авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 15 |

«И. А. М О Р О З О В ФЕНОМЕН КУКЛЫ В ТРАДИЦИОННОЙ И СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ КРОССКУЛЬТУРНОЕ ...»

-- [ Страница 7 ] --

С толь устой чи в ая ассоциативная связь куклы с б ли з к и ­ ми родств ен ни ка м и, преж де всего детьм и, вполне п о ­ нятна, если уч е с ть, что наиболее распространенная форм а тр а ди ц и о н н ы х игров ы х к уко л — м ладенец (отсю да и одно из их названий — «л ё л я », «л я л ь к а » ) и основной вид игры с ними — у х о д за ребенком.

Более слож ны е по форм е к укл ы, изображ аю щ ие ф и гу р к и в зр о слы х лю дей, генетически обы чно свя­ заны с обрядовы м и (наприм ер, свадебны м и). Сов­ ременные покупны е к уклы (исклю чая Барби) та кж е по дч е р к н уто утр и р о в а н н о передаю т об ли к ребен­ ка, м ладенца.

Куклы м о гу т сосе дств ов а ть с ф о то гр а ф и ям и их о б л а д а те ль н и ц, а м о гу т и зам енять их. На ф о т о ­ гра ф и и из В ели ко устю гского р-на В ологодской обл.

[ЛА СИС, д. Горбачево, см. цв. вкл. 3], к у к л ы, оставленны е при е зж ав ш и ­ ми на ле то внучкам и, висят на стене в одном ря ду с самыми ценными вещ ами: старинной ф о то гр а ф и е й матери и отца хозяй ки дом а, ее собс­ твенны м по ртретом и отрезанной косой (символ дев ичества), и зо б р а ж е ­ ниями Николая Угодн и ка и Бо горо ди ц ы. В э то т ряд вполне вписываются б ольш ие настенны е часы с м аятником, являю щ иеся центром всей ком ­ по зи ци и, стоящ ий под ними те ле в и зо р и больш ой кален да р ь с и зо б р а ­ жением героев лю б и м о го те ле сер и а ла («С ан та Ба рб ара »).

Эти стереотипы про долж аю т сохраняться и в современном городс­ ком бы ту, т.е. поддерж иваю тся лю дьм и, которы е не имеют ни малейш его представления об описанны х вы ш етра ди ц и он ны х верованиях и обы чаях.

Хорош им примером м ож ет п о служ и ть заф иксированны й нами случай вы­ вешивания в у гл у комнаты куклы рядом с ф отогр а ф и ей уехавш ей надолго дочери [Морозов 20026, с. 63]. На ф о то гр а ф и и хорош о видно стрем ление в ы строить своеобразную «и кон о гр а ф и ю красного у гл а » в соответствии с традиционны м каноном. Только на месте сакральн ы х предм етов (икона, распятие) размещаются ф отогр а ф и я дочери и ее к укла.

В м узей н ы х к о л л е к ц и я х х р а н я тс я экзем пляры к ук о ло к с ф о то гр а ф и ­ ями вместо ли ца — см. и лл. 77 [ЛА КСВ]. К сож алению, прилагаю щ иеся к этим экспонатам описания слиш ком скуп ы, чтобы понять, кто на них пре дста в ле н. О днако приведенны е выше м атериалы позволяю т п р е д ­ п о ло ж и ть, что и в эти х с л уч а я х к укл а я вляется изображ ением б ли зко го челов е ка, по тем или иным причинам на до лго уехавш его из дом а, н а хо ­ дящ егося в д ли те л ь н о й отлуч к е.

Таким образом, обычай м ем ориального и спользования такой вещи, как к укл а (вклю чая и ее прямые ан а ло ги -за м е сти те ли вроде ветви д е ­ рева), является прекрасной и ллю стр аци е й возм ож ностей эволю ции ри туа л ь н о -о б р я д о в о й реалии со свойственны м ей сакра льн о-м аги чески м ста тусо м в декора ти в ны й элем ент интерьера, а затем, на новом витке развития — реаним ацию архаической ценностной ш калы, возвращ ение к прежним осм ы слениям к уклы как п р е дм е та-м еди ато ра, св ое об р а з­ ного ф етиш а, связанного с судьб ой к онкре тного человека.

Результатом этого процесса м ож ет бы ть по рож ден и е новы х к у л ь ту р н ы х те к с то в (в ш и­ роком см ы сле слова) — от поверий, б ы вальщ ин, м ем оратов до новых обычаев и обрядов с использованием ан тр о п о м о р ф н ы х изображ ений и к уко л. Зачаточны е форм ы та к и х новообразований об наруж иваю тся в современном детском ф о л ь к л о р е, где к укл а нередко в ы ступае т как персонаж «с тр а ш н ы х ра сска зов » и детской магии «в ы зы в а н и й », о чем мы уж е упом и на ли выше (см. «Р о ль куклы в о н тоге н езе»).

Лечебные п р а к ти к и Различны е зо о - и ан тропо м орф ны е ф и гур к и у м ногих народов мира прим еняю тся в лечебной м агии, направленной на сим волическое изгнание д ухо в болезни из тела б о льного и в ы дв ор е­ ние их за пределы селения, в мир д ухо в. У м ногих народов сущ ествовал способ изгнания б олезн и путем «п е р е с е л е н и я » ее в человеческое и зо б ­ ражение. Например, эвенкийские шаманы д ля обряда изгнания болезни вы резали из коры ли ств ен н и ц грубы е ф и гур к и лю дей, предназначенны е для «в с е л е н и я » в них д ухо в б олезн ей. Д у х болезни «в ы в о д и л с я » из б о л ь ­ ного через пуп и «в с е л я л с я » в пуп ф и гур к и [Иванов 1970, с. 174-176, рис. 161]. У ульчей шаман вселял д ухо в болезни сэвэн в специ а льн о и з­ готовленны е из дерева, ткани или м ета лла ф и гу р к и, а затем за став ля л э ти х д ухо в с л уж и ть челов е ку, кото ром у они при чинили б олезн ь. В д р у ­ ги х сл уч а я х б ольн ого об м ахи в али специальны м и ри туальны м и с тр у ж к а ­ ми пэйлэпу, за ставляя духо в болезни вселиться в развеш енны е в дом е бум ажны е зо о - и ан тропо м орф ны е ф и гу р к и хо лум дян и, после чего эти ф и гу р к и вы брасы вали [См оляк 1991, с. 167, 170]. У ш орцев «п о случаю болезни ребенка или при его рож дени и, если до него в семье ум ир али д е ти », и зго та в ли в а ли тряпичны е к уко лк и Кара-май, изображ авш ие гр уд ­ ных м ладенцев в колы б е ли, соверш али над ними кам лание, а затем за­ ры вали в зем лю, чтобы избавиться от «д у х о в б о ле зн и ». Иногда Кара-май назы валась небольш ая глиняная ф и гу р к а, помещ авш аяся на д ощ е чку [Иванов 1979, с. 9].

В П олесье при лечении «к р ы к с » и зго тав ли в али из одеж ды б о л ь н о ­ го ребенка од н у или не сколько куко л и вы брасы вали их в окно, за бр а­ сы вали на кры ш у дома или подбрасы вали во двор соседям, имевшим м ладенца [В иноградова 2000, с. 304]. У баш кир кара-кипчаков лекарь и зго тав ли в ал из тр я п о к две к уклы (осо/с) — м уж ч и н у и ж енщ ину — и кла л их в ведро вместе с хлеб ом и каш ей. «В зяв затем ж ив о го п е туха, лекарь поднес его к б ольном у, обвел не ско лько раз в окр уг него, дуя и с усилием изгоняя болезн ь. Во время этой операции лекарю пом огал ю н ош а-по­ м ощ ник, т.к. одном у ему тр уд н о бы ло справиться с болезнью. П е тух т у т же был зарезан и полож ен в ведро с кукла м и. Сев на заранее п р и го то в ­ ленную лош адь, лекар ь уе ха л ки лом етра за три и б росил ведро со всем содерж им ы м — пе тухо м, кукла м и и болезнью. Дом ой он вернулся уж е по д р уго й д о р о ге ». А н а логи чны е к уко лк и д ля д е тск и х игр у баш кир назы ва­ ются курсак [Руденко 1955, с. 324-325].

В ряде случа ев сим волика изгнания м ож ет и с то лк о в ы ­ ваться как апотро пей на я. Такой см ы сл, по-ви ди м ом у, пр и ­ писы вался две на дц ати тряпичны м к у к о л к а м -«л и х о р а д к а м »

(О гнея, Л е де я, Трясея и др.), олицетворявш им И ро дов ы х д о ­ черей, которы е хран ятся в ф о н д а х Государственного музея этн о гр а ф и и. Их веш али у печи, чтобы убе речь хозяев от б о ­ лезней [Дайн 1981, с. 33].

Н ередко подобны е р и ту а л ь н о -м а ги ч е с к и е п р а кти ки основы ваю тся на м и ф о л о ги и. По преданиям айнов, чтобы спасти лю дей о т эпидем ии оспы, б ог О к и к ур ум и и зго то в и л ш е стьд е с я т о д н у к у к л у из полы ни (т и с и н а п кам уй) и о тп р а ­ вил их ср а ж а ться с п ри б ли ж ен ны м и д ух а оспы. Ш е стьдеся т посла нц ев О к и к ур ум и п о ги б л о в схв а тке с врагом, но п о с л е д ­ няя к у к л а все же см огла о д о л е ть зл ы х д ух о в и и згн а ть их за пре де лы зе м ель айнов. П огибш ие к укл ы п р е в р а ти ли с ь в во дя н ы х дем онов м и н тути или каппа, к которы м пр и н я то об i ращ аться в случ а е б олезн и и при д р у г и х н е в зго д а х. О дна ко д у х и -к а р л и к и каппа способны та кж е п р и ч и н я ть лю дям в ред, \ за таски в ая их в воду, на силуя и пож и рая их в н утр е н н о с ти, изв лечен ны е через за дн ий п р о хо д. Чтобы о д о л е ть каппа, н уж н о в ы рвать р у к у у него или к у к о лк и т и с и н а п камуй [Спеваковс кий 1988, с. 8 7 -8 8 ].

Бо льш и нство зо о - и ан тр о п о м о р ф н ы х предм етов, используе м ы х в лечеб ны х п р а кти ка х, и м е е тузк ую специ а ли заци ю и уп о тр е б ля е тс я то л ь ­ ко при излечении одной б олезн и, что во многом о п р е д е ля е т их ф о р м у и к о нструкц и ю. Больш ое коли че ств о прим еров та ко го рода м ож но найти в уж е у п о м я н уты х к ни гах С.В. Иванова, A.B. См оляка, А.Б. Спеваковско го, А.Б. О стр о в ск о го — см. и лл. 78, к у к л а -а м ул е т о т б олезн и конечностей [О стровский 1997, 163, рис. 19, нивхи].

Ка л е н д а р н а я о б р я д н о с т ь М ногочисленны е случа и употр еб ле н и я ан т­ р оп ом ор ф н ы х и зо браж ений в об рядов ы х п р а кти ка х встречаю тся в ка­ лендар ной о б р я дн о сти, наприм ер, в к а р н а в а льн о -и гр о в ы х ш ествиях, сим во лизи ров ав ш и х проводы зимы или весны или пра здни ки со лн ц е в о ­ рота — см. и лл. 79, к укл а куп а льск о й ведьмы [К ухаронак 2001, с. 102, б елорусы ]. За падное в ропе й ски е версии данно го об ря дов о го ком плекса по дроб но описаны Д ж. Ф резером, В. М аннхардтом и др угим и авторам и [M annhardt 1904;

Frazer 1907а, Ь;

Kolberg 1961-1985;

Kuret 1965-1970;

G avazzi 1988;

Ага пки на 2002;

м ногочисленны е примеры см.та к ж е : А н и ч ­ ков 1903;

Ани чков 1905;

Ф рей денб ерг 1997;

и мн. др.], а описания и ин­ те р пр ета ц и и соо тв етств ую щ и х р усски х обрядов м ожно найти у авторов, и зучав ш и х русский п р а здни чн о-об ря дов ы й к ален да рь [Потебня 2000;

Аф анасьев 1865-1869;

Зеленин 1995;

Пропп 2000;

Соколова 1979;

Ча гин 1993;

Пашина 1998;

Тульцева 2001;

М ехнецов 2002;

СМЭС 2003;

Ч ерны х 2007;

Корепова 2009;

и мн. др.].

Н аиболее распространенны м является уп о тр е б ле н и е к уко л в ка­ лен д а р н ы х о б р я да х с сем антикой и склю чени я, вы проваж ивания и и з­ гнания. К таковы м, наприм ер, относи тся об ряд изгнания из избы м ух и д р у г и х насеком ы х, соверш авш ийся после окончания ж атвы. «В По речском уезде об ряд изгнания м ух соверш ается раньше, чем в д р уги х м еста х, после ж атвы. Богатом у крестья ни ну, к о то ­ рый не п о сто и т по окончании ж атвы у го с ти ть жней водочкой, из п о сле дне го снопа снаряж аю т к у к л у “ С о л о х у ”, [продеваю т] сквозь него па лку, которая изо бр а ж а ет руки, и надеваю т к у р тк у, а колосья повязы ваю т платком. Наломав веток из олеш ника, жнеи н е сут к у к л у в дом хозяи на, причем пою т ка­ ки е -н и б удь песни. П ринесенная “ С о ло ха ” ставится сначала на с то л, а потом переносится на кут. П оло-ипп. жив серпы к стор оне, жнеи оты скиваю т ч и п е лу или сков оро де нь, садятся на него верхом и с к а ч ут по избе, приговаривая: “ Ч ернуш ки вон, а белуш ки в х а т у !”. Тогда приним аю тся из хаты принесенным и ольховы м и ветвями вы гонять вон м ух со словам и “ Святой Семен, гони м ух вон!”. Эти п р о де лки жней напом инаю т, что с поля уж е уб р а ли сь, черные м ухи скоро исче зн ут, а вм есто их появятся “ б е л уш к и ” (снег). Повыгнав м ух из хаты, жнеи садятся за сто л, гд е х о з я и н у го щ а е ти х в о д к о й, а х о з я й к а б л и н а м и » [Д об ров ольский 1914, с. 119]. Как и в д р у г и х с л уч а я х, в ста ди а льн о предш ествовавш их ф ор м а х, как, наприм ер, в древ н е гр еч е ски х Ф ар ге ли я х, связанны х с о ч и с ти те л ь ­ ной магией [Нильссон 1998, с. 38], на месте куклы часто ф и гур и р о в а л челов е к. Из наиболее у п о тр е б и те л ь н ы х у русски х м ож но назвать обряды проводов св яток, м асленицы (зимы) и весны.

Зимние праздн ики О сновны е идеи, с которы м и бы ло связано уп о тр е б ле н и е ра зли чн ы х зо о - и а н тр опо м ор ф н ы х ф и гу р о к в зим ний пе­ риод кален да ря, связаны с сим воликой солнц е во рота, празднованием Рож дества (у народов, и споведую щ их хр и сти а н ство ) и встречи Нового года, а та кж е проводам и зимы и о ли ц етв о ряю щ и х ее м и ф о ло ги ч е с к и х персонаж ей. В ха р а к те р н ы х д ля этого периода кален даря п о здр ав и ­ те ль н ы х и б ла го п о ж е ла те льн ы х о б хо д а х прим еняется одаривание учас­ тни ков зо о - и ан тропом орф ны м печеньем, а в не ко торы х к у л ь ту р а х и специальны м и к уко лка м и, сим волизирую щ им и д о б р ы х д ухо в. Д р угой наиболее часто встречаю щ ейся пра кти кой является и спользование к у ­ кол и чуче л в о б р я да х очищ ения и изгнания. Рассм отрим некоторое к о ­ ли че ств о прим еров, взяв за основу русскую тр а ди ци ю.

И згото вле ни е к ук о ло к на святки у р усски х связано с очень важным обрядовы м дей ств ом : встречей и вы проваживанием «д у ш е к », которы е в это т период посещ аю т своих родств ен ни ко в, в об ли ке м и ф о ло ги ч е с к и х персонаж ей, нередко дуб ли р уе м ы х ряжеными и родств ен ны х болгарс ким «к у к е р а м »: «к и к и м о р ы », «ш у л и к у н ы », «ш а лы ха н ы », « х у х л я к и », « к у ­ л и к и », «к у л е с а », «к у л я ш и », «с в я ть ё » и т.п. С этой же сем антикой связана пра кти чески вся р ож деств ен ска я, новогодняя и крещ енская об р я дн о сть у славян [подробное и злож ен ие этой концепции см. в р а ботах: В ин огр а­ дова 1982;

В иноградова 2000], в том чи сле и у р усски х [Зеленин 19946, с. 164-178;

М орозов, Слепцова 2004, с. 552-559].

В Прикамье обычные названия для эти х персонажей — «ш у л и к у н ы »

и «ш и ш и », а та кж е «св я тош ны е », «ф о ф а н ы », «б у к и », которы е описы ваю т­ ся как крошечные человечки [Черных 2007, с. 57-69]. О тм етим, что те р ­ мины «ш у л и к у н ы » и «ш а лы ха н ы » напом инаю т по форм е названия духо в ш алы гов у тю ркоязы чны х народов Сибири, об ан тропо м орф ны х и зо б ­ р аж ениях кото ры х мы уж е упом и на ли — см. и лл. 55 [Иванов 1979, с. 13, 27], а та кж е главного персонажа западно укра и нско го обряда «по хор он ш уля ка» (см. ниже «В есенне-летняя о б р я дн о с ть»). Ф ункции, которы е вы­ полняют, согласно народным верованиям, «к у л я ш и » и «ш у л и к у н ы », очень бли зки к приписываемым другим персонажам тр а ди ц и онн ой «н и зш е й »

м и ф ологи и — это озорство и бесчинства во время святок, направленны е против не за м уж ни х девуш ек и детей, их роди телей или предм етов, о тв л е ­ каю щ их девуш ек от святочного веселья — преж де всего куде ли, пряжи, прялок. Этим объяснется об и лие ф ор м ул запугивания, связанны х с их приходом, преж де всего при стращ ании непослуш ны х детей: «М а л е н ь ­ ких п уж а ли : “ Не ходи те вецерами, а то вас гуляш и сохватаю т!”»;

«Д ете й, чтобы они вечерами не бега ли, пуга ли о Рож дестве гуляш ам и: “ Вот уж е гуляш вас сохватает! Д о б е гае те !”» [М орозов, Слепцова 2004, с. 557, В о­ лого дская обл.].

Х арактерно пересечение ф ункци й святочны х духо в и м иф ологичес к и хп ерсон аж ей, которыми обычно за пуги вали детей, чтобы они н е ла зи ли по огородам (см. еще «К ук ла и др уги е антропом орф ны е объекты : чучело и п уга ло »). Например, на севере Прикамья, на Верхней Колве, бы товали такие названия святочны х ряжены х, как полудн ик, п олудн ищ. Причем в этом ре ги о н е та к обозначали н е то л ьк о духо в полдня, но и водяны х д ухо в:

«П о с ле Ильина дня не купаю тся — полудницы у то п я т» (Осинский район), а та кж е «д у х а ого р о д а »: «Б обы или горох хочется ребятиш кам в огороде, чё еще небольш ие бы ли: “ Не ходи те, там полудница пойм ает вас”» (Очер ский район, д. Пахомово). Так же называли огородное чуче ло : «П о л удн и цу вчера в огороде по стави ла...» (Очерский район, с. Киприно). Извест­ но и ситуативное ряженье полудницей, в летний период, исполнявш ееся д ля устраш ения непослуш ны х детей: «Ш убу надела, вы воротила, волосы распустила, в б орозду легла и ползет. Напугала их, чтоб дети в огород не ползали, не па ко с ти ли » (К унгурский район, с. Калинино). Соотнесенность полудницы и ш уликуна раскрывается и на д р уги х прим ерах. В Очерском районе д уха огорода, как и пуга ло, могли называть не то льк о полудницей, но и ш уликуном : «Ш уликана поставила в огород, прямо на грядку, чтоб не х о д и л и » (д. Пахом ово);

«Раньш е ш уликаном пуга ли, чтоб дети в огор од не х о д и л и » (д. Пахомово) [Черных 2007, с. 67].

По с в и д е те л ь с тв у Г.С. В ин о гр а до в а, во время св яток к укл ы и в ере­ тена уб и р а ю тся п о да льш е, та к как «ш у л ю к а н ы » — «в е се лы е ч е р те н я та », кото ры е в эти дни б егаю т по зе м ле, «у та с к и в а ю т у ре бят к у к л ы, вере теш ки и пр., м о гу т за да в и ть ре бяти ш ек, осо бе нно если те б у д у т п о дш и ­ б ать ногой ш евяки, за которы м и ш улукан ы п р я ч утся (они очень малы ростом ), или по здн о вечером х о д и ть по д е р е в н е » [В и н огр а до в 1924, с. 7 9 -8 0 ;

В ин огр а до в 1999, с. 27]. Э то поверье м ож но, п о -ви ди м о м у, тр а к то в а ть д в о я к о : л и б о «ш у л ю к а н ы » сами л ю б ят и гр а ть в к у к л ы, как м алы е дети (что вполне со гла суе тся с их ле гк о м ы с л е н н о -х ули га н с к и м поведением ), л и б о к укл ы — обы чная дань «ш ул ю к а н а м », св ое обр азн ая ж ер тв а им. О тсю д а, видим о, известны й на П инеге обы чай и з го то в л е ­ ния к у к о л, и зо б р а ж а ю щ и х э ти х св яточ н ы х пе рсона ж е й : «М ы к у к л у на­ ряжаем ч ули к и н о м, все черно е, а на груди кр а сн о е » [Ч ерепанова 1983, с. 63, № 212, д. В еркола П ин еж ско го р-на А р х га н ге ль с к о й об л.]. В ка ­ честве п а р а л л е л и м ож но у к а за ть на то т ф а кт, что в японской тр а д и ц и и одним из о б я за те л ьн ы х элем ен тов но во год н е го о ф о р м ле н и я дом а и сем ейного алта р я бы ли р а зли чны е ф и гу р к и из солом ы [К алендар ны е обы чаи 1989, с. 218].

Обещ ание подарков от «с в я то к » — это другая стор она, д р уго й п о ­ ворот то й же темы. Скажем, в Великом Устю ге рано утр о м на Крещение ста ви ли под окном небольш ой крест, на которы й навеш ивали ленточки и конф е ты, а утр о м гово ри ли детям : «П о с м о тр и те, куляш и что вам пр и ­ н е с ли !» [ЛА МИА]. На Крещение все углы об ры зги в а ли святой водой и го во р и ли, что куляш и больш е б ега ть не б уд ут. «М а л е н ь к и х пуга ли, што:

“ Ой, вот счас л о ж и те с ь спать: п о е д ут святки, б уд у т у каж ново дома оста на в ляться, на оста вляю т лентов на у гл а х. В от утр о м рано надо вставать:

вот утр о м рано встанете, а л е н ты - то на у гл а х висят — святки вам наос­ та в л я л и ”. А мы вскочим утр о м, глядим в окно — ничё нет! — “Так, мама, как ничё нет-то?!” — “А видно уж ветром ун е с ло. А вы спать не ло ж и л и с ь, дак я уж вас ук ла д ы в а л а, дак...” » [ЛА СИС, д. Никоново В аш кинского р-на В ологодской обл.]. «У нас вот мама на Святки гово ри т: “ Ш уликины, шу ликины вот е з д я т”. Не знаю, какие ш уликины ? “ Вот в ы й ди те -ка, ребята, по см о три те на у л и ц у ”. Тряпочки сама навешает: то на веники, то на что, в снег навты кает. Это я уж е потом поняла, что это она сама д ел а л а. А мы чё? В ыскочим, постоим возле эти х веников. Небольш ие тряпки наве­ сит — ш ули ки ны -те п р о е зж а л и » [Черны х 2007, с. 60, Соликам ский район, д. Лы зи б ]. «С ённи Рож ество, в баню сходи ли... Тятя скаж от: “Девки, схо ди тё, сено-то п о кла д и тё под у го л о к кудесам, святки п о е д ут д ак хо ть л е н ­ то ч к у о ста в я т!” Мы глупы е м аленькие б ы ли, дак пойдём, сена возьмём, пойдём, под у го л о к по ло ж и м, что сёдни святки п о е д ут напротив Рож ест­ ва, дак хо ть нам л е н то ч к у оста в ят...» [ЛА ССН, д. Три ф о нов о Ваш кинского р-на В ологодской обл.].

М отив дара нередко связы вался с актом вы проваж ивания св яточ ­ ных духо в : в В ели ко устю гском р-не В ологодской об л. на Крещение детей п о н уж д а л и привязы вать к и згородям и углам избы ле н то ч ки или нитки, говоря, что куляш и, к ото р ы х в этот день изго нят из дом ов, повесят на них разные по да рки. При этом святочны е дем оны нередко в ы ступаю т д а р и ­ телям и к уко л: «В святки пуга ли : “ Киким оры сейчас пр и д ут, давай спите!

Они вам куклы при не сут, ешё чево н а н ё сут!” Дак мне мама наде ла ла к у ­ кол, п о д л а в к у по ло ж и ла, что: “ Это киким оры тобе п р и н е с ли !” » [ЛА М ИА, д. Крю ковская Ха ров ского р-на В ологодской обл.].

П о-видим ом у, м ожно с читать значимым то, в какие го м о ло ги ческие ряды вклю чаю тся в обы чаях та ко го рода ан тропо м орф ны е предм еты (куклы ). Например, в В а й нф и рте ле (Нижняя А в стр и я ) в ночь Всех свя­ ты х парень б росал в двор понравивш ейся ему девуш ке сплетенную из солом ы косу около по лум етр а д ли н о й. Иногда косы украш али красными бантам и и вешали на дерево или забор около дома полю бивш ейся д е ­ вуш ки [Брак 1989, с. 46]. Здесь м ожно ук а за ть на то, что у русски х о п о ­ вещением о свадьбе м огли бы ть подвеш енны е на передний уго л дома девуш ки сплетенная из солом ы коса или к укла [ЛА М ИА, В ологодская, Костром ская, Я рославская обл.].

Связанная с заверш ением к ален да р н ого года сим волика «п р о в о ­ д о в », в том числе с использованием ан тр о п о м о р ф н ы х и зобр а ж ени й, хара ктерн а не то льк о д ля европейцев, но и д ля д р у ги х народов мира.

Например, у японецев но вогодние то рж е ств а заканчиваю тся 15 января проводам и бож ества года — Тосигам и. В это время р а зв одят костры, в кото ры х сж и га ю т все но вогодние украш ен и я, в том чи сле и к ук о лк и, и вы пекаю т на этом огне лепеш ки, которы е, по поверьям, об лад аю т це­ лебны м и свойствам и [М аркарьян 1990, с. 7 0 -7 1 ;

Календарны е обычаи 1989, с. 224].

Китайцы в 16-й день п о сле дне го м есяца вы кла ды в али у ворот дом а пищу, деньги и и зго тов лен ную из бум аги о д е ж д у в качестве ж ертвенного дара «пр едка м и Н е бу». Д ля охраны дома от разли чно й нечисти и с п о л ь­ зо в али сь изображ ения «д у хо в -с тр а ж е й в о р о т», вы ставленны е перед во­ ротам и па лк и -а м уле ты, расстеленны е во дворе стебли коно пли. В канун Нового года сж и га ли на м о ги ла х пучки коно пли, приглаш ая усопш и х на тра пезу, а в пяты й день первого м есяца и зго тав ли в али бум аж ную ф и ­ гу р к у человека, которую вы носили за ворота и сж и га ли [К алендарны е обычаи 1989, с. 100-102].

Корейцы и спользо в али это т период д ля гаданий и охр а н и тельн о й м агии. В провинции Северная Ч хунчхо н ш аманки и зго тав ли в али чуче ла из травы, ста ви ли их вдо ль д о р о ги, по дж и га ли и о п р е д е ля ли, каким б у­ д е т Новый год по том у, куда у п а д е т чуче ло. В 16-й день первого месяца дети вы резали из бум аги м есяц, л у н у или ч еловеческую ф и гу р к у и пи ­ сали на них свое имя. Затем за верты вали в это т к ло ч о к бум аги щ епотку вареного риса и вы брасы вали на перекресток д ороги или в р е ку [К ален­ дарны е обычаи 1989, с. 159].

В Ш ацком р-не Рязанской о б л. сж и га ни ем ч уче ла днем на Р о ж де с ­ тв о часто за кан ч и в ался о б хо д п о п ул я р н о го пе рсона ж а м естн ого р я ж е ­ ния — «к о л я д ы » [С лепцова 1996, с. 6 3 -6 5 ]. «К о л я д у » си м в о ли зи р о в а л в орох солом ы, снопов, которы е согла сно обы чаю воро в али у соседей.

«Э н т ещё сноп та щ и ть, энта ещё сноп та щ и ть — кто из сваво скир да, кто в аруе ть там... Да. “ Вон, — го в о р и ть, — к а л я д у ж гу ть ! К а ляд у ж г у т ь !” Ну, вот мы ещё м ален ьки е б ы ли, я в окно гле д е л а : “ Вон, — го в о р и ть, — к а л я д у ж г у т ь !” А эт у ж больш ая бы ла и невестой бы ла — ж гла сама, та с ка ла с а ло м у...» [ЛА М И А, с. Черная С ло б о д а ]. В косте р б р о са ли и солом у, к ото р ой во время об ход а бы ла обвязана «к о л я д а » — ее м огли сде р ги в а ть с ря ж е ны х, напав на них на ул и ц е. Если село бы ло б ольш им, то костры р а зв о д и ли на ка ж до й у л и ц е, а если нет — то оди н, причем у с тр а и в а ли его на конце ули ц ы или поср еди дере вн и. Одна из м о ти в а ­ ций этого обы чая: «И и суса Х р и ста надо о б о гр е ть и о с в е ти ть » [ЛА СИС, с. Черная С ло б од а ].

Обы чай сж игания солом ы во д в о р а х был известен и в пограничны х с Рязанской об л. села хТам бо в щ и ны. «К а л я д у у нас не ж гли, а в Том ни ко ве — этТам бовской о б ласти. Э тта д а на базар п а е д уть ту д а, и они её ж гу ть в э ту: у каж ного двора копна солом ы. А га. В о тта к...» [ЛА М ИА, с. Парсаты Ш ацкого р-на Рязанской обл.].

Нередко в это т день сж и га ли солом енное ч уче ло. «Э т на Новый год п о дж и га ли ! На Новый год то ж е ведь озорова ли и и гра ли ! Ч учела вот на сне гу д е л а л и, саж али из солом ы. Их за ж и га ли... Ну, вот где наделаю т снегу, ны таскаю т, вот как н а к л а д у т [=метра полто ра]. Да их и ставю т, да.

Ну, вот или из соломы за к р утю т проволкой [сноп] и сажаю т. Да. И руки д е ла ли с солом ы. [Тряпками] то ж е об в ёр ты в а ли !.. Э т д ля игры, сы нок.

Д ля игры. И гра ли, п ляса ли, да. И парни, и девуш ки, женщ ины м о ло д е н ь ­ кие — все. Да. Э т на Новый вот всё год. В о т...» [ЛА М ИА, с. Радищ ево У л ь ­ яновской о б л.;

М ИА 75оп:Ф 1999-41Ульян., № 3].

« К о л я д а » в виде ч уче ла в стре ча ется то л ь к о в н е с ко льк и х села х ц е н тр а льн о й части Ш ацкого района Рязанской о б л. О бы чно его и з го ­ то в л я ли из наби то й солом ой рубаш ки или из п а ло к и солом ы и та кж е с ж и га ли на костре. «О н и сейчас св я р н уть, там солом ы н а к л а д у ть, сде лаю ть как че ло в е к, п о са ди ли яво на э ту солом у и со л о м к у п о до ж гли.

В зяли х в о р о с т какой, п о дв я за ли, руки та к вот с д е л а л и, и её вот в с о л о м у-то п о ста н о в и ли и п о д о ж гл и. Э т под Новый го д » [ЛА М И А, с. Тарадеи].

«Н а к а н ун е Р о ж дя ств а “ к о л я д а ” х а д и л а. Тада ре бяти ш ки вили об ор о чки в л а п ти, а дев чонки в ертели верчь, тк а ть п о ло в и к и.... В от та ко й вот к л у б о к нам отаю ть! И вот д о ж и д а л и, что пр и д ё ть “ к а л я д а ” и э то т к л у б о к по ка за ть “ к а л я д е ” надо. А “ к о л я д а ” — уб и р а л а с ь ж енщ ина. Уб и р ае тся :

п р и в я ж и ть себе из коно пли та кую вот б о р о д у и та щ и ть за собой с т у ­ пу и п и х те л ь.... А потом у ж ста н е ть ра ссв я та ть (это когда тёмна х о ­ д и ть она), уж то гда м уж и к и, отцы или де д ы, б рали связы вали солом у, и м охром там в о зьм уть её о п о я ш уть, как ю бкой, вроде как она в о д е ж де, и п о д в я ж у ть её пла тко м. И то гд а ш ум ять, что, м ол: “ К о ля ду пойм а ли !

К о ля д у по йм а ли ! Давай ж ечь, ж ечь е ё !” О дну, когда две, эси ль у ли ц а д ли н н а я, то с энты ва конца с о ж гу ть, и с энты ва канца с о ж гу ть. Толька м ахор ап а я ш уть, сноп салом ы -та а п а я ш уть, и п а д в я ж у ть — и всё. И то г­ да п о д ж и га ю ть её. А то гда уж все: и д и в ч о н ки, и ри б и ти ш ки — все с в о ­ бодн ы : “ К о ля д у со ж гли ! Больш е она не п р и д ё ть. Теперь то ль к о когда Р о ж дя с тв о на д р уго й год п о д о й д ё ть, она п р и д ё ть...”» [ЛА СИС, с. Черная С ло б о д а ].

П роводы зим ы и м аслен ицы. М асленица является одним из на и б о­ лее насыщ енных различны м и акциям и с участи ем а н тр опо м ор ф н ы х и зображ ений (куко л и чуче л) периодом народного кален да ря. К то м у ж е, с ущ еств уе т зн ачи тельно е коли че ств о иссле до в ани й, посвящ енны х этом у периоду, начиная с X IX века в плоть до наш их дней [обзоры и с то ч ­ ников см., наприм ер: Календарны е обычаи 1977;

Соколова 1978, с. 4 8 70. См. та кж е : W olfram 1972;

Ага пки на 2000;

Ага пки на 2002]. Приведем здесь некоторое коли че ств о прим еров из наш их записей.

О бщ ера спростра нен ной пра кти ко й во м ногих тр а д и ц и я х является и зго тов лен ие чуче ла, си м волизирую щ его м аслен ицу или пост, и его пос­ ледую щ ее сж игание [К алендарны е обычаи 1977, с. 21-23, 35-37, 5 0 - и др.]. В Польш е в X IX в. на запусты бы ло принято возить по улицам с о л о ­ менное ч уче ло, которое в заверш ение бросали в водоем или с ж и га ли, причем при этом участни ки обряда пры гали через костер [Kolberg 1963, 1.18, s. 47;

Kolberg 1964, t. 33, s. 132-133]. В Силезии девуш ки в течение м асленичной недели соверш али обходы деревни с и зго тов лен ной из со ­ лом ы и тряпья к укл о й М ораны (M azena), а затем с ж и га ли или то п и ли ее в водоеме в первый день В ели ко го поста [Соколова 1978, с. 55].

А н а логи ч ны е обряды п р а кти ко в а ли сь и на Русском Севере — см. и лл. 80, пра здни к «п р о в о д о в зи м ы » в г. Белозерске В ологодской обл.

(1999) [ЛА СИС]. «Б ы в а ло, на редят какое ч уче ло посмешнее да возят.

Табаку пр и в я ж ут, б удто он к у р и т да лю дям раздает. Б о рону за пр я гут, в сере дку сучьев навты каю т, веники, к о л о к о льц а, бубна привязы вали к бороне — та к и ездят. Старухи с я д у т и м олоды е е з ж и в а ли.» [Сухон. собр., д. Ерга]. В ц е н тр а льн ы х районах В ологодской об л. м огли сж и га ть «ц ю ц е л о » из соломы с навешенными вениками. Например, в Грязовецком р-не В ологодской обл. «п у га л о д е л а л и : сноп солом ы возьм ут, да его за в я ж ут каки м -н и будь тряпкам, а вместо рук п а лк у с у н у т да веники п р и в я ж у т»

[ЛА СИС, д. О бухов о ]. «Раньш е солом а бы ла, вон с н о п -о т какой д ли н н ы й, на коли к посадиш ь, воткнёш ь в снег. О п о в я ж у т т у т в чего худо е - [одеж ДУ] худую кто даст. Да свяж ош ь веревкой или пояском эдаким.... Вот сде лаю т его на батоге, по став ят на реке у п р о луб и. “ М олоко горит! М о­ л око го р и т!”» [ЛА СИС, д. М и халково].

Подобны е обычаи известны и на юге России, и в П оволж ье. «В сё из солом ы слепим, к ук л ы -те д е л а л и. Да, чуча ло. На м аслен ицу де ла ли её. На по сле дни й день ж гли. Сдела ю т её, к у к л у, и на ули це её за ж и га ли.

С дела ю т и за ж гут.... Сперва солом у ж гу т, и круг огня веселья! А т у т и к у к л у за ж гут. У нас Федя всё эта ку к у к л у -т у сде ла е т да. Бы вало, вот так черпали в о д у -ту [ж уравлем ]. Он её п о дтя н и т [на ж ур а в е ль], э ту к у к л у -ту, за вяж ет там а, за ж гё т да пусти т. Она и го р ит вон не знай где...» [ЛА СИС, с. П алатово И нзенского р-на Ульяновской обл.].

Н ередко р оль ч уче ла во время о б хода деревн и м ог и сп о л н я ть один из уч а с тн и к о в об р я да. «Е с ть обы чай на м аслян ой неде ле возить к у к л у, изо бра ж а ю щ ую собой не то м аслен иц у, не то зим у, кото рая п р и х о д и т к концу. Э ту к у к л у, сде ла н н ую из солом ы, потом сж и га ю т. О дин м у ж и ­ чок дер. К ов ри ги но, си льн о за хм е ле в ш и й, в здум а л своей соб ств енн ой персоной и зо б р а зи ть к у к л у -м а с л е н и ц у. Соверш енно р а зде лс я, н а гр о ­ м озди л в сани, за пряж енны е парой л о ш а д е й, всякого хла м у, словом у с тр о и л нечто вроде эш аф о та. Уселся на этом эш аф о те и п ус ти л коней вскачь. Свое те ло во время езды он х л е с та л с ухи м в ен и ком » [И вонин ский 1898а, л. 17].

П ародийное «м ы тье в б ане» в данном случа е связано с другим и о ч и сти те льны м и обрядам и, соверш авш им ися в заверш ающ ий день м асленичной недели или в первый день В еликого поста. Наши м атер и ­ алы из р а зли чны х м ест В ологод ского края показы ваю т вы сокую вари­ ати вн ость эти х обычаев [М орозов, Слепцова 2004, с. 80 8 -8 1 9 ]. Н апри­ мер, в д. Брунчаково м олодеж ь, и зготовив ч уче ло из подвеш енны х на ж ердь «м а з у тн ы х » тр я п о к, об ходи ла с ним днем деревню, приговаривая у ка ж до го дом а: «На В еликий пост редьки х в о с т!» и прося у хозяев ка к о го -н и б уд ь ста рья, чтобы сжечь м асленицу, то есть как бы по нуж дая их избавиться от всего ста рого, негодного в хозяй ств е. Саму м аслен и ­ цу ж гли уж е вечером, за деревней, причем в этой деревне каж ды й х о ­ зяин в то т же вечер о б я зательн о ч то -н и б уд ь п о дж и га л у себя во дворе.

В д. Дивково и Ульяновская ч уче ло д е ла ли в по недельни к после за в тр а ­ ка, про ткнув сноп поперек па лкой. Затем на получивш иеся в ре зультате этой про це дуры « р у к и » м асленицы навеш ивали подвязанны е за ком ель веники. В д. К олты ри ха «ч у ч е л о из б ара хла д е л а л и : на этой ноге — ш та­ нина, на д р уго й — р ук а в ». В д. Сумино на ч уче ло надевали сарафан.

Затем ставили сноп в ящ ик, укреплен ны й на коры те, и в олокли его по деревне. На околи це веники и сноп п о дж и га ли с криком : «М а сле н и ц у ж ге м !». П осле этого возвращ ались по домам и вечером о б я зательно мы­ ли сь в бане. В д. Новец «м а сл е н и ц у ж е гч и » соб и рали сь в воскресенье вечером : «В гум но придём, м олодяш ка годов по 17— 18, сноп навяжем из солом ы : го ло ву перевяжем — такой хо хла ч, неровна го ло ва -то (к о л о ­ сьями вниз), на б ато г навяжом и на крестовую д о р о гу выйдём, где крёст.

Там поставим, подож гём и кричим : “ М асленица го р и т!”». В д. В олохтом а в воскресенье на б е р е гу реки д е ла ли костер из хлам а и поверх него «с а ­ ж али больш ую к у к л у из солом ы, одетую в старое ж енское платье — “ к и ­ к и м о р у”» [Супинский 1945, л. 15].

Веники обычно считаю т охранительны м средством от всякого рода нечисти. Однако в этом случае они, как и «п у с то й » (т. е. обм олоченны й) сноп сим волизировали «и спо льзов ан ны й», а следов ате льно, потерявш ий свое плодоносящ ее начало корм, которы й, как и всякий прочий бесполе з­ ный, приш едший в негодность хлам становился вредоносным и опасным и п о длеж ал уничтож ению. Поэтом у старые банные веники и солома час­ то с луж и ли м атериалом д ля м асленичны х костров. Возможно, такой же смысл имел и обычай сж игать старые ступни. Так, в д. П лесниха ребятиш ­ ки, насадив на длинны е палки ступни и напихав туд а бересты, подж игали их и бегали цепочкой по деревне с криком : «М аслена го р и т!»

Иногда церем ония вы проваживания п р и об ре тае т д р уги е с и м во ли ­ ческие значения. Так, в не ко торы х дере вн ях В ож е годского района на м аслен ицу «с о б и р а ли ч ер е пья »: все население деревни («и м олодеж ь, и ж ена ты е») со п р о в о ж да ло ш уточную процессию, состоящ ую из н е ско ль­ ких саней;

в одни из них саж али тряпи чное чуче ло, а в д р уги е — пер еря­ ж енны х в ж ениха и н евесту ж енщ ин, которы е ра зы гры вали «ш уте й н ую св а д ьб у».

В б елорусском Поозерье сим волика м асленицы имела пространс твенно-в ре м енно е изм ерение, разверты ваясь в дливш ееся всю мас­ леничную недели пре дста в ле ни е, посвящ енное «б о л е з н и » и «с м е р ти »

Деда (Сидора) и Бабы, которы е «сье ли все мясо и по да ви ли сь к о с ть е й »

или «п о д а в и л и с ь сы р н и цей » В первый день м асленицы («кр и в ой поне д е л о к ») ч уче ло Д еда ук ла ды в а л и на ла в к у под об раза, оп ла ки в а ли его, и спользуя см еховы е и пародийны е форм ы при чи тан ий, прощ али сь, о т­ певали и «х о р о н и л и ». А н а логи ч ны е дей стви я п р о де лы в а ли сь в п о сл е д ­ ний день м асленицы с к укл о й Бабы. Церемония заверш алась «п о м и н ка ­ м и » — застольем с ри туальны м и угощ ениям и и песнями [Ивлева, Ромо дин 1990].

Куклы м огли использо в аться и в м асленичны х церем ониях о д а р и ­ вания. Так, в с. Потьм а К арсунского р-на Ульяновской обл. девочки на м аслен ицу вы ставляли у обочины д о р о ги, проходивш ей через село, и з­ готовленн ы е соб ств енн оручно к укл ы, главной д ета лью к ото р ы х были больш ие «к а р м а н ы », в которы е возвращ аю щ иеся с праздничной я рм а р­ ки в Карсуне бросали различны е угощ ения [ЛА МИА].

*** Р а зн оо бр азн ы е ти пы куко л и чуче л являю тся важной составляю щ ей р а зли чны х обрядов встречи и вы проваживания у разны х народов мира.

Куклы с и м во лизи рую т до б р ы х и злы х дем онов, а кти в и зи рую щ и хся в э тот календарны й пери од, а та кж е м о гу т бы ть м атериальны м воплощ ением их «п о д а р к о в ».

М асленичная о б р я дн о сть наиболее ярко п ро яв ляе т ф ун кц и и а н тр о ­ по м о рф ны х предм етов (чучел и куко л) в о б р я да х вы проваживания и и з­ гнания. В больш ин ств е случаев эти чуче ла являю тся пе рсони ф и каци ей м асленицы. Еще одна хорош о просм атриваю щ аяся д е та ль — те нденция к превращ ению данны х а н тр опо м ор ф н ы х и зображ ений в иконический сим вол, знак пра здни ка. Их сж игание или уни чтож ени е с и м во лизи рует заверш ение пра здника.

Х а ракте рно, что в н е ко торы х тр а д и ц и я х в зи м ни х и весенних о б ря ­ д а х вы проваживания на месте к ук о ло к м о гу т ф и гур и р о в а ть д р уги е зн а­ ки ч еловека или ж и в о тн ого, в ч астн о сти, замещ ающ ий их ф а лл о с [Д ол ганова, М орозов 2002, с. 4 8 -5 1, 332].

В е сен н е-ле тн яя об р я дн о с ть В весенне-летнем ц и кле праздников ш и р о­ ко представлены различны е типы обрядов вы проваж ивания, во м ногих из к ото р ы х и спользую тся к уклы или чуче ла. Среди них с ем и ц ко-тр о и ц кие обряды «п р о в о д о в р у с а л о к » и «п о х о р о н » ра зли чн ы х персонажей («К остр о м ы », «Я р и л ы », «к о б ы л к и », « к у к у ш к и » и проч.). Некоторы е из э ти х обрядов уж е хорош о исследованы и описаны [Соколова 1979;

Зи л и нски й 1968, с. 206-211;

Бернш там 1981, с. 179-203;

Корепова 1985, с. 8 8 -9 5 ;

В иноградова 1986, с. 88-133 ]. Куклы уп о тр е б ля ю тся та кж е в весеннем польском и се р б о -луж и ц к о м обряде «ш ул и ка го н я ть», версии к ото рого ф и к с и р о в а ли сь та кж е в М оравии, на Карпатах и П одоле [Вен грж еновский 1895, с. 284-28 9;

Гура 1997, с. 545-546;

Ага пки на 2000] и в б олгарском обряде вызывания д о ж д я «Герм ан / (С )к а ло я н » [см., на­ прим ер: Кабакова 1995, с. 49 8 -5 0 0 ]. Их основная прагм атическая со ­ ставляю щ ая напом инает м асленичную : дем онстр аци я к уклы -с и м в о ла и ее уни чтож ени е. Куклы акти вно использую тся в м аги чески х п р а кти ка х, направленны х на вызывание д о ж д я, которы е являю тся лей тм отив о м весенней об р я дн о сти. В качестве примера м ожно привести куклы Гер­ мана / С ка лоян а, использовавш ую ся в обряде вызывания д о ж д я на севере Б о лгари и, востоке Сербии и в Рум ы нии — см. и лл. 81, к укл а Гер­ мана [Лелевска 2004, АИФ 578, ф о то Л. Д о нко ва, б олгары ]. Эта м отивация п р и с утс тв уе т как в русски х о б р я да х «п р о в о д о в р у с а л к и » или «п о хо р о н с тр е лы », та к и в ины х у п о м я н уты х нами о б р я да х весеннего ци кла.

В японской тр а ди ц и и к уклы у п о тр е б л я ­ ются во время П раздника девочек («Д зё си -н о с э к к у »), имеющем и д р уго е название — «хи н а м а ц ур и » (П раздни к к уко л), в тр е ти й день тр е тье го месяца по лун н о м у ияя. кален да рю, когда принято лю б ов аться кукла м и «д а й р и са м а » [М арка рьян 1990, с. 135-137]. Э то т кален дарны й пра здни к связан с весенним обычаем избавления о т болезней и несчастий — см. и лл. 82 [Сны Аки ры К уросавы. Сон второй]. Раньше в о б р я дн о сть этого дня в ход и ло б роса­ ние к уко лк и (м альчика или девочки) в ре ку или в ручей (обряд на зы в ал­ ся хи н а -о к ур и — ‘пра здни к отп р а в ле н и я ’, а к уклы — н агаси-бина ‘к уклы, спускаем ы е по реке’), чтобы она унесла все беды и не дуги дете й. В я п о н ­ ской тр а ди ц и и куклы первоначально и зго та в ли в а ли сь из солом ы или бум аги, затем их с та ли д е л а ть из глины и дерева и разм ещ ать на спе­ ц и альн ы х по лк а х в дом е, что и ста ло основой современной об ря дно сти П раздника к у к о л, имеющ его уж е ты сячелетню ю историю [К алендарны е обычаи 1989, с. 179-183;

см. та кж е : Дэвис 2008, с. 205]. В настоящ ее время в дом а х, где есть дев очки, устраи ва ю тся вы ставки б ога то о д е ­ ты х к у к о л, и з о б р а ж а ­ ю щ их ж и зн ь и обы чаи и м п е р а то р с к о го д в о ­ ра. Н аряду с куклам и в ы с та в ля е тс я та кж е игруш ечная домаш няя у тв а р ь и м е б е ль : л а ­ кированны е ком одики с ящ ичкам и, зе р кала, м узы кальны е и н стр ум е н ­ ты, паланкины, в кото ры х к уклы м о гу т соверш ать п р о гулк и, ф он ари, ширмы и т.п. В ы ставку разм ещ аю т на специ а льн ой по дставке, со с то я ­ щей из тр е х, пяти и семи ступе ней и покры той яр ко -кр асн ой м атерией.

В ы ставляю т по крайней мере 15 к ук о л. Самые красивы е — дайрисама (букв, ‘господин за м е с ти те ль’), которы е изо бра ж а ю т им ператора и им ­ пе ратри ц у, од е ты х в костю мы из парчи. Их разм ещ аю т на верхней полке на фоне позолочен ной скла дн ой ширмы — см. и лл. 82, к уклы дайрисам а [Сны Аки ры Куросавы 1990].

У русски х в ц ен трально й и ю жной России и в П оволж ье «пр ов оды весны » п р е дста в ля ли собой слож ную пра зд н и чн о -о б р я до в ую акцию с участи ем ряж ены х, вклю чавш ую в себя об ход села с пением и п ля с к а ­ ми (в более ранних версиях обряда — с вож дением хоро в ода ) и за в ер ­ шавшуюся за пределам и поселения [М орозов 2001, с. 347-352;

С л е п ц о ­ ва 1996, с. 6- 8;

Гилярова 1996, с. 13-16;

Ч ередникова 2001, с. 9 -1 2 ;

Тульцева 2001, с. 187-204;

Корепова 2009, с. 328-329]. В больш инстве версий обряда п р и с утств о в а л цен тральны й персонаж, роль кото р ого и сполнял один из уч астн и ков. П о ско льку обычным заверш ением о б ря ­ д ов ого шествия бы ли различны е акции, сим волизировавш ие ум ер щ в ле­ ние этого персонажа (ра счленени е, по топлен ие, сж игание), то вполне законом ерны м пре дста в ля ется появление его си м во личе ски х замен в виде к уко л или ч уче л.

В о б р я да х «п р о в о д о в р у с а л к и » ан тропо м орф ны е ф и гу р к и в стре ча­ ются д ов ольн о редко [В иноградова 2000, с. 173]. Так, в М ихайловском уезде Рязанской губ. в П етровское заговенье д е ла ли из тр я п о к к у к л у в еличиною с ш ести н едельного ребенка, рисовали ей нос, глаза, р от и н аряж али в платье. Затем к ла ли ее в и зготовлен ны й из досок гроб, по к­ ры вали кисеёй и у б и р а ли цветам и. «П арн и, девуш ки и м олоды е бабы н е с ут гроб на берег реки;

девуш ки наряж аю тся — кто свящ енником, кто дьяконо м, кто дьячком, д елаю т ка д и ло из яичной скорлупы и поют: “ Гос­ поди, п о м и л уй ”. Все и д у т со свечами из стеблей коно пли. У реки русалке расчесываю т волосы и прощ аю тся с нею, целуя ее, причем одни плачут, д р уги е см ею тся. За колотивш и гроб, привязы ваю т к нему камень или два и бросаю т в воду. После этого обряда пою т песни и в одят хо р о в о ды »

[Шейн 1898, с. 367].

У те р ски х казаков в Д ухов день соверш ался обряд «пускан ия кора б ­ л я », являвш ийся своеобразны м аналогом весенних обрядов вы прова­ ж ивания из д р уги х регионов, в кото ры х у п о тр е б ля ли сь а н тр о п о м о р ф ­ ные к уклы или чуче ла. «К ор а бль устр аи в а ет каж ды й хоро в од отдельно.

М о ло де ж ь м ужская п р и го тов ляе т м аленькую м одель корабля с мачтами и снастям и, а девуш ки уби ра ю т его ф лага м и, парусами и т.п. Убранный корабль п ре дста в ля ет д ов ольно красивую м одель. На па луб е ус та н а в ли ­ вается стол и около него к уклы, представляю щ ие казаков и казачек в их ж ивописны х костю м ах: перед ними на столе яства, чи хи р ь, водка. Греб­ цы, корм чие, та кж е из казаков, на своих м естах. Потом самая красивая девуш ка из хоро в ода берет корабль, ста ви т на го ло ву и, сопровож даем ая своим хоро в одо м, и дет к Тереку (теперь [ходят] то льк о в рощ у). Н е вдале­ ке и д у т к а заки -м о ло де ж ь в полном в ооруж ен ии. Корабль пускали прежде с остр ова, находящ егося на Тереке... Корабль ста вят посреди хоро в ода, некоторое время та н ц ую т ле зги н к у, а потом пускают. Парни и д у т по б е­ регу и, когда уж е корабль станет скры ваться из виду, делаю т вы стрелы по нему. Удачный вы стрел одобряется всеми. Теперь [праздник проходит] немного н е та к. Не н о с я туж е корабля на Терек, а в рощ у;

здесь та нц ую т...»

Автор зам ечает: «К азаки не даю т себе отче та, что зн ачит это пра зднест­ во...», — и доба в ляе т, что его иногда объясняю т как воспоминание о том, что казаки прибы ли в эти места на л о д к а х и с тр уга х [М алявкин 1891, с. 115-116]. Хотя очевидно, что по с тр у к ту р е этот обряд мало отличается от д р уги х обрядов выпроваживания весенне-летнего цикла.

В о б р я да х этой группы ш ироко уп о тр е б ля ю тся как небольш ие тр я ­ пичные или солом енны е к укл ы, та к и чуче ла в человечески й рост, о б л а ­ ченные в о д е ж д у одного из уч а стн и ков, чаще всего старую, выш едш ую из упо тр е б ле н и я — см. и лл. 83, девуш ки с ч учелом М орены [Б1ке 1994, р. 99, словаки]. В 1 9 4 0 -6 0 -е годы — это обы чно сохранивш иеся пре дм е­ ты тр а ди ц и о н н о й одеж ды в сочетании с новыми или понош енным и сов­ ременными вещ ами. Больш ие ан тр опо м орф ны е чуче ла более хар а ктерн ы д ля регионов, в к ото р ы х роль в ы прова ж и вае­ м ого персонажа мог в ы полнять ряжены й. В П олесье и зго то в л е ­ ние чуче ла в обряде «п р о в о д о в р у с а л к и » ф и к с и р уе тс я лиш ь там, где этот обряд приурочен ко дню Ивана К уп а лы [В и н о г­ радова 2000, с. 173]. В об р я да х «п о хо р о н К о стром ы » [Д м и тр и ­ ев 1995, с. 8 0 -8 4, В л а д и м и р ­ ская область] и «п р о в о д о в р у­ с а л о к » [Слепцова 1996, с. 6- 8;

Тульцева, 2001, с. 189-204;

Ря­ занская область] та ки е случа и ф и к с и р у ю тс я го р а з д о ч ащ е.

Рассм отрим некоторое коли че с­ тво к онкре тны х описаний.

О дно из первы х описаний обряда «п о хо р о н К о стром ы », б ы товавш е­ го в села х М уром ского уе зда, отн оси тся к концу X IX века. О бр я д с о п р о ­ в ож да лся песней, в кото рой описы ваю тся д о сто и н с тв а Костром ы, ее б о га тс тв о и «д о р о д н о с ть » и рассказы вается о то м, что отец Костром ы затев а ет б ольш ой пир — по-ви ди м о м у, св адьбу, в ходе кото р о го «К ос тро м уш ка ра сп ля салась, / Костром уш ка р а зы гра ла сь, / Вина с маком на ли за ла сь. / В др уг Костром ка по ва ли ла сь, / К остром уш ка ум ер ла...».

«В пр о долж ен и и этой песни ж енщ ины и девуш ки одеваю т ч уче ло в са­ рафан и руба ш ку, го ло ву повязы ваю т косы нкою и уби р а ю т цветам и, на ноги надеваю т баш маки и, убрав таким образом К остром у, и дев уш ки, и ж енщ ины к л а д у т ее в коры то... “ Ну, а вы по лн о -к а сс о р и тьс я -то, — с л ы ­ ш ится из то лп ы, — ко ч е в р я ж утс я, когда не надот! Становись в ряд, па р­ ни, неча ш али ть, понесем К о с тр о м у!” — ра зда ется ком анда. Сейчас же все т у т стоящ ие парни одеваю тся в рогож и и и д у т вперед. О дин из них бере т ла п о ть, и зображ аю щ ий как бы ка д и ло, и все ш ествую т м е д л е н ­ но, не спеша. А женщ ины и дев уш ки, покры в головы белы м и платка м и, б е р у т коры то с к ук л о ю на руки и то чн о та к же м едленно н е с ут ее по на­ правлению к реке... Приш едш и к реке или озеру, К остром у разоблачаю т, сним аю т с нее все убо ры и бросаю т ее в в о д у » [Д обры нкина 1874, с. К ли ­ м ово, Аки м анская С ло бода].

А н тр о п о м о р ф н о е ч уче ло «р у с а л к и » ф и гу р и р у е т в не ко тор ы х м естах Ш ацкого р-на Рязанской об л. В д. М алый П ролом на русальское за го в е ­ нье «ж енщ ины уб и р а л и с ь, наряж али “ р у с а л к у ” — ч уче ло в р уба хе, х о ­ д и ли с ним по селу, а потом с ж и га л и ». В с. Карнаухово похож ий обычай уж е не связы вался напрямую с р усальским заговеньем и р усалкам и :

«К огда за ц в ета ет рож ь, д ела ю т ч уче ло. Назы ваю т его Андрю ш ей, наря­ ж аю т в сапоги и шапку, на шею надеваю т пузы рек с сам огонкой, саж аю т на сала зки. В езут А ндрю ш у по деревне к старой бабуш ке. Она вы пивает сам огон, вм есто него на ли ва ет воды. Потом А ндрю ш у уб и р а ю т до с л е д у ­ ющего го д а » [КНМ, те тр. 1208, с. М алый Пролом и Карнаухово].

В Сурском р-не Ульяновской об ласти к этом у п е ри оду бы ли приурочены «п о х о ­ роны ш у ту ш к и » — см. и лл. 84 [Ч ередни кова 2001, с. 9 -1 2 ;

см. та кж е : Ч ередни кова 2000, с. 76 -8 6 ]. «Э то на заговенье.

После Троицы неделя пройдёт, на за гов е­ нье д е л а л и ч уче лу. И с м етр, и побольш е.

Может, и поменьш е — кто какой с де ла л.

Как к ук л а. С солом ы просто об м о ло то к:

солом у пе р е в я ж ут к а ки м -ни будь поясом.

Как человека сде лаю т из салом ы : р уба ш ­ ку на денут, там штаны к а к и е -н и б удь д р а ­ ные, нехорош ие. И лапти надевали. Хо ть мы вот с та р ухи бы соб рали сь по чуд и ть, кто чего принесёт. Нарядим, чай, в одеж д у -т у ка к ую -н и б удь, совсем которая не нуж на. И веночек надевали на голову. На ш апку веночек н а де н ут из по ­ левы х цветов... В от соберём ся там челов е к н е сколько, кто чёо принесёт, и сделаем. [Он] л е ж и т гд е -н и б удь на улиц е. А вечером ста до в стретим, уберём ся — и пош ол! И вот с этай ч уче ло й хо д и ли с гарм ош кой. С тарухи, м олодёж ь — целы й коровод вот соберётся и хо д ю т артелью. И с гарм ош ­ кой, и ч у ч е лу э ту носю т по селу. На р ук а х прямо та ска ли. П лясали, гу л я ­ ли. И вот разные песни пели про э ту ч уч е лу:

Ш утуш ка упокой, Ч е ло в е к -о т был какой:

Умер да спока ялся, В баньке не по пари лся!..


И у ж когда ста нет см еркаться, её в речку, э ту ч уч е лу б р осали. Б ро­ сим его в Суру: “ Плы ви, куды хочеш ь!” — а сами по дом ам. Назы вали “ про во ж а ли в ёсну”...» [ЛА М ИА, с. Ж да м е ров о].

По д ругим рассказам, «ш у та » относи ли на возвыш енное м есто и разры вали его на части. «О н один раз в го ду вот “ ш ута к о ро ни ть” — на заговенье ведь его “ кор о н ю т”. Вот. На Пётров пост.... Ну и соберём ­ ся, чай, человек пять, ш есть, семь ребятиш ки, девчонки в бане там вон в канце, на Капкасе, настряпаем, нарядим ся. Сноп соломы сделаем вот эдакой вот — ну, с м етр, м ож ет бы ть, побольш е. Оденем. Да. Чай, о д е ж ­ ды не бы ло, а мы у к о го -н и б уд ь попросим, у старуш ков... Когда штаны наденем да шапку, а когда наденем ю бку ды к о ф ту. [Веночек] сплетём вот из ж о лте н ьк и х цветочков, из одуванчи ков, да [на него] наденем. Вот нарядим, он в бане, в передбаннике леж и т.... Пойдём, т у т у нас н е да лё ­ ко речка — через перекат перейдём в о т т у т вот. В от пока туд ы ёво несём, когда плачем, когда ревим, когда песни поём. Ну:

Пошли ш уту коро ни ть, Во больш ой ч угун звонить...

Да. Всяки пели частуш ки ! Пели да п ляса ли, да озор о ва ли, да и гр а ­ ли, да. Чай, когда шли “ кор о н и ть”, пла к а ли, а уж потом начнём плясать...

[А когда], чай, уж е “ плачем ”, “ плачем ”, да вы йдет па-настоящ ем у... Ну и вон туд а в гору понесём. А га. Там его р остреплем, в го р а х-ти, и всё роз веем [по ветру], да идём в баню об ед а ть, яични цу сделаем. Чай, мы из ка ж до го дома сноси ли сь да стр я п а ли. Ну, вот “ с к ла д ч и н у ” сделаем : кто хле б а, кто пирога, м ожет, какого принесёт, кто, м ожет, “ к а й м а к у” какую там принесёт. У кого что есть, то тащ и ли... Ну, а вот та да уж начинаем петь, п ля са ть...» [ЛА М ИА, с. Ж да м е ров о].

В не ко торы х вари а нта х обряда сож женны й участни кам и обряда « ш у т » «в о с к р е с а е т» и п р е сле дуе т их до границ деревни. В этом случае роль « ш у та » в за к лю чи те льн о й части обряда и сполня ет ряжены й. «К ак м уш чину мы вот наряж али : штаны стары е, ф у ф а й к у, м алахай. Вот. А т у д а сноп с соломы и л и тр а в ы какой или осоки.... И в о тс о ж и га ли, и плака ли, как же! А о тту д а нарядим д ев ч он ку д р угую вот в эти л о хм о тья, и они нас всю д о р о гу гонят, как вроде это т “ ш у т”. И мы бежим и прячем ся, и в из­ жим, и кричим до сам ого сёла...» [ЛА М ИА, с. Ж да м е ров о].

Одним из наиболее я р ки х обрядов этой группы у русски х, котором у посвящен ряд спе ци а льн ы х иссле до в ани й, являю тся «по хор он ы к у к у ш ­ к и » [Елеонская 1994;

Бернш там 1981;

Пашина 1993;

Ж ура в лев а 1994;

Ж ура в лев а 1995;

Н икитина 1999;

Н икитина 2002;

Буркова 2004;

и др.].

В нем и спользо в али сь различны е типы к ук о ло к — от тр я пи ч н ы х до тр а ­ вяны х — с/и. цв. вкл. 1. Е.А. Ж ура в лев а указы в а ет в качестве обы чны х м атериалов д ля изго тов лен ия куклы «к у к у ш к и » тр я п к и, солом у, траву, березовы е ветки [Ж урав лев а 1995, с. 8]. Часто д ля изго тов лен ия глав ­ ного об ря дов о го предм ета и спользо в а ли сь травы, имевшие название «к у к у ш к а ».

Среди трав под названием «к у к у ш к а » чаще всего ф и гу р и р у ю т рас­ тения с «р я б е н ьк и м и » ли стьям и и голубы м и соцветиям и — с/и. и лл. 85, М.Г. Ч екоткова за сбором травы «к у к у ш к и » [ЛА М ИА, д. Печки Карачев ского р-на Брянской обл.]. «Трава такая рож ала ся, ли стья пёстренькие, серенькие. Синенькие цветочки — прямо к олокольч и ки. На кустике один цветочек. И назы валась " к у к у ш ечка”. К а к то л ь к а у в и д и ш ь л и с ти к и рябенькие, пёстры е: "О -о, вот на ку куш е чку! К укуш ечку наш ла!” Сейчас её нету. Мы х о д и ли туд а, в М остищ е назы вается, в овраги. Да. И прямо на ходи ли и в ы ры вали...» [ЛА М ИА, д.Д е ш о в к и К о з е л ь с к о го р -на К а­ луж с к о й обл.]. « “ К ук уш к у” наряж а­ ли. Какой-то ли сто ч е к на хо ди ли, не знаю. Рябенький какой-та бы л. Ря­ бенький! Травка та ка я-то была. Прямо два ли с ти ка, помню — рябенькие, рябенькие! И кореш ок прямо как головочка в о тта к -то вот. Как головочка та к-то вот...» [ЛА М ИА, д. Лавровская М ельница Козельского р-на К а л уж ­ ской обл.]. «Травка какая-то есть та ка я, "к у к у ш к а ” она назы вается — вот такая невысокая, м аленькая травка такая [прим ерно 10 см], синенькая она та ка я. И как ёлочкам и вот так вот соцветие такое... Как "львин ы й зев” — тож е он набирается-та та к. И это та кж е набирается, то льк о они си ­ ненькие цветочки, а т у т ли с ти ки зе лёни ньки е в о тта к вот про долго в аты е.

Потом чериз одну, и она как ёло чкой, как нанизаны бываю ть эти " к у к у ш ечки”» [ЛА М ИА, г. К озельск К а луж ской обл.]. «Э то мы на Вознесенье пойдём у сад — у нас сад очень хорош ий был. И у саду такая вот росла трава, вроде: она серенькая, на к ук уш к у похожа... В от она вид им еет т а ­ кой зеленоваты й как с сереньким и оттено чка м и. О т зем ли д ли не нькая [примерно 20 см], с больш им и ли стьям и... И всё го ворили стары е: "Э та травка похожа на к у к у ш е ч к у ”. Так мы её и звали "к ук у ш е ч к а ”. Выберем.

А её очень мало бы ло. Она ре дк о -р е дк о — ш тучки две, а больш е в саду её и не бы ло никогда. А сейчас я её и вообщ е не ви ж у...» [ЛА М ИА, д. Дол К озельского р-на К а луж ской обл.].

В О рлов ско й об л. « к у к у ш к у » часто и зго та в ли в а ли из травы «з а р я ».

«Э то на второй день Тихвенской "к у к у ш к а ” была. Ага... Ну, просто с л о ­ м али в еточ ку та кую м ален ькую, и уб р а ли её — в к о р о б о ч к у по ло ж и ли и за копали... В е то ч к у-т слом аю ть тама побольш е ла дони специ а льн о для “ к у к у ш к и ”. Она, зн ачи ть, прямо и дё ть, и отви вочек есть, без подкореш ка: и руч ки, и ножки... Она росла вот у соседов — “ за ря”, “ за ря”. Уж я и не знаю, почем у её так назвали стары е наши бабуш ки. А г а....» [ЛА М ИА, г. Волхов].

«К у к у ш к у » в данны х в ариантах обряда часто не одевали и в л о с к у т­ ки не за к уты в а ли. «О й, да как “ к ук уш к у к р е с ти л и ” ! Да Господи!... Ну, вот Вознесенье бы ваеть на сороковой день после П асхи, и цветё т эта тр а в ка. На поле со р в уть, да... И закапы вали в ям очку, там и “ х о р о н и ли ”.

Э то девочки соб и рали сь т у т все на ули ц е, потом закапы вали её — “ х о ­ рон или к у к у ш к у ”. Из дом у яички несли, потом ж гли к остё р...» [ЛА М ИА, г. Козельск К а луж ской обл.]. «Н у, вот, слуш ай! Мне годов д ве н а дц ать б ы ло. Мы д е л а л и та ко й -то вот ящ ечек и рвали — “ за ря” та ка я, душ и ста я.

Она у меня ч у то ч к у есть, я первый год по са ди ла. И из этой “ за р и ” д е л а ­ ли вот та ко й д ли ны [прим ерно 30 см] и у ящ ик к ла л и. Прямо вы резали как го ло вку, как к у к о л к у к ла ли. Ну, “ к у к у ш е ч к у ” д е л а л и. Вот сде лаю ть:

это вот “ н о ж к и ” были бы. Ну, та к-то уго лк о м, “ р уч к и ” д е л а л и, “ нож еч­ ки ” та к-то вот. В от палож им и всё. И больш е ничего не д е л а л и, ничего не надевали. Вот. Это всегда “ к у к у ш е ч к у ” из “ за р и ” д е ла ли и у ящ ечек кла ли... И там на кла ды в али м ного всяких разны х цветов в э ту коробачку.

А га. На втарой день Троицы “ к у к у ш к у к р е с ти л и ”. И хо д и ли, носили то т-та я щ и к...» [ЛА М ИА, г. В олхов].

В д р у ги х с л уч а я х из растений и зго та в ли в а ли настоящ ие к у к о л ­ ки, наряжая сте бе ль или соцветие растения в подобие тр а ди ц и о н н о й о деж ды. «О д е в а л и, уб и р а ли её: об ерн ули в к ло ч о к в та кой вот то н е н ь­ кий хоро ш ий, на рядненький. [В платочек] у б и р а л и, покры вали упер ёд под шею. Ну, та к в ид-то был как всё равно у человека вот. Ц веточкам и уб р а л и, в по рядочну п о ло ж и ли в к о р о б о ч к у её и уб и р а ли в у го л. А га...»

[ЛА М ИА, г. В олхов].

Нередко к уко лк а и зго та в ли в а ла с ь из корневищ а травы «к у к у ш к а »

[ЛА М ИА, д. Черны ш ено К о зе льского р-на К а луж ской обл.] или п о д о ­ рож ника [ЛА М ИА, д. Деш овки К о зе льского р-на К а луж ской об л.]. «Н у, “ к у к у ш к а ”. В от ли чи к о, вроде, у ней. А т а к она к а к тр а в а. Глазики та ки е ч ёрненькие у ней — пё тнуш ки и рябенькие ли с ти к и. Вроде как л и с ти ­ ки та ки е д ли н н ы е были — ручки и нож ки. Из л и с ти к о в. А га. И делае тся как вот челов е че к м ален ьки й.... Мы выроем её. Ц веточек э то т у н и ч ­ тож аем — мы его слом аем. Да. И вот эт кореш ок вымоем и нарядим по дере ве нски : сара ф ан чи к и ф а р ту к, к о ф то ч к у ш или, п латоч ек накроем белен ьки й под шею, как у д ев очки. Не об я за те льн о там под цвет, а р а з­ ные тр я п о ч ки наберём и одеваем... Она м аленькая — вот та к а я -то вот [прим ерно 15 см]. Д а...» [ЛА М ИА, д. Деш овки К о зе льского р-на К а л уж ­ ской об л.]. «Н у, помню как гра ли в детств е ещё, помню. “ К у к у ш к у ” на­ р я ж а ли. К а кой -то л и сто ч е к на хо ди ли рябе ньки й. Травка та к а я -то бы ла.

Прямо два ли с ти к а, помню — рябе ньки е, рябенькие! И кореш ок — пря ­ мо как го ло во чка вот та к-то вот. Да... Со би ра ли к ло ч ки, шили платье, ф а р ту к, усё ш или. Ю б оч ку м ален ькую ш или. И вот мы наденем усё и по йдём...» [ЛА М И А, д. Ла вр овска я М ельница К о зе льского р-на К а л уж с ­ кой об л.]. « “ К у к у ш к у ” и ска ли — тра в ка та ка я красивая. Такия д л и н н е н ь ­ кие у неё л и с ти к и, они та к сто я ть кверху, как у ландуш а. И рябеньки е, рябе ньки е. В от прямо у ней по ли с ти ка м пупуш ки та ки е. И м ален ьки й в середи н очке был цв ето че к — пупы ш ка к акая -то краси в ен ька я, го л у ­ б енькая, м ален ька я. О чень красивая “ к у к у ш к а ” !.. Они оченно р едко р о с ли. Их не особо добр е н а хо д и л и, р е дк о -р е дк о... Коринь к р у гл е н ь ­ кий у ней — как вот ли чи к о всё равно. Да. В от по дхо д я на п о дор о ж н и к.


Только у по дор о ж н и ка подли нне й корень, а у этой очень кр углы й. Вот.

И ней у корню п о луч а л и с ь как глазки.... Ц елую неделю хло п о ч е м ! Надо эт “ к у к у ш к у ” н а й ти ть, надо сара ф ан чи ки пош ить, надо усё поде ла ть...

А как же! Ты что дум аеш ь: прямо с утр а по дня лся и пошел? И “ к у к у ш ­ к у ” за неделю ищешь: её не б ы ло, я Вам говорю, её очень р едко [можно найти]... Ну ничего! Она и не нуж на добр е была сы рая. У ней ли чко даж е ещё о б с о хн и ть, ещё красивш е бы ла. А т корня. Да. Вот... А т о п о дор о ж н и к вырыем, сделаем ему из корня го ло в о ч ку, л и ч к о...» [ЛА М ИА, д. Деш овки К о зе льского р-на К а луж ской об л.].

При выборе растения д ля изго тов лен ия к уко лк и «к у к у ш к и » об ращ а­ ли внимание на ф ор м у кореш ка, которая м аркировала ее пол. «М ы у лес х о д и ли, там ра стёть “ к укуш е ч к а ” — серенькие та к л и с ти к и. И корень у ней зам етный — девочка ли, м альчик ли. Ну, две ножки вот та к — это д ев очка. А если тр е ть я, то м альчи к. Да. Ну, мы ищем д е в о ч к у — “ хороним к у к у ш е ч к у ”... Какую нуж но однаё мы вазьмём. Уберём её, платьиц е на­ денем. В от кореш очек ув ерх идё ть, как голова. Да. Она вот какая ростом [= около 20 см]. И вот мы её убираем и покрываем её. И гро бо к сделаем.

В от щепа у нас есть. Ребята, наши напарники, нам собью ть гр о бо к. И п о ­ лож им у я во...» [ЛА М ИА, д. М арьино (О рли нка) К о зельского р-на К а л уж ­ ской обл.].

В некоторы х с л уч а я х кореш ку не то льк о приписы вали а н тр о п о м о р ф ­ ные черты, но и га да ли с его помощью о берем енности. « “ К ук уш ку” х о д и ­ ли “ к р ести ть” там... Вырою ть из зем ли там, она с рогулечкам и и посерёд­ ке ещё. А га : “дев очка” или “ м альч и к” ?.. И вот возьм уть там её, закопа ють.... Если хо д и ть женщина беременная, там с к а ж уть: “ Что она роди ть:

м альчика или дев очку?” Значить, два рож очка — девочку, а три р ож оч­ ка — м альчика. В о тта б е и “ к укуш к а ”...... Не лю бой кусти к, а вот э ту вот самую именно “ к у к у ш к у ”, тра в очку. Она растёть кустиком... [И см отрели], что по луч и тся. У ней или два рож очка, в этой “ кукуш е ч к и ”, или три р о ­ ж очка: два подлины ие, а один покороче. В о ту ж е это м альчика она родит.

У нас так га да ли, когда беременные женщины... П росто вот мы вот там на кого хочем, если мы там беременную знаем, поэтом у мы та к вот — на кого -то вы бирали на Вознесенье, когда “ к ук уш к у к р е с ти ли ”... И ребята.

Ну, девочки больш инство. Это же Вознесенье-то — “девичий пр а здн и к”, а Никола — эта “ ребячий”. Ребята собираю тся, “ кум ю тся”. Да, “ кум и ли сь”...

Кому надо, соберёмся вот кучкой, яичек по парочки соберём, разобьём, яиш ницу сделаем, посидим, поедим да и пойдём...» [ЛА М ИА, д. Черны шено К озельского р-на К алуж ской обл.]. По кореш ку травы «к у к у ш к и »

га да ли о б удущ и х де тя х и в д р уги х деревнях. «Н у, га да ли там на кого: кто беременны й, кто роди ть м альчика, кто дев очку там. Д а...» [ЛА М ИА, д. М а­ рьино (О рлинка) К озельского р-на К алуж ской обл.].

В ообще поиск корней растений на сем ик, Троицу, Ивана Купала или Петров день нередко сти м ули руе тся рассказам и о том, что они при но сят счастье, б о га тств о, об ладани е всеведением. Так, в Рузском у. «п о у тр у, после обедни, м ужчины и девуш ки и д у т в лес за ягодам и, и щ ут на счастье П е т р о в к р е с т, та к назы ваю т растение, которое на поверхности зем ли им еет го луб ы е цветы. Нашедши цвет, разры ваю т зем лю и выкапываю т корень. Его н е с ут дом ой и б ер е гут, будучи уб е ж д ен ы, что от этого в одв о­ ряется дов о льс тв о в д о м е » [Волков 1851, с. 237-243]. На Русском Севере поиск и выкапывание корней растений были составной частью лю бовной м аги и.Та к, в З а оне ж ье д евуш ки в Иванов день ката лисьо бн а ж е н н ы м и по рж и, причем «чем больш е б удет прим ята рож ь, чем больш е утом иш ься при катаньи, — тем скорее выйдеш ь зам уж... Вечером и д у т к опать корни у цветка И ван-да-М арья. Эти корни опускаю т на ночь в воду, а утр о м моют ли цо со словам и “д ля славы ”» [Сазонов б.д., л. 7]. У лакцев за н е ско ль­ ко дней до праздника начала весны (навруз) девуш ки просили по ж и лы х женщ ин найти им корень дурм ана (т у р л а н ), напоминавш ий по форм е ч еловечка. Выкапывая корень, ста рали сь не по вре ди ть его и скры ть от прям ы х луче й солнца. Девуш ки обм ы вали принесен­ ный корень м олоком и, завернув в ш елковы й л о с к у т, к ла ли его себе под подуш ку, чтобы ув и де ть во сне суж е ного [Булатова 1988, с. 23].

В верованиях народов Европы и на Ближнем Востоке м агические ф ункции еще в древности при­ писы вались мандрагоре - «тр а в е -п о л уч е ло в е к у»

[С А 1994, с. 330;

М С 1991, с. 340], и ее корню (альрау ну) — см. илл. 8 6, цв. вкл. 16. Название этого растения происходи т от обитаю щ их в этих растениях дем оничес­ ких духов-м андр агор, похож их на м аленьких безбороды х человечков, которы х могли о тож деств ля ть то с душами д е ­ тей, ум ерш их некрещеными (ср. русалки), то с самим д ья ­ волом. В некоторы х тр а ди ц и ях различаю тся «м уж ск а я » и «ж е н с к а я » разновидности мандрагоры. Считалось, что корень вы растает из того места, куда попала сперма висельника или куда стекает ж идкость из его истлева­ ющего тела. Поэтому, по поверьям, мандрагора способс­ тв уе т плодонош ению и уси ли в а етлю б ов но е влечение. Со­ гласно легендам, выдернутая с корнем мандрагора кричит и сочится кровью, а тот, кто вырывает ее, ум ирает в м учениях. Поэтому вырвать м андрагору из земли можно было то лько с помощью собаки, ко­ торая при этом долж на была ум ереть. М андрагору использовали как к у к л у в колдовстве вуду. В Германии крестьяне изготовляли из зерен проса глаза для своих м андрагор, купали и одевали их, заботливо ук уты в а ли на ночь, иногда улож и в в гроб. Все это они де ла ли, чтобы по лучи ть возможность советоваться с м андрагорой по важным вопросам. Во Франции эти расте­ ния считали близким и эльфам и называли m ain-de-glore (‘рука славы ’) или m agloire. Их прятали в тайны х ш каф чиках, так как об ладать мандрагорой было опасно [МНМ 1988, с. 102;

Мандрагора 2010].

О тм ети м, что в верованиях д р у ги х народов м ож ет у с та н а в л и в а ть ­ ся зависим ость м еж ду вырытыми из зем ли растениям и и природны м и с ти хи ям и. Скажем, тув и нц ы сч и та ли, что если случ а йн о вы копать летом «в олч ью тр а в у » (п ур у о т ) или растение т о ш к у й к ун а ж и, то начнутся д о ж д ь и х о ло д а [П отапов 1960, с. 236, 237].

К «р а с ти те л ь н ы м » прим ы каю т « к у к у ш к и » из ч е р то полоха («д е д о в н и ка») или репья, распространенны е на о кра ин ах ареала бы тования обряда — в Ж и здр и н ско м р-не К а луж ской об л. и Ивнянском р-не Б е л го ­ родской обл. [Ж урав лев а 1995, с. 10;

Ж ур а в лев а 1994, с. 32]. Эти случа и интересны пе рекли чкой со свадебной об рядно стью П оволж ья (см. выше «С в а д ь б а »).

Еще один тип «к у к у ш е к » — тряпичны е к ук о ло к и, пра кти чески не о т­ личавш иеся по виду от предназн аченн ы х д ля д е тс к и х игр — см. и лл. 87, к уко лк а «к у к у ш к и », и зготовлен ная Е.В. П оталовой [ЛА М ИА, д. Каменка К о зельского р-на К а луж ской обл.]. «П о д Вознесенье хо д и ли в лес, соб и рали там цветы. А на Вознесенье хо д и ли в церкву.

Из церквы п р и хо д и ли, соб и рали сь д е в ч о н ­ ки — нас была ш есть дев очек, по др уж е к (и восемь, и дев ять, и д е с ять, и до д в е н а дц а ­ ти, и до п я тна дцати лет) — и мы саб и рали сь, и “ кр ести ли к у к у ш к у ”. Вот.... Как нас бы ло ш есть девочек, и мы и с об и р али сь и ш или к у к о л к у из тр я п о к. Сошьём к ук о лк у, полож им в ящ ичек и зароем. И всё». Д е ­ м о н с тр и р уе т об разец к у к о л к и,и з го то в л е н ­ ный внучкой. «В о т та кую к ук о лк у, бы вало, сделаем, из к а к о й -н и б удь тр я п к и -ти : когда больш е, когда меньше. И балы иую с д е л а ­ ешь. Когда как. И похороним её..„ Так и назы вали “ к укуш е ч к у х о р о н и ть”. В от как платьице оденем, в к о р о б о ч к у из ф а нер ки, из кардонки [полож им ], да и "х о р о н и л и ”. Под кусти ко м, где пр и дётся, по­ хороним, поплачем да и всё!..... "Похороним к ук уш к у”, потом яичницы на­ ж арим, гуляе м...» [ЛА М ИА, д. Сире но-З ав од, О рдёнки К о зельского р-на К а луж ской обл.].

В г. В олхове, где в плоть до 70-х годов нашего века сущ ествовали м ногочисленны е версии обряда «п о хо р о н к у к у ш к и », м огли и зго та в л и ­ вать к у к о л к у с ф а р ф о р о в о й головкой — ср. аналогичны е к уко лк и с « к у п ­ ленным и га ло ук а м и » в Борисовском р-не Б е лгоро дской обл. [Ж ур а в ­ лева 1995, с. 9]. «П р а здн и к был — "к у к у ш к у хор о н ю ть”. На тр е ти й день Троицы. Да. И гр о би к изделаю ть из дерева, из щ епочек. И к у к о л к у на­ рядим из тр я поч е к. Были и больш ие, были и м алинькие — с ла д о н ь, да...

Оденем. Ш или сами. Берётся галава ф а р ф о р о в а я. А га. К ней п р и д е лы ­ ваем туло в и щ е из тр я поч ки. Тулавищ е набьём ватой. И ручечки делаем м аленькие и к плечикам приш иваем. И ножки изделаем — приш иваем все. И потом на ней платьиц е делаем : у кого какой ф асон. Настаящ ие к ука лк и ! И в платке бы ла, и шляпы из салом ы д е л а л и [больш им куклам ].

“ К укуш ка” — она как челов е к. Были и м аленькие, бы ли и б алы ии е...»

[ЛА М ИА, г. Болхо в О рлов ско й обл.].

Интересной ра зно ви дностью «к у к у ш е к » являю тся чисто условны е ко н стр ук ц и и из ветвей или пало че к, которы е м ож но рассм атривать как ан тропо м орф ны е, т.е. как «зн а к и ч е ло в е ка ». Ряд прим еров и зго то в л е ­ ния «к у к у ш к и » из ветвей дерева п р и в оди т Е.А. Ж ур а в лев а: «К ук уш е ч к у д елаю т — б ерезки, они м ягкие в ветвях, та кую вот ростом, р а зв охлата ю т веточки ту д а, ее та к покидаю т, она тр ус и тс я, как волосы...» [Ж у р а в л е ­ ва 1995, с. 9, Глухо в ски й р-н Сумской обл.]. При этом и спользо в али сь береза, ель, сосна [Ж урав лев а 1995, с. 10;

Ж ура в лев а 1994, с. 32].

В с. Кочеты Н ово сильского уезда «к у к у ш к а » пр е дста в ля ла собой две скрещ енны е веточки чере м ухи. «П о д Николин день как, бы вало, у б е ­ ремся — дев ки, бабы — все идем “ зам ечать к у к у ш к у ”. Захватим с собой ц ветн ы х тр я п о ч е к, наберем цветов, травы, — что назы вается “ к у к у ш ­ кины с л ё зк и ”, и идем в лес. “ Зам ечали к у к у ш к у ” каж ды й год на том же месте в л е су на ржавчике [= болоте]. Х о ди ли одни, без парней;

парни нам то ль к о загодя срезали две черём уховы е ветки, беспрем енно ч е р е м ухо ­ вые [=кора м олодой черем ухи крапчатая — прим. с о б и р а те ля ]. П ридем, воткнём их обоим и концами в зем лю крест-н акрест, повесим посредине к рести к и разукрасим их цветным и тр я почкам и, цветам и и тр а в ко й, к о ­ то р ую соб рали. Так что вроде как ш алаш ик вы йдет. Это мы и назы вали “ к у к у ш к о й ”. “ Зам етим ” ее — и по дом ам. На следую щ и й день вернемся от об едни, пообедаем и все идем “ к р е с ти ть к у к у ш к у ”. Каждая сж а ри т дом а я ични ц у и несет с собой в горш очке. Брали с собой и краш енные яйца [лю бого цвета], какие на П асху бывают. Придём к “ к укуш к е ”, песни поём [обы кновенны е, веселы е], х о р о в о д, танки водим. Тут и кум им ся.

Значит, над ней три раза по це луе м ся, кольцам и и цветным и яйцам и о б ­ меняемся — и она мне кума на всю ж изнь, всё равно как на настоящ их кр ести на х. А там, коль при дется, кольца и назад отдаем. Какая, бы вало, посм елее девка — и с парнем покум ится [такие кум и кума иной раз и ж ени ли сь в последств и и ], а то льк о парни бы вали м ало, всё больш е р а з­ б р е д утся по л е су и б алую тся. О посля этого, значит, сядем и зачнем я и ч ­ ницу есть и д р уг др уга уго щ а ть: “ Ты, — говорим, — кума, моей испр об уй, дю же хо р о ш а !” А потом встанем да на прощ ание “ к укуш к е ” поклоним ся и скаж ем : “ Спасибо, кукуш к а, что яичницей у го с ти л а !” Потом, как пра з­ д ни к какой или за травой в лес пойдем, заходим ее навещ ать. Ну, а ее когда и ра злом аю т ребята из озорств а, а когда она и до зимы п р о с то ­ ит...» [Сухотин 1912, с. 9 8 -9 9 ]. « “ Х о р о н и л и ” уж е взрослы е, лет, наверно, д в а дц а ть пять [бы ло]. У деревне [Рог] “ к у к у ш к у к р е с ти л и ”, “ х о р о н и л и ”...

“ К р е с ти ли ” — Ж оны М ироносицы эт когда б уваю ть. Хо ди ли у лес, п р и н о ­ сили б ерё зку усе вместе, корогодом — какую донесёш ь. П ринесли да под окном поставили до Троицы, да первого дня. Украш али. Ленды вешали мы, девки, тоже... Ну и собирали там по дом ам я ички, м олоко. А потом ж а р и ли, ум еете варили и гул я л и у дом е у одной ста руш ки. Она нам го то ­ вила, стр я пала, стр я п уха бы ла...». Это и назы валось «к р е с ти ть к у к у ш к у »

[ЛА М ИА, д. Рог Б о лхо в ского р-на О рловской обл.].

А н а л о ги ч н ы е усло в н ы е а н тр о п о м о р ф н ы е ч уче ла из веток березы или м а лен ько го дере вца под названиям и «го с те й к а » или «к у м а » (та к ­ же «с е м и к », « с а д », « к у с т », «в е н о к », «с т о л б ») часто встреча ю тся в се м и ц к о -тр о и ц к о й об р я дн о сти [см., наприм ер, св о д ку и сто ч н и к о в : В и­ но градов а 2000, с. 186]. И ногда название м о ти в и р уе тся элем ентам и п р а зд н и чн о го д е й ств а, наприм ер, и сполнявш ейся при ш ествии песней.

« “ В о л уз е м ”. Ну, вот б е р ё зк у нарядю т тр я п к а м и, б ум а ж ка м и, к о н ф е та ­ ми и хо д ю т по с и л у — эт “ в о л у з я ”. Да. В от на Тр о и ц у тр а в ки в дом но сют. О ко ло д ом у ста вю т к у с ти к и, а по се лу “ п ро во ж а ю т в ё с н у”. Да. “ В о­ л у з я ” — она наряж ена тр я п к а м и, к о н ф е та м и, всем. И вот одна несёт, песни пою т, в га рм ош ку играю т. [Песни] всяки ста ри нны пе ли. А потом р азоряю т, где кончаи цц а [село], на каком конце — или на нашем, или н а в ерху там. Оне к нам, а мы к ним хо д и м...» [ЛА СИС, с. Ю лово Инзенс кого р-на У лья нов ской об л.].

При этом само тр о и цк о е ч уче ло м ож ет назы ваться «б е р е зк о й »

[Шейн 1898, с. 355, Пермская губ.]. «В семик вечером девки наряжаю тся и и д у т в луга завивать венки на б ере зках. В тро и цы н день после о б е ­ да девуш ки и парни и д у т в л уга — води ть хор о в оды, петь песни, и грать и т.д. Д е в ки -си ро ты х о д я т из хо р о в ода на кла дб и щ е, на м огилы р о д и те ­ лей, реветь и пр и ч и та ть;

с кла дб и щ а — опять в хо р о в о д. Вечером парни лом аю т б ере зку и украш аю т ее лентам и и платкам и: каж да я девуш ка о тда ет им л е н ту из своей косы, “ к о с о п л е тк у ”. На б ере зку же надеваю т и венки, свиты е в сем ик. Потом парни н е с ут б ер е зку в село, на пруд. П ро­ цессия оста на вли вается на м осту. Здесь пр о и с хо ди т вы куп лен точ ек:

каж да я девуш ка про сит свою, парни не даю т, “лом аю тся ” (заста вляю т пр о плясать, по це лов аться с кем -ни б удь и т. п.). Когда все ленты р о з д а ­ ны, б ере зку бросаю т в воду. Тогда же девуш ки бросаю т в воду [венки?] и при этом загады ваю т: вы йдет ли она нынче за м уж, б уд е т ли ж ива или ум р ет и т. п.» [Зеленин 1898, л. 39]. В данном описании ленты, которы м и украш ается березка, напрямую соо тнося тся с участвую щ им и в обряде девуш кам и. С вы купом эти х л е н т связан и клю чевой д ля данно го обряда эпи зод бросания березки в реку. М отив вы купа в данном случа е связан не с м отивом похищ ения, как это обы чно бывает, наприм ер, в свадьбе, а с одариванием, своеобразны м сим волическим обменом с парнями.

В д р у ги х с л уч а я х — обм ениваю тся платка м и, ож ере льям и, пояскам и с по друга м и, с которы м и «к у м я тс я », причем и в этом случа е вещи воз­ вращ аю т через неделю или две после «к у м л е н и я ». «В П етровские заго вины разм ениваю тся теми вещ ами, коими пом енялись во время кум овс­ тв а »;

«в Д ухов день венки развиваю т на том же месте, где их за вивали, и т у т же разм ениваю тся теми вещ ами, которы м и пом енялись в семик во время к ум о в ств а » [В олков 1852, с. 369-372].

Нередко сочетание куклы с деревцем: ее обычно прикрепляю т к вет­ вям или вершине [Корепова 1982, с. 88]. Аналогичны е манипуляции харак­ терны и для купальской обрядности [Тавлай 1986, с. 157, Брестская обл.].

О бряд «кре щ ени я к у к у ш к и » состоял из ра зв ерн утой церем онии ее похорон и по сле дую щ его угощ ения уч а стн и ц обряда и, иногда, пр и ­ глаш енны х ими м альчиков или парней — см. и лл. 88, гр о би ки, у п о тр е б ­ лявш иеся при «п о х о р о ­ нах к у к у ш к и » [Бернштам 1981]. «И вот мы из к л о ч ­ ков п латочек ей сделаем, с араф ан чик сошьём или платьиц е. И д е ла ли гро бо к такой м аленький из щепы, и к ла ли у гр о б о к, накры ­ вали — как человека хо р о няли. Накроем её м арлеч кой к а к о й -н и б удь — то гда тю лев то ж е не бы ло, из газеты всё д е ла ли — и несём её, где м есто о п р е д е ли ли мы “ по хо р о ­ нить” её... Мы у верш ину но си ли, бы вала — у нас назы вался Маков Верх.

Она, вершина, без кустов бы ла. Да. Там к о лодезь был клю чевой очень хоро ш ий. И мы туд а носили “ к у к у ш к у ” эту. Придём, м есте чку выберем.

М о ги лк у роем. О пускаем её ту д а, посидим и зароем как следы в а еть — с крести ком, всё.... Ну, и всё. Понесём, “схороним к у к у ш к у ” и начина­ ем вот то гда “ кр е сти ть”. П риходим, ж арим я ичницу. Тогда вина не бы ло, м орсу како го -то наведём. Ну, яи ч н и ц у ж арим и “ крестим к у к у ш к у ”. Ну, и водички этой выпьем из варенья из какого или ещё из чего, да и в сё!..»

[ЛА М ИА, д. Деш овки К о зельского р-на К а луж ской обл.].

В ряде случа ев «кре щ ени е к у к у ш к и » с оч еталось с «к у м ле н и е м »

девуш ек и не в клю ча ло в себя церем онию «п о х о р о н ». «В о т в торое вос­ кресенье от Паски у нас на зы валось “ кум е ни е”. С о би ра лись девчата, ребята, идём на луг. И вот берёзовы е ветки свивали в д уги та ки е [= око ло м етра]. Берёзки вот налом аем и согнём д уги, ш туки четы ри: та к вот рядуш ком [вты кали концами в зем лю д р уг напротив д р уга, чтобы о б ­ ра зовался квадрат], чтобы пр о ле зть нам бы ло хорош о. И пр о ла зи ли.

А га. И вот одна о тту д а п о лзёть, как вот парень мой сейчас си ди ть, а я о тсуда. В стречаем ся, она п о п олзё ть суда, а я ту д а. А уж е када выйдем, то гда через “д у г и ” “ кум о в ьям и ” назы валися: “Я твоя кум а !” Я “ кум а” её зову, и она меня “ к ум о й ” зов ёть. Да, “ к ум и л и ся ” с по др уго й. Если я с ней д р уж у, то уж е мы “ кум о в ья ” ! Конечно. И м енялися вещ ами: бусами (раньш е бусы но сили), лентам и там или платком — чем уго д н о. В о тто гд а мы м еняемся, “ кум и м ся”. П латки отда ва ли (вот головны е пла тки ): она мой, а я её повязую. Ну, а от ребят больш ин ств о хо р о н и ли с ь. А п о д хо д и т Вознесенье, т у т “ к у к у ш к у хоро ню ть”. Мы о п ять идём на луг, там варили кашу, яич н и цу ж ари ли девчата. Ну, каторы е ребята узна ю ть, всё равно п р и д уть. О пять делаем д уги, наряжаем их и разм ениваем ся, кто у кого чёо б рал. И когда уж е на “ к у к у ш к у ”-то это разм еняем ся, то гда уж е мы не кум овья... А “ к у к у ш к у ” не “х о р о н и ли ” никогда. Все вместе на пятачок придём, попляш ем, поиграем — и д о м о й !..» [ЛА М ИА, с. Касьяново У л ь я ­ новского р-на К а луж ской обл.].



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.