авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 29 |

«АКАДЕМИЯ Н А К СОЮЗА С О ВЕТСК И Х СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ Р Е С П У Б Л И К ГОСУДАРСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ ...»

-- [ Страница 9 ] --

Наличное название абхазов, в первоначальном его виде а-Ъаз-к, по-абх. а-ср^га, в своей чистой основе Ьаз || воспроизводит простое берское племенное название (і-Ъег) с соблюдением так называемого чувашского закона соответствия г--ш(—$) || 8 и т. д.,отвечая таким образом на реальность— иберский коренной слои, собственно берский, абхазской речи. Реальное разъяснение этого термина находится в связи со сложным вопросом о коренных олоях и наслоениях^в яфе­ тических языках одноименных с абхазами с одной стороны басков на Пиренеях, с их таким ж е сложным отношением к пиренейским и-берам, с другой стороны доарийских армян, именно Ьайков или *равк’ов (-«—Р а з-к а т ) у Ванского озера с их также отношениями к кавказским и-берам. Дальнейшее уточнение анализа абхазского языка, сложившегося, по всей видимости, в основных своих слоях на северном Кавказе, представляет несо­ 1 Если бы я мог держаться историзма, я был бы вынужден при вскрывающихся Фактах реши­ тельно связать эти этнические образования борского состава на восточном и южном побережьях Черного моря и особенно в Армении с вторжением кимеров в Малую Азию, т. е. датировать воз­ никновение их V II в. до в. э., но независимо от того, что нахождение [басков || ] мушков у Панских озер свидетельствуется также исторически за четыре столетия раньше, сложность первоначального этнического насыщения всей Афревразии нас отвращает от использования всех подобных историт ческих дат при решении этнологических проблем.

мненный интерес не только для истории кавказских народов, но и для этногонии всеевропейского значения, в частности и той, которая происходила на юге России и в древнейшие эпохи, и в средние века. Б ез этого уточнения исследо­ вания абхазской речи нам не работать над вопросом о колхо-египетском родстве, в более правильной конкретной постановке — не египто-колхском, а копто колхском или копто-чанском (лазском), равно копто-мегрельском родстве.

Б ез того ж е уточненного анализа абхазской речи нам не разъяснить ни болгарского, ни хазарского, ни других сродных вопросов, следовательно, в первую* очередь и русского. В частности, с вопросом о возникновении абхазского народа и наличного абхазского языка несомненно находится в тесной связи вопрос тму тараканский, как реально, так терминологически. Последний мне известный наиболее обстоятельно разработанный трактат «Что такое Тмутаракань?», посвя­ щенный вопросу о происхождении самого названия покойным туркологом' В. Д. Смирновым,1 несмотря на ряд остроумных и интересных сопоставлений и массу усилий, страдает той ж е нереальностью постановки вопроса в делом, что и известная его работа о слове «челеби».

Под термин, глубоко сидящий в быту, в поэзии, можно сказать в эпосе, вообще в племенной жизнп целого ряда пародов Востока, подводится греческое слово. Д аж е когда речь о «тархане» и совер­ шенно основательно В. Д. Смирнов в корне отрицает возможность турецкого его объяснения, он свое отношение все-таки Формулирует так: «В данном случае, когда дело идет о Фактах V III столетия н. э., не могло быть и речи о каком-то татарском, а тем менее монгольском титуле или имени «тархан»: здесь несомненно надо обратиться к тому ж е источнику, откуда произошло имя Т м у т а р а к а н ь, т. е. источнику греческому». И куда ж е нас это ведет? К произведению племен­ ного названия турок от предполагаемого исковерканного византийского чинов­ ничьего звания. Мы здесь попадаем буквально в тот общеевропейский мир мышления,- который навязывал ученым название термина «Азербайджан», ока­ завшееся этническим по происхождению, возводить к имени перса-сатрапа, ставленника Александра Македонского.2 Вот в точности Формулировка мысли В. Д. Смирнова о термипе «тархан» его ж е словами:8 «Этот титул, будучи гре­ ческого корня, с течением времени отатарнлся, встретившись, / особенности в эпоху Тамерлана, с настоящим турецким словом Т а р х а н, служившим соб­ ственным именем одного из многочисленных турецких племен Средней Азии».

Однако «настоящее турецкое слово», когда оно племенное название, никак нельзя* разлучить с термином социального значения, каковым слово являлось у монголов, у которых слово означало и 'кузнеца’, как культовый термин, он ж е тотемное выражение, 'бог’, первоначально 'небо’, что и устававливиется за его основой словом іог-, между прочим в чувашском, где сам наш социальный термин зву­ чит іог§ап. А главное то, что это слово и с окончанием мн. числа, также пле­ менное название, равно племенное божество, впоследствии и полубог, эпический, герой, независимо от вхождения в виде іаг-да в состав Т ат-о+іагда, в полном:

1 В В, т. ХХПГ, стр. 1 5 — 7 3.

2 Н. Марр, К раеведен и е, стр. 9 — 10.

* У к аз. соч., стр. 45.

виде Таг-(}ап или Таг-фш, как уж е основательно указывалось в печати еще 12 лет тому назад,1 нас заносит не только в Среднюю Азию и турецко-монголь­ ское средневековье, но и в архаический средиземноморский мир, в Малую и вообще Переднюю Азию и далее в Италию, здесь древнее этрусков V III— IX века дохристианской эры.

Пора бы было и раньше кончить с этими Фетишами, грекоманиею или ирано маниею, особенно ж е византинистическим разъяснением Востока востоковедом, когда реальность требовала и ещ е требует «востоковедного» разъяснения Ви­ зантии не только исторической, но и этнографической объединенными силами и востоковедов и специалистов по Западу. Теперь же, когда и славянские, и турецкие племенные образования, последние благодаря вскрытию ЯФетидов в чувашах, генетически сближены, вернее связаны, с той ж е общеевропейской доисторической.семьей, т. е. яфетической, о таких хитросплетенных заносно эллинистических толкованиях неразъясненных живых бытовых элементов в пле­ менной и социальной номенклатуре славянской и турецкой речи, думаю, можно бы и не говорить вовсе. Да. в том и нет надобности. Пока ЯФетидология не только не исчерпана, но не почата в трактовке этого рода вопросов.

Подобно долго не поддававшемуся разъяснению слову «челеби», к которому мы теперь благодаря хеттским данным имеем возможность вернуться в линии уточнения наших давно высказанных мыслей,2 входящие в «Тмутаракань» слова яфетические, это племенные названия, и, естественно, тотемные термины, в связи с этим впоследствии и социальные (речь о звании «тархан»). В целости «Тмутара­ кань» и «Таматарха», эти две языковые разновидности одного и того ж е состав­ ного термина, если бы перевести их привычными нам терминами, гласили бы одинаково «кимеро-» или «иберо-сармат», но это было бы не совсем точно:

в точности они гласили бы «кимгерп-сар» или «ибгер",-сар», т. е. гласили бы так, как мы вынуждались назвать абхазский язык в результате установления его двуприродного состава и этнической среды его окончательного оформления.

И в применении к абхазам для «ибер-сара» мы получали вариант іа т о б а г, т. е.

хорошо известный и тем не менее всех нас ставивший в тупик термин Т атоіаг-ц а без окончания [а (— ([ап).

Вторая часть термина Тмутаракань или Тамотарха, это в простой Форме Іагакап )| іагда, с префиксом ж е и-іагакап или о-іаг-да, в праФорме. о -б а г -ф т, т. е. разновидность теперь уж е известного нам племенного названия и в то же время тотема-божества, с с у ф ф и к с о м -цап, как в аварском Ъ е-Іег-ф т, где пре­ фикс Ье- одного рода с р е- в ре-1аз-§’е, вместо префикса о— и-, наличного и в упоминавшемся у ж е теоФорном кавказском имени О-баг и равнозначащего * 1 И. А. Джавахов, К вопросу о времени построения грузинского храма в Атене по вновь обследованным эпиграфическим памятникам, ХВ, т. I, стр. 296— 297. Правда, сам автор, при сущ е­ ствовавшей стадии развития ЯФетидологии, естественно Старался устранить зависимость термина «даг-4оп из вадписи IX в. от имени багдап, имени, вс тречающегося среди хазар», как В. Д. Смирнов -отгораживает причерноморский багдап V I в от среднеазиатского созвучного слова, но это понятно:

;

при существовавшей тогда стадии развития ЯФетидологии осторожный исследователь не мог и думать об их связи, об общем источнике.

2 Н. М арр, Е щ е о слове «Ч елеби». К вопросу о культурном звачевии курдской народности з истории П ер едн ей А зи и, ЗВ О, т. X X, стр. 99-^-150. ;

' префикса і- в сохраненной абхазами Форме і-$аг, основы их слова а-уЗаг (—а-і+баг) 'бог’.

0 первой части того ж е географического термина «Тмутаракань» = Татоіаг[а’ сначала племенного названия, теперь спорить не приходится: в полной Форме целый ряд по трем групповым огласовкам это і а т || і о т —ішп || і е т. Т а т а ц, конечно, или мн. число его акающей разновидности (*Та+т-ап-е), с ионским племенным словом (-ап / -([ап) в роли признака мн. числа, или разновидность полной его Формы (іа -т а п ). С огласовкой «о» его дает Феофан в выражении йс, Тс[аг). С огласовкой «е», то в полной Форме Іешіг (-^ *іети г), то с усечением завершающего слога -іг (^--иг), легко принимаемого за окончание мн. числа, мы имеем его в составе одного из современных нам племенных названий того ж е района Тет+іг-§оу или Т ет-^ оу. Древнерусское начертание Тьмутаракан в самом нашем термине подсказывает Форму с огласовкой «е» — *Т ет-и іага-к ап рядом также с архетнпной Формой *Т от-иіага-кап.

Литературные языки окружения не передают тех ж е основ с характеризб ванным зубным і в і а т вм. і а т, I в і и т вм. І о т и т. д., но представитель іаш на низшей ступени з а т, весьма распространенный вид этого слова в яфетических языках, сохранен в названии Тмутаракапи еврейским заш -каг-б, арабским зат-к аг-ш. Появление каг вм. іаг во второй части сохраненного арабским и еврейским источниками варианта есть лишь закономерный спирантный экви­ валент сибилянтного іаг, первоначально іаг.

Групповая перегласовка а || о —»-п || е присуща и этому спирантному экви­ валенту того ж е корня, именно каг || ког—киг || кег, отсюда, как мы уж е указывали в введении, полная закономерность и притом одинаковая древность трех Форм названия Керчи: К аг-3 || Ког-Зе || Ког-Зеш || К ег-3. Это глубо­ чайшее заблуждение, когда время возникновения таких разновидностей опреде­ ляют временем появления их в литературе, и потому, напр., Форме КегЗ, кимер ской, отказывают в древности, в существовании даже в X I веке или до появления «татар». Если говорить о действительной хронологии, основа ког (наравне с каг и кег), как мы видели, позднейший спирантизованный вид архетипа *зког— зкиг-.

Яфетической сравнительной грамматикой и палеонтологией разъясняются все остальные разновидности самого составного термина, как то Тц^атар^а в ХоШ іа ерізсораіш п1 и др.

Чистая основа термина, представленная еврейской и арабской разновид­ ностями, именно заш-каг, сохранилась в виде заш-куаг || за т -к а г и т. п. у сва­ нов в значении 'святыни’, 'храма’, 'церкви’, 'алтаря’, 'чудотворной иконы’, первоначально, очевидно, племенного самкарского или таматарского тотема бога.

В успевшем печатно появиться лишь в 1 9 2 2 г. «Извлечении из свано-рус ского словаря», повидимому, не без основания писалось мною, что зашкаг и сродные с ним сванские слова «культовые термины, происходящие от при­ крывающих собою какое-то местное языческое божество». Теперь ясно, что 1 И зд. йе В оог, 2 еіі8 сЬ гіЙ Гиг К ігсЬ еп§е8сЫ сЬ іг, т. XII, стр, 319.

И слово само дохристианское, которое удается выследить и у других народов Кавказа.

С вопросом о происхождении культового термина, первоначально тотема-бога гибридного по составу племени за т -к а г или 1ат-оФаг-і, связаны и генетически, и методологически поучительные, если не сказать изумительно-наглядные, случаи перерождения языческого божества в христианское, или, пожалуй, будет пра­ вильнее сказать обратно — перерождения христианского святого в народно­ культовое существо, от язычества наследованное божество. При том и при другом восприятии явления, процесс перерождения состоял в адаптации, приспособлении звукового состава названия вновь вводившегося социально торжествовавшим христианством предмета поклонения к звукоЕому составу прежнего привычного названая издревле народно известной святыни, понятно, языческой.

Один такой случай имеем с термином 'архангел’, по-грузински т+баат-ап§е1-02.

Из Грузии распространялось христианство в горной полосе сванов и осетин, •у которых христианской термин т-Зааг-атщеІои претворился у одних, осетин, в агаінШ-08, а у других, сванов, в багпщ геі а многочисленные его разновид­ ности, как то багпдгеі, бап геі, багніеі, бап іеі, казалось бы, все дальнейшие случайные искажения. Н а самом деле каждый шаг отхода от христианского архетипа, грузинского слова ш+бааг-ап^еіог, приближал к языческому термину, также составному, но из совершенно иных слов, названий народно известного важнейшего яфетического бога. Эти отдельные, народные названия, во-первых, дат, во-вторых, аеі. Языческое божество баг, в различных оформлениях, про­ слеживается, как мы видели, от абхазов у Черноморья до чувашей на Волге, причем именно в промежутке между абхазами и хевсурами, казалось бы, утра­ тили его и чистые ЯФетиды, сваны, и индоевропеизовавшиеся осетины, на самом деле они укрыли его путем адаптации в христианском термине, грузинском названии архангела;

что касается языческого божества ае), оно поныне живо у самих сванов, в виде богини Па], и у соседящих с осетинами чеченцев в виде Б ёі, означающего 'бог’. Таким образом, пока языческое просвещение господ­ ствовало в этих странах, сваны и осетины составной термин воспринимали, соответственно по-своему расчленяя его (баг+^-йеІ () бап-Іе1—»-баг-йе1 и т. п., баг+ап-йаі), как название своего родного божества.

То ж е самое произошло с именами архангелов, Михаилом и Гавриилом, или, наоборот, с составным народным названием языческой святыни, языческого* божества, по-осетински звучащим М+ца1э-§аЬг-ба, а по-мегрельски— Мі+цаш §аг-ю. Случай методологически поучителен в том отношении, что, толкуя осе­ тинское Мца1-§аЬег-ба, В. Ф. Миллер, руководимый русской звуковой ориен­ тацией), в первой части шцаі усмотрел Миколу или Микулу вместо Николая, а Н. Я. Марр, отнесшийся к этому отожествлению с полным основанием отри­ цательно, сам впал в ту ж е ошибку, тогда незаметно для себя оказавшись под влиянием преувеличенного восприятия значения христианской культуры, и не только в Мцаі, первой части осетинского Мца1-§аЬг-ба, во и в слове М щ а т, первой части мегрельского М іцаш -§ап-о, признал имя архангела Михаила, а в обеих частях по совокупности имена архангелов Михаила и Гавриила, я Фонетически это ему удалось, увы, вполне обосновать.1 М ежду тем в обоих случаях, и в осетинском, и в мегрельском, начальный слог т і — ^ т Г е1* есйъ обычный яфетический префикс, Функционально эквивалент префиксов ре-, о (—*и-), і- и т. п., а палеонтологически пережиток племенного слова шіг, гезр.

рег, и является этот начальный слог и здесь в роли Функционального придатка, префикса или племенного названия, в таком случае результата третичного скрі щения, и без него чистые основы в осетинском ца1-§аЪг с осетинским оконча­ нием множ. ч. — да, в мегрельском ц ат -^ аг с мегрельским суффиксом -ю пред­ ставляют составные племенные названия, соответственные тотемные божества, именно да1-«— §аг (-«— каг), это спирантная разновидность первого племенного (названия составного термина «сармат», а цат-«^-р,Ъ — усеченный вид также составного двуплеменного ^а-Ьг ( / *^а-тиг), разновидности 1-Ъег’а, одинаково с ним спирантных разновидностей, с тем Формальным расхождением этих двух народных разновидностей М і+цат-§аг+і-о и М-даІо-^аЬг+да самого составного термина, собственно их основ (-ц а т § а г - и -даІ-^аЬэг-), что тогемные слова,* племенные названия, кажущиеся одинаково простыми по давности их употребле­ ния, при сложении расположены в мегрельском в порядке ибер-сара (ц а т -р х -), как в Т а т -о іа г ’е || Т гэ1т -и іа г -’е, а в осетинском в порядке са.р-ибера ( ф і з - р г ), как в также разобранном уж е нами К ог+ко-йат’е. Ясное дело, что чистая мегрельская основа этого гибридно-племенного культового термина чаш-§аг есть безукоризненно закономерная, в обеих частях выдержанно спирантная разно­ видность. Такая в этом отношении последовательность наблюдается в обеих частях сибилянтного племенного, гезр. географического, названия Таш-оіаг или Т т -и іа г, тогда как их же эквивалент за т -к а г, у евреев сохранившийся в зна­ чении племенного названия, именно названия Тамотархи или Тмутаракани, а у сванов в значении культового предмета или места, собственно племенного тотемного божества, скроен пестро, именно первая часть сибилянтная — в ат, вторая спирантная — каг. И все эти, и еще другие опускаемые мною много­ численные переливы народного термина лишь усиливают наше положение, все больше и больше свидетельствуют об исконности и значении гибридного яФети деского племенного образования, в Тмутаракани славянизовавшегося, в другой среде или окружении могшего отуречиться или иранизоваться, а в Абхазии оставшегося чистым яфетическим.

Однако еще вопрос, была ли Тмутаракань славянизована или ославянившейся, точнее обрусевшей. А. А. Спицын нас уверяет, что «русского населения здесь нет и не может быть», что «Тмутаракань Таманская не могла быть русским княжеством». Как мы уж е в самом начале упоминали, по мнению А. А. Спицына, «русский князь здесь мог опираться лишь на свою дружину», но никак, мол, не на местное население обезов. Он далее ставит вопрос, не была ли «Абхазия поко­ ренной землей», причем Абхазиею он называет именно Тмутаракань. Историче­ ского вопроса о государственном образовании мы не касаемся, нас интересует Этнографический процесс. Н а юго-востоке, несомненно, происходила трансФор 1 О звеІіса-Д арЬ еііса, I, И А Н, 1918, с т р. 2072— 2 0 7 3.

мадия Яфетических племен в славянские, в частности русские. Тмутаракань IX — X I века не могла представить исключения из этого процесса, и вопрос именно в том, какого порядка процесс тут происходил, скрещение ли уж е гото­ вого русского с языками пережиточного яфетического населения или переро­ ждение местных яфетических племенных образований в индоевропейское русское, и в какой стадии развития находился этот процесс трансформации. Несомненно, что процесс протекал и здесь, как везде, классово, в порядке влияния господ -ствующего слоя с индоевропейской речью на- яфетическое массовое население, в этих п)тях могло совершаться скрещение индоевропейского языка с яфети­ ческим.

Во всяком случае термин І а - т с разновидностями — теперь вполне разъяснив­ шееся и Фонетически и семантически слово — в данном случае племенное назва­ ние, равнозначащее полновидным терминам к і- т е г \ і-Ъег.

В то ж е время разновидностью этого і-Ьег является, в другой лишь Форме, именно без префикса і- и с окончанием -§аг, — Воі-^аг, окончанием, означающим "'дитя’ и заменяемым любым другим суффиксом из многочисленных равнозначащих яфетических служебных слов, между прочим и словом-окончанием -ап, почему термин Ьоі-ан может быть не только племенным названием, равнозначащим термину Ъо1-§аг, но и тотемным божеством болгар, или иберов, или, равным обра­ зом, там’ов, племени, входившего в состав «Тамотархи»;

и когда в «Слове о полку Игореве» мы имеем совершенно естественно выражение «тмутараканский болван», т. е., следовательно, «иберо-сарматский» или «болгаро-сарматский», точнее «ибер сарский» или «бер-сарский» 'бог’, 'идол’, собственно 'болгарское тотемное бож е­ ство’, то, думаю, при наличии кавказского краеведческого знания, в частности абхазского, два лучших ученых специалиста начала XX века турколог проф. П. М. Мелиоранский и классик, он же востоковед, академик Ф. Е. Корш, не теряли бы времени в бесконечных пререканиях касательно мнимого, для одного — турецкого, для другого — иранского происхождения термина «болван»

в выражении -«тмутараканский болван».1 Вообще не возникал бы такой подход к тмутараканскому, русско-кавказскому вопросу ни у кого, ни еще рапыпе у академика-турколога В. В. Радлова, который также возводил тмутараканский термин к турецкому источнику, этому среднеазиатскому миражу, ни у проФес сора-турколога В. Д. Смирнова, который первый обратил внимание на случайное, да и сомнительное, созвучие тмутараканского «болвана» с абсолютно по значению не подходящим в контексте Слова о полку Игореве персидским среЫеап, заменяя турецкий мираж сплетением иранского и византийского миражей вообще в цель­ ном генетическом вопросе о Тмутаракани.

1 Термины і-Ьег, Ъоі-даг, гезр. Ъо1-§аг разновидности не только Формальные, но и реальные* поскольку мы в і- и -§аг, гезр. -цаг, перестанем видеть лишь функциональные эл менты и признаем реальное племенное значение за.ними, как пережитками племенных названий (см. выше, стр. 176, 183). То ж е самое приходится сказать о Ьоі-ап, ю ж е самое о *Ьо1-Ьап || *Ьи1 кап, т. е в таком случае бер-ионском племенном названии, которое и лежит с утратой плавного 1 ( (| г) в основе чув. ри-^аю, 'кукла’ ( - 'истукан’). Все это существа дела в нашем вопросе не меняет, лишь подтвер­ ждает наши раьяснения, впрочем, о чув. (указ. выше) ри-§ап,, «болгар» и т п. см. печатающийся в Чебоксарах доклад «Чуваши-яФетиды» [см.здесь, стр. 323— 372].

Нашим докладом мы так ж е мало считаем окончательно разъясненным вопрос по Тмутаракани, как по черноморско-африканскому языковому родству, по которому лишь выдвигаем реально положение о родстве коптского ближайше с мегрело-чанскими языками, пережитками колхских или с к и ф с к и х наречий, вместо известного исторического свидетельства о родстве колхов с египтянами по речи и некоторым бытовым явлениям. Однако, как на важны глоттогонические или генеалогические вопросы касательно таких ответственных или узловых районов исключительного значения, как Египет для всего архаичного Среди­ земноморья, как Абхазия и Тмутаракань для восточноевропейского средне­ вековья, дело, однако, не в них, в этих все-таки частных вопросах. Дело в том, с чего я и начал вводную часть доклада: «Ритм и звуки это техника и мате­ риальная природа создания доисторической общественности, звуковой челове­ ческой речи». Доисторическая общественность это племенная, а племенные образования абсолютно не однородные массивы, а производственно-классово слагавшиеся объединения или этнические образования. Как нации абсолютно не творцы всей исторической культуры, а тот или иной класс, как различные классы и сословия одной и той ж е нации носители различных в реальности культур, так племенные образования или объединения доисторической общественности не могли еще в большей степени не представлять картины расслоения в творчестве куль­ турных ценностей, но в одной ли области звуковой речи? В одних ли языках продукции человеческого творчества за доисторическую эпоху связаны с пле­ менной общественностью? При выяснении Филиации родства самих памятников и территориального распределения их между потребителями необходимо искать источник производства, выслеживать самих производителей, не по существующим цельным массивам этнических образований, а по племенным их слоям, как в исторические эпохи по классам нации. Памятники материальной культуры, чем художественнее, тем менее могут иметь иную историю генезиса, чем различные роды и виды человеческой речи, создания не каких-либо цельных племенных массивов, а определенных племенных объединений, в частности их различных слоев, получающих творческую силу на Фоне именно этого объединения и скре­ щения. Не пора ли и в истории материальной культуры вообще отказаться вместе с едиными генетическими центрами от миражей — чудодейственного творчества воображаемых цельных племенных ила национальных образований?

Я ставлю лишь вопрос.

Русское «человек», абхазское а-оуё 0 русском, да вообще славянском, термине «человек» писано не мало, справка о литературе может уподобиться диссертации. Об абхазском ничего или почти ничего. Однако результат один и тот же: происхождение русского термина «человек» ничем не больше ясно, чем происхождение абхазского слова а-о\р5, в Форме единичности о\р-к. Происхождение и того и другого названия'человека* менее разъяснено, ещ е более запутанная проблема, чем происхождение самого человека.

По палеонтологии речи в части семантики 'человек’ на всех языках это пле­ менное название, для каждого языка определенное племенное название. В этом смысле человек оказывается синонимом 'брата’, имеющего такое семантическое обоснование с эпохи образования семьи,2 а раньше — синонимом названий тех членив племени, коюрые являлись товарищами по принадлежности к одной тру­ довой организации.

Так обстоит дело не только в яфетических языках, но и в прометеидских («индоевропейских»), равно семитических и др. Расхождение лишь в том, что в одннх языках слова, обозначающие 'человека’, простые или одноплеменные, напр., в грузинском кав-і, в мегрельском и чанском — ков-д, в чувашском — ^ьт, в других скрещенные, так и в латинском — Ь ото, р. Ь о т т - із, а в греческом т о т ж е термин даже трех племенное скрещение — апв-гб-ро (а в р ы т г о ;

), во второй, именно дву племенной части — рош-берской, представляющее существенный интерес для соответственной части термина Е\-гб+ра.

Если определять сейчас здесь ж е по первоначальной племенной принадлежности сравнительно более простые названия, чувашское §ып { / *зш і)— ионское пле­ менное слово, грузинское, мегрельское и чанское слова к а в (\к а в [- -к а 1 || ког]-* кош / ) ков — касское, гезр. салское племенное слово, а лат. Ьо-шо (—*/ю -тог - */о-тег || * /ю -т іг ^ о - т т I —* ) Ь о - т т — сал-берское, конкретнее— шумер­ ское (фонетически точнее-— кимерское) племенное слово, как и имя легендарного эпического поэта Греции — Гомера, в каком бы нарицательном значении ни воспринимать этот термин в применении к поэту,3 — нужно ли разъяснять, что племенные названия это остовы звукового состава каждого слова и, напр., по Формуле семантической Филиации (тотемно-магически: 'бог’, 'господь’) социально:

'друг’ 'хозяин’ (свое) племя (чуж ое)—» 'гость’ — 'враг’ (тотемно-магически:

'чорт’) тот ж е звуковой комплекс */іо -ш п і, давший термин Ь о-тш - 'человек’, лежит в основе Ьоз-ріі (—*Ьоз-ріІ), при сюсюкании *Ьо8-ріі—» латинск. Ьб8-рів, равно Ьоз-рез || Ьоз-ріі 'хозяин’, основа термина «Ьозрііі-шп», именно Ьоз-рів, синоним груз, аз-ршсі || арм. аз-рэпб- с их роднею, тогда как сал-ионское скрещение 1 Д олож ено н ОИФ 10 III 1926 [н ап еч атан о в Д А Н, 1926, стр. 8 1 — 8 4 ].

8 Н. М арр, Н а ш а 'брат — кровь’, Юбил. сборн. в ч есть С. А. Ж еб ед ев а, стр. 4 5 6 — 462;

его ж е, О полигении семантики, И А Н, 1 926, стр. 78 1 — 786.

3 Н. М арр, К толкованию имени Гомер, Д А Н, 1 9 2 4, стр. 2 — 5.

у латинян ж е в виде Ь оз-іі- используется в значении 'врага’, оно ж е русское слово «гос-ть». Предполагая подробнее остановиться в другом месте на семанти­ ческом этого порядка использовании племенного слова, со включением, с одной стороны, с 'врагом’ и 'пленника’ |! 'заложника’ (греч. орурод) и тотемно-магически 'чорта’, с другой, также тотемно-магически, 'бога’, 'господа’ и т. п., здесь обращу внимание лишь* на два значения племенного названия, связанные с его исполь­ зованием в смысле 'человека’, именно 'мужа’ ('мужчины’), равно 'отроков’, 'детей’ г- 'сына’, т. е. понятий или, вернее, представлений, в досемейные эпохи стоявших вместе с 'людьми’ в теснейшей, органически (социально) неразрываемой связи с 'племенем’, когда 'люди’ конкретно это было 'племя’, 'сын человеческий’, 'человек’ это было 'дитя племенное’, ибо не было не только терминов семейного родства, как то: 'сына’ в нашем понимании, 'мужа-супруга’ за отсутствием семьи, но и абстрактных представлений вроде нашего понятия о 'внеплеменном чело­ веке’, о 'человеке вообще’. Подходя именно с этой точки зрения мышления под­ линно доисторического человека, лат. Ь от-о [| Ь о -т іп - 'человек’, через свой архетип * / ю - т т 1 -*-*/ю -т1г || */ю -т ег, находит подпочвенную также доистори­ ческую поддержку не только на Востоке в племенном названии «шумеры», равно в имени поэта Гомера, но и на Западе, здесь прежде всего на родной апеннин­ ской почве в разновидности второй составной его части шіг || іг 'муж’, 'муж­ чина’, собственно 'человек’, именно 'берский человек’, и ещ е точнее, и еще авторитетнее в наших глазах для доистории Европы в баскском слове Ь и те, гезр. *Ь и-тег 'д и т я ’. Ведь не надо и тоге забывать, что если на Востоке мы имеем пользующихся мировой известностью «шумеров» и носителей спирантной разновидности их названия менее известных «и-беров», то на Западе рядом с хорошо известными «и-берами» «шумеры» также оставили свой след, собственно сибилянтный вид своего именования, в наличном поныне национальном баскском названии сулетинцев (Фр. зоиі, зоиІеНн).— ІноЪег.

Этого введения, думаю, с избытком достаточно, во-первых, для того, чтобы понять, что если в значении 'человека’ мы имеем скрещенный термин, состоящий из двух слов (разумеется, как всегда, племенных), нарицательно означающих каждое 'человек’, как и целое, уж е составное, то из этого вовсе не вытекает, что в данном случае простые нарицательные слова скрещивались и слагались специально для получения термина, обозначающего 'человек’. Абсолютно нет.

Дело обстоит так, что племенные названия, как таковые, и простые, и составные, являлись непосредственно словами, означавшими 'человека’, первоначально есте­ ственно лишь 'данного человека’ ('человека данного племени’). И если мы имеем в абхазском а-о+урй составной термин 'человек’, то существовало, следовательно, племя с таким составным названием, причем каждое из входящих в его состав простых слов также являлось племенным названием и, как нарицательное слово, также могло обозначать и обозначало человека, первоначально 'человека’ в доисторическом восприятии, 'племенного человека’. И, действительно, скре­ щенная основа разлагается на две части, из которых первая (о-) в самом абхазском, разлагаясь закономерно на группу ха, означает 'человека’, образуя мн. числа н а - а г ( [[ -г а )—--а: а-\уа-а 'люди’, гезр.. т а в составе племенных названий, напр., а-цэгО-\й 'грузины’, а-^г-а 'мегрелы’, букв. 'карт скиелю ди\ 'герские или гурские люди*.

Сам не разложенный вид этого слова «о» имеет акающий эквивалент а- в племенном названии а-Ъаз-к, названии самих абхазов, как «о» налияно также в роли племенного названия в составе племенных названий, синонимов — о-Ьег, о-Ьг и т. п. А мы теперь знаем, что эти составные племенные названия — разновидности, когда они с аканием, в аг-таГ а, когда с оканием к і-т е г ’а, гезр.*8ки-тег’а, или ш и -т е г ’а, т. е. в а- || о- мы имеем пережитки ПСаІ || *^ог, гезр. Ьоі, по сибилянтному типу заі || шог, гезр. шоі (--шеі || шіі), в подъеме Іеі |) Ш, гезр. ііі. Как племенное название ііі, гезр. Ы, прослежено у ж е на среднем и восточном Кавказе: в Грузии в составе названия населенного пункта — Тіі-кап 'Цилкан’, село и станция на почтовом тракте Военно-грузин­ ской дороги, также в Абхазии — Тіі+о-\у 'село с пещерою’, местопребывание легендарного Апнгап’а-А Ь эгзЫ ’а, в Дагестане в составе племенного названия Т4"Ь (арм.) || 8і1-і (лат. «8і1-і-і»). Но в районе адыгейско-абхазского племен­ ного образования І еі ЦЫ с редукциею гласного и с произношением группы Н в виде особого диффузного звука 1 в черкесском налицо в значении 'человек’.

;

Вторая часть абхазского слова а-о+уо 'человек’, именно -урэ Формально, как и 'вино’, есть пережиток звукового комплекса \іу, в значении 'человека’, восходя­ щего к архетипу * т г [ || * т іг (--тог)--тіпі и т. д.], т. е. к сохраненному самостоятельно латинскому слову іг, которое, впрочем, даже в латинском значит не только 'муж-мужчина’ и 'муж-супруг’, но и 'человек’, именно 'совершенно­ летний человек’, Так-то использование берского племенного слова в значении 'человека’ (—* 'тело’ - 'душа’) абхазов сближает не только со Средиземноморьем, • благодаря общности основы ^э / *р§и у абхазов с греками в словах, озна­ чающих 'душу’ (абх. а-р§э, греч. фо-уу]),1 но, не говоря о Кавказе, со всей восточной Европой, о чем особо при обсуждении как вотск. т и г -і -«-- т о г - і 'человек’, так г. д -т а г 'муж’ || м., ч. д о -т о і и д о -т о п б, ср. архетипы латин­ ского - т о (Ь о-то) и - т т - (Ь о -т т -): * -т о г и * - т т і.

Таким образом, абхазский термин— а -о ^ э представляет собою спирантный вид с оканием сал-берского, сарматского || шумерского (-.-кимерского)2 племен­ ного слова, в Форме единичности — о+ууэ-к, в архетипе *уог-\іг-к, но сибилянтному типу с заменой абх. о- (—*уог, гезр. *уо1) черкесской его разновидностью — *|э-\тг-к, сразложепием диффузного звука 1 и огласовкою соответственной среды,, именно в русском, да и вообще в славянском мире— укр. ДІо-і-к || русск. Зеі+о-ё-к — аіи+у-іг-к || *М +о-ег-к. Огласовка «е» в русском одного порядка с «е»

= салской ж е части в таких русских скрещенных словах, как «дер+е-во», «сер+е-бро»

и т. п. Появление ж е 1 при г в этих словах находится в связи с тем колебанием, согласных, в данном случае плавного 1 || г, которое наблюдается в зависимости то от Формально-Фонетических расхождений (при Физиологическо-территориальных Факторах), то от идеологически-семавтических дифференциаций (общественно і Конечно, вторая часть теперь трактуется не как суффикс мн. числа (ср. Н. Марр, Яфети­ ческий Кавказ и третий этнический элемент в созидании Средиземноморской культуры, стр. [перепечатано в И Р, т. I, стр. 1 1 8 ], а вторая часть скрещенного термина, ионское племенное слово ([ё || 4а-4ам || чап, гевр. ([аи || цап у сванов: с|ап 'бык ('дыхание’, 'жинотное’), чап 'пахнет’.

8 См. выше, стр. 187.

•организационные Факторы), почему как рядом с г в салской части зег+е-Ьго выявляет 1 немецкое зіІ-Ьег, баскское 8і1-гЬ’Іаг, так рядом с г в салской ж е части йег+е-о, равно арм. Іег+е- 'листва’ (— '*дерево’) находим 1 в грузинском виде а еі-і 'дерево’ (древнелит.), 'доска’ (ныне), да и в самой чистой основе сал берского термина 'человек’ [— 'тело’ и т. д.] — Ое1+о-ё-к— *0е1+о-еу рядом 1 наблюдается и г, когда эта основа используется в значении рагз рго Ш о, с именно 'живота’ — Оге-о. Что касается русского слова «человек», в нем не только использована или унаследована основа, уж е скрещенная сал-берская, кимерского типа, но и огласовка «е» — кимерского типа, да и конечный «к»— пережиток яфетического признака единичности, как в абх. о-’ э -к.

у Скифский язык I В своей капитальной, я бы сказал — классической работе «С к и ф и я и Боспор» М. И. Ростовцев попутно, в одном из примечаний, делает важнейшее сообщение о методе своей работы, открывает установку исследовательской работы о с к и ф ­ с к и х вещах и с к и ф с к о й культуре. Он пишет:8 «В своем изложении я...

стараюсь различать отдельные элементы и придавать решающее значение в вопросах хронологических греческим вещам, в вопросе деления на группы — вещам восточного стиля. Третий элемент, которому А. А. Спи цын придает решающее значение, — местный, — слишком мало изучен,, чтобы на нем строить классификацию». Мы не оспариваем правильности такого подхода. Н ет надобности ставить вопрос, нужно ли и можно ли строить класси­ фикацию с к и ф с к и х вещей, если у нас в распоряжении нет света местного оза­ рения. Я констатирую устами одного из наиболее авторитетных судей, что в с к и ф с к и х памятниках материальной культуры местный элемент не учтен.

Но учтен ли местный элемент в с к и ф с к о й речи? В отношении вещей неучет местного элемента мотивируется «слишком малой его изученностью», следова­ тельно, самый Факт существования местного элемента, третьего элемента, все таки признается. А в лингвисіике— никакого местного элемента, если не признать таковым иранской речи, никакого третьего элемента. Была в одну эпоху речь о турецком языке, урало-алтайском, следовательно, угро-финском, но вскоре отстранили (скажу в скобках — напрасно). Греческий да иранский и... точка.

Язык с к и ф о в, конечно, не греческий, а все-таки так наз. индоевропейский, именно иранский, и только. Он иранский во что бы то ни стало, даже тогда, когда с к и ф с к и й материал абсолютно не поддается иранскому толкованию. Один из ярких случаев такого беззаветного поборничества идеи иранизма с к и ф о в, вопреки всем стихиям, это — отношение к Геродоту и Сообщаемым им материалам с к и ф с к о г о языка. Материал, сообщаемый Геродотом, в целом не поддается толкованию средствами иранских языков, сл едовательно... следовательно, как вы думаете, заключают поборники иранизма? Следовательно, заключают они, данные Геродота неверны и неточны, даже измышлены. И в самом деле, как могло быть иначе, когда Геродот с к и ф с к о г о языка не знал, сообщал со слов горожан Ольвии, вовсе не с к и ф о в и мало что смысливших в с к и ф с к о м и путавших, да и сочинявших. Потому, когда Геродот говорит, что такое-то с к и ф с к о слово 1 Доклад, читанный 6 сентября 1926 года на Керченской археологической конференции и повто­ ренный в более подробном изложении в АИМК. Доклад остается оснедомительвым и не притязает на исчерпанность вопроса, на исчерпывающее изложение материала. Работа лишь начата [напе­ чатан н ІІЭРЯТ, стр. 336— 387.] * Критическое обозрение памятников литературных и археологических, изд. АИМК, Ленин­ град, 1925.

* Ук. соч., стр. 309, прим. 1.

звучит так, он коверкает, а переводы и толкования, при сем прилагаемые Г еро­ дотом, не заслуживают никакого доверия. Пример: оуограіа по Геродоту 'человекоубийца’, это, оказывается, неверно;

по мнению поборников иранизма.

с к и ф о в, слово то значит не 'человекоубийца’, а нечто совершенно иное, напр., 'госпожи мужчин’, так как речь идет об амазонках, и слово то надо читать не оібр 7гата, а сіротгата. По чему? А потому, что иначе по-ирански нельзя толковать. Если нельзя иначе толковать, то, по-нашему, значит: с к и ф с к и й — не иранский, и во вся­ ком случае Геродоту нельзя подсовывать чтений, которых ни он, ни кто другой не дает, кроме самого толкователя-ираниста, сочиняющего ничем реально не оправдываемый иранизм с к и ф с к о г о языка так ж е, как сочинен индоевропеистами никогда не существовавший праязык, праиндоевропейский язык. В то ж е время ещ е менее интересуются тем, что собою по происхождению представляет иранизм да иранские языки. Правда ли, иранизм хотя бы по речи представляет такую непримиримую антитезу с так наз. третьим элеменюм, третьим по оче­ реди, когда доходят все-таки и до его изучения, на самом деле первым и древ­ нейшим элементом не только доиранским, по и допрометеидским («доиндоевро пейским»), элементом, насыщающим всю почву Европы, а Малой Азии и Ирана еще больше, элементом яфетическим, составляющим «субстрат» населения, как теперь стало известно, всей Афревразии? Д а и есть ли где какой-либо иранский язык, который так легко трактовался бы до глубин без учета этого так наз.

третьего элемента, на самом деле первого и основного в генетических вопросах, тем более, когда дело идет об языке народа, находившегося вместе с кровно неразлучными сарматами, родственными иберам, в среде и отчасти в самой гущ е кавказского населения, народов этого ж е третьего элемента, т. е яфетических народов, и особенно, когда этот народ, с к и ф ы, доселе — предмет спора во всех отношениях генетического порядка, а в вопросе об языке в особенности.

Курдский, бесспорно, иранский, но можно ли понять генезис курдского без учета третьего элемента, яфетического? Осетинский язык — иранский, но можно ли тракювать даж е бесспорный его иранизм без учета третьего элемента, яфети­ ческого, когда, независимо от словаря, в самой Фонетике, морфологии и в составе такой части речи, как числительные, он содержит яФетидизмы, а в словаре «индо­ европейский» слой да вклады мировых языков составляют всего лишь 35°/0, по вычислению осетиноведа В. И. Абаева, а 65°/о неизвестного элемента, того неизвестного по сей день в кругу иранистов и массы индоевропеистов элемента, который разъясняется как яфетический. Попутно отметим: в германских языках неизвестного элемента в словаре всего 3 0 °/0. Д а и в отношении сообщаемых Геродотом, да и другими источниками, преданий о связи с к и ф о в с ЯФетидами Кавказа то яте изумительное воздержание, упорное нежелание с ними считаться.

В результате — деквалификация источников, признание их недостоверными, потому что они мешают иранистическому построению с к и ф с к о г о мира.

К огда с к и ф о в предание связывает с бесспорно яфетическими народами Кавказа, на показание набрасывается тень разъяснением его как постулата теоретического построения. У Гелланика М. И. Ростовцев отмечает «тен-.

денцию... включить с к и ф о в в ч и с л о тех племен, которые сыграли известную роль в истории мировой культуры. Наряду с другими народами и с к и ф ы входят в число тех, с которыми связывались известные ейр%іата 'изобретения’ [гевр.

'открытия’]... С к и ф ы, связанные с халибами, оказываются изобретателями ж елеза (или меди) и железного (или медного) оружия».

Защищать Гелланика и древних писателей 'его направления от научной тен­ денциозности не в нашей компетенции. Такие уважаемые ученые писатели, жертвы собственных или чужих научных измышлений, не переводятся и в наши дни. Пример поразительный: известный иранист в руководственном труде по этимологии новоперсидского языка при обсуждении сотен, свыше тысячи персид­ ских слов не заслышал ни одного отклика на Кавказе: на многоязычном Кавказе, сплошь насыщенном иранскими словами или общими с иранским языком словами, он нашел лишь один случай для привлечения кавказского материала, един­ ственное слово — грузинское (аіщ апш 'счет’), как одно всего-навсего слово приводится там ж е из с к и ф с к о г о (аш аіуі 'северный’), т. е. с к и ф с к и й я з ы к, с десятком-другим до сих пор не разобранных слов, и Кавказ, с десятками доступных исследованию языков, в этом мире ученых оказываются в одном и том же положении, им уделено одинаковое внимание. Что ж е это— недостаток названного ученого? Одно отсутствие материального знания за пределами иран­ ского? Нисколько. Это метод, это убийственный метод мертвящего учения, того самого учения, которое в испанском языке, насквозь пропитанном доисториче­ скими иберизмами от первоначального многоязычного Яфетического населения полуострова, свело эти переживания к т н п т ш п ’у, как то свидетельствует Мад­ рид* кий академический словарь испанского языка,1 а известный испанский романист, академик Пидаль (Рісіаі), открывает в составе нарицательных имен, помимо слов на -гго, всего-навсего один явный случай для привлечения такоге сложного яфетического языка, как баскский, — одно баскское слово, означающее 'левую руку’.2 И почему 'левую руку’, но не 'правую’?

Но в скиФО-кавказских взаимоотношениях причастность с к и ф о в к «изобре­ тению металла», не только золота, но и железа, явствует ведь и из легенды о ' с к и ф с к о м з о л о т о м плуге’, о с к и ф с к о м пахарстве, связанном, разумеется, с металлической культурой. Можем ли мы отметать предание об изобретении скиФами 'ж елеза’, когда палеонтология речи вскрывает, что название 'ж елеза’ у ЯФетидов окрещено словом ег-кщ, г - к т а, ег-каб, разновидностями с к и ф с к о г о племенного названия? Можно ли без вникания в смысл отбросить предание о 'плуге’, выпавшем скифам с 'небес’, когда у армян, да и лазов, то ж е слово, название хотя бы 'ж елеза’, все-таки металла, является и названием 'неба’ (ег-к т )?

Можно ли отнестись отрицательно к показанию о культурной связанности, т. е.

о так называемом родстве, с к и ф о в с халибами, раз палеонтология речи вскрыла, что из халибов и халдов, народов одного и того ж е района на южном К авказе 1 Біссіопагіо йе 1а 1іп§иа савіеііапа рог 1а К еаі А са й ет іа Езрапоіа, Б ёсітоси агіа ейісібп, Мадрид, 1914.

2 К. М епёпйег Рійаі, М апиаі йе § га т а ііс а ЪізЪогіса еврапоіа. Спагіа ейісібп, соггедійа у ашпепайа, Мадрид, 1918, стр. 23.

Избраннн работы, Т. и южном побережьи Черного моря, первые носят наименование 4а1\Ъ — разно­ видность названия сарматов, что на северном Кавказе, а термин «халды», полнее «халдии» и непочато полно «халдины» — разновидность термина « с к и ф » и л и «ско лоі», чіо на северном побережьи Черного моря? Или, отрицая эти показания, мы согласимся отрицать связь с к и ф о в и с сарматами, и будем утверждать, что халибы не причастны к изобретению металлов? Чго это им приписали греки в угоду своим тенденциозным теоретическим построениям?

Впрочем, утвержден ш источников о с к и ф я х подвергаются сомнению незави­ симо от игнорирования третьего элемента и независимо от пристрастия к роли иранцев, выделяемых с идеализациею, именно по неправильности общих пред­ ставлений. До сего часа у нас господствует простота восприятия этнологических явлений. Так, напр., мы теперь знаем, что с доисторических еще времен про­ стых племен не существует, все — скрещенные. Потому ж е не только пле­ менные названия, но и нарицательные слова в громадном количестве скрещенные, т. е. представляют слияние двух и более однозначащих слов различных того ж е количества племен, образовывавших одну общественность и скрещивавшихся у ж е Физически. Само название « с к и ф » зк\у-&а / вки-5а ока­ залось составным термином, продуктом такого скрещения наравне с «сарматом»

из двух племенных названий, племенных слов или двух элементов;

в первой части элемент общий у термина зки-ба с термином в а г-та і, это ваі или заг в одном произношении и зко зки в другом, а во второй части различные эле менгы, в названии с к и ф о в — да, в названии сарматов — таЬ: все три элемента имели, как увидим, самостоятельное существование, и каждый из них обозначал особое племя. Такие скрещения различпых племенных образований происходили и позднее, и соответственно они носили в качестве названий новые сочетания племенных слов, напр., кельтиберы. М. И. Ростовцев термин «кельтибер» считает созданием Посидония: «одна из любимых этнографических теорий Посидония,— пишет М. И. Ростовцев»,— это образование смешанных племен, для которых Поси­ доний создавал и особые имена. Так, им, несомненно, созданы кельтиберы и эллино галаты». Это обосновано ссылкой на МюлленхоФа (МШепЬой-, II, стр. 1 6 9 сл.) и Шультена (Бсішііеп, Н егт ез, 1 9 1 1, стр. 5 8 8 сл.). Вспомнивтерминтого ж етипа КЕХтоахбдаі у Страбона (1, 2, 2 7, С 33), проф. Ростовцев и его легко возводит к П о­ сидонию, как первоисточнику и сочинителю данного племенного названия, также в угоду особой его, мол, Посидония, теории о проникновении кимбров от запад­ ного океана до Мэотиды и оседания их здесь под именем киммерийцев.1 Сейчас по существу вопроса квмбро-кимерского не трогаем, он сложнее и реальнее, может быть, чем критикуемая теория Посидония. Н о, когда на основании не источни­ ков, а работ поборника иранизма МюлленхоФа, сочинителя с к и ф с к и х с л о в и тол­ кований путем искажения геродотовских показаний, и хотя бы заслуженного раскопщика, исследователя иберийских древностей Ш ультена, М. И. Ростовцев категорически утверждает, что кельтиберы созданы Посидонием, то это неосто­ рожно. Скажу более: это утверждение в такой Формулировке абсолютно неприем і Ск и ф и я Боепор, стр. 40.

и лемо, ибо иначе можно подумать, что скрещенных племен, в частности скре­ щенных с иберами и кельтами, в Испании не было, а между тем племенная номенклатура западной Иберии (средиземноморско-атлантической) не менее, чем восточной (черноморской) и вообще Кавказа, нам сохранила ряд таких составных этнических терминов бесспорно жизненного происхождения, напр., кап-Іа-Ъг или кап-іа-Ьег. К ап-іа-Ьг это не двух-, а трехэлеменгное соединение, из трех племенных слов, ионского (кап), салсього (Іа) и берского,1 т. е.

в двух первых своих частях то ж е, чго представляет собой термин к е і-і по составу элементов (не по порядку их расположения), а в третьей — основной ныне элемент термина і-Ьег. Выходит, пожалуй, так, что Посидонию надо при­ писать создание и термина капІаЬг.

Что ж е касается сграбоновского его отрицание в значительной мере объясняется мыслью, направленной против движения их с запада вместе с кимврами, между тем наличие кеІСов рядом со зк\у-&а’ми или зкоІоСами— изна­ чальное явление;

термин к е і-і с его двойником § а 1 а -і— лишь разновидности и только, разновидности по экающей и акающей группам термина окающей группы зк оіо-і:2 кельты носят то ж е составное из салского и ионского элемен­ тов наименование, что и с к и ф ы, или сколоты. Сколоты, или с к и ф ы, яФетиды по происхождению, сыграли с течением времени такую ж е роль в процессе нарождения прометеидизма («индоевропеизма»), перевоплощения яфетических народов в иранские, как их двойники на Западе, кельты, также ЯФетиды, в про­ цессе нарождения западного прометеидизма («индоевропеизма»), перерождения яфетических народов Запада в романские, и как армяне на Кавказе, сами за ­ стрявшие на переходной ступени развития.

Когда речь о скифах и кельтах, то, понятно, надо иметь в виду состояние речи армян, вернее насельников армянской территории соответственных эпох.

С армянами мы продвигаемся и исторически к району с к и ф с к о г о населения.

Армяне наравне с русскими сохранили в своих сказаниях о первом националь­ ном строительстве, армяне — в сказании о построении К уара, русские — в ска­ зании о построении Киева или Куйаба, легенду не с к и ф о в, как раньше мы гово­ рили, но все-таки тесно связанных со скифами кимеров.3 Палеонтологический же анализ термина « с щ і ф » вскрыл, что армянские земли населялись скифами, один из районов сплошь был населен скифами под известным их именем «сак»

||20к).

Самое название с к и ф о в, в первую очередь общераспространенное греческое зк\у-^а, давно уж е разъяснено яфетидологически, но разъяснение то, данное четыре года тому назад,4 было сделано нами тогда, когда к анализу мы подхо­ дили с одним Формальным сравнительным методом. Тогда мы учитывали одни морфологические признаки, без палеонтологии и без разложения на первичные 1 N. Магг, А паіузе поиеііе 1и іе г т е Ругёпёез, Д А Н, 1925, стр. 8.

2 Н. Марр, (іаг&еі егіз кііііигиіі шиЫі еиа.Дтт ДиіегеЪіз тніеіігб ['Культурный фронт грузин­ ского народа с точки зрения науки о языке’], МнадоЬі, 1921, стр. 42 отд. отт.

3 [Н. Марр, Книжные легенды об основании Куара н Армении и Киева на Руси, И Р АИ М К, т. III, •стр. 257— 287, см. здесь, стр. 44— 66.] 4 Н. Марр, Термин « с к и ф » [ с м. здесь, стр. 1— 43].


элементы. Подобно иранисту В. Ф. Миллеру,1 мы в звуковом комплексе зкнфа усматривали основу зки- и окончание мн. числа -да, с той разницей, что тогда как иранист-осетиновед в этом окончании мн. числа узнавал осетинский суффикс мн. числа - іа и, не находя иного источника происхождения, возводил его к Фин­ скому мн. числу с зубным согласным, мы, зная исконное распространение того же окончания мн. числа во многих разновидностях в яфетических языках К ав­ каза, признавали его в осетинском, как и в ряде других языков иранской группы, вкладом яфетических языков, Формальным я ф т и д и з м о м. Потому только и представлялся этот суффикс наличным как в общеизвестном названии с к и ф о в зкт-За, так в виде одного зубного в национальном их ж е названии зкоІ+о-Е И мы отстраняли вовсе прикосновенность ф и н с к и х я з ы к о в к этому Факту. Теперь, после того, как прометеидские («индоевропейские») языки оказались новейшим перевоплощением яфетических, а Финские, вслед за чувашским, родственными с яфетическими и также их перевоплощением, но перевоплощением в систему более древнюю, чем система прометеидских («индоевропейских») языков, нам, казалось бы, нет нужды в корне расходиться с толкованием В. Ф. Миллера, усматривавшего в осетинском -і& ф и н с к и й вклад. Оставалось бы переработать лишь изложение в том смысле, что это явление в осетинском родственно с ф и н ­ с к и м, и в языках обеих систем, и прометеидской («индоевропейской»), и ф и н с к о й, оно — наследие от яфетической речи. Но, увы, этого мало. Мы расходимся не только с В. Ф. Миллером, теперь, пожалуй, более коренным образом, чем раньше, но и с самим собой в анализе термина, как мы его толковали несколько лет тому назад, ибо палеонтология за это время вскрыла, что слово зкт-За, составной термин из двух элементов, салского племенного слова в окающей разновидности зки-*—*зко и ионского племенного слова За, причем оба нахо­ дятся в усечении, первое — вместо зкиі •« зкоі, гезр. зкиг — зко г, второе — — вместо Зап.

Отсюда— обоснованное, казалось бы, навсегда отожествление термина зсіа+-из 'сла+вянин’ со « с к и ф » о м (зки-За) потеряло полноту своей реальности, ибо, при равенстве первого элемента,, салского, в обоих терминах, во второй их части имеем не Функциональные придатки, не равнозначащие суффиксы мн. ч.

-З а и +а--, действительно ставшие таковыми в позднейшие морфологические эпохи, а пережитки двух различных племенных названий, ионского Зап и бер ского ег. Следовательно, зсіа+ по составу элементов представляет разновид­ ность не «скиФ»а, а «кимер»а. Потому ж е кі+е- или киу+а-Ь— город, разумеется, город сказания, перенесенный на русский Киев, есть насаждение не с к и ф о в, а кимеров.

Этот анализ двух терминов зк\у-3а, кі-ш ег (— к іт е г ) с разложением каждого на два элемента, из которых один общий, нас возводят в плоскости доистори­ ческого состояния к трем элементам: 1) салскому, отложившемуся в Греции в названии области е-іаі-іа или е-заі-іа, у римлян в названии І-Ш -іа, 2 ) берскому, наличному в иберах западной Европы вплоть до Атлантического 1 Эпиграфические следы иранства на юге России, Экскурс, Ж М Н П, стр. 231— 283.

океана, и 3) ионскому, нам всем хорошо известному в Средиземноморья и без территориального приурочения.

с Национальное название с к и ф о в зкоі+о-і, также двухэлементное из салского л ионского племенных слов, в противовес термину 8к\-3а с его разнобойной огласовкой и ( \ \у) — а, отличается выдержанным оканием, причем полный его вид звучит *8ко1+о-іоіі, как полный вид разнобойного 8к\-Эа — *8ки1-іап, и недостает двойника первого, т. е. окающего вида, — двойника с выдержанным аканием *за1 -іап, чтобы получить три основные разновидности позднейшей Фор­ мации: от *зко1 +о-1оп (н- *зки1 +и-1ип) русское «золото», от *8киМап — Финское ікиі-іа (но карельск. киі-йи — нем. ^оі-б), означающее равным образом 'золото’, * и от *за1-і;

ап — як. аі-іап [ещ е] 'медь’, [такж е] 'золото’, как исключительно 'золото’ и тур. аІ-Шп и чув. ы і-іэн { / *п1-іоп). С этим возникает связь С к и ф и и не с одним ф и н с к и м ныне севером, но и с турецкой Средней Азиею, притом с глу­ бинной Азиею, не только отвлеченно словарно, но и материально, благодаря тотем­ ной номенклатуре, названию птицы 'орла’ и божества 'духа’ (у якутов) и топо­ нимике, отложению той ж е разновидности названия с к и ф о в, именно аі-іап, прежде всего в названии гор, откуда добывались и 'медь’ — аі-іап, и 'золото’ аі-іш і, именно гор Алтайских.

Связи со средиземноморским югом у с к и ф о в п о этому драгоценному металлу поддерживаются лишь Грециею в термине уриаб-? («— *ф іг-80п), общем у элли­ нов с евреями — цаг+й-& и ассирийцами — диг+а-зи.1 Этот термин общий у гр е­ ков, евреев и ассирийцев в том смысле, что все три приведенные их слова одинаково двухэлементные сал-ионские составные термины. Имеется то ж е название 'золота’ и у митани, но со спирантизациею второго элемента — ион •ского — в разновидности: фаг+и-ца. Имеем это же слово в более древнем по лисьменности языке, именно в шумерском, в разновидности, более близкой по огласовке первого элемента, салского, к ассирийскому эквиваленту (щнп- |[ асе.

фіг-), но со вторым элементом, ионским, спирантного типа, как у митани, однако полнее митанской разновидности, да и с иной огласовкой ( - к т || мит. -да — *-]ап). Но уж е из сообщенного видно, что отнюдь нельзя заключить, как это дела­ лось, о заимствовании названия золота греками из ассирийского или еврейского или тем более — митанского. В семитических языках имеется трехсогласный корень, сходный по созвучию со значением 'желтый’, 'бледный’, так в.арабском и сирийском, то ж е слово независимо имеется в значении 'рыжего’ и в грузин­ ском, но этот материал, свидетельствуя об общих чертах соответственных языков,.абсолютно ничего не говорит о происхождении столь важного во всех отноше­ ниях термина материальной культуры, как 'золото’. В греческом сущ ествует прилагательное сЬурб? 'бледножелтый’, ещ е Гомер.его знает в Форме существ, юуро? в значении 'желтого’ или 'бледного цвета’, 'бледности’. Н е может быть 1 В д р у г и х с ем и ти ч ес к и х я з ы к а х л и ш ь в з н а ч е н и и 'ж е л т о г о ’: а р б. гй, си р и й ско е со с п и р а н т и дагй -І-а ЦГО+^-а, ср. дега^—эщега -зад н ею и и о н ск о го э л е м е н т а — И Г. 'р ы ж и й ’.

2 А р х е т и п ш у м е р ск о го б е з р азн о б о я н о гл а с о в к е * к и ш -к и п, со х р а н и в ш и й п ер в и ч н у ю о гл ас о в к у н а зв а н и н и д ео гр ам м ы 'з о л о т а ’ — к и ^ ц.

в никакого сомнения, что груз, оцго 'золото’ — одно слово со столь древним грече­ ским термином, обозначающим цвет, Формально не может быть никакого со­ мнения, что греч. (Ь/ро;

с начальным долгим б (ш), пережитком яфетического о-, и аФФрикатом у древнее груз. одго. Но совершенно исключается возможность производить грузинский термин оцго 'золото’ от 'желтизны’ или 'желтого’. Одно из незыблемых положений палеонтологии речи, как она разработана яфети­ ческой теориею, это то, что название металла не возникало никогда ни по месту его нахождения, ни по Физическим его свойствам., ни по внешнему виду или цвету, а по общественному его назначению, по его Функции, по замене им 'иму­ щества’, 'предмета накопления’ или 'богатства’, в эпоху появления золота ещ е при скотоводческом или ему предшествующем номадном хозяйстве — по замене им господеівовавшего в нем конкретного животного или его стада. Потому-то 'золото’, в архетипе восходящее к яфетическому термину, в частности скиф­ скому национальному названию зкоІ+оЧ, в его точнейшем по спирантизации двойнике на Кавказе коіоі, значит 'мех’, 'пушной зверь’. Независимо от того, что по одному недооцененному разночтению в русских летописях, именно «колоти» появляется вместо «злати», повторяю — независимо от того, едва ли есть основание отвергать возможность появления «золота» в глубине времеп доскоюводческих эпох еще на этапе охотничьего хозяйственного уклада жизни.

'М ех’ часто в яфетических языках представляет собою одно из таких пушпых одомашненных животных, как 'овпа’.

Но «золото», в архетипе зкоіоі, в самом русском имеет свой двойник, с утратой полногласия и плавного исхода салским элементом в виде вко-1, разно­ видности которого на Кавказе, также спирантизованные, но в более полной Форме, у грузин коІ-Ь значит 'стадо’ (лошадей, верблюдов, волов, свиней), у армян коуЧ (—*коЧ ) значит по преимуществу 'табун лошадей’, однако, несомненно, это разнообразие обозначаемых термином животных зависит от типа хозяйства, а из скотоводческого хозяйственного инвентаря древнейших эпох, эпох первого появления золота, никак нельзя исключить 'овцу’ и 'барана’.

И, действительно, обратившись за равнозначащим термином в яфетический мир Кавказа в соответствие зкоЧ’а мы находим закономерно точную передачу первого элемента в чисго яфетическом произношении &цо- || Э Д о - бфі и самостоятельно — м. -Зфі — -Зфш — -Зцои / -Эциі,- •* бфяЦ- 'корова’, равно « « — ч. -Эциг-і 'овца’, и в скрещении, как в с к и ф с к о м племенном названии, откуда и русский термин «золо-то» и русский термин «ско-т», — в скрещении, однако, не с ионским племенным словом, а с берским — г. -Эф-еі || шп *біо-аг, у грузин, ^цо-аг 'животное’, конкретно 'овца’ и только. Ни малейшего, казалось бы, признака значимости этого термина как 'золота’ или иного драгоценного металла, т. е. обычно 'серебра’, но это неверно. Во-первых, если 'золото’ назы­ валось по Функции именем животного, такова была судьба и 'серебра’, не говоря о том, что при неодновременности появления обоих названных драгоценных металлов, в силу положения о наречении предметов по Функциональности, название одного благородного металла, естественно, непосредственно должно было перейти на другой благородный металл. И, действительно, 'серебро’ пред­ ставляет скрещение из двух племенных элементов, салского и берского, но тогда как в яфетических языках Кавказа на первом месте стоит берский элемент (г. ег-Цц [а]1 [| аг-бф і *ат-4с[иг), да и в армянском (аг-іад вм. *аг-іад), в яфетическом языке Европы, баскском (зіі-ііаг — *8і1~Ъаг), и в так наз. индо­ европейских языках салский элемент предшествует (аг-^ -заг- в ар-уоро, аг-§еп1шп и др.).


Потчму-то и 'золото’ в латинском а+иг-иш (чит. а+тг-иш) представляет скре­ щенную основу сал-берскую, именно а-\г а-ігз,1 идущую из племенной речи яфетического субстрата с Фонетикой абхазо-сванского типа. Н а Кавказе инте­ ресны эквиваленты этого термина в армянском а-рг- ( / а-риг-), основе глагола а+рг-еі 'жить’, и в Европе баскское а-Ъег-е 'жертвенное животное’, конкретно и л и 'овна’, как закономерные его полной Формы разновидности г. ддо-аг 'овца’ и 4іо-е1 'овца’, или 'крупный скоі’, как закономерная его усеченная разно­ видность А-рш у египтян.

Если ж е возьмем тот ж е подбор элементов, салский и берский, но в обратном порядке, как, между прочим, использовано такое скрещенное двуплеменное бер салское слово со значением 'овцы’, 'животного’ в разрезе представления о нем как четвероногом, давшем у грузин числительное 'четыре’ — о-Зц (о-Зц \ *о-зк-— *о-зког^- очщг), то тем самым мы поіучим и термин для выра­ жения 'золота’ как армянский о -зк и ^ - о -зк і, так грузинский — о ^ г о, в архетипе *о-ког, из многочисленных разновидностей которого и на Западе и на Востоке интересно отметить: евр. Ьа-каг 'крупный скот’, осм. и-^ии 'бык’ и л и б-кіія 'бык’, лат. ре+(из, ре+сог-із, в деривате ре+сй-п-іа.

В результате мы замечаем, что скрещенные термины для обозначения 'золота’ и 'серебра’ распадаются на две категории:

1) одна представляет скрещение салского элемента с ионским, равнозначащее по составу элементов с к и ф с к о м у племенному названию;

2) другая является скрещением салского элемента с берским — скрещением, равнозначащим по составу элемевтов кимерскому или иберскому племенному названию.

Названия 'золота’ и 'серебра’ не различаются по составу элементов и про­ исхождению, ибо один и тот ж е термин, Функционально ставший словом, обозна­ чающим один из благородных металлов, Функционально ж е стал обозначать другой благородный металл с момента его появления в мировом обороте, но одни народы для обозначения 'золота’ пользуются кимерским (иберским) племенным словом, другие народы— с к и ф с к и м племенным словом, именно: средиземноморский мир с югом Кавказа 'золото’ именует исключительно кимерским или, что то ж е по происхождению, иберским племенным словом, за исключением эллинов, а север и восток Европы с Месопотамиею, за исключением семитического мира, — только с к и ф с к и м термином. Семитический ж е мир, как эллинский, пользуются обоими терминами, эллинский более с к и ф с к и м (однако от кимер ского термина пережиток в виде названия 'желтого цвета’, как у немцев ким.

1 С аб. а в - о т (« а и в о т » ), а-ш Ьаав.

лит.

^еІ-Ъ при 'золоте’ §о1-й), а семитический — кимерским рядом со ­ скифском скиф ским.

Имеем в Европе еще один район со встречею благородного металла иберского со с к и ф с к и м, это — мир прибалтийских ф и н н о в. М о ж н о бы думать, встреча здесь — в связи с волной торгового течепия, морского пути с Запада, но, во первых, это касается исключительно 'серебра’, но серебро’ в иберском (кимер скоч) наречении обретается, однако, не только на крайнем севере у приморских ф и н н о в, суоми, и эстонцев, но заходит далеко в глубины материкового Востока с южнее расположенными турецкими.народами, у всех одинаково со спиранти­ зациею салского элемента, как в греческом и латинском, но с оканием, у ф и н н о в суоми Ьо-реа (—*Ьог-рег), эст. Ьб-Ье, у т \ р о к — § и -т ш. Однако 'серебро’, тем более иберское 'золото’ — вклад позднейших исторических эпох. И все-таки венгерцы удержали скифское название аг-аш.

Можно ли при таком распределении иберского и с к и ф с к о г о названий 'золота’ не учитывать реально показательной силы разности терминов? Едва ли. Лингви­ стически мы имеем основание утверждать, что, если бы два различных по составу термина обозначали изначально 'золото’ любого происхождения, то мы имели бы соответственно единый скрещенный термин из трех элементов или из двух иного подбора. Дело работника археологической технологии— проверить выска­ зываемую мысль на его вещественном материале, но языковедным материалом нам навязывается вывод, что благородные металлы шли в мировой оборот из двух рудных центров: с востока из Алтайских гор, собственно — от населения с тотемом Алтаном, с запада с Иберийского полуострова;

восточные металлы именовались с к и ф с к и м племенным названием, западные — кимерским или ибер ским, и в районе вс гречи двух течений, охватывающих Элладу, Сиро-Палестину и Месопотамию, оба термина встречались и в некоторых кругах уживались, в иных один вытеснялся другим.

Можно ли отнести это явление к доисторическим? Ни в каком случае. Хотя бы потому, чго широкое хозяйственное использование золота и серебра — это дело уж е исторических эпох. Но есть и Формальные признаки сравнительно йоздней даты того, что нам говорит палеонтологический анализ терминов.

Дело в том, что оба разобранных термина — скрещенные двуплеменные.

М ежду тем, золото существовало и до скрещения терминов: у ряда народов название золота — термин одноэлементный, то салский, то ионский. Так именно салский получаем, как если бы мы имели от с к и ф с к о г о и кимерского назнаний только первый элемент салский зки-, по спирантизации ки -(-^ к і-), что и сохранил шумер­ ский язык, а ионское племенной слово мы получаем, как если бы от тех ж е терми­ нов мы имели лишь второй элемент, именно от шум. § и ш -к т — к т, его в разно­ видности ф п на Кавказе нам сохранили абхазы в термине ф (а-^, ф -к ) 'золото’.

Что полный вид абхазского слова звучал ф п, поддерживается и тем, что у черкесов, ближайше родственных абхазам, 1) его сибилянтный эквивалент в виде Ьіе— !пеп (в редукции от Іпип) входит в состав скрещенного термина для 'золота’ — й-Іне (ср. инг. йо-ига, нхч. йе-ш і), если даже одно недоразу­ мение, что диалектически термин, как мне подсказал один из черкесов, звучит в той ж е основе с огласовкой китайского слова й - д т (кит. Ьп), 2) более полная Форма скрещенного термина йгдэп сохранилась, Функционально став названием 'сер еб р а’.

Б олее того, сам ионский элемент без всякого скрещ ения, один-одинешенек, означал оба благородные металла, и 'золото’, и позднее открытое 'серебро’. Кто этому ручательством? Н е буду сейчас настаивать на том, что от 'зол ота’ происхо­ дит у черкесов 'зо л о туха’, зв учащ ая как одна чистая ионская основа: шп.

Н аш ем у положению ручательство — китайцы с их древнейшим по системе во всем мире по сей день язы ком и древнейшей письменностью. И 'золото’, и 'с е ­ ребро’ у китайцев, так ж е и у японцев, именуется одним без скрещ ения элементом, ионским, с дифференциацией): у китайцев для 'золота’ сибилянтная разновидность •йш, а для 'с ер еб р а’ спирантная — у т, у японцев для 'золота’ разновидность с начальным согласным глухим Іш і, для 'сереб ра’ — звонким §ш.

Рядом со скифскими металлами, с одной стороны благородными, точнее декора­ тивными или обменными, золотом и серебром, с другой — рабочим и ковким— железом, мы имеем скифский плуг: это чуваш ское, равно русское слово «соха», в полной Форме *зо-/_ап, сал-ионское скрещенное слово, как и его эквивалент с подбором спирантной и сибилянтной разновидностей в обратном порядке — §и •Эап,' у яФетидов-земледельцев грузин, равно армян и др., в том числе у чеченов §оІа, у чеченов в значении 'полного комплекта всего, что нужно для пахоты :

плуг, лошади и т. д.’ У восточного побережья Черноморья, где унаследован пережиточный пасту­ шеский быт яФетидов-пастухов, среди мегрелов и в грузинской речи огрузи нившихся мегрелов (гурийцев и имеров) *зодап представлен словом архетипно *до-с|ап, откуда груз, и чанск. Зоц 'мотыга’,2 грузинский глагол до+сщ-а 'копать мотыгой’. Что 80- / а в значении 'сохи’, 'плуга’ есть скрещенный термин, не имею­ щий по генетической семантике никакого отношения к 'дереву’, это очевидно из самостоятельного некогда существования одной второй части термина дап в зна­ чении 'сохи’, 'плуга’ и т. п., почему от нее одной произведен общепринятый грузинский глагол дап- (дп-а) || м. ф т - ц - а 'пахать’. И в том ж е районе у грузин производное от дп-а 'пахать’ с префиксом за- и с у ф ф и к с о м -із слово за-с]п-15 'плуг’, 'соха’, обычный термин. Налична непоч'ато у одних грузин в древнелитературном их языке сван­ ского типа, спирантно-шипящего, равно пыне в имерском говоре и мегрельском языке, третья разновидность со спирантизациею обоих эквивалентов, но с разно­ бойной огласовкой спирантно (е)-шипящей (о) — егчрап 'плуг’ (— *Ьег-коп);

отсюда и существовавший у армян в усеченном йиде Ьег-к-, основа армянского глагола Ьег+к-еі 'пахать’, как у грузин от древнелитературного егч}ап — глагол ег^ п а 'пахать’, у армян ж е сохранившийся и в полном виде ег-кш (-*Ьег кип) в значении 'неба’, оно ж е у чанов егкиі-а 'ж елезо’ по «малодостоверному»

1 3. К. М альсагов, И н гуш ск ая грам матика со сборником слов, Владикавказ, 1 9 2 5, в. т.

2 Ср. лат. вос-ив 'за с т у п ’, 'кирка’, 'сош ник’.

3 П о о сво бо ж ден и и о т с у ф ф и к са -ів о с н о в а в а д и м о г л а бы бы ть с т я н у т о й Ф орной в а -ц а п, двой н н ь а во-даГ п 1.

Эркерту (Егскегі), и 'небо’, судя по названию 'вторника’ — ег -к т а -б д а, ранно і+кіпа Яда, а 'ж елезо’ у грузни — г-кіпа, гезр. кша.

Итак, три разновидности с к и ф с к о г о по составу племенного элемента, термина для обозначения 'плуга’, одна из этих разновидностей — одновременно название не только 'плуга’, но и 'неба’ и 'ж елеза’.

С плугом и металлами мы отходим от подлинной доистории, более того— мы отходим от подлинно-архаичных госу­ даре івенных строительств исторических эпох, но так основательно забытых человечеством, что они представляются предметом допстории и мифологического интереса, в действительности ж е это «доистория» разве прометеидских («индо­ европейских») и семитических народов, «доистория», успевшая у народов древ­ нейшей Формации протечь с мотыгой, металлами и плугом в строительстве исторических государств мирового масштаба и созидании общественного миро­ воззрения со связью космических явлений с металлами. Мы не стремимся к славе Герострата, трудно нас упрекнуть в принадлежности к той группе мыслителей, которая предпочиіает всему Пушкину, хотя бы части его творений, любой, будь самый будничный утилитарный предмет, но мы готовы были бы кликнуть с полным убеждением в своей правоте: «Долой Милосскую Веттеру, да здрав­ ствует мотыга». До установления эпохи мотыжной культуры в связи с мотыж­ ным хозяйством можно сколько угодно наслаждаться Милосской Венерой, упи­ ваться ее красотой, как упиваются красотой природы, да и чарами хорошего вина, прелестью красок и ароматом розы, но не понять, никогда не понять генетического вопроса о ней, Милосской Венере. В частности у нас до установления во всех подробностях и воцарения мотыжной эпохи в археоло­ гических работах Академии не носить ей по праву названия Академии истории материальной культуры и не понять ни с к и ф с к о й культуры, ни с к и ф с к о й речи.

II В девятом столетии дохристианской эры на Кавказе возникло последнее государство мирового значения из тех, что созидались рз ками народов подлинно древнейшей Формации, яфетических народов. В эпохи возникших впоследствии мировых государств прометеидов («индоевропейцев»), римского и позднее иран­ ского, ЯФетиды переживают лишь культурно языками в письменности, на Востоке в актах государственного значения — это новоэламский язык во втором столбце надписей ахеменидских царей, на Западе в нагробных надписях ьуль тово-семейного значения — это этрусский язык. Государственное строительство и позднее не выпадает полностью из рз к яфетических народов или полуяФети ческих на Кавказе, в Крыму и на Волге. Н а Кавказе — это армянское, затем грузинское государства, на Волге хазары, затем болгары, но мировое значение роли яФетидов идет все время на збыль. Иное дело за восемь, девять веков до христианской эры.

В IX в. дохристианской эры произошло событие громадной важности для нашего вопроса, вопроса о с к и ф с к о м языке и вообще о скифах.

У Байского озера, на территории, впоследствии, в позднейшие исторические эпохи, так называемые древнюю и средневековые эпохи, называвшейся Арме ниею, утвердилась власть халдпнов или халдиев, с классовой жреческо-государ ственной письменностью. Нпкому не известно, откуда есть пошла Халдиния, собственно не масса со скотоводческо-земледельческим бытом, занимавшая эту страну, исторически- и раньше известную с давнишним дохалдинским населением, а организующее ее племя, классово сложившееся так, как мы то понимаем теперь с точки зрения яфетической теории, классово-племенное образование.

Если наука до сих пор бродит впотьмах по вопросу, откуда есть пошла Русь, дело сравнительно недавнее, дело IX в. после христианской эры, то, казалось бы, естественно не удивляться тому, что мы не знаем генезиса явления исторически бесспорного Факта, относящегося к IX в. дохристианской эры. Однако удивляться все-таки есть чему. Н е в пример вопросу о русах в историческом его разрезе вопрос о царстве халдинов в Ванском районе обставлен значительно более благоприятно в отношении исторических свидетельств. Царство халдинов находилось в центре мировой исторической жизни. Об этом царстве у Ванского озера, что ныне в исторической Армении, повествуют месопотамские летописные памятники. Государство, именуемое ванским по занимаемой им коренной площади, само писало летопись своих деяний на прочном материале, на скалах и каменных стелах. Эги анналы писались родным руководящему классу языком, халдским языком, говоря не урезанным термином — халдийским или халдинским языком.

От халдинского государственного строительства остались, помимо надписей, памятники материальной культуры не только у Ванского озера (здесь, в центре, естественно, богаче и монументальнее), но и на всей территории позднее воз­ никшей Армении, да и за ее рубежом, в сторону Каспийского моря, Кавказских гор и Попта или, пользуясь нынешними этнически именуемыми странами, в сто­ роны Азербайджана, Грузии и чанского населения южного Причерноморья, Наконец, следовало бы учесть интенсивное строительно организующее господство халдинов, не можем скрыть— оно же беспощадно разрухпительное (об этом вопиют камни, писаные камни);

это господство длилось в стране почти триста лет, немногим меньше, чем скифская власть на северном Причерноморьи, оно действовало уж е в обладании своей собственной письменностью государственно­ религиозного значения длительнее романовской династии в России. И в условиях соотношений того времени в языках Кавказа и юга России, сплошь яфетических и в той или иной мере друг с другом сродных, отложения классового халдин­ ского языка, откуда бы он ни приходил, — отложения его в дошедших до нас яфетических языках также являются материалом, ценнейшим материалом для решения генетического вопроса о халдинах, а в связи с ними и о скифах.

Беда, однако, в том, что до последних десятилетий подлинные анналы госу­ дарства халдинов или халдиев были почти немы. Было одно гадательное их по­ нимание, текст брался графически, а не Фонетически, более значимостью условных общих во всех клинописных языках изобразительных символов, детер­ минативов и идеограмм, чем постижением и ощущением живой реальной речи с учетом облика и так наз. природы, т. е. системы живого звучащего слова.

С трудом улавливая основные мысли ^каменописных документов, наука не учи­ тывала вовсе, не была в состоянии учесть того громадной важности для вопроса о происхождении свидетельства, которое нес в себе сам язык надписей незави­ симо от их содержания. Для языка этих надписей также не находили места, как для живого баскского языка, брошенного, казалось, игрой сдьбы среди романских, как не находили места и для многочисленных языков Кавказа, не исключая и грузинского, казавшихся изолированными, — изолированными даже во внутрикавказских взаимоотношениях. Н е будем говорить уж е о полном дотоле отсутствии иных инструментов, необходимых для правильной постановки генетического вопроса, его трактовки и разрешения, так, особенно, об отсут­ ствии подлинной палеонтологии речи, ее исследовательских приемов и ее техни­ ческих средств.

Словом, абсо потно не было сколько-нибудь уверенного этнологического под­ хода к вопросу о происхождении творцов этой халдинской культуры, строителей ванского царства.

Их звали урарту, многие зовут и поныне так, только потому, что т ак звали их ассиро-вавилонские источники, продолжавшие твердить название того времени, когда страну действительно населяли Тігагіи (— ІІ-гаш-Іи), т. е. народ с расен скнм или этрусским племенным образованием в основе. Если бы ассирийцы продолжили свое существование до появления армян, то и армян они продолжали бы на іывать урарту, как впоследствии, когда и армян сменили йаи, как называют себя армяне* мы этих Ьайев неизменно продолжаем именовать армянами по наследию от реально давно изжитой исторической обстановки. Для историка термины мирового обращения — это лишь клички, ничего с собой не приносящие для изучаемых нм исторических эпох, кроме условного обозначения тех нужных ему для связного рассказа лиц или индивидуалистически воспринимаемых как массив народов, наций, деяния которых прежде всего и интересуют этого круга специалистов в их историческом построении. Для нас, этнологов-доисториков, племенное название — один из первоисточников для определения происхождения народа, собственно, одного слоя из его состава, его руководящего или органи­ зующего классово-племенного образования. История вовсе и не считается с названиями народов, не привлекших ее внимания деяниями мирового значения или соучастием в них.1 У населения Армении в целом меньше исторических имен, чем сколько оно носит на самом деле в усгах ли соседящих народов или в своей собственной родной среде как национальное название, да притом и нацио­ нальное не одно. Кроме общеизвестного а г т еи 'армянин’ и свидетельствуе­ мого ассиро-вавилонянами игагіи, армяне у других народов носят названия— 8о+те-і, іні-а (ещ е в клинописи *риг-ап’ы )2 п у себя Ьау и пережиточно Ьаз+к;

у скифов также два названия, даже три, одно национальное — зкоіоі, два.

других ещ е более извесіных: это общепринятое «скиф собственно зкз-ба, », 1 Мы знаем теп ер ь и то, что для «археолога — этнологический вопрос, как он сам по себ е ни в аж ен, имеет второстепенное зн ач ен и е» См. Я С, т. I, стр. 6 7, прим. 2.

2 В клинописи халдинов — Р а і-а іщ, Р иІ-иа, Р и -ги ш и л и, вернее, Р и г -и ш (у армян В э+ гап -иш и л и, вер н ее, В эг+ эп -и ш ). О курдск. іо іа см. Н. М арр, Астрономические и этн и чески е зн ачен ия д в у х п лем ен ны х названи й армян, ЗВ О, т. X X V, стр. 2 4 1, прим.

и хорошо известное зак. К а к давно устанавливалось и теперь окончательно разъяснено, у ж е не Формально-сравнительным методом, а палеонтологически, все три названия с к и ф о в оказались разновидностями одного составного термина, сложенного из двух племенных названий— салского и ионского. В более много­ численных племенных названиях населения занимающей нас халдинской терри­ тории нет возможности дать такое исключительное место дифференцирующему воздействию различных язы ков, разъяснить все эги наименования к ак Формаль­ ные разновидности одного термина.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 29 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.