авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

«БРОДОВСКАЯ Елена Викторовна КОЭВОЛЮЦИЯ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫХ И СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ СОСТАВЛЯЮЩИХ ТРАНСФОРМАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ ...»

-- [ Страница 5 ] --

Мы предполагаем, что падение авторитета государства в постсоветской России вызвано несоответствием между сохранением моносубъектного по ложения власти и качеством выполняемых ею функций. При этом в отличие от развитых демократий, в которых наблюдается расширение неправитель ственного сектора общественной активности, оказывающего влияние на уровень функциональности властных структур, российский социум в значи тельной степени поддерживает моносубъектность власти, неудовлетворен ность деятельностью которой связана с недостаточной функциональностью тех или иных политических институтов. Общероссийские исследования указывают на негативное отношение россиян к нынешней политической системе, к ее властным структурам, социально-политическому опыту транс формационного периода. Подчеркнем, что для становления демократии и гражданского общества высокий уровень доверия населения к полити ческим и общественным институтам крайне важен, «так как создает осно ву для разного рода коммерческих и иных контактов, а также соглашений между людьми в негосударственной сфере, дает людям уверенность в леги тимности власти как таковой, и – особенно – принимаемых ею решений»218.

Ловелл, Д.У. Доверие и политика в посткоммунистическом обществе [Текст] / Д.У Ловелл // Pro et Contra. – 2002. – Т. 7. – № 3. – С. 149.

См.: Пивоваров, Ю.С. «Русская Система» как попытка понимания русской истории [Текст] / Ю.С. Пивоваров, А.И. Фирсов // Полис. – 2001. – № 4. – 37 – 48.

Ловелл, Д.У. Доверие и политика в посткоммунистическом обществе [Текст] / Д.У. Ловелл // Pro et Contra. – 2002. – Т. 7. – № 3. – С. 150.

142 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

Учитывая, что доверие – это динамичное и многоуровневое явление, необходимо различать легитимность режима, доверие к его институтам и популярность руководителей (доверие к ним). Опросы, проведенные за последние десятилетия почти во всех плюралистических демократи ях, обнаружили дефицит доверия к основным институтам (например, меньшинство швейцарцев указали на нижнюю (38 %) и верхнюю (36 %) палаты парламента) и относительно высокий уровень недоверия к по литическому классу (32 % англичан оценили степень честности и этиче ские нормы членов парламента как «низкие» и «очень низкие»). Однако при этом в 10 странах Европейского сообщества легитимность режима не ставится под сомнение большинством населения219.

В отличие от западноевропейских государств отношение россиян к властным структурам (легитимность политических институтов и ре жима) в значительной мере зависит от популярности главы государ ства. Так, например, максимальные показатели индекса оценки государ ственных органов управления в Тульской области были зафиксированы в 2000 г. (Индекс оценки деятельности Президента = 62, в 1999 г. он составлял – 59,3;

индекс оценки деятельности Парламента = 43,3 про тив – 11,15 в 1999 г.;

индекс оценки деятельности Правительства = 43, и -12 соответственно). Однако в дальнейшем положительная динами ка наблюдается только относительно оценки деятельности Президен та, хотя в 2004 г. индекс несколько снизился и составил 41,5, (в 2008 г.

И = 48) в то время как индексы оценки Правительства и Парламента при обрели отрицательное значение (в 2004 г. И = – 28,8 и – 28,36, в 2008 г.

И = – 5,4 и – 53 соответственно). Согласно данным всероссийских ис следований220, на протяжении преобразований динамика доверия к главе государства носила колебательный характер и стабилизировалась после президентских выборов 2000 г.

См.: Доган, М. Падение традиционных ценностей в Западной Европе: религия, государство-нация, власть [Текст] / М. Доган // Мировая экономика и международные отношения. – 1999. – № 12. – С. 23 – 30.

См.: Данные ВЦИОМ // Мониторинг общественного мнения: Экономические и со циальные перемены. – 2001. – № 2. – С. 6;

Данные РОМИР // Полис. – 2000. – № 6. – С. 57.

ГЛАВА II Как справедливо заметил Ю.А. Левада, «гипертрофированное до верие к президенту – это перевернутое недоверие к остальным обще ственным структурам, инстанциям и публичным фигурам. Оно создано исключительно из негатива, по принципу отрицания нежелательного и неподвластного, отторжения от беспорядка в общественной жизни… »221. Наиболее позитивные оценки деятельности главы государства выра жают респонденты в возрасте от 18 до 30 лет (И = от 33 до 47,5);

имеющие среднее и высшее образование (И = 23,3 и 23,7 соответственно). Наибо лее негативно настроены мужчины старше 60 лет (И = 18,2);

россияне со среднеспециальным образованием (И = 19,2). Неудовлетворенность от деятельности парламента более существенна в старшей возрастной категории мужчин (И [Государственная Дума] = – 5,2;

И Совет Федера ции] = – 18,3), средней (И 1) и старшей (И 2) возрастных категориях женщин (И 1 = – 8,2 и 1;

И 2 = – 0,1 и – 15,1 соответственно), а также у респондентов, имеющих высшее образование (И (ГД) = – 1,3;

И (СФ) = 6,9). Подчеркнем, что индексы оценки деятельности органов государ ственной власти, рассчитанные на основании результатов интервью с молодежной группой, ни в одном из случаев не имели отрицательного значения.

Исследования всероссийского и регионального уровней, реализован ные в 2006 – 2008 гг., демонстрируют сохранение ранее сложившихся тенденций (по данным ВЦИОМ, на протяжении периода наблюдений уровень одобрения деятельности Президента РФ не опускался ниже от метки 70 %;

в этот же период времени в регионах ЦФО указанный по казатель составлял около 65 %). При этом поддержка и доверие лично сти президента в 2006 – 2007 гг. расходились с оценками успешности его деятельности по различным направлениям развития страны. Объясняя причины доверия В. Путину, 57 % отметили результативность его дея тельности в настоящем и перспективность – в будущем, существенная доля респондентов подчеркнула безальтернативность ситуации (за по Левада, Ю.А. Элита и «массы» в процессах трансформации [Текст] / Ю.А. Левада // Кто и куда стремится вести Россию?.. Акторы макро-, мезо- и микроуровней современного трансформационного процесса. – М., 2001. – С. 285.

144 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

зицию «люди не видят, на кого другого они могли бы положиться» вы сказалось 39 % опрошенных).

Более того, в 2006 г. позитивные мнения относительно его деятельно сти явно превалировали над негативными только в случае оценки укре пления международных позиций России (67 и 23 % соответственно).

В 2008 гг., несмотря на трансформацию статуса В. Путина, ситуация из менилась кардинальным образом, так как доминирование негативных оценок деятельности Председателя Правительства РФ в различных сферах сохранилось только в отношении его усилий, направленных на защиту демократии и политических прав граждан (53 и 35 % соответ ственно). При этом наблюдаются довольно значимые (прямые) корре ляционные зависимости (использован коэффициент Спирмана) между поддержкой действий В. Путина на посту Председателя Правительства РФ и одобрением его усилий по наведению порядка (0, 452), обеспече нию экономического роста (0, 434). Существенно менее значимые зави симости выявляются в связи с оценкой результативности его деятельно сти в сфере защиты демократии и политических прав граждан (0, 195).

В целом анализ уровня доверия россиян к различным властным струк турам позволяет сделать вывод об их ориентированности, прежде всего, на исполнительные органы власти (по данным всероссийских опросов в 2006 – 2007 гг. помимо Президента наибольшим одобрением пользо вался Председатель Правительства РФ (около 40 %). На региональном уровне иерархия властных структур, по отношению к которым населе ние выражает наибольший уровень доверия, выглядит следующим об разом: Президент РФ (52 и 41 % в 2006 и 2008 гг. соответственно), Губер натор области (19 и 17 %), Правительство РФ (9,3 и 15 %).

Следовательно, по-прежнему в российском массовом сознании го сподствует образ синкретичного государства (население не понимает и не принимает разграничение полномочий между различными ветвями власти, разделение сфер ответственности государства и органов местно го самоуправления). Согласно данным мониторинга Социологической лаборатории Хабаровского ГТУ (1998 – 2002 гг.), «большинство эко номически активных субъектов считали «настоящей» только исполни ГЛАВА II тельную власть;

судебная ветвь просто не воспринималась в качестве са мостоятельной;

предназначение парламентов (особенно региональных и местных) видится населению в решении бытовых, а не законотвор ческих проблем»222. Например, жители Тульской области также в боль шинстве своем разделяют мнение: «Все зависит от исполнительной власти – президента, губернатора, мэра». При этом значительная доля туляков поддерживает позицию: «Не доверяю никому» (40 % в 2004 г., 33 % в 2006 г., 44 % в 2008 г.).

Показательно, что большинство населения неудовлетворительно оценивает деятельность органов власти различных уровней, причем степень неудовлетворенности прямо пропорциональна уровню власти.

На протяжении последних трех лет устойчиво сохраняется тенденция дифференцированной оценки различных уровней власти. Необходимо подчеркнуть, что позитивная оценка деятельности главы исполнитель ной власти субъекта федерации в большей степени связана с его подот четностью Президенту РФ (46 % респондентов выразили положитель ное отношение к изменению процедуры избрания губернаторов исходя из одобрения централизации системы управления, 25 % поддерживают противоположную точку зрения, согласно которой «губернаторы долж ны избираться всенародно»). Характерно, что оценка деятельности региональных и местных органов исполнительной и законодательной власти сочетается с представлениями респондентов о возможностях ока зывать на них влияние (в большинстве случаев опрошенные указывают на отсутствие таких возможностей, причем данная оценка различных управленческих структур выглядит вполне унифицированной, то есть колеблется в пределах 58 – 67 %).

Негативное отношение россиян к власти в целом базируется на тради ционных смысловых образах, вкладываемых в ее содержание. В ценност ной иерархии россиян ценность «власть» занимает периферийное поло жение, т. е. является антиценностью, которая сопоставляется с понятием «вольность»: первая выступает как самовластие «верхов», а вторая – как Бляхер, Л.Е. Властные игры в кризисном социуме: преобразование российской ин ституциональной структуры [Текст] / Л.Е. Бляхер // Полис. – 2003. – № 1. – С. 67.

146 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

вседозволенность «низов»;

обе образуют баланс взаимной дополнитель ности (Q = 0,49)223. Отследив ведущие выборочные ассоциации «власти»

в массовом сознании (1993 – 2000 гг.), О.М. Здравомыслова отмечает, что Всеобъемлющая Единая Власть (ведущий образ 1993 г.;

основными ассоциациями выступали: «сила и могущество» (36 %), «контроль над людьми» (36 %)) начала «дробиться» на политическую, финансовую, криминальную (в 2000 г. ведущими спонтанными ассоциациями «вла сти» стали: «контролировать/подчиняться» (21 %), «деньги и собствен ность» (20 %), «политические структуры» (10 %), «президент» (10 %))224.

При этом, соединяя «власть» с другими понятиями, российские респон денты связывали ее с волей, не имеющей социального воплощения. Зна чимость связи понятий «власть» и «закон» признавали только 60 % ре спондентов. Обозначенная тенденция сохраняется и сегодня. В 2006 г., определяя особенности сложившейся политической культуры, 68 % россиян указали на «своекорыстие политиков, их безразличие к судь бе страны», 56 % отметили «неумение и нежелание соблюдать законы».

От качественных характеристик представлений о власти и ее носи телях отчасти зависит уровень реципрокности (готовность граждан к сотрудничеству с теми или иными структурами). В широком толко вании реципрокность представляет собой систему отношений между обществом и властными структурами, которые строятся на основании принципа взаимообусловленности их ответственности. Понятие «реци прокность» используется в отечественной литературе для объяснения низкого уровня доверия граждан к властным структурам225. Реципрок ность предполагает, что признание гражданской ответственности со стороны общества является своего рода реакцией его представителей на эффективную социальную деятельность государства.

Лапин, Н.И. Власть, вседозволенность и свобода в ценностном сознании россиян [Текст] / Н.И. Лапин // Куда идет Россия?.. Власть, общество, личность. – М., 2000. – С. 427.

См.: Здравомыслова, О.М. Новый взгляд на общество? Изменяющиеся представле ния о власти, справедливости и солидарности [Текст] /О.М. Здравомыслова // Полития. – 2003. – № 1 (28). – С. 35 – 51.

Грунт, З.А. Российская повседневность и политическая культура: проблемы обновле ния [Текст] / З.А. Грунт [и др.] //Полис. – 1996. – № 4. – С. 68.

ГЛАВА II По результатам исследования ВЦИОМ, идея «служения государ ству» вытеснена в сознании россиян позициями: «государство нам дает так мало, что мы ему ничем не обязаны» (38 %) и «мы должны стать сво бодными людьми и заставить государство служить нашим интересам»

(37 %)226. Отторжение от обязанностей по отношению к государству от нюдь не тождественно освобождению человека от государственной за висимости. Оно, скорее, является следствием игнорирования принципа взаимной ответственности (реципрокности) со стороны власти, ее асо циального имиджа в глазах населения. Одним из показателей глубины отчуждения общества от власти является понимание гражданином от ветственности за ее действия.

Для оценки уровня реципрокности (взаимообусловленности ответ ственности) в отношениях власти и населения мы использовали два индекса (первый отражает динамику признания ответственности за со бытия, происходящие в стране, второй – оценку степени выполнения государством своих обязанностей перед гражданами). Анализ основных параметров обозначенных показателей позволяет сделать вывод о том, что, чем негативнее оценки деятельности государства, тем ниже уровень признания личной ответственности со стороны граждан. В целом вели чина индексов реципрокности во многом зависит от оценки экономиче ского положения России (Q = 0,211) и еще в большей степени от оценки собственного жизненного уровня (Q = 0,288) (использован коэффициент Спирмана). Существенные изменения произошли в 2008 г., доля респон дентов выражающих готовность разделять ответственность с государ ством составила более 60 %, резко снизилось количество (до 25 %) тех, кто считает такую жизненную стратегию неприемлемой (самый низкий пока затель за весь период исследований). Кроме этого, существенно уменьши лась доля респондентов (до 30 %) выражающих крайне негативное мнение относительно исполнения государством обязанностей перед гражданами.

Наименьшую степень доверия вызывают также те институты, которые, по сути, должны были занять место разрушенной системы государствен Данные ВЦИОМ // Мониторинг общественного мнения: Экономические и социаль ные перемены. – 1999. – № 3. – С. 8.

148 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

ной контроля и образовать новую политическую инфраструктуру. На пример, политические партии и общественные объединения оказались в числе аутсайдеров среди общественных и государственных институтов пользующихся доверием населения. Согласно данным всероссийских опросов, количество россиян одобряющих деятельность политических партий колеблется в пределах 17 – 22 %. При этом многопартийность рассматривается как стабильный демократический институт (45 %), либо элемент политической системы, имеющий шансы дальнейшего развития (33 %). Мнение регионального сообщества относительно этого вопроса менее оптимистично. С одной стороны, достаточно велика доля респондентов признающих влияние политических партий на ситуацию в стране (44 и 55 % в 2007 и 2008 гг. соответственно). С другой стороны, определяя характер влияния рассматриваемого института на социально экономические и социально-политические процессы в обществе, его по зитивную направленность в масштабе страны выделили только 13 и 9 %.

В данном вопросе преобладают нейтральные оценки (на амбивалентный характер влияния политических партий на ситуацию в стране указали 46 и 60 % респондентов соответственно).

Сходные мнения респонденты выражают и в отношении обществен ных объединений (ОО). В 2008 г. по показателю потенциала влияния на ситуацию в стране (24 %) общественные объединения даже уступают политическим партиям. Однако, как и в предыдущем случае, характер влияния оценивается преимущественно с позиций неопределенности (вариант ответа «в чем-то положительный, в чем-то отрицательный»

выбрали 35 %). Не доверяют общественным организациям 22 % опро шенных. Относительным доверием пользуются правозащитные (18 % %), экологические (12 %) и молодежные (9 %) организации. Рос сиянам не вполне ясна природа и функции общественных организаций.

В 2008 г. определяя источники финансирования ОО, 40 % указали на центральные органы государственной власти, еще 20 % рассматривают в качестве таковых региональные и муниципальные власти.

В то же время наблюдается определенный рост доверия к силовым структурам (в частности, к армии – 50 % в 2002 г.;

46 % в 2006 г.), кото ГЛАВА II рые в большей мере, чем выше перечисленные, отвечают запросам на селения на порядок и защищенность, определенность и стабильность.

Уровень одобрения деятельности правоохранительных органов также превышает аналогичные показатели в отношении политических партий и общественных объединений (по России: 22 – 28 %;

по регионам ЦФО:

32 – 35 %). Позитивным является постепенный рост доверия к судеб ной системе (на протяжении 2006 – 2008 гг. его показатели колебались в пределах 22 – 27 %). Несмотря на это, такие институты, как верховен ство законов и Конституции, законопослушность общества и власти (13 % отмечают их успешное развитие), равенство всех граждан перед законом (12 %), умение и желание граждан бороться за свои права (6 %) рассматриваются как нестабильные, не укоренившиеся в политической практике и потенциально неперспективные с точки зрения реальности их становления и функционирования в условиях России (34, 52 и 30 % соответственно).

Возглавляют иерархию общественных институтов СМИ (уровень одобрения их деятельности в 2006 – 2008 гг. был близок к президент скому и изменялся в диапазоне 60 – 68 %). Показательно, что, определяя характер становления данного института, значительная часть россиян отмечает его устойчивость (42 %) и перспективность укоренения в рам ках демократической политической системы (34 %). Измеряя степень влиятельности СМИ, респонденты отмечают, что именно от деятель ности рассматриваемого института зависит ситуация в стране (58 %) и в регионе (38 %). Однако характер влияния оценивается как дуали стичный, то есть и положительный и отрицательный одновременно (48,7 % определили его таковым на уровне РФ, 31,4 % – на уровне субъек та федерации). Заметим, что общественное мнение обеспокоено отнюдь не вопросами обеспечения независимости СМИ, а, скорее напротив, не контролируемостью их воздействия на общество. Подтверждением это му служат данные, в соответствии с которыми региональное сообщество в большей мере ориентировано на центральные (государственные) СМИ (71 %, причем этого мнения в равной степени придерживаются и старшие и младшие возрастные категории);

64 % респондентов счи 150 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

тают, что СМИ должны финансироваться, прежде всего, государством;

почти 75 % подчеркивают необходимость введения цензуры (в отноше нии всех СМИ – 33, 4 %;

в отношении детских и молодежных СМИ – 30 %).

Итак, в результате исследования изменений в институциональной структуре политической системы РФ мы пришли к следующим выводам.

Институциональная структура политической системы современной России воспроизводит основные черты традиционной институциональ ной модели, определяющей характер, функциональность, системность взаимосвязей между различными политическими институтами и обще ством. Режимная консолидация, достигнутая в ходе посткоммунистиче ского транзита, становление плебисцитарной демократии с сильной ис полнительной властью стали возможными благодаря сохранению таких специфических характеристик институционального развития, как моби лизационный стиль функционирования, осуществление легитимации за рамками общества, преобладание неформальных институтов над фор мальными структурами и практиками, харизматическое лидерство, син кретизм власти, низкий уровень политической субъектности граждан.

Основная проблема функционирования режима плебисцитарной во ждистской демократии заключается в обеспечении воспроизводства основных параметров политической системы в условиях нового электо рального цикла. Для предотвращения фрагментации режима в будущем реализованы институциональные изменения, направленные на усиле ние спецификации полномочий между различными ветвями и уровнями власти, партизацию политической системы, ее высвобождение от внеси стемной оппозиции. В связи с этим укрепление позиций партии власти, с одной стороны, отражает особенности электоральных предпочтений и неструктурированность оппозиции. С другой стороны, «партия вла сти» образует механизм обеспечения консолидации элит, снижает неста бильность в отношениях правительства и парламента. В условиях супер президентской республики и «навязанного консенсуса» элит институты президентства и «партии власти» могут рассматриваться как взаимопод держивающие элементы институциональной структуры.

ГЛАВА II Изменения в избирательной и партийных системах трансформиру ют позицию политических партий, приобретающих роль системообра зующего института. На современном этапе создаются предпосылки для последующей трансформации партийной системы, связанные с преодо лением ее фрагментарности и неустойчивости. Важнейшими направле ниями этой трансформации выступают преобразование «партии власти»

в правящую партию, формирование умеренной социал-демократической оппозиции и конкуренции между системными силами, развитие взаимо обусловленности между эффективностью деятельности партий в регио нах и их участием в формировании исполнительной власти и т.д. Вместе с тем, обозначенный процесс должен подкрепляться формированием со циальных интересов, политических предпочтений, базового ценностно нормативного консенсуса, однако положение института политических партий до сих пор остается нестабильным, о чем свидетельствует низкий уровень доверия со стороны граждан.

Сложившаяся в России институциональная структура сопряжена со слабостью и нестабильностью институтов гражданского общества, кото рые традиционно занимают доминирующее положение в политической инфраструктуре общества. На протяжении посткоммунистического транзита политические партии и общественные объединения занимают самые низкие позиции в иерархии институтов социально-политического представительства по таким критериям, как уровень и характер влияния, степень доверия и поддержки со стороны общества. В противовес этому с разной интенсивностью растет уровень поддержки структур, направ ленных на обеспечение порядка и контроля (силовые структуры, судеб ная система и т.д.), что соответствует запросам большинства населения.

Среди институтов-посредников наибольшей поддержкой большинства граждан пользуются СМИ, но не в качестве независимой от государства структуры, осуществляющей общественный контроль, а скорее как ре альный центр влияния (причем не всегда позитивного), оказывающий воздействие на процессы, происходящие в обществе.

В условиях дефицита эффективных посредников между властью и обществом создаются параконституционные институты, основное ме 152 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

сто среди которых принадлежит Общественной Палате РФ. Паракон ституционные институты в определенной мере компенсируют низкий уровень вовлеченности граждан в политический процесс, формируют дополнительные механизмы легитимации власти и консолидации обще ства. Эффективность деятельности общественных палат федерального и регионального уровней как института общественного контроля в систе ме социально-политического представительства обусловлена влиянием комплекса факторов институционального, нормативного и социокуль турного характера. Если на начальном этапе становления общественных палат доминирующая роль принадлежала первым двум группам фак торов, так как существенно возросла роль государства в формировании и развитии гражданского общества, то в условиях дефицита самоорга низации российского социума будущее данных институтов в большей степени будет зависеть от влияния социокультурных факторов.

Низкий уровень легитимности политического режима, недоверие к его институтам в определенной мере уравновешиваются популярно стью политического лидера страны. Обозначенная ситуация противо речит общеевропейским тенденциям и является отражением господства в массовом сознании образа синкретичной власти. Подобное восприя тие политического пространства, с одной стороны, обеспечивает от носительную равновесность политической системы, но ограничивает развитие политической субъектности и политической инфраструктуры общества – с другой. Это означает, что интенсивные институциональные и социокультурные изменения в конце ХХ – начале ХХI вв. в меньшей степени затронули политическую составляющую массового сознания, в котором сохраняется приверженность к образцу моносубъектного государства. Вместе с тем низкий уровень легитимности государствен ных и муниципальных властей в современной России связан с несоот ветствием между сохранением моносубъектного положения властных структур и качеством выполняемых ими функций.

Относительная депривация, правовой нигилизм, отчуждение от вла сти продуцируют распространение в российском обществе таких форм поведения, которые не основаны на взаимном исполнении личностью ГЛАВА II и государством обязанностей по отношению друг к другу. При этом деле гитимация системы власти (за исключением главы государства) связана как с социально-экономическими (ограниченность ресурсов большин ства россиян), так и с социокультурными (несформированность усло вий для реализации потребностей и ценностей, декларируемых полити ческой системой) факторами. Отмеченные условия серьезным образом лимитируют возможности преодоления ценностных конфликтов между элитными и массовыми группами, что существенно затрудняет заверше ние процессов демократизации и консолидации общества.

Таким образом, несмотря на то, что развитие многих демократических институтов не приобрело инерционного характера и не все политические акторы являются приверженцами демократических ценностей и прак тик (то есть не все из них стремятся сохранить демократический вектор развития), сегодня мы можем констатировать достижение процедурного уровня консенсуса, при котором фактически отсутствуют влиятельные акторы, выступающие за отмену тех или иных институтов и норм, обра зующих основу демократического развития российского общества.

Обозначенная ситуация обеспечивается институциональной/режим ной консолидацией, которая является относительно неустойчивой (хотя многие нормы стали привычными, а модели поведения типичными, ле гитимация ряда демократических институтов по-прежнему зависит от степени доверия национальному лидеру). Трансформация режима пле бисцитарной демократии с сильной исполнительной властью неизбеж но потребует иного качества функционирования политической системы.

Поэтому актуальной и во многом определяющей дальнейшее развитие России остается проблема достижения ценностного и поведенческого уровней демократической консолидации.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Политическая трансформация как процесс взаимообусловленных из менений ценностей, норм, моделей политической деятельности и функ ционирования политических институтов отражает способности полити ческой системы к организации инновационного развития общества. Его специфика, динамика и результативность в определенной степени зави сят от соотношения системообразующих и системоизменяющих факто ров. Один из важнейших моментов понимания сущности политической трансформации состоит в том, что скорость и характер эволюции инсти туциональной и социокультурной сторон преобразований в переходном обществе, как правило, не совпадают. Внесистемные средовые факторы политического реформирования отстают в развитии от внутрисистем ных факторов институционального порядка, что значительно ограничи вает адаптационные, мобилизационные и интеграционные возможности политической системы.

Можно выделить три основные модели коэволюции институциональ ных и социокультурных составляющих политической трансформации:

симметричную, в которой функциональность политической системы об условлена взаимозависимостью институциональной и ценностной под систем, поддерживающих друг друга (характерна для устоявшихся де мократий) и две асимметричные (получили распространение в условиях транзита третьей «волны» демократизации, а также неклассических мо дернизаций). Одна из асимметричных моделей рассматриваемой коэ волюции предполагает, что аксиологическая трансформация выступает в качестве результата институциональных изменений, инициирован ных элитой (свойственна как для мобилизационного типа развития, так и для преимущественно навязанной формы демократического перехо да). Другая асимметричная модель состоит в том, что социокультурные изменения предшествуют институциональным преобразованиям и во многом детерминируют их (характерна для стран с ярко выраженной постматериалистической субкультурой, также встречается в реформист ских и отчасти в пактированных формах демократического перехода).

Заключение В асимметричных моделях коэволюции, где институциональные и социокультурные изменения являются темпорально дифференци рованными и содержательно разнонаправленными, в обществе созда ются предпосылки для развертывания ряда кризисов (легитимности, реципрокности, идентичности, участия), продуцируемых отчуждением между властью и гражданами, конфликтом между формальными и не формальными институтами. Чем больше вектор отклонения институци онального и социокультурного потоков преобразований друг от друга, тем меньше инновационно-реформаторский ресурс элит (способность эффективно реализовывать преобразования, опираясь на поддержку большинства населения) и адаптационный потенциал общества (готов ность принять политические нововведения и действовать на их основе).

Наибольшая степень асимметрии институциональных и социокультур ных составляющих политической трансформации проявилась в услови ях транзитов третьей «волны» демократизации.

Транзитология как научное направление, изучающее межрежимные переходы, с одной стороны, базируется на представлениях о многофак торной природе, нелинейности развития, вариативности результатов демократических транзитов. С другой стороны, именно транзитология в основных аналитических моделях пытается синтезировать мировую практику и политико-культурный опыт конкретной страны, выделяя общие закономерности и специфические особенности как на стадии формирования предпосылок, так и на этапах реализации и завершения перехода. Поскольку объектом транзитологии являются нестабильные и неустойчивые политические системы, развитие которых часто носит кризисный, инверсионный или хаотичный характер, то это существенно затрудняет ее использование для создания верифицируемых типологий, обеспечивающих соответствие теоретических положений и эмпириче ских моделей.

Транзитологические подходы условно подразделяются на минима листские (транзит рассматривается как период институционализации формальных демократических структур) и максималистские (длитель ный стадиальный процесс, связанный с достижением процедурного, 156 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

ценностного и поведенческого уровней консенсуса в обществе). Опира ясь на минималистские трактовки межрежимного перехода, необходимо разграничивать собственно транзит и следующие за ним трансформации, результатом которых вполне может стать стабилизация политического режима гибридного или недемократического типа. Исходя из логики указанной позиции, наибольший подъем процесса демократизации при ходится на период разрушения прежнего режима и формирования новой институциональной структуры, детерминирующей трансформационные процессы, которые, в свою очередь, часто сопровождаются изменением не только интенсивности, но и направленности преобразований.

Максималистское понимание транзита предполагает последователь ную смену трех стадий (либерализация, демократизация, консолида ция), успешность каждой из которых определяет результативность перехода к демократии в целом. Консолидация демократии как процесс укоренения новой институциональной структуры, завершающий тран зит, представляет собой трансформацию хаотичных, неопределенных и неуправляемых отношений (складывающихся из конкуренции власт ных групп, размежевания масс и элит, конфликтных взаимодействий, дезориентации и дезинтеграции общества, угрожающих становлению демократии) в отношения, на основе которых осуществляется стабиль ное воспроизводство демократического способа функционирования по литической системы. Базовым механизмом, обеспечивающим воспро изводство демократического режима, выступает согласие большинства в обществе по поводу соответствующих норм, ценностей и форм пове дения.

Специфика посткоммунистических трансформаций заключается в том, что, как правило, процедурный консенсус (согласие по поводу демократических норм, ценностей, процедур и институтов) либо имеет негативный характер и формируется на основе поляризации отноше ний между старыми и новыми элитами (в качестве основания для по ляризации также используются вопросы территориальной целостности, геополитических ориентаций, этнических конфликтов и т.д.), либо бази руется на принципе идентичности с правящим режимом, стабильность Заключение которого обеспечивается вытеснением антисистемных сил, моносубъек тностью власти, дефицитом демократических акторов и другими усло виями. «Новые» демократии, сформировавшиеся в конце ХХ столетия на посткоммунистическом пространстве, достигнув процедурного кон сенсуса, наибольшие затруднения испытывают с ценностными и пове денческими компонентами процесса консолидации.

Ценностно-нормативная интеграция общества предполагает: дости жение ценностного и функционально-целевого (нормативного и дея тельностного) согласия в обществе;

актуализацию социальных групп (со циальных типов), активно поддерживающих социально-политические институты и политическую систему в целом;

складывание внутриэлит ного консенсуса;

преодоление радикализма оппозиции, ее неадекват ности потребностям политической системы и средового окружения;

формирование институционально опосредованной системы взаимодей ствия населения и властных структур;

решение проблемы несовпадения формальных и неформальных норм и практик. Процесс политической ресоциализации граждан посткоммунистических государств отличается цикличностью и противоречивостью, так как новые принципы и нормы накладываются на уже сложившиеся устоявшиеся компоненты ценност ной системы, что приводит к ценностному размежеванию и ценностным конфликтам элитообразующих и массовых групп.

Возникающие в условиях посткоммунистических транзитов ценност ные конфликты можно типологизировать на депривационные (вызван ные несоответствием между зародившимися в обществе ожиданиями и реальностью переходного периода), цивилизационные (отражающие столкновение двух систем политической эволюции – инновационной и инерционной), целерациональные (связанные с различными интер претациями целей общественно-политического развития) и ценностно нормативные (сущность последних заключается в противоречии между формальными и неформальными отношениями и практиками). Завер шение процесса демократического транзита на посткоммунистическом пространстве во многом будет зависеть от преодоления ценностных конфликтов и превращения демократических принципов и процедур из 158 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

атрибутивных признаков трансформирующегося режима в неотъемле мую часть гражданской культуры, задающей параметры взаимодействия и пределы взаимной ответственности элитных и массовых групп.

Межрежимный переход в посткоммунистической России характери зуется рядом особенностей, определивших основные тенденции разви тия различных сфер жизнедеятельности общества. Специфичным было влияние международных факторов и внешнеполитических условий, в которых происходил переход к демократии. Распад государственности, изменение геополитического статуса, усиление внешнеэкономической зависимости во многом способствовали десуверенизации государства.

Россия, как и многие страны Центрально-Восточной Европы, столкну лась с дилеммой: демократия или суверенитет. В отличие от устояв шихся (классических) моделей демократического развития, в которых суверенитет и демократия взаимообусловливают друг друга, транзиты третьей «волны» демократизации, как правило, демонстрируют пример внешней, а впоследствии и внутренней десуверенизации.

В посткоммунистической России строительство институциональ ной структуры демократического типа осуществлялось параллельно с формированием рыночной экономики, сопровождавшимся радикаль ным разгосударствлением и олигархиизацией, что, как следствие, при вело к диспропорциональным результатам социально-экономического и политического развития в регионах. Резкое социальное расслоение, слабость и немногочисленность среднего класса, распространенность вынужденных и регрессивных моделей адаптации, общая социальная дезинтеграция стали своего рода издержками транзита, усугубившими социокультурные проблемы, традиционно связанные с переходностью.

Институциональные преобразования во многом опередили трансформа цию политической культуры российских граждан, что в ситуации кри зиса идентичности, ценностных конфликтов, деидеологизации общества способствовало делегитимации нового демократического режима.

Еще в более специфичном варианте в посткоммунистической России протекали политические процессы, обусловленные межрежимным пере ходом. Во-первых, транзит осуществлялся в навязанной форме, посколь Заключение ку возможности для достижения согласия между различными силами были достаточно ограниченными. Во-вторых, прежняя номенклатура длительный период времени сохраняла свое влияние, продуцируя пар тийную поляризацию, электоральную неустойчивость, обмен ресурсами между федеральным центром и регионами и другие проблемы, лими тирующие системность многоуровневой структуры власти. В-третьих, институциональное усложнение не соответствовало традиционным для российского политического процесса особенностям, таким, как персо нифицированное восприятие власти, харизматический тип лидерства и легитимного господства, доминирование подданнической субкульту ры и другим, вызвавшим различные институциональные искажения.

Своеобразным результатом институциональных искажений явля ется гибридный политический режим, сочетающий черты демократии и авторитаризма. Сформировавшийся на этапе высвобождения от огра ничений позднего посттоталитарного периода политический режим из начально базировался на принципе гипертрофии исполнительной вла сти, масштаб полномочий которой в некоторой степени компенсировал неопределенность развития и внутреннюю десуверенизацию. В услови ях, при которых сильная исполнительная власть не уравновешивается институтами социально-политического представительства, структу рами гражданского общества, ее контрольные полномочия начинают распространяться на механизмы обеспечения преемственности власти и воспроизводства политической системы. Инклюзия исполнительной власти, с одной стороны, обеспечивает процедурный внутриэлитный консенсус (навязанного типа), с другой стороны, затрудняет достижение ценностного и поведенческого уровней консолидации.

Институциональные преобразования становятся действительно не обратимыми только тогда, когда они восприняты обществом и закрепле ны в системе ценностей, на которые это общество ориентируется. Цен ностная система общества способна сохранять специфику, устойчивость и преемственность политической системы и вместе с тем формировать условия для изменения традиционных и функционирования иннова ционных политических институтов. Взаимодействуя с политической 160 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

системой, она воспроизводит ее организационные, нормативные, пове денческие формы через социализацию. Благодаря своим динамическим характеристикам, ценностная система делает возможной адаптацию со циума к трансформационным процессам через ресоциализацию. Изме нение ценностных ориентаций как неотъемлемый компонент системной трансформации – это сложный, длительный, непрерывный, нелиней ный и часто противоречивый процесс, результаты которого проявляют ся в ориентациях, установках и моделях поведения новых поколений.

В условиях радикальных политических преобразований и возникнове ния дисбаланса в соотношении «требований» и «поддержки», обращен ных к системе, процессы изменения ценностных приоритетов интенси фицируются по своей скорости и диверсифицируются по результатам.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ Монографии 1. Алмонд, Г. Сравнительная политология сегодня: Мировой обзор [Текст] / Г. Алмонд [и др.]. – М.: Аспект Пресс, 2002. – 535 с.

2. Анохин, М.Г. Политические системы: адаптация, динамика, устой чивость (теоретико-прикладной анализ) [Текст] / М.Г. Анохин. – М.: Инфомарт, 1996. – 305 с.

3. Арон, Р. Демократия и тоталитаризм [Текст] / Р. Арон. – М.: Текст, 1993. – 303 с.

4. Ахиезер, А.С. Модернизация в России и конфликт ценностей [Текст] / А.С. Ахиезер. – М., [Б.м.], 1993. – 250 с.

5. Батанов, И.А. Основы теории социально-экономической транс формации [Текст] / И.А. Батанов. – СПб., [Б.м.], 2000. – 132 с.

6. Бек, У. Общество риска. На пути к другому модерну. – М.:

Прогресс-Традиция, 2000. – 384 с.

Список использованных источников и литературы 7. Белл, Д. Грядущее постиндустриальное общество [Текст] / Д. Белл. – М.: Academia, 1999. – 782 с.

8. Бергер, П. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания [Текст] / П. Бергер, Т. Лукман. – М.: Изд-во «Медиум», 1995. – 323 с.

9. Бердяев, Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли ХIХ и начала ХХ века [Текст] / Н.А. Бердяев. – СПб., [Б.м.], 1992. – 541 с.

10. Бердяев, Н.А. Судьба России (Опыты по психологии войны и на циональности) [Текст] / Н.А. Бердяев. – М.: Философское обще ство СССР, 1990. – 256 с.

11. Бляхер, Л.Е. Нестабильные социальные состояния [Текст] / Л.Е. Бляхер. – М.: РОССПЭН, 2005. – 208 с.

12. Бьюкенен, Дж. Сочинения [Текст] / Дж. Бьюкенен. – Т. 1. – М.:

Таурус Альфа, 1997. – 560 с.

13. Вебер, М. Основные социальные понятия [Текст] / М. Вебер // Избранные произведения. – М., [Б.м.], 1990. – С. 602 – 633.

14. Гайдар, Е.Т. Государство и эволюция [Текст] / Е.Т. Гайдар. – М., [Б.м.], 1995. – 558 с.

15. Гельман, В.Я. Трансформация в России: политический режим и демократическая оппозиция [Текст] / В.Я. Гельман. – М., [Б.м.], 1999. – 240 с.

16. Гидденс, Э. Устроение общества: Очерк теории структурации [Текст] / Э. Гидденс. – 2-е изд. – М.: Академический Проект, 2005. – 528 с.

17. Гордон, Л.А. Потери и обретения России в девяностых [Текст] / Л.А. Гордон. – Т. 1. Меняющаяся страна в меняющемся обществе. – М., [Б.м.], 2000. – 304 с.

18. Горшков, М.К. Российское общество в условиях трансформации:

мифы и реальность (социологический анализ). 1992 – 2002 гг.

[Текст] / М.К. Горшков. – М.: РОССПЭН, 2003. – 512 с.

19. Грачев, М.Н. Демократия: методология исследования, анализ пер спектив [Текст] / М.Н. Грачев, А.С. Мадатов. – М.: Изд-во «АЛ КИГАММА», 2004. – 128 с.

162 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

20. Грушин, Б.А. Четыре жизни России в зеркале опросов обществен ного мнения. Очерки массового сознания россиян времен Хру щева, Брежнева, Горбачева и Ельцина [Текст] / Б.А. Грушин. – В 4 кн. Жизнь 1-я. Эпоха Хрущева. – М.: Прогресс – Традиция, 2001. – 619 с.

21. Даль, Р. Демократия и ее критики [Текст] / Р. Даль. – М.: РОС СПЭН, 2003. – 576 с.

22. Даль, Р. О демократии [Текст] / Р. Даль. – М., [Б.м.], 2000. – 208 с.

23. Данилов, А.Н. Переходное общество. Проблемы системной транс формации [Текст] / А.Н. Данилов. – Минск: «Харвест», 1997. – 431 с.

24. Дарендорф, Р. После 1989. Мораль, революция и гражданское об щество. Размышления о революции в Европе [Текст] / Р. Дарен дорф. – М., 1998. – 272 с.

25. Дробижева, Л.М. Демократизация и образы национализма в РФ 90-х гг. [Текст] / Л.М. Дробижева [и др.]. – М.: Мысль, 1996. – 382 с.

26. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда [Текст] / Э. Дюркгейм. – М.: Канон, 1996. – 431 с.

27. Закария, Ф. Будущее свободы: нелиберальная демократия в США и за ее пределами [Текст] / Ф. Закария. – М.: Ладомир, 2004. – 383 с.

28. Заславская, Т.И. Социетальная трансформация российского об щества: деятельностно-структурная концепция [Текст] / Т.И. За славская. – М.: Дело. – 2002. – 568 с.

29. Ильин, В.В. Реформы и контрреформы в России [Текст] / В.В. Ильин [и др.]. – М.: Изд-во МГУ, 1996. – 400 с.

30. Ильин, И.А. Творческая идея нашего будущего: Об основах ду ховного характера [Текст] / И.А. Ильин. – Новосибирск, [Б.м.], 1991. – 31 с.

31. Ильин, М.В. Очерки хронополитической типологии [Текст] / М.В. Ильин. – Ч. 1. Основания хронополитики. – М., [Б.м.], 1993. – 112 с.

Список использованных источников и литературы 32. Ильин, М.В. Очерки хронополитической типологии [Текст] / М.В. Ильин. – Ч. 2 – 3. Хронополитическая перспектива. – М., [Б.м.], 1993. – 140 с.

33. Ильин, М.В. Слова и смыслы. Опыт описания ключевых политиче ских понятий [Текст] / М.В. Ильин. – М.: РОССПЭН, 1997. – 430 с.

34. Каган, М.С. Философская теория ценности [Текст] / М.С. Каган. – СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1997. – 205 с.

35. Капустин, Б.Г. Либеральные ценности в сознании россиян [Текст] / Б.Г. Капустин. – М., [Б.м.], 1994. – 79 с.

36. Касьянова, К. О русском национальном характере [Текст] / К. Касья нова. – М.: Изд-во Института нац. модели экономики, 1994. – 367 с.

37. Качанов, Ю.Л. Опыты о поле политики [Текст] / Ю.Л. Качанов. – М. – 1994. – 159 с.

38. Кирдина, С.Г. Институциональные матрицы и развитие России [Текст] / С.Г. Кирдина. – М.: ТЕИС, 2000. – 213 с.

39. Кирьякова, А.В. Теория ориентации личности в мире ценностей [Текст] / А.В. Кирьякова. – Оренбург: [Б.м.], 1996. – 188 с.

40. Клакхон, К. Зеркало для человека. Введение в антропологию [Текст] / К. Клакхон. – СПб., [Б.м.], 1998. – 352 с.

41. Кокошин, А.А. Реальный суверенитет в современной миропо литической системе [Текст]/ А.А. Кокошин. – Изд. 2-е, расшир.

и доп. – М.: ЛЕНАНД, 2005. – 78 с.

42. Коуз, Р. Фирма, рынок и право [Текст] / Р. Коуз. – М.: Дело ЛТД, 1993. – 193 с.

43. Крозье, М. Блокированное общество [Текст] / М. Крозье. – Па риж, [Б.м.], 1977.

44. Лапина, Н.Ю. Регионы-лидеры: экономика и политическая дина мика (на примере Ярославской и Самарской областей) [Текст] / Н.Ю. Лапина, А.Е. Чирикова. – М.: Изд-во Института социологии РАН, 2002. – 324 с.

45. Лапина, Н.Ю. Стратегии региональных элит: экономика, модели власти, политический выбор [Текст] / Н.Ю. Лапина, А.Е. Чирико ва. – М.: ИНИОН, 2000. – 200 с.

164 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

46. Лейпхарт, А. Демократия в многосоставных обществах: сравни тельное исследование [Текст] / А. Лейпхарт. – М.: [Б.м.], 1997. – 587 с.

47. Липсет, С.М. Консенсус и конфликт. Очерки по политической со циологии [Текст] / С.М. Липсет. – М.: ИНИОН РАН, 1987. – 33 с.

48. Локосов, В.В. Трансформация российского общества. Социологи ческие аспекты [Текст] / В.В. Локосов. – М.: РИЦ ИСПИРАН, 2002. – 252 с.

49. Лосский, Н.О. Характер русского народа [Текст] / Н.О. Лосский. – В 2 кн. – М., [Б.м.], 1990. – 224 с.

50. Максимов, А.Н. Философия ценностей [Текст] / А.Н. Максимов. – М.: Высш. шк., 1997. – 176 с.

51. Манхейм, К. Диагноз нашего времени [Текст] / К. Манхейм. – М.:

Юрист, 1994. – 430 с.

52. Манхейм, К. Очерки социологии знания [Текст] / К. Манхейм. – М.: ИНИОН. – 2000. – 249 с.

53. Медушевский, А.Н. Демократия и авторитаризм: Российский конституционализм в сравнительной перспективе [Текст] / А.Н. Медушевский. – М.: РОССПЭН, 1998. – 650 с.

54. Мельвиль, А.Ю. Демократические транзиты: теоретико методологические и прикладные аспекты [Текст] / А.Ю. Мель виль. – М.: МОНФ, 1999. – 106 с.

55. Мигранян, А. Россия. От хаоса к порядку? (1995 – 2000) [Текст] / А. Мигранян. – М.: МОНФ, 2001. – 549 с.

56. Мы и они: Россия в сравнительной перспективе [Текст] / под ред.

В.А. Мау [и др.]. – М.: Изд-во Института переходного периода, 2005. – 240 с.

57. Норт, Д. Институты, институциональные изменения и функцио нирование экономики [Текст] / Д. Норт. – М.: Фонд экономиче ской книги «НАЧАЛА», 1997. – 188 с.

58. Общественный разлом и рождение новой социологии: двадцать лет мониторинга [Текст]. – М.: Новое издательство, 2008. – 468 с.

Список использованных источников и литературы 59. Олпорт, Г. Становление личности: Избранные труды [Текст] / Г. Оллпорт / под ред. Д.А. Леонтьева. – М.: Смысл, 2002. – 462 с.

60. Парсонс, Т. О структуре социального действия [Текст] / Т. Пар сонс. – М.: Академический Проект, 2000. – 880 с.

61. Парсонс, Т. Система современных обществ [Текст] / Т. Парсонс. – М., [Б.м.], 1998. – 270 с.


62. Перегудов, С.П. Группы интересов в российском государстве [Текст] / С.П. Перегудов, Н.Ю. Лапина, И.С. Семененко. – М.:

Эдиториал УРСС, 1999. – 350 с.

63. Перлз, Ф. Эго, голод, агрессия [Текст] / Ф. Перлз. – М.: Смысл, 2000. – 358 с.

64. Поляков, Л.В. Как Россия нас обустраивает [Текст] / Л.В. Поля ков. – М., [Б.м.], 1996. – 160 с.

65. Поляков, Л.В. Политическая система современной России [Текст] / Л.В. Поляков. – М., [Б.м.], 2005. – 123 с.

66. Поляков, Л.В. Путинская Россия: политическая деградация или политическая модернизация [Текст] / Л.В. Поляков. – М.: ГУ ВШЭ, 2007. – 20 с.

67. Поляков, Л.В. Путь России в современность: модернизация как деархизация [Текст] / Л.В. Поляков. – М.: Институт философии РАН, 1998. – 202 с.

68. Пшеворский, А. Демократия и рынок. Политические и эко номические реформы в Восточной Европе и Латинской Аме рике [Текст] / А. Пшеворский. – М.: РОССПЭН, 1999. – 320 с.

69. Региональные элиты Северо-запада России: политические и эко номические ориентации [Текст] / под ред. А.В. Дуки. – СПб.: Але тейя, 2001. – 352 с.

70. Россия регионов: трансформация политических режимов [Текст] / под ред. В.Я. Гельмана [и др.]. – М.: «Весь мир», 2000. – 376 с.

71. Россия, которую мы обретаем [Текст] / отв. ред. Т.И. Заславская, З.И. Калугина. – Новосибирск: Наука, 2003. – 676 с.

166 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

72. Руденкин, В.Н. Гражданское общество в России: История и совре менность [Текст] / В.Н. Руденкин. – Екатеринбург: Изд-во Ураль ского университета, 2002. – 196 с.

73. Сергеев, В.М. Демократия как переговорный процесс [Текст] / В.М. Сергеев. – М.: Издательский центр научных и учебных про грамм, 1999. – 147 с.

74. Сорокин, П. Человек, цивилизация, общество [Текст] / П. Соро кин. – М.: [Б.м.], 1992. – 220 с.

75. Средний класс в современном российском обществе [Текст]. – М.:

РОССПЭН, РНИСиНП, 1999. – 304 с.

76. Стиглиц, Дж. Ревущие девяностые. Семена развала [Текст] / Дж.

Стиглиц / пер. с англ. д. п. н. Г.Г. Пирогова. – М.: Общественно научный фонд «Современная экономика и право», 2005. – 424 с.

77. Стратегия для России. Повестка дня для Президента [Текст]. – М.: Вагриус, 2000. – 200 с.

78. Сурина, И.А. Ценностные ориентации как предмет социологиче ского исследования [Текст] / И.А. Сурина. – М.: Институт моло дежи, 1996. – 130 с.

79. Тернер, Дж. Социальное влияние [Текст] / Дж. Тернер. – СПб.:

Питер, 2003. – 256 с.

80. Тойнби, А.Дж. Постижение истории [Текст] / А.Дж. Тойнби. – М.:

Прогресс, 1990. – 730 с.

81. Третий электоральный цикл в России [Текст] / под ред. В.Я. Гель мана. – СПб.: Изд-во Европейского университета, 2007. – 294 с.

82. Турен, А. Возвращение человека действующего. Очерк социоло гии [Текст] / А. Турен. – М.: Научный мир, 1998. – 204 c.

83. Туровский, Р.Ф. Центр и регионы: проблемы политических от ношений [Текст] / Р.Ф. Туровский. – М.: Издательский дом ГУ ВШЭ, 2006. – 400 с.

84. Фестингер, Л. Теория когнитивного диссонанса [Текст] / Л. Фе стингер. – СПб.: Ювента, 1999. – 318 с.

85. Филипс, Л. Проблемы адаптации человека [Текст] / Л. Филипс. – СПб.: Питер, 2000. – 294 с.

Список использованных источников и литературы 86. Фонотов, А.Г. Россия от мобилизационного общества к инноваци онному [Текст] / А.Г. Фонотов. – М.: Наука – 1993. – 272 с.

87. Франк, С.Л. Духовные основы общества [Текст] / С.Л. Франк. – М., [Б.м.], 1992. – 510 с.

88. Франкл, В. Человек в поисках смысла [Текст] / В. Франкл. – М.:

Прогресс, 1990. – 368 с.

89. Фромм, Э. Революция надежды [Текст] / Э. Фромм. – М.: Айрис – пресс, 2005. – 352 с.

90. Фурман, Д. Наши десять лет. Политический процесс в России с 1991 по 2001 год [Текст] / Д. Фурман. – СПб.: Летний сад, 2001. – 446 с.

91. Хабермас, Ю. Политические работы [Текст]/ Ю. Хабермас. – М.:

Праксис, 2005. – 368 с.

92. Хантингтон, С. Политический порядок в меняющихся обществах [Текст] / С. Хантингтон. – М.: Прогресс – Традиция, 2004. – 480 с.

93. Хантингтон, С. Третья волна. Демократизация в конце ХХ века [Текст] / С. Хантингтон. – М.: РОССПЭН, 2003. – 368 с.

94. Хобсбаум, Э. Эпоха крайностей: Короткий двадцатый век (1914 – 1991) [Текст] / Э. Хобсбаум. – М.: Изд-во Независимая Газета, 2004. – 632 с.

95. Ценности и символы национального самосознания в условиях из меняющегося общества [Текст]. – М., [Б.м.], 1994. – 236 с.

96. Штомпка, П. Социологический анализ современного общества [Текст] / П. Штомпка. – М.: Логос, 2005. – 655 с.

97. Штомпка, П. Социология социальных изменений [Текст] / П. Штомпка. – М.: Аспект Пресс, 1996. – 416 с.

98. Шумпетер, Й.А. Капитализм, социализм и демократия [Текст] / Й.А. Шумпетер. – М.: Экономика, 1995. – 540 с.

99. Эйзенштадт, Ш. Революция и преобразование обществ. Сравни тельное изучение цивилизаций [Текст] / Ш. Эйзенштадт / пер.

с англ. А.В. Гордона под ред. Б.С. Ерасова. – М.: Аспект Пресс, 1999. – 416 с.

168 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

100. Эндрейн, Ч.Ф. Сравнительный анализ политических систем.

Эффективность осуществления политического курса и социаль ные преобразования [Текст] / Ч.Ф. Эндрейн. – М.: «ИНФРА-М», «Весь мир», 2000. – 319 с.

Статьи и сборники 101. Авксентьев, В. Макросоциальные идентичности в России XXI века: конфликтность и векторы развития [Текст] / В. Авксен тьев, М. Попов // Обозреватель. – 2006. – № 8. – С. 17 – 24.

102. Агеев, Г.В. Особенности современного этапа трансформации по литической системы России [Текст] / Г.В. Агеев // Власть. – 2007. – № 4. – С. 90 – 92.

103. Агеева, Е.А. Консолидация общества как политический феномен [Текст] / Е.А. Агеева // Политика и политология: актуальный ра курс. – Москва – Тула: Изд-во ТулГУ, 2005. – С. 6 – 12.

104. Акулич, М.М. Функционально-целевое согласие: становление и развитие [Текст] / М.М. Акулич // Социс. – 2002. – № 1. – С. 7 – 16.

105. Алмонд, Г. Гражданская культура и стабильность демократии [Текст] / Г. Алмонд, С. Верба // Полис. – 1992. – № 4. – С. 120 – 135.

106. Андреев, А. Российский социум на фоне реформ: общество, го сударство, нация [Текст] / А. Андреев // Мировая экономика и международные отношения. – 1999. – № 5. – С. 94 – 108.

107. Андреев, А.Л. Россия и Европа: культурно-психологическая дис танция глазами социолога [Текст] / А.Л. Андреев // Обществен ные науки и современность. – 2003. – № 3. – С. 96 – 106.

108. Анохин, М.Г. Опыт общественно-политических трансформа ций на постсоветском пространстве: «круглый стол» российских и польских ученых [Текст] / М.Г. Анохин, В.П. Воротников // Вестник Московского Университета. – Сер. 12, Политические науки. – 2005. – № 2. – С. 92 – 93.

109. Анохин, М.Г. Политика и экономика на постсоциалистическом пространстве [Текст] / М.Г. Анохин, Д.О. Матвеенков // Диалог Список использованных источников и литературы Восток – Запад: становление и развитие постсоциалистических систем. Материалы Международной конференции организован ной в рамках Международного дискуссионного клуба (Прага, 30 октября – 1 ноября 2006 г.) // Приложение к журналу Мир и Согласие. – М., 2007. – С. 37 – 47.

110. Анохина, Н.В. Пропорциональная система и опасности прези дентализма: российский случай [Текст] / Н.В. Анохина, Е.Ю. Ме лешкина // Полис. – 2007. – № 5. – С. 8 – 24.

111. Арзамаскин, Н.Н. Соотношение понятий «переходность», «мо дернизация», «демократический транзит» и «трансформация»

в исследованиях переходной государственности [Текст] / Н.Н.

Арзамаскин // Право и политика. – 2007. – № 5. – С. 17 – 21.

112. Артамонова, Ю.Д. Постмодерн или постмодернизация? (Опыт концептуализации ценностных изменений) [Текст] / Ю.Д. Ар тамонова, А.Л. Демчук // Политическая наука. – 2002. – № 2. – С. 8 – 23.

113. Арчер, М. Реализм и морфогенез [Текст] / М. Арчер // Теория общества. – М.: КАНОН-пресс-ц, Кучково поле, 1999. – С. 63 – 78.

114. Аскольдов, С.А. Религиозный смысл русской революции [Текст] / С.А. Аскольдов // Из глубины: Сб. ст. о русской революции. – М.:

Изд-во Московского университета, 1990. – С. 20 – 54.

115. Ахиезер, А.С. Переходность в культурно-историческом процессе и роль субъекта в динамике цивилизации [Текст] / А.С. Ахиезер // Цивилизация. Восхождение и слом. – М.: Наука, 2003. – С. 128 – 144.

116. Ахиезер, А.С. Россия – сложное нелинейное общество [Текст] / А.С. Ахиезер // Отечественные записки. – 2003. – № 4. – С. 543 – 548.

117. Ахиезер, А.С. Ценности общества и возможности реформ в Рос сии [Текст] / А.С. Ахиезер // Общественные науки и современ ность. – 1994. – № 1. – С. 17 – 27.

118. Ачкасов, В.А., Елисеев, С.М., Ланцов, С.А. Легитимация власти в постсоциалистическом российском обществе [Текст] / В.А. Ач касов, С.М. Елисеев, С.А. Ланцов. – М., [Б.м.], 1996. – С. 47 – 58.

170 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

119. Аюпов, М.А. Политико-трансформационный процесс и его структура [Текст] / М.А. Аюпов // Социально-гуманитарные зна ния. – 2003. – № 4. – С. 272 – 287.

120. Байме К. фон Теория трансформации – новая междисципли нарная отрасль знания? [Текст] / К. фон Байме // Государство и право. – 1994. – № 7. – С. 148 – 159.

121. Байме, К. фон Партии в процессе демократической консоли дации [Текст] / К. Байме // Повороты истории. Постсоциали стические трансформации глазами немецких исследователей / ред.-сост. П. Штынов. – СПб.: Европ. ун-т СПб. – Т. 2. Постсо циалистические трансформации: в сравнительной перспективе. – 2003. – С. 64 – 101.

122. Байхельт, Т. Демократия и консолидация в постсоциалистиче ской Европе [Текст] / Т. Байхельт //Повороты истории. Постсоци алистические трансформации глазами немецких исследователей/ ред.-сост. П. Штынов. — СПб.: Европ. ун-т СПб. – Т.1. Пост социалистические трансформации: теоретические подходы. — 2003. — С. 474 – 475.


123. Банс, В. Роковая роль государственных институтов: становление и разрушение социализма и государства [Текст] / В. Банс // Кон ституционное право: Восточноевропейское обозрение. – 2002. – № 2. – С. 184 – 186.

124. Банс, В. Элементы неопределенности в переходный период [Текст] / В. Банс // Полис. – 1993. – № 1. – С. 116 – 124.

125. Баранов, Н.А. Консолидация демократии в России: перспек тивы развития Текст] / Н.А. Баранов // Россия в мировом политическом процессе: Материалы научной конференции (Санкт-Петербург, 18 февраля 2005 г.). – СПб.: БГТУ, 2005. – С. 6 – 14.

126. Батанина, И.А. Взаимосвязь политического участия и демокра тии [Текст] / И.А. Батанина, А.А. Лаврикова // Избирательный процесс в современной России: состояние, тенденции, перспекти вы. – Тула: Изд-во ТулГУ, 2006. – С. 20 – 29.

Список использованных источников и литературы 127. Берг, О.В. Классификация властных полномочий и оптимиза ция системы органов власти [Текст] / О.В. Берг // Государствен ная власть и местное самоуправление. – 2001. – № 3. – С. 5 – 7.

128. Бессонова, О.Э. Общая теория институционализации трансфор мации как новая картина мира [Текст] / О.Э. Бессонова // Обще ственные науки и современность. – 2006. – № 2. – С. 130 – 142.

129. Биби, С. Коммуникация и ценности [Текст] / С. Биби, Т.П. Мо тет // Вестник РГГУ. Сер. Политология. – 2007. – № 1. – С. 11 – 32.

130. Бляхер, Л.Е. «Презумпция виновности». Метаморфозы полити ческих институтов в России [Текст] / Л.Е. Бляхер // Pro et contra. – 2002. – Т. 7. – № 3. – С. 77 – 91.

131. Бляхер, Л.Е. Властные игры в кризисном социуме: преобра зование российской институциональной структуры [Текст] / Л.Е. Бляхер // Полис. – 2003. – № 1. – С. 63 – 73.

132. Бобнева, М.И. Феноменология ценностных систем личности [Текст] / М.И. Бобнева // Вестник гуманитарного научного фон да. – 1996. – № 1. – С. 137 – 139.

133. Бобров, В.В. Устойчивое социальное развитие: аксиологический аспект [Текст] / В.В. Бобров // Гуманитарные науки в Сибири. – 1998. – № 1. – С. 50 – 51.

134. Бойков, В.Э. Ценности и ориентации общественного политиче ского сознания россиян [Текст] / В.Э. Бойков // Социс. – 2004. – № 7. – С. 46 – 52.

135. Бороноев, А.О. Российский менталитет и реформы [Текст] / А.О. Бороноев, П.И. Смирнов // Общество и политика: Совре менные исследования, поиск концепций. – СПб.: Изд-во Санкт – Петерб. ун-та. – 2000. – С. 274 – 303.

136. Брицкий, Г.О. Восприятие процесса трансформации: предпочте ния российских граждан в публичной сфере [Текст] / Г.О. Бриц кий // Вестник МосковскогоУниверситета. – Сер. 18. Социология и политология. – 1998. – № 2. – С. 153 – 166.

137. Брушлинский, А. Российские реформы и духовность (о психоло гии индивидуального и коллективного субъекта в изменяющемся 172 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

обществе) [Текст] / А. Брушлинский // Общество и экономика. – 1999. – № 10 – 11 – С. 287 – 289.

138. Бызов, Л. Выборы 2007 г. и перспективы трансформации поли тической системы России [Текст] / Л. Бызов // Мониторинг об щественного мнения: экономические и социальные перемены. – 2007. – № 4. – С. 4 – 11.

139. Бызов, Л.Г. Основные идеологические течения в массовом со знании современной России [Текст] / Л.Г. Бызов // Мониторинг общественного мнения. – 2006. – № 4. – С. 142 – 150.

140. Бызов, Л.Г. Первые контуры «постпереходной эпохи» [Текст] / Л.Г. Бызов // Социс. – 2001. – № 4. – С. 3 – 15.

141. Вайнштейн, Г.И. Закономерности и проблемы посткоммунисти ческих трансформаций [Текст] /Г.И. Вайнштейн // Политические институты на рубеже тысячелетий. – Дубна: ООО «Феникс+», 2001. – С. 136 – 171.

142. Вайнштейн, Г.И. Общественное сознание и трансформаци онный процесс в России (о проблеме взаимосвязей) [Текст] / Г.И. Вайнштейн // Мировая экономика и международные отно шения. – 1999. – № 2. – С. 13 – 22.

143. Вайнштейн, Г.И. Российский транзит и проблема типологи ческого разнообразия «глобальной демократизации» [Текст] / Г.И. Вайнштейн // Политические институты на рубеже тысячеле тий. – Дубна: ООО «Феникс +», 2001. – С. 410 – 443.

144. Валенсуэла, А. Хрупкие демократии [Текст] / А. Валенсуэла // Финансы & развитие. – 17 декабря 2005 г. – Вып. 42. – № 4. – С. 16 – 17.

145. Василенко, И.А. Опыт общественно-политических трансформа ций на постсоветском пространстве: «круглый стол» российских и польских ученых [Текст] / И.А. Василенко // Вестник Москов ского Университета. – Сер. 12, Политические науки. – 2005. – № 2. – С. 9 – 12.

146. Васильева, Л.Н. Элита и эрзац-элита: политическое будущее России [Текст] / Л.Н. Васильева // Общественные науки и совре менность. – 2007. – № 1. – С. 91 – 102.

Список использованных источников и литературы 147. Васович, В. Переход к демократии в посткоммунистических странах (Парадоксы перехода – демократизации) [Текст] / В. Ва сович // Вестник МГУ. – Серия 18, Социология и политология. – 1998. – № 2 – 3. – С. 19 – 48.

148. Вебер, М. Основные социальные понятия [Текст] / М. Вебер // Избранные произведения. – М., [Б.м.], 1990. – С. 602 – 633.

149. Вебер, М. Харизматическое господство [Текст] / М. Вебер // Со цис. – 1988. – № 5. – С. 139 – 147.

150. Веймин, Т. Множественность модернизаций и последствия этого явления для Восточной Азии [Текст] / Т. Веймин // Культура име ет значение: каким образом ценности способствуют обществен ному прогрессу [Текст] / под ред. Л. Харрисона, С. Хантингтона.

– М.;

Московская школа политических исследований, 2002. – С. 237 – 250.

151. Великая, Н.М. Проблемы консолидации общества и власти [Текст] / Н.М. Великая // Социс. – 2005. – № 5. – С. 60 – 71.

152. Володенков, С.В. Модели динамики политических процессов в условиях переходного периода [Текст] / С.В. Володенков //Вест ник МГУ. – Сер. 12, Политические науки. – 1999. – № 6. – С. 36 – 47.

153. Гаврилюк, В.В. Динамика ценностных ориентаций в пери од социальной трансформации (поколенный подход) [Текст] / В.В. Гаврилюк, Н.А. Трикоз // Социс. – 2002. – № 1. – С. 96 – 105.

154. Галкин, А.А. Глобализация и политические потрясения ХХI века [Текст] / А.А. Галкин // Полис. – 2005. – № 4. – С. 68 – 69.

155.Гаман-Голутвина, О.В. Бюрократия или олигархия? [Текст] / О.В. Га ман-Голутвина // Куда идет Россия?.. Власть, общество, личность / под общ. ред. Т.И. Заславской. – М., [Б.м.], 2000. – С. 162 – 172.

156. Гаман-Голутвина, О.В. Региональные элиты России: персо нальный состав и тенденции эволюции (I) [Текст] / О.В. Гаман Голутвина // Полис. – 2004. – № 2. – С. 6 – 19.

157. Гаман-Голутвина, О.В. Региональные элиты России: персо нальный состав и тенденции эволюции (II) [Текст] / О.В. Гаман Голутвина // Полис. – 2004. – № 3. – С. 22 – 31.

174 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

158. Гаман-Голутвина, О.В. Российские партии на выборах: картель «хватай всех» [Текст] / О.В. Гаман-Голутвина // Полис. – 2004. – № 1. – С. 22 – 25.

159. Гельман, В.Я. «Учредительные выборы» в контексте российской трансформации [Текст] / В.Я. Гельман // Общественные науки и современность. – 1999. – № 6. – С. 46 – 64.

160. Гельман, В.Я. Из огня да в полымя?: (динамика постсоветских режимов в сравнительной перспективе) // [Текст] / В.Я. Гель ман // Полис. – 2007. – № 2. – С. 81 – 108.

161. Гельман, В.Я. Институциональное строительство и неформаль ные институты в современной российской политике [Текст] / В.Я. Гельман // Полис. – 2003. – № 4. – С. 6 – 17.

162. Гельман, В.Я. От «бесформенного плюрализма» к «доминирую щей власти»? (Трансформация российской партийной системы) [Текст] / В.Я. Гельман // Общественные науки и современность. – 2006. – № 1. – С. 46 – 58.

163. Гельман, В.Я. Политические диффузии в условиях простран ственно гибридного режима: институциональное строительство и выборы мэров в городах России [Текст] / В.Я. Гельман, Т.В. Лан кина // Полис. – 2007. – № 6. – С. 86 – 109.

164. Гельман, В.Я. Политические элиты и стратегии региональ ной идентичности [Текст] / В.Я. Гельман // Журнал социо логии и социальной антропологии. – 2003. – Т. 6. – № 2. – С. 91 – 105.

165.Гельман, В.Я. Постсоветские политические трансформации. На броски к теории [Текст] / В.Я. Гельман // Полис. – 2001. – № 1. – С. 15 – 30.

166. Гельман, В.Я. Региональная власть в современной России: ин ституты режимы и практики [Текст] / В.Я. Гельман // Полис. – 1998. – № 1. – С. 87 – 104.

167. Герасимов, И. Российская ментальность и модернизация [Текст] / И. Герасимов // Общественные науки и современность. – 1994. – № 4. – С. 63 – 73.

Список использованных источников и литературы 168. Гидденс, Э. Элементы теории структурации [Текст] / Э. Гидденс // Современная социальная теория: Бурдьё, Гидденс, Хабермас. – Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 1995. – С. 40 – 70.

169. Глухова, А.В. Социокультурный конфликт как фактор современ ного политического процесса [Текст] / А.В. Глухова // Логос. – 2005. – № 4 (49). – С. 201 – 215.

170. Голосов, В.Г. «Партии власти» и российский институциональ ный дизайн: теоретический анализ [Текст] / В.Г. Голосов, А.В.

Лихтенштейн // Вся политика. Хрестоматия / сост. В.Д. Нечаев, А.В. Филиппов. – М.: Изд-во «Европа», 2006. – С. 322 – 330.

171. Голосов, Г. Электоральный авторитаризм а России [Текст] / Г. Голосов // Pro et Contra. – 2008. – Т. 12. – № 1. – С. 24 – 35.

172. Голосов, Г.В. Форматы партийных систем в новых демократиях:

институциональные факторы неустойчивости и фрагментации [Текст] / Г.В. Голосов // Полис. – 1998. – № 1. – С. 106 – 130.

173. Гончаров, П.К. Политический транзит: от концепции модерни зации к парадигме транзитологии [Текст]/ П.К. Гончаров // Вест ник МГУ. Сер. 18. Социология и политология. – 2006. – № 2. – С. 59 – 78.

174. Горбатов, С.А. Гражданское общество: концептуальные основы и проблемы политической практики в условиях глобализации [Текст] / С.А. Горбатов // Институт государства и гражданское общество: модели взаимодействия: сб. науч. трудов/под ред.

д-ра полит. наук Д.Н. Нечае-ва. – Воронеж: Изд-во ВГУ, 2005. – С. 42 – 54.

175. Гудин, Р.И. Политическая наука как дисциплина [Текст] / Р.И. Гудин, Х.-Д. Клингеманн // Политическая наука: новые на правления. – М.: Вече, 1999. – С. 29 – 69.

176. Гудков, Л.Д. Реформы и процессы общественной примитивиза ции [Текст] / Л.Д. Гудков // Кто и куда стремится вести Россию?..

Акторы макро-, мезо– и микроуровней современного транс формационного процесса / под общ. ред. Т.И. Заславской. – М.:

МВШСЭН, 2001. – С. 290 – 292.

176 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

177. Даймонд, Л. Определение и развитие демократии [Текст] / Л. Даймонд // Теория и практика демократии: Избранные тексты. – М.: Ладомир, 2006. – С. 25 – 33.

178. Даймонд, Л. Прошла ли «третья волна» демократизации? [Текст] / Л. Даймонд // Полис. – 1999. – № 1. – С. 11 – 25.

179. Даль, Р. Демократия и ее критики [Текст] / Р. Даль // Россия XXI. – 1998. – № 3 – 4. – С. 102 – 124.

180. Даль, Р. Полиархия, плюрализм и пространство [Текст] / Р. Даль // Вопросы философии. – 1994. – № 3. – С. 37 – 48.

181. Даль, Р. Предпосылки возникновения и утверждения полиархий [Текст] / Р. Даль // Вся политика. Хрестоматия / сост. В.Д. Не чаев, А.В. Филиппов. – М.: Европа, 2006. – С. 87 – 96.

182. Делягин, М.Г. Ценностный кризис: почему формальная демо кратия не работает [Текст] / М.Г. Делягин // Полис. – 2008. – № 1. – С. 109 – 122.

183. Десять лет российских реформ глазами россиян [Текст] // Со цис. – 2002. – № 10. – С. 22 – 37.

184. Джермани, Дж. Основные характеристики процесса модерниза ции [Текст] / Дж. Джермани // Сравнительное изучение цивили заций: Хрестоматия / сост. Б.С. Ерасов. – М.: Аспект Пресс, 1998. – С. 464 – 467.

185. Дилигенский, Г.Г. Реформы и общественная психология [Текст] / Г.Г. Дилигенский // Власть. – 1998. – № 5. – С. 8 – 16.

186. Дискин, И. Российская модель социальной трансформации [Текст] / И. Дискин // Pro et Contra. – 1999. – Т.4. – № 3. – С. 5 – 40.

187. Доган, М. Падение традиционных ценностей в Западной Европе:

религия, государство-нация, власть [Текст] / М. Доган // Мировая экономика и международные отношения. – 1999. – № 12. – С. 23 – 30.

188. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда [Текст] / Э. Дюркгейм // Западно-европейская социология ХIХ – начала ХХ веков. – М., [Б.м.], 1996. – С. 256 – 309.

189. Евтодьева, М.Г. Политико-культурный и институциональный подходы к политическим изменениям: (воспроизводство инсти Список использованных источников и литературы тутов и политико-культурных ориентаций) [Текст] / М.Г. Евто дьева // Вестник МГУ. Сер. 12. Политические науки. – 2006. – № 3. – С. 107 – 115.

190. Елизаров, В.П. Элитистская теория демократии и современный российский политический процесс [Текст] / В.П. Елизаров // По лис. – 1999. – № 1. – С. 72 – 78.

191. Елисеев, С.М. Выйти из «бермудского треугольника»: о мето дологии исследования посткоммунистических трансформаций [Текст] / С.М. Елисеев // Полис. – 2002. – № 6. – С. 71 – 82.

192. Запесоцкий, А.С. Дети эпохи перемен: их ценности и выбор [Текст] / А.С. Запесоцкий // Социс. – 2006. – № 12. – С. 98 – 104.

193. Зарицкий, Т. Культурный капитал и политические ориентации молодого поколения и положение интеллигенции (по результа там сравнительного исследования студентов вузов Москвы и Вар шавы) [Текст] / Т. Зарицкий // Вестник общественного мнения. – 2007. – № 1. – С. 34 – 53.

194. Заславская, Т.И. О движущих силах трансформации российско го общества [Текст] / Т.И. Заславская // Общество и экономика. – 2003. – № 6. – С. 65 – 84.

195. Заславская, Т.И. О социальном механизме посткоммунистиче ских преобразований в России [Текст] / Т.И. Заславская // Со цис. – 2002. – № 8. – С. 3 – 16.

196. Заславская, Т.И. Социальные механизмы трансформации неправовых практик [Текст] / Т.И. Заславская, М.А. Шабано ва // Общественные науки и современность. – 2001. – № 5. – С. 5 – 24.

197. Зверев, А.Л. Поколенческая специфика политической социали зации граждан в постсоветской России [Текст] / А.Л. Зверев // Политическая психология, культура и коммуникация / отв. ред.

Е.Б. Шестопал. – М.: РАПН, РОССПЭН, 2008. – 36 – 67.

198. Звоновский, В.Б. Политика в пространстве жизненных интере сов молодежи [Текст] / В.Б. Звоновский // Вестник общественно го мнения. – 2007. – № 1. – С. 54 – 61.

178 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

199. Здравомыслова, О.М. Новый взгляд на общество? Изменяю щиеся представления о власти, справедливости и солидарности [Текст] /О.М. Здравомыслова // Полития. – 2003. – № 1 (28). – С. 35 – 51.

200. Зимон, Г. Специфика России глазами немецкого ученого [Текст] / Г. Зимон // Общественные науки и современность. – 2001. – № 4. – С. 113 – 122.

201. Зудин, А.Ю. «Культура имеет значение»: к предыстории россий ского транзита [Текст] / А.Ю. Зудин // Мир России. – 2002. – № 3. – С. 122 – 158.

202. Зудин, А.Ю. Режим В. Путина: контуры новой политической си стемы [Текст] / А.Ю. Зудин // Общественные науки и современ ность. – 2003. – № 2. – С. 67 – 83.

203. Зудин, А.Ю. Традиционализация и укоренение политических инноваций: к постановке проблемы [Текст] / А.Ю. Зудин // Об щественные науки и современность. – 2007. – № 4. – С. 67 – 79.

204. Иванов, А.Ф. Самодержавная демократия: дуалистический характер российского государственного устройства [Текст] / А.Ф. Иванов, С.В. Устименко // Полис. – 2007. – № 6. – С. 56 – 67.

205. Игошин, И.Н. Институциональные системы и их искажения [Текст] / И.Н. Игошин // Вестник Московского Университета. – Сер. 12, Политические науки. – 2003. – № 5. – 39 – 51.

206. Инглехарт, Р. Культура и демократия [Текст] / Р. Инглехарт // Куль тура имеет значение: каким образом ценности способствуют обще ственному прогрессу / под. ред. Л. Харрисона, С. Хантингтона. – М.:

Московская школа политических исследований, 2002. – С. 106 – 129.

207. Инглехарт, Р. Меняющиеся ценности, экономическое развитие и политические перемены [Текст] / Р. Инглхарт // Международный журнал социальных наук. – 1996. – № 12. – С. 9 – 41.

208. Инглхарт, Р. Постмодерн: меняющиеся ценности и изменяющие ся общества [Текст] / Р. Инглхарт // Полис. – 1997. – № 4. – С. 6 – 30.

209. Иноземцев,В.Л.ПриродаиперспективыПутинскогорежима[Текст]/ В.Л. Иноземцев // Свободная мысль. – 2007. – № 2. – С. 39 – 57.

Список использованных источников и литературы 210. Истон, Д. Будущее постбихевиоральной фазы в политической науке [Текст] / Д. Истон // Политическая наука. – 2000. – № 4. – С. 100 – 113.

211. Истон, Д. Категории системного анализа политики [Текст] / Д. Истон // Антология мировой политической мысли. – Т. 2. – М., [Б.м.], 1997. – С. 630 – 642.

212. Кабанченко, А.П. Политический процесс и политическая систе ма: источники саморазвития [Текст] / А.П. Кабанченко // Вестник Московского Университета. – Сер. 12., Политические науки. – 2001. – № 3. – С. 102 – 119.

213. Капустин, Б.Г. Либеральные ценности в сознании россиян [Текст] / Б.Г. Капустин, И.М. Клямкин // Полис. – 1994. – № 1. – С. 68 – 92.

214. Карл, Т.Л. Демократизация: концепты, постулаты, гипотезы.

Размышления по поводу применимости транзитологической парадигмы при изучении посткоммунистических трансформа ций [Текст] / Т.Л. Карл, Ф. Шмиттер // Полис. – 2004. – № 4. – С. 6 – 27.

215. Карл, Т.Л. Пути перехода от авторитаризма к демократии в Латинской Америке, Южной и Восточной Европе [Текст] / Т.Л. Карл, Ф. Шмиттер // Международный журнал социальных наук. – 1993. – № 3. – С. 29 – 45.

216. Карл, Т.Л. Что есть демократия? [Текст] / Т.Л. Карл, Ф. Шмит тер // Вся политика. Хрестоматия/сост. В.Д. Нечаев, А.В. Филип пов. – М.: Изд-во «Европа», 2006. – С. 142 – 146.

217. Карозерс, Т. Трезвый взгляд на демократию [Текст] / Т. Карозерс // Pro et Contra. – 2005. – № 1. – С. 73 – 81.

218. Карозерс, Т. Конец парадигмы транзита [Текст] / Т. Карозерс // Политическая наука. – 2003. – № 2. – С. 48 – 49.

219. Карозерс, Т. Ошибка теории «пэтапной демократизации» [Текст] / Т. Карозерс // Pro et Contra. – 2007. – № 1. – С. 85 – 105.

220. Качанов, Ю.Л. Опыты о поле политики [Текст] / Ю.Л. Качанов. – М. – 1994. – С. 115 – 117.

180 Коэволюция институциональных и социокультурных составляющих...

221. Кертман, Г.Л. Статус партии в российской политической культу ре [Текст] / Г.Л. Кертман // Полис. – 2007. – № 1. – С. 120 – 131.

222. Кирдина, С.Г. Модели экономики и теории институциональных матриц [Текст] / С.Г. Кирдина // Экономическая наука современ ной России. – 2007. – № 2 (37). – С. 34 – 51.

223. Кирдина, С.Г. Современные российские реформы: поиск зако номерностей [Текст] / С.Г. Кирдина // Общество и экономика. – 2002. – № 3 – 4. – С. 78 – 102.

224. Клямкин, И.М. Политическая социология переходного обще ства [Текст] / И.М. Клямкин // Полис. – 1993. – № 4. – С. 41 – 64.

225. Коваленко, В.И. Опыт общественно-политических трансформа ций на постсоветском пространстве: «круглый стол» российских и польских ученых [Текст]/ В.И. Коваленко // Вестник Москов ского Университета. – Сер. 12, Политические науки. – 2005. – № 2. – С. 34 – 35.

226. Ковбенко, Л.Н. Парламентская культура в России: традиция против транзита [Текст] / Л.Н. Ковбенко // Право и политика. – 2008. – № 5. – С. 1096 – 1098.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.