авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 15 |

«И. А. М О Р О З О В ФЕНОМЕН КУКЛЫ В ТРАДИЦИОННОЙ И СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ КРОССКУЛЬТУРНОЕ ...»

-- [ Страница 5 ] --

М ожно конста ти ров а ть сущ ествование уни в ерса льн ого м и ф о л о ги ­ ческого сюжета о сотворении человека б огом -дем иургом из ра зличны х при р одны х м атериалов. В рам ках этого сюжета разворачиваю тся спе­ циф ические этн о культур н ы е версии акта твор ения, в которы х человек м ож ет вы лепливаться из зем ли, глины или те ста, вы резаться из дерева, вы тесы ваться из камня и т.п. И ф а кти че ски осм ы сляться как к укл а -м а р и ­ онетка в р ука хТв ор ца. В н е к о то р ы хтр а д и ц и я х разным версиям творения придается особое значение (наприм ер, в древнеегипетской тр а ди ц и и актом творения считается лепка в отличие от вырезания). Тип м атериала (глина или дерево, камень или кость) м ожет с л уж и ть м аркером гл о б а л ь ­ ных этн о культур н ы х тр а ди ц и й, хотя необходим о пом нить, что на совре­ менные версии эти х м ифов сущ ественное нивелирую щ ее воздействие оказала хри сти анска я тр а ди ц и я. Современные версии этого мифа в вос­ точнославянском ф о л ь к л о р е представлены д о статочно ш ироким спе кт­ ром вариантов (от Глиныш ка до Тельпуш ка), св и де тельств ую щ и х о см е­ шении разли чны х тр а ди ц и й. Д ля позднейш их осм ы слений куклы важны мотивы ож ивления эти х рукотв орн ы х предм етов, наделение их душ ой и волей к действию. При этом важную роль играет м и ф ологи чески й ге­ рой — помощ ник Дем иурга и его ан тагони ст (тр икстер, Ульгень, Сатана).

М уж ской и женский персонажи в рам ках м ифа творения находятся в о т­ ношении па рциа льности. Влияние антагониста на процесс творения че­ ловека и форм ирования его как индивида д ает основание для наделения ч е л о в е к а -«к у к л ы » в эти о ло ги ч е ски х ле ге н д а х и м и ф ах дем оническим и свойствам и. А п р о и зв о д н о с ть ж е н с к о го персонажа от м уж ского во м ногих м и ф а хтв о р е н и я является одной из причин дов ольно распространенного осм ы сления женщины как куклы в позднейш их к ультур н ы х п р а кти ка х: по этой логи ке м ужчина создает ж енщ ину или является м атериалом для ее изго тов лен ия, в то время как его самого тв о р и т Бог Дем иург.

Отраж ен и е м и ф ов творени я В РИ ТУАЛЬ Н Ы Х П РАК ТИ К АХ М отив «вы резания д и тяти из п о ле на» н а хо­ д и т ан алогии в ар ха и ческих р и туа льн ы х пр а кти ка х. Например, важным элем ентом древ не еги пе тского царского погреб ально го р и туа ла, во вре­ мя которого усопш ий отож д е с тв ля лс я с О сирисом, была церемония «р а с ­ кры тия ус т и гла з». Во время нее один из уч аствовавш их в погребении ж рецов («с л у ж и те л ь ») подводил главного ж реца, уподоб ляв ш егося Гору, сы ну О сириса, к ста туе усопш его, и то т «ра зм ы кал ему у с та » и «ра скр ы ва л гла за », прикасаясь к ним резцом. «Д е л а л о с ь это для то го, чтобы вернуть их [=мумии и ста туи покойного] членам и способностям полноценную ф ун к ц и о н а льн о сть, дав им таким образом возм ож ность сполна на сла­ д иться своей осирисовской жизнью в ином м и ре» [Нажель 1997, с. 192].

В более позднюю эпоху ск ульп тур н ы е изображения устан ав лив а лись не то льк о в гро бни ца х фараонов, но и на м оги лах просты х гра ж дан. Счита­ лось, что каж ды й умерш ий является Осирисом [Frazer 1907а]. Посм ерт­ ной копией человека являлась и его мумия или созданная при помощи заливки гипсом сп е ле н утого небальзам ированного трупа к укл а, св ое об ­ разный м уляж, копия покойного [Больш аков 2001, с. 230]. Т.е. б а льза м и ­ рование и м ум иф икация тр упа и м итировали божественны й а к ттв о р е н и я человека, то льк о теперь уж е для загробной ж изни.

А н а логи ч ны е воззрения хара ктерн ы и д ля ан ти чн ости. Ими, в час­ тн о с ти, м отивированы м ногочисленны е с к ульп тур н ы е и зображ ения к у рос (греч. ‘юноша’) и кора (греч. ‘д ев уш ка’), являвш иеся «воти вн ы м и или п о гребальны м и с та ту я м и » [СА 1994, с. 286, 302]. Ср. Кора (П ерсефона) как ц ен тральны й персонаж элев си нских м истерий.

И звестны ри туа лы «о ж и в л е н и я », «о ткр ы в а н и я гл а з » и «в ды ха н и я ж и з н и » и в будди зм е, где они про во дятся находящ им ся в состоянии экс­ та за ж рецом со вновь изго тов лен ной с к ул ь п тур о й Будды. При этом ж изнь и чудодей ственна я сила передается новом у изваянию о тб о л е е древней, обы чно главной храм овой ск ульп тур ы при помощи спе ци а льн ой «с в я ­ щ енной » веревки. В Сиаме р и туа л посвящ ения ста туи Будды в м онахи и «о ткр ы в а н и я гл а з » со с то и т из церем оний снятия тка н и, закры ваю щ ей глаза с та туи, и промы вания и х л о с к у тк о м, пропитанны м м аслом. Иногда глаза с та туи и н к р ус ти р ую т м инералам и. П осле этого считае тся, что с та ­ туя п р и об р е тае т спосо бно сть в идеть, ды ш ать, есть, спать и соверш ать чудеса [Иванова 1996, с. 58].

У нганасан деревянны е изваяния койка, койха, чаще всего а н тр о ­ по м о рф ны е, с та н о в и ли с ь предм етам и почи та ни я лиш ь по сле «о ж и в л е ­ ни я » их шаманами. Во время пе рекочев о к они вм есте с д р уги м и пре д м етам и культа пе р е в о зи ли сь в сп е ц и а льн ы х с в я щ е н н ы х тр е х к о п ы л ь н ы х н а р та х. Еж е годно с появлением солнца п о сле по ля р н ой ночи и зо б р а ­ ж ения «к о р м и л и », о к ур и в а я их дым ом о т сж и га ем о го ко с тн о го м озга о ле ней. И зобр аж ени я р од ов ы х и сем ейны х д ух о в п е р е хо д и ли из рода в р од. Койка с ч и та л и с ь сы новьям и в и ди м ого неба, хозяев ж и в о тн ы х и ры б, х р а н и те л е й ю рты, хозяев огня и по том у п о к р о в и те л ь с тв о в а л и охо те, ры бной ло в л е и охр а н я ли дом аш ний очаг и ю рту [Иванов 1970, с. 99, рис. 8 7 -8 9 ].

М отив руко тв о р н о го ч е л о в е к а -к ук л ы, создаваем ого бож еством или лю дьм и, но в оп ределенн ы е дни кален да ря, когда сакра льн ое временно становится возможны м и в мире лю дей, нашел отраж ени е в украинском м асленичном обы чае «К о л о д и й » [Толстой 1983, с. 4 6 -4 8 ]. Он за к лю ч а л ­ ся в том, что в течение всей м асленичной недели ж енщ ины «п р а з д н о ­ вали К о ло ди й »: пелена ли в х о л с т полено и соверш али обрядовы е дей с­ тв и я, си м волизирую щ ие его «р о ж д е н и е », а в по сле дую щ ие дни в ы полня­ ли важ нейш ие обряды ж изнен ного ц и кла («к р е щ е н и е », «п о хр е с ь б и н ы », «п о х о р о н ы », «п о м и н к и »), подчеркивая тем самым, что созданны й ими «ч е л о в е к из п о ле н а » прож и вает в течение м асленицы целую ж изнь [Чу бинский 1872, с. 7 -8 ;

Соколова 1979, с. 57-58]. А н а ло ги я «ч е л о в е к = п о ле н о » отраж ена и в не ко торы х в и да х святочны х гада ни й. Например, в Белозерском у. вечером под Новый год ставили в снег поленья по к о л и ­ честв у членов семьи и утр о м см отр е ли: какое полено упадет, то т человек ум р е т [Сказки и песни 1999, с. 642, № 40].

М и ф ологи чески й м отив сотворения человека из природны х м ате­ риалов и ри туально -м аги чески е пра кти ки, направленные на ож ивление изображений человека или божества, получаю т развитие в теории «с о ­ верш енного челов е ка », готового б росить вызов самим богам. Эта теория возникла еще в глубокой древности и п о лучи ла, например, отраж ение в ле ге н дах и м иф ах о Героях и в сред­ невековы х еврейских каб ба листи че с­ ких ф о льк ло р н ы х преданиях о Големе [Scholem 1960], ож ивляем ом магичес­ кими средствам и глиняном великане (евр. golem ‘ком ок’, ‘неготовое’, ‘не­ о ф о рм ле нно е’), призванном верно с л у ­ ж ить своему создателю — см. илл. 59, кадр из фильм а «Го ле м » («D er Golem, wie er in die W elt kam », 1920). Как пишет C.C. Аверинцев, «согласно рецептам, на­ иболее популярны м в эпоху “ практичес­ кой каббалы ” (начало нового времени), чтобы сде лать Голема, надо вы лепить из красной глины человеческую ф и гу ­ ру, им итируя, таким образом, действия бога (=Яхве). Ф игура эта долж на иметь рост 10-летнего ребёнка. О ж и в- илл. ляется она ли бо именем бога, ли бо словом “ж изнь”, написанным на ее лбу. Однако Голем неспособен к речи и не об ладае т человеческой душ ой, уподоб ляя сь А дам у до получения им “дыхания ж изней ” (мотив предела, до которого человек м ожет быть соперником бога). С др угой стороны, он необычайно быстро растет и скоро дости га е т исполинского роста и нече­ ловеческой мощи. Он послуш но и сполняет работу, ему порученную (его можно, например, заставить об служ и в а ть еврейскую семью в субб оту, когда заповедь иудаизма запрещ ает де ла ть даж е домашнюю работу), но, вырываясь из-под контроля человека, являет слепое своеволие (м ожет растоптать своего создателя и т.п.)» [МС 1991, с. 158].

*** Приведенные в данном параграфе примеры не отраж аю т реального м ногообразия случаев ф орм ирования р и туа льн ы х практик на основе рас­ см отренны х выше м ифов творения, по скольку их количество чрезвы чай­ но велико. Нашей целью в данном случае была дем онстрация некоторы х возможностей развертывания м и ф ологи чески х нарративов в плоскости обрядовой прагм атики. Д о полнительн ы е примеры м ожно найти в главе «К ук ла как аналог человека в обрядовы х с и туа ц и я х». Как видно из при ­ веденны х описаний, в р и туа ле м ожет достаточно полно м одели ров а ть­ ся основной сценарий мифа творения, как это, например, пр оисходи ло в древнеегипетской и б уддийской пра кти ка х, либо а ктуа ли зир ов аться отдельны е мотивы данного мифа (славянский Колодий). Для понимания м ногих позднейш их ф о л ьк л о р н о -м и ф о л о ги ч е ск и х интерпретаций м и ф о ­ логемы «р ук о тв о р н о го ч елов е ка » важное значение имеет средневековая легенда о Големе, обосновывающая его особую миссию по отнош ению к Творцу. Вариации этого сюжета легли, например, в основу современных ки нем а тогра ф и ческих сюжетов об искусственном человеке (см. параграф «К дилем м е божественного в человеке и человеческого в б ож естве»).

Ге р о й и бог При вним ательном изучении мировой м и ф о ­ логи и нетрудно уб е ди ться, что сим волическим воплощ ением или изо бра­ жением м и ф ологи ч ески х героев как в сам их м и ф ах, так и в м отивирован­ ной ими обрядности нередко является к укла. Например, Энкиду, сопер­ ника и побратима Гильгамеш а, слепила из глины по просьбе богов богиня А р у р у [Немировский 1994, с. 58;

МС 1991, с. 635]. А н тр о п о - или зо о м о р ф ­ ные ф и гур к и и реальны е ли ца, как правило ряженые, ф и гур и р ую т в об ря­ де примерно с одинаковой частотностью. Обы чно они стоят в том же ряду, что и ф ито м о рф ны е ипостаси героев мифа [см.: Иванов 1974, с. 37-38;

Толстая 1982, с. 7 2 -89], хотя употреб ле ни е конкретны х вариантов сущ ес­ твенно зависит от типа к ультур ы, ее ста ди ально го развития. Например, лавр известен как свящ енное дерево А по лло н а и воплощ ение Дафны ;

мирра — как дерево, в которое была превращена за инцест дочь ки пр ско­ го царя Кинира и из которого произош ел Адони с и т.п. [Нильссон 1998, с. 55;

Зелинский 1996, с. 71;

Лосев 1996, с. 49-51]. Ветви эти х деревьев и спользовались в обрядовой практике наряду с ан тропом орфны м и изо б ­ ражениями эти х божеств. Э тот па раллелизм сохраняется и в позднейш ие эпохи, что мы попытаемся продем онстрировать в следую щ и х главах.

Ку л ь т у р н ы е г е р о и, к у л ь т ы п р е д к о в и ло к альн ы е бож ества С реди на и боле е р а сп р о стр а н е н н ы х п р е д ­ с та в ле н и й, св язанн ы х с а н тр о п о - и зо ом орф н ы м и ф и гу р к а м и, с л е д уе т осо бо в ы де ли ть с ем а н ти ку «п р и с та н и щ а д у ш и » л и б о сам ого о б л а д а те ­ ля этой вещ и, ли б о его м и ф и ч е с ки х пре дков (в том ч и сле то те м н ы х ж и ­ в отн ы х). С этой сем антикой а ссо ци и р уе тся зн а ч и тельн а я часть м елкой п ла сти ки п а ле о л и та и н е о ли та, а та кж е д р е в н и х к у л ь ту р А з и и, А ф р и к и и О кеан ии.

У сев е роа м е ри кански х индейцев (п уэб ло, хо п и, зуньи ) по читание д ухо в пре дков, с посо б ств ую щ и х пло д о р о ди ю (качина), связано с а н тр о ­ пом орф ны м и ф и гур к а м и в м асках, которы е р а зли ча ли с ь по а тр и б ута м и раскраске — см. цв. вкл. 2. С чи та ло сь, что у лю б ы х предм етов и я влений при ро ды : м инера лов, р а сте ­ ний, ж и в о тн ы х, зве зд — есть качина. Например, на и лл. и зображ ена качина б ож ества огня [La Farge 1974, s. 100, индейцы хопи]. Всего и ссле до в а те ля м и в ы делено около 250 их ти по в [МС 1991, с. 281;

T itie v 1944, р. 107, 108;

Krafft 1985, и лл.], каж ды й из ко то р ы х им еет свою и ко н о г­ рафию. Качина пчелы и зо бра ж а ется с л уко м и стр е ла м и, качина солнца — с еловой веткой и ко ло к о льч и ко м и т.д.

К спине к аж до й качина прикреп ле на та б л и ч ка, с и м в о ли зи ­ рующ ая сп о со б н о сть вы зы вать д о ж д ь. По пре дста в ле ни ям хо п и, качина о б и та ю т в го рах и д ва ж ды в год после м олитв и ж ертв оп ри нош е ни й появляю тся над по лям и, чтобы об ес­ пе чи ть ур о ж а й. Зуньи считаю т, что качина — это д у х и м а­ ле н ь к и х д ете й, которы е в ы рвались из рук м атерей при пе­ реправе через р е ку и пр е в р а ти ли сь в д ухо в вод. Куколки качина и спользую тся детьм и и являю тся важ ной частью тр а д и ц и о н н о го р е ли ги о зн о го воспитания [см. д етскую к у к о л к у качина к а к т у с а индейцев хопи : La Farge 1974, s. 82, и лл.]. У п уэб ло с ущ еств о в али особы е союзы посвящ енны х в к уль т качина. Члены сою зов уч а ств о в а ли в о б р я дов ы х п ля с к а х, связанны х с зе м ле де ли е м, и, по преда ни ям, после см ерти по полн я ли ряды качина.

П реем ственность обеспе чив а лась при помощ и присвоения детям о с о ­ бого имени («им я д е тс тв а » или «и с ти н н о е и м я»), со о тноси м ого с частью те ла плем енного или кла н ов о го ж и в о тн о го -то те м а — лапы, го ло ва, сер­ дце, х в о с т и т.п. [ср. у ав стр а ли й ц е в : Б е рндт 1981, с. 206]. П осле см ерти об л а д а те ля это имя п е р едав а ло сь д р уго м у ч ле н у кла на, что, по мнению М. М осса, бы ло на правлено на «у к р е п ле н и е по сю сторонней и п о ту с т о ­ ронней ж изни м уж ч и н », а та кж е «в о з р о ж д е н и е индив и дов (м уж чин), е д и нств е нны х н а сле дн иков н о си телей их и м ен» [Мосс 1996, с. 270]. П о­ добн ая ф е ти ш изаци я вполне м ате р и альн о й, «з е м н о й » суб ста н ц и и с та ­ новится по нятной, если уч е с ть мнение М. М осса, что «п р е е м ств е н н о с ть вещей и душ об еспечивается то ль к о преем ствен ностью имен и н д и в и ­ дов, л и ч н о с те й » [Мосс 1996, с. 272]. Согласно архаическим п р е дс та в ­ лени ям, д о с та то ч н о у б и ть врага, чтобы ста ть о б ла д а те ле м его имени, и м ущ ества, д о л ж н о с ти, предков и даж е его л и ч н о с ти, его и н д и в и д у а л ь ­ ного д ух а. Таким образом, имя я в ля ло с ь одним из в оплощ ений душ и и св ое обр азн ой и нкарнацией героя, наряду с его ан тропо м орф ны м и зо б ­ раж ением. В ож ди кв акию тлей «н е изм еняю т свои х имен с сам ого на­ чала, когда первые челов е че ски е сущ ества ж и ли на зе м ле », и в этом см ы сле они прямые п р о до л ж а те л и м и ф и че с ки х ге р ое в-п ер в оп р едко в [Мосс 1996, с. 272].

Антропом орф ны е изображения к ультур н ы х героев и первопредков известны практически во всех к ультур а х, независимо от их географ ичес­ кого располож ения и ста ди ально го развития. У австр али йски х аборигенов было принято и зображ ать в виде разрисованны х и украш енны х столбиков (своеобразны х прим итивны х аналогов кукол) д в ух м иф ических сестер Вавалаг (В аувалук), которы х могли дуб ли р о в а ть участники обряда [Берндт 1981, с. 351, 443].

С кульптурны е изображения этих персонажей м и ф ологи и аб о­ ригенов Северо-Восточного Арнем ленда представляю т собой покры ты е сим волическим и резными украш ениям и деревянные ф и гур к и : младшая сестра — 80 см, старшая — 90 см. Их и зобра­ жения представлены на этом развороте — см. илл. 61, младшая сестра;

илл. 62, старшая сестра [Rose 1969, s. 221-222, B ild 7 5].

В н е ко то р ы хд е р е в н яхЗ а п а дн о го Х и н дуста н а, где распространен криш наизм и сохраняю тся древние доарийские верования, в ок тя бре-ноябре (в 14—15-й день лунного месяца каттик) проводится праздник, посвященный «б о га то м у навозу коров». В этот день из навоза вы лепливаю т к у к л у человека (царевича-пастуха Криш­ ны), окруж енную стадом коров. Части эти х ф и гур о к высуш ивают и хран ят в д ом ах представители каж дой касты до весеннего праз­ дника Холи, когда их сж игаю т [Гусева 1997, с. 101].

П одобные сюжеты не посредственно связаны с ра ссм отр ен­ ными выше м ифам и о сотворении человека и с культам и п р е д ­ ков. П ереж иточны е форм ы та ко го рода верований о б н а р уж и ­ ваются в деревянной культо в ой с к ул ь п тур е народов А ф р и к и и О кеании.

И.К. Ф едорова указы в а ет на некоторую и н ф а н ти льн о с ть о б ли ка резны х ф и гу р о к по линезийцев и предпо лага ет, что это связано с «в оп ло щ ен ие м резчикам и идеи и нкарнирую щ ейся д уш и » [Ф едорова 1995, с. 151]. Это наблю дение особенно интересно, если уч е сть, что больш ин ств о и с с ле ­ дов анн ы х И.К. Ф едоровой ф и гу р о к являю тся м иниатю рны м и с к у л ь п т у р ­ ными и зображ ениям и героев м естной м и ф о ло ги и, за которы м и в ряде случа ев сто я т вполне реальны е лю ди. Развертываем ы й и с с ле д о в а те ль­ ницей м орф о ло ги ч е ск и й ряд, в ча стн о сти, вклю чение в него в качестве св ое обр азн ого аналога деревянной ск ул ьп тур ы за ба льзам и ро ва нны х и вы суш енны х черепов, иногда с вы лепленны м из глины и воска лицом по ко йн ого, пре дп о ла га е т м и ф о ло ги ч е ск ую п о до п ле ку генезиса м елкой пласти ки и р и туа л ь н ы х с та туэто к.

В н е ко то р ы х тр а д и ц и я х эти верования п о луч а ю т свое ра зв и ти е в с а к р а ли за ц и и ч е ло в е ч е с ки х оста н к о в, в том чи сле тр уп о в у н и ч то ж е н ­ ны х в бою врагов, что м ож ет п р и в о д и ть к их ф е ти ш и з а ц и и. Н ередко это о тн о с и тся лиш ь к отде льн ы м частям те ла. Так, в р и ту а л ь н о -о б р я ­ д о в ы х п р а к ти к а х часто про яв ляю тся с а к р а льн о -м а ги ч е ск и е ф ун к ц и и го ло вы. Наприм ер, у и ндей цев С е в ер о -З а п а д н о го по бе реж ья Северной А м е ри ки в раж ески е головы или скальпы бы ли важны м военным т р о ­ феем, а по том у в ы ста в ля ли с ь по сле военного похода на видном м есте и и с п о л ьзо в а л и с ь в р а зли чн ы х ц ере м они я х [Ш нирельм ан 1994, с. 122;

т а м ж е л и т -р а ].

Л.Л е в и -Б р ю л ь при в оди т чрезвычайно по казательны й пример сак­ рализации останков вож дей у племени баронга. «У к аж до го из м ален ь­ ких кланов баронга... сущ еств уе т священный предм ет, которы й м ожно бы ло бы принять за идо ла, но которы й является чем -то со­ вершенно иным. Его на зы ваю тмхамба, что означает всякую ж е р ­ тв у и всякий дар, но слово прим еняется специально к данном у предм ету. Предмет, как каж ется, вызывает такое благоговение, что его боятся назы вать оф и ци а льны м именем. Его преим ущ ес­ твенно назы ваю т и хлен гоуэ (богатство, сокровищ е). Что же, о д ­ нако, такое мхамба, своего рода святой и таинственны й ковчег?

Когда вож дь ум ирает, у него отреза ю т ногти рук и ног, волосы на голове и бороде и затем, перемесив их с пометом от быков, уб и ты х при его погребении, обеспечиваю т таким образом не­ тлен н ость эти х частей покойника, способны х сохраняться века­ ми. П олучается своего рода каты ш ек, которы й затем обвязы ваю т ремнями. Когда ум ир ает преем ник в ож дя, и зготавливается в то ­ рой каты ш ек, которы й присоединяется к первому, и т.д. в течение веков. В настоящ ее время мхамба Тембе имеет, м ож ет бы ть, ф у т в д ли н у, по словам одного из м оих осведом и телей, которы й час­ то его видел, ибо он на ходится на хранении у его родственника.

Х р а н и те ль свящ енной реликвии намечается после тщ а те льн о го выбора. Это долж е н быть человек в высшей степени спокойного тем перам ента, никогда не напивающ ийся допьяна и очень вы­ держ анны й в своих речах. Это своего рода верховный ж рец...

на нем л е ж и ття ж е л а я о тве тств ен ность по отнош ению ко всей стране....

Таинственный предм ет хранится в специальн о построенной хи ж и не, на­ ходящ ейся за селением, в котором ж ив е т хр а н и тель. Когда хр а н и тель узнает, что ему пре дсто и т использо в ать мхамба д ля ка кого -н и б уд ь р е ли ­ гиозного обряда, он в течение месяца соб лю да ет полное воздержание.

Что касается торж е ств енно го ж ертвопринош ения, соверш аемого при содействии этого предм ета, то д ля него обы чно употр еб ля ется коза....

Ж р е ц описы вает в в оздухе при помощи мхамба круг, затем произносится м олитва, которая, соо тветственно, обращ ена ко всем прежним вож дям, ногти и волосы кото ры х совершающ ий обряд д е р ж и т в р уках.... Ж е р т­ вопринош ение с участием мхамба соверш ается, по крайней мере в к л а ­ не Тембе, в начале сезона Ьосадпе, перед принесением первинок духа м предков. К этом у то рж е ств енно м у об ря ду прибегаю т, несомненно, та кж е во времена народного б едствия. Э то т ам улет несравненной ценности яв­ ляется величайш им сокровищ ем народа. Это предм ет, которы й п о сле д ­ ним попадает в руки врага» [Леви-Брю ль 1999, с. 198-199].

У чуваш ей, марийцев и удм урто в обрядовы е к уко лки д у х о в -по кр о в ителей семьи и хозяйства (йерех, ворш уд), тесно связанных с предкам и, хран и ли сь в родовы х св ятили щ а х [Сал мин 1991, с. 265;

Емельянов 1921, с. 45]. У ба рабинских и усть-и ш и м ски х та тар ф и гур к и, изображаю щ ие духо в предков, разм ещ ались в берестяны х туе с а х или деревянны х ящ ич­ ках — с/и. и лл. 63 [Иванов 1979, с. 141, ри с.

152], которы е д ерж али в дом е и брали с собой на охо ту. У удм урто в в семейном пом инальном обряде йы р-п ы д с ё т о н аналогичны е ф у н к ­ ции вы полняла кукольн ая одеж да (дэрем), которую к ла ли в специальны й короб (м уш ко) вместе с головой и костям и ж ертвенного ж и ­ вотного [Д олганова, Морозов 2002, с. 354].

П оявление на месте к уко ло к куко льн ой од е ж ­ ды в этом контексте очень законом ерно [см.

Традиционное воспитание 1988, с. 27, кеты];

ср. сущ ествовавш ий у ульчей обычай помещ ать д ета ли одеж ды ум ерш его человека в с пе ци а ль­ ный ящ ик, которы й ставили в ш алашике близь м огилы, чтобы душ а, узнав свою одеж ду, смогла правильно найти п уть к те л у [Смоляк 1991, с. 102].

Как поср едни к-экв и в алент человека (аналог куклы ) рубаш ка вы ступает и в д р уги х обрядовы х си туа ц и я х, например, при снимании мерки с рубаш ­ ки ж ениха или б ольного [Свирновская 1999, с. 72].

У манси сущ ествовали изображения в память об умершем в виде к у к ­ лы, размером при б ли зи тельно 25-30 см. Их наряж али в одеж ду, которую носил умерш ий в последнее время или в которой он был похоронен [Ро мбандеева 1993, с. 67]. В память об уто н ув ш и х в воде, погибш их в лесу или на войне, то есть не захороненны х, не преданны х зем ле, м ужчины манси соо руж али харакан. В проведении этого обряда приним али учас­ тие на равных правах как м ужчины, так и женщины. М оление в «ха р а к а не» соверш али ж енщ ины, пожилы е м ужчины и подростки со своими м ате­ рями. Чаще всего это про исхо ди ло на специальной площ адке н еподалеку от деревни. В переднем у гл у площ адки устан авлива ли срубленны е м оло­ дые деревья, украш енны е ло ск утка м и. Деревца обычно подбирали ч уть выше человеческого роста и о ф о рм ля ли в виде человеческих ф и гур о к, завязывая им ниже макуш ки веточки в виде вы тянуты х рук. Перед д е р е ­ вьями расставляли чашки с едой;

на землю в н ескольки х м естах площ а д­ ки плескали вскипяченную на разож женном костре воду. Поклонивш ись украш енны м деревцам и по сторонам света, ели пищу, поставленную под деревья, а по ддеревья ставили новые порции. Кроме то го одну чаш ку с та ­ вили перед костром, д р угую — возле источника воды (реки, озера). Э ту пищ у начинали есть то лько после то го как она переставала вы делять пар:

это означало, что д ухи уго с ти ли с ь [Ромбандеева 1993, с. 11, 66].

Помимо этого манси бы ли известны сим волические изображ ения д ухо в -п р е д ко в (наай о о т ы р о в ), прилагавш иеся к тряпичны м их и зо б ­ ражениям. Так, Полум о о й к у и зо бр а ж а лся к укл о й с черной суконной повязкой на шее, ш ириной в три па льца. Х о о н т т о о р у м о о й к у и зо б р а ­ ж ался в виде к уклы в красной суконной обертке с семью стрелам и (его образом м ож ет быть больш ая в олкообразная собака). Душ и невидим ы х лю дей (д ухо в ) м огли пре дста в ать в образе ком ара;

они п о чи та ли сь во м ногих дом ах в виде к уко л из черны х л о с к у тк о в. Сим волические и зо б р а ­ жения п о кро в ителей я в ля ли сь их атр и б ута м и и хр а н и ли с ь в свящ енном ящ ике то го или иного д ух а. По этим признакам м ож но легко узн а ть ка ж ­ дого соо тв етств ую щ его д ух а -п р е д к а [Ромбандеева 1993, с. 71-73].

*** Таким образом, излож енны е ф а кты пом огаю т п р е дста в и ть возм ож ­ ную эволю цию а н тр опо м ор ф н ы х ф и гу р о к о т изображ ения или си м во ли ­ ческого воплощ ения конкре тны х по лум и ф и че с ки х ли чн остей (героев) к их устой ч и в ой связи с д уха м и предков и, наконец, к их осм ы слению как предм етной инкарнации ло к а л ьн ы х б ож еств. Эта эволю ция во м но­ гом о тр а ж а е т общее направление развития ч еловеческого м ыш ления на п ротяж ении по сле дн и х ты ся че ле ти й. Ее логи чески м заверш ением я в л я ­ ется как р е ли ги о зна я, та к и светская с к ул ь п тур а соврем енности.

Си м воли ка парц и альн о сти в п ерехо д ах «Б О Ж Е С Т В О — К УЛ Ь Т УР Н Ы Й Г Е Р О Й »

С то чки зрения эволю ции и ти п о ло ги и ант­ р оп ом орф н ы х ф и гу р о к не м аловаж но, что они нередко изо бра ж а ю т о т­ д ельны е части те ла м и ф о ло ги ч е ск о го персонаж а, которы е в процессе и стори ческого развития м огли осм ы сляться как сам остоятельны е м и­ ф о ло ги че ски е сущ ества, та к же как в д р у ги х к у л ь ту р а х отде льн ы е и н д и ­ виды м огли бы ть частью те ла плем енного или кла нов о го ж и в о тн о го -то те ма (см. выше). Например, клю чевой персонаж д р е в не еги пе тского па нте­ она, бог м удр о сти, счета и письма Тот мог и де н ти ф и ц и р о в а ться с левым глазом д р уго го бож ества — Гора (Х ор а )-сокола и в этой своей ипостаси о то ж д е с тв л я лся с лун о й [Рак 2000, с. 5 0 -51, и лл. 38]. Ср. сим вол глаза (д р.-е ги п. аг) в и е ро гли ф и че ско м написании имени О сириса [Б адж 1997, с. 153]. По д р уго й версии, Т о тя в л я л с я языком б ога -де м и ур га Птаха (Пта) или сердцем бога солнца Ра [МС 1991, с. 453, 547].

Нередко человек создается не то льк о из той или иной части тела божества, но и из его вы делений. Например, известна версия м ифа, со­ гласно которой люди возникли из слез бога Ам она-Ра [Рак 2000, с. 32-39;

МС 1991, с. 460] или из семени Гайомарта, упавш его на землю [Франц 1998, с. 199;

МС 1991, с. 139]. В «М ладш ей Э дд е » повествуется о то м, что первые люди возникли п о длев ой мышкой великана Имира, когда он,засн ув, вспо­ тел [Младшая Эдда 1994, с. 23]. Согласно м и ф у индейцев коги, «В ели кая Мать вырвала у себя росший на лобке волос, см очила его м енструальной кровью, подула и сделала первого человека. Сначала человек по лучи лся без костей, потом он не имел плоти, потом — лишен был силы. Лиш ь чет­ вертая попы тка удалась, и человек стал таким, как сейчас. Великая Мать назвала сына Си н тана » [Мифы индейцев 1994, №115, «Черная Зем ля», с. 254;

извлечено из: Рек1пе1-0о1та1оТ 1985, № 1, р. 19-22].

Ф а лло с. Рассм отренны м выше м ифам о сотворении человека не­ редко пре дш е ств ую т повествования о сотворении первобож еством своего д е то р о д н о го органа.

Особые сюжеты посвящены ф а л л о с у в древнеегипетской м и ф ологи и.

Сет (Тифон), разорвав Осириса на части, бросил его детородны й орган в Нил. Ф аллос был съеден рыбами (лептидом, фагром и оксиринхом ), ко­ то р ы х египтяне из-за этого не уп о тр е б ля ли в пищу. Согласно м ифу, Иси да оты скала и за хорон и ла все части тела О сириса, кроме ф а лло са. Ч то ­ бы как-то возм естить потерю, Исида и зготовила и освятила его копию и, по св и де тельств у П лута рха, учр ед и ла торж ественны й праздник в память о нем [Бадж 1997, с. 161;

см. еще: Рак 2000, с. 104].

Геродот так повествует об обрядовы х р еали заци ях этого культа:

«Е гиптяне справляю т праздник в честь Диониса (Осириса) почти совер­ шенно так же, как и в Э лладе. Только вместо ф а ллосо в они придум али носить д ругой символ — к у к л ы -с та туэ тк и в ло к о ть величиной, при в оди ­ мые в движ ение с помощью ш нурков. Эти куклы с опускаю щ им ся и по дни ­ мающимся членом женщины носят по селениям, причем этот член почти такой же величины, как и все те ло куклы. Впереди ш ествует ф ле й ти ст, а за ним след ую т ж енщ ины, вос­ певая Д иониса. А почему член куклы так велик, — за к лю ­ чает Геродот, — и отчего это единственно подвижная часть куклы, об этом сущ ествует свя­ щенное сказание...» — имеется в виду легенда о том, как Исида зачала Гора от мумии Осириса [Рак 2000, с. 301]. Таким об ра­ зом, пенис м иф ологического героя ф и гу р и р у е т в египетских версиях обряда наряду с изо б ­ р аж е ни ем -куклой.

Вместе с тем разм еры («п о ч ти та ко й же в еличины, как и все те л о к у к л ы ») и оп р ед елен н а я «а в то н о м н о с ть » дви ж ени я ф а л ­ лоса п о зв оляю т ра ссм а три в ать его как с а м остоя тельн ы й об р ядовы й «а ге н т», которы й м о ж е ту п о тр е б л я ть с я как за м е с ти те ль или экв и в а ле н т героя. Об этом же с в и д е те л ь с тв у ю т гре че ские и рим ские обряды в ч есть Д и они са и С а тур н а, главны м а тр и б уто м к о то р ы х был ф а л л о с [Н ильссон 1998, с. 50, 51;

MC 1991, с. 184, 185, 598]. Прим енявш иеся во время д и о н и си й ли к н о н ы п р е дста в ля л и собой р и туа л ьн ы е сосуды (корзины ), наполненны е ра зличны м и ф р ук та м и (pansperm ia) и ц ветам и, среди ко то р ы х уста н а в л и в а л ся ф а л л о с. В более п о здн и х в ерси ях об р я да его за м е н я ю тла м п а, свеча [Н ильссон 1998, с. 43] или п р о до лго в а ты е « ф а л ­ л о о б р а зн ы е » п и р о ж к и. Чаще всего эти корзин ки бы ли за дра пи р ов а ны спе ци а льн ы м покро в ом, кото р ы й, та к ж е, как и во время процессии м истов на Э ле в си н ски х м и сте р и я х [Кереньи 2000, с. 86], не долж е н был сры вать непосвящ енны й. Этим об ъясн яе тся о тс у тс тв и е д е та л и з о ­ ванны х и зо бра ж е ни й ли кн о н о в, хотя у м н о ги х а н ти чн ы х ав торов есть описание их соде р ж и м о го. На не м н оги х д ош едш и х до нас б а р е ль е ф а х и р и с ун к а х на в азах и зобра ж ен ли кн он с м ладенцем Д и онисом [И ва­ нов 1994, с. 122-123], ко то р о го в об ря де, видим о, зам еняла к у к л а — см. и лл. 64 [An cient Sarcophagi 2008;

ср. та кж е ж ертвенны е с та ту э тк и этр уск о в — цв. вкл. 2].

Ф а лло с — важ ны й а тр и б у т м и ф и че ско го героя или тр и к сте р а — в м и ф а х м ож ет на де ля ться а н тр опо м ор ф н ы м и чертам и или с и м в о ли ­ зи р о в а ться разны м и предм е там и, в т.ч. и к у к л о й. Наприм ер, у бога йор уб ов Эш у, обы чно и зо бра ж а в ш его ся в виде карли ка с больш им ф а лл о с о м, это м огла бы ть дуб и н к а [Григорович 1977, с. 71, рис. 24, 25].

А у ав стр а ли й ц е в плем ени м аунг — это особы й сакра льн ы й пре дм е т убар, пенис З м е я -Р а дуги, которы й у д р у г и х плем ен м ож ет об означать м а тк у [Б е р н д т 1981, с. 184]. Именно к этом у слою м и ф о ­ л о ги ч е с к и х пре дста в ле н и й м ож но отн ести вы сказы ва­ ние Э. Нойм анна: «Ге рой п р е д ста в ля е т собой высшего ч елов е ка, “ф а л л о с в состо яни и э р е к ц и и ”, потенцию к о то р о го в ы раж аю т сим волы го ло вы, глаза и с о л н ­ ц а » [Нойманн 1998, с. 268].

В качестве еще одной па р а ллели укаж ем на сохраняю щ иеся до сих пор эв ф е м и с ти ­ ческие и ар готи чески е обозначения п о ло ­ вых органов у русски х типа «к у к о л к а » или « л я л ь к а », наряду с таким и названиям и, как « п е т у х », «к у р и ц а », «в о р о б е й », «к о н ь » / « л о ­ ш адка» и т.п. [Успенский 1987, р. 37-76]. В ку м андинском обряде ж ертвопринош ения л о ­ ш ади, которы й соверш ался м ужчинам и после в ступлени я в брак и был посвящен верховном у б о гу У л ь ге н ю, и спользо в ался деревянны й ф а лл о с. Он сим во лизи ров ал как принесенного в ж ер тв у коня, та к и главного персонаж а, сопр ов ож ­ давш его данное ж ертвопри нош ени е кам ланием — коча-кана. Э то т пер­ сонаж об означался берестяной м аской. М олоды е м уж чины, уч а ств о в а в ­ шие в обряде под руков одств ом шамана, по очередно передавали д р уг д р у г у м аску и ф а лл о с и и зо бра ж а ли находящ егося в состоянии крайнего возбуж де ни я ж еребца. В ряде случаев об ряд с о п р ов ож да лся обходом за м аскированны х м уж чин деревни с распеванием песни, в кото рой рас­ сказы в а ло сь, как коча-кан «и с п о лн я л свои об язан ности по отнош ению к д ев уш ка м » [Иванов 1979, с. 30-33].

Ф аллические тр а ктов ки куклы сохраняю тся в ряжении и в д етски х иг­ рах «в св а д ьб у», где наряду с дета льн о разработанным и женскими ф и гу р ­ ками п р и сутств ую т очень стилизованны е и условны е изображения м уж ­ чины: лучи н к и, палочки, дощ ечки, кукурузн ы е початки и т.п. — см. илл. [Ж ивая старина 1995, № 2, с. 25, с. Аф анасьевка Алексеевского р-на Б елгородской об л., ф о т о В.Н. Теплова;

см. т а к ж е цв. вкл. 4]. Очень по­ хож на них «редеш ны й ре бе нок» у русских ряжены х [Ивлева 1994, с. 74;

Власова 1998, с. 523] и огром ная к у к л а -« ф а л л о с » у Ярилы — ср. один из типов названий севернорусских ряжены х: «к у к л а ч и », «к у к л я н к и », « х у х л я к и » [Ивлева 1994, с. 74;

Власова 1998, с. 523]· которы й может в осходи ть к древнерусским словам типа «к у к л е н и к », «к у к о л ь н и к » ‘ком едиант, ф о ­ к усн и к’ [Фасмер 1986, т. 2, с. 405;

1987, т. 4. с. 287].

В м и ф а х а в с тр а ли й ц е в пенис не редко о тде ля е тся от героя, д е й с ­ тв уя как о тде льн о е сущ еств о. В м иф е о Н ьиране и Ю лане пенис Н ьира ны под именем Ю лана, отде ли в ш и сь от героя, «п е р е д в и га е тс я, ск р ы ­ ваясь в песке, и всегда п р е с ле д у е т ж енщ ин. Врем енам и он при ни м ает о б ли к ч елов е ка и п уга е т Сем еры х Сестер М инм ар, или Гун гга р а н гга р у, вращ ая м ален ькую гу д е л к у, чтобы пр и в ле ч ь о д н у из ж е н щ и н ». С огласно м и ф у, Ю лана в конце концов превращ ается в кам ень или с к а лу, к о то ­ рые в п о с ле д ств и и с та ли м естом проведени я п р о д уц и р ую щ и х об р ядов и об р я дов лю б ов ной м агии, а та кж е м естом о б и тан и я д ух о в н е роди в ш ихся де те й. П о б ли зо сти нередко н а хо д и л о сь свящ енное хр а н и ли щ е д ер е вя н н ы х та б л и ч е к, п р и н а дле ж а в ш и х л о к а л ь н о й гр уп п е, которая связы вала себя с этим и м и ф о ло ги ч е с к и м и сущ ества м и [Б ерндт 1981, с. 180, 181].

Сниженные, ком ические версии этого сюжета известны в виде рас­ сказов о герое-трикстере (Локи, Куну, ворон), «м ладш ем б рате », «кривом короты ш ке», которы й вы ступает уж е не как органичная часть верховного божества или героя, а как нечто сам остоятельное [Радин 1999, с. 34-36].

П оказательно, что др уги е герои м ифов иногда м анипулирую т героем трикстер ом как детородны м органом.

Ф аллическая сим волика присущ а такж е «ж и тны м дем онам ». В том случае, если они отож деств ляю тся с м ужским началом, что видно по их названиям: «в о л к », «з а я ц », «б о р о да Бога (И льи -про рока, Х р и с та )» и т.п. — ри туалы завершения жатвы часто сопровож даю тся кувы рканием жней через последний сноп или завиток, узе л, сделанный из по сле дни х к олось­ ев, катание по нему или по сжатой ниве, то есть сим волическим р и ту а л ь ­ ным соитием. Нередко пра кти ко ва лось и битье последним снопом всех, кто участвовал в д ож и н ка х, то есть соверш ение те х же действий, которые обычно соверш ают с куклам и ряженые [м ногочисленны е примеры и б иб ­ ли огра ф и ю см., например: Элиаде 1999а, с. 306-331].

П ло дон ося щ ее начало приписы вается и ф и то м о р ф н ы м или а н тр о ­ пом орф ны м к уко лк а м в о б р я д а х вы прова ж и ван ия ти па «п о х о р о н к у ­ куш ки (соло вья, в о р о б ья )» и «п р о в о д о в св яток (к уля ш ей, б е с о в )»: их закапы ваю т или в ты каю т на рж аном ли б о к о но пляно м поле, о ста в ля я там не редко до д о ж и н о к, их внешняя форм а (ф и гу р к а пти ц ы, крест, па л о ч к а -«р о г у л ь к а ») со о тн о с и тс я с древнейш им и обозначен и ям и м уж с ­ кого начала.

Голова. Э квивалентом м иф ологи ческого героя или персонажа не­ редко вы ступает и его голова. Такова, например, эволю ция древнегречес­ ких герм. Напомним, что гермы — это каменные столбы в честь Гермеса, устанавливавш иеся на обочинах дороги в грудах камней, в которы е каж ­ дый проходящ ий мимо путни к долж ен был доба в и ть свой камень. Нередко они устан ав лив а лись на м оги лах, поэтом у есть основания пр едполагать их связь с почитанием ум ерш их [Нильссон 1998, с. 12,13]. Наиболее д р е в ­ ние их образцы предста вляли собой более или менее тщ а те льно вы пол­ ненное изображ ение Гермеса, бога -покров и те ля странников, то ргов ли, с котоводства, бога сна и сновидений, проводника душ в А и д. О собое вни­ мание уде ляло сь изображению головы (первоначально с б ородой, в б о ­ лее поздний период — б езб ородой ), а такж е ф а лло са, часто в состоянии эрекции — с/и. ил л. 66, резчик герм (480 г. до н.э.) [СА 1994, с. 131]. Ос­ тальны е части тела изо бра ж а ли сь схем атически. Позднее гермами нача­ ли назы вать поясные ста туи в честь отде льн ы х ли ц, запечатлевш ие их и ндивидуальны е п о р тр ет­ ные черты, которы е могли устанавливаться в дом ах [СА 1994, с. 131, 132;

см. цв. вкл. 2].

К гермам ф ун кци он а льн о близки античные коры и куросы [СА 1994, с. 286, 302], соо т­ носивш иеся как с божествам и (П ерсеф о ной и А по лло н ом соответственно), так и с конкретны м и лицам и, над м огилам и к о то ­ рых они устан ав лив а лись.

По мнению Д. Норман, «в более поздний период ф а ллос сохранил характеристики ка­ менных столбов Гермеса» [Норман 1997, с. 18], т.е. схем атически вы полненная поясная ск ульп тур а, бюст являю тся сложны м сим волическим изображением, совмещающим основны е элем енты др ев н и х герм — го ло в у м и ф о ло ги ч е ск о го героя (позднее — с к ульп тур н ы й по р тр е т к онкре тного человека) и его ф а лл о с (общ ий абрис и зображ ения) — ср. современны е нам огильны е па м ятни ­ ки у народов Кавказа [П челинцева 2005, с. 217].

По ар хаическим пре дста в ле ни ям, в голове человека на ходи тся одна из главны х его душ, вм естилищ ем которой м ож ет быть скальп, м у­ м и ф ицированн ы й череп, маска или портрет. Причем некоторы е н а ро­ ды считаю т, что этот тип душ и о тсу тс тв у е т у ж енщ ины [Ш инкарев 1997, с. 2 0 -32 и др.]. С елькупы сч и та ли, что у ка ж до го человека есть душ а go ty, соотносим ая с понятием «м у д р о с ть, х и тр о с ть ». Она остается в го ­ лове м ертвеца, пока не и с тл е е тте л о [П елих 1972, с. 116]. По убе ж ден ию тл и н ги то в, душ а воина, у б и то го и о б е зглав ленн ого врагам и, попадает в особое место — «вы сш ие небеса». Таких лю дей п о чи та ли как героев [Ш нирельм ан 1994, с. 124].

С этим и верованиям и связана античная п р а кти ка разм ещ ения те р ­ р а ко тов ы х м асок в м еста х че ло в е че с ки х ж ертв оп ри нош е ни й (на при ­ мер, в об на руж ен ной на С и ц и ли и в 1963 г. этрусской М отии), которы е «с та н о в и л и с ь хо зяе в а м и » как ф и зи ч еской (те ло, кровь), та к и д ухо в н о й сущ ности принесенны х в ж е р тв у [Наговицы н 2000, с. 179]. Кроме то го, изобра ж ени я ра зли чн ы х частей ч елов е че ско го те ла бы ли обы чны м п р и ­ ношением богам, которы е уп р а в л я ли здоро в ьем челов е ка — см. и лл. [Э труски 1988, с. 133]. А р ха и че ско й па р а лле лью к этом у является об ы ­ чай индейцев майя о тд е ля ть го ло в у ум ерш его р одств ен ни ка, кото рую, сварив, очи щ а ли от мяса и в ы пи ли в а ли задню ю по ло в и н у тем ени, ос­ та в ля я в с охра нности ли це в ую часть ч е р е ­ па. Затем в ы ле пли в али из особой смолы ли ц о п о ко йн ого, стрем ясь к по р тр етн ой б ли зо сти и зо браж ения (ср. уп о м я н уты е выше по ртретны е и зо браж ения ум ер ш и х у п о ли не зи й ц ев, вы полненны е на основе их черепов). Эти черепа х р а н и ли вместе со специальн ы м и полы м и ста туя м и, на­ полненны м и пеплом от крем и р ова нного те ла в дом аш ни х м о ле льн я х вместе со с та ­ туэ тк а м и бож е ств. Во время пра здни ко в им д е л а л и принош ения из пищи [Д иего де Ланда 1994, с. 163, 164;

ср. та кж е п о гр е ­ бальны е урны этрусков — цв. вкл. 2]. О с о ­ бое отнош ение к го ло ве усопш его связано с не об хо ди м остью пе рекры ть все в озм ож ­ ные каналы ком м ун и ка ции м ертвеца с м и­ ром ж и в ы х лю дей. О тсю да разли чны е ри ­ туа л ь н ы е пр а кти ки, направленны е на « з а ­ кр ы в ани е » глаз, рта, уш ей по ко йн и ка при илл.67 помощ и повязок из ш кур или ткан и («ли ц ев ы м по кр ы в а ло м ») л и б о при помощ и накла ды в ае м ого на ли ц о слоя глины, что с о зда ло пр е дпо сы лки д ля возникновения р и ту а л ь н ы х масок [Новикова 1991;

В адецкая 2007;

Ш иш лина 2008;

С о колова 2009, с. 444]. В м и ф о ло ги и голова героя после его см ерти м ож ет д е й с тв о в а ть как его д в о й н и к, как это, наприм ер, п р о ­ и с х о д и т в ненецком сказании о д в у х б р а тья х Вая. М ладш ий бр ат м сти т старш ем у за п р е да те л ьств о и у б и в а е т его, отр уб и в ему го ло ву. Голова б рата п р е сле д уе т м ладш его Вая то как злоб ны й дем он, ум ерщ вляя его жен, то как волш ебны й пом ощ ник, пом огаю щ ий ему и с ц е ли ть девуш ек и взять их себе в жены [Новик 2006, «Д в а В ая»].

П а ле ц. Р а сп р остр а н ен н ой и н карн ац и ей героя я вля е тся па ле ц. На пр и н ц и пе п а р ц и а л ьн о с ти основана и стор и я ч уде сн о го рож ден и я героя с к а зо ч н ы х сю ж етов ти па АТ 700 («м а ль ч и к с п а л ь ч и к »), в к о то р ы х па­ ле ц о д н о го из пе рсона ж е й (обы чно ста р и ка или с та р ух и — resp. э п и ф а нии б ож е ств а ) в ы с туп а е т в качеств е с а м о с то я те л ь н о го де й с тв ую щ е го ли ц а. В русской сказке с та р ух а, готовя у ж и н, с л уч а й н о о тсе к а е т себе м и зинец на лев ой руке. «П о п л а к а л а о т б о л и, да д е л а ть нечево, за в е р ­ нула п а льч и к в к у д е л ь к у, п о ло ж и л а в го рш очик и п о ста в и ла на пе чку, ч тоб за с уш и ть, а п о сле п о хо р о н и ть с соб ой. П рош ло дня тр и. Как в д р уг за уж и н о м с та р и к со с та р ух о й слы ш а т: к то -то пи щ и т то н е н ь к и м -п р е то неньким го ло с ко м. О б ы ск а ли по всей избе, ничево не наш ли. П о га си ­ ли о го н ь, л е гл и спа ть на п о ла ти, слы ш а т: о п я ть п и щ и т к то -то, и б ли зко та ко в о. Т у т с та р ух а в спом нила про свой о тр уб л е н н ы й п а ль ч и к, б р о с и ­ ла сь на печь, с х в а ти л а го р ш о ч и к, а с та р и к у в еле ла в з д у ть огня. О тк р ы ­ ла го р ш о ч и к, а т у т вм есто с у х о го п а льч и ка л е ж и т м а лен ьки й м а льч и к, хо р о ш е н ь к и й -п р е х о р о ш е н ь к и й, и улы б а е тся с та р и ка м, и п р о тя ги в а е т им р у ч е н к и » [Зелени н 2002, с. 302, № 97, Н о ли нски й у.]. В д р уго м вари анте «р а з с та р ух а р уб и ла к а п у с ту на п и р о ги, за де ла нечаянно по руке и о тр уб и л а м изинны й п а ле ц ;

о тр уб и л а и б р о си ла на печку. В др уг п о с л ы ­ ш алось с та р ух е, к то -то го в о р и т за печкой ч елов е че ски м го ло сом : “ М а­ туш к а ! Сними меня о тсю да ”. И зум и лась она, со тв о р и ла ч естно й кр ест и спра ш ив а ет: “ Ты кто та ко в ? ” — “ Я тв ой сы нок, на р о д и лс я из тв о е го м и зи н ч и ка ”. Сняла его с та р ух а, с м о тр и т — м альч и к к р о х о тн ы й -к р о х о т ный, еле от зем ли видно! И назв ала его М а льч и к с п а л ь ч и к » [А ф а н а ­ сьев 1985, с. 336, № 300;

450, к о м м е н та р и и и в а р и а н т ы ;

см. та к ж е :

С а до в н и ков 2003, с. 154, № 33, с. П ом ряськи но Сам арской губ.]. При этом каверзы, кото ры е ус тр а и в а е т крош ечны й м а льч и к (М а л ь ч и к -го ­ рош инка) своим н е др уга м, осо бе нно в в о сто ч н о е в р о п е й ск и х и т у р е ц ­ ки х в а р и а н та х это го с к а зо ч н о го сю ж ета, очень по хо ж и на п р о де лк и тр и к с те р а.

Данны е сюжеты п р е дста в ля ю т собой отр а ж ен и е верований о в оз­ м ож н ости л о к а л и за ц и и ч е лов е че ско й душ и в па льц е. Так, по п р е д с та в ­ лениям се л ь к уп о в, у лю дей есть н е ско лько душ. Д уш у sanlsan м ож но с в язать с п р е дста в ле н и я м и о некой д о п о л н и те л ь н о й ж изнен ной си ле, кото рая за де р ж и в а е тся в м изинце н о в о р о ж де н н о го по сле то го, как за ­ р а стет пуп, а о к о н ча те льн о за к р е п ля е тс я там с появлением зуб о в [Пе л и х 1980, с. 2 7 -33;

Ким 1997, с. 3 6 -3 8 ]. Д уш у када, в о тли ч и е от душ и Ust, к ото р ой о б л а д а ю т и лю ди и ж и в о тн ы е, им ею т то л ь к о лю ди. Эта душ а те сно связана с б ольш им пальцем ч елов е ка, о ли цетв о ряю щ и м его сам ого. С ч и та ло с ь, что потерявш ий больш ой па ле ц превращ ается в зверя. Терм ином када в се льк уп с ко м язы ке об означае тся та кж е м о­ ги ла, а данная п а рц иа льная душ а и н те р п р е ти р уе тс я как «м о ги л ь н а я д уш а » [Ким 1997, с. 31]. С огласно д р уги м верованиям, все м уж чи ны, в о тли ч и е от ж енщ ин, им ею т д о п о л н и те л ь н у ю д уш у дог, кото рая н а хо ­ д и тся в среднем па льце. У тр а ти в ее, м уж чи ны те р яю т р а ссуд о к. Такой же «м у ж с к о й д уш о й » о б ла д а ю т и самцы ж и в о тн ы х [П ели х 1992, с. 79;

Ким 1997, с. 35 -3 6 ].

В в о и н ск и х п р а к ти к а х па ле ц в ы с туп а е т в одном р я ду с д р уги м и частям и те л а, отсе кав ш и м ися у по ве р ж е н н ы х сопе р н и ков : го ло в а, ск а л ьп, уш и, язы к, пенис, к и сти рук. Так, у ти б е то -б и р м а н с к и х народов С е в е р о -В о с то ч н о й Индии в соста в «т р о ф е е в » в ходе «о хо ты за го л о в а ­ м и » м огли в хо д и ть язы к, уш и, глаза, руки по ве р ж е н н ы х в рагов, с ч и ­ тав ш и е ся м естом со с р е до то ч е н и я ж и зн ен н ой эне рги и и силы [Ш инка рев 1997, с. 47]. У эским осов п о луо с тр о в а Стю ард с ущ е с тв о в а л обы чай о тр е за ть п а ле ц у б и то го врага, чтобы п р е д о хр а н и ться о т м щ ения. Это д е й с тв и е, по мнению В.А. Ш н и рельм ана, при зва но бы ло «у с та н о в и ть связь м е ж ду уб и й ц е й и д ухо м у б и то го, а тем самым и его р о д с тв е н н и ­ кам и, та к как р о д с тв о б ы ло за ло го м д р уж б ы и м и р о л ю б и я » [Ш ни рель ман 1994, с. 104].

*** Если в пре ды дущ ем п а рагра ф е мы р а ссм отр ели с луч а и в о зм о ж н о ­ го разв ерты в а ни я и н те р п р е та ц и и а н тр о п о м о р ф н ы х ф и гу р о к от и зо б ­ ра ж ений к о н к р е тн о го ли ца (п о лум и ф и ч е ск о го героя) к их постепе нной ассо ци а ти в ной связи с пе р в опр е дка м и, а затем с л о к а льн ы м и б ож е с­ тв а м и, то в данном па р агр а ф е п р о с ле ж и в а е тся за в и си м ость иного р ода, когда м и ф о л о ги ч е с к и й персона ж или герой созда ется из части те ла сущ еств а более вы сокого ранга. К руг частей те ла, кото ры е м о гу т бы ть использо в аны д ля этого, д о с та то ч н о ограни чен (на и бо ле е часто в стречаю щ иеся — ф а л л о с, го ло ва и п а ле ц ), и они в б ольш и н ств е с л у ч а ­ ев п о луч а ю т конкре тны е пре дм е тны е ре а ли за ц и и в виде а н тр о п о м о р ­ ф н ы х ф и гу р о к и к у к о л. На этой связи основаны м ногие э ти о л о ги ч е с ки е л е ге н д ы, кото ры е м о гу т ре а ли зо в ы в а ться в р и ту а л ь н о -о б р я д о в ы х и и гр о в ы х п р а к ти к а х.

О брядовые контексты Уп отре блен и е к уко л в к ален да рны х обы чаях и о б р я д о в ы х о б х о д а х х а р а к те р н о д ля м ногих н а р о д о в.У русски х о б р я д о ­ вые к уко лк и и чуче ла встречаю тся во всех о б р я да х «п е р е х о д н о го » типа:

на Р ож де ств о и св ятки, на м асленицу, на С р едокр естье, П асху, Троицу, Ивана Купала, на пра здни ки, связанные с началом и окончанием выпа­ са скота, сева или ж атвы, на к р е сти н а х, свадьбе, п о хо рона х. При этом на первый план м о гут в ы ступать разные качества к уклы. В б ольш инстве случа ев она вы полняет следую щ и е ф у н к ц и и :

— Зам ещ ения.

— О тп уги в а н и я, оберега.

— Управлени я, м ани пуляции.

— О бщ ения (м едиативны е и ком м уникативны е ф ун кци и ).

— Сообщ ения (знаков о -си м в оли чески е).

Кук ла к а к а н а л о г чело в ек а В ОБРЯДОВЫ Х СИТУАЦИЯХ Н аиболее ра спространенной я вляется прак­ тика замещ ения, когда куклы зам еняю т человека в об ря дов ы х с и ту а ц и ­ ях, заверш аю щ ихся ум ерщ влением об ря дов о го персонаж а, его р и ту а л ь ­ ной казнью или изгнанием, а та кж е при не об хо ди м ости дуб ли р ов а н и я те х или ины х ф ун к ц и й ц ен тр а льн о го персонаж а, когда к укла вы ступает в роли его дво й ни ка. Д уб ли р ов а н и е м ож ет м оти ви рова ться очень разны ­ ми причинам и: о т а п отро пей ны х п р а кти к (к укл а -дв о й н и к прим еняется в ц е ля х защ иты о тсгла за, колдо в ств а и проч.) до оповещ ения о соб ы ти ях с участием главного персонажа (как, наприм ер, к ук о лк а, вывешиваемая на дом е невесты перед свадьбой).


Как и в о с та льн ы х с л уч а я х, к укла используе тся та кж е в си туа ц и я х, когда в озникает не об хо ди м ость пуб ли ч н ого д и а л о га, к прим еру, в ра з­ л и чн ого рода те а тр а ли зо в а н н ы х об ря дов ы х пр е дста в ле н и я х. При этом та кж е пре сле дую тся очень разные ц ели: от устан ов лени я конта кта с а у­ д и то р и е й или с по тусто р о н н и м и, высшими силам и до стрем ления обес­ печить упра вле ни е ими. Д и а ло г м ож ет о сущ е ств ля ться как при помощи ж е сто в о -с и м в о ли ч е с к и х средств, так и в речевой ф орм е. Например, че­ л ов ек, м анипулирую щ ий к у к л о й, обращ ается к ней с различны м и ш уточ н о -ри тори чески м и вопросам и и речам и, на которы е сам же и отвечает.

«И з соломы к ук л ы -те д е л а л и. Ч уче ла.... Ну, уж пож илая то ж е б аб уш ­ ка вот бы ла, по ко йн ая -та, Я н ь к у -ту д е л а л а. Ч уть ли не в человеческий рост, штаны набила солом ой, всё, боти нки при вязала, набила тряпьём или солом ой. На го ло в у ш апка-уш анка. И вот она её несёт на р ук а х....

Или свадьба, или “ вёсну п ро во ж а ю т”, и она с этим Яньком идёт — Янь кой назы вала яго — и дёт и с ним ра зговаривает: “ Сейчас, Янька, сейчас мы дой дём. Сейчас вот мы сюда придём. Давай, Я нька, песенки споём ”.

Вот, ш ути л а...» [ЛА СИС, с. П алатово И нзенского р-на Ульяновской обл.].

В данном случа е при помощи д и а ло га с к укл о й и с п о лн и те ль сообщ ает ауди тори и о к ратко ср очны х («сейчас вот мы сюда при дём ») и конечны х ц е ля х об рядовой акции, п о дклю чает зр и телей к акти в но м у участию в дей ств е («Д ав а й, Янька, песенки споё м !»), а ф а р со в о -и гр о в а я ф орм а этого об ря дов о го по сути «п р е д с та в л е н и я » об еспечивает за и н те р е со ­ ванность и д о б р о в о л ьн о сть участи я в нем ок р уж а ю щ и х [о роли и гр о ­ вых ф орм в «д о б р о в о льн о м с п ло ч е н и и » группы см.: М орозов, С л е п ц о ­ ва 2004, с. 332-471].

Сем ейн о-о к к ази о н альн ая о брядн о сть Тр а ди ц и он ны е к у к о лк и или их р и туа л ь н ы е а н алоги у п о тр е б л я л и с ь пр а кти че ски во всех сем ейны х о б р я д а х, а та к ­ же во время к а ле н да р н ы х пр а зд н и ко в, отм ечавш ихся в узком сем ей­ ном к р угу. В э ти х с л у ч а я х на первый план в ы хо дя т «п е р с о н а л ь н ы е » к а ­ чества к у к л ы, ха р а к те р и зую щ и е ее как о б р я до в о го д уб л е р а, д в о й ни ка ч елов е ка.

В полне за коном е рно, наприм ер, их по яв лени е в об ря де роди н:

ср. «состряпать к у к о л к у » ‘сделать ребенка’ [Афанасьев 1998, с. 123, № 44, «Ч е с а л к а »]. А лта й цы считали, что земная женщ ина создает те ло м ладен ­ ца, но чтобы ож и в ить его, нуж на помощь родовы х предков, п ре дста в и ­ телем кото ры х являлся м огущ ественны й не бо ж и те ль Яючи. Именно он является истинны м «тв о р цом д е те й », добы вая и «в ы л е п л и в а я » «ж и з н е н ­ ную с и л у » ребенка из «м о ло ч н о го озера », а затем вклады вая ее в утр о б у матери [Иванов 1979, с. 6 8 -6 9 ]. П ов и туха та кж е вы ступает в роли д ем и ­ ур га, творца нового человека. Она и справляет «н е п р а в и льн ы е » о р га ­ ны н о ворож денного: гнет нож ки, спину, «у п о тр е б л я е т все силы сде лать пр о долго в ато остр ую го ло в к у но ворож денного к р угле н ьк о й » [М агницкий 1883, с. 19], ф а кти че ски «д о д е л ы в а е т» его до человека [Байбурин 1993, с. 44, б ибл.;

Чеснов 1991, с. 112]. О т п о ви тухи зависит, сде ла ть ли ребен­ ка «к р угл о л и к и м или дли н н оли цы м, или даж е каки м -ни будь у р о д о м » [Ус­ пенский 1895, с. 71-72].

Подобны е пра кти ки известны многим народам мира [Рож дение р е­ бенка 1997;

Попова 1998, с. 58;

Gelis 1984]. Скажем, Диего де Ланда, описы вая дом аш ний бы т индейцев Ю катана, отмечает, что « у них головы и лбы сплющены с д етств а, что д ела ю т и скусственно их м а те р и » [Диего де Ланда 1994, с. 140;

описание этой процедуры см. там же на с. 158].

Ребенок здесь зрим о уп о д о б ля е тся «п е р в о р о дн о й гли н е », из кото рой со­ тв о р и л человека Господь Бог.

В родинной о б р я дн о сти разны х народов важ ную р оль игра ю т п р е д ­ м еты -дв ой н и ки ребенка [Рож дение ребенка 1997]. У удм ур то в и бесер мян до сих пор сохра няется усто й ч и в о е п р е дста в ле н и е о взаим освязи челов е ка с его п лаце н той. Д ей стви я с после дом м огли по в ли я ть на з д о ­ ровье и с уд ь б у челов е ка, его сч и та ли оберегом на про тяж ен ии всей его ж изн и. Согласно верованиям, плаце нта (кблдбсин ь серес) связы валась с б ож еством К б лдб си н ь, кото рое тр е б о в а л о об я за те льн ы х ж е р тв о п р и ­ нош ений, а не по лучая и х, на сы ла ло на челов е ка б олезн и. П ричиной не дуго в детей и в зр о с лы х я в л я л и с ь плаценты членов сем ьи, поэтом у для и злечения соверш али ж ертв оп ри нош е ни я м аслом в п о дпо лье на том м есте, где они п р е д п о л о ж и те л ьн о м огли бы ть зары ты. П ослед игр а л важ ную роль и в с оц и альн о й ж изни челов е ка : он хр а н и л от тю рьм ы и с уде бно го р а зб и р а те льств а [Попова 1998, с. 4 6 -4 9 ]. У казахов а н а л о ­ гичную роль в ы полнял шейный о тде л по звоночн ика барана, которы й по очереди об гла д ы в а ли приглаш енны е рож еницей на с пе ци а льн ое у го щ е ­ ние к а л ж а ж енщ ины. Затем кость на саж ива ли на па ло чк у, за в о ­ рачивали в л о с к у т белой ткан и и веш али на сп и н к у к о л ы б е ­ ли или на сте н у в одном из хо зяй ств е н н ы х пом ещ ений, где они иногда х р а н и ли с ь в тече ни е всей ж изн и, осм ы сляясь «к а к своеобразны й дво й н и к ч е л о в е к а » [К оновалов 1998, с. 21]. В полне понятна в этом к онте ксте и ра сти тельн а я си м во лика : рядом с м ладенцем « к л а д у т дере вц о, на кото рое за п ле та ю т л а п о ть, говоря: “ Как это д еревцо угом он н о, та к и ребёночёк будь уго м о н е н ”. Э то д е л а е т­ ся в си лу то го, чтобы ребенок был сп о к о е н » [П олуш ки на 1892, с. 6].

Употребление ан тропом орф ны х изображений и сим во­ лов в родинном обряде является хорош ей и ллю страцией свя­ зи куклы с м иф ологем ой судьбы [Календарны е обычаи 1989, с. 91, китайцы ]. Такая семантика кукол универсальна и пред­ ставлена у м ногих народов мира. Так, Н.Г. Богораз-Тан, описывая куклы ч уко тски х детей — см. илл. 68 [Styles 1997, р. 87, photo. 61], указы в а л: « Ч у ­ котские куклы изображ аю т лю дей, м ужчин и ж енщ ин, но чаще всего д е ­ тей, особенно грудны х. Величина их почти так же изменчива, как и у кукол культур н ы х детей. Сшиты они довольно похожим и на д е й ств и тельн о сть и наполнены опилкам и, которы е при каж дом несчастном случае высыпают­ ся. Куклы эти считаю тся н е только игруш кам и, но отчасти и п о кр о в ительн и ­ цами ж енского плодоро ди я. Выходя зам уж, женщина ун оси т с собой свои куклы и прячет их в мешок в то т у г о л, которы й приходится под изголовьем, для то го, чтобы воздействием их по луч и ть скорее детей. О тда ть ком у-ни будь такую к у к л у нельзя, так как вместе с этим б удет отдан за лог п ло д о р о ­ дия семьи. Зато когда у матери родятся дочери, она отдает им играть свои куклы, причем старается р а зде ли ть их м еж ду всеми дочерьм и. Если же кукла одна, то она отдается старшей дочери, а для оста льны х делаю т но­ вые. Есть, таким образом, куклы, которы е пе реходят от матери к дочери в течение н ескольки х поколений — каж ды й раз в исправленном и заново возобновленном ви де » [Богораз-Тан 1934, с. 49]. Тем самым, по мнению Н.Г. Богораз-Тана, к укла долж на была обеспечить девочке плодоро ди е и бла гопо лучно е дето рож де ни е в будущ ем. А на логи чно, у каж дой м ансий­ ской девуш ки имеется небольш ой мешочек из оле ньи х лбов — т у ч а, в котором она хран и т среди прочих необходим ы х вещей «д в е м аленьких куко лки — одна м уж ского, д ругая ж енского пола. Если их не будет, то у д е ­ вушки не б удет счастья и не будет детей, когда она вы йдет зам уж. Покидая свой дом, девуш ка долж на брать свой т у ч а незаметно, тайно от р од н ы х»

[Ромбандеева 1993, с. 80, 81]. У хантов беременным женщинам принято и зготавливать из кусочка чаги к уко лк у уш пай. Ее украш али бусами и ко ль­ цами и хранили под подуш кой, заворачивая в платок или заячью ш курку.

По поверьям, эта куко лка пом огала призвать богиню К а л т а щ, которая облегчала и ускоряла роды [Соколова 2009, с. 376].

У русски х пре дста в ле ни е о том, что подаренны е матерью куклы м о гу т ока зы вать влияние на всю последую щ ую судьб у их о б л а д а те л ь ­ ниц, сохра ни ло сь в пе реж и точной форм е в народны х ск а зк а х, где к у к ­ ла пр е дста ет в образе волш ебной помощ ницы. Так, в сказке «В аси ли са П рекрасна я» (АТ 480 В*) м ать, ум ирая, д а р и т Василисе к у к л у : «О ста в ля ю тебе вот эту к у к о л к у : береги ее всегда при себе и ником у не показы вай, а когда при клю чи тся горе, дай поесть и спроси у нее совета. П окуш ает она и скаж ет тебе, чем помочь несча стью » [Аф анасьев 1984, № 104, с. 128].

В сказке «Гр я зн а в к а » к куклам та кж е обращ аю тся за помощ ью: «В ы, к у ­ к олки, по куш ай те, моё горе по сл уш а й те !» [Пропп 1946, с. 181;


М е ле ти н ский 1958, с. 185-186]. В сказке «К нязь Д а н и ла -Го в о р и ла » (АТ 313 Е* + 327 А + 313 Н*) четы ре к ук о лк и, рассаженны е девуш кой по углам ком на­ ты, пом огаю т ей и зб еж ать инцеста с братом. П осле произнесенны х ими за кли на ни й девуш ка проваливается под зем лю и оказы вается в дом е злой к о лдун ьи, чья дочь как две капли воды похожа на героиню. И зба­ вивш ись от ведьм ы, девуш ки возвращ аю тся в дом князя Да ни лы, и он ж енится на дев уш ке -дв о йн ике своей сестры [Аф анасьев 1984, с. 1 4 9 151, № 114, Курская губ.;

аналогичны й сю жет: Аф а насьев 1985, с. 319, № 294, г. Погар, ныне Брянская об л.]. В украи нской сказке типа «С в ин ой ч е х о л » (АТ 510 В) куко лк и и зб авляю т д ев уш ку от брака с отцом : « О т д о ч ­ ка 6 a Tb K O B го во ри ть: “ П отривайте, та ту, т д у 3 p a 3 уб е р ус ь”, да й т ш л а з к уклам и уб и р а ться : сама уб р а ла сь у свинячий к о ж ух, а к уко л тр ь о х у б ­ рала у п ла ття, що Тй б атько посправляв;

а убравш ись прийш ла на город та й поставила тр ь о х куко л коло сёбе, а сама посёредиш. О т одна к укла й го во ри ть: “ Р озступи сь, сира зем ле, щоб красна дш и ця т ш л а у тё б е !” I д р угё те саме го во ри ть, третя те саме;

т ш л и вони т д зе м лю...» [А ф ан а­ сьев 1985, с. 314, № 291, П ирятинский у. П олтавской губ.].

И звестна связь ан тр о п о м о р ф н ы х ф и гу р о к с дом аш ним и д уха м и, в поздней тр а ди ц и и нередко вы ступаю щ им и как вредоносны е с ущ ест­ ва, влияю щ ие на с удьб у окр уж а ю щ и х. Так, во время с тр о и те льс тв а дома п лотн и ки м огли пускать в дом ки ки м ору или «м а н и л к у » в виде см очен­ ной человеческой кровью тря почки ли бо к укл ы, нарисованной кровью ф и гур ы ч еловека, иногда — об рубка дерева, щепки [Супинский 1945, л. 6, д. Езеково В ели ко устю гского р-на;

Зеленин 2002, с. 42;

В ласо­ ва 1998, с. 216, 332, В ятская губ.], кото рая, «о ж и в а я », появлялась в виде ч еловека или ж ив о тн ого.

П реж нее отнош ение к к ук л е как к р и туа л ь н о значим ом у пре дм е ту п р о до лж а ло сохра няться в плоть до 3 0 -4 0 -х годов X X века. Илья Эрен бург, описы вая свои д орож ны е впечатления во время поездки по гра н­ диозны м стро йка м эпохи и н д ус тр и а ли за ц и и летом и осенью 1932 г., вспом инает: «В том ском м узее я познаком ился с м олоденько й девуш кой -ш ор кой ;

она уч и ла сь на м едицинском ф а культе те и принесла в м у­ зей дере вянно го челов е чка, к ото рого р од и те ли ей да ли как талисм ан против ли хо р а д к и и злы х д ух о в. Она узн а ла, что в м узее собираю т пр е д ­ меты ста рого быта, и принесла экспонат.... У нее были глаза д о в е р ч и ­ вые и пы тливы е. Наверно, р од и те ли просили ста рого шамана и згнать из не послуш ной дочери зло го д у х а » [Э рен бург 1967, с. 6 0 5 -6 0 6 ].

*** У п отре блен и е куко л в окка зи о н а льн о й о б ря дно сти часто является об рядовой реали заци ей м ифов тв ор ени я. О собенно это очевидно в р и ­ т у а л а х и м агических п р а кти ка х, связанны х с рож дением ребенка и его первичной соц и али за ц и ей, а та кж е си м во личе ски х способа х и н с ти ту ц и али за ци и его душ и (дв ой ни ка), воплощ енной в ра зли чны х а р те ф а к та х — от по сле да и пуповины до а н тр опо м ор ф н ы х и зображ ений и ф и гу р о к. Ма­ ни пуляц и и с этим и изображ ениям и связаны со стрем лением обеспечить д е то р о ж де н и е и охр а н у их «п р о то ти п о в » от воздействия злы х сил. В не­ к ото р ы х с л уч а я х (наприм ер, при наруш ении те х или ины х предписаний и запретов) эти пре дм е ты -дв ой ни ки оказы ваю т негативное воздействие на о кр уж а ю щ и х, становятся воплощ ением д ем он о в -вр ед и телей.

Свадьба С вадьба — один из на и более зн ачи м ы х о б ­ рядов ж и зн е н н о го ц и кл а, сп о со б с тв ую щ и х тр а н с ф о р м а ц и и пе р с о н а ль н о -ли ч н о с тн ы х х а р а к те р и с ти к и пе р еход в «н о в о е со ц и а льн о е к а ч е с т­ в о» не то ль к о глав ны х уч а с тн и к о в (ж е н и х и не веста), но и б ли ж а й ш его к руга род ств ен н и ко в и б ли з к и х д р уз е й, п о луч а ю щ и х в ходе р а зв е р ты ­ вания об ряда и по его заверш ении новые со ц и а льн о значим ы е с та тусы по отнош ению к м олоды м (д р у ж к а, коренная п о др уга и их р е ги о н а л ь ­ ные а н а ло ги, сват, св атья, те с ть, те щ а, свекр, св екровь и т.п.). У п о т­ ре блен ие к уко л в этом важ нейш ем переходном об ря де связано как с глуб и н н о й сем антикой о б р я да, та к и со зн а к о в о -с и м в о ли че ск и м и и к ом м ун и ка ти в ны м и ф ун к ц и я м и [М орозов 1996а, с. 13 9-14 6;

М орозов 2005, с. 2 3 -3 7 ].

Кукла в ы ступала в качестве непрем енного а тр и б ута д е в уш ки -н е ­ весты, а иногда и как часть ее приданого, причем при игре с ней могла и м итироваться подготовка к зам уж еству. «В о т я зам уж вы ходила — к укла ум ен я была. Кошели ра ньш еб ы ли. В от от кошеля крыш ка, и в о тк у к л е всё слож ено бы ло: п о стель, всё это, как ути р к и нарезано, скате рти, одеяла.

Всё это при готовлено бы ло. Всё сделано — к укла сделана, припасёно всё бы ло. Её на “ к у с т” взяли, а потом оставили у ж ениха, и ж ениховы ср од н и ­ ки и р о стрёпа ли, чай, к у д а » [ЛА СИС, с. Кирзять Сурского р-на Ульяновс­ кой обл.]. «Ч а й, бы вало, к уко лки бы ли. Мы и шили их сами. У меня был вот этакий ящ ик [больш ой]. Да. И там была и “ невеста”, там был и “ ж е н и х”.

Да. Там и по стель была — всё бы ло. Вот и и гр а ли...» [ЛА М ИА, с. Араповка С урского р-на Ульяновской обл.].

В не ко торы х с л уч а я х это бы ло связано с ранними бракам и. М а ло ­ летн ие невесты порой везли к ж е н и ху вместе с сундукам и с приданы м и коробки с к укла м и, что ста ло основанием д ля м ногочисле нны х н а род­ ных анекдо тов, ш у то к -п о дд е в о к («у нёо ж онка ишшо в к уклы и гр а е т») и частуш ек:

У меня на сарафане Зо ло ты е буквы ;

Ко мне св ата лись сваты, А я и грала в к уклы.

[ЛА М ИА, д. Свателово П арф еньевского р-на К остром ской обл.].

Ф орм ула: «Наш а невеста еще в к уклы и гр а е т!» — м огла с л уж и ть ш у­ то чно й ф ор м ой отказа при сватовстве [ЛА М ИА, д. Старово П арф еньевс­ кого р-на Костром ской обл.].

К о р р еспо н ден т Тениш евского бюро И. Р ож де ств е н ск и й п р и в о д и т рассказ одной 92-летней ста р ухи, как ее вы дали зам уж в 13 ле т за 14-лет­ него парня и она «д о л г о не по ни м а ла о тнош ен и й м е ж д у м ужем и ж е ­ ной и, считая себя м а ло ле тн е й д е в уш ко й, по пр а здн и ка м д о л го и гр а ла в дом е м уж а в к у к л ы » [Р о ж д е ств е н с ки й 1899, л. 11]. Х о р ош о и л л ю с тр и ­ р уе т э ту с то р о н у тр а д и ц и о н н о го отнош ен и я к к ук л а м воспо м и н ани е, ц и ти р уе м о е Г.Л.Д а й н : «М о я баб уш ка П расковья пош ла за м уж ч е ты р ­ н а дц а ти л е т и к у к о л всех с собой за б р а ла. Ц елую к о р з и н у этого д обр а п р и в езла в дом ж е н и ха. И р а сска зы в ала по том, что свекор с тр о го всем дом аш ним н а ка за л не д о гл я д ы в а ть и не см ея ться над м о л о д о й, ко г­ да она ти х о н ь к о пр я та ла с ь на ч е р д а к, чтоб ы п о и гр а ть в свои к у к л ы.

П отом их снова о т ту д а д о с та л и, уж е д ля ее д е те й » [Дайн 1981, с. 36].

С то ль б ер е ж н о е отнош ен и е к д е тск о й и гр уш ке гл у б о к о м оти в и р о в а н о.

И зве стна при м ета: если д е в оч ка м ного и гр а е т в к у к л ы, то «д е в о к н а р о ­ ж а е т». «В о т и го в о р и ли : “ К ук о льн и ц а, д ак к у к о ль н и ц а и б у д е т”. Я го в о ­ рю: “ Я к у к о ль н и ц а и на носи ла пя те р ы х д о ч е к ”...» [ЛА СИС, д. Красное Гр я зо ве ц ко го р-на В о л о го д ск о й о б л.]. В этом к о н те к сте к у к л а о к а зы в а ­ ется не менее ценной частью н а с ле д ств а, чем прочее « д о б р о » (о д е ж ­ д а, скот).

Нередко к уко лк и я в ля ли сь элем ентом украш ения свадебного экипаж а. «К огда невесту б ерут, на маш ину ставю т к у к л у ей п о др уж к и.

И раньше та к! На л о ш а д я х. Раньше ведь на ло ш а д я х! И ей к уклы б р али, сшиты к укл ы, а всё равно брали. Прямо две к уклы сшиты вот та ки е вот [= прим ерно до л о к тя ]. В церкву с ъ е з д и ю ть та м, а патом пр и в езут вот, да, чай, о тд а д у т детям, они и гра ю т...» [ЛА М ИА, д. В оскресеновка Радищ евс­ кого р-на Ульяновской обл.]. В станице Незлобная Н овопавловского р-на С тав роп ольско го края свадебную к у к л у «в р ук а х несли. А нет — вон на подводе е д у ть и м олоды х в езуть, и к укла с ним и, и всё. Да. П р ив е зуть, понимаеш ь ты, сами садятся за стол пить, а её и де -н и б уд ь у угол пос та в ю ть» [ЛА М ИА, ст. Н езлобная Н овопавловского р-на Став роп ольско го края]. В с. А лга со в о М орш анского р-на Тамбовской обл. выпеченные из те ста к уко лк и в ы став ляли сь под иконы («на у го л ь н и к »), когда при езж ал ж ени х со свадебны м поездом, чтобы еха ть под венец («н е в е с ту б я р у ть ») [ЛА М ИА, с. Парсаты Ш ацкого р-на Рязанской обл.].

Один из прим еров осм ы сления куклы как пр и н а дле ж н о сти девуш ки-невесты м ожно найти в севернорусской сказке «С е с тр а -у б и й ц а » с м о­ тивом инцеста [О нчуков 1998, с. 185;

о ф ун к ц и и к уклы как волш ебного пр е дм ета-пом ощ ни ка см.: Пропп 1986, с. 199-201]. В наиболее полном варианте этой сказки («А н н у ш к а ») мать го во ри т перед см ертью дочери Анн уш ке: «У меня в сун дук е есть цеты ре к ук о лк и, как чё надо — они тебе п о м о гу т». Брат Анн уш ки по наказу матери ищ ет себе ж ену «к а к наша А н н уш к а »: «П аре нь ста л себе ж ону искать.

Некак не на ходит. А сестра, ей нать все с к уко лка м и. В от брат гово ри т: “ Некак жоны не найду. П ой­ дем, Анн уш ка, со мной на кров ать сп а ть!”». Сестра печет ж и тн и ки и под пре длогом, что ей надо вы нести их в к ле ть, «по б е ж а л а да к ук о ло к во все углы постав и ла. Да и: “ Чё мне д е л а ть, к ук о лк и, б рат на кров ать спать ве­ ли т? ” Все т у т к уко лк и : “ Х и -хи ! Худо ли, хорош о ли б р а ту с сестрой спать?” А одна: “ Худо, худо ! Заседь до к о ле н а !”» В конце концов Анн уш ка «п р о с е ­ ла срозь зе м лю » и нашла там в Егибовой избуш ке д ев уш ку «ц е ли к о м как она. И не познать. Та девуш ка на целовецью кость целовецьи волосья вьет: “ Ты чего сюда заш ла, девуш ка? Н а ле ти т Егибова, тебя съест, мне вели т твои волосья на твою кость навивать”». С помощью д е в уш ки -д в о й ­ ника (о связи двой ни че ств а с к ук л о й см. ра здел «К ук л а с то чки зрения соц и ально й ан тр о п о ло ги и и п с и хо л о ги и »). Анн уш ка спасается от Е ги бо­ вой и возвращ ается к б рату, которы й ж енится на спа си тельни це [Карна­ ухов а 1934, с. 151-153].

У русских девуш ки-невесты свои игровы е куко лки нередко передава­ ли младшим родным или двою родны м сестрам: «С собой-то не брали. О т­ давали — там ещё у меня, быть может, сестра есть...» [ЛА СИС, с. П алатово И нзенского р-наУльяновской обл.]. « А э т у ж о т д а л а я двою родны м сёстрам всё! Всё отдала — и д р угую к у к л у сш ила им. Э ту ж они там бегали [играли], как хо те л и...» [ЛА СИС, с. Кирзять Сурского р-на Ульяновской обл.].

П ож а луй, наиболее репрезентативны м сим волом «д ев и ч ьей кра­ с о ты » или «д е в и ч ье й ч е с ти » в тр а ди ц и он н ом свадебном обряде, при оф о р м ле н и и к ото рого часто и с п ользо в али сь к у к л ы,я в л я л о с ь свадебное деревце [см., наприм ер: Бернштам 1982, с. 5 6 -5 8 ;

Ш аповалова 1984, с. 183-184;

Денисова 1995, с. 57-95]. Э то т обрядовы й предм ет ф и гу р и ­ ровал в сам ы х я р ки х эпи зо да х тр а ди ц и о н н о й свадьбы : прощ ание не­ весты с родным дом ом, бли зки м и родственникам и и по друга м и, выкуп невесты, одаривание и угощ ение р одствен ни ков, их вы проваж ивание и, наконец, оповещ ение о «ч е с тн о с ти » невесты.

Значим ость свадебного деревца о п р е д е ля е т и п о рази тельное р а з­ нообразие его ф ор м : от разны х пород деревьев и видов растений (е ло ч ­ ка, б ерезка, сосенка, к али н ка, репей и т.д.), иногда пре дста в ле нны х в о б р я д е то л ь к о названиям и или сим волическим и и зо браж ениям и, до их ан алогов: об в и ты х цветной бум агой или л о ск утка м и па лочек («ц в е то в », «п ти ч е к »), банного веника, м етлы, шеста («б а д и к », «б а д ч и к »), «ш и ш е к »

и проч. [подробнее см.: М орозов 2005;

СД 1999, с. 8 3 -8 4 ]. Наиболее рас­ пространенная ло к а ли за ц и я свадебного деревца — на свадебном с то ­ ле, как правило, напротив м олод ы х, нередко на свадебном каравае или пироге. В ряде регионов аналогом свадебного деревца с л уж и л и метла или банный веник, игравш ий важ ную роль в клю чевом обряде «б ан я не­ в есты ». «В ен и к наряж али! Всё веш али на веник: тр я п о к, и груш ек, всёго навеш ивали. Были и к уклы — из тряпы к сш иты, бы вало, ведь не на что к уп и ть -то бы ло. Из тр я п о к шили и веш али всё. Д а...» [ЛА М ИА, с. Ж да м е рово Сурского р-на Ульяновской обл.].

О то м, что данная сим волика ун и в ерса льн а, с в и д е те л ьств ую то п и с а ния а н алоги чны х обычаев у д р у ги х народов Европы [Брак 1988, с. 17-19, п оля к и ]. Например, в це н тр а льн ы х районах Бадена (Германия) по други невесты при носили в свадебны й вечер «м а й ю » (м айское деревце), к о то ­ рое обвеш ивали детским и чепчикам и, ч уло чкам и, рубаш ечкам и и п л а ть ­ ицами [Брак 1989, с. 27].

Кукла в качестве важ ного а три бута свадебного деревца чаще всего ф и гур и р о в а ла в таком клю чевом эпизоде свадьбы, как «в ы куп невесты »

или «в ы куп девьей красоты » у девуш ек-подруг. Она обычно украш ала вер­ хуш ку «е ло ч к и », которую приносили подруги невесты. «В о т мы наряжаем “ к у с т” и идём па селу с “ кустом ”. Вон ё л к у срубим, да лентов навяжем.

К уклу делали — “ н е в есту”. Кто купи т, а то сошьёшь. Раньше ш или. Золы вот накладёш ь в го ло ву-ту. П одв е дут глазки, носик сделаю т. Да. Вот пла­ тьи це сошьют. Тогда ш ить-то не из чего было! На самую кок о в к у-ту [=на кончик] сосны-ти поставят. Да. Вот и идёшь с ней. К ж е н и ху-ту при дут, её розвяж ут, “ н е в есту” возьм ут и о тд а д ут плем яннице, внучке ли — там кому.

Ребятиш кам о тд а д ут...» [ЛА СИС, с. Кадышево, Кирзять Сурского р-на Уль­ яновской обл.]. Кукла нередко упом инается и в исполняю щ ихся во время этого обряда приговорах и песнях:

На нашей елочке, На зо ло то й верховочке С и д и т к ук л а, Она не см отр и т в кут, Она см отр и т ту т, Где дене ж ки к л а д у т [Ш аповалова 1985, с. 154].

К укла с о о тноси лась с самой невестой, о чем св и де те льств о в а л и ее наряд [Дайн 2007, с. 12-16].

В д р уги х вари а нта х обряда на верш ине е л о ч к и -«д е в ь е й к расо ты »

помещ али глиняную п ти ч к у-с в и с ту л ь к у [Дайн 1981, с. 36]. В не ко торы х с л уч а я х к у к л а -«д е в ь я к р а со та » уп о тр е б ля л а сь отде льн о от свадебного деревца. « “ Ур яж енн ая” бусам и, лентам и, серебрянным и цепочкам и к у к ­ ла дви ж ется на подносе по свадебном у с то л у под приговор: “ Раздайся, народ, девья красота и дё т ко с то л у дуб ов ом у, ко естьвам саха рны м !”»

[М атериалы по свадьбе 1926, с. 142,144].

В каж дом селе сущ еств о в али м астерицы, к которы м при н е о б хо ди ­ мости об ращ али сь с просьбой и зго то в и ть к у к л у — см. и лл. 69 [ЛА М ИА, с. Ясачный Сызган База рно-С ы зга нского р-на Ульяновской обл.]. Н а иб о­ лее искусно вы полненны е обрядовы е к уко лк и обы чно хр а н и ли с ь по м но­ гу л ет, переходя со свадьбы на свадьбу. «Д а. Моя к у к л а, она хо д и ла, чай, всё эта к укл а по сёлу, по сёлу.... Красива [была] к ук л а, интересна. Вот отцов эт д я д я, он, б ы вало, покойны й, скаж ет матери нашей: “ Ну, кума, б удет р укодельн и ц а! Из её рук ничёо не в ы бье тся!”... Кто её [= кук лу] брать б уд ут, берёг, [потом] п р и н ё сут назад. Я эту свою -т к у к л у не о тд а ­ вала незнатем ны м, незнаком ом у... Ну, кои отда ва ли [к у к л у назад], а кои нет. Шила, ш ила, отда ва ла, ш ила. Без конца. И руга ла меня м ать то покойна (раньш е ведь пряли): “ Ты сядеш ь т у т ведь целы й вечер — надо прясть, руш ник напрядёш ь! А ты сидиш ь т у т б е здельни чае ш ь!”...»

[ЛА СИС, с. К ирзять Сурского р-на Ульяновской обл.].

В В ологодской обл. с «е л о ч к о й » обы чно приносили к у к о л к у «з а й ч и ­ к а » [см., наприм ер: По заветам старины 1997, с. 63, 64], которая и зо б ­ раж ала то невесту, то ж ениха — это видно и по сопровож давш им обряд приговорам, и по ло ги к е обряда. «В о т та к вот сделаем из платка из н о­ сового “ за й чи ка ”. Вот. Ну, вот похож ого на зайчика. И влепим иголки вязовные ножкам и [= вм есто ножек] и поставим на та р е л к у. И сделаем как бы повыше. А ж он и х д олж е н этого зайца засы пать пряникам и....

И вот мы с девкам и, вот с м олодуха м и эти преницьки розделим и едим.

Это за р а б о та л и...» [ЛА М ИА, д. К ороты гинская В ож е годского р-на]. « “ За юш ко” п о дно сили. Дак вот все с я д у т ту то к а за стол — п р и е дут по невес ту -то. А невесты -то еще нет. Н евесту зовли ва ю т еще пе рео боло ка ться [= переодеваться]. Дак вот д р уга я девка и дё т и по дн о си т “ заю ш ко” -то набаш оный [=украш енны й], с бусам и, усаж он на та р е лк е, на ш олковом по луш алке. В от и подносит.... Да вот “ заю ш ко” этого возьм ут — раньше п о ла в ки -ти б ы ли, этого “ за ю ш ку” на полавош ник поставят. Которая “ за ­ ю ш ко” по дно сила, эта по дой дёт, ж они ха за уши за хв а ти т, к р е с т-н а -к р ё с т п о це луе т, “ заю ш ка” и снимает. Вот по всему “ п о е зд у ” и носят, поезж а на и к л а д у т на “ заю ш ка” д е н ьги...» [ЛА М ИА, д. Сендинская В ож е годско го р-на]. « “ Заю ш ка” д е л а л и : “заю ш ко” на та р е лк е — бус- навесят на его. Уш ки, лапки, всё. Сдела ю т из ваты да вот т у т и поставят. На та р елке при нё сут. Дак вот поезж ана все и к л а д у т на “ заю ш ка” д е н ьги...» [ЛА М ИА, д. Степановская В ож е годского р-на].

Конструкция «з а й ч и к а » сущ ественно отли чалась даж е в одной мес­ тно сти — см. илл. 70 [Ж ивая старина 1995, № 2, 1-я страница об лож ки, п. Кумекая Д олина Ставропольского края, казаки-некрасовцы ]. Это могла быть куко лка из тря пок, набитая куделью или обвернутая ватой, сверну­ ты й особым способом платок или кусок заячьей ш курки, иногда дер е вян­ ная ф и гур к а. О собо отмечаются украш ения из бус, бисера, пуговиц. «Д е ­ вки на девиш нике “зай ц ика” носят. Весь бусеринами убаш он [=украшен] светлы м и, вместо глаз красные пуговици, хв ости к б елой, сам “заюш ко” зелёны й. Тебе стакан пива налью т и поют: “ Нам ска­ за ли, што Иванушко б ога ты й ”. Невеста на льёт ста ­ кан пива, ты кладёш ь на “заю ш ку” деньги. Надо, чтобы его за кла ли д еньга м и...» [ЛА М ИА, д. Пан телеевская В ож егодского р-на]. Воспоминания владели ц «з а й ч и к а » обычно эм оционально о к ­ рашены. « “ З айцика” подносили на та р е ло ц ь ке. “ З а й ци к” небольш ой — о тта к о й (=15-20 см) ростиком. На ём бусы, платок ш олковой, лен то ц ьку в волосы ш олковую, зеркальце и колець ко... Его делали из тряпоцё к. Всё сошьёшь из тряпоц ё к-то да, да еще ватки т у т на ёго на­ лож иш ь, да бус, да всёво, ох! Тут ватки на пихаём в ёго да зашьём, да цетыре ножки, да и уш ки, да и глазки — то ж о всё из тряпоц ё к, то ко чтобы по дходяци е, красивенькие. И носик, и роти к, и хв ости к из ваты, всё одинако, белоё, да, ой, добр був!.. Как на ём бус всяких — да ой, как золотой весь заюшка!



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.