соответствия мы ш ления и бытия. В нашей л и т ер атур е у ж е у к а зы в ал о с ь на значение письма К ан та М а р к у Герцу (1772), однако недостаточно вни­ мания, по-видимому, о б р ащ а л о с ь на то, что в этом письме К ант у к а зы в ае т в качестве основной теоретической проблемы, из к о ­ торой выросла его «тран сц ен д ен тальная» концепция, основной вопрос философии. Существо проблемы ведь состоит не в том, к а к возм ож ны «синтетические суж дения a priori». Н е л ь зя за логической формой изл ож ен и я п р осм атривать его философское содерж ание. «Я поставил перед собой вопрос: на чем основы ­ вается отношение того, что мы н азы ваем представлением в нас, к предмету?» (2, 430). Д ей ствие предмета на органы чувств — вполне приемлемое д л я К ан т а основание отношения чувствен­ ного восприятия к объекту. Но к а к быть с теми п ред став л ен и я­ ми, которые, вне всякого сомнения, производятся активной, с а м о п р о и з в о л ь н о й деятельностью нашего сознания, к а к «возм о ж н о относящ ееся к предмету представление без во здей ­ ствия этого предмета?»;

«если такие и нтеллектуальн ы е п р ед ­ ставления основываю тся на наш ей внутренней деятельности, то откуда проистекает соответствие, которое они д о л ж н ы иметь с предметами, не п ор ож д аем ы м и ведь этой деятельностью ?..» (2, 4 3 1 )4. Именно эту проблем у имеет в виду Кант, ссы л аясь в ^ К ри ти к е чистого р азу м а » на априорность математики. М а т е ­ м атик строит свои символические воздуш ны е зам ки в «чистом созерцании», не о гл яд ы в а ясь на «грубую материю», од н а ко именно эта м атери я в конечном итоге описывается при помощи м атем атики в точном естествознании. Т а к «почему... вещи д о л ж ­ ны необходимо соответствовать тому образу, который мы себе составляем о них спонтанно и зар ан ее» (4 (1 ), 287)?

Р еш ение н ап р аш и в ает с я само собой. Хотя вещи сущ ествую т сами по себе и воздействуют на наш у чувственность, хотя по­ знание вы нуж дено сооб разовы ваться с ними, однако и предмет, в свою очередь, д о лж ен со об разовы ваться с мышлением, со способностями субъекта. Н е все со д ерж ан ие человеческого з н а ­ ния и поведения идет от объекта, если человек яв л яется с у б ъ ­ е к т о м. К ритики К ан та м ало вдум ы вали сь в понятие субъекта в его наиболее общем философском смысле, а ведь именно здесь надо искать ключ и к истокам кантовского априоризм а, и к ис­ токам д иалекти ки в немецком идеализме. Мы встречаем в ф и ­ лософии К ан та не отдельны е «догадки» об «активности п о зн а­ ния», а гениально р а зр а б о та н н о е понятие субъекта, принцип спонтанной активности субъекта, проведенный с зам еч ател ьн о й цоследовательностью сквозь всю систему философии.

З н а м е н и ­ тое изречение Гегеля: «все дело в том, чтобы понять и в ы р азить истинное не к а к субстанцию только, но равны м об разом и к а к с у б ъ е к т » 5,— м ож но р ас см а т р и в ат ь к а к п л а ги а т у К ан та с той, п равда, оговоркой, что К ан т не субстанцию превратил в субъект, а, скорее, субъект впервые в истории философии р а с ­ см а т р и в а л к а к субстанцию. К ан т поднял понятие субъекта на уровень философской категории, р авн оправн ой с понятием объекта, и бесстрашно сдел ал отсю да все выводы. Р е ш а ю щ е е влияние К ан та на последую щее разви тие немецкого и де ал и зм а и идеалистической д и алекти ки было обусловлено не ан ти но м ия­ ми и д а ж е не тем, что он превратил м етаф и зику в логику (транс­ ц ен дентал ьн у ю ), но пр еж д е всего тем, что он ввел в эту логику понятие с у б ъ е к т а 6, сд ел ав ее наукой о ф о р м а х деятельности субъекта. Только б л а г о д а р я этому логика с та л а д и а л е к ти ч е­ ской. Аналогично этому и принципиальную новизну кантовского учения об априорном следует у см атри ва ть не столько в его р а с ­ пространении на чувственность или ограничении одной лиш ь формой знания, сколько в коренном переосмыслении самого понятия априорного к а к того, что имеет своим источником а к ­ тивность субъекта, его свободную, необходимую, зак о носо об ­ разную деятельность.

Вопрос о сущ ествовании априорного зн ан ия д л я К ан т а тож дествен с вопросом о сущ ествовании р а зу м а или свободы чело­ века. Не все поведение человека обусловлено « аф ф и н и р о ва н и ­ ем» извне, иначе человек не м ож ет быть л и ч н о с т ь ю, не и м е ­ ет п р ав а н азы ва тьс я р азум н ы м существом и не м ож ет создать н икакой науки. «Вопрос о том, возм о ж н а ли свобода, р а в н о ­ значен, п ож алуй, вопросу о том, есть ли истинная личность...» Согласно Канту, философ д о л ж ен п реж д е всего усвоить себе м а с ш т а б человеческого достоинства, или, другими словами, п ризн ать человека истинным субъектом,— только тогда он по­ лучит правильную точку зрения на все философские проблемы.

В морали, в сознании «нравственного за к о н а во мне» о тк р ы ­ в аетс я человеку его свобода, его способность к с а м о д е т е р ­ м и н а ц и и. Несомненно, что в сфере этических разм ы ш лени й К а н т а сф орм ировалось понятие об «автономии» и «самозаконо д ательстве» разу м а, которое тесно связано с идеей об «автон о­ мии» человеческого рода, который д олж ен самостоятельно, без помощи «всемогущего», с о з д а т ь свою собственную историю, с о т в о р и т ь все «доброе» посредством с в о б о д ы 8. Н о к а ки е в ы ­ воды следуют д л я гносеологии из того, что «человеку присущ а способность самопроизвольно определять себя независимо от принуж дения со стороны чувственных п обуж дений» (3, 479), что «суб ъект определяет себя с а м » 9, что человек есть «субстанция, которая, ничем не о п ред ел яе м ая извне, производит то, чего ран ь ш е не б ы л о » ? 10 Н р авствен н о е самоопределение человека было лиш ь конкретным м атери алом, в котором К ан т увидел ф ун дам ен тальн ость, всеобщность проблем ы ц елеп олагаю щ ей деятельности к а к таковой. С оциальны е детерм ин ан ты вместе с традицией обусловили сведение «практического» к « м о р а л ь н о ­ му», но именно вследствие этого ан ал и т и ка нравственности в отношении к научному познанию — это рассмотрение познания вообщ е под углом зрения цел еп о л агаю щ ей деятельности. И с ­ следуя связь познания со свободой, «сущего» с «долж ны м», К ан т об су ж д ае т тем самы м значение признания способности человека к ц елеполагаю щ ей, творческой деятельности д л я теории научного познания. « П р и м ат практического» з а с т а в л я е т К ан та в ыяснить возм ож ность ц е л е н а п р а в л е н н о г о п о з н а н и я.

П оэто м у нет ничего удивительного в том, что категорический императив с точки зрения его формы «вполне м ож ет р а с с м а т ­ р и в а т ьс я в качестве своеобразного методологического п р ед п и са­ ния, регулятивного за к о н а д л я проектирую щей и ц ел е п о л а г а ю ­ щей п о з н а в а т е л ь н о й деятельности, к отор ая «детерм иниро­ в ан а» идеальны м образом будущего, « д о л ж н о г о » 11. Т ран сц ен ­ д ен тал ь н а я идея свободы, которую К ан т вводит в р аз д е л е о д и а л е кти ке чистого р азу м а, имплицитно у ж е присутствует в а н а ­ литике рас су д ка под видом спонтанности мышления.

К огда К ан т говорит о своем намерении « вы р авн и вать и у к р е п л я ть почву для... величественного зд ан и я нравственности»

(3, 353), о своем ж е ла н и и «ограничить з н а н и е, чтобы получить место д л я веры» (3, 95), мы не д о лж н ы целиком «верить ему на слово», но д о л ж н ы посмотреть, какую действительную проб­ лему он реш ает. Ведь в той «свободе», о которой он говорит, нет ничего специфически морального. П оэтому вместо слова «вера» недостаточно поставить д а ж е слово «нравственность», К ан т имеет в виду «причинность разу м а», способность человека д е й с т в о в а т ь с о г л а с н о п о н я т и ю, способность человека быть действую щ ей причиной явлений чувственно восп рин и м ае­ мого, физического мира: «Разум... не уступает эмпирически дан ном у основанию и не следует порядку вещей..., а соверш ен ­ но спонтанно создает себе собственный порядок, исходя из идей, приспособляя к ним эмпирические условия...» (3, 488).

С вобода, по К анту,— атрибут человека, основное и н еотъ­ ем лемое определение его бытия ка к разум ного сущ ества. В с я ­ кое внешнее воздействие, всякое восприятие внешних вещей опосредовано ф о рм ам и активной деятельности человека, его свободой. С тало быть, «разум » присутствует некоторым о б р а ­ зом во всем, что доходит до наш его сознания в форме внешнего мира. В этом, по наш ем у убеждению, наиболее глубокий «ко­ рень» учения К ан та об абсолютной априорности. «Причинность р азу м а » — это способность человека к ц елеп олагаю щ ей д е я ­ тельности. Ц еле п о л а га н и е пред пол агает способность иметь в со­ знании мысль, идею, план, п редставление д о т о г о, к а к им бу­ дет д ан соответствующий предмет в созерцании. П оэтому п р а к ­ тическая свобода п р ед пол агает спонтанность мышления. Во весь рост встает п еред К антом п роблем а создания теории м ы ш ления к а к спонтанного творчества в его отношении к вещ ам самим по себе и их собственной закономерности. Зд есь следует искать источник априоризм а, а не в абсолю тизации механики Н ью тона и геометрии Е вкли да. Один и тот ж е разум о б н а р у ж и ва ет себя р повседневной деятельности человека, в том, к а к он двигается, смотрит, слушает, в труде рабочего, в математических в ы к л а д ­ ках, в д ви ж ени ях кисти х удож н ика, пальцев м узы канта, в н р а в ­ ственных исканиях. Все это — формы культуры, созидание того, что не сущ ествует в природе «само по себе», что возм ож н о не только б л а го д а р я природе, но и «б ла го д а р я свободе». А к тив­ ность субъекта пронизы вает собою все, без исключения, что д а ­ ется нам во внешнем и внутреннем мире, и в этом отношении она субстанциальна. Д а ж е ощущ ение производится, собственно, не объектом, а субъектом, ведь аналогичное воздействие на любой другой объект не вы зы вает в о б ъ е к т е ощущ ения. Оно с о з д а ­ ется лиш ь в с у б ъ е к т е и внутренней деятельностью субъекта:

не мож ет ведь внешний предмет «переселиться» в н аш у «душу».

И менно поэтому Кант, вероятно, уп отребляет термин «аффи цирование». С тарон ем ецкое afficieren у п отреблялось в значении современного г л аго л а reizen, что переводится к а к « р азд р а ж а т ь », «возбуж дать». О б ъект не создает ощущ ения, он лиш ь в о з б у ж ­ д а е т собственную д еятельность субъекта, который- и создает ощущение. В еще большей мере это справедливо относительно мышления, которое вообще непосредственной связи с объектом не имеет и ни к како м у персонально внешнему предмету не.относится — оно дискурсивно. Е щ е в ранней раб оте (1763) К ан т писал: «Есть нечто очень верное в мысли г-на фон Л ей бни ц а:

силой своего п редставлен и я д у ш а ох в аты вает всю Вселенную...

В самом деле, все виды понятий д о л ж н ы покоиться только на внутренней деятельности нашего духа, к а к на своем основании.

Вещи внешнего мира могут, конечно, со д ер ж ать в себе условия, при которых они так или иначе обнар уж и ваю тся, но в е щ и н е з а к л ю ч а ю т в с е б е т о й с и л ы, к о т о р а я д е й с т в и т е л ь н о п о р о ж д а е т п о н я т и я... » (2, 118) (К урсив н аш.— С. Ч.).

К ан т прав, д л я того чтобы создать понятие, действительно н у ж н а «сила» качественно иного рода, неж ели сила г р а в и т а ц и ­ онная или электр ом агни тн ая. Это «сила» человека, которую К ан т н азы в а ет «силой суж дения» (das V e rm o g en zu w itheilen) или мыслительной способностью, рассудком, который человек о щ у щ ает в себе к а к способность к спонтанной деятельности, самопроизвольности, к а к «я» — свободную творческую способ­ ность, «душевную силу».

Источник кантовского априоризм а хорошо виден в его у ч е­ нии о «внутреннем чувстве». Это ф ун дам ен тал ьн о е понятие к а н ­ товской философии, перед которым не р аз о ставал ось бессиль­ ным исследовательское рвение. Н е р а з ком ментаторы, т а к и не н ай дя д н а в пучине кантовского «самосознания», обходили проб­ лем у внутреннего чувства или о б ъ яв л ял и ее «инородным телом»

в составе критицизма 12. А м еж д у тем учение о внутреннем чув­ стве приводит к сокровеннейшим глубинам и предпосы лкам тран сц ен д ен тал и зм а.

М ногообразное сод ерж ан ие чувственного восприятия, со гл ас­ но Канту, мож ет быть порождено только внешним воздействием ца «душу». Но ка к совместить это м ногообразие со спонтан­ ностью мышления? К ан т приходит к выводу, что рассудок д о л ­ ж ен у ч аствовать в самом процессе порож дения чувственного восприятия, иначе р азр ы в мы ш ления и бытия (при допущении суб ъекта) становится непреодолимым. Д о § 2 4 «Критики чистого р азу м а » К ан т р ас с у ж д а е т так, будто м н огообразное просто « д а ­ но», а рассудок, к а к спонтанность, св язы в ает «данное». О д н ако в н азванном п а р а г р а ф е выясняется, что рассудок «мож ет опре­ дел ять внутреннее чувство» (3, 204), а трансцендентальны й синтез во ображ ен и я есть «действие (W irk u n g ) рассу д ка на ч ув­ ственность» (3, 205). К антовский текст не оста вл я ет сомнений в том, какое действие имеется в виду. Речь идет об «аффици ровании внутреннего чувства» (3, 206), о воздействии активного «я» на пассивное «я», о созерцании человеком резу л ь тата своего активного воздействия на собственную чувственность. К ан т р а з ­ вивает теорию двойного аф ф иц и ровани я субъекта: воздействи­ ем вещей самих по себе и сам оаф ф и ц иро вани ем, с а м о в о зб у ж д е ­ нием п ознавател ьны х способностей, в р езул ь тате чего «душа»

способна к сам осозерцани ю во внутреннем чувстве. «Опыт Д Е Д А Е Т С Я, — подчеркивает К ан т,— с убъект аф ф иц и рует себя сам и и звл екает при помощи физики из агр е гата восприятий, с целью опыта, не более и не менее, чем он сам вносит» 13.

У ж е во времена К ан та читатели ж а л о в а л и с ь на непостиж и­ мость «действия» рас суд ка на чувственность, у в я з а я в а б с т р а к ­ циях и не о со зн ав ая простых ф актов собственной повседневной деятельности. К ан т отвечал, что элем ентарны й акт в н и м а н и я об н а р у ж и ва ет способность рассуд ка кон троли ровать и н а п р а в ­ л я т ь чувственное восприятие. М ы сл ящ е е существо д ви ж ется в мире «по ф орм е понятия», и по этой ф орм е скла д ы в ает ся вос­ приятие внешнего мира. К огда ш кольник усердно выписы вает первые буквы и геометрические фигуры, его родители видят лиш ь неумелое дви ж ен и е руки в качестве их причины. Философ К ан т усмотрел здесь действие невидимой «трансцендентальной руки», реали зу ю щ ейся в бесчисленных д ви ж ен и ях эмпирических рук. М ышление, к а к спонтанное творчество, м ож ет быть связано с внешним предметом лиш ь в том случае, если оно м о ж ет в о з­ д ей ствовать на этот предмет, у ч аствовать в процессе активного действия по построению этого предмета, лиш ь в том случае, если возмож но свободное действие среди предметов по свобод­ но созданной «форме понятия». Понятие, к а к только лиш ь л о ­ г и ч е с к а я форма, мож ет стать р е а л ь н ы м понятием, имею ­ щим соответствующий ему предмет, лиш ь в том случае, если рно мож ет быть описано в чувственном созерцании в процессе предметной деятельности субъекта. П онятие д о л ж н о д а в а т ь метод, способ, схему конструирования чувственного о б р аза, с т а ­ ло быть — ф ормы чувственно воспринимаемого предмета. П о н я ­ тие выступает «формой» внешнего предмета не в смысле ф и ­ гуры, а в более общем смысле того единства, которое д ел ает многообразие имеющим «смысл». Л и ш ь б ла г о д а р я понятию, согласно Канту, последовательное дви ж ени е руки создает с в я з­ ное целое — текст, формулу, фигуру, рисунок, мелодию... Этот «смысл» и э т а «ф орм а» явно не св язан ы с д анны м конкретным ощущением, д ан ны м конкретным человеком — теорему П и ф а г о ­ ра мож но д о к а з а т ь на песке, на доске, на бумаге, ее д о к а зы в а л и и древние греки и современные школьники, она переж ивет все м атериальное, в чем мы ее «видим», что ее временно в о п л о щ а­ ет. Н езрим ы й «чистый конструктор» присутствует в дви ж ени ях нашего мы слящ его тела. О б щ езначи м ы е формы деятельности, понятия выступаю т к а к активный формирую щ ий принцип ч ув­ ственного восприятия. К антовский априоризм — первый опыт теоретического осмысления того предмета, который изучает те­ перь д иа л е кт и ч е ска я логика.

У нас нет резона отд ав ать проблему, п ослуж ивш ую «корнем»

кантовского априоризм а, на откуп ф илософскому идеализму.

Д и а л е к т и ч е с к а я логика м а р к си зм а п ред став л яет собой д а л ь н е й ­ шее р азви тие тран сц ен ден тальной концепции субъективности.

И д еа л ь н о е — это ф о рм а деятельности или, если угодно, свой­ ство, функция, атрибут, ф ор м а сущ ествования мы слящ его тела человека. Это тело п ред став л яет собой «высший цвет» материи, ее наиболее сложный, вы сокоорганизованны й продукт,, который, следовательно, имеет так ие «формы д виж ения», которых нет ни в к аком другом теле природы. Эти формы д ви ж ен и я суть и скл ю ­ чительно собственное достояние человеческого тела, они ко ре­ нятся в «свойствах организации» с у б ъ е к т а познания и д е я ­ тельности. Р азв и т и е цивилизации и созидание культуры п р ед ­ п олагаю т не только о траж ен и е того, что сущ ествует в природе и без человека, но и создание того, чего в природе не было, ста л о быть, не только универсальную пластичность человече­ ского тела, его способность д ви гаться по форме любого в н е ш ­ него предмета, но и его спонтанность, способность д ви гаться по форме понятия. Ч еловек вовл екает в процесс собственного сам од ви ж ени я низш ие формы д ви ж ен и я материи, н а к л а д ы в а я на них свой отпечаток. Экспансию р а зу м а во Вселенную, не гэнтропийный процесс, упорядочиваю щ ий, организующий, ф о р ­ мирующий окр у ж аю щ у ю «неразумную » природу, невозмож но объяснить без допущ ения «абсолю тно априорных» элементов человеческого сознания в том смысле, что они ничего не о т р а ­ ж а ю т во внешнем мире, ничего не заим ствую т из него, а, н а ­ против, со д ер ж ат то, чего еще нет «в созерцании», что появится в нем б л а го д а р я « каузальности разу м а», б ла г о д а р я способности человека к самодетерминации, деятельности согласно понятию.

С оздать общую теорию творчества (без которой немы слима диа л е кти ч е ска я л о г и к а ), не д оп у ская в каких бы то ни было гран и ц ах спонтанной активности субъекта, нельзя. В этом, н а ­ верное, надо видеть один из главны х уроков кантовского а п ­ риоризм а, его слов о том, что человек — «самый главны й п р ед ­ мет в мире» (6, 351).

Конечно, К ан т р а з р а б о т а л эту идею на идеалистический манер, преувеличивая и мистифицируя автономию и активность субъекта. «Мир — совокупность объектов созерцания — сущ ест­ вует только во мне (трансцендентальны й и деал и зм )... П о л ага ние чего-либо вне меня само исходит п р еж д е всего от меня самого;

я сам п олагаю предметы внешнего и внутреннего ч ув­ ства в ф о рм ах п ространства и времени» 14;

«то, что находится вне меня,— это продукт меня самого. Я д ел аю себя сам... М ы все д ел аем с а м и » 15. М ы мож ем п о н я т ь в объекте лиш ь то, что мы сами д е л а е м 16. Н е т а к у ж трудно, однако, увидеть в этих субъективно-идеалистических п а с с а ж а х подход к теорети­ ко-философскому осмыслению ц елесообразной активной д е я т е л ь ­ ности к а к основы познания, а тем самы м — к диалектической логике. П оследн яя позволяет понять тонкости кантовского уч е­ ния, изум л явш и е и заво д ивш и е в тупик н ем ало комментаторов.

Д иалекти чески й м а тери ал и зм ограничивает активность суб ъек­ з З а к. 1212 та сущ ествованием вещей самих по себе и их собственных з а ­ конов. П реобразовани е, творчество возм ож н ы лиш ь на основе от р аж ен и я объективны х законов природы. Мы не мож ем со­ зд ать са м о е вещь, мы мож ем в известных границах изменить лиш ь форму связи природного вещества. По Канту, рассу д ок не м ож ет созд ать ни вещей самих по себе, ни ощущений. Он д ает лиш ь ф орму связи ощущений, ф орму «явлений». С точки зрения диалектической логики, далее, м ы ш ление «само по себе»

изучить нельзя, оно не д ан о непосредственно в виде объекта исследования. М ы ш ление о б н а р уж и ва ется и реали зу ет себя в природном м а тер и ал е — в зв уках речи, з н а к а х письменности, чертеж ах, поступках, предметах м атери альн ой культуры, одним словом, в продуктах человеческой деятельности. Ч и т а я эту «раскры тую книгу человеческих сущностных сил», мы изучаем мышление. С огласно Канту, к а к известно, априорны е формы чувственности и р ассуд ка са м и по себе неуловимы, их м ож но л иш ь обособить путем философского ан а л и за от резу л ь тата уж е осуществленного опыта. И сследовани е этой априорной со став­ ляю щ ей реального поведения и знания, в процессе которого про­ д уцируется «чистое априорное знание» и производится его «де­ дукция», исследование это и составл яет специфическую за д а ч у и привилегию философии. Знание, полученное в р езу л ь тате т а ­ кого исследования, К ан т н азв ал «трансцендентальны м». К ант у к а за л, таким образом, новый предмет философии — иссл ед ова­ ние мы ш ления (р а зу м а) путем ан а л и за осущ ествленных к у л ь ­ турных форм (опы та).

Д иа л е к ти к о -м атер и ал и сти ч е ск а я тр ак то вк а идеального поз­ вол яет понять колеб ан и я К ан та насчет бытийного статуса ап р и ­ орных форм, их актуальности или потенциальности. Ведь термин a priori озн ач ает «до опыта». В каком, однако, смысле «до»?

И ногда толкуют это «до» в смысле логического п р ед ш ество в а­ ния. О днако понятие логического предш ествования имеет ясное и отчетливое значение лиш ь по отношению к готовой системе знаний, где последую щее выводится из предыдущ его по при­ нятым з а р а н е е правил ам. К ан т имел в виду не это. Н е сл у ч ай ­ но он пишет об априорных ф орм ах чувственности и рассудка, а не только об априорном знании. И дело здесь совсем не в остатках «психологизма», за которы е уп рекали К ан т а «чистые гносеологи» и методологи М арбургской школы. К ан т говорит о способностях субъекта, которые предшествую т опыту, но п р ед ­ шествуют не во времени и не логически. К а зал о с ь бы, иначе п редш ествовать никак нельзя. Н о К ан т упорно говорит о том,, что «чистое созерцание возм ож но a priori до предм ета» (3, 302), что ф орм а чувственного созер ц ан и я «дан а самостоятельно сам а по себе (ist fur sich allein gegeb en» (3, 319). Все априорные ф ормы имеют место, нах од ятся ( s t a t t f i n d e n ), д ан ы (sind g e g e ­ b en ), л е ж а т в душ е (liegen im Gemiit) в готовом виде ( b e r e i t ) !

Они присущи нам (beiw ohnen un s) до (v o r), п р еж д е (ehe), без (ohne) всякого действительного предмета чувств. Они п ред ш е­ ствуют (v o ra u s g e h e n ) самим объектам, дан ны м в опыте. Эти формы н ахо д ят в опыте лиш ь применение (A n w e n d u n g ), по лу­ чаю т значение, отношение к объекту. Эти априорны е формы, по К анту, активно действуют. К ан т лю бил повторять схоластиче­ ское «form a d at esse rei». Его излюбленный оборот речи отно­ сительно априорных условий — «welches m acht, dass...», т. е.

буквально «которое делает, что...». Н ап р асн о Г. Коген припи­ сы вал К ан ту утверж ден и е чисто потенциального бытия а п р и о р ­ ного. Но к а к м ож ет «априори л е ж а т ь в душе» интуиция п ро ­ странства или категори я причинности?

Р о до вы е формы деятельности относительно н езависим ы от ка ж д о го отдельного человека и его индивидуального опыта — это своеобразны й родовой генофонд культуры, разу м а, п еред аю ­ щийся из поколения в поколение. Ф илософские категории — наиболее глубокий и нвари ан т духовной культуры человечества, предельное обобщ ение общечеловеческого опыта, краеугольн ы е камни мышления, самы й крепкий и не поддаю щ ийся течению времени «интеллигибельный к а р к а с мира». Н аиб о л ее общ ие формы действительности, д алее, раскры ваю тся, о б н а р у ж и в а ю т ­ ся и познаю тся лиш ь в ф ормах деятельности субъекта. О тсю ­ д а — иллю зия сверхицдивидуальной трансцендентальной су б ъ ­ ективности. В то ж е время этот «генофонд» не сущ ествует по­ мимо и вне деятельности отдельных людей. Без ж ивого чел ове­ ческого тела нет никакого идеального, никаких форм;

формы нет без того, формой чего она является. Родовы е формы инте риоризую тся в ф ормы деятельности личности, в чем и состоит смысл о б р азо ван ия и воспитания, вклю чения индивидуального субъективного опыта в поле общ езначимой культуры. О тсю да • — стремление К ан та связать трансцендентальную субъективность с «душой», р ас см а т р и в ат ь априорны е формы к а к «способности души». В качестве идеального о б р аза, далее, ф орм а д е я т е л ь н о ­ сти есть одновременно ф орм а внешнего предмета, его «инобытие»

в человеке. О тсю да — учение К ан та об априорных ф о р м а х ка к «условиях возможности» предметов опыта. П оп ы тка вы разить д и а ле кти ку идеального, его «промеж уточное бытие» м еж д у су б ъ ­ ектом и объектом то л ков ал ась к а к ненужное схоластическое теоретизирование, непоследовательность. В данном случае, о д ­ нако, не философ в л ад ел идеей, а идея в л а д е л а философом.

М ы рассмотрели лиш ь некоторые аспекты кантовского а п ­ риоризм а, но и они, очевидно, достаточно убедительно свиде­ тельствую т о том, что нельзя у см атри вать его источник в « а б ­ солю тизации» пятого п остулата Е в кл и да или второго зак о н а Нью тона. П од о б н ая позиция за к р ы в а е т путь не только п р а в и л ь ­ ной интерпретации философии К ан та, но и понимание генезиса и смысла д иалекти ки в немецком идеализме, а тем сам ы м — д иалекти ки материалистической. К ан т исходил из л ож н ого те ­ зиса, что источником активности яв л яе тся дух. Верно о б р а т ­ 3* н о е —• активность человека есть источник понятия о духе. Д и а ­ л екти ка п оявилась на свет и соверш ен ствовалась к а к филосо­ фия субъекта, философия активности. Н е б ы в ал ы й взлет д и а ­ лектической мысли в немецком идеализме, все его д остиж ения т а к или иначе связан ы к а к со своей первопричиной с исследо­ ванием активной творческой деятельности, подчиняю щ ейся про­ ступаю щ ей в ней самой объективной закономерности. И д ея а к ­ тивности субъекта к а к духа л е ж а л а в основе тр ан сц ен д ен тал и з­ ма К анта, получила дальнейш ее, хотя и одностороннее, развитие в субъективном и деал и зм е Фихте и объективно-идеалистической н атурфилософии Ш еллинга и н аш л а заверш ен ие в энц и клопеди ­ ческом синтезе абсолютного и де ал и зм а Гегеля, в его учении о саморазви тии -сам оп озн ан ии «субстанции-субъекта». И д е а л и с т и ­ ческая д и а л е к ти к а р азв и ва етс я ка к со зн ател ьн ая критика м е­ тафизического, созерцательного м а тер и ал и зм а. К ан т у к а зал, что хотя познание н евозмож но без объекта, но оно невозможно и без субъекта. С тало быть, д еятельность субъекта не менее в а ж н а, чем сущ ествование объекта. П оэтому с а м у эту д е я т е л ь ­ ность следует сделать первостепенным объектом исследования.

М атериали стическом у принципу о т р аж ен и я и детерм инации с уб ъ екта объектом К ан т сознательно противопоставил принцип самодетерминации субъекта, духовной активности, созидания предмета опыта в процессе активно-творческой работы сознания.

Точкой роста диалектической мысли было именно это к а н то в ­ ское сопряж ение в едином акте познания двух противоп о л о ж ­ ных, несводимых д руг к другу начал: столкновение внешнего воздействия на субъект с его спонтанностью высекает искру по­ знания. Соответственно этому принципу место материи или бо­ га в качестве всеобщей субстанции или субстанции всеобщего в системе К ан та заступ ает и нте л л е кту ал ь н ая деятельность че­ л овека, а высшим основоположением философии становится единство сознания, самотож дественность субъекта. Р еш а ю щ ее значение д л я судеб немецкого и д е ал и зм а имела, очевидно, идея высшего принципа философии к а к тож д ес тва сознания в един­ стве его разли чн ы х функций спонтанной духовной активности, п ервоначально бессознательно «опредмечиваю щ ей» себя в бес­ конечно разн о об разн о м м а тер и ал е ощущений и познаваемой лиш ь постфактум в трансцендентальной рефлексии ф и л о соф ­ ствующего субъекта.

К д ал ьн ей ш ем у развитию идеалистической д иалекти ки вело преодоление «натуралистического» описания способностей су б ъ ­ екта ка к данных, разрозненных, рядополож енных. С ам субъект д олж ен быть продуктом собственной деятельности, процесса с а ­ м оразвития, внутри и посредством которого д о лж н о быть «поло­ ж ено» все многообразие м атер и ал ьн о го и духовного м и ра — вот основная идея послекантовского диалектического идеали зм а, впервы е в ы с к а за н н а я Фихте и всесторонне р а з р а б о т а н н а я Геге­ лем. С тановление субъекта, по Фихте, происходит лиш ь в о т ­ ношении к объекту, н о 'т а к, Что объект «полагается» самим субъектом. С убъект мож ет познать объект лиш ь в том случае* если оба они «едино суть», т. е. объект есть «инобытие» су б ъ ­ екта, а в процессе познания субъект «входит» в объект, с т а ­ новится д л я себя объектом, «опредмечивается», а затем вновь «распредмечивае.тся» в самосознании, преод олевая ш аг за ш а ­ гом к а ж у щ у ю ся чуж дость и внешность мира в творческом процессе практической реали зац и и и теоретического осознания собственной свободы, бесконечного продвиж ения субъекта к тож д еству с собой. У Гегеля, наконец, сам бог становится ф и ­ л ософствую щ им субъектом, ибо к а к ни «абсолю тен» гегелев­ ский субъект, он остается субъектом. Н а кантовское понятие су б ъ екта опирается основоположное д л я гегелевской системы представлен и е о «живой субстанции». Один и тот же;

само тож дественны й «в себе» су бъект «полож ил себя» в предмете к а к его скрытый см ы сл и мыслит в мозгу философа.;

Поэтому истинное сод ерж ан и е вещей и истинное содерж ание., м ы ш л е ­ н и я — это одно и то ж е содерж ание. «Понятие», имманентно и познаю щ ем у субъекту, и п о зн аваем о м у объекту. П оэтом у не философия стремится познать сущее, а, напротив, но меткому зам еч ан ию Вл. Соловьева, сам о сущее стремится стать ф и лосо­ фией. Поэтому философия не н у ж д аетс я в посторонней помощи д л я познания истины: философское м ы ш ление свободно, в п р о­ цессе сам о д ви ж ени я мыслей п о р о ж д ает свое содерж ание. М етод построения системы — д иалекти ческое саморазличение,- самопо л аган и е, самоотрицание, сам о оп осредован ие мы ш ления;

оно ж е есть и предмет философии, и ее содерж ание, и само абсолютное.

Философу надо о тд ат ь ся свободному течению мыслей — и в бес­ страстной тишине «чистого» познания заговори т вечный голос «логоса», кр и ста л л и зу я свои вечные ф ормы в д виж ении пера...

З а с л у ж и в а е т самого серьезного и обстоятельного исследо­ в ан ия в этой связи п роблем а отношения двух идей: активности с уб ъ екта и противоречия ка к необходимого состояния м ы ш л е ­ ния и бытия. Возможно, что противоречие становится цент­ ральной проблемой д иалекти ки лиш ь вместе с понятием аб со­ лютного су б ъекта, поскольку лиш ь с допущ ением такового становится необходимой п роцедура сам оопосредования с вы те­ каю щ и м и отсюда триадическими форм улам и. Эта д и а л е к т и к а яв л яе тся, в сущности, не учением о развитии, а наукой о ф о р ­ м а х сам оопосредования субъекта. Д и алекти чески й м а тери ал и зм, напротив, идет от К а н т а в другую сторону, не к «онтологии суб ъекта» и триадическим ф окусам спекулятивного мы ш ления, а к д и а л е кти ке ка к теории ч е л о в е ч е с к о й, м атери альн ой, предметно практической деятельности. Т а к а я теория не м ож ет обойтись без философского понятия субъекта, которое пока не получило н а д л е ж а щ е г о места в нашей науке. Г ен и ал ьн ая р а з ­ р а б о т к а этого понятия в системе К а н т а м ож ет послуж ить д а л ь ­ нейш ему разви тию д иалекти ки к а к философии творчества, а к ­ тивности, созидания и борьбе против рецидивов ее схоласти че­ ско-натурфилософской интерпретации.

1 М а г t i п G. Im m a n u e l K a n t. O n to lo g ie u n d W is se n sc h a ftsth e o rie. 4-e A ufl. B e rlin, 1969, S. 43— 44.

2 Л е н и н В. И. Ф и л ософ ски е т е т р а д и //П о л н. собр. соч. Т. 29. С. 72.

3 K a n ts g e sa m m e lte S c h rifte n (K G S ). В. 21. S. 144— 145.

4 См. т а к ж е : K G S. В. 17. S. 564. R eflex io n 4473.

5 Г е г е л ь Г. С очи нения: В 14 т. М., 1959. Т. 4. С. 9.

6 См.: Б а к р а д з е К- С. П р о б л е м а д и ал е к т и к и в нем ец ком и д е а л и зм е // И з б р. ф илос. т р у д ы. Т билиси, 1981. Т. 1. С. 59.

7 K G S. В. 17. S. 464— 465. R eflex io n 4225.

* K G S. В. 15/2. S. 784. R eflex io n 1499.

s K G 4 R 00 Q 10 K G S. В. 17. S. 314. R eflex io n 3857.

11 См.: Ж у ч к о в В. А. Г н о сео л о ги ч еск ая су щ н о сть к ан то в с к о го у ч е ­ н и я о с в о б о д е //В о п р о с ы теорети ческ ого н а с л е д и я И м м а н у и л а К а н т а : Сб.

н ауч. т р./К ал и н и н гр. ун-т. К а л и н и н гр а д, 1977.В ы п. 2. С. 52.

12 См.: V a i h i n g e r Н. C o m m e n ta r z u K a n ts K ritik d e r re in e n V e rn u n ft.

B. 2. S t u t tg a r t etc., U n io n d e u tsc h e V e rla g s g e s e lls c h a ft, 1892. S. 125— 129.

13 K G S. B. 22. S. 366.

14 K G S. B. 22. S. 97.

*5 K G S. B. 22. S. 82.

i® K G S. B. 21. S. 578.

П р о б л ем а познаваем ости мира в условиях сильной реконструкции м атематических антиномий Канта А. Н. Т роепольски й (К а л и н и н г р а д с к и й университет) В р ан ее опубликованной статье «Ф ормально-логический а н а ­ лиз математических антиномий К а н т а » 1 мы сф ор м у ли р овал и теоретические аргументы против кантовского агностицизм а ис­ ходя из его понимания бесконечного к а к н етож дественного по­ нятию «неконечное». Встает вопрос: мож но ли найти теорети­ ческие аргументы против кантовского агностицизм а при более сильной реконструкции м атем атических антиномий К ан т а в сторону явной формально-логической противоречивости терм и ­ нов, входящ их в тезис и антитезис этих антиномий? Эта рекон­ струкция предполагает:

1) понимание бесконечного ка к неконечного;

2) понимание м и ра к а к такого нечто, которое одновременно и конечно и бесконечно;

3) использование отношения « е » при ф орм а ли за ц и и второй м атем атической антиномии К анта.

Д а л е е мы п окаж ем, что так ие аргументы существуют. Тем самы м мы, прим еняя метод рассуж д ен и я по случаям, достигнем окончательного опроверж ения кантовского агностицизм а на уровне теоретических представлений.

Отметим, что суть кантовской аргументации н еп озн аваем о ­ сти вещей «в себе» мож но в ы разить следую щ им образом. З а гран и цам и возможного опыта разу м становится диалектичны м, и эта его д и а л е к ти к а п роявляется в одновременной истинности некоторого утвер ж д ен и я и его отрицания, вы сказанн ы х о вещ ах «в себе», что не позволяет отличить за п ределам и возможного опы та истину от л ж и и, следовательно, не позволяет субъекту познания иметь достоверное зн ан ие о вещ ах «в с е б е » 2.

П ри рассмотрении проблем ы познаваемости мира в условиях вышеописанной реконструкции м атем атических антиномий К а н ­ та будем использовать следую щую типологию ф о рм альн о -л о ги ­ ческих противоречий, уточняю щ ую их понимание в ф о р м а л и зо ­ ванны х рассуж дениях.

Д1. С уж ден ия х и у н аходятся в отношении ф орм аль н о -л о­ гического противоречия (Ф Л -п р о ти в о р еч и я ), если из одного из них выводимо суж дения а, а из другого ~ а.

Д 2. С уж дение л: яв л яется внутренне ФЛ-противоречивым, если из него выводимы суж дения а и ~ а.

ДЗ. С уж ден ия х и у н аходятся в отношении явного Ф Л-про.тиворечия, если одно из них имеет вид а, а другое ~ а.

Д4. С у ж д ен ия х и у н ах од ятся в отношении неявного Ф Л противоречия, если они не имеют вида а и ~ а, но суж дения вида а и ~ а выводимы из них.

Д а л е е будем р азл и ч а ть конструктивную (не р азр у ш аю щ у ю познание) и деструктивную (ра зр у ш аю щ у ю познание) Ф Л-про тиворечивость, т. е. К Ф Л и Д Ф Л -иротиворечивость.

Д 5. Ф Л -противоречивые суж дения х и у наход ятся в отно­ шении Д Ф Л -п ротиво реч и я, если одно из них истинно (п ри ни м а­ ется, д о к азу е м о ), а другое л о ж н о (о тбрасы вается, о п р о ве р ж и ­ мо).

Д6. Ф Л -противоречивые суж дения х и у наход ятся в отно­ шении Д Ф Л -п ро тиво реч и я, если они оба истинны (принимаются, доказуем ы ).

Особого разъ ясн ен и я требует в ы р а ж ен и е а А ~ а, которое внутренне ФЛ-противоречиво. В стает вопрос: какое противоре­ чие оно в ы р а ж ае т, К Ф Л либо Д Ф Л -п ротивор еч и е? Р еш ение этого вопроса определяется способом вычисления истинностного значения а Л ~ а. Если истинностное значение данного в ы р а ж е ­ ния вычисляется в н аправлении от элем ен тарн ы х в ы с к а з ы в а ­ ний, входящ их в вы раж ение, ко всему слож ном у кон ъю н кти в­ ному вы сказы ван ию (к а к это имеет место при обычном та б л и ч ­ ном методе вычисления истинностного значения в ы р а ж е н и я ), то оно в ы р а ж а е т КФ Л -противоречие. Если ж е истинностное значение данного в ы р а ж ен и я вы числяется в обратном н а п р а в ­ лении, т. е. от сложного конъюнктивного в ы с к азы в ан и я к его элем ентарны м составляю щ им, то оно в ы р а ж а е т Д Ф Л -п р оти в о речие. Табл. 1 и 2 иллю стрирую т прямой и обратн ы й методы вычисления истинностного значения.

Таблица 1 Таблица а аД~а ~а а ~а аД~а И И И Л Л И Л И Л Л, И Л, И Н етрудно видеть, что табл. 2 в ы р а ж а е т Д Ф Л -противоречие, т а к к а к во второй строке табли цы а и ~ а одновременно при­ ним аю т значение, «истина» и значение «ложь», т. е. в этом сл у­ чае истина не отличается от лж и. С ледует иметь в виду, что если вы р а ж ен и е а Л ~ а употребляется © рассуж ден и и в ка ч е ст­ ве принимаемой ф ормулы (в ы ск а зы в ан и я), то оно в ы р а ж а е т Д Ф Л -п ротиворечи е, т а к к а к при этом действует обратны й спо­ соб вычисления его истинностного значения. В противном сл у ­ ч ае а Л ~ а в ы р а ж а е т К Ф Л -противоречие, т а к к а к в этой си туа­ ции действует прямой способ вычисления истинностного зн ач е­ ния этого вы раж ен и я.

Аналогичны м образом обстоит дело и с в ы р а ж ен и ям и а, ~ а, в зяты м и к а к отдельные вы сказы ван ия. Н етрудно понять, что Д Ф Л -п роти в ореч и во сть — это р а з р у ш а ю щ а я познание антино­ мическая Ф Л -противоречивость, котор ая в современном п о зн а­ нии л о кал и зу етс я в теории посредством использования в ней в качестве средства дедукции систем паранепротиворечивой л о ­ гики 3. И спользуя понятие Д Ф Л -противоречивости, следующим образом сф орм ули руем теперь проблему относительно к а н то в ­ ских антиномий: находится ли тезис и антитезис кантовских антиномий в отношении Д Ф Л -п р о ти в о р еч и я в условиях их с и л ь ­ ной реконструкции?

К а к известно, в философской системе И. К ан та сф о р м у л и ­ рованы следую щ ие матем атические антиномии (4 ( 1 ), 160— 161):

I. Т е з и с : Мир имеет н ач ал о (границу) во времени и в про­ странстве.

А н т и т е з и с : Мир во времени и пространстве бесконечен.

II. Т е з и с : Все в мире состоит из простого.

А н т и т е з и с : Н ет ничего простого, все сложно.

Что ка сае тся динам ических антиномий, то они не угр о ж а ю т в конечном счете познанию, т а к к а к имею т простое разреш ение.

В них утверж д ен и е в тезисе и отрицание в антитезисе относятся к разн ы м о бъектам. С ледовательно, тезис и антитезис этих антиномий не имеют вида а и ~ а соответственно и не могут быть приведены к этому виду, к а к этого требует определение ФЛ-противоречия. Т екстуально это м ож но подтвердить след ую ­ щим вы сказы ван ием К ан та: «П р и р о д а и свобода могут без про­ тиворечия быть приписаны одной и той ж е вещи, но в различном отношении: в одном случае — к а к явлению, в другом — к а к вещи самой по себе» (4 ( 1 ), 167). П оэтом у в дал ьн ей ш ем мы о ста­ н овим ся на ан ал и зе математических антиномий в условиях их сильной реконструкции.

Д л я выяснения вопроса о Д Ф Л -противйречивости тезиса и антитезиса первой математической антиномии при понимании бесконечного к а к неконечного, а мира к а к нечто такого, кото­ рое одновременно и конечно и бесконечно, в ы рази м эту ан ти ­ номию в точном язы ке логики предикатов. П ри таком подходе п редикат «быть бесконечным» вы разится определением В ( х ) +± ч ^ ~ К ( л ) где — К(лс) читается «неверно, что х конечно», а ' п р е ­ д и к а т «...быть миром» — определением: M ( x ) ^ K ( ^ ) А ~ К ( х ), где К ( * ) Л ~ К ( х ) имеет прочтение: х — конечно и неверно, что х — конечно.

Тогда в язы ке Л П мож но рассмотреть следую щ ие в о з м о ж ­ ности в ы р а ж ен и я тезиса и антитезиса первой м атематической антиномии:

1. Пусть теперь тезис будет суж дением вида А, т. е. об щ е­ утвердительны м суж дением с логической формой: «Все 5 суть Р», а антитезис — суж дением вида Е, т. е. общ еотри ц ательн ы м суж дением с логической формой: «Все S не суть Р». Тогда в язы ке логики предикатов запись А будет иметь вид Y x ( S ( x ) zd zdP ( x ) ), а Е примет вид V * ( S (х) ( х ) ). П о л о ж и м теперь, что S ( x ) = М ( х ) = К ( х ) Л ~ К ( х ), а Р ( х ) = К ( х ). Тогда суж дени е А примет следую щий вид в я зы к е Л П : т. е. А = У х ( / ( ( х ) А Л ~ К ( х ) zdK ( x ) ). П риведем п одкванторное вы р а ж ен и е А к конъю нктивно-нормальной форме ( К НФ).

А: У х ( К ( х ) Л ~ К ( х ) = К ( х ) ) = = У х ( ~ ( К( х ) А ~ К ( х ) ) V K ( х ) ) = = Vx(~K(x)VK(x)VK(x)).

П оскольку подкванторное в ы р а ж ен и е содерж ит тож д ествен ­ но-истинную дизъю нкцию ~ K ( x ) V K ( x ), то тезис данной ан ти ­ номии явл яется истинным аналитическим суждением.

В ы разим теперь антитезис в язы ке Л П при условии, что S ( x ) = K ( x ) A ~ K ( x ), а Р ( х ) = К ( х ), и приведем подкванторное вы р а ж ен и е Е к КНФ.

Е: У х ( К ( х ) Л ~ К ( х ) = з ~ К ( х ) ) = = Ух(~(К(х)Л~К(х))\/~К(х)) = = V.x ( ~ K ( x ) V K ( x ) V ~ K ( x ) ).

Н етрудно видеть, что, к а к и в случае с тезисом А, антитезис Е т а к ж е яв л яется аналитически истинным суждением. О д н ако А и Е не н аходятся в отношении Д Ф Л -и ро ти в ор еч и я, так ка к А и Е не имеют вида а и ~ а и не могут быть приведены к нему посредством эквивален тн ы х преобразований.

Д ействительно, приведем Е к ~ а :

Е: V x ( ~ K ( x ) V K ( x ) V ~ K ( x ) ) = х~(К(х)Л~К(х)ЛК(х)) = х(К(х)А~К(х)ЛК(х)), = где а = ' 3. х ( К. ( х ) Л ~ К ( х ) Л К ( х ) ).

О д н ако А не приводимо к виду а. П опы тка привести А к виду а д а е т следую щий результат:

Vx( ~K( x) VK{x) VK( x) = ^Ух~(К(х)Л~К(х)Л~К(х)) = х(К(х)Л~К(х)К{х)), т. е. д ает вы раж ен и е, отличное от Ях(К (х)Л~К (х)ЛК (х)).

2. Тезис будет суж дением вида А, а антитезис — суж дением вида О, т. е. частноотрицательны м суж дением с логической ф ор­ мой: Н екоторы е S не суть Р. В ы рази м О в язы ке Л П при усло­ вии, что S (х) = К ( х ) Л ~ К. ( х ), а Р ( х ) = К ( х ), и приведем его п одкванторное вы р а ж ен и е к К Н Ф :

О: Н екоторы е S не суть Р = 3 x ( S ( x ) Л ~ Р ( х ) ) = ==Ях{К(х)Л~К(х)Л~К(х)).

Н етрудно видеть, что антитезис яв л яе тся аналитически лож н ы м суждением, поскольку подкванторное в ы р а ж ен и е содерж ит т о ж ­ дественно-ложную конъю нкцию К ( х ) Л ~ К { х ).

П риведем О к виду ~ а :

О: Я х ( К ( х ) А ~ К ( х ) А ~ К { х ) ) = = 3 х{~(~К(х)\/К(х)\/К{х)) = = = ~ У х ( ~ К { х ) У К ( х ) \ / К ( х ) ), где Vx(~K(x)VK(x)VK(x))=a Н етрудно видеть, что А со в п ад ает с а, следовательно, тезис и антитезис имеют вид а и ~ а. О д н ако тезис (А) и антитезис (О) п о-преж нему не нахо д ятся в отношении Д Ф Л -п р оти в о ре чия, т а к к а к они (А и О) не явл яю тся одновременно истинны­ ми либо ложными.

3. Д л я случая, когда тезис будет суж дением /, т. е. частно­ утвердительны м суж дением с логической формой «Н екоторы е 5 суть Р», а антитезис суждением вида Е, будем иметь тот ж е сам ы й вывод, что и в предш ествую щ ем случае.

4. Тезис есть суж дение вида I, антитезис — суж дение вида О, S ( x ) = K ( x ) A ~ K ( x ), а Р ( х ) = К ( х ).

/: Н екоторы е S суть Р = 3 x ( S ( х ) А Р ( х ) ).

Тези с /: 3 х ( К { х ) Л ~ К ( х ) Л К ( х ) ) яв л яе тся аналитически л о ж ­ ным, т а к к а к подкванторное вы р а ж ен и е содерж ит то ж д ес тве н ­ но-ложную конъюнкцию, антитезис. О, как, мы видели выше, т а к ж е яв л яется аналитически лож н ы м суждением. Н о с другой стороны, они не могут быть приведены к виду а и ~ а. Т аким о б разо м, они т а к ж е не н аходятся в отношении Д Ф Л -п р оти в о речия.

Н есколько слож н ее обстоит дело со второй м атематической антиномией.

Д л я удобства ан ал и за вы разим вторую математическую антиномию в более четком виде, сод ерж ател ьно эквивалентном кантовской формулировке.

Т е з и с : Все, что п р и н ад л еж и т миру, конечно делимо.

А н т и т е з и с : Неверно, что сущ ествует такой объект, кото­ рый п р и н ад л еж и т миру и конечно делим.

Очевидно, что тезис и антитезис данной антиномии мож но за п и с а т ь в язы ке логики предикатов, пополненным отнош ени­ ем е в виде следую щих формул:

Т е з и с : \ х ( ( х ^ М ) zdK a {x ) ), где М — озн ач ает предикатор «мир», а К а — предикатор «конечно делимо».

А н т и т е з и с : ~ З х ( ( х ^ М ) А К а ( х ) ).

Пусть а = \ х { ( х е М ) zdK a ( х ) ).

Н етрудо убедиться, что антитезис не приводим к виду ~а = ~\х((х^М) (x ) ) = zdK a = 3.x ( ( х е М ) ~ К а (х ) ).

А ~Ях((хеЕМ)ЛКА{х)) = = V x ~ ( ( х е е М ) Л К а (х ) ) = = V x ( ~ ( x^ M ) V ~ K (x )) = a = У х ((х ^ Г Л ) ^ ~ К (х ) ).

а Таким образом, мы мож ем быть уверены, что в данном кон ­ кретном случае тезис и антитезис не н ахо д ятся в отношении Ф Л -противоречия, несмотря на то, что исчисление Л П, со д ер­ ж а щ е е отношение « е », м о ж ет бы ть Д Ф Л -п ротивор еч и вы м. Т а ­ ким исчислением, к а к известно, яв л яется идеальное исчисление К, претендующее на ф о р м а л и за ц и ю наивной теории м н о ж е с т в 4.

О д н ако Д Ф Л -п ро ти в ор еч и е в этом исчислении, к а к известно, появляется вследствие использования аксиомной схемы свер ты ­ ваемости (V) V x ' 3. y ( ( x ^ y ) = F ( x ). Но, во-первых, в наш их р а с ­ суж дениях по поводу познаваемости мира в условиях сильной реконструкции математических антиномий К ан та нет никакой необходимости использовать эту экономную схему. Во-вторых, если бы д а ж е т а к а я необходимость и была, то при проведении дан ны х р ассуж дений мож но было бы использовать ф о р м а л и з а ­ ции тех аксиоматических систем теории множеств, Д Ф Л -н еп р о тиворечивость которых уж е у с т а н о в л е н а 5.

В заклю чн ие сделаем следую щ ее обобщение. В случае если р езу л ь тат реконструкции математических антиномий полностью вы разим только в язы ке чистого или прикладного исчисления п редикатов первого порядка, которое ка к известно, не я в л я е тся Д Ф Л -п р отивореч и вы м, то отсюда следует, что если тезис и ан ­ титезис математических антиномий вы р азим в виде а и ~ а, то все равно они не н аходятся в отношении Д Ф Л -п р оти в о реч и я, т а к к а к в исчислении предикатов первого п ор яд ка правил ьн о построенные ф ормулы вида а и ~ а не явл яю тся одновременно д о к а з у е м ы м и 8. Таким образом, и в условиях сильной рек он ­ струкции математических антиномий К ан та существуют на уро в ­ не теоретических представлений убедительны е аргументы про­ тив кантовского агностицизма.

1 См.: Т р о е п о л ь с к и й А. Н. Ф о рм ал ьн о-л оги ч ески й а н а л и з м а т е м а ­ тически х анти ном ий К а н т а //Ф и л о с о ф с к и е науки. 1987. № 2.

2 К а к известн о, реш аю щ и й и всеобщ ий а р гу м ен т п роти в к ан то в с к о го и д р у ги х р а зн о в и д н о стей а гн о сти ц и зм а с ф о р м у л и р о в ал и кл асси к и м а р к с и с т ­ ской ф илософ ии ;

и он за к л ю ч а е т с я в р е зу л ь т а т а х п р ак ти ки, эк с п е р и м ен та.

П р е д л а га е м ы е в д ан н о й с та ть е теорети ческ и е ар гу м ен ты п ротив а гн о с т и ц и з­ м а не им ею т в сео б щ его зн ач ен и я, а им ею т си л у т о л ь к о п р оти в к ан то в с к о й ар гу м е н та ц и и в за щ и т у н е п о зн ав а ем о с ти «вещ ей в себе».


3 См.: Н а р с к и й И. С. П р о б л е м а ф и л ософ ск ого и с то л к о в а н и я п а р а н е п р оти вореч и вы х л о ги к //Ф и л о со ф с к и е н ау к и. 1982. № 4.

4 См.: Ф р е н к е л ь А., Б а р - Х и л л е л И. О сн о в а н и я т еори и м нож еств, М., 1966.

5 См. там ж е.

6 К л и н и С. М а т е м а ти ч е с к а я л оги к а. М., 1973.

Принцип системности в ф илософии И. Канта И. В. Д мит ревская ( И в а н о в с к и й университет) Содержание философского принципа систем­ н о с т и. Философский принцип системности яв л яе тся в н а с т о я ­ щ ее врем я объектом пристального внимания у ч е н ы х 1. П о мне­ нию специалистов в области системных исследований, принцип, системности сл у ж и т методологическим обоснованием тех мно­ гооб р азн ы х форм и видов научной деятельности, которы е по­ лучили н азв ан и е системного д ви ж ен и я в науке. В явной форме:

принцип системности сф орм ули рован в р а б о т ах класси ков м а р к ­ си зм а-лен ин и зм а 2.

П р и н ци п системности в материалистической философии вы ­ ступает к а к кон кретизаци я диалектического принципа всеоб­ щ ей связи явлений и п о стулата о м атер и ал ьн о м единстве мира.

Его со д ер ж ан и е п редставлено следую щ ими полож ениями:

1) Онтологический аспект: все вещи в мире суть р а з в и в а ю щ и е ­ ся системы. Несистемное состояние объектов относительно, си­ стемность абсолю тна. 2) Гносеологический аспект: и ссл ед ов а­ ние явлений есть и сследование систем: все явлен и я принципи­ ально п озн аваем ы и могут быть познаны лиш ь к а к системы.

Ф у н д а м ен тал ь н ы м д л я системного исследования я в л я е тся по­ нятие «связь»: все компоненты диалектического учения о свя -зях входят в сод ерж ан и е философского принципа системности.

3) М етодологический аспект: философский принцип системно­ сти сл уж и т д л я обоснования общенаучной методологии систем­ ных исследований и р азр а б о тк и общей теории систем, а т а к ж е -системных методов в частных науках. В аж н ей ш и м методоло­ гическим понятием яв л яе тся понятие «система». 4) М и р о во з­ зренческое со д ер ж ан и е философского принципа системности в том, что он п озволяет осмыслить мир к а к м атери ал ьн о-д и ал ек тическое единство. Д и а л е к ти ко-м атери ал и сти ческо е решение вопроса о единстве мира, ка к известно, я в л яе тся границей, ко ­ т о р а я противопоставляет марксистско-ленинскую философию идеалистическим учениям.

Ф у н дам ен тал ьн ы м понятием теории систем, разв и ва ю щ ей ся на основе философского принципа системности, я в л яе тся по­ нятие «система». По определению А. И. У емова, система есть вещь, или множество вещей, на которой выполняется отнош е­ ние с зар а н е е фиксированными свойствами. Д войственны й в а р и ­ ант определения р ас см атри в ает систему ка к вещь, на которой выполняется свойство с за р а н е е фиксированны ми отношениями.

М н ож ество элементов, составляю щ их систему, н азы вается ее субстратом;

отношение, об разую щ ее систему, н азы вается систе­ м ообразую щ им отношением, или структурой;

свойство отн ош е­ ния, относительно которого множество вещей о б разует систему, • н азы ва ется системообразую щ им свойством, или концептом сис­ т е м ы 3. К а ж д а я система исследуется на трех уровнях о р г а н и за ­ ции: концептуальном, структурном и субстратном.

Сущность системного подхода состоит в следую щем: в п р о­ цессе системного исследования, в отличие от несистемного, про­ изводится последовательны й переход от свойств и отношений, пони м аем ы х к а к вещи, к собственно вещ ам : от концепта и структуры к с у б с т р а т у 4.

Это определение достаточно ф о рм альн о и м ож ет и нтерпре­ ти р о ва тьс я на р азн ы х предметных областях. В нашем случае такой предметной областью яв л яе тся теория познания И. К анта.

Понятие системы и системный подход в кон­ ц е п ц и и И. К а н т а. Р ассм отри м с теоретико-системной точ­ ки зрения основные постулаты философской концепции И. К а н ­ та. И. К ан т пишет: «П од системой я р азу м ею единство много­ об разн ы х знаний, объединенны х одной идеей. А идея есть по­ нятие р а зу м а о ф орм е некоторого целого, поскольку им a p rio ­ ri оп ределяется объем многообразного и полож ение частей о т­ носительно д руг д р уга. С ледовательн о, научное понятие р а зу м а со д ерж и т в себе цель и соответствующ ую ей ф орму целого...

И д ея н уж д аетс я д л я своего осущ ествления в схеме, т. е. в a p r i ­ ori определенном из принципа цели существенном многообразии и порядке частей. Схема, н ач ер тан н ая не согласно идее, т. е.

исходя не из главной цели р азу м а, а эмпирически, т. е. сл у ч ай ­ но пред ставл яю щ им ся целям..., д ает техническое единство, а схе­ ма, построенная согласно идее (когда разум a priori у к а ­ зы вает цели, а не эмпирически о ж и д ает и х), создает архитек­ тоническое единство. То, что мы н азы ваем наукой, в озникает не технически ввиду сходства многообразного или случайного применения знаний..., а архитектонически ввиду сродства и про­ исхож дения из одной высшей и внутренней цели, к ото рая един­ ственно и д е л а е т возм о ж н ы м целое» (3, 680— 681). «П од ар х и ­ тектоникой я р азум ею искусство построения системы» (там ж е ).

К а к видим, в пред лож ен но м определении системы у К ан та н а ­ лицо все компоненты системного пред ставлен и я о б ъек та ис­ следования. К онц еп туальн ы й уровень п р ед став л яе т идея, стр ук­ турный — схема, а субстрат п редставлен единицами тео рети ­ ческого или опытного зн ания. Д л я п равильной орган и зац ии процесса и сследован и я рекомендуется то н ап р ав л ен и е и ссле­ дования, которое хар а кт ер н о д л я системного подхода — от кон­ цепта к структуре и затем к субстрату: от идеи к схеме, а з а ­ тем к э лем ен там зн ания или д анны м опыта. Такой путь и ссле­ до ва н и я д л я К а н т а есть путь построения системы. Он н азы ва ет этот путь архитектоническим. Несистемное изучение объектов реальности — исследование низшего пор яд ка, н азы ваем о е про­ сто техническим.

С и с т е м н ы й х а р а к т е р к а н т о в с к о г о а п р и о р и з м а. И так, понятие «система» — одно из основных в теории по­ зн ан ия И. К ан та. Р ассм отри м, каким об разом реали зую тся э л е ­ менты системной методологии в учении о синтетических с у ж д е ­ ниях априори — ц ентральном вопросе кантовской гносеологии.

П о К анту, все человеческое знание происходит из опыта, но сущ ествует и доопытное знание. Априорное знание — продукт человеческих способностей. Оно имеет необходимый хар а к тер.

Таковы, в частности, п олож ения ф орм альной логики, осн ован ­ ные на зак о н а х т о ж д ес т ва и противоречия. Н о логика не д ает нового содерж ател ьного знания, ее у твер ж д ен и я ан алитичны.

Н а у к а не м ож ет д овольствоваться знаниями, полученными лиш ь аналитическим путем. О тк р ы в а я новое, н аука п р и о б р ета­ ет синтетический характер. Все опытное знание синтетично. Н о в его получении участвуют так и е формы умозаклю чений, к а к индукция и ан алоги я, которые, ка к известно, не д а ю т досто­ верных выводов. М е ж д у тем научное знание, по определению, д о л ж н о быть достоверным. В озни кает вопрос, к а к возмож но синтетическое знание априори? То есть знание, о б л а д а ю щ ее о д ­ новременно д вум я важ н ей ш и м и х ар а ктер и сти ка м и — новизной и достоверностью.

И. К ан т считает: чтобы знания, получаемы е в опыте, носили достоверный х а р а к тер, в основе их д о л ж н ы быть принципы и законы априори, которые за д аю тс я человеческими способности* ми к познанию — способностью чувственного созерцания, спо­ собностью суж дени я и способностью рассуж д ен и я. В отнош е­ нии к материи опыта способности приобретаю т х а р а к те р форм и понятий. Д ал ь н е й ш е е познание объектов идет путем синтеза форм с дан ны м и опыта или путем выводов из понятий.

Синтетические суж дения априори сущ ествую т в лю бой об­ л асти знания. Все суж дения чистой м атем атики яв л яю тс я син­ тетическими: « П ол ож ени е « П р я м а я линия есть к ратчай ш ее р а с ­ стояние м еж д у двум я точками» — синтетическое положение.

В самом деле, мое понятие прямой содерж ит только качество, но ничего не говорит о количестве. С ледовательно, понятие кратчайш его расстояния целиком присоединяется к понятию прямой линии извне и никаким расчленением не мож ет быть извлечено из него. Поэтому здесь необходимо прибегать к по­ мощи созерцания, посредством которого только и возм ож ен син­ тез» (3, 115). «Естествознание зак л ю ч а е т в себе априорны е син­ тетические суж дения ка к принципы» (3, 116). «М етаф изика, по крайней мере по своей цели, состоит исклю чительно из ап ри ­ орных синтетических положений...» (3, 117). И так, ф ак т суще* ствован ия априорного синтетического зн ан ия установлен. В о ­ прос состоит в том, чтобы обосновать его принципиальную в о з­ можность.

«К рити ка чистого р азу м а » не рассм а т р и в ае тся И. К ан том к а к система метафизики. Она оценивается ка к метод, п озво л я ю ­ щий выяснить, к а к формирую тся чистые понятия. С истем атиче­ ск ая ф ор м а любой науки создается путем выводов из чистых понятий. Вопрос о возмож ности синтетического зн ан ия априори расчленяется на более узкие: к а к во зм о ж н а чистая м а т е м а ­ тика? ка к возм ож н о чистое естествознание? к а к возм о ж н а м е­ т а ф и зи к а в качестве «природной склонности», а в конечном сче* те и ка к н аука? «...Критика р а зу м а необходимо приводит, в конце концов, к науке, наоборот, догматическое применение р азу м а без критики приводит к ни на чем не основанным у тверж дениям, которым можно противопоставить столь ж е л о ж ные утверж ден и я, стало быть, приводит к схематизму» (3, 119).


С хема получения достоверного (априорного), и о дноврем ен ­ но синтетического (нового) зн ан ия так о в а : разу м производит чистые понятия, о б л а д а ю щ и е априорны м сод ер ж ан ием и спо­ собные одновременно к трансцензусу — переносу собственных сущ ественных свойств на новое знание, получаем ое в опыте.

С интезируясь с чистыми понятиями, эмпирическое знание п ри ­ обретает достоверный и необходимый х ар актер. Чистые п о ня­ тия разу м а, н ап олняясь эмпирическим содерж ан ием, п риобре­ таю т свойство новизны.

Этот механизм познания опирается на системные предпо­ сылки, реали зую щ и е философский принцип системности. О нто­ логическое сод ер ж ан и е последнего сводится к признанию си­ стемного х а р а к т е р а об ъ ек та познания. И. К ан т не сом невается в действительном сущ ествовании объектов природы: без этого н евозмож ен предмет естествознания. Н ет сомнения и в систем­ ности объекта. П р а в д а, э т а системность о ткры в ается разум ом, но отсюда не следует, что ее нет у объекта. Просто мы по­ зн аем ее такой, какой ее о тр а ж а ю т наши понятия. И д ея систе­ м атизирую щ ей роли р а зу м а в познании ясно в ы р а ж е н а в с л е ­ дую щ ем рассуж дении: « Р аз у м, когда он ка сае тся принципов познания, п р ед став л яе т собой совершенно обособленное и с а ­ мостоятельное единство, в котором, к а к в организме, к а ж д ы й член сущ ествует д л я всех остальны х и все остальны е д л я к а ж ­ дого, т а к что ни один принцип не мож ет быть в зят с досто­ верностью в одном отношении не будучи в то ж е врем я под­ вергнут исследованию во всяком отношении его ко всем о б л а ­ стям применения чистого р азу м а» (3, 91).

Если познание о б ъек та подчинено системной закономерности, то структурны е элементы познавательного процесса д о л ж н ы ф ункционировать в этом процессе к а к моменты системного представления. Н еобходимый и достоверный х ар а к тер знанию придаю т априорны е компоненты. Они выполняю т основные си стем ообразую щ и е функции концепта и структуры. Это формы чувственного созерцания, категории р ассуд ка и идеи разум а.

И х соединение с д анны м и опыта происходит по м оделям систем­ ного с и н т е з а 5. Зд ес ь не используется модель реистического синтеза, по которой одна вещь сочетается с другой к а к р а в н о ­ п р ав н ая, об р азу я новую вещь. Формы, идеи, категории не су­ ществуют с д анны м и опыта, а доминирую т над ними. В одних случ аях они выступаю т по отношению к материи ощущений к а к свойства, в других — к а к отношения, в третьих — к а к свой­ ства отношений, в четвертых — ка к отношения свойств и т. п.

В логическом п лан е это «вещи второго п о ряд ка» — о в ещ ествлен ­ ные свойства и отношения. Отсю да следует, что синтез форм, категорий и идей с вещ ам и возмож ного опыта происходит по м оделям атрибутивного и реляционного синтеза. Именно эти типы синтеза формирую т знание к а к систему. Р а зв и в а я с ь по моделям системного синтеза, эмпирическое знание приобретает законом ерн ы й х ара ктер и статус необходимо истинного.

С т р у к т у р н а я о н т о л о г и я И. К а н т а. Н есколько под­ робнее остановимся на особенностях структурной онтологии, л е ж а щ е й в основе системной концепции И. К ан та. В ф и лософ ­ ской л и т ер ату р е раскры ты основные модели мира, связан ны е с тем, что философ принимает в качестве осн овополагаю щ и х те или иные сущ ности— вещи, свойства или отношения. Т аким о б ­ разом, в озникает онтология реизм а, в основе которого л еж и т гипостазирование вещей, атри бутиви зм а, гипостазирую щ его свойства, и рел ятив и зм а, гипостазирую щ его о т н о ш е н и я 6. В з а ­ висимости от того, каки м о б разом трак ту ю тся вещи, свойства и отношения — экстенсионально или интенсионально — и о к а ­ зы ваю тся ли сводимыми к ним остальны е структурны е ком по­ ненты онтологической модели или нет, в ы деляю тся р а зн о в и д ­ ности реизма, атри бутиви зм а, р ел яти в и зм а: всецелый или о г р а ­ ниченный (в зависимости от этого разл и ч а ю т ся модели у н а р ­ ные, бинарные, терн арн ы е и т. п.), экстенсиональны й или ин­ тенсиональный, эмпирический или теоретический и т. п. Если модель функционирует экстенсионально, то она мож ет р а з в и ­ ваться с помощью экстенсиональны х логических ап п аратов, в которы х отношения м еж д у вещ ами, свойствами и отношениями строго д иф ф ерен ц ирован ы и зап р ещ аетс я взаи м о зам ен яем ость и взаимопереходность этих категорий. Именно экстенсион ал ь­ ные модели употребляю тся в традиционной логике д л я о п и с а­ ния индукции через простое перечисление. В гран и ц ах такой модели невозможно обосновать достоверность индуктивного з н а ­ ния. И нтенсиональны е логические модели п ред пол агаю т по­ д виж ность границ м еж д у вещ ами, свойствами и отношениями:

то, что в одном отношении яв л яе тся вещью, в другом о к а з ы в а ­ ется свойством или отношением. Т а к а я взаимопереходность в свою очередь о бъясняется принятием качественной трактовки вещей, в противоположность пространственной: вещ ь п они м ает­ ся не к а к пространственно оп редели м ая, не к а к тело, а к а к система качеств. П ри интенсиональной тр ак товк е структуры индуктивного вывода достоверность его п олучает обоснование с помощью зак он а противоречия и особого условия — м о д и ф и ­ кации логического принципа nota notae.

Онтология И. К а н т а тяготеет к интенсиональной. П о типу первосущностей, л е ж а щ и х в основе миропонимания, это атри бутивизм. С уществую т два мира вещей — мир ноуменов и мир феноменов. М е ж д у ними — отношение дополнительности. Н о у ­ мены объективно реальны, но это бескачественные сущности, точки, сами по себе не о б л а д а ю щ и е ни пространственными, ни временными, ни причинными, ни иными хар актери сти кам и. Н о у ­ мены условно мож но считать экстенсионально трактуем ы м и вещ ами. П ри ро д а феноменов синтетична. Они об разу ю тся в р е ­ зу л ьтате соединения материи восприятия с ф орм ам и с о зе р ц а ­ ния и категориями, и идеями. П оследние есть свойства и отно­ шения, понимаемые к а к вещи. Т аким о б р азом качествен ная тр ак т о в к а вещей доминирует над пространственной: она в во­ дится в дополнение к пространственной. К ачественно т р а к т у е ­ мые феномены имеют реальность лиш ь к а к объекты в о зм о ж ­ ного опыта, то есть субъективную реальность.

4 Зак. 1212 В моделях системного синтеза п росл еж и в ается то самое о т ­ ношение к постановке и решению проблем ы обоснования в ы ­ водов из д ан ны х опыта, которое позднее было н азв ан о интен­ сиональны м подходом к обоснованию и н д у к ц и и 7. Если некото­ рой вещи Р приписы вается свойство Q, то если впоследствии в эмпирических наблю ден и ях встретятся вещи а, о б л а д а ю щ и е Р в качестве свойства, то свойство Q, присущее Р, переходит на a : ( P ) Q —[(a )P ]Q. Н апри м ер, если вещи «вкус морской во­ ды» присуще свойство «быть соленой», то этим свойством бу­ дет о б л а д а т ь л ю б а я вещь, к отор ая имеет вкус морской воды:

это мож ет быть вода, в зя т а я из Б аре н ц ев а, Каспийского, Ч е р ­ ного морей, или искусственно и зготовленная вода по рецепту морской.

П о д тв ер ж д ен и ем тому, что И. К а н т неявно принимает ин­ тенсиональны й подход к тр ак т о вк е выводов из д ан ны х опыта, яв л яе тся со д ер ж ан и е следую щей цитаты: «С уж дение «все вещи н аходятся д руг подле д р у га в пространстве» имеет силу, когда эти вещи берутся к а к предметы нашего чувственного созер­ цания. Если я присоединю это условие к понятию и с к а ж у «все вещи к а к внешние яв л ен и я н аходятся д руг подле д р уга в про­ странстве», то это правил о получит общую значимость без всякого ограничения. И так, наши истолкования п о казы ваю т нам реальность, т. е. объективную значимость п ространства в отношении всего, что м ож ет встретиться вне нас к а к предмет.

Н о в то ж е врем я п оказы в ает идеальность п ространства в о т­ ношении вещей, если они р ассм а тр и в аю тс я разум ом сами по себе, то есть безотносительно к свойствам нашей чувственно­ сти...» (3, 134). П ространство, по К анту, не м ож ет о б л а д а ть эмпирической реальностью в качестве относительно сам о сто я­ тельной вещи. В этом смысле оно о б л а д а е т лишь тр ан сц ен д ен ­ тальной идеальностью, то есть сущ ествует лиш ь к а к форма, идея. В этом вопросе позиция К а н т а противостоит позиции П л ато н а и его последователей, у тв ер ж д ав ш и х объективную р е ­ альность идей. Одновременно К ан т не принимает и нью тонов­ скую т р ак то в к у пространства к а к вм естилищ а тел. Тран сц ен ­ ден тально-и деальн ое пространство есть ф актически свойство пространственности, которы м о б л а д а ю т н аб лю д аем ы е в опыте вещи. П ростран ство к а к вещь в себе не имеет никаких свойств и остается непознаваемы м. Н о будучи качеством или формой созерцания эмпирического объекта, пространство, понимаемое к а к свойство, становится познаваем ы м. К а к видим, позиция К ан т а в этом вопросе горазд о строж е и логичнее позиции ме­ таф изического м атер и ал и зм а. «П ространство, есть ничто, ка к только мы о тб р асы в аем условия возмож ности всякого опыта и принимаем его за нечто, л е ж а щ е е в основе вещ ей в себе»,— пишет И. К ан т (3, 134). И з справедливого отрицания р е а л ь ­ ности п ространства к а к вещи в себе, к а к в м естили щ а тел у К а н т а в ы растает агностическое отрицание объективности п р о­ странства. Причиной тому служ и т отсутствие д и а л е к ти к о -м а ­ териалистического в згл яд а на природу пространства и времени к а к форм сущ ествования материи. С оврем енная К ан ту ф и лосо­ фия не с о з д а л а ещ е такого учения. К ан т остановился в его преддверии. С истем н ая методология «К ритики чистого р азу м а»

основана на качественной концепции п ространства и времени.

О д н ако материалистическим со держ ан ием эта стру к ту рная схе­ ма зап олн ен а не была. В рем я не пришло. О д н ако удар м е т а ­ ф изике был нанесен.

В ообщ е концепция реальности И. К а н т а отличается своеоб­ разием. В понятии «реальность» мы вычленяем структурное сод ер ж ан ие. В этом смысле реальностью о б л а д а ет тот объект или предмет познания, который имеет статус относительно с а ­ мостоятельной в е щ и 8. К ан т п о ла гал, что Д. Ю м со своей скеп­ тической философией посадил к о рабл ь познания на мель и оста вил его там гнить. Д л я того чтобы пустить к о р а б л ь в п л а в а ­ ние, нужно выяснить вопрос о том, ка к возмож но познание?

Д л я осущ ествления познания К ан т постулирует две противопо­ лож ности — объективный предмет познания и тр ан сц ен д ен ­ тал ьн ы й субъект (творческий чистый р а з у м ). И то, и другое — в а ж н ы е предпосылки чувственного восприятия: вещ ь в себе первична по отношению к явлению, разум первичен по отно­ шению к способности восприятия. Синтез явления и восприятия п о р о ж д ает чувственно воспринимаемое явление, а синтез ч у в ­ ственных явлений в нечто целое д ает предмет опыта. П р а в и л а синтеза за д аю т с я чистыми понятиями рассудка, априорными ф орм ам и чувственного созерцания: тем самы м м а тер и ал ч ув­ ственности подводится под понятие, а понятию сообщ ается э м ­ п ирическая значимость — реальность. Р еальность понятий, по К ан ту, обосновы вается возмож ностью синтеза чувственных вос­ приятий. П о следн яя обусловлена априорны ми ф орм ам и и к а ­ тегориями. С ледовательно, первичными реальн остям и вы сту­ паю т п ознавател ьны е способности, остальны е ф ормы р е а л ь н о ­ сти зав и ся т от связи с ними. Нечто в понятии становится р е ­ ал ьны м только в том случае, если приобретает статус вещи путем синтеза чувственных явлений. И это опять качественно т р ак туем ы е вещи.

Р еал ьность вещей внешнего мира, вещей в себе обоснована весьма своеобразно. Единственный путь к ее обоснованию — ап ел л яц и я к восприятиям. С н а ч а л а вещь д л я нас конструиру­ ется путем синтеза восприятий (явно качествен ная т р а к т о в к а вещи д л я н ас). Д а л е е — этап обоснования понятия, которое об разу ет из вещи д л я нас некоторую целостность: если п оня­ тию соответствуют имею щиеся и тем более о ж и д аем ы е восп рия­ тия, то оно реально. А если р еа л ь н а вещь д л я нас — синтез определенных качеств, то р еа л ь н а и вещь в себе — носитель этих качеств. Вещ ь в себе — бескачественная реальность, то ч ­ ка, вы ступаю щ ая носителем фиксируемых чувствами качеств.

4* Е сл и Ю м и Б ер к л и о трицаю т эту бескачественную подпорку свойств к а к реальность, то К ан т находит способ обосновать ее бытие в качестве относительно самостоятельной вещи и тем с а м ы м обосновать ее реальность. О д н ако чувственно и р ац и о ­ н ал ьн о п озн аваем ы е вещи д л я нас не имеют предметного сход­ ства с вещ ам и в себе. Они остаю тся абсолю тно н еп о зн аваем ы ­ ми. К ан т п редполож и л возм ож ны й путь постижения вещей в себе. Это непосредственное созерцание, интуиция ума. Но ме­ ханизм действия ее не свойствен человеку.

И все-таки пафос кантовской «Критики» состоит в том утверждении, что хотя зн ать объективную вещ ь в себе нам не дано, но отрицать ее реальность, относительно независимое, объективное бытие мы не мож ем. О боснование реальности ноу­ менов в те времена и грало важ н у ю гносеологическую роль в борьбе с субъективны м и деали зм ом берклианского типа и а г ­ ностицизмом Ю ма.

В позиции И. К ан та по вопросу о реальности объектов по­ зн ан ия о тр ази л ся кризис пространственного понимания вещей.

Ч тобы быть познанными, объекты познания д о л ж н ы быть ре­ альными. Вместе с тем К ан т не м ож ет найти у ноуменов ни одного объективного свойства, так к а к все о ткры в аем ы е свой­ ства т а к или иначе связан ы с п ознавател ьны м и способностями человека, объективное со д ерж ан ие их неотделимо от су б ъ е к­ тивного. Все х арактери сти ки объективной реальности: про­ странство, врем я движение, причинность, необходимость и т. п.— К ан т возвел в ранг априорны х форм. О б ъ ек ти в н ая реальность о к а з а л а с ь лишенной всех своих атрибутов и тем сам ы м неуло­ вимой и непознаваемой. П ространственное понимание вещи могло бы просто постулировать так ую реальность. Н о стр у к ­ турно-онтологическая позиция К а н т а в этом вопросе не столь метафизична. П ро во д я качественную тр ак т о вк у вещей, К ан т оставил за ноуменами единственное св о й с т в о — быть н оси теля­ ми свойств, у к а зы в ать на сущ ествование объектов. П редметное сходство с р еальны м и вещ ам и у них отрицается. Д л я д о к а з а ­ тел ьства того, что наши многообразны е зн ания об объективном мире относительно п равильно о т р а ж а ю т столь ж е многокаче­ ственный мир, потребовалось разви тие д и а л е к ти к о -м а те р и а л и ­ стической теории отраж ен ия, стерж н ем которой я в л я е тся уче­ ние о п ракти ке к а к источнике, конечной цели и критерии исти­ ны нашего познания.

К а к в о з н и к а ю т а п р и о р н ы е ф о р м ы ? И так, ч ел о ­ веческое знание приобретает две основные х арактери сти ки — д оказа тел ь н о с ть и новизну б ла г о д а р я априорны м ф орм ам по­ знания. Априорные формы выполняю т систематизирую щ ую функцию к а к по отношению к сам ом у процессу познания, так и по отношению к его р езу л ь тату — знанию. Априорные формы п рид аю т целостность знанию, с л у ж а т инструментом обосн о ва­ ния реальности предметов возмож ного опыта и их тран сц ен ­ дентных прототипов — ноуменов. Но откуда берутся априорны е формы? Они не яв л яю тс я врожденны ми. В рож денной я в л я е т ­ ся лиш ь р еф л екси в н ая способность р ассуд ка, п о р о ж д а ю щ а я их.

С ам и формы создаю тся посредством рефлексии. В х а р а к т е р и ­ стике рефлексивной способности существен момент системно­ сти (5, 115— 121). Р еф л ек си вн ая способность есть либо спо­ собность суж дения, з а к л ю ч а ю щ а я с я в умении применять у ж е откры тую законом ерность (правило) к новому эмпирическом у м а тери алу, либо способность познания, состоящ ая в умении применить к предм етам возм ож ного опыта идею или схему.

Э та способность не явл яется аналитической (здесь резу л ь тат не содерж ится в посы лках н еяв н о);

она производит системный синтез правил, идей, понятий с эмпирическим м атер и ал о м. Ее границы очерчены предметами возмож ного опыта.

Системные представления позволяю т раскр ы ть логическую природу рефлексивной способности: это не что иное, к а к отно­ шение м е ж д у компонентами системного пред ставл ен и я процесса познания. Если познание есть система, в которой априорны е формы выполняют роль системообразую щ их отношений и их свойств, а эмпирические данные-— роль субстрата, то р е ф л е к ­ ти вн ая способность з а д а е т отношение структуры системы к суб­ страту, концепта к структуре, концепта к субстрату и тому подобные отношения второго п орядка. П ри определенности т а ­ ких отношений и неопределенности самих компонентов б уду­ щей системы все-таки возмож но развитие познания в плане определения, уточнения и ф орм и рован ия ее компонентов, в том числе и концептуальных, и структурных, то есть форм и к а тего ­ рий. Тем более, что опыт всегда п оставляет материю о щ у щ е­ н и й — субстрат системы познания и знания. Этим глубоким р а н ­ гом рефлексии позиция И. К а н т а в гносеологии выгодно о тл и ­ чается от некоторых современных концепций познания, в ч а ­ стности, от концепции Т. Куна. К а к известно, Т. Кун удачно описывает разви тие познания в гран и цах определенной истори­ чески слож ивш ейся п арадигмы. Он отмечает, что эпоха нау ч ­ ных революций характери зу ется, к а к правил о, сменой п а р а ­ дигмы. О днако логического м ехан изм а смены п арад и гм Т. Кун не раскры вает. А м е ж д у тем этот механизм заклю чен в систем­ ных законом ерн остях р азви тия знания, в том числе в свой­ ствах отношений второго порядка. К ан т неявно учиты вает эти отношения, у к а з ы в а я на важ н у ю генеративную функцию р е ф ­ лексивной способности разум а. О д н ако последняя ограничена кругом объектов возможного опыта. В ыходя за пределы в о з м о ж ­ ного опыта, разум зап у ты вается в неразреш и м ы х противоречи­ ях — антиномиях. В г р ан и ц а х возмож ного опыта действие р е ф ­ лексии интуитивно, непосредственно, созерцательно. Но К ант созерцание ставит выш е понятийного мы ш ления в том плане, что последнее п оро ж д ает в основном аналитическое знание, в то врем я к а к созерцание всегда синтетично.

Системный анализ антиномий чистого разу м а. И так, К ан т р еш ает проблему, к а к очертить границы р а ­ зумной рефлексии? «К осмологические идеи не д опускаю т, что­ бы им был д а н соответствующий предмет в возм ож ном опыте;

более того, они д а ж е не допускаю т, чтобы разум мыслил их согласно с общими зак о н а м и опыта, хотя эти законы не вы м ы ­ шлены произвольно» (3, 432). Р а зр еш ен и е антиномий связано п реж д е всего с выяснением того предпосылочного знания, к о ­ торое п редполагается их тезисом или антитезисом. Здесь всту­ пают в силу онтологические предпосылки логики и гносеологии И. К анта. О к азы ва ется, обоснование тезиса и антитезиса исхо­ дит из разн ы х допущений. Если д о к а за т е л ь с т в а тезиса, кроме эмпирических предпосылок, допускаю т некоторые ум оп ости гае­ мые сущности (« м акси м а их не п роста»), то обоснование ан ти ­ тезиса основано на принципах чистого эм пи р и зм а («м акси м а их проста»). Д о к а з а т е л ь с т в а тезиса К ан т н азы в а ет д о г м а т и з­ мом чистого разу м а. Это п латон о вская трад и ци я в гносеоло­ гии. Н а стороне д о гм ати зм а, считает К ант, практический и спе­ кулятивны й интерес, а т а к ж е преимущ ество общедоступности.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.