авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«Савроматы и сарматы на Нижнем Дону В монографии рассматривается материальная культура, политическая и этническая история кочевников степного Подонья ...»

-- [ Страница 2 ] --

Погребение кургана 3 группы Баранчук (на правом берегу Егорлыка, левого притока Маныча, у с. Красная Поляна Песчанокопского р-на) (Горбенко А. А., Фомичев Н. М. Раскопки на реках Кагальник и Егорлык. - АО - 1974. М., 1975, с. 103, 104. Материалы хранятся в АКМ.) также впускное. Прослежена яма неправильных очертаний, размером 2,2x0,94 м. Костяк взрослого мужчины лежал на правом боку, в слабоскорченном положении, головой на запад. Правая рука согнута в локте, кисть на тазе, левая рука также согнута в локте, кисть у подбородка. Под скелетом прослеживался тлен от подстилки и меловая посыпка. В северо-западном углу лежали расчлененные кости задней ноги овцы или барана, у западной стенки находился сосуд (рис. 7, 8, 9). Подробная характеристика этих комплексов с анализом инвентаря и обряда дана в специальной работе (Кореняко В.

А., Максименко В. Е. Указ. соч., с. 167 - 181.).

Исключительный интерес представляет погребальный комплекс VIII - VII вв. до н. э., обнаруженный Багаевским отрядом Донской экспедиции на левом берегу Сала, к востоку от хут. Слободского и Балабина Семикаракорского р-на Ростовской обл. (Узянов А. А.

Нижнесальские курганы. - АО - 1975. М., 1976, с. 146, 147.). В один из курганов эпохи бронзы было впущено погребение, содержавшее комплекс предметов из золота, бронзы и железа. У коленей погребенного находились бронзовый черенковый ножичек (?), однокольчатые удила и орнаментированные псалии, типологически относящиеся к камышевахско-черно-горовскому типу, под головой - железный нож с горбатой спинкой и орнаментированная золотая трубочка, на лбу круглая бронзовая пластинка, у поясницы - массивный кремневый отщеп (Там же, с. 146.).

К переходному периоду отнесены первоначально Э. С.

Шарафутдиновой два погребальных комплекса (курган 17, погребение 6;

курган 22, погребение 12), обнаруженные в 1-м Крепинском могильнике на Маныче (Шарафутдинова Э. С. Отчет о работах второго Манычского отряда Донской экспедиции в 1972 г.- Архив РОМК;

Завьялов В.

А., Захаренкова И. А., Лагоцкий К. С. и др. Раскопки курганов на Нижнем Маныче. АО - 1972. М., 1973, с. 128.). Однако более приемлемая для этих погребений дата - конец VII - начало VI в. до н. э. В погребении кургана 17 костяк лежал в вытянутом положении, па спине, головой на юго-запад. В головах его стоял небольшой залощенный сосуд с короткой шейкой раструбом и петельчатой ручкой (рис. 45, 9).

Второе погребение-кенотаф содержало топор-молот без сверлины, сосудик (рис. 46, 4), кость животного со следами обработки и два астрагала.

Еще несколько интересных комплексов переходного периода обнаружено В. П. Копыловым в конце 70-х гг. в районах к востоку от Маныча, у Цимлянского водохранилища (группа IV, курган 5, погребение 2, раскопки 1976 г.;

группа VI, курган 10, погребение и курган 11, погребение 4, раскопки 1979 г.). Эти погребения содержат лощеную керамику с резным орнаментом, инкрустированным белой и красной пастой (Материалы хранятся в археологической лаборатории РГУ.).

К находкам, относящимся по времени к переходному периоду, следует, вероятно, отнести и два бронзовых клепаных котла (В Новочеркасском музее истории донского казачества хранится один котел, который описал В. С. Бочкарев (Бочкарев В. С. Кiммерiйськi казани. - Археологiя. Киiв, 1972, вып. 5, с. 63 - 68.), обнаруженных в 1878г. у пос. Ивановского на левом берегу Кагальника, возможно, в разрушенном погребении, так как в описании условий находки говорится, что эти котлы найдены вместе с человеческими костями на глубине трех четвертей аршина от поверхности, а под ними были угли и зола (Попов X. И. Каталог Донского музея в Новочеркасске, 1914 (?), с. 157, 158.).

2. Памятники савроматского периода Комплексов VI - III вв. до н. э., в том числе и погребальных, известно на Дону значительно больше, чем комплексов переходного периода. Инвентарь их не только намного богаче, но и выразительнее, что позволяет установить более точные даты.

Памятники правобережья Дона. В 1968 г. при раскопках Константиновского энеолитического поселения В. Я. Кияшко обнаружил захоронение, по всей вероятности подкурганное, относящееся к первой половине VI в. до н. э. (Кияшко В. Я. Отчет о работах Константиновского отряда археологической экспедиции РГУ в 1968 г. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 4263;

Он же. Раскопки Константиновского поселения. - АО - 1969.

М., 1970, с. 105, 106;

Кияшко В. Я., Кореняко В. А. Погребение раннего железного века у г. Константиновска-на-Дону. - СА, 1976, № 1, с. 170, 171.) (рис. 8, 1 - 6).

Это один из немногих полностью сохранившихся ранних комплексов па правобережье Дона. Он хорошо датируется по погребальному инвентарю: большому лощеному сосуду, находящему широкие аналогии среди памятников раннескифской культуры, костяной обкладке ножен с гравированными изображениями животных, бронзовому наконечнику ножен и каменному блюду, найденному в ровике этого кургана в 1969 г. В 1972 г. в ровике был найден также лепной сосуд (рис. 8, 3), характерный для савроматской керамики Поволжья и Подонья.

В 1967 г. на западной окраине Ростова-на-Дону в кургане вскрыли погребение (Брашинский И. Б. Отчет о работе Ростовского отряда Южно-Донской экспедиции за 1967 год.- Архив РОМК.), которое по инвентарю и, прежде всего по каменному блюду и бронзовому зеркалу с бортиком и петлевидным ушком можно датировать VI в. до н. э.

(Брашинский И. Б. Раскопки скифских курганов на Нижнем Дону. - КСИА, 1973, вып.

133, с. 54 - 57, рис. 20.). В этом же погребении находился и архаичной формы лепной сосудик со сливом (рис. 10, 1 - 5).

К числу хорошо датируемых ранних комплексов на правобережье Дона вблизи его дельты относятся три захоронения, обнаруженные в конце 70-х гг. экспедицией Ростовского областного музея краеведения под руководством П. А. Ларенка у ст. Хапры (Материалы хранятся в РОМК. В данной работе использованы с любезного согласия П. А.

Ларенка.). Наибольший интерес представляет погребение 25 (рис. 9, 1 - 18), впущенное в курган 1 эпохи бронзы на глубину немногим более 1м. Яму, к сожалению, проследить не удалось, но на мощном слое камышовой подстилки размером 2,3x1,1 м лежал костяк взрослого человека в вытянутом положении, головой на запад северо-запад. В головах с юго-западной стороны обнаружены амфора (рис. 9, 2) и кости барана (лопатка и конечности) на остатках деревянного блюда. У правого локтевого сустава находился железный топорик, а на костях таза - железный акинак (рис. 9, 3).

Немного севернее левой бедренной кости найдено скопление наконечников стрел, лежащих остриями к ногам. Основная масса наконечников - девяносто пять штук - бронзовые, различных типов, из них двадцать пять - трехлопастные с выступающей втулкой и длинным шипом (рис. 9, 5), двадцать четыре - аналогичные, но без шипов (рис. 9, 6), двадцать четыре - двухлопастные с выступающей втулкой и шипом (рис. 9, 7, 8), двенадцать - двухлопастные с выступающей втулкой без шипов (рис. 9, 9.) Помимо указанных наконечников обнаружили четыре трехгранных наконечника с выступающей втулкой без шипов (рис. 9, 10), один трехгранный с длинной втулкой и шипом (рис. 9, 11), два крупных трехлопастных с треугольными головками (рис. 9, 12), два двухлопастных с остролистными головками и длинным шипом (рис. 9, 13) и один двухлопастный с ромбической в сечении головкой (рис. 9, 14).

Кроме бронзовых стрел, нашли железный трехлопастный втульчатый наконечник стрелы (рис. 9, 15), четыре костяных пулевидной формы наконечника (рис. 9, 16) и три заготовки под костяные наконечники (рис. 9, 17). В погребении также обнаружили железный нож, два астрагала, кусочек кремня и бронзовую массивную ворворку (?) (рис. 9, 4).

Дата указанного погребения весьма четко определяется по наиболее выразительным предметам погребального инвентаря.

Амфора со светло-коричневой поверхностью явно архаического типа не может принадлежать времени позднее VI в. до н. э. Набор наконечников стрел из погребения 25 полностью повторяет наборы из архаических скифских погребений конца VII - VI в. до н. э. В качестве ближайших аналогий достаточно указать наборы стрел из кургана 406 в урочище Горячево, Старшой могилы и др. (1-я хронологическая группа по А. И. Мелюковой) (Мелюкова А. И.

Вооружение скифов.- САИ. М., 1964, вып. Д1 - 14, табл. 6.). Архаичность набора стрел из погребения 25 кургана 1 у ст. Хапры подтверждают двухлопастные наконечники с трапециевидными головками (рис. 9, 7, 9), прототипы которых имеются в памятниках переходного периода. Весьма архаично выглядит акинак из погребения 25.

Короткое брусковидное навершие и почковидное перекрестие типичны для оружия такого рода в VI в. до н. э. (Там же, с. 47;

Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, с. 10.). Подобные мечи и кинжалы получают особое распространение во второй половине VI в. до н. э. (Мелюкова А. П. Вооружение скифов, с. 47.). Однако, учитывая архаичность набора стрел из погребения 25 кургана 1, можно отнести весь комплекс ко времени не позднее середины VI в. до н. э.

К этому же времени следует отнести аналогичное по обряду захоронение (курган 3, погребение 12, раскопки 1979 г.) Костяк пожилого человека лежал в вытянутом положении на спине, головой на запад. В погребении найдены остатки костей барана и бронзовая массивная трехлопастная стрела с выступающей втулкой и шипом (рис. 61, 1).

Вероятно, не позднее чем к концу VI - V в. до н. э. относится погребение, обнаруженное у хут. Беляево, ст. Хапры в 1978 г.

При костяке, лежащем в вытянутом положении, головой на восток, были найдены железный нож и бронзовые стрелы, две из которых архаические, двухлопастные с выступающей втулкой, с шипом (рис. 61, 2) и без шипа (рис. 61, 3), три с трехгранными головками и выступающей втулкой (рис. 61, 4) и не менее десяти с треугольной головкой и обрезанной втулкой (рис. 61,5).

К началу VI в. до н. э. относится и погребение у ел. Криворожье, обнаруженное в 1869 г. и хорошо датируемое по ионийскому архаическому сосуду (Книпович Т. П. К вопросу о торговых сношениях греков с областью р. Танаис в VII - V вв. до н. э., с. 99.) (рис. 60, 1). Этот комплекс находится несколько севернее основной группы нижнедонских памятников савроматского времени. К сожалению, обряд погребения неизвестен, однако топография могильника, в котором был курган (высокая надпойменная терраса Калитвы), наличие камней и сильных следов огня в могиле, а также дата погребения позволяют сопоставить его с комплексом кургана на Константиновском поселении.

Ко времени не позднее VI - V вв. до н. э. относятся два комплекса, обнаруженные в районе Новочеркасска экспедицией Ленинградского университета. Дату разрушенного погребения кургана 21 в Грушевском могильнике (Раев Б. А.,Бианки А. М. Работы у г.

позволяет определить Новочеркасска. - АО - 1973. М., 1974, с. 124, 125.) бронзовый двухлопастный наконечник стрелы (рис. 61, 6), а в кургане 8 Камышевахского могильника (Раев Б. А., Зельдина В. Я., Субботина А. В. Раскопки курганов в Ростовской области. - Там же, 1975, с. 126, 127.) при погребенном был найден бронзовый трехлопастный наконечник стрелы с крючком-шипом у основания (рис. 61, 7), что позволяет отнести это погребение к указанному времени.

VI - V вв. до н. э. датируется и разрушенное парное погребение, обнаруженное в 1908 г. у хут. Краснодворского стан.

Старочеркасской. Из этого комплекса сохранилось в Новочеркасском музее каменное блюдо-жертвенник (рис. 60, 5), характерное для савроматских погребений VI - V вв. до н. э. (Смирное К. Ф. Савроматы, с. 163.). Детали обряда погребения можно восстановить по записям X. И. Попова, в которых сообщается, что при рытье погреба на глубине около двух с половиной аршин были обнаружены два скелета, лежавшие головами на север, параллельно друг другу, на расстоянии один от другого около сажени. В головах скелета, лежащего справа, стояло каменное блюдо, а лежащего слева - небольшой сосуд черного цвета с кусочками древесного угля и золы (Фонд Харитона Ивановича Попова. Ростовский областной архив, ф. 55, д. 651.). К группе памятников раннежелезного века более позднего времени на правобережье Нижнего Дона, расположенных в непосредственной близости к дельте, следует отнести погребения, обнаруженные С. Н. Братченко в районе хут. Ливенцовки. К V - IV вв. до н. э. относится погребение 48, открытое им в 1965 г. на Ливенцовском поселении. Скорченное положение костяка, сосуд с сосцевидными налепами, характерный для памятников раннескифского времени (рис. 47, 21), и бронзовая втульчатая стрела (рис. 61, 8) не противоречат этой дате. К тому же над этим погребением находилось второе - погребение 46, относящееся к IV в. до н. э. (Братченко С. Н. Отчет о работах Ливенцовской археологической экспедиции в 1965 году. - Архив НА АН СССР, р-1, д. 3151, 3151а.).

К IV - III вв. до н. э. относится пять погребений, открытых С. Н.

Братченко у хут. Ливенцовки в 1963 - 1965 гг. (Братченко С. Н. Отчет о работах Ливенцовской археологической экспедиции в 1963 году. - Там же, д. 2774;

Он же. Отчет об исследованиях Ливенцовской археологической экспедиции в 1964 г. Там же, р-1, д. 2986, 2986а;

Он же. Отчет о работах Ливенцовской экспедиции в году. - Там же, р-1, д. 3151, 3151а. Материалы раскопок и копии отчетов хранятся в РОМК.). Три из них (курган 2, курган 3, погребение 10 на Ливенцовском поселении) четко датируются по эллинистическим амфорам (рис. 53, 2) и бронзовым наконечникам стрел (рис. 10, 8, 10). Дату остальных комплексов (погребение 48, погребение на поселении и погребение в кургане, раскопанном в 1962 г.) можно установить по сходству погребального обряда.

К IV в. до н. э., судя по клейменой импортной таре, относится интересный комплекс кургана 16 Ливенцовского могильника (Житников В. Г., Казакова Л. М., Копылов В. П., Науменко С. А. Ливенцовский курганный могильник. - АО - 1978. М., 1979, с. 125.). Под насыпью с каменным панцирем, в длинной прямоугольной яме костяк погребенного лежал в вытянутом положении, головой на запад. Инвентарь из кургана и погребения представлен чернолаковыми, красноглиняными и сероглиняными сосудами, гераклейскими и фасосскими амфорами, бронзовыми стрелами и женскими украшениями.

Погребения у хут. Ливенцовки близки хронологически и территориально погребениям в Ростовских курганах (курган 1, погребение 1;

курган 3;

курган 4, погребение 2), исследованных в 1967 г. И. Б. Брашинским. Комплексы датируются IV - III вв. до н. э.

по набору инвентаря и эллинистическим амфорам (рис. 53, 3 - 6) (Брашинский И. Б., Демченко А. И. Отчет о раскопках Южно-Донской археологической экспедиции в 1967 году. - Архив РОМК;

Брашинский И. Б. Работы Южно-Донской экспедиции. - АО - 1967. М., 1968, с. 88.).

Ко времени не позднее IV в. до н. э. следует, вероятно, отнести и погребение, обнаруженное кладоискателями в 1896 г. у хут.

Каменнобродского на р. Тузлов. Часть предметов из него были доставлены И. М. Сулиным в Новочеркасский музей, но в настоящее время обнаружить их там не удалось. Обстоятельства находки и вещи подробно описаны X. И. Поповым. На глубине около трех аршин в квадратной размером в две сажени яме были обнаружены три скелета. Скелет у восточной стенки лежал в вытянутом положении, головой на юг и принадлежал, видимо девочке. На костях руки найден бронзовый браслет диаметром 5 см, свитый из трех проволок, расплюснутых на концах. Возле скелета лежали два больших спиральных кольца диаметром 3,7 см из массивного прута красной меди с остатками тонкой серебряной с позолотой пластинки, служившей обкладкой этих колец, и бронзовое зеркальце диаметром 7 см, с одной стороны разделенное крестообразными прямыми рельефными линиями с такими же дополнительными по углам, которые оканчивались небольшими закруглениями. Два скелета взрослых людей лежали головами на север. Около скелета, находящегося у западной стенки, обнаружен железный кинжал, а около другого - бронзовые и железные наконечники стрел, из которых в свое время были доставлены в музей три бронзовых трехгранных с короткими втулками размером 2,5x2,8 см, восемь втулок, два обломка бронзовых (?) наконечников стрел, а также три железных втульчатых длиной 3,7 см, пять длиной от 1,2 см до 3 см, двенадцать обломков наконечников стрел и втулок и четыре обломка неопределенного предмета (Попов X. И. Указ.

соч., с. 212, 213, № 2795 - 2918.). Подобный набор бронзовых и железных стрел позволяет, хотя бы ориентировочно, датировать это погребение.

К концу IV в. до н. э. относятся два ограбленных в древности погребения кургана 3 Кировского могильника, раскопанного экспедицией Ленинградского университета в 1972 г. в Аксайском р не Ростовской обл. (Субботин А. В. Скифский курган близ Новочеркасска. - СА, 1980, № 3, с. 294, 295, рис. 1, 2.). Эти погребения, совершенные в катакомбах, содержали коллективные захоронения. В погребении были обнаружены останки мужчины, женщины и ребенка, а также фрагменты амфоры, лепного сосуда, железные и бронзовые стрелы, костяные ворворки, втульчатый наконечник копья, кости лошади. В погребении 2 находились остатки двух костяков, кости лошади, чернолаковая солонка, костяные ворворки и бронзовые наконечники стрел. Дату погребений можно определить по фрагментам херсо-несской амфоры, чернолаковой солонке и бронзовым наконечникам стрел (Там же, с. 296.).

Для общей характеристики археологических памятников степного Подонья эпохи раннего железного века большое значение имеют открытые Тацинским отрядом Азово-Донецкой экспедиции комплексы эпохи раннего железа в междуречье Дона и Северского Донца, в районе стыка савромато-сарматского населения левобережья Нижнего Дона, степных скифов и племен среднедонской культуры (Смирнов К. Ф., Максименко В. Е., Лукъяшко С. П., Горбенко А. А. Исследования в междуречье Дона и Северского Донца в пределах Ростовской области. - АО - 1976. М., 1977, с. 120.).

В 1976 г. в небольшом кургане у пос. Шолоховского Белокалитвенского р-на Ростовской обл. вскрыта большая размером 6x6 м могила с дромосом и следами сильного огня (рис. 11, 1).

Несмотря на то, что могилу ограбили в древности, в ней сохранился богатый и разнообразный инвентарь (рис. 11, 2-17;

12, 1-31;

13, 1 13). Погребенных было не менее двух, причем остатки одного костяка принадлежали, вероятно, женщине. В могиле обнаружено много оружия - железные массивные копья и втоки, несколько колчанных наборов с бронзовыми и железными наконечниками стрел, железные боевые топоры, меч и боевые ножи, чешуйчатые панцири. Конские уборы содержали железные и бронзовые псалии, бляшки в скифском зверином стиле и прочие детали уздечки. Из украшений весьма интересны тонкие золотые и электровые пластинки - обкладки деревянных сосудов с изображениями в зверином стиле. В погребении обнаружены разнообразной формы лепная керамика, бронзовый котел и остатки напутственной пищи в виде костей лошади и барана, различные туалетные принадлежности. Дату погребального комплекса Шолоховского кургана позволяет установить целый ряд найденных в нем предметов, характерных для памятников скифо-савроматского мира.

Бронзовый котел. Шолоховский курган Среди набора бронзовых и железных стрел есть образцы, которые имеют широкий хронологический диапазон бытования - от V до III в. до н. э. Однако в колчанных наборах из этого кургана имеются и сравнительна редко встречающиеся бронзовые стрелы с короткой втулкой и рельефным крестообразным орнаментом на гранях (рис.

11, 2, ж, з.). Аналогичные стрелы были обнаружены в кургане 2 у с.

Аксютинцы (раскопки Д. Я. Самоквасова), который относится по времени не позднее V в. до н. э. (Мелюкова А. И. Вооружение скифов, с. 23, табл. 8 а.). Большинство типов бронзовых наконечников стрел из кургана у пос. Шолоховского характерно для V - IV вв. до н. э. (3-я хронологическая группа по А. И. Мелюковой) (Там же, табл. 8.). Не противоречат этой дате и железные втульчатые стрелы, типичные для колчанных наборов скифского времени бассейнов Дона (Лидеров П. Д. Памятники скифского времени на Среднем Дону. - САИ. М., 1965, вып. Д1 - 31, с.

16.) и Северского Донца (Либеров П. Д. Памятники скифского времени бассейна В комплексах этого времени Северского Донца. - МИА,. 1962, № 113, с. 35.).

изредка встречаются архаичной формы железные двухлопастные стрелы. Подобный наконечник обнаружен и в кургане у пос.

Шолоховского (рис. 11, 3d).

Характерным для широкого круга скифских памятников V - IV вв.

до н. э. является набор копий и дротиков из указанного кургана (рис. 13, 1 - 4, 6 - 10). Однако интересно отметить одну особенность. Втоки из кургана у пос. Шолоховского аналогичны втокам из скифских курганов Приднепровья и Крыма (Мелюкова А. И.

Указ. соч., с. 45, табл. 13, 11, 14, 15.) и совершенно неизвестны в более близких по району среднедонских комплексах, для которых характерны втоки рюмкообразной формы (Либеров П. Д. Памятники скифского времени на Среднем Дону, табл. 18.). Большое количество предметов конского снаряжения, обнаруженное в кургане, находит самые широкие аналогии в скифских и савроматских комплексах V IV вв. до н. э., но целый ряд вещей находит более точные аналогии в памятниках V в. до н. э. Так, например, бронзовые псалии с расширяющимися концами (рис. 12, 23) и псалии с железными шишечками на концах (рис. 12, 26) аналогичны псалиям из кургана 29/21 у с. Мастюгина. Комплекс вещей из этого кургана четко датируется бронзовой гидрией V в. до н. э. (Там же, с. 28, табл. 2. Следует отметить, что отдельные типы бронзовых железных стрел из кургана 29/21 у с.

Мастюгина аналогичны стрелам из кургана у пос. Шолоховского.).

Железные псалии с бронзовыми шишечками на концах (рис. 12, 24) аналогичны псалиям из хорошо датируемого по гераклейским амфорам погребения 2 кургана 4 (группа Ростовских курганов, раскопки И. Б. Брашинского, 1967 г.). Это погребение относится к IV в. до н. э. (Брашинский И. Б. Раскопки скифских курганов на Нижнем Дону, с.

54.). В целом S-видная форма псалиев, с шишечками и без них, наиболее характерна для конского снаряжения евразийских степей.

Подобные псалии появляются в конце VI в. до н. э. и особенно характерны для V в. до н. э. (Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов. - МИА, 1961, № 101, с. 84.).

Другие детали и украшения конской сбруи, обнаруженные в кургане у пос. Шолоховского (ворворки, налобник, пряжки, кольца), характерны для скифской и савроматской узды V - IV вв. до н. э.

Так, например, ромбовидные бляшки с шишечками (рис. 12, 12) абсолютно идентичны бляшкам из кургана рубежа V - IV вв. до н. э.

у с. Кошеватого на правобережье Среднего Приднепровья (Петренко В. Г. Правобережье Среднего Приднепровья в V - III вв. до н. э. - САИ. М., 1967, вып.

Д1 - 4, табл. 27, 8.), а восьмеркообразная бронзовая уздечная пряжка (рис. 12, 21) близка по форме савроматским пряжкам уздечного набора из кургана группы Пятимары (Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, с. 156, рис. 54.).

Анализ предметов из кургана у пос. Шолоховского убеждает в том, что сооружение кургана относится по времени к концу V началу IV в. до н. э. Этой дате не противоречат и другие предметы чешуйчатые панцири, ножи, бронзовый котел, бронзовое зеркало с циркульным орнаментом, железный меч, бусы, керамика.

Более определенно можно отнести к V в. до н. э. единый комплекс могил-кенотафов кургана 25 Сладковского могильника на Быстрой (Раскопки автора, 1980 г.), который состоял из основной большой квадратной ямы с нишами-подбоями по углам и примыкающих к ней двух других кенотафов, в которых также имелись обширные ниши подбои, заполненные костями крупных и мелких копытных животных (лошадей и баранов) и различными предметами (рис. 14, 1 - 23;

15, 1 - 12).

Золотая обкладка деревянного сосуда. Шолоховский курган В центральной могильной яме со следами частичного ограбления было найдено большое количество оружия - мечей, кинжалов, копий, дротиков, колчанных наборов с бронзовыми и железными наконечниками стрел. Один из колчанных наборов в центральной яме содержал бронзовый крючок в виде фантастического клыкастого животного (рис. 14, 7).

Различные виды оружия найдены в боковых кенотафах. Кроме того, в нишах находились лепные сосуды, остатки деревянного блюда. В одной из ниш-тайников стояли сероглиняная амфора редкого типа и деревянные сосуды с золотыми обкладками. Весь комплекс имел следы огненного ритуала, а на уровне древнего горизонта, под насыпью, были обнаружены остатки трех литых бронзовых котлов. Дату всего комплекса кургана 25 можно определить по наиболее выразительным предметам, временной диапазон бытования которых был не очень широк.

В первую очередь это относится к сероглиняной амфоре (рис. 14, 12), вероятно, малоазийского происхождения, которая не может быть датирована позднее V в. до н. э. Сероглиняные амфоры аналогичного типа и подобные им датируются концом VI - V в. до н.

э. (Зеест И. Б. Керамическая тара Боспора. - МИА, 1960, № 83, с. 72, 73.).

Наиболее близка сладковской находке амфора из кургана Бабы Днепропетровской обл. (Онайко П. А. Античный импорт в Приднепровье и Побужье в VII - V вв. до н. э.- САИ. М., 1966, вып. Д1 - 27, табл. IV, 1. ).

К числу редких и четко датируемых находок из кургана следует отнести два бронзовых черешковых наконечника стрел (рис. 14, 2 д, е). Эти стрелы являются типичными образцами архаических черешковых стрел, появившихся у савроматов на рубеже VI - V вв. до н. э. (Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, с. 61, 62, рис. 70, 8 - 13.). К V в. до н. э. относятся и золотые обкладки деревянного сосуда (рис. 14, 20), идентичные пластинкам из кургана 29/21 у с. Мастюгина на Среднем Дону (Либеров П. Д. Памятники скифского времени на Среднем Дону, табл. 28, 11.). В целом, дате V в. до н. э.

не противоречат и другие находки из кургана 25 - бронзовые котлы (рис. 15, 1 - 3), стрелы (рис. 14, 2 - 6), мечи (рис. 15,10 - 12), копья (рис. 15, 6 - 8), украшение колчана (рис. 14, 8), лепная керамика (рис. 14, 13 - 15;

15, 9) и т. д., хотя некоторые из перечисленных вещей отнесены к IV в. до н. э.

Захоронение, близкое по типу погребальному комплексу из кургана у пос. Шолоховского, но еще более выразительное, вскрыто в кургане 4 Сладковского могильника в 1976 г. (Смирнов К. Ф.

"Амазонка" IV в. до н.э. на Дону. - СА, 1982, № 3, с. 120.) (рис. 16, 1 - 7;

17, 1 15). В дромосе могилы был погребен боевой конь с бронзовыми бляхами от сбруи и обломками лепной посуды. В головах у него стояла синопская амфора эллинистического времени. Большая квадратная могила размером 5x5 м имела перекрытие из плах, выходящих за ее пределы. В ней было погребено не менее семи человек - мужчин, женщин и детей. Скелеты лежали в вытянутом положении, головой строго на запад или юг, некоторые на интенсивной меловой посыпке или на подстилке из прутьев.

Напутственная пища состояла из частей разрубленных туш барана и лошади, инвентарь - из разнообразного оружия, копий, стрел, мечей, двух раннеэллинистических амфор и большого лепного горшка савроматского типа, бронзовых и костяных бляшек и ворворок-пронизок, бус и деревянного кубка, украшенного золотыми оковками и серебряными круглыми бляшками.

Особый интерес представляет целиком сохранившееся захоронение женщины-амазонки, погребенной на интенсивной меловой посылке. Она была положена головой на юг. При ней полная паноплия: длинный железный меч с бронзовым овальным навершием и без перекрестия, копье, колчан со стрелами, бляшки от портупеи. В головах с одной стороны стояла большая амфора, а около нее часть туши барана с железным ножом, с другой стороны бронзовое зеркало с полоской длинной ручкой. На шее погребенной находилась электровая гривна с напаянными фигурками припавших к земле хищников, на груди - височные кольца или серьги и мелкие бусины, на запястье - браслет из стеклянных подвесок-амфорок.

Дату погребения - IV в. до н. э. - помогают четко определить эллинистические амфоры (рис. 16, 4;

17, 6).

В этом же могильнике в 1979 г. было обнаружено еще два аналогичных захоронения IV - III вв. до н. э., но более бедных по составу инвентаря (Максименко В. Е. Раскопки курганов в Тацинском районе Ростовской области. - АО - 1979. М., 1980, с. 116.). В кургане 15 захоронение в большой квадратной яме оказалось ограбленным в древности.

Удалось проследить наличие сильного огня при совершении погребения, а также определить южную ориентировку одного из погребенных. Инвентарь представлен фрагментами большой лепной корчаги, украшенной ногтевым орнаментом, железным довольно длинным мечом без перекрестия, но с брусковидным навершением (рис. 63, 8), копьем (рис. 65, 1), бронзовыми и железными стрелами (рис. 61, 9 - 10), костяной рукояткой ножа, деревянной мисочкой.

Сохранились остатки жертвенной пищи в виде костей барана.

Захоронение в кургане 17 оказалось полностью разрушенным. Из инвентаря остались только наконечники бронзовых, железных и костяных стрел различных типов (рис. 61, 11).

В 1977 г. у хут. Кащеевки Скосырского сельсовета Тацинского р на Ростовской обл. в 10 км к востоку от Сладковского курганного могильника исследован небольшой курган, давший еще один выразительный комплекс IV - III вв. до н. э. (Смирнов К. Ф., Максименко В. Е. Указ. соч., с. 142.).

Под курганной насыпью в обширной квадратной могиле размером 5x5 м с коротким дромосом находилось коллективное захоронение.

Курган был разграблен, но отдельные детали обряда удалось проследить. Они характерны для савроматских (сирматских) памятников правобережья Дона. Ориентировка погребенных южная, присутствуют меловая посыпка и куски мела, кости расчлененных туш быков и баранов в качестве напутственной пищи. Среди инвентаря обнаружены колчан и отдельные железные и бронзовые наконечники стрел, два бронзовых крючка в зооморфном стиле с изображением медведей, остатки железного чешуйчатого панциря, костяная ложечка, бронзовое зеркало, массивная литая бронзовая курильница, золотой многовитковый перстень, бусы и другие предметы (рис. 18, 1 - 29).

В районах междуречья нижнего Дона и Северского Донца известно еще два комплекса IV - III вв. до н. э. Так, IV в. до н. э.

датируется погребальный комплекс (рис. 19, 1 - 5), обнаруженный И. И. Ляпушкиным у хут. Карнаухова на правом берегу Дона (Ляпушкин И. И. Курганный могильник близ Карпауховского поселения. - МИА, 1958, № 62, с. 317.). Этот комплекс неоднократно привлекался для решения различных вопросов скифо-сарматской археологии и относительно его датировки разногласий нет (Смирнов К. Ф. Савроматы, с. 196;

Либеров П.

Д. Савроматы ли сирматы ? - МИА, 1969, № 151, с. 31;

Мошкова М. Г. К вопросу о сирматах. - В кн.: Скифы и сарматы. Киев, 1977, с. 208, 209.).

Впускное погребение IV - III вв. до н. э. в кургане эпохи бронзы было обнаружено при строительстве Чирской оросительной системы в 1977 г. (Житников В. Г., Копылов В. П. Работы в зоне строительства Чирской оросительной системы. - АО - 1977. М., 1978, с. 120.).

К числу наиболее поздних, но очень выразительных савроматских (сирматских) погребений правобережья Дона относится захоронение, обнаруженное на территории Новочеркасска в 1973 г.

(рис. 20, 1 - 15). Захоронение являлось, по-видимому, подкурганным, так как находилось на высоком водоразделе, недалеко от того места, где стоял знаменитый "Хохлач" и другие сарматские курганы (Максименко В. Е., Савченко Е. Н. Отчет о раскопках сарматского погребения, обнаруженного 15 марта 1973 года в г. Новочеркасске. Архив Новочеркасского музея истории донского казачества.). Погребение обнаружено на глубине 2,2 м от уровня современной поверхности.

Могильная яма размером 1,35x1,5 м имела прямоугольную форму и была ориентирована по длинной оси на юг-юго-запад - север северо-запад. Часть погребения разрушили строители. В заполнении нашли остатки дерева от перекрытия, а на дне хорошо прослеживались остатки тлена от подстилки. В могильной яме лежал скелет подростка на спине, головой на юг-юго-запад, в позе "всадника" (рис. 20, 1). Погребение сопровождалось богатым инвентарем и напутственной пищей, от которой сохранились кости барана и кости передней ноги молодой лошади - тарпана (Определение было дано В. С. Байгушевой.).

Вместе с костями лежал железный нож с костяной рукояткой. В северовосточном углу ямы в ямке-углублении стояла амфора. Кроме того, в погребении обнаружены золотые обкладки деревянного сосуда, золотые бляшки с изображением человеческого лица, бусы, часть клешни морского краба, раковина, железное шило. Дату погребения помогает определить амфора, принадлежащая к типу поздних эллинистических херсонеcских амфор конца III - II в. до н.

э. (Зеест И. Б. Указ. соч., с. 99, табл. XXI, рис. 40.). Остальной инвентарь (нож с костяной рукояткой, золотые обкладки сосуда, золотые бляшки) характерен для скифской поры не позднее III в. до н. э. К этому времени следует отнести и рассматриваемое погребение.

В районах правобережья Нижнего Дона обнаружен ряд интересных случайных находок савроматского периода. Так, в г. в Таганрогский музей поступил из с. Троицкого (В предварительной публикации ошибочно указано с. Михайловка (Флеров В. С. Работы Таганрогского музея. - АО - 1975. М., 1976, с. 148.)). Неклиновского р-на Ростовской обл.

бронзовый литой котел (рис. 54, 9) с конической подставкой и двумя вертикальными полукруглыми ручками, увенчанными уплощенными выступами-шишечками. От основания ручек по тулову спускаются вертикальные "усики". Котел находился на глубине 2 м, на месте снесенного ранее кургана (Там же, с. 148.). Датируется котел V в до н. э. (Косяненко В. М., Флеров В. С. Бронзовые литые котлы Нижнего Подонья. - СА, 1978, № 1, с. 201.). К этому же времени следует отнести котел, обнаруженный в 1927 г. на Золотой косе (Миусский п-ов) (Там же, с. 194. Котел хранится в ТКМ.) (рис. 54, 7).

На территории Таганрога, на побережье залива, в 1975 г. была найдена бронзовая литая фигурка лежащей с поджатыми ногами и повернутой назад головой лосихи. На тыльной стороне - массивная петля-обойма для крепления. Ранее здесь же неоднократно находили скифские бронзовые наконечники стрел (Флеров В. С. Указ.

соч., с. 148.) (рис. 62, 2).

Отдельные находки бронзовых и железных наконечников стрел савроматского периода обнаружены у стан. Нижне-Кундрюченской, на правой стороне Северского Донца (Попов X. И. Указ. соч., с. 160, табл.

XV, рис. 1.).

Памятники V - III вв. до н. э. Миусского полуострова и островов дельты и Дона (общая характеристика). Среди с памятников исследуемого периода, расположенных на правобережье Нижнего Дона вблизи его дельты, особое место занимают те, которые обнаружены в районе Миусского п-ова на северном побережье Таганрогского залива и, главным образом, так называемый Беглицкий некрополь, споры об этнической принадлежности которого, хронологии и характере (грунтовый или курганный могильник) ведутся уже более полувека.

В настоящее время известно около сорока погребальных комплексов и большое количество отдельных находок, обнаруженных в этом районе, часть которых была описана еще в 1929 г. Б. В. Луниным (Миллер М. А., Лунин Б. В. Некрополь у Беглицкой косы. Материалы по археологии Юго-Востока России. Ростов н/Д., 1929.). Тогда же первые исследователи предприняли попытку определить характер памятника и его датировку. Они отмечали, что некрополь представляет большой интерес по степени эллинизации и его материалы близки материалам Елизаветовского городища, расположенного в дельте Дона. Некрополь датировали III - II вв. до н. э., ближе ко II в. до н. э. Последующие исследования его позволили уточнить дату. И. С. Каменецкий, раскопавший десять погребений этого могильника, определил время его существования IV - II вв. до н. э. (Каменецкий И. С. Отчет о работах археологической экспедиции Таганрогского музея в 1956 году.- Архив ИА АН СССР, р-1, д. (раскопки на Беглице, погребения 1 - 4);

Он же. Отчет о работах экспедиции Таганрогского музея в 1958 году. - Там же, д. 2494 (раскопки на Беглице, погребения 5 - 10).).

Просмотренный автором материал, находящийся в фондах Таганрогского с музея, относится в основном к IV - III вв. до н. э., хотя некоторые предметы могли бытовать и в начале II в. до н. э.

(рис. 48, 1 - 11). Самая ранняя находка в некрополе фрагментированная хиосская амфора V в. до н. э. Большинство других находок, в том числе и хорошо датируемый амфорный материал, относится ко второй половине IV - середине III в. до н. э.

Среди гераклейских амфор преобладают амфоры с клеймами IV - V групп (по классификации И. Б. Брашинского) первой половины и середины III в. до н. э. Один из самых выразительных и четко датируемых комплексов Беглицкого некрополя - погребение 10, открытое И. С. Каменецким в 1958 г. (рис. 21, 1 - 10). Дата - первая половина III в. до н. э.- определяется по гераклейской амфоре.

К сожалению, большая часть материалов Беглицкого могильника и других памятников Миусского п-ова не опубликована. Это в значительной степени затрудняет решение вопроса об их этнической принадлежности и характере занятий населения, оставившего эти памятники.

Таким же сложным является вопрос о характере памятников на островах дельты Дона, где имеются хорошо изученный могильник V - III вв. до н. э. у стан. Елизаветинской (Елизаветовский могильник) и ряд других подкурганных захоронений этого же времени. Как правило, исследователи связывают погребения Елизаветовского некрополя с городищем и приписывают их оседлому населению.

Такой точки зрения придерживается В. П. Шилов (Шилов В. П. Раскопки Елизаветовского могильника в 1959 г., с. 168;

Он же. Золотой клад скифского кургана. - В кн.: Археологические раскопки на Дону, с. 68.), один из основных исследователей Елизаветовских курганов. Его поддерживает Д. Б.

Шеллов (Шелов Д. Б. Танаис и Нижний Дон в III - I вв. до н. э. М., 1970, с. 50.).

Но, вероятно, не следует столь однозначно решать этот вопрос.

Вполне возможно, что среди множества погребений оседлого населения дельты, и в Елизаветовском могильнике в частности, имеется и изрядное количество погребений кочевников, но выделить их в отдельную группу ввиду сходства материальной культуры и погребального обряда в настоящее время не представляется возможным.

Именно это обстоятельство не позволило включить погребения на островах дельты Дона в круг детально изучаемых памятников, хотя при решении различных вопросов обращаться к этому материалу придется неоднократно.

Савроматские памятники левобережъя Нижнего Дона. В районах левобережья, близких к дельте, обнаружено довольно значительное количество раннесавроматских комплексов с интересным ритуалом и весьма выразительным погребальным инвентарем, позволяющим датировать их временем не позднее VI в. до н. э.

Погребение 3 кургана 5 Койсугского могильника (рис. 22, 1 - 5), открытое в 1968 г. (Максименко В. Е. Отчет о работах 2-го отряда археологической экспедиции Ростовского университета в Константиповском и Азовском районах Ростовской области в 1968 г.- Архив ИА АН СССР, р-1, д. 3873.), было совершено в прямоугольной яме, перекрытой слоем камыша на поперечных и продольных деревянных плахах. Умерший похоронен на правом боку, с подогнутыми ногами, головой на восток-северо восток. В согнутой левой руке перед лицом находилось деревянное блюдо или поднос с костями барана. Среди обнаруженных в этом погребении предметов для датировки можно привлечь костяные колчанные застежки с грибовидными шляпками и другие поделки из кости (рис. 22, 2 - 5). Эти вещи позволяют отнести указанное погребение ко времени не позднее второй половины VI в. до н. э.

(Кореняко В. А., Максименко В. Е. Указ. соч., с. 181.).

С погребением 3 кургана 5 сходно по обряду погребение 5 из кургана 2 Койсугского могильника (рис. 22, 6). В прямоугольной яме на камышовой подстилке погребенный был положен на правый бок с подогнутыми ногами, с вытянутой правой и согнутой в локте левой рукой. От погребения 3 кургана 5 его отличает лишь ориентировка не восточная, а западная. Это захоронение перекрывало погребение эпохи поздней бронзы (Максименко В. Е. Отчет о раскопках Койсугского курганного могильника в 1967 году. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 3449.).

К VI - V вв. до н. э. следует, вероятно, отнести погребение, открытое в 1966 г. В. Я. Кияшко у хут. Усть-Койсуга, неподалеку от Койсугского могильника (Материалы хранятся в РОМК.). Оно находилось в пойме Койсуга. Костяк лежал на левом боку, со слегка подогнутыми ногами. Ориентировка юго-западная. Перед лицом погребенного стоял серолощеный хорошего обжига сосуд с высоким горлом и четко профилированным туловом биоконической формы (рис. 45, 3).

Он находит достаточно много аналогий в савроматских комплексах VI - V вв. до н. э. (Кореняко В. А., Максименко В. Е. Указ. соч., с. 181.).

В койсугских курганах обнаружено также несколько погребений, которые можно отнести к V - IV, IV - III вв. до н. э. (В характеристике савроматских комплексов левобережья Дона несколько нарушен хронологический принцип, поскольку удобнее рассматривать материалы по отдельным группам памятников:

первоначально в местах, близких к дельте Дона, затем в низовьях Маныча и районах, близких к излучине Дона.) Не позднее IV в. до н. э. погребение с западной ориентировкой костяка в подбойной могиле 14 кургана 2. Оно сопровождалось лепным приземистым сосудом с прямым коротким горлом, плоским дном (рис. 60, 2) и массивным просверленным астрагалом (рис.

60,3). По форме указанный сосуд можно включить в III отдел плоскодонной посуды савроматов (Смирнов К. Ф. Савроматы, с. 354, рис. 62, 12.). Подобная керамика получает большое распространение в V - IV вв. до н. э. (Там же, с. 360, рис. 69.). Просверленные астрагалы встречаются так же часто в скифское время и на весьма обширной территории (Крупное Е. И. Древняя история и культура Кабарды. М., 1957, с. 141, 142, рис. 41;

Пузикова А. И. Население Среднего Дона. - МИА, 1969, № 151, с. 76, рис. 20, 27;

Петренко В. Г. Правобережье Среднего Приднепровья в V - III вв. до н. э.

- САИ. М., 1967, вып. Д1 - 4, табл. 25, 25.). Возможно, что к погребению кургана 2 относятся фрагменты железных удил, обнаруженные в грабительской яме этого кургана.

Однако не исключено, что они принадлежат другому, полностью разрушенному захоронению, а указанное погребение следует отнести к более раннему времени, может быть даже, к переходному периоду, так как точных аналогий этому сосуду нет, а его фактура (плотное песчанистое тесто, заглаженная травой поверхность) не типична для скифской и савроматской керамики. Что касается обряда погребения и формы могильной ямы, то это захоронение скорее ближе погребению 9 кургана 5 Койсугской группы.

Более определенно к IV - III вв. до н. э. можно отнести ряд других впускных захоронений койсугских курганов с западной ориентировкой погребенных.

Погребение 40 кургана 4 и погребение 4 кургана 5 (рис. 28, 6 10) датируются по бусам раннеэллинистического периода (рис. 28, 9). Аналогичные бусы найдены в хорошо датируемом комплексе Беглицкого некрополя (Алексеева Е. М. Классификация античных бус. - В кн.:

Статистико-комбинаторные методы в археологии. М., 1970, с. 79, табл. 3, 2, 3.). В погребении 12 кургана 5 (рис. 29, 7, 8) костяк молодого человека лежал на спине, головой на запад-юго-запад, в деревянном ящике гробу. Могильная яма квадратной формы имела с одной стороны высокую ступеньку. В ногах погребенного сохранились кожаный колчан с цветной аппликацией, набором втульчатых железных стрел с древками, окрашенными в красный цвет, и колчанный крючок.

Втульчатый наконечник железной стрелы обнаружен в шейных позвонках. В погребении находились остатки напутственной пищи кости барана, в заполнении могильной ямы найдена черешковая железная стрела с трехгранной головкой и кремневая стрела (амулет?). На дату погребения указывают втульчатые трехлопастные стрелы с длинными жалами, характерные для сарматских погребений IV - III вв. до н. э. (Мошкова М. Г. Памятники прохоровской культуры. - САИ. М., 1963, вып. Д1 - 10, табл. 14, тип. IX, 219 - 222.).

Погребение 31 кургана 7 (рис. 28,. 1 - 5) совершено в узкой яме размером 2,15x0,65 м. На высоте 50 - 70 см от дна имелось перекрытие из поперечных плах. Скелет лежал в вытянутом положении, головой на запад. Правая рука согнута в локте, кисть на груди. В погребении обнаружены серо-лощеная миска на кольцевом поддоне, в которой лежали кости барана и железный нож, серолощеный кувшин типа ойнохойи и пучок железных стрел с трехгранными головками и массивными длинными черешками (рис.

28, 4). Подобные стрелы в погребениях Hill вв. до н. э. встречаются весьма редко и более характерны для комплексов III в. до н. э. (Там Серолощеная миска и же, табл. 17 (отдел трехгранных стрел, 18 - 20, 28, 29).).

кувшин скорее типичны для погребений Прикубанья IV - III вв. до н.

э.

Ряд погребений Койсугской группы курганов (курган 6, погребения 2, 4;

курган 5, погребение 22;

курган 7, погребения 5, 8) скорее можно отнести к IV - III вв. до н. э. на основании сходства погребального ритуала и западной ориентировки погребенных (рис.

28, 10, 11), которая не встречена в четко датированных койсугских погребениях более позднего временя (III - II вв. до н. э.).

К IV и IV - III вв. до н. э. относятся семь погребений, обнаруженных в 1971 г. в кургане 2 группы Радутка Койсугского могильника (Горбенко А. А., Кореняко В. А., Максименко В. Е. Раскопки в Азовском районе. - АО - 1971. М., 1972, с. 121;

Горбенко А. А., Кореняко В. А. Раскопки Койсугского курганного могильника в 1971 г. - В кн.: Археологические раскопки на Дону. Ростов н/Д., 1973, с. 49, 50.). В кургане выделяются шесть погребений, костяки в которых лежали в вытянутом положении, головами на запад. В погребении 16 найдены стеклянные черно белые бусы кубической формы, мелкие бусы синего стекла, просверленная раковина (рис. 55, 1). Также в нем находилась амфора IV в. до н. э. гераклейского типа (рис. 53, 7).

В погребении 17 (рис. 30, 10 - 15) обнаружены: глазчатые бусы, черно-желтая бусина с фестончатым рисунком, бронзовое зеркало, железный нож, бронзовая серьга и остатки напутственной пищи.

Инвентарь погребений 28,' 31 представлен различными формами стеклянных, гешировых, дутых золотых бус (рис. 55, 2, 4).

Кроме того, в погребении 31 обнаружены коралловая пронизка и бронзовое зеркало с железной ручкой (рис. 30, 7). В погребении найдены свинцовое колечко, костяная бляшка и втульчатый трехлопастный наконечник железной стрелы (рис. 30, 10 - 13). Бусы и амфора позволяют отнести всю эту группу погребений к IV - III вв.

до н. э. Наиболее близкие аналогии эллинистическим бусам найдены в некрополе на Беглицкой косе (Алексеева Е. М. Указ. соч,. с. 76, табл. 4, с. 79.). К перечисленным погребениям кургана 2 группы Радутка примыкает погребение 30, скелет в котором лежал в вытянутом положении, на правом боку, головой на северо-запад.

Здесь также обнаружены эллинистические бусы (рис. 55, 5) и фрагмент железного ножа. Представляет интерес погребение 32, в котором костяк лежал на спине, головой на юг, с подогнутыми ногами (рис. 30, 1 - 6). При погребенном находились: железный нож, железные втульчатые трехлопастные наконечники стрел, железный предмет неясного назначения и лепной сосуд. В этом захоронении также найдена амфора херсонесского типа IV в. до н.э.

(непозднее начала III в. до н. э. - по определению И. Б.

Брашинского и А. Н. Щеглова). Аналогично ему погребение 20 с остатками напутственной пищи и железным ножом (рис. 30, 8, 9).

Южная ориентировка погребенных в могилах IV - III вв. до н. э.

койсугских курганов - явление не типичное. Однако можно указать еще на один комплекс - курган 5, погребение 26 Койсугской группы (рис. 29, 1 - 5), где в коллективном захоронении с южной ориентировкой погребенных найдены железная втульчатая стрела, бронзовое зеркало, позволяющие говорить о времени не позднее III в. до н. э.

К IV - III вв. до н. э. можно отнести и несколько безынвентарных захоронений с западной ориентировкой погребенных в курганах Кулешовской группы (курган 2, погребение 1), (рис. 28, 12, 13), (курган 1, группа Радутка, погребение 3). Помимо перечисленных целых погребальных комплексов левобережья дельты Дона известны и отдельные предметы из разрушенных погребений.

В насыпи кургана 4 Койсугской группы находился гончарный лощеный сероглиняный кувшин на кольцевом поддоне (рис. 50 5), имеющий аналогии в меотских памятниках IV - III вв. до н. э. на Кубани (Смирнов К. Ф. Меотский могильник у станицы Пашковской. - МИА, 1958, № 64, с 279, рис. 5, 24.). Фрагменты аналогичной серолощеной керамики обнаружены в разрушенном погребении 5 кургана 2 Кулешовской группы Койсугского могильника (рис. 22, 10). В кургане Койсугского могильника в насыпи найдено дно гераклейской амфоры (рис. 53, 7). К западу от г. Батайска была найдена гераклейская амфора (рис. 53, 1) с энглифическим клеймом N (Архив ЛОИА АН СССР, ф. 1, д. 1890 - 9, л. 37, 40 (рис.);

Книпович Т. И. Танаис. М. Л., 1949, с. 15. И. Б. Брашинский амфоры с таким клеймом датирует III в. до н. э.

(Брашинский И. Б. Керамические клейма Гераклеи Понтийской. - НЭ, 1965, V, с. 26, 27, табл. III, 9).).

Несколько комплексов савроматского периода обнаружено на высокой террасе междуречья Нижнего Дона (дельты) и Кагальника в 2 км к югу от Азова (Максименко В. Е. Отчет о раскопках курганов в Азовском и Тацинском районах Ростовской области в 1977 г. - Архив АКМ. Материалы хранятся в АКМ.). В кургане 9 эпохи железа под насыпью был ровик, а в насыпи находились фрагменты горла гераклейской амфоры. В заполнении грабительской воронки отмечены фрагменты железа, бронзовые и костяные стрелы. В погребении 1 в яме прямоугольной формы размером 2,3x0,9 м костяк взрослого человека лежал в вытянутом положении, на спине, головой на запад. Слева от него находились кости барана, небольшой железный ножичек с серповидным лезвием (рис. 44, 12). В погребении найдены небольшой костяной четырехгранный в сечении наконечник стрелы (рис. 61, 12) и небольшое железное копье (рис. 65, 3).


В погребении 2 наблюдались такие же обряд и предметы, но количество стрел значительно больше, и они разнообразнее. В колчанном наборе имелись бронзовые (рис. 61, 13), железные втульчатые (рис. 61, 14) и костяные, четырехгранные в сечении (рис. 61, 15) стрелы. Наконечники стрел и горло гераклейской амфоры, обнаруженной под насыпью, позволяют отнести погребение к IV в. до н. э.

К числу хорошо датируемых и очень выразительных комплексов IV в. до н. э. левобережья Дона вблизи его дельты следует отнести погребение 2 кургана 3, раскопанного Г. С. Бейсовым в 1980 г. на окраине Азова (Материалы хранятся в АКМ.). В могильной яме овальной формы, размером 3,9X3,08 м, впущенной в насыпь) кургана эпохи бронзы, была похоронена, по-видимому, женщина в вытянутом положении на спине, головой на юго-восток. Инвентарь погребения исключительно богат и разнообразен (рис. 26, 17;

27, 1 - 15), он представлен импортной керамикой, украшениями, оружием, бронзовым котлом и деревянными сосудами с золотыми обкладками.

В погребении сохранились остатки напутственной пищи в виде костей крупных и мелких животных, а также хорошо прослеживались следы огненного ритуала.

Для датировки комплекса важны амфоры и чернолаковая миска.

Одна из амфор - гераклейская (рис. 27, 2), с надписью красной краской на тулове (сохранилась буква N) - идентична амфоре из разрушенного погребения у Батайска (рис. 53, 1). Датировка подобных амфор IV в. до н. э. не вызывает сомнения. Другая, светлоглиняная, амфора (рис. 27, 1) этого же времени. Еще более точную дату помогает установить чернолаковая мисочка с пальметками на дне (рис. 27, 4). Аналогичная посуда аттического производства относится к середине или второй половине IV в. до н.

э. Очень близка по форме, размеру и характеру орнамента миске, найденной в Азовском кургане, чернолаковая мисочка третьей четверти IV в. до н. э. из кургана 5 у с. Аксютинцы Сумской обл.

(Онайко П. А. Античный импорт в Приднепровье и Побужье в IV - II вв. до н. э.- САИ.

М., 1970, вып. Д1 - 27, табл. IX, 7, 13.). Подобные вещи позволяют отнести азовский комплекс ко второй половине IV в. до н. э.

В Азовском музее хранятся отдельные находки из разрушенных погребений в Кагальницком карьере (между Азовом и пос.

Кагальником). Эти материалы поступили в разное время и представлены фрагментами амфор и лепной керамики. Несколько погребений автору удалось доисследовать в 1977 г. в обрывах карьера. Все они оказались сильно потревоженными в древности.

Не исключено, что в данном месте наряду с подкурганными захоронениями имелись и грунтовые могилы. В одном из доисследованных погребений костяк лежал в вытянутом положении, на спине, головой на запад-северо-запад.

Отдельные предметы обнаружены в разрушенных погребениях савроматского периода (бронзовые наконечники, рис. 62, 6) у ст.

Каяла (Лунин Б. В. Археологические раскопки и разведки в Ростовской области в 1938 - 1939 гг. - В кн.: Памятники древности на Дону. Ростов н/Д., 1940, с. 22.) и стан. Елизаветовки Азовского р-на (Раскопки В. Е. Максименко, А. А.

Горбенко, 1972. Материалы хранятся в АКМ.).

К группе памятников кочевого населения савроматского периода левобережья Дона, расположенных вблизи от дельты и койсугских курганов, относится ряд погребений, открытых Азово-Донецкой экспедицией у пос. Высочина в зоне строительства Приморской оросительной системы в 1976 - 1979 гг. Они обнаружены в курганах, в основном эпохи бронзы, расположенных также на высокой террасе водораздела Дона и Кагальника.

К VI в. до н. э. относятся три захоронения кургана 6 у пос.

Высочина (Кореняко В. А., Лукъяшко С. И. Новые материалы раннескифского времени на левобережье Нижнего Дона. - С А, 1982, № 3, с. 149.). В погребении 1 (рис. 23, 1) костяк лежал в скорченном положении, на левом боку, головой на северо-восток. Левая рука вытянута, правая согнута под прямым углом. На кисти правой руки сохранились остатки напутственной пищи - кости барана. Перед лицом стоял лепной, слегка лощеный сосуд шаровидной формы с уплощенным дном и узким невысоким горлом. Поверхность сосуда светлая, с темными пятнами. Под челюстями обнаружена бронзовая подвеска.

Погребение 2 позднее погребения 1, так как частично срезало его (рис. 23, 1). Костяк лежал в скорченном положении, на левом боку, головой на юг. Кисть правой руки у челюсти. Кисть левой, согнутой в локте, у бедра. Вещей нет. Погребение 4 (рис. 23, 2) отмечено под погребением 2. Костяк лежал в вытянутом положении, на правом боку, головой на север-северо-восток. Правая рука вытянута, левая согнута в локте. У затылочной части черепа находились кости животного (барана?). У позвоночника найдены железный колчанный крючок и костяная поделка в виде головы грифона (рис. 23, 26).

Рядом лежали грибовидные костяные застежки (рис. 23, 2в). Под костяком прослеживался древесный тлен. Из трех погребений кургана 6 самое раннее - погребение 4, датируемое по костяным застежкам и обряду VI в. до н. э.

Погребения 1 и 2 кургана 6 у пос. Высочина относятся к более позднему времени, но не выходящему за пределы V в. до н. э., так как обряд их близок обряду погребения 3 кургана 5 Койсугского могильника, датируемого VI до н. э.

В кургане 7 у пос. Высочина, расположенном поблизости от кургана 6, также обнаружено несколько захоронений VI в. до н. э. В погребении 2 костяк молодого человека лежал в вытянутом положении, головой на запад. У плечевых костей находились костяная застежка (рис. 23, 3) и раковина перловицы.

В погребении 4 кургана 7 костяк также лежал в вытянутом положении, на спине, головой на запад (рис. 23, 4).У правого локтя обнаружены бронзовые и железные стрелы, а в ногах обломки лепного толстостенного сосуда. Наконечники стрел архаической формы. Среди них - бронзовый двухлопастный (рис. 23, 46) и бронзовый с трехгранной головкой (рис. 23, 4в). Остальные стрелы - железные, втульчатые с плоской и треугольной головками (рис.

23, 4 г - з). Аналогии подобным наконечникам можно найти среди скифских стрел VII - VI вв. до н. э. (1-я хронологическая группа по А. И. Мелюковой) (Мелюкова А. П. Вооружение скифов, с. 18.). Возможно, что к VI - V вв. до н. э. относятся и два безынвентарных погребения 5 и 6 кургана 7 у пос. Высочина, в которых костяки ориентированы на запад.

Исключительно важным для уточнения датировки комплексов раннего железного века на Дону является комплекс погребения кургана 7 (рис. 24, 1 - 12) группы курганов у хут. Ново Александровки Азовского р-на (Лукъяшко С. И. Отчет о работе Приморского отряда Азово-Донецкой экспедиции за 1977 год. - Архив АКМ;

Лукъяшко С. И., Головкова И. И., Обозный В. И., Гамаюнов А. К. Раскопки курганов в зоне строительства Приморской оросительной системы. - АО - 1977. М., 1978, с. 127.). В могильной яме овально-удлиненной формы размером 2,8X1 м лежал скелет взрослого человека, в вытянутом положении, головой на запад. В погребении обнаружено много инвентаря: колчан с набором бронзовых втульчатых стрел разнообразных типов, костяные застежки, поделки из кости (навершия), выполненные в зверином стиле, железный колчанный крюк, костяная ложечка. В головах погребенного находились амфора, а также кости барана. На дне ямы прослеживалась меловая посыпка и был найден кремневый отщеп. Амфора архаического типа (рис. 24, 12) (середина - вторая половина VI в. до н. э., по мнению И. Б. Брашинского) позволяет определить дату этого интересного комплекса.

Аналогичное по типу погребение 4 (узкая могильная яма, вытянутое положение костяка, но восточная ориентировка) обнаружено в кургане 23 у пос. Высочина в 1979 г. (Материалы хранятся в РГПИ). Инвентарь представлен бронзовыми и железными наконечниками стрел архаических форм, костяными застежками и лепным сосудом (рис. 25, 1). Подобное захоронение было отмечено у пос. Высочина в этом же году (курган 2, погребение 2).

Здесь найдены бронзовые архаические наконечники стрел и костяные колчанные застежки (рис. 25, 2, 3).

Весьма интересны несколько захоронений конца IV - III вв. до н.

э. под индивидуальными курганными насыпями, раскопанными в 1978 г. у хут. Ново-Александровки (Лукъяшко С. И. Отчет о работе Приморской археологической экспедиции в 1978 г. - Архив АКМ.). Под насыпями сохранились остатки больших тризн, в которых обнаружены фрагменты эллинистических амфор, лепной и гончарной керамики, кости крупных и мелких животных. Погребения окружены кольцевыми ровиками и совершены в катакомбах. В кургане тризна располагалась в западной поле кургана. Среди обнаруженных в ней различных типов эллинистических амфор одна - херсонесская IV - III вв. до н. э. - имеет астиномное клеймо Ксанфа (?). В разграбленной могиле были найдены: костяная рукоять железного ножа, глиняное пряслице, бусина и галька. В аналогичном по типу погребении 2 кургана 5 у хут. Ново Александровки, также сильно разграбленном, обнаружены золотая подвеска с бусиной и бронзовая цилиндрическая обоймочка.

В кургане 16, помимо отмеченных в ровике фрагментов эллинистических амфор, в разграбленной катакомбе найдены мелкие пастовые бусы и глиняные пряслица.

Значительное количество раннесавроматских комплексов открыто в бассейне Маныча, особенно в низовьях, ближе к Дону. К группе погребений конца VII - VI в. до н. э., обнаруженной в этом районе М. И. Артамоновым и описанной К. Ф. Смирновым (Смирнов К. Ф.


Савроматы, с. 33, 34, 38.) (хут. Спорный, курган 2, погребения 12, 39;

хут. Веселый, курган 1, погребение 1;

курган 3, погребения 6, 7), и нескольким четко не датируемым погребениям, открытым В. П.

Шиловым в 1962 г. у 5 хут. Алитуба (курган 1, погребение 1) и Усьмана (курган 2, погребение 4;

курган 3, погребение 1), следует добавить несколько выразительных комплексов VI - V вв. до н. э., раскопанных И. П. Засецкой и К. С. Лагоцким у хут. Алитуба в г. (Засецкая И. П., Лагоцкий К. С., Маловицкая Л. Я. Исследования Манычского отряда. - АО - 1971. М., 1972, с. 125;

Засецкая И. П. Отчет о работе Манычского отряда Волго-Донской экспедиции в 1971 году.- Архив РОМК.).

Парное мужское (по отчету) захоронение с северо-восточной ориентировкой погребенных (курган 16, погребение 3) довольно четко датируется по архаическим наконечникам стрел. Два двухлопастных наконечника (рис. 61, 17 в, г) характерны для савроматских стрел VI в. до н. э. (1-й тип по К. Ф. Смирнову) (Смирнов К. Ф. Вооружение савроматов, табл. 1-В, № 6 - 8.). Втульчатая трехлопастная (рис. 61, 17а) относится к этому же времени (Там же, табл. II, тип. IX, Б, Б.). В мужском захоронении 3 кургана погребенный лежал на правом боку, головой на запад-юго-запад.

Рядом с ним находился лепной сосуд (рис. 46, 7). Там же обнаружена костяная застежка (рис. 60, 8), аналогичная застежкам из погребения 3 кургана 5 Койсугского могильника и погребения кургана 7 у пос. Высочина, которые относятся к VI в. до н. э.

Погребения 13 и 21 кургана 5 у хут. Алитуба четкой датировке не поддаются, но обряд захоронения и архаичной баночной формы сосуды (рис. 46, 1) позволяют говорить о дате не позднее V в. до н.

э. В погребении 13 костяк взрослого человека лежал в вытянутом положении, на спине, головой на запад, а в погребении 21 - на животе, головой на северо-восток (Лагоцкий К. С. Раскопки курганов 4 и 5 в мае 1971 г. у хут. Алитуб. (приложение к отчету И. П. Засецкой).- Архив РОМК.).

В 1972 г. у хут. Крепинского, в низовьях Маныча К. С. Лагоцким был обнаружен еще один комплекс VI - V вв. до н. э. в кургане эпохи бронзы (Лагоцкий К. С. Отчет о работе первого Манычского отряда Донской экспедиции в 1972 году. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 5240.). В погребении костяк лежал в скорченном положении, на левом боку, головой на северо-восток. Руки согнуты под прямым углом, кисти у черепа. Под локтями находилось бронзовое зеркало с петелькой в центре диска (рис. 58, 3). Зеркало из погребения 10 кургана 42-го Крепинского могильника близко по типу зеркалу из погребения 1 кургана Ростовской группы курганов (рис. 58, 2). Как известно, зеркала подобного типа встречаются на обширной территории евразийских степей и, в частности, в Скифии в VI - начале V в. до н. э. (Ильинская В. А. Скифы Днепровского Лесостепного Левобережья. Киев, 1968, с. 152, рис. 41, 4, 5, табл. X;

VI, 1, 14;

Петренко В. Г. Правобережье Среднего Приднепровья. - САИ. М., 1967, вып. Д1 - 4, с. 35, табл. 2, 4, рис. 13.).

К раннему савроматскому периоду следует отнести погребение кургана 62-го Арпачинского могильника (раскопки И. С.

Каменецкого, 1975 г.), в котором найден грушевидной формы сосуд с лощеной поверхностью, плоским дном, узким коротким горлом и слегка отогнутым венчиком (рис. 45, 6). Это погребение было перекрыто также савроматским погребением 5 с весьма выразительным инвентарем, позволяющим датировать комплекс IV в. до н. э. Здесь находились синдо-меотского типа меч (рис. 63, 9) с прямоугольным навершием, железное копье, костяная ложечка (рис.

59, 3), бронзовый котел и другие предметы. Захоронение в квадратной яме с уступом (скорее с подбоем) сопровождалось напутственной пищей. Сохранились кости лошади и барана. Костяк погребенного лежал головой на юго-запад. Не исключено, что к этому же времени (IV в. до н. э.) следует отнести еще два безынвентарных погребения 3 и 10 этого кургана. Интересно, что в этом кургане, относящемся к эпохе бронзы, были найдены в насыпи кости животных, трехлопастная железная стрела и фрагменты синопской амфоры (Каменецкий И. С. Смирнов Ю. А. Узянов А. А. и др. Отчет Донской экспедиции ИА АН СССР за 1975 год, д. 6031, 6032а.).

Ряд погребений, обнаруженных экспедицией И. С. Каменецкого в 1975 г. у хут. Арпачина, следует, вероятно, датировать IV - III вв.

до н. э. Это погребения 2 - 4, 8, 10, 11 кургана 25, погребение кургана 32, погребение 5 кургана 372-го Арпачинского могильника и погребение 1 на предполагаемом Арпачинском поселении (Там же.).

К IV в. до н. э. относятся два погребения - курган 5, погребение (рис. 32, 1 - 10);

курган 3, погребение 11 (рис. 33, 1 - 11), открытые К. С. Лагоцким у хут. Крепинского (Лагоцкий К. С. Отчет о работе первого Манычского отряда Донской экспедиции в 1972 году.- Архив ИА АН СССР, р-1, д. 5240а.). В этих исключительно богатых по составу инвентаря комплексах дату помогают определить бронзовые и железные наконечники стрел, железный меч, бронзовое зеркало и другие предметы. Менее выразительны, видимо, относящиеся ко времени не позднее начала III в. до н. э. погребение 1 кургана 1 у хут. Алитуба (раскопки В. П. Шилова) (Шилов В. П. Отчет о работах Южно Донской экспедиции в 1962 г. - Там же, д. 2727.), погребения 5 и 6 кургана у хут. Крепинского (раскопки Э. С. Шарафутдиновой) (Шарафутдинова Э. С. Указ. соч.), погребение 13 у хут. Алитуба (раскопки К. С.

Лагоцкого и И. П. Засецкой) (Засецкая И. П. Отчет о работе Манычского отряда Волго-Донской экспедиции в 1971 г.) и погребения 4 и 6 кургана 41 у хут. Арпачина (раскопки Б. А. Раева) (Раев Б. А. Отчет отряда кафедры археологии ЛГУ о раскопках курганов в Ростовской области в 1974 году. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 5592, 5592 а, б.).

К IV - III вв. до н. э. относится погребение 2 кургана 5 у хут.

Тузлуки на левобережье в низовьях Маныча (Раскопки Е. М. Беспалого, 1979 г. Материалы хранятся в АКМ.). Это, по-видимому, женское захоронение, впущенное в курган эпохи бронзы, совершено в небольшой продолговатой яме. Костяк имеет южную ориентировку.

Здесь были найдены большое зеркало с плоской рукояткой, характерное для памятников савроматской культуры, бронзовые серьги и бусы (рис 31, в-19).

Еще одно захоронение этого же времени - погребение 11 раскопано в кургане 6 в 1980 г. (Раскопки Е. М. Беспалого.). В небольшой прямоугольной яме костяк лежал в вытянутом положении, головой на запад. Здесь найдены лепной сосуд, костяная ложечка, железный нож и втульчатая трехлопастная стрела (рис. 31, 1 - 5).

В бассейне Маныча известен еще один хорошо датируемый (не позднее второй половины IV в. до н. э.) комплекс - погребение 3 в кургане 2 у балки Мокрая Кугульта (пос. Северный Сальского р-на Ростовской обл.) (Горбенко А. А., Фомичев Н. М., Максименко В. Е., Кореняко В.

А. Отчет о раскопках курганов в Сальском и Багаевском районах Ростовской области в 1973 г. - Архив АКМ.) (рис. 34, 1 - 11). Это погребение, вероятно, женское, совершено в яме, по форме близкой к прямоугольнику, с нишей, в которой находились часть скелета лошади, железный нож, груболепной плоскодонный сосуд, украшенный под венчиком ногтевидными вдавлениями, и костяная орнаментированная ложечка. Погребенная лежала на спине, головой на юг. При ней найдены: железный меч с необычным комбинированным навершием, трехлопастные железные втульчатые наконечники стрел, железное копье, три бронзовые ворворки и бронзовое, с циркульным орнаментом плоское зеркало (рис. 34, 2). Аналогичное зеркало обнаружено в хорошо датируемом по монете и краснофигурной пелике серединой IV в. до н. э. погребении некрополя у пос. им. Войкова, около Керчи (Капошина С. И. Некрополь в районе с поселка им. Войкова. - МИА, 1959, № 69, с. 125, 134, рис. 31).

Из более поздних по времени погребений, известных в районах немного восточнее низовьев Маныча, можно назвать погребение 3, обнаруженное С. Н. Братченко около Лысого кургана в пойме Дона, на левобережье у хут. Краснодонского Багаевского р-на (Братченко С.

Н. Отчет о раскопках у поселка Багаевского Ростовской области в к 1960 г. - Архив Новочеркасского музея истории донского казачества, оп. 1, д. 136, с. 58.). Дату его (не позднее IV - III вв. до н. э.) определяют по трехперым втульчатым стрелам (рис. 61, 18), аналогичным стрелам из погребения 3 кургана 2 у пос. Северного. Еще в одном погребении у хут. Краснодонского было найдено бронзовое зеркало (рис. 58, 14).

Как уже отмечалось ранее, для решения вопросов этнической интерпретации археологических памятников большое значение имеет материал, обнаруженный в зоне "точной" локализации савроматов. В данном случае это восточные районы левобережья Нижнего Дона. Естественно, что находки в них представляют особый интерес.

К раннесавроматским памятникам, обнаруженным к востоку от низовьев Маныча, следует, вероятно, отнести погребение под небольшой насыпью на правом коренном берегу Сала у хут.

Арбузова. Курган был разрыт в конце 60-х гг. нашего столетия. Со слов очевидца "раскопок" учителя Б. П. Тодонова удалось установить, что в центре под насыпью находилась квадратная яма, забитая крупными камнями. Под ними лежал скелет человека, возможно, головой на запад и лепной серо-лощеный сосуд грушевидной формы. Среди камней попадались угли, зола и мел (?).

Весь комплекс весьма похож на захоронение, обнаруженное В. Я.

Кияшко на Константиновском поселении. Сосуд из Арбузовского кургана аналогичен по фактуре и форме Константиновскому (Место "раскопок" осмотрено автором в 1969 г. Тогда же собраны фрагменты серо-лощеного сосуда и переданы в кабинет археологии РГУ.).

К V - IV вв. до н. э. относится ряд савроматских захоронений 1-го Криволиманского могильника в Мартыновском р-не Ростовской обл., обнаруженных в 1980 г. (В настоящее время материалы обрабатываются в В частности, в одном из ограбленных в археологической лаборатории РГУ.).

древности погребений (курган 20, погребение 2) в могильной яме размером 2,6X2 м, ориентированной с востока на запад, с нишами подбоями в северной, восточной и западной стенках были обнаружены, помимо костей человека и лошади, железные удила с бронзовыми оригинальной формы псалиями с изображением головок животных на концах, бронзовый налобник, бронзовая бляха в виде клювастого грифона, лепной сосуд с наколами по тулову и двумя вертикальными ручками, железный нож, бусы, ворворки и бронзовый трехперый наконечник втульчатой стрелы. Судя по набору вещей, комплекс относится ко времени не ранее V в. до н. э.

В других захоронениях Криволиманского могильника обнаружены изделия из кости (головка лошади с серебряной уздой), керамика, оружие (Эти данные любезно предоставил Е. И. Савченко.).

Ко времени не позднее IV в. до н. э. следует, вероятно, отнести основное погребение кургана 23, вскрытое в 1974 г. на водоразделе Дона и Сала у пос. Центрального (Копылов В. П. Отчет о полевых исследованиях в зонах строительства Миусской и Донской оросительных систем в 1974 г. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 5417. Материалы хранятся в археологической лаборатории РГУ.). Могильная яма размером 3,12X2,72 м имела прямоугольную форму, закругленные углы и вогнутые короткие стороны. В центральной ее части находилась площадка - ложе для погребенного. Пол площадки покрыт древесным и камышовым тленом. Зафиксированы следы перекрытия. Погребение было нарушено, но остатки костяка позволяют судить о том, что погребенный лежал в вытянутом положении, на спине, головой на запад или юго-запад. В захоронении обнаружены каменный жертвенник (рис. 60, 4) и лепные сосуды (рис. 47, 7). В насыпи найдены фрагменты профилированной ручки красноглиняной амфоры и мелкие фрагменты лепной керамики.

Более определенно - к IVв. до н. э.- можно отнести парное погребение 2 кургана 2, обнаруженное в 1972 г. в Цимлянском р-не Ростовской обл. (Казакова Л. М. Отчет об исследованиях разрушаемых археологических памятников в зонах строительства рисовых совхозов "Большовский", "Дубенцовский" в 1972 г.- Архив ИА АН СССР, р-1, д. 4980. В отчете это погребение определено как средневековое. Материалы хранятся в археологической лаборатории РГУ.). Костяки лежали в яме округлой формы размером 2,5X2,9 м в вытянутом положении, головой на юг. В ногах одного из них обнаружены кости барана, железный нож с изогнутым лезвием. В ногах другого найдены лепной горшок со слабоотогнутым невысоким венчиком, украшенный по тулову насечками (рис. 47, 12), и бронзовое зеркало с циркульным орнаментом (рис. 58, 9).

Зеркало из этого погребения аналогично зеркалам, отмеченным в курганах у пос. Шолоховского и в погребении 3 кургана 2 у пос.

Северного.

В 1970 г. Цимлянской экспедицией у хут. Ясырева (Мошкова М. Г., Максименко В. Е., Федорова-Давыдова Э. А. Раскопки курганов в районе Цимлянского водохранилища. - АО - 1970. М., 1971, с. 66. Материалы и отчет о работе экспедиции находятся в РОМК.) на левобережье Дона было вскрыто захоронение (группа III, курган 1, погребение 2) в обширной квадратной яме (рис. 19, 6 - 13), хорошо датируемое по фасосской амфоре IV в. до н. э. (Мошкова М. Г., Максименко В. Е. Сарматские погребения Ясыревских курганов Нижнего Дона. - КСИИМК, 1973, вып. 133, с. 72, 73.) и другим предметам. В нем найдены железные пластинки панциря, костяные и железные втульчатые наконечники стрел, обломок втулки копья, железный нож с костяной ручкой, лепной сосуд и другие предметы.

В качестве ближайшей аналогии данному погребению следует привести савроматское погребение Никольского могильника на Нижней Волге (Шилов В. П., Засецкая И. П. Маловицкая Л. Я. Работы в Нижнем Поволжье.- АО - 1965. М., 1966, с. 87.), датируемое временем не позднее IV в. до н. э. Оно содержало железный пластинчатый панцирь, железное копье, два ножа с костяными рукоятками, бронзовые втульчатые наконечники стрел, обломки зеркал и другие предметы (Маловицкая Л. Я. Отчет о работах Астраханской экспедиции в 1965 году. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 3429, с. 4 - 8.). Из отдельных находок в этом же районе можно указать бронзовое зеркало ольвийского типа, обнаруженное на левобережном Цимлянском городище (Артамонов М. И. Саркел - Белая Вежа. - МИА, 1958, № 62, рис. 16, 1.) (рис. 58, 1). К савроматскому времени относится и лощеный сосудик с лентовидной ручкой (рис. 45, 4) из кургана 58/26 (раскопки А. А. Иессена), принадлежащий, вероятно, разрушенному погребению (Смирнов К. Ф. Савроматы, с. 34.).

3. Раннесарматские памятники Нижнего Дона III - II в. до н. э.

Памятники правобережья. На правобережье низовья Дона комплексов конца III - II вв. до н. э. обнаружено пока еще очень мало. Все известные находки сосредоточены в районе между низовьем Северского Донца и р. Миуса. Более того, даже известные материалы не дают возможности говорить о ярко выраженных элементах прохоровской культуры в погребальном обряде и керамике ранее II в. до н. э.

Помимо нескольких погребений Беглицкого некрополя, датировать которые III - II вв. до н. э. предлагает И. С. Каменецкий (Каменецкий И. С. Отчеты о раскопках на Беглицкой косе в 1956 и 1958 гг. - Архив ИА АН СССР, р-1, д. 1521, 2494.) и которые, как установлено, не имеют наиболее характерных элементов для раннесарматской прохоровской культуры, известно лишь несколько полных погребальных комплексов и отдельных находок, относящихся к прохоровскому этапу развития сарматской культуры.

Наиболее выразительным является погребение 23 кургана 5, обнаруженное у пос. Донского в районе Новочеркасской ГРЭС в 1962 г. (Капошина С. И. Отчет о раскопках курганов у пос. Донского в районе Новочеркасской ГРЭС в 1962 г. - Архив РОМК.) (рис. 40, 1 - 6). Этот комплекс заслуживает особого внимания.

В могильной яме, которая могла быть подбойной, костяк лежал в вытянутом положении, на спине, вероятно, головой на юг. Западная часть могильной ямы и верхняя часть костяка разрушены. Около левого бедра скелета находилась бронзовая кольцевая пряжка с двумя выступами, на которой сохранились кусочки ткани. В нижней части грудной клетки найден бронзовый трехлопастный втульчатый наконечник стрелы. Около правого бедра лежал железный меч с кольцевым навершием и прямым перекрестием. Под бедром обнаружена свинцовая (?) проколка. В ногах находились кости ног и две лопатки барана с небольшим железным ножом. Обряд погребения, ориентировка костяка, положение напутственной пищи характерны как для раннесарматского, так и для среднесарматского периодов. Что касается инвентаря, то наиболее точно датируемыми предметами являются бронзовый наконечник стрелы, пряжка и меч.

Кольцевидные бронзовые пряжки подобного типа обычно сопутствуют мечам с кольцевым навершием (Мошкова М. Г.

Раннесарматские бронзовые пряжки.- МИА, 1960, № 78, с. 297.) и наиболее распространенное время их бытования - II - I вв. до н. э. (Там же.).

Бронзовые наконечники стрел с дуговидными гранями присутствуют в раннесарматских колчанных наборах вплоть до III - II вв. до н. э.

(Мошкова М. Г. О раннесарматских втульчатых стрелах. - КСИА, 1962, № 89, с. (тип. VI, 5).). Появление мечей с кольцевидным навершием отмечено в прохоровских комплексах III - II вв. до н. э. (Мошкова М. Г. Памятники прохоровской культуры, с. 34, табл. 19, 23 - 27.), однако наибольшее распространение они получают в донских степях в среднесарматское время (Хазанов А. И. Очерки военного дела сарматов. М., 1971, с. 9.).

Таким образом, аналогии не позволяют датировать погребение кургана 5 у пос. Донского временем ранее II в. до н. э. Из кургана у этого же поселка известны еще два сарматских комплекса погребения 10, 17 (рис. 40, 7 - 16) - со сходным погребению обрядом. Однако инвентарь в них более поздний по времени и относится скорее к среднесарматскому периоду. Но вполне допустимо, что дата этих захоронений - конец II - I в. до н. э. Погребальных комплексов среднесарматского периода известно на правобережье Дона достаточно много, но рассмотрение их не входит в задачу автора.

Не позднее чем ко II в. до н. э. относится комплекс предметов из разрушенного погребения у пос. Кадамовского Октябрьского р-на Ростовской обл. (Раев Б. А. Каталог археологических коллекций. Новочеркасск, 1979, с. 49 (№ 131), табл. 22, 15 - 23.). Среди переданных в Новочеркасский музей вещей - бронзовое зеркало, горло керамического бальзамария, серебряный браслет, фрагмент керамического сосуда, бусы и подвески из стекла, янтаря, агата, коралла, золотая бусина и фрагмент железного ножа. Наиболее четко датируемый предмет из этого комплекса - бронзовое зеркало со штырем и валиком по краю. Это широко распространенный тип прохоровских зеркал конца III - II вв. до н. э. (II отдел, 3-й тип по М. Г. Мошковой) (Мошкова М. Г. Памятники Прохоровской культуры, с. 43, табл.

28, 10 - 15.). Остальные предметы принадлежат скорее ко II в. до н. э.

Не исключено, что к раннесарматскому времени относится бронзовый шлем, найденный случайно у хут. Новопрохоровки (Косяненко В. М., Лукъяшко С. И., Максименко В. Е. Два шлема из фондов Ростовского областного музея краеведения. - СА, 1978, № 2, с. 266.). Хотя шлемы подобного типа датируются V - III вв. до н. э., в среде кочевников они вполне могли использоваться и в более позднее время (Там же, с.

268.).

Памятники левобережья. В степных районах левобережья Дона обнаружено довольно много погребений и отдельных находок, которые с полной уверенностью можно считать раннесарматскими (прохоровскими). Так как продвижение племен - носителей прохоровской культуры - шло с востока на запад, то целесообразно рассматривать отдельные группы памятников начиная с более восточных районов Подонья.

К самым ранним прохоровским комплексам левобережья Дона относится группа погребений III - II вв. до н. э., обнаруженная А. А.

Иессеном (Иессен А. А. Раскопки курганов на Дону в 1951 г. - КСИИМК, 1954, вып.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.