авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

ПРОГРАММА РАЗВИТИЯ

ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ

КАМЧАТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ ВИТУСА БЕРИНГА

НАУЧНО-ИССЛЕЖОВАТЕЛЬСКИЙ

ИНСТИТУТ

РЕГИОНАЛЬНЫХ ГУМАНИТАРНЫХ ПРОБЛЕМ

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЕНТР ТРАДИЦИОННЫХ

Россия

КУЛЬТУР НАРОДОВ КАМЧАТКИ

ИНТЕГРАТИВНЫЙ ОТДЕЛ БИОТЕХНОЛОГИИ И

ЭКОЛОГИИ

ТРАДИЦИОННЫЕ ЗНАНИЯ И ИХ

ЗНАЧИМОСТЬ ДЛЯ СОХРАНЕНИЯ

БИОРАЗНООБРАЗИЯ КАМЧАТКИ Под редакцией доктора исторических наук, профессора Ю.В. Корчагина Петропавловск-Камчатский 2008 63.5 (2Р-4Камч) К18 Традиционные знания и их значимость для сохранения биоразнообразия Камчатки. Монография / Под ред. д.ист.н., проф. Ю.В.Корчагина - Петро павловск-Камчатский. - Изд-во КамГУ им. Витуса Беринга. - 2008. - 236с.

Авторский коллектив Борисенко В.В., науч. сотр. (приложения, при участии науч. сотр. Балы кова А.А., науч.сотр. Рогатых С.С);

Голованева ТА., к.филол.н., доц. (глава 4);

Давыдова Т.В., к.ист.н. (глава 7);

Карпенко В.И., д.биол.н. (глава 3);

Корчагин Ю.В., д.ист.н., проф., руководитель авторского коллектива (вве дение, глава1, заключение, научная редакция);

Корчагин К.Ю., науч.сотр.

(библиография, совместно с к.филол.н. Олесовой Н.Г.);

Мурадов С.В., к.биол.н., доц. (руководитель проекта);

Олесова Н.Г., к.филол.н. (глава 5;

библиография, совместно с науч. сотр. Корчагиным К.Ю.);

Трефилова Е.Г., к.психол.н. (глава 6);

Шарахматова В.Н., науч. сотр. (главы 2, 8.) Рецензенты Глущенко О.А., доктор филологических наук, профессор Камчатского государственного университета им. Витуса Беринга;

Кузякина Т.И, доктор биологических наук, главный научный сотрудник НИГТЦ ДВО РАН.

Издание осуществлено при финансовой под держке Проекта ПРООН/ГЭФ «Сохра нение биоразнообразия лососевых Камчатки и их устойчивое исполь Россия зование»

Мнение авторов не обязательно отражает точку зрения ПРООН, других учреждений системы ООН и организаций, сотрудниками которых они яв ляются.

Программа развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) яв ляется глобальной сетью ООН в области развития, выступающей за пози тивные изменения в жизни людей путем предоставления странам участницам доступа к источникам знаний, опыта и ресурсов.

ISBN 978-5-7968-0337- © Коллектив авторов, 2008.

© Издательство Камчатского государственного университета имени Ви туса Беринга, 2008.

© ПРООН ВВЕДЕНИЕ В основу настоящей монографии легли материалы исследования, выполненного по теме «Традиционные знания и их значимость для сохранения биоразнообразия Камчатки» в рамках международного проекта ПРООН/ГЭФ 00014641 (Программа Развития Организации Объединенных Наций / Глобальный Экологический Фонд «Сохра нение биоразнообразия лососевых Камчатки и их устойчивое ис пользование»). Исследование осуществлялось на базе Международ ного Центра традиционных культур народов Камчатки Научно исследовательского института региональных гуманитарных про блем при Камчатском государственном университете имени Витуса Беринга (руководитель данного исследования – к.биол.н., доц. С.В.

Мурадов, руководитель Международного Центра – д.ист.н., проф.

Ю.В. Корчагин).

Основными целями исследования являются: содействие сохра нению биологического разнообразия Камчатки, культурного насле дия коренных народов Севера посредством документирования их традиционных знаний;

укрепление роли коренных народов Севера в процессе сохранения биоразнообразия;

усиление значения традици онных знаний в охране природных ресурсов и их эффективном управлении.

Традиционное знание определяется в Конвенции о биологиче ском разнообразии следующим образом: «К традиционному знанию относятся знания, нововведения и навыки практической деятельно сти коренных и местных общин во всем мире. Выросшее из опыта, приобретенного на протяжении столетий, и приспособленное к ме стной культуре и окружающей среде, традиционное знание переда ется устным путем от поколения к поколению. Оно является резуль татом коллективного творчества и принимает форму преданий, пе сен, фольклора, пословиц, культурных ценностей, верований, ри туалов, обычного права, местного языка и навыков сельскохозяйст венной деятельности, включая разведение различных видов расте ний и пород животных. Традиционное знание носит, прежде всего, практический характер, особенно в таких областях, как сельское хозяйство, рыболовство, целительство, огородничество, лесное хо зяйство и природопользование в целом».

Необходимость сохранения традиционных знаний коренных на родов Камчатки и их исследование совершенно очевидна в совре менных условиях. Эти народы обладают бесценными знаниями о технологиях рационального природопользования, бережного отно шения к природным, в том числе лососевым ресурсам. Эти знания оказываются востребованными в условиях обострения экологиче ской ситуации, варварского отношения к природе. В известном смысле традиционное природопользование предстает как идеальная модель природопользования.

Но сегодня состояние самых традиционных знаний коренных народов Камчатки вызывает серьезное опасение. Проходивший в двадцатом веке процесс их утраты продолжается и в двадцать пер вом веке. Прервана связь старшего и молодого поколений по пере даче этих знаний. Положение усугубляется хищнической эксплуа тацией бизнесом природных, особенно рыбных ресурсов в местах традиционного природопользования коренного населения. Тради ционные знания последнего не входят в систему ценностей бизнеса.

Поэтому данные знания не только оказываются вне системы ценно стей успешных представителей пришлого населения, но и утрачи вают свою ценность в глазах молодого поколения коренных наро дов Камчатки.

С другой стороны, рыночная экономика, поставившая коренное население Камчатки в крайне неблагоприятное социально экономическое положение, стимулировала его уникальные адапта ционные возможности. Она заставила коренные народы вновь обра титься к своим традиционным знаниям, отражающим адаптацион ные механизмы их векового опыта выживания в суровых условиях.

Традиционные знания вновь стали востребованными, был дан тол чок их возрождению и развитию. При этом традиционные экологи ческие подходы и знания становятся также эталоном отношения к природе и для значительной части некоренного населения.

Исследование проводилось в местах проживания коренного на селения на территории Усть-Большерецкого, Соболевского и Ти гильского районов Камчатского края. Были организованы экспеди ции в национальные села и поселки Ковран, Усть-Хайрюзово, Верх нее Хайрюзово, Седанка, Тигиль и другие. Собрана богатая инфор мация о традиционных знаниях, главным источником которой яви лись интервью с представителями коренных народов. Значительный ее массив представлен воспоминаниями старшего поколения об ис пользовании природных, прежде всего рыбных ресурсов проектных территорий, об особых методах традиционного природопользова ния.

Собранная информация о традиционных знаниях документально оформлена. Она представлена прежде всего аудио- и видеозапися ми. Составлен список информантов с указанием данных о них. Ин формация обработана и систематизирована. Создана электронная база данных в области традиционных знаний коренных народов Камчатки на современных носителях. База данных представлена в формате, пригодном для тиражирования и использования заинтере сованными лицами, в первую очередь представителями коренного населения в их родовых общинах. Подготовлены данные о традици онных знаниях в виде таблиц для геоинформационной системы (ГИС).

По результатам исследования были организованы посвященные традиционным знаниям сессии в родовых общинах коренных наро дов на проектных территориях, в которых приняли участие предста вители коренного и пришлого населения, районных ассоциаций ко ренных малочисленных народов Севера, местных администраций.

Эти сессии способствуют сохранению и развитию традиционных знаний, передаче их от старшего поколения к молодежи, приобще нию к ним некоренного населения.

Исследование осуществлялось в тесном взаимодействии с Кам чатской областной ассоциацией коренных малочисленных народов Севера, Советом ительменов Камчатки «Тхсаном», экологическим центром с. Ковран, этноэкологическим информационным центром «Лач».

ГЛАВА 1. ТРАДИЦИОННОЕ НАСЛЕДИЕ НАРОДОВ СЕВЕРА И СОВРЕМЕННЫЙ МИР 1.1. Традиционное наследие народов Севера как культурное достояние Народы Севера обладают богатым культурным наследием. Их традиционные культуры формировались в течение длительного времени и вобрали в себя многовековой опыт этих народов. Север ные народы накопили уникальные знания об окружающем мире, выработали особую систему взаимоотношений с ним, демонстри рующую их гармонию с природой. В издании «Значение охраны священных мест Арктики: исследование коренных народов Севера России» отмечается: «Исторический опыт культурного развития коренных народов Севера позволил накопить им традиционные зна ния в области народной медицины, фольклора, народных промы слов и ремесел, в рациональном природопользовании, обычаях, ве рованиях и во многом другом, во что был вложен коллективный разум поколений. В них содержится богатейший народный опыт бережного использования природных ресурсов, уважительного от ношения к окружающему миру, нашедшего отражение в обычаях и религиозных мировоззрениях коренных народов. Традиционные знания народов Севера передавались из уст в уста, от одного поко ления к другому и дошли до наших дней в виде легенд, обычаев и религиозных обрядов…» [75,15].

Традиционное наследие народов Севера характеризуется значи тельными достижениями в материальной и духовной культуре. Так, осуществление ими хозяйственной деятельности соответствовало принципам рационального природопользования, способствовало сохранению окружающей среды, не наносило ущерб экологии. По селения северных народов располагались в наиболее удобных для жизни и промысла местах. Они создали оптимальные для их образа жизни и климатических условий жилые и хозяйственные постройки (конические чумы и сферические яранги, срубные наземные, полу подземные и свайные жилища, сферические и двускатные шалаши и т.д.), а также средства передвижения (оленьи и собачьи упряжки, различные типы дощатых и берестяных лодок, кожаных лодок – байдар и т.д.) [173,32]. Большим достижением народов Севера яви лось изобретение одежды и обуви, максимально отвечающей требо ваниям суровой северной природы. Заслуживает пристального вни мания традиционная пища северных народов, выработанные ими основы рационального питания в условиях Севера. Несомненны достижения северных народов в духовной культуре. Представляют большой интерес их религиозные верования, фольклор, пластиче ское искусство. Важное значение имеет традиционная система цен ностей народов Севера. К достижениям этих народов следует отне сти также их традиционную педагогику.

Однако в условиях технологической экспансии, воздействующей на все стороны традиционного образа жизни народов Севера, актуа лен вопрос о судьбе их традиционного наследия в современном ми ре. Насколько это наследие адекватно современным процессам, на сколько оно востребовано в современных условиях? Нынешняя роль и значение традиционного наследия народов Севера определяется моделью взаимоотношений цивилизации этих народов и технологи ческой цивилизации.

1.2. Традиционное наследие народов Севера в контексте их взаимоотношения с технологической цивилизацией Происходящие в современном мире процессы характеризуются сложностью и многообразием, неоднозначностью своих последст вий. В равной мере это относится к процессу воздействия техноло гической цивилизации на традиционные общества народов Севера.

Северные народы создали уникальную цивилизацию, позволяю щую им на протяжении длительного исторического времени суще ствовать в суровых природных условиях. По словам выдающегося французского этнолога Ж. Малори, традиционные общества этих народов представляют собой жизнеспособные организмы, которые успешно осуществляют режим самообеспечения. Они выступают как социальные экосистемы, для которых характерно постоянное стремление к обеспечению своего равновесия, являющегося доста точно неустойчивым. Динамичную силу этим обществам как соци альным экосистемам придает бинарный ритм их жизнедеятельности как в социальном, так и в экологическом измерении. Так, эскимос ский охотник является членом общины в своем поселке, но индиви дуалистом во время охоты. Тот же процесс в экологическом изме рении: расширение экосистемы в период потепления климата и ее сужение в период похолодания [233,151-159].

Промышленное освоение северных территорий – мест исконного обитания народов Севера угрожает основам их традиционной сис темы жизнеобеспечения, их традиционному укладу жизни. Проис ходит сужение ареала традиционной хозяйственной деятельности этих народов. Так, в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком авто номных округах в связи с освоением нефтяных и газовых месторо ждений утрачено 11 млн. гектаров оленьих пастбищ, около 20 тыс.

гектаров нерестилищ и нагульных участков, загрязнено более больших и малых рек. В Ямало-Ненецком автономном округе из рыбного оборота выведено 28 рек, десятки озер, 17,7 тыс. гектаров нерестилищ и нагульных участков, отчуждено свыше 500 тыс. гек таров лесов и пастбищ. В результате загрязнения вод предприятия ми нефтегазового комплекса ежегодно гибнет более тысячи тонн ценных рыб [75,15-16].

Масштабное продвижение технологической цивилизации на ис конные территории народов Севера остро поставило вопрос о пути их дальнейшего развития. Должны ли они продолжать существовать как самостоятельные цивилизации, сохраняющие свое социально экономическое и культурное своеобразие? Или же является жела тельным модернизация традиционного образа жизни северных на родов, приобщение их к технологической цивилизации? Возможен ли какой-то иной путь их развития? Однозначного ответа на все эти вопросы не существует.

Среди предлагаемых подходов к решению данной проблемы сильны позиции тех, кто, абсолютизируя качественное своеобразие цивилизации северных народов, рассматривает ее как противостоя щую технологической цивилизации и считает, что политика соот ветствующих государств должна быть направлена на сохранение социально-экономического и культурного своеобразия народов Се вера посредством защиты их от внешних воздействий. Поэтому лю бое вмешательство в традиционный образ жизни этих народов оце нивается как нарушение их самостоятельного развития и выступает как негативное явление [225,279-307;

226,242,245-247;

227,183 184;

240,246-259] При таком подходе единственно возможным путем сохранения традиционного уклада жизни северных народов является создание для них резерваций. Однако резервационная модель как искусст венное образование неизбежно приводит к разрушению жизнеспо собности народа, деградации его цивилизационных основ, сохране нию лишь внешних форм культуры, не выражающих естественные жизненные процессы. Представляется, что такой подход в значи тельной мере основан на неверии в жизненные силы народов Севе ра, жизнеспособность их цивилизации, которая может реально взаимодействовать с технологической цивилизацией. Залогом тако го взаимодействия являются уникальные адаптационные механиз мы, которые характерны для цивилизации этих народов и которые позволяли обеспечивать им сохранение основ своей цивилизации, своей национальной идентичности в различные исторические пе риоды, в том числе в советский период.

В свете вышесказанного весьма показательно выглядят выводы о современном положении народов Севера России, содержащиеся в объемном (184 с.) независимом экспертном докладе «Современное положение и перспективы развития малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока», подготовленном Институтом этноло гии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН и опубликован ном в 2004 г. Из доклада следует, что представление о вымирании малочисленных народов России является мифом. Указывается, что на развал социалистической системы хозяйствования эти народы ответили восстановлением традиционных форм хозяйственной дея тельности, продемонстрировав адаптацию к социальным катаклиз мам. При этом подчеркивается, что несмотря на резкое сокращение всех отраслей хозяйственной деятельности, традиционные виды удерживают свои позиции и остаются во многих регионах основой жизнеобеспечения населения, хотя признается, что в современных условиях традиционное хозяйство в целом и оленеводство в частно сти не могут развиваться без поддержки государства. Традиционная хозяйственная деятельность создает предпосылки для укрепления этнического самосознания народов и развития их самобытной на циональной культуры [См.149,147-148].

При определении подходов к решению проблем народов Севера представляется наиболее отвечающей реалиям современного мира и интересам самих этих народов позиция тех, кто выступает за реаль ное взаимодействие цивилизации северных народов и технологиче ской цивилизации. Это предполагает включение этих народов в процесс освоения северных территорий, их активное приобщение к модернизации при сохранении их основных цивилизационных усто ев.

Данная позиция четко выражена в упомянутом выше независи мом экспертном докладе. Основная теоретическая установка авто ров доклада направлена на «культурно-ориентированную модерни зацию» малочисленных народов и осмысленную интеграцию их в доминирующее общество. Это, в частности, предполагает измене ние политики государства в направлении от патернализма к парт нерству [См.149,145].

В этой связи характерно проявившееся в настоящее время взве шенное отношение к советскому опыту преобразований у народов Севера, который уже не оценивается однозначно негативно, как в недавнем прошлом. Так, данное отношение к советскому опыту яс но прослеживается в книге «Североведение в Герценовском универ ситете. Институт народов Севера», изданной в 2003 г. В ней отмеча ется, что уже сразу после революции советская власть приступила к выработке специальной политики в отношении сибирских коренных народов. Сама эта политика рассматривается как носящая двойст венный характер. Причем вначале обращается внимание на ее пози тивные проявления, в том числе на достижения в культурной сфере, экономическую поддержку северных народов. Негативная сторона советской политики связывается в первую очередь «с жесткой под гонкой традиционного уклада жизни этих народов к нормам социа листического общественного устройства». Однако последствия та кой «подгонки» не характеризуются как разрушительные и катаст рофические для народов Севера и сформулированы, как правило, в достаточно осторожных выражениях («привела к ослаблению», «на рушила систему» и т.п.) [173,8].

Выглядит симптоматично, что подобные современные оценки советской национальной политики на Севере во многом близки к оценкам представителей объективного направления западной исто риографии, сделанным в течение двух последних десятилетий су ществования Советского Союза. Представляется, что общность этих оценок обусловлена прежде всего общностью теоретических уста новок, в основе которых лежит учет идей как теории культурного релятивизма, так и положений теории модернизации.

При таком подходе западных исследователей советский опыт преобразований у народов Севера предстает как заслуживающий внимания вариант проведения у них модернизации, приобщения к благам индустриальной цивилизации при сохранении самобытных культур этих народов. При этом идет речь о существенном прогрес се в их развитии, значительном повышении их социально экономического благосостояния. Хотя был нанесен ущерб традици онным институтам и ценностям народов Севера, однако они сумели адаптироваться к новым условиям. Северные народы сохранили свою экономическую, социальную и культурную идентичность [222,272-273;

223,189-201;

224,633-648;

228,117;

229,291-301,310 312;

237,44-47].

Достаточно успешным считает советский опыт Ж. Малори. По его мнению, этот опыт демонстрирует приспособление традицион ных обществ народов Севера к современному миру при сохранении их как особых цивилизаций. Особо позитивно Ж. Малори оценивает такие действия советского государства, как поощрение традицион ной экономики северных народов, что служит экономической га рантией ее сохранения и развития, и содействие развитию их куль туры, особенно национальных языков [234,309-324].

В настоящее время представители самих северных народов склоняются к пониманию необходимости в современных условиях взаимодействия своей цивилизации и технологической цивилиза ции, а не к их противопоставлению друг другу, отгораживанию не преодолимой стеной. Они осознают объективный характер про мышленного освоения северных территорий, неизбежность проник новения туда технологической цивилизации. В этой ситуации нуж но искать пути взаимодействия с ней, вырабатывать взаимоприем лемую модель сосуществования обеих цивилизаций.

В этом плане характерна позиция президента Ассоциации ко ренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Восто ка Российской Федерации, председателя Государственной Думы Ямало-Ненецкого автономного округа С.Н. Харючи. Он не сомнева ется в том, что территории традиционного природопользования се верных народов будут отторгаться для промышленного освоения.

При этом он верит в применение в перспективе экологически без вредных технологий, которые не наносили бы ущерб природе. Од нако, знаменательно, что ведя речь об этих проблемах, С.Н. Харючи говорит не о противоборстве и столкновении двух цивилизаций, а об их встрече. Он видит задачу в том, чтобы «эти две цивилизации в равной степени сохранялись и развивались, дружно соседствуя».

С.Н. Харючи ссылается на мировой опыт содружества этих цивили заций и приводит пример Канады, «где живут, как и у нас, абориге ны, занятые рыбным и охотничьим промыслами, тоже добываются нефть и газ, но при этом рядом с буровой пасутся олени, водятся звери, охотятся аборигены» [75,5].

1.3. Роль и значение традиционного наследия народов Севера в современных условиях Модель сосуществования и взаимодействия цивилизации наро дов Севера и технологической цивилизации предполагает соответ ствующее отношение к традиционному наследию этих народов. Это наследие предстает как имеющее несомненное значение и ценность в современном мире, причем и для современного развития самих северных народов и в целом для современной цивилизации.

Традиционное наследие народов Севера, являющееся воплоще нием их цивилизационных устоев, служит залогом успешного раз вития цивилизации северных народов в условиях экспансии техно логической цивилизации, придавая ей необходимые жизненные си лы. Обладая уникальными адаптационными механизмами, традици онная культура народов Севера обеспечивает модернизацию их об ществ при сохранении самобытности, способствует устойчивому развитию этих народов. Их традиционное наследие создает предпо сылки для включения северных народов в современные процессы в качестве полноправных участников.

Достижения традиционного наследия народов Севера широко используются ими в настоящее время. Это касается различных сто рон их жизнедеятельности, в том числе природопользования, типов хозяйства, орудий труда, транспортных средств, быта, духовной культуры. Так, сохраняют свое значение у северных народов олене водство, рыболовство, охота. Важную роль в их хозяйственной дея тельности и быту играет оленный транспорт. Различные типы лодок используются в рыбном промысле. Широко распространена тради ционная пища. При этом подчеркивают, что современная культура северных народов представляет собой наиболее целесообразное со единение традиционных элементов материальной и духовной куль туры с новыми, характерными для общероссийской культуры [173,31-32].

Большое значение имеет традиционное наследие народов Севера для современного развития различных стран и народов. Особое внимание обращается на ценность их опыта взаимоотношений с окружающей средой. При этом призывают следовать их опыту, под черкивают необходимость активного участия северных народов в современных процессах освоения территорий на основе применения их традиционных знаний и умений.

Так, в материалах Международного форума по охране окру жающей среды в Рио-де-Жанейро (1992 г.) сказано, что «Правитель ствам и международным организациям следует признать ценности, традиционные знания и методы рационального использования ре сурсов, которыми пользуется коренное население при взаимодейст вии с окружающей средой и применять эти знания в других разви вающихся районах». Такая же мысль выражена и в Декларации, принятой на этом форуме: «Коренное население и его общины, а также другие местные общины призваны играть жизненно важную роль в рациональном использовании и улучшении окружающей среды в силу их знаний и традиционной практики. Государства должны признавать и должным образом поддерживать их самобыт ность, культуры и интересы, и обеспечивать их эффективное уча стие в достижении устойчивого развития» [75,9].

Аналогичные позиции содержит Конвенция о биологическом разнообразии, в которой говорится, что государства – участники «в соответствии со своими национальными законодательствами обес печивают уважение, сохранение и поддержание знаний, нововведе ний и практики коренных и местных общин, отражающих традици онный образ жизни, которые имеют значение для сохранения и ус тойчивого использования биологического разнообразия, способст вуют их более широкому применению с одобрения и при участии носителей таких знаний, нововведений и практики, а также поощ ряют совместное пользование на справедливой основе выгодами, вытекающими из применения таких знаний, нововведений и прак тики» [75,9].

Также справедливо указывают на интернациональное значение опыта рационального питания северных народов в суровых услови ях северного климата. Обращают внимание на распространение у некоренного населения северных регионов характерных для наро дов Севера способов употребления мяса и рыбы, их заготовки и об работки, учета специфики питания в зависимости от сезона [173,33].

Ценность традиционного наследия народов Севера для совре менного мира является тем основополагающим фактором, который определяет проведение исследования по теме «Традиционные зна ния и их значимость для сохранения биоразнообразия Камчатки» в рамках международного проекта – Программа развития Организа ции Объединенных Наций / Глобальный Экологический Фонд (ПРООН / ГЭФ 00014641) «Сохранение биоразнообразия лососевых Камчатки и их устойчивое использование». Данное исследование осуществляется на базе Международного Центра традиционных культур народов Камчатки Научно-исследовательского института региональных гуманитарных проблем при Камчатском государст венном университете им. Витуса Беринга.

Традиционные знания коренных народов Камчатки заслуживают пристального внимания. Они играли и играют большую роль в жиз недеятельности этих народов. Коренное население Камчатки обла дает бесценными знаниями о технологиях рационального природо пользования, бережного отношения к природным, в том числе лосо севым ресурсам. Для них вылов лосося являлся важным видом про мысла, обеспечивающим питание.

В современных условиях происходит утрата традиционных зна ний, прерывается передача этих знаний от старшего к молодому поколению коренных народов Камчатки. Молодежь не чувствует потребности в них, не видит в них необходимости, не проявляет к ним интерес.

На данную ситуацию существенно влияет отношение современ ного общества к традиционным знаниям. Оно недостаточно осозна ет их важность для сохранения природы, их связь с биологическим разнообразием, их биологическое значение и роль в образе жизни и питании народов Севера.

Поэтому сбор, документирование и изучение традиционных зна ний коренных народов Камчатки является насущной необходимо стью. Это обеспечивает сохранение уникальной информации о тех нологиях традиционного природопользования, способствует усиле нию роли традиционного наследия коренного населения Камчатки в процессе сохранения биоразнообразия, содействует эффективному управлению и охране природных ресурсов.

ГЛАВА II. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ТРАДИЦИОННОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ КОРЕННЫХ НАРОДОВ КАМЧАТКИ 2.1. Традиционное природопользование и социально экономическое положение коренных народов Камчатки На Севере России представлены типы природопользования в широком диапазоне, от зон со статусом особо охраняемых природ ных территорий (заповедников, заказников, природных парков и т.п.) и территорий с традиционным для народов Севера собиратель ским освоением биологических природных ресурсов, до промыш ленных и транспортных производственных комплексов с интенсив но хозяйственно освоенной и антропогенной измененной природной средой. Такое разнообразие предполагает рассмотрение проблема тики развития народов Севера в широком типологическом диапазо не [125].

Эффективность управления природопользованием прямо зависит от того, в какой мере в управленческих решениях учитываются це лостность, а также внутренние и внешние связи эксплуатируемых природных экосистем. Недостаточная системность, т.е. ведомствен ный подход является наиболее существенным недостатком совре менного природопользования на Камчатке [91].

Коренные народы Камчатки, вследствие особенностей развития и географического положения, сохраняли вплоть до первой трети ХХ века специфическое понимание мира. Для местного населения до сих пор остается важным иметь возможность использования во зобновляющихся природных ресурсов, которые являются базой их выживания в традиционных видах хозяйствования, которыми для коряков, ительменов, чукчей, эвенов, алеутов являются рыбный, речной и морской промысел, охота на суше и на море, оленеводст во, сбор дикоросов. Характерная черта традиционного образа жизни коренных народов – общинный характер отношений и слабые ми грационные процессы. В таком образе жизни, укреплялись социаль ные отношения, а молодежь усваивала традиционные знания и опыт предков. Это способствовало стабилизации местных общностей и созданию самобытной культуры. В менталитете коренных народов пользование природными ресурсами было основано на понимании целостности и взаимозависимости с окружающим миром, и опреде лении человека как элемента равнозначного всем остальным со ставляющим природы. Основным правилами использования при родных ресурсов были – брать у природы столько, сколько необхо димо для жизни и не больше, а так же полно использовать добытое.

Последнее определяется в техногенном обществе как безотходное производство. Народы Севера, живущие в экстремальных природно климатических условиях, острее и ближе чем другие этносы ощу щают непосредственную зависимость человека от окружающей сре ды. На этой основе формируется осознанный рациональный подход к потреблению природных ресурсов, в отличие от подходов про мышленного, индустриального человека, стремящегося к наращи ванию в первую очередь материальных благ.

Таблица Национальный состав населения по районам Камчатской области и КАО, человек Коренные малочисленные народы Севера выделены в особую группу вследствие своей малочисленности, особого характера тра диционного хозяйствования, полукочевого и кочевого образа жизни, специфического социального, культурного и жилищного уклада. По данным Всероссийской переписи населения 2002 года численность представителей коренных малочисленных народов Севера прожи вающих в Камчатской области, составляет 15381 человек и пред ставлена 23 национальностью. Доля коренных малочисленных на родов Севера в общей численности населения области составляет 4,3%. По национальному признаку наиболее многочисленные коря ки – их доля в общем числе народов Севера составляла 47,6%, ительмены – 14,9%, камчадалы – 12,2%, эвены – 11,6%, чукчи – 9,7% [186]. Владеют языками, в Камчатской области: ительменским – 115 человек, корякским – 2276, эвенским – 836 человек, а в Коряк ском автономного округе: ительменским – 73, корякским – 2093, эвенским – 350 человек [190].

Таблица Распределение населения коренных малочисленных народов Севера по полу и возрасту на начало года;

человек Год Мужчины Женщины в том числе в возрасте в том числе в возрасте Всего Всего 0-15 16-59 60 лет 0-15 16-59 лет лет и лет лет лет и стар- стар ше ше Районы проживания коренных малочисленных народов Севера Камчатской области 2001 4926 1728 2848 293 5050 1682 2942 2002 4741 1654 2877 210 4946 1605 2895 2003 4686 1593 2887 206 4909 1537 2946 2004 4730 1550 2998 182 4900 1481 2984 2005 4695 1439 3077 176 4794 1361 2972 2006 4653 1447 3054 152 4754 1347 2941 Алеутский район 2001 111 35 70 6 115 40 66 2002 112 35 71 6 118 40 69 2003 141 36 92 13 132 34 87 2004 155 36 107 12 146 34 93 2005 155 36 106 13 145 34 89 2006 153 39 103 11 147 37 85 Быстринский район 2001 473 207 252 14 556 203 303 2002 486 195 279 12 599 235 312 2003 475 180 283 12 553 190 313 2004 504 188 306 10 600 195 354 2005 489 177 303 9 564 173 348 2006 475 167 301 7 575 172 347 Продолжение таблицы Корякский автономный округ 2001 4342 1543 2523 273 4379 1439 2573 2002 4143 1424 2527 192 4229 1330 2514 2003 4070 1377 2512 181 4224 1313 2545 2004 4071 1326 2585 160 4157 1252 2537 2005 4048 1226 2668 154 405 1154 2535 2006 4025 1241 2650 134 4032 1138 2509 Коренное население сельской местности отслеживается по дан ным похозяйственного учета в районах проживания коренных ма лочисленных народов Севера, а в городах и поселках городского типа отдельный учет этого населения не ведется [186].

Анализ структуры и динамики хозяйственного комплекса Кам чатки свидетельствует о том, что характер ее производственно продуктовой специализации не имеет аналогов ни на Дальнем Вос токе, ни в России в целом. Суть этой уникальности в том, что эко номика области в целом построена на неустойчивом основании – на одной отрасли специализации, которой является рыбная отрасль, и на выполнении оборонной функции. Рыбная отрасль притом, что она является основным источником ВРП, не в состоянии обеспечить стабильность экономики области. Бюджет муниципальных образо ваний более, чем в два раза ниже минимальных бюджетных потреб ностей. Но при этом даже при снижении общего допустимого улова по многих промысловым объектам (рыбным ресурсам) Камчатская область занимает высокое место по вылову рыбных ресурсов на душу населения. По величине объемов поставок рыбы и морепро дуктов на экспорт Камчатская область входит в число десяти наибо лее экспортно-ориентированных субъектов Российской Федерации.

При этом наблюдается значительный спад удельного веса малых предприятий в рыбной отрасли в последние три года. Данный факт обусловлен не только ухудшением состояния сырьевой базы отрас ли, но и отсутствием эффективного управления ею.

За последние годы сокращение числа малых предприятий про изошло не только в рыбной отрасли. Прежде всего, это объясняется вынужденным приостановлением деятельности хозяйствующих субъектов вследствие небольших объемов выпускаемой продукции.

Ликвидации малых предприятий сопутствовал рост частных пред принимателей, зарегистрированных без образования юридического лица. Оставшиеся малые предприятия увеличили объем производи мой продукции и инвестиций в основной капитал [4].

Таблица Распределение индивидуальных предпринимателей, учтенных в Статрегистре, по районам области (на 1 октября 2005 года) Количество, человек в том числе:

Районные муниципальные прошедшие образования перерегистрацию в всего Федеральной налоговой службе г. Петропавловск-Камчатский 19225 г. Елизово 3042 Елизовское РМО 526 Усть-Большерецкое РМО 461 Усть-Камчатское РМО 547 Мильковское РМО 281 Соболевское РМО 79 Районы проживания народностей Севера: 636 Быстринское РМО 144 Алеутское РМО 39 Корякский автономный округ: 453 Тигильское РМО 200 Олюторское РМО 75 Карагинское РМО 140 Пенжинское РМО 38 В настоящее время на долю малого бизнеса Камчатской области приходится 25% объема выпуска продукции, работ и услуг. Малый бизнес на 75-80% использует местные ресурсы (природные, трудо вые, материально-технические) и на 65-90% удовлетворяют потреб ности местного рынка [4].

В связи с активизировавшимися миграционными процессами на селение Камчатской области и Корякского автономного округа за последние 5 лет уменьшилось на 16 тысяч человек, что составило 15% от численности населения Камчатской области и КАО пять лет назад. Основная причина данного явления – сокращение рабочих мест при полном отсутствии инфраструктуры, обеспечивающей реализацию самозанятости населения, начиная от оказания консуль тационных услуг и заканчивая оказанием реальной финансовой поддержки. Существующая в регионе система поддержки и разви тия малого бизнеса мало эффективна и не позволяет снизить соци альную нагрузку на бюджеты всех уровней за счет новых форм за нятости, включая самозанятость.

Происходящие на рубеже ХХ-ХХI веков изменения в развитии социально-экономических процессов, внедрении новой техники и технологий обусловливают необходимость разработки новых под ходов изучения проблем природопользования коренных народов Севера. Одна из сложностей исследования проблем развития корен ных народов Севера на Камчатке, состоит в недостаточности стати стических данных об их социально-экономическом положении, в том числе по родовым общинам, национальным предприятиям, ло кальным многонациональным группам и т.п. Неполно освещена занятость коренного населения в традиционных видах деятельности.

Эти данные необходимы для полноты анализа проблем развития народов Севера в целом.

В 2002-2003 гг. было проведено социологическое исследование по теме: «Проблемы традиционного природопользования и соци ально-экономического положения коренных малочисленных наро дов Камчатской области». Основная цель проводимого социологи ческого исследования – выявление общественного мнения коренных малочисленных народов Севера Камчатской области о социально экономических проблемах их развития. На основе полученных в результате анкетирования материалов, рассмотрены современное состояние традиционных видов природопользования и занятости коренного населения в традиционных формах хозяйствования, а также некоторые аспекты эффективности традиционных видов дея тельности в Камчатской области [211].

В процессе исследования планировалось получить ответы на группы вопросов по следующим основным направлениям: Какими традиционными видами деятельности занимается коренное мало численное население Камчатской области? Как дифференцированы традиционные виды деятельности по природно-хозяйственным зо нам? Каковы знания и умение народов Севера применять основные, непосредственно касающиеся их развития, правовые документы (законы о территориях традиционного природопользования, о родо вых общинах и т.п.).

Обследование проводилось выборочным методом путем пило тажного точечного опроса в форме анкеты-вопросника, в г. Петро павловске-Камчатском, п. Раздольный, с. Эссо, с. Анавгай, с. Ков ран, пгт Палана, с. Оссора, с. Тиличики, с. Хаилино. В качестве до полнительного метода использовалось интервью респондентов. Бы ло опрошено 15% от генеральной совокупности коренного населе ния в указанных населенных пунктах, что может обеспечить стати стически значимые результаты опроса [67,83].

Численность коренного малочисленного населения по данным Камчатского областного управления Госкомстата РФ составило: в г.

Петропавловске-Камчатском – 2535, в п. Раздольный – 270, в с. Эс со – 599, в с. Анавгай – 456, в с. Ковран – 322 человек, пгт. Палана – 1200, с. Оссора – 372, с. Тиличики – 374, с. Хаилино – 744 [189]. Из них, с. Анавгай является – эвенским, с. Ковран – ительменским на циональными селами, с. Эссо – административным центром Быст ринского национального района, г. Петропавловск-Камчатский об ластной центр Камчатской области, пгт. Палана административный центр Корякского автономного округа, с. Оссора – административ ный центр Карагинского района и с. Тиличики – административный центр Олюторского района.

Автор рассматривает понятие «традиционное природопользова ние» в широком социально-экономическом и экологическом толко вании, охватывающем весь комплекс условий и элементов взаимо связей между природной системой и укладом жизни населения [125]. Исследуемый массив взрослое (с 16 лет) сельское коренное малочисленное население народов Севера Камчатской области. В опрос был включен город Петропавловск-Камчатский, так как большинство респондентов это коренное население, которые миг рировали с различных поселков Камчатской области и коренные жители города, которые тоже претендуют на право использования природных ресурсов на основании своего аборигенного статуса, а также для сравнительной характеристики. За последние десятилетия ХХ века понятие «коренные малочисленные народы Севера» меня лось неоднократно как в законах и проектах СССР и России, так и в международных законодательных актах. Например, в определении, данном специалистами Всемирного Банка, названы только главные признаки этнических общностей: «Понятия «коренное население», «коренные этнические меньшинства», «племенные общности» и «кастовые структуры» обозначают социальное образование, соци ально-культурный облик, которых отличается от преобладающего населения, что делает их уязвимыми в процессе развития» [58]. Это, по мнению автора, справедливо акцентирует внимание на социаль ных особенностях и уязвимости коренных народов, недостаточно для полной их характеристики. За основу определения понятия «ко ренные малочисленные народы Севера» автор принимает совокуп ность трактовок принятых в Федеральных законах РФ «Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ» от 7 июля 2000 г, «О га рантиях прав коренных малочисленных народов Российской Феде рации» от 19 июля 1999 г., Конвенции Международной организации труда (МОТ) № 169, 1989 г. Принята во внимание и точка зрения о том что, главными чертами в определении коренных малочислен ных народов Севера, являются не только национальные, но и соци альные, экономические и этнические особенности [125].

Изучение половозрастного состава населения имеет важное со циальное, демографическое и экономическое значение для изучения трудовых ресурсов, планирования производства и завоза товаров народного потребления, изучения вопросов семьи и воспроизводст ва населения. Все опрошенные относятся к социально активной и трудоспособной части общества (рис. 1). Из них мужчин: в г. Пе тропавловске-Камчатском –125, в п. Раздольном – 19, в с. Эссо – 31, в с. Анавгае – 30, в с. Ковране – 18, Палане – 59, Оссоре – 25, Тили чиках – 30, Хаилино – 26 человек от общего числа опрошенных респондентов. Количество женщин составило: в г. Петропавловске Камчатском – 255, в п. Раздольном –22, в Эссо – 59, в Анавгае – 39, в Ковране – 31, Палане – 130, Оссоре – 31, Тиличиках – 26, Хаилино – 65 человек от общего числа опрошенных.

В анкетировании принимали участие люди в возрасте с 25 до лет, что составило 73,8% от общего числа опрошенных. Из них женщин – 45,5%, мужчин – 28,3% от общего числа опрошенных.

Сопоставляя личные наблюдениями автора и результаты опроса можно предположить, что женщины в возрасте от 25 до 54 лет отно сятся к более социальной активной части общества (рис. 2).

Половая структура коренного населения Камчатской области и КАО % Мужчины Женщины ый о ан а а о ай ч.

и го ан н ор с ик ам вр Эс вг ли то н ал сс ль ч -К на Ко И аи ли П О о А р.

Х зд Ти ет Ра П Рис. 1. Половая структура коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Возрастная структура коренного населения Камчатской области и КАО % 16-24 25-34 35-44 45-54 Старше 55 лет ый на о.

й ки н со ра ч ин га ра ам а чи о Эс ьн ав ал в л сс -К Ко аи ли ол Ан П О р.

Х Ти зд ет Ра П Рис. 2.Возрастная структура коренного населения Камчаткой об ласти и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Опрос выявил своеобразную структуру коренного населения по самоидентификации социального положения (рис. 3). Более одной трети всех опрошенных (37,2%) отнесли себя к рабочим с весьма широким разрывом по отдельным населенным пунктам: в г. Петро павловске-Камчатском – 39%, в п. Раздольном – 34,1%, в с. Эссо – 27,7 %;

в с. Анавгай – 37,6 %;

в с. Ковран – 42,8 %, Палана – 50%, Оссора – 39%, Тиличики – 30%, Хаилино – 46% от общего числа опрошенных. Около одной трети опрошенных (29 %) отнесли себя к служащим с еще более широким разрывом по отдельным населен ным пунктам: в г. Петропавловске-Камчатском – 24,7%, в п. Раз дольном – 26,8%, в с.Эссо – 20 %;

в с. Анавгай – 30,4 %;

в с. Ковран – 53 %, Палана – 37%, Оссора – 34%, Тиличики – 11%, Хаилино – 31% от общего числа опрошенных.

Для с. Эссо, административного центра Быстринского района, соотношение населения занятого в сфере материального производ ства и в непроизводственной сфере можно считать нормальным по казателем. В с. Анавгай, с. Ковран, и Хаилино производство нахо дится в упадке, сельское хозяйство и инфраструктура неразвиты.

Почти равное соотношение рабочих и служащих в с. Анавгай, а также в с. Ковран, где служащих больше, чем рабочих, не соответ ствует социально-экономической ситуации в этих населенных пунк тах. Можно сделать предположение, что жители с. Анавгай и с.

Коврана или неправильно идентифицировали свое положение в со временной социальной структуре, или для них безразлична сама социальная структура. Для получения более точных данных автор считает необходимым провести дополнительные исследования, ре зультаты которых окажутся полезными для исчисления показателей, имеющих большое значение для управления, планирования эконо мического и социального развития коренных народов Камчатки.

Социальное положение коренного населения Камчатской области и КАО % рабочий служащий предприниматель другой но со ый а ки ай.

а ан мч ан ор Эс ли вг вр чи ьн ал а сс на -К аи Ко ли ол П О А р.

Х Ти зд ет Ра П Рис. 3. Социальное положение коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Среди опрошенных отнесли себя к категории «другой социаль ный статус» соответственно: в г. Петропавловске-Камчатском – 34,2%, в п. Раздольном – 29,2%, в с. Эссо – 48,8%, в с. Анавгай – 31,8%, в с. Ковран – 2 %, Палана – 13%, Оссора – 22%, Тиличики – 52%, Хаилино – 21% от общего числа опрошенных. Всего опрошен ных этой категории по данным населенным пунктам – 28,6%. В от ветах на вопрос анкеты о социальном статусе в графе «другой соци альный статус» были даны следующие определения: безработный, студент и пенсионер. Из них назвали себя безработными в г. Петро павловске-Камчатском – 3,7%, с. Эссо – 33,3 %, в с. Анавгай – 18, % от общего числа опрошенных. Пенсионерами определили себя в г. Петропавловске-Камчатском – 27,3%, п. Раздольный – 17%, с.

Эссо – 12,2%;

в с. Анавгай – 4,3% от общего числа опрошенных. К категории студенты в г. Петропавловске-Камчатском отнесли себя – 2,1%;

в с. Эссо – 5,5%;

в с. Анавгай – 8,7% от общего числа опро шенных. В с. Ковран определил себя в категории «другой социаль ный статус», только один студент – 2% от общего числа опрошен ных. Назвали себя предпринимателями в г. Петропавловске Камчатском – 2,1%, в п. Раздольный – 9,7%, в с. Эссо – 3,3%, в с.

Оссоре – 5%, в с. Тиличики – 7%, в с. Хаилино -2%, в Ковране этот показатель составляет 1,9% от общего числа опрошенных.

По данным Камчатского областного управления Госкомстата РФ за 2005 год уровень безработицы по области высок и составляет 9, % от экономически активного населения. Данные подтверждают этот уровень безработицы среди коренного населения, в целом по всем населенным пунктам, затронутым опросом. Проблема занято сти коренного населения остается острой. Нагрузка на одну заяв ленную вакансию на конец 2005 года по районам проживания ко ренных малочисленных народов Севера Камчатской области соста вила 183,6 человека (в среднем по области – 2,7 человека) [190].

Сравнивая данные рис. 2 и 3, необходимо отметить некоторые проблемы в соотношении возрастных групп и указанных ими соци ального статуса. В населенных пунктах Эссо и Анавгай соотноше ния между группой населения старше 55 лет и группой с социаль ным статусом «пенсионер» практически нет. В г. Петропавловске Камчатском респондентов старше 55 лет 35,5%, из них пенсионеров – 27,3%, в п. Раздольный 21,9% из них пенсионеров – 17%, в п. Эссо респондентов старше 55 лет – 14,4%, пенсионерами себя определи ли 12,2%, в с. Анавгай респондентов старше 55 лет – 4,3%;

пенсио нерами себя определили 4,3% от общего числа опрошенных. В с.

Ковран респондентов старше 55 лет – 16,3%;

пенсионерами себя не определил никто. Данные по с. Ковран позволяют предположить, что в результате транспортной, информационной изоляции и соци ально-экономической неопределенности существования респонден ты затрудняются определить свой социальный статус. Интересно также соотношение возрастной группы категории от 16-24 лет и группы с социальным статусом «студент». В г. Петропавловске Камчатском респондентов от 16-24 лет – 5,8%, что составляет осно ву студенческого контингента из них студентов – 2,1%;

в п. Раз дольном респондентов от 16-24 лет – 21,9%, из них студентами оп ределили себя 12,1 %;

в с. Эссо группу этой категории респондентов составляет – 17,7%, при этом студентами себя определили 5,5% от общего числа опрошенных;

в с. Анавгай респондентов от 16-24 лет – 16%, при этом студентами себя определили 8,7%;

в с. Ковран рес пондентов от 16-24 лет – 14,2%, студенты – 2% от общего числа опрошенных. Эти соотношения, подтвержденные по личным на блюдениям автора, указывает на наличие у народов Севера, несмот ря на финансовые и другие трудности к получению высшего и сред него специального образования, что является положительным фак тором развития коренного населения.


Соотношение данных рис. 2 и 3, позволяет сделать еще один важный вывод. Практически все опрошенные относятся к трудоспо собному возрасту, но из них заняты в производстве: в г. Петропав ловске-Камчатском – 66%, в п. Раздольном – 70,6%, в с. Эссо – 51%, в с. Агавгай – 68%, в с. Ковран – 97%, Палане – 87%, Оссоре – 78%, Тиличиках – 48%, Хаилино – 79% от общего числа опрошенных.

Такие данные, в особенности по с. Ковран, не соответствует эконо мической действительности. Это объясняется тем, что люди, зани мающиеся браконьерством и натуральным хозяйством, не относят себя к категории «безработные» и или безразличны к своему соци альному статусу, или выбирают для себя статус, считающийся, по их мнению престижным, или статус, к которому относились до раз рушения экономики в 1990-е годы.

За последнее десятилетие, по сопоставлению данных переписи населения 1989 года и микропереписи населения 1994 года, уровень образования населения Камчатской области остается достаточно высоким. В 1989 году на 1000 человек соответствующего возраста имели высшее образование 155 и незаконченное высшее 14 человек, а в 1994 году такая цифра составила 150 и 17 человек. В 2005 на 10000 человек было выпущено специалистов с высшим образовани ем 76 человек [190]. Большинство высших учебных заведений рас положены в г. Петропавловске-Камчатском, который является обла стным центром.

Общее среднее и среднее специальное образование имеют в г.

Петропавловске-Камчатском – 61,3%, в п. Раздольном – 63,4%, с.

Эссо 68,9%, в с. Анавгай – 71,2% и в с. Ковран – 67,3%, Палане – 56%, Оссоре – 82%, Тиличиках – 93%, Хаилино – 71% от общего числа опрошенных. Неоконченное высшее и высшее образование имеют в г. Петропавловске-Камчатском – 30%, в п. Раздольном – 31,6%, с. Эссо 12,2%, с. Анавгай – 10,1%, в с. Ковран – 24,4%, Па лане – 37%, Оссоре – 18%, Тиличиках – 5,3%, Хаилино – 11%от об щего числа опрошенных. По всему массиву опрошенных 66% большинство респондентов имеют среднее, средне специальное об разование, 9,3% – начальное, 24,1% – высшее или незаконченное высшее образование. Сопоставляя данные рис. 3 и 4 можно сделать вывод, что, несмотря на высокий процент уровня образования среди коренного населения, лишь незначительная его часть реализует об разование по специальности. Это подтверждается и личными на блюдениями автора. Поскольку задачей исследования являлось вы явление общественного мнения о социально-экономических про блемах коренного населения Камчатки, полученные опросом дан ные о высоком уровне образования населения, могут быть объясне ны выбранным методом точечного пилотажного исследования, про веденного среди населения, выразившего готовность отвечать на вопросы.

Уровень образования коренного населения Камчатской области и КАО % начальное среднее, среднее специальное неоконченное высшее высшее 80 имею ученую степень ый ч.

но а ки ай ан а со ан ор ам чи ли вг вр ьн Эс ал сс -К на Ко ли аи ол П О р.

А Х Ти зд ет Ра П Рис. 4. Уровень образования коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных В дополнении к данным об образовании нельзя не отметить, что во всех населенных пунктах, где проводился опрос, велика большая численность художественно одаренных людей. Существуют само деятельные фольклорные ансамбли, изготавливаются предметы де коративно-прикладного творчества, коренные жители пишут стихи, музыку, сочиняют танцы. Национальный ансамбль «Лач» из г. Пе тропавловска-Камчатского, эвенский ансамбль «Нургэнэк» из с.

Анавгай, национальный ансамбль «Нулгур» из с. Эссо и ительмен ский ансамбль «Эльвель» из с. Ковран, семейный ансамбль «Агья» и фольклорный ансамбль «Кенакетой» из Оссоры, национальный ан самбль «Ангт» из пгт. Палана участвуют в международных фести валях, праздниках и конференциях, где представляют и знакомят мировое сообщество с самобытной культурой народов Севера.

Средний уровень доходов коренного населения на одного члена семьи ниже установленного прожиточного минимума по Камчат ской области составляющего 3676 рублей в месяц за третий квартал 2002 года, в третьем квартале 2006 г эта цифра составила 6030 руб лей в месяц [190]. Нет дохода у 111 опрашиваемых, что составляет 10 % и отказалось ответить 90 человек или 9% от общего числа оп рошенных во всех указанных населенных пунктах. Доходы семей менее 2000 рублей на одного члена семьи составило 50%, от 2000 до 10000 рублей на одного члена семьи составило 30% от общего числа опрошенных.

По данным государственной статистики в Камчатской области коренные малочисленные народы Севера имеют доход от трудовой деятельности – 4378 человека, а находящиеся на иждивении отдель ных лиц – 5035 человек, в Корякском автономного округе это цифра составила 3035 и 3470 человек соответственно [190] Уровень денежных доходов коренного населения Камчатской области и КАО % менее 2000 руб от 2000 до 10000 руб более 10000 руб отказ от ответа нет дохода но со а ый и ай ч.

а н ан ор к ра ам Эс ли вг чи ьн ал сс в на -К аи Ко ли ол П О А р.

Х Ти зд ет Ра П Рис. 5. Уровень денежных доходов коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных На вопрос анкеты о том, что доход на одного члена семьи со ставляет более 10000 рублей ответило 1% от общего числа опро шенных по всем населенным пунктам, затронутым опросом. Дохо ды семей, как показало интервью, чаще всего составляются из нере гулярно выплачиваемых заплат и социальных пособий. Наличных денег у населения в особенности проживающих в сельской местно сти, практически нет. Это связанно с тем, что в поселках отсутству ет промышленность, в упадке сельское хозяйство, перестали суще ствовать госпромхозы и совхозы, которые обеспечивали трудовую занятость населения.

Правовая информированность коренного населения Камчатской области и КАО % знаком не знаком применяю не знаю о его существовании Петр.-Камч. Раздольный Анавгай Эссо Ковран Палана Оссора Т иличики Хаилино Рис. 6. Правовая информированность коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных На рис. 6 можно увидеть, что большая часть опрошенных рес пондентов (53 %) показывает слабое знание Федерального закона о территориях традиционного природопользования коренных мало численных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ от 11.05.2001. Это показывает недостаток правовых знаний и инфор мации, что тормозит создание территорий традиционного пользова ния, призванных сохранять и защищать исконную среду обитания и традиционные виды деятельности малочисленных народов. Осозна вая правовую неграмотность коренного населения, периодические издания в первую очередь такие, как «Абориген Камчатки» и «Лач», пытаются информировать местное коренное население об их пра вах, обязанностях и изменениях в законодательстве касающиеся их образа жизни.

На вопрос анкеты: «Хотели бы Вы (ваша родовая община) полу чить территорию традиционного природопользования», большинст во опрошенных 58,3% ответили утвердительно от общего числа оп рошенных во всех населенных пунктах затронутым опросом. Из них в г. Петропавловске-Камчатском – 46%, в п. Раздольном – 95%, с.

Эссо - 78%, в с. Анавгай – 71% и в с. Ковран – 47%, Палане – 40,7%, Оссоре – 53,6%, Тиличиках – 87,5%, Хаилино – 85,5% от общего числа опрошенных. Как показало анкетирование и интервью с рес пондентами большинство хотели бы заниматься своими традицион ными видами деятельности на своих угодьях (территориях), и как видно из выше приведенных данных в основном это жители сель ской местности. Свои ответы они обосновывали тем, что хотели бы заниматься на них: «рыбалкой, охотой, оленеводством», «быть хо зяином на своей земле», «передать в наследство детям», «восстано вить и сохранить традиции», «узаконить права коренных жителей», «сохранить природу», «охранять землю, передать детям т.к. пользо вались мои предки» и т.п.

Из отчета комитета по управлению муниципальным имуществом и экономической политике Тигильского района за 2004 год, следует, что к ним обращались две паланские родовые общины по закрепле нию территорий традиционного природопользования (ТТП). Одна территория относилась к охотничьим угодьям, им надо было участ вовать в конкурсе, который проходил 28.09.2004 г. Другая ТТП от носилась к землям Гоcлесфонда. В принципе можно было пройти все согласования и закрепить её, но в договоре прописывалось ус ловия содержания данной территории, в том числе тушение пожа ров своими силами и за свой счет. И община отказалась от закреп ления ТТП. На данный момент ни в Камчатской области, ни на тер ритории Корякского автономного округа не образовано ни одной территории традиционного природопользования коренных народов.

Реализация большинства норм федеральных законов практиче ски затруднена, т.к. в связи с отсутствием механизма их правопри менения они имеют декларативный характер [7].

Определяя социально-экономическое положение аборигенов, мы рассматриваем во взаимосвязи, но не смешиваем этнические и со циальные проблемы, переживаемые народами Севера. Если первые проблемы связаны, как правило, в большей мере, с этническими и культурными особенностями каждого народа, то вторые характерны для всех жителей отдаленных поселков, независимо от националь ности. Такие проблемы необходимо решать комплексно и на госу дарственном уровне.

Одним из важнейших элементов социальной политики для наро дов Севера являются специальные целевые программы развития и возрождения, направленные на решение специфических и наиболее острых проблем этих народов. Даже при условии благоприятного решения вопросов обеспечение им экономических прав в сфере рас поряжения природными ресурсами, ведении хозяйства и т.п., реаль ный уровень качества их жизни, не позволит автоматически и быст ро решить специфические социальные проблемы (занятости, проф ориентации, родного языка, школьного образования, преступности и самоубийств, традиционного питания и т.п.).


2.2. Традиционные хозяйства как основа экономической деятельности коренных народов Камчатки Традиционное хозяйство коренного населения Севера – источ ник существования в недалеком прошлом, сегодня переживает не лучшие времена. Взаимодействие индустриального общества в со временной России с относительно замкнутыми сообществами ко ренных малочисленных народов Севера порождает противоречивые социальные, экономические и правовые проблемы [109]. К.Б. Кло ков в своей работе рассмотрел основные причины сохранения тра диционного природопользования коренных малочисленных народов Севера:

во-первых, традиционное природопользование является основой жизнедеятельности этих народов, необходимым условием их суще ствования. Если не сохранится традиционное природопользование – исчезнут и коренные народы.

во-вторых, вместе с традиционным природопользованием исче зает исторический опыт экологической культуры, составляющий богатство не только коренных народов, но и всего человечества.

в-третьих, что особенно важно для России, сохранение промы слово-оленеводческого хозяйства и традиционного уклада жизни коренных народов Севера можно рассматривать как один из аспек тов другой актуальной сейчас проблемы: попытки найти альтерна тиву западной модели общественного развития.

в-четвертых, это один из частных случаев глобальной проблемы путей устойчивого (sustainable) развития человечества в целом [90].

Традиционное промысловые хозяйства и природопользование коренных малочисленных народов Севера – основа их жизнеобес печения, важнейший компонент возрождения традиционного образа жизни, языка, культуры, обычаев, национальной психологии. Рас смотрим несколько определений традиционного хозяйства, что по нимается под традиционным, исторически сложившимся хозяйст вом, природопользованием и жизнеобеспечением.

Традиционное хозяйство – это те отрасли, которые в течение ве ков сложились у коренных народов на их же территории: оленевод ство, охотничий и морской зверобойный промысел, рыболовство, сбор дикоросов, ремесленничество (изготовление традиционных инструментов, орудий охоты и лова, одежды и т.д.). Традиционные виды деятельности обеспечивают занятость десятков тысяч человек из числа коренных малочисленных народов Севера, удовлетворяют потребности местного населения в мясе, рыбе дикоросах, меховой одежде и т.д. [24].

Традиционное природопользование, согласно ФЗ о территориях традиционного природопользования коренных малочисленных на родов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ от 11.05.2001 – это не истощительные способы использования коренными народами объ ектов животного и растительного мира и других природных ресур сов. Под традиционным жизнеобеспечением понимается использо вание коренными народами возобновляемых природных ресурсов.

Для прямого личного или семейного потребления в качестве, для пропитания, изготовления одежды, жилищ, инструментов, транс портных средств. Потенциал жизнеобеспечения зависит от биологи ческой продуктивности экосистем территории.

Традиционные отрасли хозяйствования коренных малочислен ных народов Севера в Камчатской области включают в себя сле дующие формы деятельности: оленеводство, охотничий, рыболов ный и морзверобойный промыслы, собирательство дикорастущих растений и природных материалов (ягод, грибов, орехов, древесины, корней, черемши, папоротника, бересты и др.), необходимых для изготовления пищи, одежды, обуви, украшений, сувениров, средств транспорта и др. Рассмотрим значение каждой формы деятельности для коренных малочисленных народов Севера.

Оленеводство – важнейшая отрасль хозяйства народов Севера, наибольшее свое развитие получила в Быстринском районе Камчат ской области и в Корякском автономном округе. Обеспечивает наи большую занятость трудоспособного населения из числа коренных малочисленных народов. Оленеводство, бывшее основой жизнедея тельности пришло в упадок. Необходимы обновления маточного поголовья, проведение зооветеринарных мероприятий и т.д.

Охотничий промысел – является крупным охотохозяйственным регионом области. В Камчатской области и в Корякском автоном ных округе практически все мужское население из числа народов Севера в той или иной мере занимаются охотопромысловой дея тельностью. Большую часть в структуре семейного бюджета охот ников составляют доходы от этого вида промысла. Одной из важ нейших проблем народов Севера в их отношении к охотничьему промыслу заключается в том, что охотничьи угодья, где их предки жили и охотились тысячелетиями и столетиями, не принадлежат им.

Права принадлежат государственным хозяйственным организациям и охотинспекциям. Охотничьи угодья и охотничьи участки больше отдаются в руки охотникам-сезонникам, чем из лиц коренного насе ления.

В Камчатской области за восьмью предприятиями малочислен ных народов Севера закреплено 584,1 тысяч охотничьих угодий т.е.

около 4% от общей площади закрепленных охотугодий, которая составляет 9762,0 тыс. га (По данным департамента по охране и раз витию охотничьих ресурсов Минсельхоза РФ, Управление по охра не, контролю и регулированию использования охотничьих живот ных Камчатской области, 2002).

В 1999 г. в Быстринском районе насчитывалось 19 охотников, из них только двое представители коренных народов [123]. В 2003 го ду на территории Быстринского района насчитывалось 21 охот ничьих участков, из которых один участок принадлежит РО «Ге ван». В 2007 году охотничьих участков насчитывалось 22, из кото рых два участка закреплены за КМНС.

Рыболовный промысел – приходится до 1/3 всех уловов в Рос сийской Федерации. Народы Севера в индустриальном хозяйстве почти не участвуют, вылов рыбы во внутренних водоемах и при брежный лов в морских акваториях ведется со значительным уча стием коренного населения. Сократившиеся ресурсы лососевых рыб являются одной из основ как хозяйства Камчатской области в це лом, так и для многих слоев населения. Коренным малочисленным народам Севера приоритетно выделяются лимиты для личного по требления, на хозяйственную деятельность на общих основаниях.

Основная проблема традиционного рыболовства в местах прожива ния коренного населения – сокращение рыбных запасов, предостав ление лучших рыболовных участков государственным и коммерче ским предприятиями. Удорожание транспортных расходов и ряд других причин ведет не выгодности промыслового лова рыбы в глу бинных водоемах, именно там, где было занято коренное население.

Морзверобойный промысел – особая форма хозяйствования и уклада жизни, сосредоточен преимущественно на Севере Камчатки у ительменов западного побережья Камчатки и на Командорских островах.

Анализ природно-ресурсного потенциала области показывает о наличии достаточных возможностей для увеличения производства в традиционной деятельности с ориентацией на рынок. Большинство видов продукции в условиях северного климата может подвергаться длительному хранению, причем с небольшими затратами. Это мо жет позволить накапливать значительную товарную массу и предла гать для реализации крупные партии традиционной продукции – рыбу, мясо, ягоды, дикоросы, пушное сырье и другие товары про мыслового хозяйства как в свежем или замороженном виде, так и уже в переработанном виде.

Большинство опрошенных охотнее всего занимаются сборами и переработкой ягоды и дикоросов, рыболовство. Полученные резуль таты, возможно, связаны с тем, что большинство респондентов со ставляли женщин. Из данных, представленных на рис. 7.1, 7.2 и 7.3., очевидна ориентация коренного населения на рыболовство (40%), сбор и переработка ягод (39%), сбор и переработка дикоросов (28,5%) от общего числа опрошенных. Оленеводством занимаются – 3,5%, охотничьим промыслом – 12% и морским зверобойным про мыслом – 3,5% от общего числа опрошенных во всех населенных пунктах затронутым опросом.

Рыболовным промыслом заняты в г. Петропавловске Камчатском 20,2%, п. Раздольный – 43,9%, с. Анавгай – 28,9%, с.

Эссо – 34,4%, Ковран – 67,3%, пгт. Палана – 38%, п. Оссора – 40%, п. Тиличики – 100%, с. Хаилино – 41% от общего числа опрошен ных. Сбор и переработка ягод – г. Петропавловске-Камчатском 26,3%, п. Раздольный – 92,6%, с. Анавгай – 47,8%, с. Эссо – 62,2%, Ковран – 65,3%, пгт. Палана – 33%, п. Оссора – 26%, п. Тиличики – 76%, с. Хаилино – 24% от общего числа опрошенных. Заняты в сбо ре и переработке дикоросов - г. Петропавловске-Камчатском 23,4%, п. Раздольный – 95,1%, с. Анавгай – 30,4%, с. Эссо – 45,5%, Ковран – 42,8%, пгт. Палана – 21%, п. Оссора – 10%, п. Тиличики – 21%, с.

Хаилино – 13% от общего числа опрошенных.

Оленеводством (3,5%), охотничьим промыслом (12,2%) и мор ским зверобойным промыслом (1,1%) от общего числа опрошенных во всех населенных пунктах затронутым опросом. В оленеводстве заняты в с. Анавгай – 13%, в с. Эссо –7,7%, в пгт. Палана 1,8%, в с.

Хаилино – 7,2% от общего числа опрошенных. Большинство корен ного населения не может заниматься в оленеводстве.

Это связано с сокращением поголовья оленьего стада в период с 1991 по 2002 годы, а также итогами проведенной приватизации. В традиционной отрасли – оленеводстве - сложилось крайне тяжелое положение. Оленье поголовье снизилось в пять раз и составляет менее 5000 оленей. Оленеводством смогли заниматься очень немно гие из коренного населения: большие стада в две-пять тысяч голов выпасало по 3-5 пастухов [57]. В результате оленеводстве оказались занятыми всего 10 представителей коренных народов в с. Анавгае, где до 1990 г существовал оленеводческий совхоз, как «градообра зующее» предприятие.

Традиционные виды де яте ль ности коре нного насе ле ния Камчатской области и КАО рыболовство % сбор и переработка ягод 10 сбор и переработка дикоросов никаким Петр.

-Камч. Раздо л ьный Анавгай Эссо Ко вран Пал ана Оссор а Тил ич ики Хаил ино Рис. 7.1. Виды деятельности коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Традиционные виды де яте ль ности коре нного насе ле ния Камчатской области и КАО % охотничий промысел сувенирное производство переработка сырья морской зверобойный промысел Петр.-Камч. Раздол ьный Анавгай Эссо Ко вран Палана Оссор а Тиличики Хаил ино Рис. 7.2. Виды деятельности коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Традиционные виды де яте ль ности коре нного насе ле ния Камчатской области и КАО оленеводство % изготовление традиционных средств транспорта пошив традиционных изделий Петр.-Камч. Раздол ьный Анавгай Эссо Ковр ан Палана Оссо р а Тиличики Хаил ино Рис. 7.3. Виды деятельности коренного населения Камчатской области и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Занятость в охотничьем и морском зверобойном промысле низ кая, в связи с отсутствием государственной поддержи и высокими затратами на поддержания этих видов деятельности. В охотничьем промысле заняты в г. Петропавловске-Камчатском – 28,9%, п. Раз дольный – 14,6%, с. Анавгай – 17,3%, с. Эссо – 20%, Ковран – 14,2%, пгт. Палана – 8%, п. Оссора – 18%, п. Тиличики – 28%, с.

Хаилино – 8% от общего числа опрошенных. Занимаются морским зверобойным промыслом в г. Петропавловске-Камчатском 0,5%, с.

Эссо –1%, Ковран –8,1%, пгт. Палана –2,6%, п. Оссора – 12%, п.

Тиличики – 32% от общего числа опрошенных.

Итак, большинство опрошенных все-таки охотнее всего занима ются добывающими отраслями северного промыслового хозяйства:

рыболовством, охотой, оленеводством, собирательством и перера боткой дикоросов.

Коренные жители занимаются и сувенирным производством: в г.

Петропавловске-Камчатском 2,1%, п. Раздольный – 14,6%, с. Анав гай – 13%, с. Эссо – 14,4%, Ковран – 22,4%, пгт. Палана – 4%, п.

Оссора – 5%, п. Тиличики – 3,5%, с. Хаилино – 5%;

переработкой сырья (кожаного, мехового, пушного сырья, рыбы и т.п.) в г. Петро павловске-Камчатском 0,7%, п. Раздольный – 2,4%, с. Анавгай – 5,7%, с. Эссо – 18,8%, Ковран – 14,2%, пгт. Палана – 3%, п. Оссора – 3,5%, п. Тиличики – 10%, с. Хаилино – 7,2% от общего числа оп рошенных. Изготовлением традиционных средств транспорта (нар ты, лыжи подбитые камусом) как показало анкетирование занима ются в с. в г. Петропавловске-Камчатском 0,5%, п. Раздольный – 2,4%, с. Анавгай – 8,6%, с. Эссо –1%, Ковран – 8,1%, пгт. Палана – 1%, п. Оссора – 1,7%, п. Тиличики – 3,5%, с. Хаилино – 3% от обще го числа опрошенных.

В ходе интервью многие респонденты выразили обеспокоен ность, что получили родовые угодья, не всегда пригодные для ис пользования, удаленные от населенных пунктов, а так же не обла дают достаточными техническими средствами для работы. Данные, представленные на рис.8, показывают, что почти каждый восьмой из опрошенных использует традиционные средства передвижения – лодки (14,5%). В тоже время лодок с лодочными моторами у насе ления мало 9,1%. Из 12% респондентов занимающиеся охотой (5,2%), используют в быту нарты (собачьи упряжки), с помощью которых перевозят груз с мест промысла, но предпочитают снегохо ды типа «Буран», хотя обеспеченность ими у населения низкая (7,4%). Оснащенность другими техническими средствами такие, как бензопила (6%), а вот автомобилями и мотоциклами обладают 21,5% от общего числа опрошенных. Большинство респондентов имеющих личные автомобили и мотоциклы это жители г. Петропав ловска-Камчатского (30,2%) и п. Раздольный(24,3%) от общего чис ла опрошенных. Вызывает беспокойство отсутствие каких-либо технических средств у местного населения – 54% от общего числа опрошенных во всех населенных пунктах затронутым опросом. При таком техническом оснащении промыслов трудно ожидать подъема традиционного хозяйства на более высокий уровень.

О бе спе че нность коре нного насе ле ния Камчатской области и КАО те хниче скими сре дствами % лодка моторная лодка снегоход пилорама мотоцикл автомобиль Петр.-Камч. Раздольный Анавгай Эссо Ковран Палана Оссора Тиличики Хаилино Рис. 8. Обеспеченность коренного населения Камчатской области техническими средствами и Корякского автономного округа, в процентах от общего числа опрошенных Легкие транспортные средства для передвижения по тундре и воде;

компактные механизмы для первичной обработки и после дующей переработки продукции охотничьего, рыболовного и мор зверобойного промысла, оленеводства и собирательства;

средства связи;

мобильные технические средства для осуществления комму нально-бутовых услуг и т.д. должны составлять суть технологиза ции традиционного природопользования, совершенствования мето дов жизнеобеспечения коренных народов.

На развитие традиционного хозяйства сказывается и выбор орга низационно правовой формы: индивидуальное предпринимательст во, общество с ограниченной ответственностью, производственный кооператив, акционерное общество, община, некоммерческое парт нерство. По организационно-правовой форме большинство тради ционных хозяйств являются некоммерческими организациями, так как в современных условиях это – единственная жизнеспособная форма ведения такого рода деятельности.

Таблица Родовые общины западного побережья Камчатского края № Название Родовой общины Место расположения Тигильский район Корякский округ 1 РО «Кахтана» пгт. Палана 2 РО «Родник» пгт. Палана 3 РО «Мэсху» пгт. Палана 4 РО «Эдельвейс» пгт. Палана 5 РО «Стариковская» пгт. Палана 6 РО «Пенсепель» с. Лесная 7 РО «Тогатон» с. Лесная 8 РО «Таган» с. Лесная 9 РО «Юнэт» с. Воямполка 10 РО «Лидия» с. Воямполка 11 РО «Восток» с. Тигиль 12 РО «С’МЗАТААН МЭРАДЭК» с. Тигиль 13 РО «Алней» с. Тигиль 14 РО «Коняваям» с. Тигиль 15 РО «Найпичнай» с. Тигиль 16 РО «Поповых» с. Тигиль 17 РО «Лелла» с. Тигиль 18 РО «Сокол» с. Тигиль 19 РО «Медведь» с. Седанка 20 РО «Напана» с. Седанка 21 РО «Рыбак» с. Седанка 22 РО «Квачина» с. Седанка 23 РО «Лач» с. Седанка 24 РО «Курока» с. Усть-Хайрюзово 25 РО «МЭМ» с. Усть-Хайрюзово 26 РО «Слэч» с. Усть-Хайрюзово 27 РО «Альча» с. Усть-Хайрюзово 28 РО «Анава» с. Усть-Хайрюзово 29 РО «Ушхаин» с. Хайрюзово Продолжение таблицы 30 РО «Медведь» с. Хайрюзово 31 РО «Каврал» с. Ковран 32 РО «Тхсан» с. Ковран 33 РО «Хэвлыч» с. Ковран 34 РО «Окланай» с. Ковран 35 РО «Кипхшишен» с. Ковран 36 РО «Камлач» с. Ковран Соболевский район Камчатского края 37 РО «Ивановы» с. Соболево 38 РО «Лобачевы» с. Соболево 39 РО «Кутх» с. Соболево Усть-Большерецкий район Камчатского края 40 РО «Ажутак» с. Усть-Большерецк 41 Ассоциация районная КМНС с. Усть-Большерецк (бригады) Одной из предпочтительных форм организации деятельности с точки зрения реализации прав – на природные ресурсы, для получе ния налоговых льгот – являются общины. Основная ее цель – это защита среды обитания, сохранения традиционного образа жизни, хозяйствования, промыслов. Община – некоммерческая организация и функционирует в соответствии с ФЗ «О некоммерческих органи зациях».

В своей работе автор использовала понятие «родовые общины» в рамкам определения, данного в Федеральном законе. Общины ма лочисленных народов – формы самоорганизации лиц, относящиеся к малочисленным народам и объединяемых по кровнородственному (семья, род) и (или) территориально-соседскому признакам, созда ваемые в целях защиты их исконной среды обитания, сохранения и развития традиционного образа жизни, хозяйствования, промыслов и культуры [133].

Согласно последней редакции Налогового кодекса доходы, по лучаемые членами родовых, семейных общин коренных народов от традиционного хозяйства и реализации продукции традиционных промыслов, не подлежат налогообложению. Необходимо, чтобы общины были зарегистрированы в соответствии с Федеральным законом [133].

Как показало анкетирование, занятость коренного населения в родовых общинах составляет: в г. Петропавловске-Камчатском – 31,6%, п. Раздольный – 100%, с. Анавгай – 40,5%, с. Эссо – 50%, Ковран – 16,3%, пгт. Палана – 56%, п. Тиличики – 28%, с. Хаилино – 41% от общего числа опрошенных. В поселке Раздольный на во прос о занятости в родовых общинах ответило 100% от общего чис ла опрошенных, это связано с тем, что в опросе приняли участие только члены союза родовых общин «ЯЯР». В поселке Эссо 50 % опрошенных ответили, что являются членами родовой общины, са мый высокий показатель среди поселков. Большинство из них яв ляются членами общины коренных малочисленных народов и ста рожилов общественной организации «Эссо», в которой зарегистри ровано более 100 человек.

Занятость коре нного насе ле ния в родовых общинах и националь ных пре дприятиях % Родовая община 10 Национальное предприятие Петр.-Камч. Раздол ьный Анавгай Эссо Ко вран Палана Оссо ра Тил ич ики Хаилино Рис. 9. Занятость коренного населения в родовых общинах и национальных предприятиях, в процентах от общего числа опрошенных В период с 1991-1992 были зарегистрированы «крестьянско фермерские хозяйства» - всего 34. Затем, в связи с принятием в Камчатской области в 1997 г. региональных законов "О территориях традиционного природопользования" и "О территориально хозяйственных общностях (общинах) коренных малочисленных народов в Камчатской области", эти "крестьянско-фермерские хо зяйства" были перерегистрированы как "родовые общины". Таких общин в Быстринском районе (села Эссо, Анавгай) насчитывалось 58 [207].

На 01.01. 1997 г в Быстринском районе зарегистрировано 43 тра диционных хозяйства. Численность постоянно проживающих в стойбищах, на территориях традиционного природопользования в Быстринском районе – 83 человека;

приезжего населения (названо условно) – 1710 человек. Эта часть населения занята в основном в сельском хозяйстве, органах управления, в социальном обслужива нии, индивидуальном предпринимательстве. Всего в экономике района занято 986 из 1619 человек трудоспособного населения.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.