авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 15 |

«И. А. М О Р О З О В ФЕНОМЕН КУКЛЫ В ТРАДИЦИОННОЙ И СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ КРОССКУЛЬТУРНОЕ ...»

-- [ Страница 11 ] --

Наряду с варьирую щ им ися в соответствии с общей сем антикой обряда или праздника значениям и (своеобразны м и «пр и р а щ е н и ям и » смысла) во всех эти х с л уч а я х сохраняется и более архаическая сим волика крес­ та: он зн а к че ло в е к а, ж ив о тного или птицы (душ и). В об р я да х, п р и ур о ч е н ­ ных к середине В еликого поста, крести к нередко зам еняет ф и то м о р ф н о е обрядовое печенье типа «ж а в о р о н к о в » [по поводу ф и то м о р ф н ы х п р о о б ­ разов креста см., наприм ер: Голан 1993, с. 97-103], и он тесно связан с сем антикой вы проваж ивания, си м волически х «п о х о р о н ». Эти смыслы хорош о видны в свадебны х к ук о л к а х -«р а з го н щ и к а х» и «п о д к о з е л к а х », сохраняю щ их и еще одно древнее значение к уклы : знак дето р о д н о го органа, сим вол плод ор о ди я, столь активно обы гры ваю щ ийся в р а зли ч ­ ных свадебны х ра звлечени ях и р и ту а л а х. В крещ енских и средоп остны х к ук о лк а х -к р е с ти к а х эта сем антика уж е очень завуали ров ан а, но она хорош о просм атривается в обрядовом употр еб ле н и и кресто об разного или зо ом орф н ого печенья, выпекавш егося на эти праздники и иногда д уб ли ров ав ш е го ф ун кц и и «к р е сти к о в »: его едя т или скарм ливаю т скоту, «ч тоб ы все в о д и ло с ь». Хорош о сохра ни ла сь эта сем антика и в м оло д е ж ­ ных розы гры ш ах и подш учива ни ях над сверстникам и (приш ивании « к у ­ к о л » на спину неженатым или тем, кто ук ло н яе тс я от м олодеж ной игры ).

Вместе с тем м атериал, из кото рого были и зготовлены к уклы, оказы вал сущ ественное влияние и на их осм ы сление и употр еб ле н и е. Скажем, в по си делочны х ра звлечени ях м ало у п о тр е б и те льн о ф и гур н о е печенье в виде к уко ло к, которое гораздо более активно прим енялось в обрядовой сфере (наприм ер, куко лк и «б а р и н а » и «б а р ы н и » на рязанском каравае нередко и зго тав ли в али сь из теста).

В заклю чение подчеркнем, что законом е рности, наблю даю щ иеся в м о ди ф и ка ц ии значений об рядов ы х к у к о ло к, м о гут да ть полезны й м а­ те ри ал д ля разм ы ш лений о способа х порож ден ия об рядовой сем антики в целом.

Ку к л а в л и т е р а т у р н ы х и Х У Д О Ж Е С Т В Е Н Н Ы Х К О Н Т Е К С ТА Х О гром ное в оздействие на современное мас­ совое сознание и, соотв етств е нно, на игровы е и обрядовы е пра кти ки оказы вает образ к ук л ы, сф орм ированны й новейш ей худо ж е стве н н о й л и те р а ту р о й, ж ивописью, те атр о м, кино [Гусева 2001а;

Савельева 2001].

Кукла становится обычным героем произведений и скусств а, а дре со в ан­ ных как де тск о й, та к и в зрослой а уд и тор и и.

Х у д о ж е с т в е н н а я и м е м у а р н а я л и т е р а т у р а. И сследование у п о т­ реблений слова « к у к л а » в р усски х ли те р а ту р н ы х те к с та х, м ем уарной ли те р а тур е и прессе X IX — XXI веков по зв оляе т о ч е р ти ть круг наиболее важ н ы хзн а ч ен и й, которы е в о схо д ят к усто й ч и в ы м см ы слам, приписы ва­ емым этой вещи в сам ы х разны х к у л ь ту р а х, и об усло в ле ны п си хологи е й ее в осприятия.

А н а ли з более д в у х с половиной ты сяч относящ и хся к к ук л е л и те р а ­ ту р н ы х конте кстов из и нте рне т-ресурсов «Н а ц и он а льн ы й корпус рус с ко ­ го я зы к а » и ЭНИ «Р о сси й ски й А р х и в » показы вает, что больш ин ств о у п о ­ минаний куклы связано с ее уп о треб ле ни ем в качестве д е т с к о й и г р у ш к и (около 15 % ). Вторым по у п о тр е б и те л ь н о с ти является и с т о л к о в а н и е к у к ­ л ы к а к о б ъ е к т а и с п о с о б а м а н и п у л я ц и и (о коло 10 % ), тре тьи м — п о н и м а ­ н и е к у к л ы к а к д в о й н и к а (о коло 8 % ).

Из д р у ги х значений и м отивов, связанны х с к у к л о й, укаж ем с л е д ую ­ щие (по убы ваю щ ей в зависим ости от частоты упом инания):

• к у к л а к а к н е ч то б е з ж и з н е н н о е, н е д е е с п о с о б н о е : «Ж е н щ и н а она или кук ла, ж и в е т и ли п о д д е л ы в а е тс я п од ж и з н ь ? » [И. А. Гончаров.

Обры в (1869)];

«О н и л е ж а т бледны е, н еп одв и ж н ы е, как восковые к у к л ы » [М. М. Зощ енко. П еред в осходом солнца (1943)];

• ч е л о в е к к а к « м е х а н и ч е с к а я к у к л а » : «Туберозов о тб р о с и лс я, в з д р о г­ нул, и голов а его заходила на шее, как у игруш ечной куклы, у к о т о ­ рой голов а п осаж ена на проволочной п р у ж и н е » [Н. С. Лесков. Боже домы (1868)];

« Э т и ж е н щ и н ы -т о, особенно к о т о р ы е пом олож е, они все как заводны е к уклы, одна на др угую до т о г о п охо ж и, не о т л и ­ чишь, гд е какая» [Валентин Распутин. П оследний срок (1970)];

• с м е р т ь к у к л ы и с л о м а н н а я к у к л а : «С м уж и ком как с к ук ло й п о с т у ­ п а ю т : п о в е р т я т, п о в е р т я т, п о л о м а ю т да и б р о с я т » [И. С. Т ур ге ­ нев. О дно дв о рец О всяников (1847)] «С на ча ла у м и р а е т к ук ла, а у ж п о т о м и зо бр аж ен н ы й ею человек.... Бурав ков, т я ж е л о дыш а, о т к р ы в р о т, с м о т р е л на казненную к у к л у » [Але кса ндр Проханов.

Господин Гексоген (2001)];

• к у к л а к а к н е ч то н е и с ти н н о е, ф а л ь ш и в о е : «С ущ е с тв а, образую щ ие э т о о б щ е с тв о, не лю ди, а к а к и е -т о раскраш енные нарядные кук­ л ы » [П.А. Вяземский. Старая записная книжка (1830-1870)];

«О д и н из верных согла сился б ы т ь “к у к ло й ”, вялым спа р р и н г-п а р тн ер ом, к о т о р о г о эк с -п р е зи де н т, с т о я на т а т а м и, ш вырял бы через б едр о »

[Владим ир М аканин. О днодневная война // «Новый м ир», 2001];

• к у к л а к а к п р е д м е т и н те р ь е р а : «В у г л у несколько кукол подле т о л с ­ т ы х лексиконов;

у с те н к и с т о л и к с т е т р а д я м и и маленьким а льб о­ мом» [В. А. С о ллогуб. Больш ой свет (1840)];

«Барби, разряжённая как на бал, сидела те п е р ь на подоконнике и сверкала, а с т а р и к вы делы ­ вал ш к а ту л к и на п р о д а ж у и пом ыш лял п о с т р о и т ь своей кукле дом с мебелью, освещением и маленьким японским садом» [Людмила Петру шевская. Маленькая волшебница // «О к тя б р ь », № 1,1996];

• к у к л а к а к п о д а р о к, д о р о г а я и г р у ш к а : «Н е де лю г о с т и л а смирно, т о л ь к о все езд и л к ней к а к о й -т о с т а т с к и й, т о ж е красивый, и да р и л Верочке к о н ф е т ы, и н а да р и л ей хо р о ш и х кукол, и п о д а р и л две к н и ж к и, обе с к а р ти н к а м и » [Н.Г. Черны ш евский. Что делать?

(1863)];

«Р ядом с офисом Тимофея — м агазинчик “ Сувениры ”, здесь надобно к у п и т ь с е к р е та р ш е п одар ок, и А н дрей Н иколаевич вы ­ брал г л а з а с т у ю к у к л у » [Ан ато ли й А з о л ь с к и й. Л оп уш о к // «Н овы й м и р», № 8, 1998];

• к у к л а к а к р е б е н о к : «Так, например, я рассказывал, ч т о у меня в доме бы л п о ж а р, ч т о я в ы п ры гнул с двумя д е т ь м и из окош ка ( т о е с т ь с двумя куклам и, к о т о р ы х д е р ж а л в р ук а х )» [С.Т. Аксаков. Д е ­ тские годы Б а гров а -в нука, с луж ащ и е продолж ением сем ейной х р о ­ ники (1858)];

«К ук ла бы ла н а с т о л ь к о х у д о ж е с т в е н н о вы полнена, ч т о в дв ух ш агах ее нельзя бы ло о т л и ч и т ь о т ж и в о г о ре бе нка »

[В.П. Катаев. Алм азны й мой венец (1975-1977)];

• и гр а в к у к л ы к а к с о ц и о в о з р а с тн о й м а р к е р : «С оверш енны е д е т и, ни об чем п о н я т и я не и м е ю т;

им бы еще в к уклы и г р а т ь, а не т о ч т о з а м уж в ы х о д и т ь » [А.Н. О стр о в ск и й. Д о ходное место (1857)];

«Всем б ы ло по д е с я т ь, т о л ь к о Колы вановой у ж е исп олн и лось о д и н н а д ­ ц а т ь, и они по о б я за н н о с ти своего з р е ло го в о з р а с та в ы н у ж д е н ­ но р а с с та в а ли с ь со своими к ук ла м и » [Лю дм ила Ули ц кая. Ветряная оспа (1998)];

• к у к л а и « л о ж н а я к р а с и в о с т ь » : «С о ф ь я Павловна Тальман, улы баю ­ щаяся, напудренная и подкраш енная, п охо ж ая на больш ую н аря д­ ную куклу, сидела на диване с двумя с естрам и подпоручика М ихи н а » [А.И. Куприн. Поединок (1905)];

«М е ж д у т е м перед ним сидела холеная, привыкш ая к роскош и ж е н щ и н а. Одеваемая, б у д т о кукла Барби. Правда, и предназначенная, подобно Барби, с и д е ть дома на п о ч е тн о м м е с т е » [Семен Данилю к. Бизнес-класс (2003)];

• к у к л а к а к н е ч то н е у к л ю ж е е и с м е ш н о е : «О со бе н но вспоминаю одно с то лк н о в е н и е, в к о т о р о м о т л и ч и л с я вчераш ний за е зж и й князек, бывш ий вчера у т р о м у Ю лии М ихайловны, в с т о я ч и х в о р о тн и ч к а х и с видом деревянной к у к л ы » [Ф.М. Д о стое в ски й. Бесы (1871-1872)];

«М о и м уж ч и н ы в ы гля д е ли безж изненны м и манекенчиками, а ж е н ­ щины к а к и м и -то хо дульны м и к ук ла м и » [Ю рий Азаро в. П одозревае­ мый (2002)];

• к у к л а к а к н е ч то б е з д у ш н о е, б е с ч у в с т в е н н о е : « Д е с я т к и т ы с я ч на е ду т р а т я т, на мебель, на у б р а н с тв о домов и на б ездуш н ы х кукол, своих ж е н » [Г.П. Д а ни лев ски й. Воля (1863)];

«Ее с т а р и к п олковник бы л п орядочн ой гади но й, об ращ ался с ней как с бездуш ной к ук ло й и в ы н у ж д а л ко всяким п а к о с тя м » [Вадим Кожевников. Щит и меч.

Книга вторая (1968)];

• « р о ж д е н и е » к у к л ы : «П р о б о в а ли ей д а в а т ь носовые п л а т к и, но она из них все свивала п одобие кук ол, и д а ж е углем пом ечала, гд е б ы т ь глазам, гд е н о с у» [И.А. Гончаров. Обры в (1869)] «П ока ж е н и х осваи­ в ал последню ю н е в е с ту, А ле н а д е л о в и т о привязы вала к Тайкиному ж и в о т у, п од лим онную пиж ам у, больш ую к у к л у » [Лю дм ила Улицкая.

Ветряная оспа (1998)];

• р е б е н о к к а к к у к л а : «Н а гла за всех э т и х прекрасны х дам я все еще бы л т о ж е м аленькое, неопределенное с у щ е с тв о, к о т о р о е они подчас лю б и ли л а с к а т ь и с к о то р ы м им м о ж н о б ы ло и г р а т ь, как с м аленькой к у к л о й » [Ф.М. Д о стое в ски й. М аленький герой (1857)];

«А де ло в т о м, ч т о к ук ла моя, с ч а с ть е мое, щ е р б а та я моя м ордо ч­ ка п о хо ж а на него как две капли в о ды » [Галина Щ ербакова. Все это с л е д уе т ш ить (2001)];

• к у к л а к а к н е ч т о к р а с и в о е и и д е а л ь н о е : «И через м и н у т у дверь д р у ­ го й к о м н а ты о тв о р и л а с ь, и о т т у д а вы порхнула девочка л е т п я т ­ н а д ц а т и, м аленькая, как к ук ла, вся — в ы то ч е н н а я, как к ук ла, но в ы то ч е н н а я великим ху д о ж н и к о м » [A.A. Григорьев. Один из м ногих (1846)] «Н адька бы ла т о л с т о й, б е ло кур о й и п у ш и с то й, как немец­ кая к у к л а » [Дарья Сим онова. Л е гки е кры лы ш ки (2002)];

• и гр а в к у к л ы к а к м а р к е р д е в и а ц и и : «О н а в куклы не лю б и ла и г р а т ь, смеялась не гром ко и не д о лго, де р ж а ла с ь ч инн о» [И.С. Тургенев. Д в о ­ рянское гнездо (1859)];

« С м ладш ей с е с тр о й я и гр а л в самодельные куклы. О д н а ж д ы т е т я Феня и т е т я Раиса, с е с тр ы о т ц а, сдела ли нам несколько кук ол из тр я п о ч е к, и т е т я Феня навела карандаш ом глаза, р о т и нос. К уклы казались необыкновенными, я помню их и сейчас» [Л.Д. Троцкий. Моя ж изнь (1929-1933)];

• к у к л а к а к н е ч т о д е м о н и ч е с к о е и к а к р у г а т е л ь с т в о : «О н в ы гл я д ы ­ вал и обм анчиво кив ал ему го ло в о ю и з-п о д к а ж д о г о к у с т а в рощ е, см еялся и д р а зн и л его, в о п ло щ а лс я в к а ж д у ю к у к л у ребенка, г р и ­ м асничая и хо хоча в р ук а х его, как зло й, скверны й гн о м » [Ф.М. Д о ­ с то е в ски й. Х о зя й ка (1847)];

«Э й вы, Седы х, ч о р т о в а к у к ла, иди т е -к а сюда и п о с л у ш а й т е !» [Дон А м и н а до. П оезд на тр е ть е м п ути (1954)];

• к у к л а к а к н е ч то у с т р а ш а ю щ е е : «З ло б н о гля н у л М ошкин на хозяйку.

Она с т о я л а у двери, прямая, ш ирокая, с опущенными руками, спо­ койная, как кукла, и хо ло дн о -зла я, и прямо на него с м о тр е л а не­ подвиж ны м и, наводящими ж у т ь глаза м и » [Ф.К. С о логуб. Голодный блеск (1907)];

«Карабчиевский к л я н е т с я в лю бви к нему, делая из него м о н с тр а и чудовищ ную кук­ л у » [Василий Катанян. П рикосно­ вение к идолам (1998)];

• к у к л а к а к н еч то м а л е н ь к о е, н е­ зн а ч и те л ьн о е, н и ч то ж н о е : «Алеш а очень лю бовался э т и м убранс­ т в о м, но с тр а н н ы м показалось ему, ч т о всё бы ло в самом ма­ леньком виде, б у д т о для н еб оль­ ш их к у к о л» [Антоний П огор ель­ ский. Черная курица (1829)];

Илл. 12 « Т у т ж е резвились д е т и, т а к и е крош ечные, ч т о Э лли гла за рас­ кры ла о т изумления: они похо ди­ л и на к у к о л» [Александр Волков.

Волш ебник И зум рудного города (1939)].

Особняком стоят упоминания куклы как обрядового или театрального объек­ та, а такж е использования слов «к у к л а »

и «к у к о л к а » в качестве клички или имени ж ивотного, реже человека.

Рассмотрим вним ательнее те значе-илл. п ?

ния и мотивы, которые м о гут и спользо­ ваться в целях с оц и окультур н ого конс­ труирования и програм м ирования. Сре­ ди них обращ аю т на себя внимание пре­ ж де всего рубрики «и гр а в куклы как со ц и о в о зр а с тн о й м аркер» и «и гр а в куклы как маркер девиации». К ним прим ыкает выборка текстов по теме «к ук л а как де ­ т с к а я игруш ка», по скольку в больш инс­ тве случаев представляется очевидным, что упом инание или описание играю щ е­ го в куклы ребенка (или группы детей) в контексте л и тер а тур н ого произведения, газетного, ж урн ального или ме­ м уарного текста направлено на создание определенной атмосферы или настроения «переж ивания д етств а ». Кроме того, игра в куклы является важной хара ктери сти кой персонажа, этот игровой предм ет используется при описании его о тли чи тельны х персона льн о-ли чно стны х и эм оциональ но-чувственны х черт. Больш инство упом инаний куклы в указанны х кон­ те кс та х связано с выделением и подчеркиванием ее особой роли в жизни ребенка, реже — взрослого человека (иногда как проекция воспоминаний о детстве на события личной жизни). Она является важным сим воличес­ ким предм етом, вокруг которого организуется его ж изнь и при помощи которого автор ха р а ктери зуе т его как персону (социально значимые л и ч ­ ностные признаки) и как ли чн ость (и ндивидуально значимые признаки, выражение особенностей внутреннего «Я ») — см. илл. 126, К. Ноулс. За­ стенчивая (2008);

илл. 127, В.А. Тропинин. Девочка с к укло й (1841).

• «Д о сих пор часто видал я, что лю ди в стречаю т новый год в таком восхищ ении, как м олодой суп р уг свою новобрачную или как малый ребенок новую к у к л у » [И.А. Крылов. П охвальная речь науке уб и в а ть время, говоренная в новый год (1793)].

• «О н а ув ле к ла с ь, как легком ы сленн ая девочка ув ле кае тся к у к л о й »

[А.О. О сипович (Н о в одв о рски й ). Накануне ли кв и д а ц и и (1880)].

• «... видиш ь прекрасное, нежное сущ ество, почти ребенка, которое о ж и да ло то льк о в олш ебного прикосновения лю бви, чтобы р а зв ер­ нуться в пышный ц веток, и в др уг ее отры ваю т от к у к о л, от н я н и, от д е тс к и х игр, о тта н ц е в, и слава б огу, если то льк о от этого;

а часто не за гл я н ут в ее сердце, кото рое, м ож ет бы ть, не п р и н а дле ж и т уж е ей »

[И.А. Гончаров. О бы кновенная история (1847)].

• « Я помню Вареньку, когда она еще играла в к ук л ы, а теперь и сама она готова в игруш ки, — сказал, вздохнув, Федор Ф едоры ч» [М.В. Авдеев.

Тамарин (1851)].

• «Д е й с тв и те л ь н о, она отли чно дов о льс тв о в а ла с ь своим с об ств ен ­ ным общ еством, гуляя, собирая цветы, беседуя со своею к у к л о й, и все это с видом та кой с о ли дн о с ти, что по временам ка за лось, б удто перед вами не ребенок, а крохотная взрослая ж енщ и н а» [В.Г. К ор о­ ленко. Слепой м узы кант (1886-1898)].

• « Но та ка я м а л е н ь к а я, что об этом не с то и т и го в о р и ть : коси ч ки и к у к л ы. Бож е м ой, к оси чки и к у к л ы !» [Л.Н. А н д р е е в. Два письм а (1916)].

• «Д аш а, ревниво принимавшая к сердцу каж ды й успех брата, ус п о ­ коилась и принялась купать своих к у к о л, она снимала с них о д еж ду и, приоткры в окно, совала их под лью щ иеся с крыши потоки воды, затем просуш ивала им длинн ы е волосы и м астерила самые за м ы сло­ ватые прически» [Петр П роскурин. Полуденны е сны (1983)].

• «П о ее рассказам, в д етств е я лю б и ла игра ть одна, часами рисовала и ш ила о д е ж д у д ля к у к о л » [И.А. А р хи по ва. М узы ка ж изни (1996)].

• «Н о вот мы с Ж ор ой (моим по следним партнером Георгием П р о ск у­ риным) ста ли езди ть на чем пионаты мира и Европы, и я о б рати ла вним ание, что девочки в р а здевалке си дя т кто с к у к л о й, кто с плю ­ шевой собакой, короче, каж ды й ч то -то в р ук а х те р е б и т...» [Татьяна Тарасова, В италий М елик-К арам ов. Красавица и чудовищ е (1 9 8 4 2001)].

В этом контексте вполне законом ерны упом инания к уклы в одном ря ду с предм етам и, м аркирую щ им и первичную соци али за ци ю ребен­ ка, — кр ести льн о й рубаш кой или чепчиком.

• «П ож и ла я женщина вспомнила такую карти н ку из детства: когда пр и ­ шли с обы ском, она свою крестильную рубаш ку и к у к л у успела спря­ та ть на п е чк у» [Кошмар на улиц е М ельникова не забы ть. О братная связь (2002) // «И зв е с ти я », 2002.11.03].

• «И наиболее остры м и становятся две то чки : когда Ротм истр б ере ж ­ но пе ребирает вы нуты е из потаенного яш ичка секретера к у к л у и крести льны й чепчик своей когда-то нежно лю бим ой ж ены : когда он на авансцене стр а стн о, н а послед ок, приж им ает к себе д о ч ь...»

[«...И поле битвы — сердца л ю д е й » (2003) // «Театральна я ж и з н ь », 2003.05.26].

Часто к уклы или иные зо о - и ан тропо м орф ны е игруш ки м аркирую т «ж е н с к о е » и «м у ж с к о е » про странство (про стран ств о дев очек и м а льч и ­ ков, если го во ри ть о д е тя х — с/и. илл. 128 [Лаврентьева 2008]), то есть являю тся важным гендерны м м аркером.

• «П естр ы е ан глий ски е раскраш енные те тр а д к и и к ни ж ки, кров ат­ ки с к укла м и, к арти н ки, ком оды, м аленькие к ухн и, ф а рф оро вы е сервизы, овечки и собачки на к а туш к а х — обозначали владения д е в о ч е к : столы с оловянны м и солдата м и, картонная тр о й ка серы х коней, с глазам и страш но вы пученны м и, увеш анная бубенчикам и и запряженная в коляску, больш ой белы й козел, казак верхом, б а­ рабан и медная тр уб а, звуки кото рой при в оди ли всегда в отчаяние ан глича нку мисс Блике, — об означали владения м уж ского п о ла »

[Д.В. Григорович. Гуттаперчевы й м альчик (1883)].

• «Тр удно, наприм ер, п р е дста в и ть себе, что мама когда-то б ы ла та к а я же м ален ька я, как Ш ура, и и грала к у к л а м и, а папа — бы ло время — вовсе не езди л в д о л ж н о с ть, а ска­ кал верхом на палке, в бум ажном к олпа ке » [В.Г. К ороленко. Ночью (1888)].

• «Усядемся за столом и, каждый зани­ маясь своим делом (я рисовал, вы­ страивал солдатиков, девочки шили платья для к укол), слушаем чтение Юлии М ихайловны » [Юрий Никулин.

Как я учился ходить (1979)].

Совм естная игра в к уклы в детств е нередко является весомым ар- ппл.па гум ентом при д о к а за те льс тв е б ли зости и особого душ е в ного родства, а и зго тов лен ие или дарение к уклы ре бе нку рассм атривается как знак особого внимания.

• «Я о т покойн ого м ужа тв ое го всю ж изнь искреннею приязнию п о ль ­ зов алась, а мы с то бой еще девчонкам и вместе в к уклы в пансионе и гр а л и » [Ф.М. Д о стое в ски й. Бесы (1871-1872)].

• «Ты мне все представляеш ься тем В иктором, с которым мы выросли вместе, с которым мы играли в к у к л ы...» [И.И. Панаев. О пы т о хлы щ а х (1854-1857)].

• « Старшие сестры ш или ей к у к о л, расчесы вали Аню те волосы своими взрослы м и гребням и, целов а ли и по дки ды в али к н е б у» [Але кса ндр А р ха н ге льс к и й. 1962. П ослание к Тим офею (2006)].

Игра в к уклы, точнее отказ от нее, является мерой «в з р о с л о с ти », со­ циальной состо яте льности, а выражения «ещ е в куклы и гр а е т» или «те б е бы то льк о в куклы и гр а ть» употреб ляю тся в качестве веского аргум ента при об суж дени и зре лости и ответственности человека.

• « Когда Настеньке м инуло ч еты р н а д ца ть лет, она переста ла бегать в саду, переста ла даж е и гра ть в к у к л ы, сты ди ла сь п о ц е лов ать пр и ­ ехавш его в о тста в к у д я д ю -к а п и та н а, и когда, по приказанию отца, п о ц е лов ала, то покра снела ;

то т, в свою оче редь, то ж е в сп ы хн ул»

[А.Ф. П исем ский. Тысяча душ (1858)].

• «О н а гр устн о расставалась с своим и коностасом, в котором с то я ­ л о та к м ного за ветн ы х святы нь, о б л и ты х слезам и печали и ра до сти ;

она по ки дала их, не краснея, как краснею т б ольш ие девочки сво­ ей вчераш ней к у к л ы » [А.И. Герцен. Бы лое и дум ы. Часть четвертая.

М осква, П ете рбург и Н овгород (1857)].

• «З н а ю, ты отв е ти ш ь мне на это, что сам ые сч астли в ы е лю ди — те.

к ото ры е ж и в у т изо дня в д е н ь, как д е ти, к ото ры е пр о гули в а ю т, одев а ю т и р а зде в аю т св ои х к у к о л, п о ч ти те л ь н о б р о д я т в о к р уг ящ и ка, где м ать с п р я та ла пр я н и к, и когда д о б и л и с ь, чего ж е л а л и, и наби ли себе рот, п р о с я т ещ е!» [И.И. М ечников. Этю ды оптим изм а (1 907-1913)].

• «К огда же у в и де л, что В аренька, н е за долго бросивш ая к у к л ы, д о ­ то ле робкая, как серна, по слуш на я, как я гн е н о к, вместо вздохов и слез я вля е т реш им ость и с опр оти в лени е его воле, соверш енно по те ­ р я лс я » [К орнилович 2004, с. 596].

Н ередко сообщ ение о то м, что герой игра ет или не игра ет в к укл ы, является своеобразны м м аркером соци ально й дев и ац и и, сообщ ением об откло н е н и и в развитии ребенка или уж е в зро сло го ч еловека, пере­ живаем ой им стрессовой си туа ц и и.

• « Кукла какая -то из тр я п о к на п о л у возле нее ле ж и т. — не и гр а е т: на губ а х па льчи к д е р ж и т;

с то и т себе — не по ш е в е ли тся » [Ф.М. Д о с то е в ­ ский. Бедные лю ди (1846)].

По-видимому, к этому разряду можно отнести сообщения об игре в куклы мальчиков, хотя в придворной и дворянской среде конца XIX — начала X X века это обычно не воспринималось как существенное отклонение от нормы.

• «С естра рассказала про детей, что они оста лись с бабуш кой, с его ма­ терью, и, очень довольная тем, что спор с ее мужем прекр атился, ста ­ ла рассказы вать про то, как ее дети играю т в путеш ествие, точно так же, как когда-то он играл с своими д в у м я куклам и — с черным арапом и кукл о й, называвшейся ф р а н цуж е н ко й. — Неуж ели ты помнишь? — сказал Нехлю дов, улы баясь. — И представь себе, они точно так же игра ю т» [Л.Н. Толстой. Воскресение (1899)].

П редставлени е о к ук л е как о соц и о к ультур н о м маркере отраж ае тся в акц и я х взаим ного одаривания. С одной стор оны, к у к л у не принято д а ­ ри ть девочке, которую считаю т «у ж е в зр о с ло й ».

• « Дьяковы в этом году сочли меня слишком взрослой для к у к л ы, и вместо обычной Маши я получила от них настоящую медную кухонную п о суду» [Т. Л. Сухотина-Толстая. Детство Тани Толстой в Ясной поляне (1910-1950)].

С д р уго й стор оны, к укла считается очень ценным и важным п о да р ­ ком. Причем не то льк о когда речь и дет о д е тя х. Такие подарки нередко вручаю т при уха ж и ва н и и девуш ке и даж е взро сло й ж енщ ине, чтобы по д­ че р к н уть свое к ней располож ение.

• « Всякий раз приносил я ей или к у к л у или лаком ств а, и м илая ма­ лю тка б ла год а р и ла меня за них, как за самые драгоценны е по дар к и » [О.М. Сомов. Вывеска (1827)].

• « У Сони была больш ая к у к л а, с ярко раскраш енным лицом и рос­ кошными льняны м и волосам и, пода рок покойной м ате ри » [В.Г. Ко­ роленко. В дурн ом общ естве (1885)].

• « Я обещ ал Ан и си м ов у, когда он уезж а л с Га вр илуш кой за границу, по ­ да р и ть его старш ей дочери Мане, на П асху к у к л у, г о в о р я щ у ю “ Папа.

М ама”, да и за бы л. Теперь я это вспом нил и обещ ал ему п о да р ить ей к им енинам, которы е б уд у т 24-го января. Прош у Вас очень куп и ть ей эту к у к л у от м оего имени и п о сла ть к указа нно м у чи слу.... Д ело в том, что она моя крестн иц а и я обы кновенно дарю ей конф е кты и разные п р я н о сти » [Иоанн Константинович 1903, с. 426].

• «Б ы л о ум е н я еще семь м ален ьких р а зде ты х ф а р ф ор о вы х к уко л. Я по­ луч и л а их следую щ им образом. Я раз забо ле ла и леж ала в постели.

Папа куда -то уе зж а л. Приехавш и, он пришел меня навестить.... Как обы кновенно, когда я бывала больна, он начал с то го, что спросил меня: — Скоро ты перестанеш ь притворяться больной? Потом вдруг в здрогн ул, поднеся р ук у к шее, как будто его что-то ук уси л о. — Пос­ м отри -ка, Чурка, — сказал он, — что это меня там на шее кусает. Я за­ пусти ла р ук у ему под воротник и вы тащ ила о ттуда крош ечную ф а р ­ ф оровую к уко лк у. Не успела я подивиться том у, как она туд а попала, как в др уг папа при тв о ри лся, что его что-то ук ус и л о под обш лагом его б лузы. Я посм отрела туд а — там оказалась к уко лка ч уть побольш е то й, которая была спрятана за воротом. Потом тре тья к укл а, п о б о ль­ ше, наш лась в башмаке, четвертая — в другом, и так я в разны х мес­ та х оты скала семь к уко ло к, из кото ры х последняя, седьм ая, была са­ мая больш ая. Потом к ним оты скалась и ванночка. Эти к уко лк и были единственной игруш кой, которую мне когда-ли бо подарил папа. Я их очень лю била, и они д олго ж или у м еня» [Т. Л. С ухотина-Толстая. Д е ­ тств о Тани Толстой в Ясной поляне (1910-1950)].

• «К ук ла пришла как раз вовремя: к 24-му февраля — т.е. ко дню рож ­ дения М урочки! М урочка ж да ла ее как манны небесной. Кукла пре­ взошла все ее ож идания. Особенно в осхи ти ло ее то, что к укла дви ж ет глазами вправо и влево. Она назвала к у к л у Раичкой и сшила для нее простенькое платье — на каж ды й д е н ь» [К. И. Ч уковский. « А х, у каж ­ дого человека д олж на быть своя Лом оносова...» (1925-1926)].

• «В б ла го д а р н о сть за д е сяти ле тню ю б езупречную с л уж б у ей в то р ­ ж ественной об стан овке вручи ли почетную гр а м оту и огром ную, ра з­ мером с го дов а лую хули гэн ш у. к у к л у в ярком нейлоновом платье и с алым бантом в зо ло ты х в олоса х. Анна Ионовна см ущ енно приняла гр а м оту и неловко взяла к у к л у, которая в др уг закры ла стеклянны е глаза и внятно вы говорила по слогам : “ М а-м а”» [Ю рий Б уйда. У кош ­ ки дев ять см ертей (2000) // «Н овы й м и р», 2005].

П о-видим ом у, в данном случа е подразум евается одно из значений куклы — ‘ж енщ ина’ (см. параграф «К дилем м е б ож е ств ен ного в человеке и челов е че ско го в б о ж е ств е ») и даж е ‘идеальная ж енщ ина’, которы м м о­ ти в ирована больш ая группа уп о тр е б ле н и й слова « к у к л а » — «к у к л а как н е ч т о красивое и и де а льн о е ».

• «В передней к его услуга м в ы ступи ла горничная с китайским р а з­ резом глаз и с Ф и гурою ф а р ф о р о в о й к у к л ы : она е м у ти х о кивнула и подала п а ль то » [Н. С. Лесков. Зимний день (1894)].

• « Добродетели предстали перед нею, как большие, красивые куклы в бе­ лы х платьях, сияющие, благоуханные» [Ф. К. Сологуб. Мелкий бес (1902)].

• « А ведь бывают — одно за гляден ье: штаны узкие наденет, к о ф ту ка кую -ни б удь тесную, косынкой от мошки за кутается, вся кр угле н ь­ кая — кукла и к у к л а » [Василий Шукшин. О хота ж ить (1966-1967)].

• «Д а, он, Котька Малышев, был влюблен в Ирину Семеновну, м оло­ денькую. хорош енькую, как дорогая заграничная к у к л а, которая стро ила глазки всем учителям -м уж чи на м м оложе сорока ле т и была уверена в том, что Пушкин “ перешел на прозу потом у, что выдохся в поэзии”» [Юрий Вяземский. Ш ут (1982)].

• «Я о ней только и помню, что краси­ вая была как кукла и что в детстве о дубленке м ечтала» [Евгений Прош­ кин. Механика вечности (2001)].

Хотя часто сравнение девуш ки или ж енщ ины с к у к л о й вызвано лиш ь илл.

стрем лением п о дч е р к н уть б е зуп р е ч ­ н ость и соверш енство ее наряда («ка к у к у к л ы »)— см. и лл. 129, Т. Д ерий. М а­ мино платье (2004).

• « Парашеньку свою М ихайла Мак­ симович одевал как к у к л у, испол­ нял, предупреж дал все ее ж ела­ ния, теш ил с утра до вечера, когда только бывал д ом а» [С.Т. Аксаков.

Семейная хроника (1856)].

• «М ам енька во мне душ и не чаяла, наряж ала меня, как к у к л у, работать не пр и н уж да ла ;

что хочу, быва­ ло, то и дела ю » [А.Н. О стровский. Гроза (1860)].

• «Ее покойная мать сама одевалась всегда по последней моде и всег­ да возилась с Аней и одевала ее изяш но. как к у к л у, и научила ее го во­ рить по -ф ранц узски и превосходно танцевать м а з ур ку» [А.П. Чехов.

Анна на шее (1895)].

• « Разодел он ее как к у к л у, то льк о очень больш ую, и гра ть с такой с тр а ш н о » [Варвара Синицы на. М уза и генерал (2002)].

О тсю да возможны й перенос: «н а р я ж а ть как к у к л у » м ож но и р ебен­ ка, в том числе и м альчика, и даж е м уж чи ну. Эта к он стр укц и я во многом п р о яв ляе т и ха р а ктер отнош ений м еж ду «н а р я ж а ю щ и м » и «н а р я ж а е ­ м ы м »: это отнош ения м еж ду и гр око м -м а н и пуля то р ом и его лю бим ой иг­ руш кой, к ук л о й — см. и лл. 130, М. М элм. Моя к уко лк а.

• «Иван воспиты вался не дом а, а у богатой старой те тк и, княжны Ку бенской: она назначила его своим наследником (без этого отец бы его не о тп усти л);

одевала его, как кук лу, нанимала ему всякого рода у ч и ­ те ле й » [И.С. Тургенев. Дворянское гнездо (1859)].

Илл. 13 • « Красивые м альчи ки -па ж и, п о хо ­ ж ие на нарядны х к у к о л, неслыш но скользи ли по комнатам, устланным коврами, и не спускали глаз с ко р о ­ ля, ж елая п ре дупре ди ть его м алей ­ шее ж елан и е » [Л.А. Чарская. Три слезинки королевны (1912)].

Д альнейш им развитием этого к р у ­ га значений м ожно сч и та ть у п о тр е б ле ния слова к у к л а, помещ енные нами в р уб р и к а х «к у к л а и “лож ная кра­ си в ость”» (как ироническое осм ы сление значения « к у к л а » ‘красивая, нарядно одетая ж енщ ина’), «к у к л а как нечто неистинное, ф а льш и в о е », «к у к л а как нечто неуклю ж ее и см еш ное». При этом слово « к у к л а » об ы ч­ но д ополн я ется эм оц и она льно окраш енны м и оп ределени я м и : «в е р тл я ­ в ая», «р а зр я ж е н н а я », «р а скр а хм а л е н н а я » и т.п.

• «К расотки н. студе н т весьма щ еголеваты й, убирается как к укла, да и дум ает не иначе» [Д.И. Фонвизин. Д р уг честны х лю дей или Стародум (1788)].

• «К уда, право, как гадка эта госпожа П ростакова! Сдела ть на нее пла­ тье — много с тои т;

но самое платье не стои т ни полуш ки. А д очки -то :

одна вертлявая к укла, другая деревянная с та туя » [В.Т. Нарежный.

Российский Ж и л б ла з, или Похож дения князя Гаврилы Симоновича Ч истякова (1814)].

• «В о зле Веры Дм итриевны сидела по одну стор ону старуш ка, разря­ женная как к у к л а, с седыми бровями и черными пуклям и, по д р угую диплом ат, длинны й и бледны й, причесанный a la Russe и говоривш ий по-русски хуж е всякого ф р а н ц уза » [М.Ю. Лерм онтов. Княгиня Л и то в ­ ская (1838)].

• «Астраб ато в показал мне на него. — И эта раскрахмаленная кукла туда же! — сказал он, качая головой, — прячется в кусты, тоны задает, боит­ ся, видишь ли, чтобы его не зам етили с нами;

мы, душа моя, недоста­ точно ком ильф о для него» [И.И. Панаев. Опы т о хлы щ ах (1854-1857)].

• «С о ф ья П ав ловнаТальм ан.улы баю щ аяся, напудренная и подкраш ен­ ная. похожая на больш ую нарядную к у к л у, сидела на диване с двумя сестрам и подпоручика М и хи на» [А.И. Куприн. П оединок (1905)].

• «Рядом с этой роскош ной, охамевшей к укло й чувствую т себя неиму­ щими даж е девочки, которы е сами то лько что отш ивали из своей ком ­ пании Ж еню » [Инна Соловьева. Ц ветик-сем ицветик (1990-2000)].

Для целей социального конструи­ рования особенно важны группы зна­ че н и й, п р е д с та в л е н н ы е в р у б р и к а х «р е б е н о к как к у к л а » — см. и л л. 131, З.Е. С е р е б р я к о в а. К атя с к у к л а м и (1923), «к укл а как ребенок», «к у к л а как двойник», «к у к л а как об ъект и способ манипуляции», поскольку именно дети обычно являются наиболее в е р о я т н ы м и ™, ш и активным объектом социальны х ма­ нипуляций и именно им адресована зна­ чительная доля активно продвигаемых социальны х конструктов.

• «К ак наибольш ая часть в оспи­ та нни ков ста рого века, он лю дей считал средствам и д ля своих вы­ год. детей — к уклам и д ля за ба вы ;

сохрани Бог, чтоб они осм ели ли сь д ум а ть, не то льк о п о ступ а ть, иначе как по его воле, то есть по его п р и х о ти » [A.A. Б е стуж е в -М а р ли н ск и й. Л а тни к (1832)].

• «Такой м атери нуж на д о ч ь -к у к л а, потом у что она сама к у к л а, и все и гра ет с к уклам и в к у к л ы » [Н.Г. Черны ш евский. Что делать? (1863)].

• «Соседка сочувственно качала головой, думая о своих невзгодах, а маленькая соседкина дочка, трехлетняя кукла с громадным красным бантом на макушке, подбиралась к клеткам и, боязливо озираясь, гро­ зила птицам пальчиком » [В.П. Катаев. Бездельник Эдуард (1920)].

• « А Поль накричал на него: — Я вам не к укла ! Извольте и гра ть со мной как с соперником, а не как с глупы м ре бе нком !» [Ю лиан Сем е­ нов. Сем надцать м гновений весны (1968)].

П роизводны м и о т эти х значений нам пре дста в ляю тся употр еб ле н и я слова « к у к л а », пре дставленны е в р уб р и к а х «ч е л о в е к как “ м еханическая к у к л а ”», «к у к л а как нечто б ездуш ное, б есч ув ств е н н о е», «к у к л а как не­ что б езж и зненное, неде еспо со бн ое».

Ассоциативная связь куклы с играю щ им ею ребенком, их взаимная глубо ка я эм о ц и о н а льн о -п си хо ло ги ч е ска я за висим ость, наделение к у ­ кол чертам и ее об ла д а те ле й при в но си т особы й драм атизм в эпизоды, связанные с «по куш е ни ем на к у к л у », ее похищ ением и намеренным повреж дением — распространенны е мотивы взаим оотнош ений м еж ду м альчикам и и девочкам и (см. «В есе н н е -ле тн я я о б р я д н о с ть », «К ук о лк и в ком м ун и ка ти в ны х п р а кти ка х с сим воликой за и гры в ани я »). В с и л у у п о м янутой выше связи эти дей стви я м о гу т рассм атриваться как направ­ ленны е на персону хозяй ки /хозяи на к укл ы, а поэтом у обы чно в о спри ни ­ маются очень б олезненно и эм оци она льно, даж е если это бы ло сделано с благим и намерениям и, как в рассказе В.Г. К ороленко «В дур н ом об щ е­ с тв е » [К ороленко 1989;

НКРЯ: Короленко 1885].

• «В саду перед окнам и мои четверо м альчиш ек пересм атривали и рвали книж ки с карти н ка м и, отни м а ли v сестры к у к л ы, кричали и возили сь, несмотря на п р и сутств и е д в у х нянек, которы е сидели в пяти ш а га х» [М.В. Авдеев. Тамарин (1851)].

С этим связаны и м етоним ические ф и гур ы речи и образы, и с п о л ь зу­ ющие образ по вре ж ден ной, слом анной, р а зб итой, брош енной куклы для вы ражения разры ва отнош ений или понесенной утр а ты — см. и лл. 132, М.В. Д о б уж и н с ки й. Кукла (1905).

• «Я вижу, что я д ля вас к ук л а : поиграете вы мной, и злом аете и б р о ­ с и те » [А.Н. О стр о в ск и й. Бесприданница (1879)].

• «П отом здороваюсь со старой Зининой к у к л о й. У нее чахотка, и она л е ­ ж ит в пыльной дырявой ванне, задрав кверху пятки. Я ее перевернул, чтобы все было прилично... Поговорил с ней о Зине. Да, конечно, сер­ дце девочки — одуванчик. Забыла к у к л у, забыла Микки. А потом у нее появится дочка, и все начнется сначала... новая дочка, новая кукла, но­ вая собачка. А п ч хи !» [Саша Черный. Дневник Фокса Микки (1927)].

• «Э то никогда не уляж ется в сердце ее м уж а, кото рое она р а збила, как девчонка бьет глиняную к у к л у » [Н.С. Лесков. На нож ах (1870)].

В последнем случае упоминание «ра зб и той к ук л ы » звучит как реми­ нисценция жестокого романса: «И сердцем, как куклой, играя, он сердце, как к уклу, разбил...». Для л и ­ тературн ы х текстов харак­ терен образ «п о ки н уто й »

(«потерянной») или с ло ­ манной куклы, который ис­ пользуется Д Л Я Т О Г О, чтобыИлл. 13 подчеркнуть отверженность и неприкаянность героя или царящую вокруг атмосферу разорения и запустения.

• «Р ы ж и к подал матери узе ло к, в котором л е ­ ж али штаниш ки, две рубаш ки и оловянные солдати ки. — А вот мне что бабушка дала... — запищ ала Верочка и, в свою очередь, подала матери узе ло к. В узе лке ока зали сь платьица, кое-что из белья и старая к укла с одним глазом и без р у к » [А.И. Свир ский. Рыжик (1901)].

• «К уди в лени ю, ни мисс М о лль, ни старш его ее воспитанника не бы ло, ком ната была пуста, и в у гл у, лицом к стене, стояла самая м аленькая и ч то -то бы стро плачущ им голоском ш ептала. В одной ручонке ее. вы тянувш ись и плоско подогнув тр я п и тч а ты е ноги, ви­ села к укл а с распуш енны м и волосам и и одним выбитым гла зо м, а д р угую р уч о н к у самая м аленькая часто по дносила к глазам и как-то д е ло в и то, про долж ая ш ептать, в ы тирала слезы. Услыш ав мой голос, самая м аленькая переста ла ш ептать, но не об ерн ула сь и то ль к о ос­ торож ны м движ ением по дтянула к себе к у к л у и скры ла ее за своим те л о м » [Л.Н. Андре ев. Он (1913)].

• «В ком нате был чудовищ ны й беспор ядок, — кни ж ки, платья, белье, склянки о т д у х о в, коро бочки в а ля ли сь где при дется, кровать см ята, больш ая к укл а в грязном платье л е ж а ла в ум ы в а льн и ке » [А.Н. То лс­ то й. П охож дения Невзорова, или И бикус (1924)].

В рассказе Л.Н. Андре ев а «Н а ре ке » речь и дет о сильном наводне­ нии, во время кото рого герой вы возит на ло д ке лю дей из за топ ле нны х дом ов и с уж асом наблю дает царящ ие в окр уг р а зр ух у и хаос, си м во ли ­ ческим образом к ото р ы х является слом анная к укл а.

• «Р а з в его р ук у попала к укл а — картонна я, с поломанны м ч ер е­ пом. о ткуд а ли ла сь вода, когда к у к л у б рали за н о ги » [Л.Н. Андре ев.

На реке (1900)].

В л и те р а ту р е X X века к укла нередко в озникает в сам ы х драм атиче с­ ки х и тр а ги ч е ск и х о б с то я те ль с тв а х как сим вол б езвозвратно утр а ч е н н о ­ го детств а или при описании см ерти ребенка: «Ее наш ли вместе с у б и ­ то й по другой в поле за цепями с нескольким и ш рапнельны м и пулям и в груди и м аленькой к уко лк о й, за ж а той в засты вш их р ук а х, — ш утливы м подарком одного из о ф и ц е р о в » [НКРЯ: Богаевский 1918]. При этом срав­ нение уб и ты х с куклам и призвано п о дч е р к н уть особы й цинизм и бесче­ ло в е ч н о сть соверш енного п р е ступ ле н и я : «О н спокойн о, как о ф и гу р а х из папье-м аш е, дум а л об у б и ты х, даж е о д е тя х ;

слом анны ми к уклам и казали сь они, и не мог он п о чув ств ов а ть их боли и с тр а д а н и й » [НКРЯ:

Андре ев 1905].

Насилие над к укл о й в сим волическом см ы сле равносильно над­ р уга те л ь с тв у над ребенком : «М и лы й Клим, я в и дела, как ры жий солд а т то п та л каб лукам и д етскую к у к л у, знаеш ь — та кую тря пи чную, деш евую.

Топтал и бил п ри кладом в интовки, а из к уклы сы палось... это, как это? — О п и лк и, — по дсказал Сам гин. — Вот! О п и лк и. И я уверена, что, если б это был ж ивой ребенок, он и — е го !» [НКРЯ: Горький 1928].

Все эти значения акти вно и спользую тся при с о ц и о к ультур н о м конс­ тр уи р о в а н и и, помогая ф о р м и р о в а ть при помощи м еханизм ов об щ е­ ствен ного мнения по ло ж и те льн ы е и отр и ца тельн ы е им идж и и активно навязы вать их д ля повседневного уп о тр е б ле н и я.

Ж и в о п и с ь. А н а ли з ж ив о пи сны х презентаций (см. иллю страц и и ) показы вает, что к укла при изображ ении детей с л уж и т маркером « д е ­ тс к о с ти », указы в а ет на пол, возраст, социальны й ста тус ребенка — см. илл. 40, 127, цв. вкл. 12;

см. Эти значения представлены в карти н ах В.А. Тропинина «Д ев очка с к у к л о й » (1841);

К.В. Лем оха «В а р ь к а » (1893);

Н.И. Фешина «П о р тр е т Вари О до р а тск о й » (1914);

З.Е. Серебряковой «Д е ­ вочка с к у к л о й » (1922);

К. П етрова -В одки на «Д ев очка с к у к л о й » (1937);

А. Мещанова «На с ту л е » (2002);

и др. О том, насколько устой чи в о б ­ раз куклы как иконического зн а­ ка детств а, можно понять по ее изображ ениям в те х с л уч а я х, ког­ да сю жет картины не тр е б уе т ее п р и сутств и я. В качестве примера приведем кар ти н у З.Е. Серебря­ ковой, в центре которой группа дете й, сосредоточен но заним а­ ющ ихся сооруж ением дом ика из карт — см. и лл. 133, З.Е. Сереб­ рякова. Карточны й дом ик (1919), что о тр аж ае т распространенное п ре дставление о круге д е тс к и х р азвлечений: «Б еспечны е и невинные м ладенцы знаю т лиш ь одни свои к уклы и карточны е д о м и ки » [М ы словский 1836, с. 147]. Кукла на картине никак не уч а с тв уе т в игре, а изображена то льк о д ля то го, чтобы по дчер­ к н уть, что главными действую щ им и лицам и являю тся дети (ср. к у к л у на картине A.A. Харлам ова «М ы льны е пузы р и »).

На картине A.A. К р асносельского «Б аб уш ки ны с к а зк и » (1866) и зо б ­ ражено б ольш ое сем ейство, сидящ ее за столом в вечерних сум е рках — см. цв. вкл. 8. Четверо д ете й, та к же как и находящ иеся в ком нате взрос­ лы е, полностью поглощ ены истори е й, которую рассказы вает им б аб уш ­ ка, энергично ж е сти к ули р ую щ а я при этом рукам и. А брош енны е на п о лу и диване куклы лиш ь подчеркиваю т степень в овлечен ности м ален ьки х с луш а теле й в процесс исполнения бабуш кой сказки.

В б ольш ин стве случаев к укла в ж ивописи и зо бр а ж а ет м ладенца или м ален ького ребенка, предм ет д ля игры «в сем ью » или «д о ч к и -м а те р и »:

A.A. Харлам ов «И гр а в „д о ч к и -м а те р и “ » (1911);

Б.М. Кустодиев «Д е в о ч ­ ка с к у к л о й » (1915);

Татьяна Дерий «В ечер няя пе сенка» (2004). О к р у ­ ж енная лю бимы м и куклам и девочка си м во ли зи р ует будущ ее счастливое сем ейство — см. и лл. 131, З.Е. С е реб­ рякова. Д очка Катя с куклам и (1923).

К орм ление, укачивание к уклы или при го тов лени е д ля нее нарядов яв­ ляется К ОМ ПОЗИЦ ИОН НЫ М Ц еН Тр О М Илл. м ногих за м ечате льны х ж ив о пи сны х по ло тен: A.A. Харлам ов «М а ленька я ш вея» (1910);

И.Д.Д р и зе «Д ев оч ка с к у к л о й » (1948);

И.И. Ершов «К сения ч и тае т сказки к у к л а м » (1950);

Э. Пи­ терс «И зго то в ле н и е к у к л ы »;

Ф. С трайт «К уко льн ы й д о к то р » (1876);

A.A. Д о р ж елес «М а ле н ьк и й д о к то р »;

Э. А д л е р «О б е д » (см. цв. вкл. 9, И, 13).

Реже к укл а в ы ступае т в ж и в о ­ писи как д во й н и к ребенка, м ате­ р и али за ци я его alter ego или «и д е а ль н о го Я ». Хорош ей и ллю стр а ц и е й та ко го значения является картина худо ж н и к а А.Г. В арнека «П о р тр е т A.A. Том иловой в детств е с к у к л о й в р ук е » (1825) — см. и лл. 134. На нем изображ ена д ев очка, приж им аю щ ая к пле ч у к у к л у в костю м е в зрослой ж енщ ины, на которую она ук а зы в а е т пальцем, тем самым как бы и де н ­ ти ф и ц и р у я с ь с ней. В ряде случа ев подобная и нте рпре тац и я возможна и д ля ком пози ци й, в к ото р ы х к укл а и зо бра ж а ется рядом с д ев очкой, а не у нее на р ук а х или на к о ле н я х. Например, м ож но п р е дп о л о ж и ть, что та ко е и столков ан и е по дра зум ев ае тся в зам ечательном п о р тр е ­ те А.П. Рябуш кина «Д е в о ч ка с к у к л о й » (1890-е), на ка р ти н а х Т. Дерий «М а м и но п л а ть е » (2004), Н. М илаш евич «З е р к а л о » (2004), H.H. Го р ло ­ ва «П о р тр е т д е в о ч к и » (1960) — см. и лл. 129, цв. вкл. 12. Впрочем, и в д р у г и х с л уч а я х внешний об ли к к у к л ы, наприм ер, изо бра ж е ни е ее как взр о сло й ж енщ ины (см. цв. вкл. 13, А.И. К о рзухи н. Бабуш ка с внучко й, 1879) или обозначенны й х удо ж н и к о м ха р а к те р отнош ений с ней ее о б ­ л а д а те льн и ц ы («лю би м ая к у к л а » ): Е. Никипаренко «Д е в о ч к а с лю бим ой к у к л о й » (2003);

Ю.Л. Д я тло в «Д е в о ч к а с к у к л о й » (2002), «Л ю би м ая к у к ­ л а » (2006) — м о гу т бы ть поводом д ля и н те р пр е тац и и к уклы как alter ego или «и д е а ль н о го Я » хо зя й к и. Причем нередко намеренно по дч ер ки в а ­ ется схо д ств о ребенка с его к у к л о й.

О тм ети м, что изображ ения м альчиков с к ук л о й встречаю тся ч р е з­ вычайно редко — A.B. М аковский. М альчик с к ук л о й (1922);

Ю.В. Р а зу­ м овская. П ортре т м альчика (1938);

см. та кж е и лл. 48, цв. вкл. 8, 12. Кук­ ла в э ти х с л уч а я х и сп о льзуе тся, чтобы по дч е р к н уть хар а ктер ребенка и отнош ение к нему автора. Тем не менее сюжетом м ногих ж ив о пи сны х полотен являю тся куко льн ы е ролевы е игры с участи ем как м альчиков, та к и девочек — см. и лл. 135, Р. Ш еппард. М айкл и Кристина за чайным столи ком (1950);

а та кж е и лл. 39, 96, 103, 109, 120, цв. вкл.

Ан а ло ги ч н а я сим волика хара ктерн а и д ля картин за р уб е ж н ы х х у ­ дож н ико в — см. цв. вкл. 8-11. Больш ую п о дб о р к у прим еров м ож но найти в бло ге KYKOLNIK (2010);

см. та кж е д р уги е и ллю стр а ц и и в книге.

Ж ив о пи сная тр а ди ц и я X X века чаще и с п о льзуе т к у к л у как отвле че н но-си м в оли чески й предм ет, обозначаю щ ий душ евны е состояния или о б ­ щее настроение, передаваем ое той или иной картин ой — см. цв. вкл. 13, А. Ремнёв. Рыжая (2004). Такую ф ун кц и ю вы полняет, наприм ер, не бр е ж ­ но брош енная на подокон ни ке в ком нате за го р о дн о го дом а детская к у к ­ ла на акварели М.В. Д о б уж и н ско го «К у к л а » (1905) — см. и лл. 132. Неес­ те ств енн о и зо гн ута я к уко льн ая ф и гур к а на ф оне обш арпанны х стен и не пр и тя за тельн ого дере ве нского дво ри ка за окном вы рази тельно пе р е­ д а е т чувств о оди ночества и за пустен ия.

К уклы на к а р ти н а х Вячеслава Калинина «К ук о ль н и к с п е тр уш к о й »

(2003), «К ук о л ь н и к. Н а во дн ен и е » (2005), «К ук о льн ы й те а тр » (2008), пе­ ре да ю т состо ян и е а б с ур да и н е е сте ств е н н о сти и зо б р а ж а е м о го м ира, где лю ди безж и зне нны и х о д уль н ы, п о доб но м ари о нетка м на сцене к у к о ль н о го те а тр а — см. цв. в кл. 13. Тема «р а з ъ я то го на ч а с ти », сю р­ р е а ли с ти че с ки «п р е п а р и р о в а н н о го » в соврем енном мире челов е ка о траж ена в п о ло тн а х Ю.А. Ц ветаева «К у к о л к а » (2007), «В о с п о м и н а ­ н и е » (2007) и др.

В сериях полотен A.A. М алиновского «Го луб ая н и ть » (2001), «Д е в уш ­ ка с к у к л о й » (2003) и В.В. Рябчикова «К ук л ы » (2002), «З а го в о р » (2003), «Р а з го в о р » (2003) и с п о л ь зу е тс я об р аз к у к л о ­ вода, в р оли к о то р о го в ы с туп а е т ж ен щ и н а, что м ож но и н те р п р е ти р о в а ть как в и зуа л ьн ы й об раз новой р оли ж енщ ины и «ж е н с к о г о » в со в р е м е н ­ ном м ире.

М а с с м е д и а и к и н о. Тема к ук л ы в сам ы х р а з­ ны х р а к ур с а х все чаще по па д а е т в поле зрения м ассм едиа. О то м, как п р о и с х о д и т тр а н сл я ц и я не ко то р ы х «в е ч н ы х » к у к о ль н ы х тем и м отивов соврем енной м ассовой а у д и то р и и, м ож но с о с та ­ вить н е ко торо е п р е дста в ле н и е, наприм ер, по ан онсу передачи РЕН ТВ «К ук л ы. И груш ки с а та н ы » из серии «Ф а н та с ти ч е с к и е и с то р и и » (01 М арта 2010, 18:00):

«В м и ров ы х к у л ь ту р н ы х тр а д и ц и я х с ч и та е тс я, что к у к л а — ж ивое с ущ еств о, ум ею щ ее л ю б и ть или у б и ­ вать, за б о ти ть с я о св ои х в л а д е л ь ц а х или в р е д и ть им. На чердаке с та ­ рого дом а новые в ла д е льц ы наш ли тр я п и ч н ую к у к л у. С этого м ом ента в семье на ча лись не объясним ы е н е п р и я тн о сти. Но к укл ы м о гу т и и с ц е ­ л я ть. С ущ е ств уе т целы й те а тр, где к ук л о в о д ы — д е ти, б ольны е раком.

У не ко то р ы х см ерте льны й д и а гн о з уж е о тм е н е н » [К ук л ы -и гр уш ки с а та ­ ны 2010].

В озм ож ность подмены образа при помощи м анипуляций с персо н а ж а м и -кукла м и в соврем енны х ср е д ств а х м ассовой инф о рм а ци и, на­ прим ер, в известной те ле пер едач е 1990-х годов «К у к л ы », возвращ ает нас к древним пра кти ка м, когда в храм е от имени Бога вещ али жрецы [см., напр.: Наж ель 1997, с. 191].

За по сле дни е д е с я ти ле ти я появи лось не сколько десятко в ки но- и те ле ф и л ь м о в, в к ото р ы х главную роль и граю т м а г и ч е с к и е к у к л ы - д в о й ­ н и к и, обы чно являю щ иеся инкарнацией о тр и ц а те льн ы х героев или зло б н ы х д е м о н о в -уб и й ц, и где ож ивш ие к уклы д е й с тв ую т как лю ди и лю ди превращ аю тся в к ук о л.


П ревращ ение в к уклу-де м о н а часто свя­ зано с пре ступлени е м или наруш ением эти ч ески х норм и ф а кти ч е ски является наказанием за содеянное. Именно таков см ысл собы тий, п р о ­ и схо д ящ и х в п с и хо тр и лле р е «К у к л ы » («D o lls », 1987) режиссера С. Гор­ дона — см. и лл. 136, цв. вкл. 16, где та и нственн ы й особняк, в которы й по воле случа я попадаю т герои, является своеобразны м Ч истилищ ем, из к ото р ого целы м и и невредимы м и м о гу т вы браться то льк о о б ла д а ю ­ щие чистой и невинной душ ой ребенка. Но м есть к уко л связана еще и с пре неб ре ж и те льн ы м и варварским обращ ением с ними как б ездуш ной и м ертвой вещью, которую м ож но безнаказанно слом ать или р а стопта ть.

Те, кто не способен ув и де ть в к ук л е ч еловеский образ и, одуш евив ее, в с туп и ть с ней ди а ло г, имеют м ало шансов на вы живание. Эта тема обы г­ ры вается в целом ряде го л л и в у д с к и х тр и л л е р о в.

Ож ивленны е к уклы -дв о йн и ки часто использую тся их хозяевам и как орудие мести и уби й ств а или сами становятся таковы м и: «Ж и в а я к у к л а »

(«L ivin g d o ll», 1990), «Тряпичная К ук ла » («R a g d o ll», 1999), «М ертвая к у к л а »

(«Dead D oll», 2005), «М е р тв а я ти ш и н а » («Dead Silence», 2007) — см. и лл. и д р. Та ко в с ю ж е т ф и л ь м а у ж а с о в Ч. Б эн да «К р о в а в ы е к у к л ы » («B lood D olls», 1999), в к о то р о м м и л л и о н е р В и р д ж и л Тр э в и с, р о ж ­ д е н н ы й урОДОМ С КрОШеЧНОЙ ГОЛОВОЙ И П О Илл. то м у скры ваю щ ийся под м аской, вы м ещ ает св ою н е н а в и с ть к л ю д я м, п р е в р а щ а я и х п р и по м о щ и с п е ц и а л ь н о го п р и б о р а в ж и в ы х к у к о л и з а с т а в л я я с о в е р ш а ть у б и й с т в а — см. цв. вкл. 16. В к а ч е с тв е п р о т о ти п а э то го т р и л л е р а м о ж н о у к а з а т ь ф и л ь м Т. Б р а у н и н ­ га « Д ь я в о л ь с к а я к у к л а » («The D e vil-D o ll», 1936), но в ц е л о м э т о т м о ти в о ч е н ь х а р а к те р е н д л я с о в р е м е н н о го к и н е м а то гр а ф а.

Куклы и и гр уш ки, наделенны е м агическим и св ой ств ам и, не то ль к о ста нов ятся орудием м ести («Д ом п р о кл я то й к у к л ы », 2004), вы раж ая са­ мые сокровенны е и чудовищ ны е зам ы слы хозяи на («Д ем он и че ски е иг­ р уш к и », 1992), но и в конечном счете нередко ун и ч то ж а ю т его. В ф и л ь ­ ме Р. А тте н б о р о «М а ги я » («M a g ic », 1978;

д р уго е название в российском про ка те — «М а ги ческая к у к л а ») куко льн и к -ч р е в о в е щ а те л ь Корки, к о ­ то ры й с тр а д а е т раздвоением л и ч н о с ти, в ы ступ а е т с м анекеном по им е­ ни Ф этс. Его к ук л а по имени То лстя к — это его второе « я », впитавш ее вы тесненны е ж елани я и эм оции. Если он роб ок и скром ен, то к ук л а — развязна и на гловата. То лстя к пом о гае т Корки реш ать его ж изненны е проблем ы весьма ра ди кальны м способом и сам же с л у ж и т орудием.

Пока Корки д е р га е т Ф этс за н и то чки, м агическая к укл а постепенно о в ­ ла д е в а е т его голосом и те перь сама ж е ла е т уп р а в л я ть своим хозяи но м.

Корки к аж ется, что он сх о д и т с ум а, а Ф этс все си льнее то лк а е т его на край про пасти.

Опасная сущ н ость об ъе к то в -д в о й н и к о в проявляется и в соврем ен­ ных к и не м а то гр а ф и че ск и х тр а к то в к а х биол оги ч е ски х двойн иков — б л и з ­ нецов и кло нов. Таков пафос ф а н та сти ч е ск о го боевика Р. С п отти св уда «Ш е с то й д е н ь » («The 6th D ay», 2000), в котором проблем а клони рова ни я вы водится за рамки б и о эти ки. Речь и дет о вторжении м огущ е ств енн ы х илл. 1 3 корпораций и го сударств а в ли чн ую ж изнь гра ж дан.

Отм етим, к у к л ы и ч у ч е л а в к и н о ч а щ е в с е го с и м в о л и ч е с к и о б о з н а ч а ­ ю т сф е р у д о хр и сти а н с к и х верова­ н и й, м а г и и, м и с ти к и и к о л д о в с т в а, наприм ер, пра кти к культа вуду, к кото ром у обы чно причастны о тр и ­ цательны е персонаж и. Э то т мотив является ц ентральны м в «Д е тск о й и гр е » («C h ild ’s P la y», 1988) реж ис­ сера Т. Хо лла н да и его п р о д о л ж е ­ ниях: «Д е тск а я игра 2» (1990), «Д е ­ тская игра 3» (1991), «Н е в еста Ч аки »

(1998), «П о то м ств о Ч аки » (2004), где к укла Чаки ож и в ае т благодаря использованию за кли на ни й магии вуду — см. и лл. 139, Чаки уб и в а ет к у к л у у ч и те ­ ля вуду. И иронически обы гры вается в «И с тв и к с к и х В е д ьм а х» («The W itches of E a stw ick», 1987) Д. М и ллера, где со б л а з­ ненные дьяв олом в об ли ке м и лли он ера Д эр и л ван Хорна три очаровательны е ведьмы расправляю тся с ним при помощи к уклы вуду. В та к и х ф и л ьм а х, как «П л е те ­ ный ч е л о в е к» (1973 и 2006) и «Д е ти к у к у ­ р узы » (2009;

см. и лл. 138) к уклы по яв ля ­ ются в контексте ар ха и че ских р и туа ло в ч елов е че ски х ж ертв оп ри нош е ни й. Эта тема хара ктерн а и д ля я понского и лл.

ки нем а тогра ф а, которы й охо тно и сп о льзуе т рем инисценции из о б р я д о ­ вых пра кти к с употр еб ле н и ем к ук о л, ш ироко ра сп ростра нен ны х в я п о н ­ ской к ультур е. Хорош им прим ером м ож ет п о с л у ж и ть ф и льм режиссера Й о дзи ро Такита «К о л д у н » (2002;

см. и лл. 140).

Чучело в поле кукурузы как знак мистического ужаса такж е является фирменным знаком м ногих голли вудски х три ллеро в. Его, например, ис пользуетТим Бертон в своей «Сонной лощ и не» («S leepy Hollow », 1999).

В ан и м а ц и он н о -худ ож еств е н н ом ф и льм е Яна Ш ванкм айера «У р о к Ф а ус та » («F a u s t», 1994) сю р р е али сти ч ески смешаны анимация и ги п е р ­ р еали зм, одноврем енно д е й ств ую т живы е акте ры, глиняны е к уклы и ги га нтски е м ари онетки на родного пло щ а дн о го к уко льн о го те а тр а. Л е ­ генда о Ф аусте и злож ен а в свойствен ном Я. Ш ванкм айеру с ти ле. Герой Ш ванкм айера б л у ж д а е т по узки м улоч ка м Праги с м и сти че ско й картой в р ук а х. Л а би ри нты у л и ц п р и в о д я т его на заброш енны й чердак, где он н а хо ди т старинны й к уко льн ы й те а тр и «Ф а у с та » Гете посередине ком на­ ты. Он при м еряет костю м Ф ауста и вж ивается в его об раз. Начавш ись как невинная забава, его путе ш еств и е пр е в р а ти ло сь в р е а льн о с ть, и герой о ч у ти л с я в л а б о р а то р и и зн ам ен итого а лхи м и ка. Ф ауст, попав в те а тр а льн ы й по дв а л, разб ив а ет сте кля н н ую к о лб у с го м ун к улус о м, в кла ды в а ет ему в ро т за п и ску и к укл а ож ивает. При этом леге нда о Ф а­ усте в ф и льм е по стоянно пе ресекается с д р уги м и б ли зки м и м и ф о л о ги ­ ческим и сю ж етам и.

О чень по хо ж и й худо ж е стве н н ы й прием, когда р е а льн о с ть к уко ль н о го те атр а загадочны м образом на чи ­ нает в озде й ство в а ть на ре а ль н о с ть ж изни и в оображ аем ое ста нов и тся илл. ыо де й ств и те льн ы м при помощ и «м а ­ гии к у к о л », прим еняется и в м и с ти ­ ческой саге И. Бергм ана «Ф ан ни и А л е к с а н д р » («Fanny och A le xa n d e r», 1982). Н енавидящ ий отчим а за его ж е с то к о с ть и ф анати зм А ле к с а н др по падае т в наполненны й кукла м и дом р одств ен ни ко в м атери — Э кд а лы, где сто ле ти ям и заним аю тся и зго тов лен ие м те а тр а л ь н ы х к ук о л. Ж и в ущ и й здесь в п о ­ та й ной ком нате похож ий на ге р м а ф р о ди ­ та или «ж и в ую к у к л у » И зм аэль пом огает А л е к с а н д р у и с п о лн и ть его та й ное ж е л а ­ ние и у н и ч то ж и ть дом отчим а.

Среди востре бо в анн ы х соврем ен­ ным и н те лл е ктуа л ьн ы м ки нем а тогр а ф ом идей, связанны х с образом к ук л ы, можно в ы де ли ть и д е и к у к л о в о д а и м а н и п у л я ­ ц и и с о з н а н и е м, связанные с проблем ой то та л ь н о го контр оля в современном о б ­ щ естве, где лю ди все чаще в ы ступаю т как м арионетки. О браз к укл о в о да используе тся в ра зли чны х б оев и ка х, к р и ­ илп. ш м и нальны х и сто р и я х и тр и л л е р а х : «К у к л о в о д » («P la ym a ke r», 1994), «К у к ­ л о в о д ы » («The Puppet M asters», 1994) и др. Э то т м отив является сю ж ето­ образую щ им и в необычном по за м ы слу и исполнению ф и льм е С. Д ж о н ­ за «Б ы ть Д ж оном М а лков и чем » («B ein g John M alkovich»,1 999 ;

см. и лл.

141), где речь и дет о гр а ни цах ли чн ой ж изни в современном общ естве и в озм ож ности вторжения в «л и ч н о е п р о с тр а н ств о » и даж е сознание д р уго го человека и м анипулирования им. Согласно сю ж ету, к уко ль н и к неудачник Ш вартц Крэйг, устрои в ш и сь на новую р а боту, о б н а р уж и в ае т в своем кабинете потайную дверцу. За ней, к его изум лению, о б н а р у­ ж ивается потайной хо д в м озг го лли в удск о й звезды Дж она М алковича.

И то гда предприим чивы й к у к л о в о д решает с к о л о ти ть капи та л на о р га н и ­ зации экскурси й д ля всех ж елаю щ и х побы вать «в ш к ур е » М алковича. О т кли е нто в нет отбоя. В конце концов аф ера вскры вается, п о ск о льк у сам М алкович, узнав о бесцерем онны х в тор ж ен и ях в личн ое про стр анство, наносит в изит а в а нтю ри сту К рэйгу и тр е б уе т об ъясн ени й. А затем, не по ­ верив услы ш анном у, реш ает лично по гр узи тьс я в глубины соб ственн ого Я через тайную две рцу. Ф ильм начинается и заверш ается небольш им и миниатю рам и с участи ем м арионеток под упра влени ем Ш вартца Крэйга.

Их основной пафос за клю чается в и зо браж ении уж а са и отчаяния ч ело века -м а ри оне тки, когда он обна руж и в ае т, что его воля и его действия полностью подчинены м огущ е ств енн ом у к укл о в о д у.

В дум чивом у и неспеш ном у и сследовани ю те х не видим ы х нитей, к о ­ то ры е связы ваю т лю дей и п е репле таю т их судьбы в оедино, превращ ая их в по доб и е м ари о нето к, посвящ ен ф и льм Т. Китано «К у к л ы » (2002).


Трудно ска за ть, кто то т к у к л о в о д, которы й ведет э ту изощ ренную игру, подсекая своей удо чк о й р ы б ок-лю де й, ясно ли ш ь, что и связанные крас­ ной веревкой герои первой н о ве ллы, М ацум ото и Савако, и д р уги е ге­ рои ф и льм а б у д у т вм есте до самой см ерти, сколь упор н о бы не р а зв о ­ д и ла их судьб а.

Современная к укл а впиты вает в себя и отобр аж ает, как зе ркало, все д е стр ук ти в н ы е проявления человеческой сущ ности. Это в полной мере о тр а ж а е т современны й кинем а тогра ф, и спользую щ ий образ кук лы д ля создания устраш а ю щ и х образов по ста п о ка ли п ти че с ко го б уд ущ е ­ го, где вещи восстаю т против лю дей. В аним ационном ф и льм е «Д е в я ть »

(«N inth, 9», 2009) Ш. Эккера после то го как в страш ной войне челов е че с­ тво бы ло ун и ч тож ен о разум ны ми м еханическим и м онстрам и, поднявш и­ ми р ук у на своего созда теля, на Зем ле остается то льк о д е в я ть тр я п и ч н ы х к ук о л. Их перед своей гибелью созда л учены й, которы й при дум а л ум ­ ные машины. Он в лож и л в них человеческие душ и и хара ктеры. И те пер ь то ль к о вместе, помогая д р уг д р угу, они м о гут вы ж ить и в ы полнить свою миссию — в озродить на Зем ле ж изнь.

Соврем енны е тр а кто в к и куклы нередко связаны с реали заци ей м и­ ли та р и с тс к и х устрем лен и й и зам ы слов их с озда телей. Созданны е для борьбы против п о тен ц и а льн ого про ти в ни ка невинные на первый взгляд игруш ки становятся см ертельно опасным оруж и ем : «К ла сс 1999 го да »

(1990), «И гр у ш к и » (1992), «П о в е л и те ль к у к о л », ч. 1 -8 (1989-2003), «С о л ­ д а ти к и » (1998).

К укольны е образы м о гу т и спользо в аться и как сим вол м ора льн ого преодолени я уж а сн ы х о б с то я те льс тв, в которы е попадаю т жертвы то та ­ ли та р н ы х режим ов соврем енности. Такова к укла Дон К ихота, «ры ца р я без стра ха и уп р е к а », изго тов лен ная узникам и ф а ш истского к о н ц ла ге ­ ря Освенцим. Об этом по ве ств ует а н и м а ци онно -до кум ен тальны й ф и льм Б. Аб лы нина «И сто р и я одной к у к л ы » (1984).

*** Таким образом, анализ ли те р а тур н о -х уд о ж е с тв е н н ы х конте кстов, в к о то р ы хуп о тр е б л я е тс я понятие « к у к л а », д ем о н стр и р уе тв сю сло ж н о с ть и м ногозначность концепта « к у к л а » и его и склю чи те льн ую в аж ность и востре бо в анн ость в к уль тур н ы х пр а кти ка х. При этом конвенциональн ы е оби ходны е упо тр е б ле н и я слова « к у к л а » обы чно ограничиваю тся его ис­ толкова ни ем как и грового предм ета, а переносны е, м ета ф ори че ски е уп о тр е б ле н и я, связанные с пониманием куклы как об яза те льн о го ат­ ри б ута ребенка (как правило, девочки), основы ваю тся на их взаимном «п о д о б и и » (к укла о ребенок), а та кж е на в тор ичны х а тр и б у та х к укл ы, в первую очередь ее красоте, вы раж енной в соверш енстве наряда и и де ­ альны х ф ор м а х те ла.

О би ходн ы е уп о тр е б ле н и я д о п ус ка ю т описание как к уклы лю б ого зо о - или а н тр о п о м о р ф н о го пре дм е та: «Б о л ьш о е спасибо за ваш по да ­ рок на елку. Сегодня после всенощ ной у с тр о и л и м ален ькую е л к у тв о е м у к р е с тн и к у;

мы с братцам и при нем за ж и га ли на ней свечи, которы е ему, каж ется, п о нрав и ли сь го раздо больш е, чем новые резиновы е к у к л ы : к у ­ банец, п е ту х, ло ш а д ь, ле б е д ь и п р.» [К онстантин К о нстантинович 1903, с. 365]. О днако, учиты в а я сущ еств ую щ и е гендерны е ра зли чи я в и гр о ­ вых п р е дп о чте н и я х, говоря об и гров ы х пр е дм е та х м альчи ко в, обы чно пр е дпо чи та ю т не уп о тр е б л я ть слов о « к у к л а », заменяя его конкретны м и названиям и м альч и ко в ы х и груш ек: м иш ки, л о ш а д к и, со л д а ти к и, ни н д ­ зя и т.п.

В русской к уль тур е X IX -X X I веков наблю дается сущ ественная э в о­ лю ция концепта « к у к л а », его усло ж н ен и е, наделение его все более слож ной к ультур н о й си м воликой. Н аблю дается те нде нци я к нарастанию дем они чески х тр а кто в о к к укл ы, ее связи с сим воликой разруш ения, у т ­ раты и см ерти. Эти значения опираю тся на о б щ е культур н ы е тр а кто в к и к уклы как ч его -то м ертвого и безж и зне нно го (в отли чи е от ж и в о г о ч е л о ­ века, м оделью или образом кото рого она я вляется). Эволю ция язы ковы х значений связана с тра нсф орм а ц иям и в общ ественном сознании и со ­ ц и о к уль тур н ы х пр а кти ка х, использованием к уклы в ц еля х с оц и ально го конструи ро ва ни я и програм м ирования. Это по р о ж д а е т инте рпр е таци и к уклы как образа человека в то та ли та р н о м общ естве, не имеющ его собственной воли и руков оди м о го невидимым к укло в о до м, а та кж е сю­ ж етны е лини и в советской ли те р а тур е и мировом ки нем а тогра ф е, свя­ занные с «б ун то м к у к о л » против власти к укло в о да.

«Ф еном ен к у к л ы » и создание «Н О В О ГО Ч ЕЛО В ЕКА»

К укла н е то л ь к о в ы с ту п а е те качестве ем кого и об р а зн о го си м во ли ч е ско го вы раж ения сущ н о сти че ло в е че ско го б ы ­ тия [П ла тон. Госуд а р ств о, кн. 7], но и м ож ет и с п о льзо в а тьс я д ля м о д е ­ ли р ов а н и я в аж ны х свой ств чело в е че с ко го х а р а к те р а, ф ор м и ро в ани я «п е р с о н ы », то есть об щ е ств енно зн ачим ы х х а р а к те р и с ти к л и ч н о с ти, а та кж е ус то й ч и в ы х по ве де н ч е ск и х схем (па тте р н ов ). По утв е р ж де н и ю А р и с то те л я, «ч е л о в е к — это м ар и о н етка, упр а вля ем ая б о ж е с тв о м ».

П латон та кж е с ч и та л, что лю д ьм и, п о доб но м а ри о нетка м, пра в ят нити Д о бра и Зла, Д о б р о д е те л и и П орока. И самая важ ная из них — з о л о ­ тая ни ть разум а, кото рая у п р а в л я е т го ло во й ч е л о в е к а -к у к л ы [Го лд о в ­ ский 2004, с. 247].

Мечты о «соверш енном ч е ло в е ке » в о с хо д я т к м и ф о ло ги и Древнего мира, от изваянны х из зо ло та «п р и с л у ж н и ц » Гефеста из «И л и а д ы » («...

п р и с луж н и ц ы, под руки взявши в лады ку, / Шли зо ло ты е, живы м п о до б ­ ные девам прекрасны м, / Кои исполнены разум ом, си лу имеют и го лос, / И кото ры х бессм ертны е знанию дел и з у ч и л и » — Н о т. II X V III 417-420) до м иф ов о Героях и В ели ка нах (Ги га нта х), напом инаю щ их созданны х богами несокруш им ы х го ле м ов -р об ото в. «З о л о ты е п р и с л уж н и ц ы » — это впечатляю щ ий образ и де а льн ы х бож ествен ны х созда ни й, ли ш енны х ка­ к и х-ли б о изъянов и не до статков. Однако идея создания «соверш ен ного ч е ло в е ка » развивается па р а ллельн о с идеей о его возм ожной неподкон тр о ль н о с ти создателю. Образы Прометея или наруш аю щ его запреты и несущ его за это наказание ге роя -три кстера являю тся центральны м и в м ировом ф о л ь к л о р е. Важ ную роль играю т они и в хр и сти ан ской м и ф о ­ л о ги и — от Падшего Ан гела (Л ю циф ера, Сатаны) до грехопа дени я Адам а и Евы. Нем аловаж но, что создание человека м оти в и ров а ла сь средне в е­ ковыми те олога м и как не об хо ди м ость воспо лн ить «не до стаю щ и й с м о­ мента падения десяты й чин а н ге ло в » [Махов 2006, с. 242-245, 303-306;

МС 1991, с. 485-486]. Это по зв оляе т го во ри ть об изначально встроенной в европейскую к у л ь ту р у новой эры идее усоверш енствования человека «д о ан гельского чина и п о до б и я », на которой построены все социальны е уто п и и по сле дн и х д в у х ты с я ч е л е ти й.

Именно этим догм атом по дпи ты в а ло сь стре м ле ни е средневековы х алхи м и ко в к усоверш енствованию человеческой природы, в частнос­ ти, попы тки созда ть искусств е нного человека — гом ункулуса (от лат.

hom unculus — ‘чело в е че к ’), то есть, ф а кти ч е ск и, в оспроизвести в л а б о ­ ра торны х у с ло в и я х а к тТ в о р е н и я. В массовом сознании эти опыты ассо­ ц и и р ов али сь с тщ етны м и попы ткам и Сатаны превзойти в соверш енстве сотворенное Господом и по р о ж д а ли легенды о Ф ранкенш тейне, созда в ­ шем Чудовищ е.

В эпоху Ренессанса идея «соверш енного челов е ка » получае т разви­ тие в попы тках конструирования м еханического «ч ело ве ка -м а р и о н етки ».

Процветание этой идеи в постренессансны й период связано с общей раци­ онализацией отнош ений в системе «чело ве к — пр и р о да », по скольку ф у н ­ дам ентальное различие в отнош ении современного и древнего человека к окружаю щ ем у м иру заклю чается в том, что «д л я современного человека мир явлений есть в первую очередь “ О но”, для древнего — и такж е прим и­ тивного человека — он есть “Ты”» [Ф ранкфорт 2001, с. 9]. Иными словам и, окружаю щ ий мир перестает восприним аться как нечто одуш евленное, наделенное личностны м и чертами и требую щ ее диа лога. Начиная с XVII в.

«дом инирую щ им ум онастроением оказы вается механицизм — м ета ф и зи ­ ка зо ло того века заводной и гр уш ки » [П огоняйло 1998, с. 86].

Дальнейш ая актуа ли за ц и я идеи куклы в Новое время связана с возникновением и развитием и н д устриа льной ци вили за ци и, что п о ро­ д и ло новые концепции социального устр ой ств а и по требовало осмыс­ ления роли и места человека в общ естве, в котором личные и родовые связи м еж ду лю дьми постепенно теряю т свое первостепенное значение.

Ю.М. Лотман в этой связи зам ечает: «П оявление в исторической ж изни, начиная с Ренессанса, машины как новой и исклю чи те льно мощной об ­ щ ественной силы по роди ло и новую м ета ф ору сознания: машина стала образом ж изнеподобн ой, но мертвой в своей сути мощи. В конце XV III в.

Европу охв а ти ло повальное увлечение автом атам и. Сконструированны е Вокансоном заводные куклы с де лали сь воплощ енной м етаф орой с л и ­ яния человека и машины, образом м ертвого движ ения. П оско льку это время совпало с расцветом бю рократической государств е нно сти, образ наполнился соци ально -м ета ф ори чески м значением. Кукла оказалась на скрещении древнего мифа об оживающ ей ста туе и новой м и ф ологи и м ертвой машинной ж и з н и » [Лотман 1992, с. 378-379].

Развитие техни ческого прогресса кардинально изменяет тр е б о в а ­ ния к ли чн ости. По мнению Н.А. Бердяева, «те хни ческая цивилизация по сущ еству своему им персоналистична, она не знает и не хочет знать л и ч ­ ности. Она тр е б уе т активности человека, но не хочет, чтобы человек был личностью. И личн ости необыкновенно трудно удерж аться в этой ц и в и ли ­ зации. Л и чность во всем противополож на машине. Она прежде всего есть единство в м ногообразии и целостность, она из себя полагает свою цель, она не согласна быть превращена в часть, в средство и орудие. Но те х ­ ническая цивилизация, но технизированное и м аш инизированное общ е­ ство хотят, чтобы человек был их частью, их средством и орудием, они все делаю т, чтобы человек перестал быть единством и целостью, т. е. хотят.

чтобы человек перестал быть личностью. И пре дсто и т страшная борьба м еж ду личностью и технической цивилизацией, технизированны м общ е­ ством, борьба человека и машины. Техника всегда б езж алостна ко всему ж ивом у и сущ ествую щ ем у. И ж а ло с ть к ж ивом у и сущ ествую щ ем у долж на ограничить власть техни ки в ж и зн и » [Бердяев 1933, с. 29].

В X X веке ф е н ом ен альн ы е свой ств а к ук л ы ярко про яв ляю тся в еще одном дин ам и чн о развиваю щ ем ся я вле н и и, связанном с новым направлением и н те л л е к туа л ь н о й и н а уч н о -те хн и ч е ск о й м ы сли эпохи по стм о де р н а, — созда ни и «н о в о го ч е л о в е к а », «ч е л о в е к а б уд у щ е го », к ото р ы й, об ла д а я мощным и н те лл е к то м, им ел бы еще и к о ло с с а ль н ую ф и зи ч е с к ую с и л у и не уя зв и м о сть боевой маш ины. Если п р и д е р ж и в а ть ­ ся л о ги к и Э. Ш остром а и с о гла си ться с у тв е р ж д е н и е м, что «е с л и вы ви­ д и те в д р у г и х “ Э то ”, то есть вещ ь, то и сами не и зб еж н о с та нете “ Э ти м ”, то есть вещ ью » [Ти по логи ч еска я м од ель 19986, с. 132], соврем енны й ч е лов е к не и зб еж н о «о в е щ е с тв л я е т» не то ль к о окр уж а ю щ ий п р и р о д ­ ный мир, но и д р у г и х лю д е й, все более о то ж д е с тв л я я их с бездуш ны м и м а ш и на м и-ро бо там и.

К Д И Л Е М М Е Б О Ж Е С Т В Е Н Н О ГО В Ч Е Л О В Е К Е И Ч Е Л О В Е Ч Е С К О ГО В Б О Ж Е С ТВ Е Феномен к уклы заклю чается в том, что в ней ове щ еств ляется, становится явной, словно вы ворачиваясь наизнанку, сущ ность нашего взгляда на мир. Именно в к ук л е мы в полной мере м о­ жем осознать всю неизбы вность а н тропо центри зм а, пронизы ваю щ его лю бое человеческое твор ени е и ж естко д етерм ин ир ую щ его границы на­ шего познания. Наиболее ярко это про яв ляе тся в нашем понимании « ч е ­ ло в е ч е ск о го » (ли чность) и «б о ж е с тв е н н о го » (св ер хли чное, суперэго), а точнее — в стрем лении утв е р д и ть п р о изв одн ость первого от втор ого и уста н о в и ть устой чи вы е гом о ло ги и м еж ду ними. H.A. Бердяев, р а ссуж да я о л и чн о сти, ко н ста ти р о в а л: «Л и ч н о с ть не есть при ро да, как Бог не есть при рода. О дно с др угим связано, ибо ли чн о с ть и есть образ и подобие Бож ье в человеке. Л и ч н о с ть п р е дпо лага ет сущ ествование св ер хли чного.

Л и чности нет, если нет ничего выше ли чн о с ти. Тогда ли чн о с ть ли ш ает­ ся своего цен ностно го содерж ан ия, которое связано со св ер хли ч н ы м »

[Бердяев 2003, с. 127]. Если и н те р пр е ти р ов ать это ра ссуж де ни е в рам­ ках понимания к уклы как alter ego и гр ока -м а н и пулято р а (см. «Р о ль к у к ­ лы в он то ге н е зе »), то есть вещ ественной инкарнации его л и чн о с ти, его внутре нне го « Я », то становятся очевидны м и причины осознанной или неосознанной сакра ли зац и и и м и ф о ло ги за ц и и этого предм ета. Ведь к укла как м атериальная «копи я л и ч н о с ти » неизбеж но о то ж д е с тв ля е тс я с «о б р а зом и п о доб и ем » Бога или с сверхъе стеств е нной сущ ностью, к о ­ торая осознается как неуправляем ая человеком частица собственного « Я ». Как отм ечает А.Н. Исаков, «та м, где ч еловек рассчиты вает на и нти м ­ ную взаим ность со своим бы тием, он в д е й ств и те л ьн о с ти ста лки в ае тся с б езличной аноним ной субста нци ей подры ваю щ ей позитивное у тв е р ж ­ дение веры. Но именно то гда ничем уж е необоснованное признание Д р уго го о б ретае т новую и н те н си в н о с ть» [Исаков 1998;

Исаков 2010].

Ф актически к укл а — это часть бессознате льного, которой м о ж н о н а­ у ч и т ь с я у п р а в л я т ь и м а н и п ули р о в а ть, сделав ее осязаем ой и видим ой челов е ко подоб ной вещью. При этом к этой вещ и, по оп ределени ю, пр и ­ менимы все приняты е в данном социум е меры воздействия о тп о ч и та н и я до ф и зи ч еского наказания и уни чтож ени я.

Д. Кэм пбелл, рассуж дая о сущ ности м ировы х рели ги й, в которы х «л и ч н о с ть божества м ы слилась как пре де льн ая», делае т прим ечательны й вывод об ограниченности «поним ания то го, что вы ходит за пределы их собственного ан тропом орф ного б ож е ств а» у их адептов [Кэмпбелл 1997, с. 288]. Божества и их изображения наделяю тся свойствами человека, очень конкретны м и знаниям и, умениями и чувствам и, пусть и м ного­ кратно усиленны м и в их божественной инкарнации. Отсю да известны е в буддизм е представления о том, что ста туи Будды, прош едшие церемонию «откры вания гла з», являю тся живыми. Они об ладаю т способностью пред­ сказаний и выражения ра зличны х эмоций и чувств. Н а друга тельств о над изображениям и Будды приравнивалось к преступлениям против лю дей:

отделение головы ста туи считалось равносильны м уби й ств у, соскаб ли ­ вание с нее зо лота — ото ж д е ств ля ло сь со сдиранием кожи и т.п. [Ивано­ ва 1996, с. 54].

Если проанализировать рассуж дение Д. Кэм пбелла с точки зрения обсуж даем ой нами «к у к о л ь н о й » проблем атики (и шире — п ре дста в ле­ ния об антропности окружаю щ его мира), то становится очевидны м, что по крайней мере в д в ух крупнейш их м онотеистических р е ли ги я х (ислам и иудаизм в их ортодокса льной форме) заклю чены некоторы е пре дпо­ сы лки преодоления «всепроникаю щ его ан тропо м орф и зм а ». Ведь обе эти религии налагаю т запрет на любые реалистические изображения ж ивы х сущ еств, а такж е на антропом орф ную с к ул ь п тур у и пласти ку. Конечно, эти догм атические предписания не всегда безусловно выполняются на прак­ тике. В частности, они не с толь стро ги, когда речь и д е то д етски х игруш ках.

В д р уги х с луч а ях они не исклю чаю т некоторы х компромиссов. Примером этого является тра ди ци я изготовления у народов Кавказа стел, представ­ ляю щ их собой стилизованны е изображения человеческих ф и гур, у к о то ­ рых лица заменяются орнам ентальны м и розетками [М иллер 1925, с. 40;

Марковин 1972, с. 24].

Тем не менее именно использование сакральн ы х изображений (скульп туры, м озаичны х и ж ивописны х панно и икон с изображениям и Иисуса Хр иста, Богом атери и различны х святых) является важным а р гу­ ментом и слам ских идеологов, обвиняю щ их хри сти анство в склонности к язы честву, по скольку «когд а человек начинает м ы слить о своем Творце по аналогии с самим собой, он неизбежно начинает приписы вать Ему чисто человеческие слабости и н е до ста тк и » [Полосин 1972, с. 132].

Если об р ати ться к д р уги м мировым ре ли ги ям, то необходим о о тм е­ ти ть, что появление с к ул ь п тур н ы х и зображ ений Будды и связанного с ними и зо б р а зи те льн о го канона — явление д о ста то ч н о позднее, появив­ шееся, по некоторы м оценкам, в начале первого ты ся че ле ти я н.э. Более старая и конограф и ческая тр а ди ц и я изображ ения на б а р е лье ф а х сцен из ж изни Будды до в о льс тв о в а ла сь его сим волическим и и зо б р а ж е н и я ­ ми: каменным алта рем, скам ейкой, отпечатком ног, деревом, колесом закона и др. [Иванова 1996, с 52]. Это по дтв е р ж д а е т м ы сль М. Э лиаде, что «ч е л о в е к с то го врем ени, когда он впервые осознал свое полож ение во В селенной, стра стно ж ела л и пы тался д о с ти гн у ть конкретно (т.е. при помощи рели ги и и магии) вы хода за пределы своего ч еловеческого с та ­ т у с а » [Э лиаде 1999а, с. 180].

Традиция запретов на ан тропо м орф ны е изображ ения в осходи т, по мнению 3. Ф рейда, к древ не еги пе тской «е р е с и » Э хнатона, пытавш ейся п ро ти в о п о ста в и ть народны м (по-видим ом у, в значении «о б щ е р а с п р о ­ стра нен ны м ») культам О сириса, связанным с посм ертны м и л и ч н о с тн ы ­ ми перевоплощ ениям и (см. выше о душ е Ка), религию б езли чного, вез­ десущ его и всем огущ его Атона [см. об этом : Ф рейд 1998а, с. 915-1037].

Д.С. М ереж ковский считае т неантропо м о рф ны й об ли к бож ества основ­ ным свойством всей «е ги п е тс к о й » ре ли ги и и «е ги п е тск о го » взгляда на мир, отраж ени е к ото рого мы находим в раннем хр и с ти а н ств е [М ереж ­ ковский 2001, с. 220].

Впрочем, хр и сти ан ство та кж е неоднократно по трясали и кон об ор ­ ческие движ ения (в Византии известны е под названием «и к о н о м а хи я »), направленны е на отречение от почитания а н тропо м орф ны х и зо бра ж е­ ний [см., например: Маршал 2002, с. 105-146]. Именно на б ор ьб у с пр о­ явлениям и ан тропом орф и зм а в об рядности и культе (иконопочитание, почитание мощей, культы святы х заступни ков и по кровителей ) были на­ правлены и средневековы е русские ереси [см.: См илянская 2003;

Пан­ ченко 2002].



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.