авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |

«1 Дальневосточный Институт Управления МИГРАЦИОННЫЕ ПРОЦЕССЫ В ...»

-- [ Страница 7 ] --

К какой из укрупнен ных групп специаль- Рассчитываю на Буду работать по Полностью ностей относится возможность совме- специальности Затруд ориентируюсь Ваша специальность? щать деловую карь- только в случае няюсь на свою спе еру и специаль- крайней необходи- ответить циальность ность мости Экономика и управле 20,0 48,0 24,0 8, ние Гуманитарные науки 34,7 42,3 15,0 7, Естественные науки 32,0 48,0 12,6 1, Информатика 21,5 53,0 21,5 0, Сфера обслуживания 17,6 41,0 5,8 29, Образование и педа 23,0 45,6 23,0 6, гогика Культура и искусство 33,3 52,3 9,5 14, Социальные науки 24,0 37,9 34,4 3, Продолжение таблицы 5. В какой степени Вы связываете получение образования в Вашем К какой из укруп- вузе по избранной Вами специальности с будущей своей карьерой?

ненных групп специ- Рассчитываю на Буду работать по Полностью ори альностей относится возможность сов- специальности Затрудня ентируюсь на Ваша специаль- мещать деловую только в случае юсь отве свою специаль ность? карьеру и специ- крайней необходи- тить ность альность мости Сельское и рыбное 50,0 28,5 21,4 хозяйство Строительство и ар 45,4 27,2 27,2 хитектура Геодезия и земле 47,3 47,3 0 5, устройство Здравоохранение 61,2 29,0 0 9, Те же, кто характеризует свою специальность, скорее, как востре бованную, чем нет, рассчитывают, на возможность ее совмещения с де ловой карьерой. Большая часть респондентов, определяющих свою специальность, скорее, как невостребованную, будут работать по ней в случае необходимости.

Намерения дальневосточной молодежи работать по специально сти различаются в зависимости от получаемого образования в вузе (табл. 5.9). В группе респондентов, полностью ориентированных на свою специальность, большее количество студентов, получающих об разование в сфере здравоохранения (61,2%), сельского и рыбного хо зяйства (50%), геодезии и землеустройства (47,3%). В совокупности ре спондентов, рассчитывающих совмещать деловую карьеру и специаль ность, больше представлены студенты сферы информатики (53%), культуры и искусства (52,3%), экономики и управления (48%), есте ственных наук (48%). Среди респондентов рассматривающих возмож ность работать по специальности в крайних случаях, больше представ лено студентов специальностей социальных наук (34,4%), технологии продовольственных продуктов (33,3%), а также строительства и искус ства (27,2%). Хотя студенты сферы строительства и искусства демон стрируют противоречивое отношение к специальности, однако, 45,4% из них полностью ориентированы на свою специальность.

Среди студентов, получающих образование в сфере здравоохра нения, геодезии и землеустройства, наиболее оптимистичные настрое ния. Ни один из них не выбрал ответ «Буду работать по специальности только в случае крайней необходимости». Пессимизм выражают сту денты сферы социальных наук, набравшие в группе респондентов «Буду работать по специальности только в случае крайней необходи мости» большее количество ответов, по сравнению с другими, и при этом лишь только пятая часть из них собирается безусловно связать свою карьеру со специальностью.

Студенты сферы обслуживания и технологии продовольствен ных продуктов неоднозначно представляют перспективы трудоустрой ства по специальности. В первой группе большая часть респондентов затрудняются ответить на вопрос о трудоустройстве по специальности (29,4%), во второй – довольно высокий процент ответов «затрудняюсь ответить» и низкий процент ответов о желании работать по специаль ности (16,6%).

Ближайшие планы дальневосточной молодежи зеркально отра жают отмеченные ею актуальные направления государственной моло дежной политики, их мотивы при выборе высшего образования, его ре зультативность, критерии выбора работы и перспективы трудоустрой ства. Большинство (61,4%) в ближайшем будущем собирается устро иться на хорошую работу, более половины собираются создать семью (53,4%) и приобрести жилье (51,3%), чуть менее половины (49,7%) пла нируют в ближайшем будущем повысить материальное благополучие.

Таблица 5.10 – Планы молодежи на ближайшее будущее и их мнение о перспективе безработицы (%) Страшит ли Вас перспектива безработицы?

Каковы Ваши планы на ближайшее будущее?

Да, очень Немного по- Совершенно не сильно баиваюсь беспокоюсь Устроиться на хорошую работу 37 48 Создать семью, родить детей 34 49 Приобрести жилье (улучшить жилищные 35 48 условия) Повысить уровень материальной обеспечен 30 48 ности Получить дополнительное образование 40 42 Получить максимум впечатлений от жизни 30 49 Открыть свой бизнес 29 44 Переехать в Европейскую (иную) часть 39 38 страны Решить проблемы со здоровьем 41 47 Переехать за рубеж 35 40 Пройти службу в армии (для юношей) 3 63 Настораживает планирование молодежи в контексте образование – трудоустройство – привлекательность региона.

Треть респондентов, являющихся выпускниками, собираются по лучить дополнительное образование (29,5%), и это, скорее, способ уси ления защищенности на рынке труда, так как 40 % из них очень сильно боятся безработицы (табл. 5.10). Сильно страшит перспектива безрабо тицы и тех, кто хочет поправить здоровье (41%), и это объяснимо.

Покинуть регион уже в ближайшее время планирует треть даль невосточной молодежи, 21,3% – собираются переехать в европейскую или иную часть страны, 12,4% – хотят переехать за рубеж. Из планиру ющих в ближайшем будущем уехать с Дальнего Востока, не выезжая за пределы страны, 39% респондентов очень сильно боятся безрабо тицы (табл. 5.10).

Совершенно не беспокоящихся о перспективе безработицы больше всего среди тех (исключая службу в армии), кто в ближайшее время собирается открыть свой бизнес (26%) и переехать за рубеж (24%).

Рассуждая о реализации планов, дальневосточная молодежь ука зывает на затруднительность их воплощения на территории региона.

Отвечая на вопрос о неотъемлемых условиях комфортной жизни и ра боты, респонденты из 12 предложенных условий на первое место по ставили доступность жилья (75,7% – три четверти ответивших), на вто рое место – высокую заработную плату (73,3%). Возможности для про фессионального и карьерного роста заняли в ответах студентов третье место (66,9%), на четвертом месте – безопасность жизнедеятельности (39,2%), на пятом – условия для образования и развития детей (38,8), на шестом – возможности трудоустройства по специальности (35%).

Из шести приоритетных условий комфортной жизни и работы, кроме условий для образования и развития детей, в регионе, по мнению большинства респондентов, ограничены все, а условия доступности жилья отсутствуют (табл. 5.11). Кроме того, из шести приоритетных условий три связаны с вопросом трудоустройства. По мнению респон дентов, менее всего в регионе созданы условия для получения высокой заработной платы (55% – ограничены, 25,9% – отсутствуют), являю щейся основным мотивом получения высшего образования и выбора места работы. Не созданы условия и для профессионального и карьер ного роста (62% – ограничены), и для трудоустройства по специально сти (59% – ограничены).

Таблица 5.11 – Мнения молодежи об условиях комфортной жизни и ра боты в регионе (%) Что из нижеперечисленного, лично для Вас, является неотъ- Име- Ограни- Отсут емлемыми условиями комфортной жизни и работы? ются чены ствуют Доступное жилье (75,7%) 8,5 40,1 47, Высокая заработная плата (73,3%) 12,5 55 25, Возможности для профессионального и карьерного роста 27,2 5, (66,9%) Безопасность жизнедеятельности (низкий уровень преступно 18,7 49,9 21, сти) (39,2%) Условия для образования и развития детей (38,8 %) 5, 43,8 42, Возможности трудоустройства по специальности (35,8 %) 11, 24,5 59, Что касается условий для образования и развития детей, то, по мнению молодых дальневосточников, они существуют (43,8%), но ограничены (42,6%). Только 5,2% респондентов не считают, что в ре гионе есть такие условия. Этот результат довольно высокий, по сравне нию с оценками, данными респондентами по другим условиям ком фортной жизни и работы на территории Дальнего Востока.

Таким образом, высшее образование региона, ранее являвшееся активным участником бурного социально-экономического и промыш ленного развития дальневосточных территорий, несмотря на состояние промышленного комплекса региона на фоне своей отраслевой при вязки, до сих пор выполняет свои функции и задачи.

Во-первых, по мнению респондентов, образование не является проблемной сферой Дальневосточного региона, в котором созданы условия для его получения.

Во-вторых, выбор высшего образования, по мнению выпускни ков дальневосточных вузов, результативен, так как по окончании обра зования им предоставляется ряд актуальных для них возможностей – профессия и положение в обществе. Результативность получения выс шего образования, естественно, усиливает привлекательность региона для молодежи, по крайней мере, на период обучения.

В-третьих, несмотря на то, что при поступлении в вуз студенты демонстрируют внешние мотивы, не связанные с учебной и професси ональной деятельностью, на выходе из вуза они положительно харак теризуют учебный процесс и в качестве результата определяют полу чение хорошей профессии, что является подтверждением выполнения основного предназначения высшего профессионального образования.

В-четвертых, в контексте «получение образования – получение возможностей – привлекательность региона» обостряется проблема ре ализации возможностей на Дальнем Востоке. Получив желаемое обра зование, дальневосточная молодежь не видит перспектив достойного трудоустройства в регионе.

В сложившейся ситуации государственная образовательная по литика должна быть направлена, прежде всего, на сохранение регио нального высшего образования, позволяющего удерживать молодое население Дальнего Востока. Активное централизованное переустрой ство системы высшего образования в России может привести к разру шению вузовского комплекса и, как следствие, оттоку населения в це лях получения образования в других регионах и последующего закреп ления там. Усиление стабилизации дальневосточного населения воз можно при дальнейшем социально-экономическом развитии, позволя ющем создать условия для желаемого трудоустройства молодых даль невосточников.

5.2 Выпускники дальневосточных вузов: между мифами и ре альностью Анализ молодёжной миграции традиционно является важней шим направлением исследований динамики развития региона. И если ещё несколько лет назад социальные исследователи отмечали негатив ное влияние регионального замыкания вузов, приходящееся на конец 1990-х гг.177, то в настоящее время, в связи с возможностью дистанци онного поступления по результатам ЕГЭ, миграция потенциально луч ших кадров из региона становится действительно огромной проблемой.

Первая волна оттока кадров приходится уже на выпускников средних школ. Как показывают недавние исследования, только 9 реги онов России (среди которых нет дальневосточного), имеют положи тельный баланс между уехавшими в другие регионы выпускниками школ и приехавшими в этот регион на учёбу178. Это означает, что уже на этом этапе отток кадров является большой проблемой, ослабляющей экономику региона и негативно влияющей на состояние трудовых ре сурсов.

Исследование «Миграционный потенциал и механизмы закреп ления молодых специалистов в регионе», проведённое осенью 2012 г. в ДВИУ – филиале РАНХиГС группой исследователей под руководством Н.М. Байкова и Ю. В. Березутского, показывает, что эта проблема ста новится ещё более актуальной на следующем этапе – выхода из вуза и включения в трудовую деятельность. Так, без малого половина (45,1%) опрошенных студентов считают, что для самореализации следует уехать с Дальнего Востока, треть опрошенных (33,7%) собираются это сделать в ближайшем будущем, а процент уже уехавших родственни ков и друзей доходит почти до 60%. В абсолютных показателях эти цифры не оставляют никаких оснований для оптимистичных оценок будущего территории. Тем не менее, в этой работе мы попытаемся по казать, что такие высокие показатели миграционной активности (кото рые, безусловно, следует воспринимать очень серьёзно) формируются не только под влиянием объективных факторов, которые действи тельно вынуждают молодёжь к смене региона проживания. Для этого более детально рассмотрим два сюжета, которые предоставляют нам полученные данные. Первый связан с оценками развития дальнево сточной территории респондентами и наличия здесь условий для ком фортной жизни. Мы постараемся показать, что эти оценки не связаны с Шереги Ф. Э. Социология образования / Ф. Э. Шереги. – М.: Academia, 2001. C.

288 – 296.

Питухин Е. А. Анализ межрегиональной мобильности выпускников школ при поступлении в высшие учебные заведения / Е. А.Питухин, А. А. Семёнов. - Уни верситетское управление, 2011, № 3. – С. 86.

высокой миграционной готовностью, которая имеет под собой не только рациональные основания. Второй сюжет позволяет сконструи ровать образ молодого дипломированного дальневосточника, который не планирует уезжать с территории. На основании проанализирован ных данных мы покажем, что, во-первых, на формирование миграци онных настроений оказывают большое влияние массовые стереотипы общественного сознания, сложившееся шаблонное мышление, клише и мифы о регионе. Эти конструкции не в меньшей, а то и в большей сте пени, чем реальные проблемы развития региона, формируют миграци онную активность. Во-вторых, попробуем в противовес негативному (и в этом смысле тоже шаблонному) образу уезжающей с Дальнего Во стока молодёжи, показать некоторые важные черты того, кто остаётся.

Самые насущные и злободневные для будущих дипломирован ных специалистов проблемы отчётливо вырисовываются в ответах на первый же вопрос исследования. Из него понятно, что к наиболее зна чимым направлением молодёжной политики в регионе выпускники ву зов относят те, которые связаны с обеспечением их необходимым жиз ненными благами – жильём и работой. Показатели 72,3% и 61,5% зани мают безусловное лидирующее положение из всего списка направле ний. Так же высок рейтинг направления, обозначенного как «под держка молодой семьи» – 58,9%. Скорее всего, под этим также пони мается содействие в доступе к этим благам.

Обращают на себя внимание также и те направления, которые за нимают самые низкие строчки в оценках. Любопытно, что почти все из них связаны с ценностями культуры и общественно-политической жизни. Из наименее актуальных направлений молодёжь видит, такие как: развитие художественного творчества (5%), повышение политиче ской активности (7,5%), развитие гражданственности и патриотизма (6,8%) и поддержку деятельности молодёжных организаций (5,8%).

Если респонденты считают, что эти направления не нуждаются в пер востепенном внимании со стороны государства, это может означать две вещи. Первое – что с этими направлениями всё в порядке и респон денты считают, что пока на них не следует обращать внимания как на относительно более благополучные сферы. Однако более вероятным представляется второй вывод, а именно то, что эти направления реали зации молодёжной политики не отражают никаких ценностей для мо лодёжи. Поэтому выпускники вузов вообще не считают их важными и не рассматривают в приоритетах. Подтверждение такой интерпретации мы получим из сопоставления ответов на другие вопросы исследова ния.

В ответе на этот вопрос также обращает на себя внимание один очень важный показатель – 17% респондентов считают, что закрепле ние молодёжи в регионе должно быть включено в число приоритетов молодёжной политики. В общем, не сказать, что совсем ничего, но ведь для остальных 83% – это неактуально. И опять-таки это может озна чать, что, с одной стороны, в этом направлении и так всё благополучно (что вряд ли, учитывая высокую степень миграционной готовности), с другой, – что оно вообще неважно. В данном случае и та, и другая ин терпретации означают, что подавляющее большинство выпускников вузов не нуждаются в проведении особой политики по закреплению мо лодёжи в регионе. На практике это означает тезис вроде «помогите нам с жильём и работой и никакой другой политики по закреплению в ре гионе нам не нужно».

Дополнением и подтверждением этому выводу может служить ответ на вопрос №4, где очевидно, что проблема оттока населения из региона также является одной из тех, которые меньше всего волнуют молодёжь.

Сопоставление этих ответов с теми, что получены на другие, пе рекликающиеся по смыслу вопросы (например, №6, №40), показывает, что ценностные ориентации выпускников вузов можно условно раз бить на 3 группы. Как уже говорилось, первую – лидирующую группу ценностей – занимают жильё и работа. Их можно понимать как необ ходимые условия для создания семьи, что и планируют сделать в бли жайшем 53,4% опрошенных. Такие ценности назовём жизненно необ ходимыми (витальными). Вторую группу составляют ценности, кото рые можно условно назвать социальными. Расклад ответов по всем трём вопросам показывает, что весьма значительными для респонден тов являются проблемы преступности, наркомании и алкоголизма, со стояния ЖКХ, коррупции, бедности. Обеспокоены этими проблемами от 20% до 40% опрошенных. И, наконец, третью группу ценностей со ставляют наименее актуальные, не выбранные молодёжью в качестве приоритетов по итогам ответа на вопрос №6. К таковым относятся со стояние культуры (7,4%), детская беспризорность (11,6%), благо устройство дворов и улиц (12,1%). В этот набор не вызывающих беспо койство проблем вполне логично вписываются и те направления моло дёжной политики, которые по итогам ответа на вопрос №1 не нужда ются в особенной заботе со стороны государства. Напомним, что это гражданственность и патриотизм, общественная деятельность и поли тическая активность молодёжи, сфера художественного творчества.

Итак, обобщим вышесказанное. Из опроса видно, что сами вы пускники дальневосточных вузов не обеспокоены тем, что население выезжает за пределы региона и не считают, что меры по закреплению молодёжи на территории должны стать приоритетом политики. При этом, к проблемам первостепенной важности они отнесли жильё и ра боту, вторую позицию по значимости занимают социальные проблемы и только на третьем месте – общекультурные. Этот расклад подтвер ждают и полученные ответы на открытые вопросы.

Нельзя сказать, что полученные выводы отличаются неожидан ностью. Все исследования, посвящённые российской молодёжи, пока зывают, что почти такие же жизненные ориентиры, по крайней мере, по первой позиции, имеет молодёжь и других регионов. Достаточно тривиальное предположение о том, что доступность жилья может быть самым сильным мотивом, закрепляющим молодёжь в регионе, подтвер ждается и в этом исследовании со всей очевидностью. Можем ли мы сегодня представить выпускника вуза, будь это москвич или житель Приморья, которого не волнуют эти проблемы? Ведь буквально через полгода им надо будет хотя бы попытаться решить их самостоятельно.

Вполне возможно, в этом случае работает следующая логика: если ре шение этих проблем одинаково затруднительно по всем регионам Рос сии, почему бы не попробовать начать их решать в другом регионе (что-то вроде модернизированной стратегии «хорошо там, где нас нет»). Поэтому такой перечень первостепенных проблем понятен, но он мало что даёт для объяснения миграционных настроений в связи с региональной спецификой. Ведь по данным, предоставляемым консал тинговыми компаниями179, Хабаровск не является городом с самыми высокими ценами на жильё среди других аналогичных городов180.

В связи с этим, важно обратить внимание на другие факты. При общей высокой миграционной готовности и ориентации на поиск жи лья и работы, респонденты не высказывают резко негативного отноше ния к тому, как в целом обстоит положение дел в регионе. В целом, его оценивают как достаточно позитивное (вопрос № 5). Более половины считают, что всё нормально или даже хорошо. И, несмотря на то, что треть отметила наличие серьёзных проблем, резко негативных оценок выявлено не так уж и много: как кризисную ситуацию оценивают всего 6,6%. Так же позитивным можно назвать и общий жизненный настрой выпускников: с надеждой, оптимизмом (или, по крайней мере, спо койно) смотрят в будущее три четверти опрошенных. Около половины (на Камчатке существенно меньше – 35%) считают, что через 2 – 3 года жизнь изменится к лучшему. Другой факт – более половины опрошен ных (51,3%) планируют в ближайшем будущем покупку жилья или улучшение жилищных условий. И, наконец, у 42% за последние 2 – года улучшился уровень жизни. Всё это означает, что, в целом, моло дёжь видит как существующую на сегодняшний день положительную динамику в отношении приоритетных для них проблем, так и перспек тивы их дальнейшего решения. Возможно, этот оптимизм не проявля Агентство недвижимости «Азбука». Мониторинг цен на вторичном рынке жи лья городов РФ. URL. http://www.azbuka.ru/downloads/consult/cities-2011-03.pdf.

Девелоперы разъехались по окраинам // Эксперт. № 34 (816) от 27.08. 20120.

URL. http://expert.ru/expert/2012/34/developeryi-raz_ehalis-po-okrainam.

ется отчётливо при оценке условий комфортности жизни, перечислен ных в вопросах № 42 – 52. Однако эти мнения нельзя назвать ни пози тивными, ни негативными, они в большинстве своём поддерживают вполне рациональный, нейтральный ответ «ограничены», означающий разумную сдержанную позицию (за исключением вопроса о доступно сти жилья – единственном, где количество негативных оценок выше, чем сдержанных).

На основании всего этого возникает вопрос. Если общий настрой оптимистический, ситуация в регионе оценивается, в целом, как нор мальная, проблемы миграции и политики по закреплению населения не являются важными, то каковы рациональные основания той высокой миграционной активности, которую показывают ответы на прямые во просы о готовности уехать из региона? Да, на Дальнем Востоке не всё благополучно с жильём, как и везде в России. Все остальные условия для комфортной жизни в той или иной степени имеются.

Из этого можно сделать следующий вывод. Высокая миграцион ная готовность не является результатом сознательного самостоя тельно обоснованного выбора. Возможно, этот вывод также не пока жется оригинальным – в действительности самый, казалось бы, само стоятельный выбор, если подумать, всегда чем-то детерминирован. Од нако здесь мы хотим сказать, что выбор наших респондентов формиру ется в том числе под влиянием стереотипов массового сознания, реги ональных мифов, существование которых в изобилии демонстрируют нам ответы респондентов. Попробуем показать, каким образом в дан ных этого опроса проявляются такие клише.

Тема региональной мифологии довольно популярна в отече ственной социальной науке, и проблема региональных мифов, сложив шихся в отношении Дальнего Востока, периодически попадает в поле внимания историков и философов. Наиболее известны в этом отноше нии работы Л.Е. Бляхера181, где он пишет, что устойчивые клише в от ношении дальневосточного региона обычно живут в массовом созна нии как смысловые комплексы, характерные для населения Дальнего Востока. Это мифы о «китайской угрозе», «суровом климате», «забро шенности со стороны центра», «рискованной зоне земледелия» и т. д.

В действительности, как показывают авторы, разрабатывающие эту тему, реальные факты подтверждают эти убеждения в отношении Дальнего Востока не более чем в отношении большинства других ре гионов России.

Проведённый опрос показывает, что эти мифы находят своё под тверждение среди примерно 75% выпускников вузов. Так, миф о суро вом климате подтверждают ответы на вопрос №49, из которых видно, Бляхер Л. Е. Политические мифы Дальнего Востока // Политические исследова ния. 2004. № 5. С. 28 – 39.

что треть опрошенных разделяют этот стереотип и ещё 40% – близки к этому. При этом, даже среди студентов Камчатки (а в отношении суро вости климата этого региона есть основания усомниться) нашлись 20% таковых. Миф о «китайской угрозе» в оценках выпускников вузов трансформируется в более общий миф об угрозе со стороны мигрантов.

И хотя, в целом, неприязнь и предубеждённость по отношению к жите лям КНР ниже, чем к выходцам с Кавказа и примерно такая же как в отношении к приезжим из Средней Азии, очевидно, что это достаточно высокие показатели, подтверждающие существование этого стерео типа.

Если называть стереотипом мнение, которое заимствовано, вос принято и усвоено (присвоено) из непроверенных источников некри тично и несамостоятельно, то целый ряд вопросов косвенно подтвер ждает именно такой способ формирования знания о регионе у опро шенных студентов. Мы уже отмечали достаточно низкий статус куль турных и общественно-политических ценностей в смысловом про странстве молодых дальневосточников. К этому можно добавить, что не более четверти из них знают историю и культуру Дальнего Востока, менее 20% – участвует в активной общественной жизни, большинство незнакомы с творчеством дальневосточных писателей и поэтов. Всё это говорит также и об отсутствии интереса к региону, нежеланию его осваивать для себя и формировать его альтернативный позитивный об раз, на котором, возможно, мог бы основываться конструктивный миф.

Пока что единственным основанием для такого конструирования мо жет быть только единодушно высокая оценка, «поставленная» дальне восточной природе – 82,3% отметили, что она им нравится. Но, как по казывает обзор ответов 58 – 64, даже красоты дальневосточной при роды не являются достаточно сильным мотивом, формирующим более глубокий интерес к территории.

Как уже отмечалось, нежелание уезжать с Дальнего Востока сформулировали в ответе на вопрос №35 небольшое количество ре спондентов – 185 человек (17,2%). Причём, существенно больше в этой подгруппе представителей Камчатского края (33%), на втором месте – жители Хабаровского края (16,8%), и меньше всего (12,2%) представ лены респонденты из ЕАО. Анализ этого вопроса через сопряжённость с другими, отобранными нами в качестве ключевых единиц, которые могли бы продемонстрировать особенности этой группы, позволил вы явить некоторые важные черты молодого специалиста, не имеющего намерения покидать регион. В основе обоснования необходимости этого анализа лежат следующие предположения. Сопоставление основ ных характеристик этой группы с остальной выборочной совокупно стью и другими подгруппами могло бы показать какие-либо суще ственные отличия именно для этой группы. Это позволит, например, понять, чего не хватает тем, кто намерен уехать, в сравнении с теми, кто остаётся (поиск причины через анализ сходств и различий). В слу чае, если группа остающихся не показывает никаких особенностей и полностью идентична по выбранным характеристикам группе уезжаю щих, мы могли бы получить косвенное подтверждение тому, что раци онально обоснованной разницы между выбором «за» и «против» отъ езда с территории не существует. Это, в свою очередь, подтвердило бы наш основной тезис о том, что миграционные настроения формируются в значительной степени под влиянием мифов.

Чтобы разобраться в этой проблеме, начнём с вопроса о том, чем отличаются те выпускники вузов, которые, несмотря на реальные и ми фические проблемы, тем не менее, решили остаться на территории. По скольку они в явном меньшинстве, должны быть какие-то отличитель ные признаки, которые бы объясняли такое намерение. Вначале рас смотрим социально-групповые характеристики, а затем расклад мне ний внутри группы в контексте отдельных вопросов.

Среди тех, кто не собирается уезжать несколько преобладают де вушки, их 100 человек на 85 человек остающихся здесь юношей (54: по долям, соответственно). Важно сказать, что в долевом соотношении численность юношей в этой группе больше, чем среди тех, кто собрался уезжать (там их 33%), и тех, кто хочет это сделать, но не имеет возмож ности (36%). Это значит, что в пропорциональном соотношении коли чество девушек и юношей среди тех, кто остаётся в регионе, наиболее оптимально сбалансировано по полу, чем в других группах (исключая «затруднившихся ответить», где соотношение 51:49).

Другой важный показатель – уровень доходов – позволяет выяс нить, не связана ли повышенная миграционная готовность с низким или, наоборот, высоким доходом семьи выпускника. Выяснилось, что никакой зависимости здесь не наблюдается. Процентный расклад двух групп – уезжающих и остающихся – абсолютно идентичен друг другу (табл. 5.12) и общему раскладу по выборочной совокупности. Из таб лицы 5.12 мы также видим, что и среди тех, кто намерен уехать, и среди тех, кто остаётся, преобладают студенты с невысокими доходами – до 20000 руб. на человека.

Следующий признак, связанный с самой болезненной проблемой, – жилищные условия (табл. 5.13) – показывает, что у тех ребят, кто пла нирует остаться в регионе, они немного лучше, чем у тех, кто собира ется уезжать. Разница эта не такая уж выразительная, но, тем не менее, прослеживается по всем позициям. Среди остающихся ребят меньше тех, кто живёт в общежитии или снимает жильё, и больше тех, кто жи вёт с родителями. Интересно отметить, что доля тех, кто имеет своё жильё, одинакова в обеих подгруппах.

Таблица 5.12 – Уровень доходов респондентов, остающихся в регионе, в сравнении с теми, кто уезжает Каков среднемесячный доход на одного члена Вашей семьи?

(доля в % от общего кол-ва ответов в подгруппе) До затрудня- Итого 10100- 20100- 30100- руб. и бо- юсь отве 10000 20000 30000 руб. руб. руб. руб. лее тить уезжа ГРУППА 27 32,6 15,7 5 4 15,2 ющие остаю 26,6 26,6 17,9 8,6 4,3 15,7 щиеся Таблица 5.13 – Жилищные условия респондентов, остающихся в реги оне в сравнении с теми, кто уезжает Вы проживаете?

(доля в % от общего кол-ва ответов в подгруппе) Итого Доме, Доме, квартире Студенче- Соб- Сни Дру квартире друзей или род- ском об- ственном маю гое родителей ственников щежитии доме жилье уезжа ГРУППА 39 3 29,2 11,1 16,9 0,1 ющие остаю 53 5 17,9 11,4 10,3 1 щиеся Аналогичный анализ, проведённый по такому показателю, как специальность обучения, не выявил никаких особенностей, относя щихся к группе остающихся. В каждой профильной подгруппе (т. е. в подгруппах, разделённых по профилю получаемого образования) коли чество тех, кто желает покинуть территорию, в 1,8 – 3,7 раза больше тех, кто хочет остаться. Никакой корреляции между получаемой специ альностью и миграционным настроением не выявлено. Тем не менее, здесь есть чему удивиться. Например, небольшая подвыборка выпуск ников, получающих образование в области сельского и рыбного хозяй ства, высказывают совершенно нетипичные мнения (рис. 5.1). Из опрошенных студентов этого профиля обучения трое выразили жела ние уехать, двое отметили, что хотят это сделать, но не имеют такой возможности, четверо затруднились с ответом и 6 человек отметили, что они не собираются уезжать. Получается, что по этой подвыборке количество желающих остаться вдвое больше уезжающих, а это просто диаметрально противоположно всему, что получено по остальным группам.

Рисунок 5.1 – Миграционные настроения в подвыборке выпускников, получающих образование в области сельского и рыбного хозяйства Поскольку эта тенденция проявилась только в этой, очень мало численной подгруппе, вряд ли имеет смысл искать здесь какие-то зако номерности. И, тем не менее, это очень любопытный факт, заслужива ющий дополнительного исследования.

Продолжая поиск особенных характеристик интересующей нас подгруппы, можно предположить, что остающиеся в регионе молодые специалисты закреплены здесь прочными узами родства и не желают терять этот важный для вхождения в самостоятельную жизнь ресурс.

Для проверки этого предположения мы разложили по подгруппам от веты на вопрос №53, расклад которых также показал, что оценка этого условия комфортной жизни в двух подгруппах – уезжающих и остаю щихся – почти полностью совпадает (табл. 5.14). И у тех, и у других есть одинаковые основания полагаться на родственников и друзей, од нако, это ни для кого не может рассматриваться как важный мотив, вли яющий на миграционные настроения.

Проведённый поиск специфических характеристик по ряду дру гих вопросов (№ 58 – 64, 42 – 47) привёл нас к выводу о том, что вы пускники дальневосточных вузов, желающие остаться в регионе, никак существенно не отличаются по основным характеристикам от своих то варищей, намеренных уехать. Кроме тех признаков, которые были от мечены, можно сказать, что историю и культуру региона и коренных народов они знают ничуть не лучше, с творчеством дальневосточных писателей и поэтов все знакомы в одинаково невысокой степени. Разве что, как уже отмечалось, их отличает чуть более благополучная ситуа ция с условиями проживания на данный момент времени.

Таблица 5.14 – Оценка родственной и дружеской поддержки как усло вия миграционной активности Как бы Вы оценили наличие нижеперечисленных условий для комфорт ной жизни и работы на территории региона, где Вы проживаете: Нали чие родственников и друзей, готовых оказать помощь и поддержку?

(доля в % от общего кол-ва ответов в подгруппе) Итого Имеются Ограничены Отсутствуют Затрудняюсь ответить уезжа 61,6 21,6 10 5,7 ГРУППА ющие оста ющи- 66,1 22,9 8,1 2,7 еся И, тем не менее, на этом фоне совершенно идентичных характе ристик почти по всем ключевым признакам, детерминирующим мигра ционную готовность, нам удалось обнаружить ту, которая выражает су щественные отличия, и, в то же время, не относится к числу рацио нально-прагматических. Её, скорее, можно отнести к разряду мировоз зренческих и связать с проявлением патриотизма. Это чувство гордости в том, чтобы называться дальневосточником. Так, из числа уезжающих такого чувства не испытывают 39,5%, а испытывают – 25,7%. Среди тех, кто остаётся, эти цифры противоположны (табл. 5.15).

Таблица 5.15 – Чувство патриотизма как условие миграционной актив ности Я испытываю чувство гордости, называя себя дальневосточником (доля в % от общего кол-ва ответов в подгруппе) Согласен Не согласен Трудно сказать ИТОГО уезжаю 25,7 39,5 34,8 ГРУППА щие остаю 39,6 24,2 36,2 щиеся Поскольку выше было отмечено, что интерес к патриотическим ценностям и общественно-политической жизни у опрошенных студен тов нельзя назвать высоким, это было неожиданным выводом. Ещё бо лее неожиданным было то, что в целом по выборке испытывают чув ство гордости за принадлежность к территории около 30% опрошенных (312 человек из 1059 опрошенных), т. е. каждый третий. При отмечен ном невнимании молодёжи к ценностям такого рода, это можно считать довольно высоким показателем.

Что из всего этого следует? Во-первых, мы получили подтвер ждение тому, что особых рациональных оснований для решения об отъ езде из региона не обнаружено. Те, кто намерен уехать, и те, кто пла нирует остаться – это люди, принадлежащие к одним и тем же социаль ным слоям и разделяющие почти они и те же ценности. С той лишь разницей, что для вторых факт называться дальневосточником чего-то стоит.

Во-вторых, остаётся надеяться, что эта гордость как раз имеет под собой рациональные основания и не является продуктом одних только мифов. Но даже если это и так, то влияние таких мифов на дан ном этапе регулирования миграции следует понимать как позитивное.

Это, в свою очередь, означает, что такие стереотипы (мифы) суще ствуют и они формируют позитивный образ региона. Следовательно, актуальная задача социальных исследователей состоит в том, чтобы их выявлять и анализировать, а задача тех, кто занимается практической политикой, в том, чтобы ими грамотно управлять.

5.3 Образовательный потенциал выпускников университета и их миграционные намерения Актуальность темы исследования обусловлена потребностями оптимального формирования и эффективной реализации молодежного потенциала в сложный период выхода России из системного кризиса, её экономического, политического и духовно-нравственного обновле ния. Молодёжь является активным субъектом реформационного про цесса, представляет один из важнейших компонентов трудового потен циала развивающегося общества. Состояние молодежного потенциала, его использование во многом зависят от отношения государства к мо лодёжи, от того, какой по своему содержанию, направлению, способам реализации является молодёжная политика. Это в равной степени отно сится как к федеральной, так и к региональной политике. В силу прио ритетного российского развития, в основном, за счет использования природных ресурсов, значительно возрастает роль Дальневосточного региона в формировании социально-экономического базиса страны. В связи с этим, объективной необходимостью является исследование условий наращивания и повышение эффективности использования дальневосточного потенциала, в том числе и его молодежной составля ющей. Современная экономика требует новых квалифицированных кадров, высоко профессиональных специалистов, способных работать с новыми технологиями в условиях растущей конкуренции, высоких производственных требований.

С развитием рыночных отношений в социальной структуре рос сийского общества преобладают тенденции резкой социальной поляри зации. Происходит дифференциация молодежи, формируются различ ные подструктуры молодежного потенциала на основе конкретных со циальных групп молодежи, которые имеют различные стартовые воз можности, обусловленные материальным уровнем благосостояния, возможностями получения образования, состоянием здоровья, каче ством жизни семьи. За годы модернизации российского общества су щественно изменились ценностные установки и ориентиры молодеж ных социальных групп и, соответственно, приоритеты, что также вли яет на состояние потенциала. В результате реформирования общества большая часть молодёжи не может обеспечить себе социальное продви жение, которое позволяло бы занять ей достойное положение в обще стве, активно участвовать в общественно значимых процессах, обеспе чить материальное благополучие.

В социологической, экономической литературе существуют до статочно много определений понятия «потенциал». Однако в развитии современных представлений о потенциале можно выделить основные три направления. Представители первого направления трактуют поня тие «потенциал» лишь характеристикой «разных видов ресурсов»182.

В рамках второго направления потенциал рассматривают не только характеристикой ресурсов, но и как комплекс (система) различ ных видов ресурсов. Наиболее точное, на наш взгляд, понимание тер мина «потенциал» разработано учеными третьего направления, среди которых И. Ансофф и др.183. По мнению Ансоффа, потенциал – это спо собность комплекса ресурсов экономики выполнить поставленные пе ред ней задачи. Ученые-регионалисты, исследующие проблемы потен циала, рассматривают его либо как экономический, либо как организа ционный.

При этом, ученые первого направления в экономический потен циал включают преимущественно природно-ресурсный потенциал, трудовой, производственный, инновационный потенциалы. Рассмот рим более подробно представление о потенциале с точки зрения реги оналистов первого направления. Так, С.А. Суспицын и ряд других ав торов считают, что потенциал региона – это экономический потенциал, который характеризуется его основными составляющими: природно ресурсным потенциалом, населением и трудовыми ресурсами, произ водственным потенциалом184.

Гладкий Ю.Н., Чистобаев А.И. Основы региональной политики. СПб. 1998. С.

24.

Ансофф И. Стратегический менеджмент. СПБ. : Питер, 2009. С. 8.

Суспицын С. А. Взаимодействие институциональных моделей региона в инфор мационном пространстве // Труды ИСА РАН, 2008. Т. 39.

Кроме того, в экономический потенциал региона можно также включать инновационный потенциал. Ученые второго направления рассматривают потенциал региона несколько шире как с точки зрения потенциала, так и с точки зрения его организации. Потенциал представ ляет собой возможности отдельного региона, а организация характери зует образование «порядка» из «хаоса». Другими словами, качество как категория организации имеет оценочную характеристику в указанных понятиях. Организация позволяет людям понять, что совместными уси лиями добиться успеха значительно легче. В настоящее время она при обрела самостоятельное значение как понятие, характеризующее каче ство системы, в том числе системы управления.

Организационный потенциал, таким образом, понятие собира тельное, оно включает как организационно-вещественные факторы, так и отношения по поводу производства, распределения, обмена и потреб ления, а следовательно, и отношения управления. Он представляет со бой совокупность различных (растянутых во време-ни и пространстве) объективных и субъективных факторов, обеспечивающих реализацию поставленных задач.

Кроме описанных выше двух направлений исследования регио нального потенциала, существует и третий подход, возникший на фоне изменений, происходящих в экологической среде. Например, С.А. Та ранов, И.И. Манило, Ю.И. Мамонтов, В.В. Усманов рассматривают ас симиляционный потенциал региона, то есть способность окружающей среды, которая является естественным ресурсом, изымаемым в про цессе производства либо бесплатно, либо за соответствующую плату, которая зависит от размера восстанавливаемого ущерба нанесенного окружающей среде.

Общие проблемы состояния и возможностей развития потенци ала молодежи отражены в публикациях А.И. Ковалевой, В.Ф. Левиче вой, В.А. Лукова, С.В. Полутина, А.С. Прутченкова, А.В. Рудакова, А.В. Стожарова, Л.С. Тарабриной, А.Б. Чистякова, А.И. Шендрика, Ф.Э. Шереги. В них проанализированы такие негативные явления в мо лодежной среде, как наркомания, преступность, безработица, отсут ствие равных стартовых возможностей, включая и трудовую сферу, не адекватность государственной молодежной политики.

Вместе с тем, проблемы потенциала современной российской мо лодежи, особенно на региональном уровне, не получили полного и все стороннего научного анализа. В настоящее время востребованным яв ляется анализ содержания, направлений, перспектив формирования и развития потенциала молодежи, что объясняется возрастанием темпов развития российского общества, возникновением проблем, вызванных нехваткой молодежного ресурса, усилением трудовых миграционных процессов, а также потребностями экономического развития.

Полагаем, что существует необходимость выделения молодежи как носителя человеческого потенциала завтрашней России в особую социальную страту. Но именно молодежь, обладая наименьшей соци альной и психологической защищенностью, испытывает особое давле ние общественных проблем, что создает повышенную зону риска.

Молодежь, с одной стороны, все больше ощущает себя особой группой общества в пределах некой «молодежной культуры», а с дру гой, – все больше страдает от неразрешимости многих своих специфи ческих проблем. Они находят свое специфическое отражение и в ре зультатах социологического исследования выпускников Приамурского государственного университета им. Шолом-Алейхема185. Так, респон денты указали следующие мотивы выбора ими этого университета.

Среди них: желание получить диплом о высшем образовании» указали 44,7% респондентов;

интерес к будущей профессии – 40,8%;

желание получить высокооплачиваемую работу – 38,3%;

престижность высшего образования самого по себе – 37,4%. При выборе вуза около половины опрошенных студентов руководствовались территориальной близо стью к дому (47,1%). Кроме того, по мнению 28,6% опрошенных сту дентов, в выборе ими вуза немаловажную роль сыграл совет родных и знакомых. Однако понимание целей своей дальнейшей жизни при вы боре вуза указали лишь 26,7% молодых людей. Половина опрошенных выпускников отметили, что высшее образование дает человеку воз можность получить хорошую востребованную профессию.

О своем социальном статусе задумываются только 44,2% респон дентов, так как они отметили, что рассчитывают на «… диплом, даю щий определенное положение в обществе». Такие мотивы выбора уни верситет, как «успех в жизни», «материальное благополучие», также являются ведущими мотивами в выборе вуза для выпускников вуза. По лагаем, что ценность образования, то есть приобретение знаний в каче стве высших ценностей для культурного человека, может процветать там, где образование именно в таком виде и предоставляется. Если об разованию сообщаются свойства товара, то и ценности образования приобретают инструменталистский характер. Не столь важны, соб ственно, знания, вернее диплом, их подтверждающий, важно, что они могут дать, т.е. помогут найти хорошую работу, решить проблемы тру доустройства, получить отсрочку от службы в армии и т. п. В условиях Социологический опрос «Миграционный потенциал и механизмы закрепления молодых специалистов в регионе». В качестве объекта исследования выступали студенты выпускных курсов 13 ведущих вузов Хабаровского края, ЕАО и Камчат ского края (анкетный опрос, n=1093;

доверительная вероятность 97%, доверитель ный интервал ±3%). Тип выборочной совокупности – квотный в разрезе вузов и простой вероятностный при отборе факультетов и специальностей, случайный на этапе отбора студентов. Научные руководители – д.с.н., профессор Н.М. Байков и к.с.н., доцент Ю.В. Березутский, ДВИУ – филиал РАНХиГС, 2012 г.

кризиса занятости образовательные ориентации инструменталистского характера приобретают гипертрофированный характер панацеи от всех препятствий и способствуют стратегиям пролонгирования обучения.

Одновременно складывается специфический рынок молодежных мест труда, который включает в себя самые разные виды временной, краткосрочной, непостоянной работы, той, которую можно совмещать с учебой в учебных заведениях. Есть разнообразные виды работ, а ско рее подработки, которые позволяют как-то поддерживать свое суще ствование молодым людям, фактически не имеющим постоянной заня тости. Распространяются такие графики труда, когда молодые люди, преимущественно студенты, нанимаются последовательно на работу в рамках системы краткосрочных договоров, заказов, грантов. По сути, речь идет о формировании некоего конгломерата молодежного труда и учебы, молодежного досуга и молодежного потребления, который яв ляется временным решением жизненной стратегии, связанной с занято стью, перспективами профессионального совершенствования и карь еры. Согласно полученным данным, большее количество студентов ПГУ им. Шолом-Алейхема совмещают учебу и работу. При этом, по лучаемая специальность не всегда совпадает с временной работой. В большинстве своем студенческая молодежь ЕАО подрабатывает в ка честве официантов, продавцов в супермаркетах и салонах сотовой связи. Можно утверждать, что данный факт складывается по принципу замещения в результате того, что общество не в состоянии предоста вить всему молодому поколению условия реализации важнейших жиз ненных ценностей труда в традиционной модели. Все это, удлиняя время молодости для самих молодых людей, а для общества снимая из лишнее давление молодых поколений на рынок труда, становится неиз бежной приметой современного состояния общественных условий, в которых складываются жизненные пути молодежи.

Студенческая жизнь разнообразна и интересна, так как, помимо учебы, молодые люди могут проявить себя с разных сторон: в научной и внеучебной деятельности, спорте, студенческом самоуправлении и т.д. Так, на конференциях с научными докладами выступают один из четырех студентов университета, 16,0% – отметили, что публиковали (публикуют) свои научные труды, 12,6% – принимают участие в зару бежных стажировках, летних школах и программах обмена.

При правительстве ЕАО действует общественная молодежная па лата, главными целями которой является законотворческая деятель ность, направленная на совершенствование законодательства в области молодежной политики, представление интересов молодежи в органах государственной власти и местного самоуправления. Представителями данной палаты считают себя 8,3% студентов университета. Такое же количество (8%) респондентов являются представителями политиче ских партий. В то же время, основная масса выпускников (67,0%) не являются представителями какой-либо организации или политической партии. Интересен и тот факт, что большинство опрошенных считают, что «элитная молодежь», вступая в ряды той или иной организации или партии, особенно партии «Единая Россия», тем самым практически ре шает проблему трудоустройства. Респондентами было также отмечено, что бывшие лидеры молодежной организации в дальнейшем получали «хорошую, высоко оплачиваемую работу». Подобное отношение воз можно объяснить тем, что обычную учащуюся молодежь страшит пер спектива безработицы (44,3%). Сегодня множество предприятий на территории ЕАО закрываются, а на тех, что еще функционируют, рабо чие места заняты. Поэтому, получив диплом о высшем образовании, юноши и девушки вынуждены устраиваться не по своей специальности или искать трудоустройство за пределами области. Не случайно более трети респондентов (36,9%) отметили свое стремление получить до полнительное образование.

По данным исследования третья часть опрошенных выпускников университета имеют намерение переехать в Европейскую часть страны.

При этом, 56,8% – мечтают о том, чтобы навсегда переехать из города Биробиджана в другой крупный город. Из них 23,3% – отмечают, что переехали бы в город в своем субъекте Дальнего Востока России или «в другой регионы страны» (27,7%). В настоящее время отмечается от ток населения из области в такие города России, как Краснодар, Сочи, Белгород.

В ответах на вопрос: «Какой из федеральных округов России, на Ваш взгляд, является наиболее комфортным для жизни и работы», – третья часть (30,6%) респондентов выбрали Центральный федеральный округ России;

каждый седьмой (14,1%) – Северо-Западный федераль ный округ (адм. центр – Санкт-Петербург);

один из десяти (10%) – Юж ный федеральный округ (адм. центр – Ростов-на-Дону).

Смену местожительства студенческая молодежь связывает, прежде всего, с получением работы, приобретением больших возмож ностей для самореализации. Кроме того, выпускники университета считают, что в крупных городах уровень жизни выше, чем в области.

Наиболее актуальными направлениями государственной моло дежной политики для Еврейской автономной области молодые люди отметили: решение жилищной проблемы, занятость, поддержка моло дой семьи, развитие спорта, отдыха и досуга, решение проблем пре ступности, совершенствование системы образования. Студенты уни верситета уверены, что улучшение жизни молодежи ЕАО зависит, прежде всего, от самой молодежи (56,8%). Сорок четыре и две десятых процента респондентов выбрали вариант «от региональных властей».


Значительная часть опрошенных студентов (40,3%) регионального вуза полагают, что улучшением жизни молодых людей должны заниматься федеральные органы власти (рис. 5.2).

В целом, ситуацию в области молодые люди оценили как более или менее нормальную – 47,6%. Тридцать два с половиной процента респондентов уверены, что в ЕАО есть серьезные проблемы. 10,7% – считают, что ситуация кризисная.

Чувства беспокойства и тревоги у молодежи вызывают такие про блемы, как: преступность, отсутствие порядка, алкоголизация населе ния, рост цен на товары и услуги, жилищная проблема, безработица или опасность потерять работу (рис. 5.3).

Рисунок 5.2 – Распределение ответов на вопрос: «От кого сейчас зави сит в первую очередь улучшение жизни молодежи нашего региона»?

(в % от числа опрошенных) Рисунок 5.3 – Проблемы, вызывающие чувства беспокойства и тре воги у молодежи (в % от числа опрошенных) Несмотря на проблемы, юноши и девушки университета с опти мизмом смотрят в будущее – 55,1% респондентов. Спокойно, без осо бых надежд и иллюзий – 20%. Сорок три процента респондентов уве рены, что через два-три года их жизнь улучшиться. Шестнадцать и шесть десятых процента полагают, что все останется как прежде. Со гласно мнению тридцати пяти процентов студентов ПГУ им. Шолом Алейхема функционирование Министерства РФ по развитию Дальнего Востока сделает более привлекательной и комфортной жизнь населе ния на Дальнем Востоке. Шесть процентов респондентов отрицательно ответили на данный вопрос.

Важными условиями для сохранения молодежного потенциала в области являются: предоставление возможности профессионального и карьерного роста, доступное жилье, места в детских садах, возмож ность трудоустройства по специальности, условия для образования и развития детей, высокая заработная плата, благоприятная экологиче ская обстановка, комфортные природно-климатические условия, разви тая инфраструктура досуга и отдыха, развитая транспортная инфра структура. Все вышеуказанные условия, по мнению респондентов, в Еврейской автономной области ограничены. Согласно ответам, полу ченным в ходе исследования, чтобы не только сократить убыль населе ния, но и сделать Дальний Восток привлекательным для приезда жите лей из других регионов России на государственном уровне необходимо предпринять следующие меры: улучшить условия труда, сделать жилье доступным, повысить заработную плату и т. д.

Гражданская позиция индивида формируется под действием це лого ряда факторов (национальных, культурных и т. д.) различными субъектами (институтом власти, образования, семьёй и т. д.). У боль шинства молодых людей (43,5%) со словами «Россия, Российская Фе дерация» возникают положительные чувства, эмоции, ассоциации: «ро дина», «дом», «гордость» и т. п. Так, из указанных общностей респон денты, прежде всего, относят себя к Россиянам – 40% от числа опро шенных. Двадцать шесть процентов считают себя дальневосточни ками. Культуру и традиции коренных народов Дальнего Востока знают 22,3% респондентов. Сорок один и три десятых процента предпочи тают путешествовать по дальневосточному краю, так как им нравится дальневосточная природа. Двадцать шесть и восемь десятых процентов испытывают чувство гордости, называя себя дальневосточником.

Сегодня восприятие или невосприятие молодежью других наци ональностей, толерантное отношение к различиям между людьми, го товность уважать эти различия зависят от многих факторов, включая:

ближайшее окружение, ценности личности и общества, воспитание.

Так же на восприятие других, такими, какие они есть, влияет ментали тет той страны, в которой человек вырос. Мы видим, что современная молодежь предрасположена к пониманию различий между людьми, так как толерантные установки заложены еще нашими предками. Молодые люди на бессознательном уровне способны принять другого человека таким, каким он есть.

В целом, студенческая молодежь университета уверена, что угрозы безопасности для местных жителей ЕАО от иммигрантов не су ществует. В то же время, 28% опрошенных полагают, что иммигранты несут угрозу национальной безопасности государству на Дальнем Во стоке, совершают преступления и другие противоправные действия, создают угрозу занятости постоянного населения, а также возникает угроза культурной самобытности постоянного населения.

Сегодня, очевидно, что результативность национальной безопас ности зависит от своевременного разрешения социально-экономиче ских, национальных, политико-правовых и других противоречий, каса ющихся важных интересов и потребностей человека, социума, государ ства в целом. В современных условиях, когда актуализируется про блема обеспечения национальной безопасности общества, лишь 45,0% молодых респондентов региона чувствует себя в безопасности. Третья часть (35,0%) респондентов задумывались над этим вопросом и испы тывают чувство тревоги, объясняя это тем, что как в ЕАО, так и «… на всю территорию Дальневосточного региона постоянно прибывают большое число иностранцев, скупающих недвижимость, земли и т. д., и власти в данном случае ничего не предпринимают». Только один из пяти респондентов занял нейтральную позицию.

Анализ специфики жизненных стратегий выпускников универси тета позволяет сделать вывод о разрушении у них традиционной вре менной перспективы планирования своего будущего. На обозримом «горизонте» (2 – 3 года) в их жизненных планах нет места работы по специальности, а есть желание занять привлекательную материально обеспеченную статусную позицию. Иными словами, планируется не конкретная профессия, место работы или зарплата, а некий адаптивный ресурс. Потребительские планы молодежи не включают трат на дачи, путешествия и т. п., и на ближайшее время представлены не «целями – целями», а «целями» – «средствами» (кроме собственного жилья): ком пьютер и автомобиль как условия и источники адаптации.

Молодежь использует не линейные (все усилия в одну точку), а «веерные» образовательные стратегии, стремясь использовать макси мальное количество вариантов в разных областях, сформировать субъ ективно значимый потенциал. Возникает впечатление, что образование для молодых людей является превентивным адаптационным поведе нием без четкого представления о конкретной цели его получения. В некотором смысле образование позиционируется как самоцель, а не как средство в ряду основных жизненных целей, и приравнивается молоде жью к «успешной карьере», «материальному достатку». Это, думается, самым непосредственным образом влияет на характер стратегий «отло женного вознаграждения», «принудительной адаптации» и, в конечном итоге, на социокультурную ситуацию в целом.

5.4 Выпускники вузов городского округа: проблемы профессиональной идентичности и миграционных намерений За прошедшие двенадцать лет нового тысячелетия страна, а вме сте с ней и г. Комсомольск-на-Амуре вошли в новый этап своего разви тия. Теперь с полной уверенностью можно говорить о том, что это пе риод не просто постсоветский, обладающий особой характеристикой социально-экономической ситуации государства 90-х гг., а пост- пост советский. Не вдаваясь в детали описания этого периода, отметим лишь то, что это совершенно иной этап в жизни государства и, конечно же, нашего города.

Новый этап, как в прочем и старый, может быть выявлен только через рефлексию событий, которые происходят в конкретный период времени. Такая рефлексия исходит от участников событий и связана с их личным видением и оценкой процессов. Особенно интересна и важна такая оценка, когда разговор заходит о повседневности людей. В этом случае нет ярких событий, участниками которых являются люди, нет запоминающихся эпохальных дат, требующих напряжения сил всех и всего, что приурочено и связано с этими датами. Есть просто люди, которые проживают свою жизнь в мире личных больших событий.

Любая рефлексия событий уникальна и зависит от социальной и профессиональной оценки участника. Мы предлагаем такую оценку глазами выпускников вузов города Комсомольска-на-Амуре, приняв ших участие в исследовании на тему: «Миграционный потенциал и ме ханизмы закрепления молодых специалистов в регионе»186. В данном случае социальные процессы, протекающие в городе, были оценены че рез социальные взгляды именно этой целевой группы и, конечно же, не могут претендовать на универсальность. Однако взгляд на ситуацию с позиции именно этой группы делает уникальным и ценным все увиден ное в силу того, что завтра этот взгляд, представленный выпускниками вузов следующих лет, будет иным.

В качестве объекта исследования выступали студенты выпускных курсов 13 ве дущих вузов Хабаровского края, ЕАО и Камчатского края (анкетный опрос, n=1093;

доверительная вероятность 97%, доверительный интервал ±3%). Тип вы борочной совокупности – квотный в разрезе вузов и простой вероятностный при отборе факультетов и специальностей, случайный на этапе отбора студентов. Науч ные руководители – д.с.н., профессор Н.М. Байков и к.с.н., доцент Ю.В. Березут ский, ДВИУ – филиал РАНХиГС, 2012 г.

Молодые специалисты или профессиональные студенты? В век динамичных изменений социальных процессов нет необходимости го ворить о том, что изучение социального пространства или, как сегодня принято говорить, социального ландшафта, является вещью абсолютно необходимой. Вопрос только в том, что понимать под этим простран ством или этим социальным ландшафтом и что его/их наполняет. Оче видно, что одним из составляющих социального ландшафта (мы будем опускать узкопрофессиональное понятие «социальное пространство», которое и громоздко по смыслу, и полиреферентно)187 выступают в том числе люди188. Однако на то он и ландшафт, чтобы включенных в него людей рассматривать объемно через призму их социальных, политиче ских, профессиональных и прочих конфигураций. Применительно к каждой социальной группе вопрос о наполняемости ландшафта пере растает в проблему самоопределения социальной группы и выявления ее идентичности. Иными словами, люди, которых мы изучаем, кто это:


молодые люди, молодые специалисты, горожане?

Вполне отчетливо такая проблема становится понятной при рас смотрении студенческой молодежи в рамках концепта «специа лист»/«профессионал» на примере города Комсомольска-на-Амуре.

Под концептом в данном случае понимается «оперативная содержа тельная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной си стемы и языка мозга, всей картины мира, отраженная в человеческой психике»189. Концепт обладает рядом признаков, актуализирующихся при определенных условиях, чаще всего, в конкретном контексте. При знаков концепта может быть огромное множество, но для исследования наиболее важными являются так называемые ядерные признаки, т. е.

общие для подавляющего большинства носителей языка. При этом, данные признаки, как следует из приведенного определения, являются общими для всех говорящих на данном языке.

Исходя из этого, был сделан следующий вывод. Система высшего образования не позволяет сформировать слой профессионалов, ориен тированных на потребление профессиональных знаний. В процессе обучения, в сущности, происходит подмена концепта «профессио нал»/«специалист» концептом «хороший студент». Это предполагает Говорухин Г. Э. Символическое конструирование социального пространства осваиваемого региона (социологический анализ) : дис. д-ра социол. наук. Хаба ровск, 2009.

Звоновский Б. В. Российская провинция: массовое сознание и социальные ин ституты // Общественные науки и современность. 2003. № 1. С. 78 – 89 ;

Бажин И.

И. Социальная инноватика в системе управления регионом : дис. д-ра социол. наук.

Нижний Новгород, 2009.

Краткий словарь когнитивных терминов / под общ. ред. Е.С. Кубряковой. М. :

филол. факультет МГУ, 1996. С. 90.

ориентированность студента не на будущую профессию и профессио нальные навыки при выполнении поставленных перед специалистом задач, а на саму форму обучения, очерченную концептом «студенче ство». В результате этого в ходе обучения в высшей школе практически не складывается более широко социальный слой профессионалов, спе циалистов, а как следствие – не формируется профессиональная иден тичность будущих специалистов. Эту гипотезу, ставшую выводом в этой части работы, мы и попытаемся подтвердить в данном разделе.

В городе Комсомольске-на-Амуре располагаются два вуза – Амурский гуманитарно-педагогический государственный университет (АмГПГУ) и Комсомольский-на-Амуре государственный технический университет (КнАГТУ), – выпускники которых приняли участие в настоящем исследовании.

Значимыми признаками концепта «специалист»/«профессионал»

являются: сознательный выбор будущего образования, отношение к об разованию, т. е., строго говоря, понимание правильности сделанного выбора в отношении образования и к вузу в котором студент обучается, корреляция образования и карьерных предпочтений, и, собственно, идентификация себя как профессионала. Эти признаки же были вы браны в качестве знаков (реперов) определения профессиональной идентичности. В подтверждение гипотезы мы будем следовать логике описания реперов и первый из них – выбор образования.

Согласно ответам на данный вопрос, профессиональные предпо чтения четко просматриваются у студентов, отметивших первую пози цию, т. е. имеющие интерес к будущей профессии. Студенты, ответив шие на эту позицию утвердительно, были ориентированы на свою про фессию и их выбор специальности и вуза не был случаен. Таких сту дентов оказалось 27,7%. Меньшее предпочтение получили, согласно данному опросу, только позиции «совет родителей», «отсрочка от ар мии» и «нежелание идти работать». Последние два ответа оказались близки к погрешности и не включены нами в диаграмму. Именно в силу того, что 27,7% респондентов указали на интерес к будущей профессии, эта цифра и будет базовой при оценке самоопределения социальной группы и выявления ее идентичности у студентов АмГПГУ.

Наибольшее число студентов были слабо ориентированы на про фессию, но вполне четко понимали значение интеллектуального обра зования как такового – 50%. Вполне логично, что близкие по смыслу позиции «осознавали престижность высшего образования самого по себе» и «желание получить диплом о высшем образовании» нашли от клик у 38,3% и 44,7% респондентов, соответственно.

Половина респондентов видят свое профессиональное будущее в интеллектуальном труде и, как следствие, стремятся получить высоко оплачиваемую работу именно в сфере интеллектуальной деятельности.

Именно вопрос об ориентированности на высокооплачиваемую работу занимает вторую строчку в ответах и находит отклик у 48,9% респон дентов. Здесь интересно не то, что респонденты, идущие в вуз, хотят зарабатывать деньги, что называется, головой, это вполне очевидно, а то, что они слабо себе представляют, в какой конкретно области они будут это делать. Как следствие – нечетко поставленные жизненные цели и потенциальная размытость профессиональных задач и ориенти ров.

Вопрос: «Что повлияло на Ваше решение?», – заставляет сту дента-старшекурсника воспроизводить в памяти то, что он думал 3 – года назад и это увеличивает исследовательскую погрешность в отно шении правдивости ответов респондентов, но такие ответы выглядят достаточно репрезентативно.

Для студентов технического университета интерес к будущей профессии был важен только для 23,5% опрошенных. В оценке дову зовской профессиональной ориентации эта цифра также становится ба зовой для студентов КнАГТУ. Потребность в интеллектуальном разви тии оказалась значимой для 51% респондентов, желание получить ди плом – для 45,1%, а желание получить высокооплачиваемую работу – для 53,9%.

На входе в вуз студенты уже идентифицировали себя с интеллек туальным узусом и на основании этого проецировали высокооплачива емую работу. Однако, как мы это уже отмечали, профессиональный ин терес был очерчен лишь у незначительного числа студентов.

Несколько иначе с довузовской профориентированностью об стоит дело у студентов только педагогических специальностей. При сравнении мы используем данные, полученные в ходе исследования студентов 2 – 5 курсов АмГПГУ и Дальневосточного гуманитарного государственного университета (ДВГГУ) на тему: «Особенности про фессионального самоопределения студентов», проведенного в 2008 – 2010 гг.190. Согласно этому исследованию, значительное число студен тов, а именно порядка 40%, уже имели профессиональные ориен тиры191. 40% респондентов указали, что интерес к профильному пред Черевко М. А. Особенности профессионального самоопределения студентов пе дагогических специальностей вузов (на примере Хабаровского края) : дис. на соис кание ученой степени канд. социол. наук. Хабаровск, 2011.

Социологический опрос на тему «Особенности профессионального самоопреде ления студентов», 2008 – 2010 гг. (n=518). Генеральную совокупность составили студенты педагогических специальностей вузов очной формы обучения с 2 по курсы г. Хабаровск (ДВГГУ) и г. Комсомольска-на-Амуре (АмГПГУ). Тип выбо рочной совокупности – многоступенчатый, квотный (пол, курс, специальность, территориальная локализация), случайный на этапе отбора респондентов.

мету стал основанием для выбора профессии. Отношение к профиль ному предмету не является веским основанием для того, чтобы считать, что респонденты абсолютно определились со своей будущей профес сией. Однако это уже показатель определения профессионального ин тереса к будущей профессии. Согласно этому исследованию, интеллек туальный рост оказался важен лишь для 11% студентов. Ниже мы при водим таблицу мотивационных предпочтений при выборе профессии студентов педагогических специальностей192.

Еще один репер, позволяющий оценивать концепт «профессио нал»/«специалист», это отношение к образованию/специальности и вузу. Выявить признаки данного концепта позволяет следующий во прос, который дает общее представление студентов об учебе. Конечно, такое отношение может быть связано с самим периодом студенчества, с коллективом сокурсников и привычкой учиться, сформировавшейся к 5 курсу и, как следствие, может не относиться к специальности как таковой. Но, так или иначе, этот вопрос косвенно дает основание по нять, что у респондентов сформировалась идентичность «студент дан ного вуза».

Подавляющее большинство респондентов (56,4%) в целом удо влетворены учебой (позиция «в целом нравится, но хочется боль шего»), 23% – отметили, что учеба в вузе им очень нравится, что кор релируется с вопросами о потребности в интеллектуальном развитии и интересе к будущей профессии. Данные, полученные о студентах АмГПГУ, совпадают с данными по КнАГТУ, где позиция «очень нра вится» получила 26,5%, а «в целом удовлетворены учебой» – 60,8%, что также коррелируется с позициями о решении выбрать профессию.

Это может означать только то, что к пятому курсу, согласно настоящему опросу, серьезных изменений в профессиональной оценке не произошло, а базовые показатели – 27,7% – лишь незначительно снизились (до 23%) в случае опроса респондентов АмГПГУ, а 23,5% незначительно увеличились до 26,5% по данным опроса в КнАГТУ.

При этом, респонденты уже привыкли к тому, что они являются профессиональными студентами. Они профессионально занимаются Мониторинговое исследование на тему «Особенности профессионального само определения студентов», 2008 – 2010 гг., включающее несколько временных эта пов:

1 этап – 2008 год, n = 244 (АмГПГУ – n = 133;

ДВГГУ – n=111);

2 этап – 2009 год, n = 231 (АмГПГУ – n = 124;

ДВГГУ – n=107);

3 этап – 2010 год, n = 239 (АмГПГУ – n = 130;

ДВГГУ – n=109).

Тип выборочной совокупности – многоступенчатый, квотный (пол, курс, специаль ность, группа, территориальная локализация), случайный на этапе отбора респон дентов. (Черевко М. А. Там же. С. 11 – 12).

Черевко М. А. Там же. С. 81.

получением знаний и таким образом идентифицируют себя именно как студентов.

Конкретизация отношения к профессии позволяет оценить, насколько отношение к вузу действительно связано с профессиональ ной ориентированностью старшекурсников. Показательно, что когда речь заходит о применимости своих знаний в профессиональной сфере, количество ориентированных на карьеру студентов сокращается. В этом случае базовый показатель профессиональной ориентированно сти начинает впервые в ходе опроса существенно «худеть» и теперь уже составляет 19,1% против 27,7% для АмГПГУ и 16,7% против 23,5% для КнАГТУ. Цифры 53,2% (АмГПГУ) и 54,9% (КнАГТУ) по позиции «рассчитываю на возможность совмещать деловую карьеру и специаль ность» демонстрируют рост показателей позиции «потребности в ин теллектуальном развитии». В данном случае это может означать, что происходит «выветривание» базовых цифр и перераспределение ре спондентов по оставшимся позициям.

Данный вопрос также показывает, что ориентация на профессио нальные ценности серьезно разбивается о реалии производственной де ятельности и корректируется новыми ожиданиями.

Важно, что число профессионально ориентированных студентов только педагогических специальностей, согласно опросу 2008-2010 гг., в процессе учебы также снижается – с 40% до 35,5%. При повторном выборе специальности число студентов, которые согласились бы вы брать ту же самую, сокращается до 23%193.

Наконец последний репер – это идентификация себя как профес сионала проверяется в данном исследовании в следующем вопросе.

Идентификация себя как профессионалов происходит лишь у 10,6% студентов АмГПГУ и 7,8% студентов КнАГТУ, существенно ниже отметок по двум другим позициям «студент» и «человеческий статус». Это может означать, что в процессе обучения даже не очень высокие базовые показатели профессиональной ориентации серьезно сокращаются при определении собственного статуса.

Высшее образование позволяет сформировать у студентов пони мание принадлежности к студенческой группе, но не профессиональ ной. Ориентированность на собственную специальность также снижа ется. Система образования на сегодняшний день не дает возможность сформировать социальный слой молодых специалистов, ориентирован ных на специальность. В образовании происходит подмена задач.

Можно говорить о массовой подготовке студентов к процессу обуче ния, что оказывается возможным в том случае, когда образовательная система подготавливает профессиональных потребителей образова тельных услуг. Эти потребители принимают ценность образования, но Черевко М. А. Там же. С.85, 88.

не результаты этого образования. В этом случае высшее образование ориентировано само на себя, что, кажется, вполне логично, поскольку вузы могут выжить только за счет продажи собственных образователь ных услуг максимально большому количеству потребителей этих услуг. В результате, в ходе, данного опроса так и не удается выявить самоидентификацию по профессиональному признаку современных выпускников вуза, а понятие «специалист» носит, скорее, общеупотре бительное значение, но не узуальное.

Зато уже на этом этапе вполне отчетливо прослеживается заинте ресованность респондентов в услуге от образования, но не в самом об разовании. Последний факт приводит к возникновению особого соци ального слоя – специалистов-аутсайдеров, о чем мы будем подробнее говорить ниже.

Согласно официальным данным, представленным городской ад министрацией kоmcity.ru за 5 декабря 2012 г., на 1 декабря 2012 г. чис ленность горожан, зарегистрированных в службе занятости в качестве безработных, составляет 1863 чел. Регистрируемый уровень безрабо тицы – 1,2%. Вакансий, поданных от предприятий и организаций, со гласно, этому источнику, на 1 декабря насчитываются 5144 единицы.

Другой официальный источник – начальник управления экономиче ского развития администрации города В.Г. Чесноков – в своем докладе делает прогноз о 1,5% – 1,7% безработных к концу 2012 г.

За счет пришедших в город коммерческих структур, крупных су пермаркетов безработица была снижена.

Вполне понятно, что город близок к тому, чтобы исчерпать свой ресурс в сфере продажи услуг и элитных товаров. Комсомольск-на Амуре не в состоянии переработать такое количество коммерческих предприятий, которые пришли на городской рынок в 2012 г., и налицо оказывается кадровый голод предприятий. В этих условиях предприя тия усиливают рекламную кампанию уже не только среди клиентов услуг и товаров, предлагаемых предприятиями, но и среди сотрудни ков. Тем не менее, большая часть наших респондентов считает, что условия для комфортной работы ограничены.

В результате роста числа коммерческих предприятий в городе спросом начинают пользоваться низкоквалифицированные специаль ности. Именно для этих специальностей прогнозируется рост заработ ных плат, что снижает общее отношение респондентов к своим профес сиональным возможностям, приобретенным в ходе обучения в вузе.

Так, 67% респондентов АмГПГУ и 74,5% респондентов КнАГТУ гово рят об ограничении своего карьерного роста в регионе. При этом, 47,9% респондентов из АмГПГУ и 45,1% из КнАГТУ признают условия для получения высокой заработной платы ограниченными. Показательно, что на этот же вопрос об условиях получения высокой заработной платы в регионе 37,2% респондентов АмГПГУ отвечают, что они от сутствуют вовсе, в КнАГТУ таких респондентов оказалось 40,2%.

В связи с этим, понятно отношение респондентов к проблеме до ступности жилья. Так, 34% студентов АмГПГУ и 35,3% студентов КнАГТУ признают ограниченность доступного жилья, а 58,5% и 59,8%, соответственно, отмечают и вовсе его отсутствие.

При этом, на первый план совершенно естественно выходят по требности в высокой заработной плате, доступном жилье и, что вполне закономерно, возможности для профессионального и карьерного роста, который зачастую не связан с трудоустройством по специальности.

Возможности профессионального и карьерного роста для 68,1% респондентов АмГПГУ и для 71,6% респондентов КнАГТУ нетожде ственны трудоустройству по специальности – 37,2% и 38,2%, соответ ственно.

В целом, цифры трех последних диаграмм вполне понятны и ло гичны в свете проблем возможного получения высоких зарплат и гово рят, что называется, сами за себя. Добавим к этому лишь то, что пони мание невостребованности своего обучения в главных конвертируемых ценностях, таких как принесение денег, материальных благ, професси онального роста, не отвратило респондентов от желания доучиваться.

Фактор последовательного завершения бессмысленного цикла в жизни является для респондентов и очевидным, и вполне понятным. Наличие диплома об образовании оказывается более значимым, чем потрачен ное на обучение время.

Достаточно важный рубрикатор в настоящем параграфе – это оценка уровня собственной жизни. Приведенные выше данные корре лируется с вопросом об оценке собственного уровня жизни (табл. 5.16).

Таблица 5.16 – Распределение ответов на вопрос: «Как изменился уровень жизни Вашей семьи за последние 2 – 3 года?» (в % от числа опрошенных) Вопрос, варианты КнАГТУ АмГПГУ ответов Значительно улуч 6,8 6, шился Немного улучшился 25,5 28, Не изменился 55,9 50, Немного ухудшился 9,8 10, Значительно ухуд 0 3, шился Затрудняюсь отве 2,0 1, тить Как мы видим, максимальное количество респондентов считают, что за последнее время их уровень жизни не изменился: это 55,9% и 50% по КнАГТУ и АмГПГУ, соответственно (табл. 5.16). По данным таблицы видно, какое количество респондентов признают, что их уро вень жизни немного повысился. Это достаточно большая группа сту дентов 25,5% и 28,7% по КнАГТУ и АмГПГУ, соответственно. Это сту денты, которые начинают работать, что совпадает с полученными ре зультатами (табл. 5.17).

Таблица 5.17 – Распределение ответов на вопрос: «Работаете ли Вы па раллельно с учебой в вузе?» (в % от числа опрошенных) Вопрос, варианты ответов КнАГТУ АмГПГУ Работаю, т.к. мне это нравится и не 21,6 24, мешает учебе Вынужден работать в силу обстоя 20,6 30, тельств Нет, но хотел бы 24,5 22, Нет 33,3 22, Респонденты, которые признают, что их уровень жизни улуч шился, это студенты позиции 1 и 2 таблицы 5.17. На вопрос по этой позиции утвердительно отвечают респонденты, которые работают и ко торым это нравится, частью те, которые вынуждены работать, а также и неработающие (табл. 5.17).

Возвращаясь к таблице 5.16, рассмотрим подробнее позицию «не изменилось». Учитывая общие впечатления о достижениях возможной комфортной жизни, можно предположить, что с учетом неизменивше гося дохода за последние годы у таких респондентов уровень ожиданий формировался вопреки их возможностям.

Это означает, что в г. Комсомольске-на-Амуре складывается слой специалистов-аутсайдеров (всегда отстающих). Иначе говоря, людей, как мы показали выше, которые, будучи студентами выпускного курса, признают ограниченность своих профессиональных возможностей по выходу из вуза, но продолжают учиться. Здесь интересен и еще один факт. Большая часть респондентов, утверждая ценности комфортной жизни (таких как доступное жилье (77,7% и 81,4% опрошенных из АмГПГУ и КнАГТУ, соответственно);

высокой заработной платы (71,3% и 77,5%);



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.