авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 ||

«А. Бондарь Вс. Мечковский Осколки ледяных зеркал Часть 2 В двух книгах ...»

-- [ Страница 3 ] --

— Андрей, я же от тебя не отстану. Сейчас еще и пытать начну.

— Ладно. Сдаюсь. Пыток я не выдержу. Слушай. Это было еще в седьмом классе. Мы готовили стенгазету к празднику.

Все ребята как-то потихоньку разбежались, остались только мы с тобой. Видимо, как самые ответственные. Задержались допоздна. Все что-то рисовали, клеили. И в процессе работы я касался твоих рук. У тебя они были такими мягкими, нежными.

Видишь, до сих пор помню. Очень простой ответ на твой во прос.

— И все эти годы ты помнил мои руки?

— Да. Помнил. И помнил, что от тебя пахло земляникой.

— Причем тут земляника, Мазур? Я никогда не пользова лась земляничным мылом.

— А у нас дома такое было. Я и упаковку его помню. На ней такие маленькие землянички красные были.

— А что ты еще помнишь?

— Ох… Помню, как тебя били девчонки из соседнего клас са. Ведь ты нравилась почти всем ребятам, за это тебя девчон ки «обожали».

— Да, было такое, — согласилась Ольга, — неприятно. Но я за эти сорок лет и не такое перенесла. Много потерь у меня было. Сейчас вот Иву потеряли. А ведь вчера, когда мы с ним пошли прогуляться, он даже предложил выйти за него замуж, когда узнал, что я теперь одна, без мужа. Я отшутилась. А те перь его нет. Как-то не верится во все это.

— Мне тоже. Сейчас вот я рядом с красивой женщиной, и тут же, рядом, труп моего одноклассника… Так вокруг красиво после дождя, и природа как бы и не заметила, что один из нас ушел из жизни.

— Ты скажи, за что убили Иву? Как ты думаешь?

— Да кто бы это ни был, жизнь продолжается. Вот так я считаю. Это мое мнение. Оглянись вокруг. Какие цвета у при роды, какой запах у воздуха… Ольга внимательно посмотрела на Мазура, хмыкнула:

— Мне бы хотелось все-таки узнать, кто лишил всего этого Ивлева?

— Не я, не я, но лишь, как говорится, компетентные органы на этот вопрос дадут ответ. Мои задачи несколько иные. Но вые лица, сюжеты, характеры. Это — мое. Могу предугадать, увы, как видишь, но не расследовать… Ольга про себя подумала: «Вот ведь зануда. Ничего кон кретного про убийство. Ни слова. Наверное, точно сказать не чего». А Мазур продолжал:

— А ты никогда не замечала, насколько люди необыкновен ный материал? В каждом есть что-то интересное, необычное.

Главное — захотеть и уметь это увидеть. Вот взгляни на радугу, она уже еле бледнеет, но по-прежнему красива. И человек тоже красив и ярок в молодости, с возрастом что-то уходит, но появ ляется новое. Появляется и проявляется внутренняя красота.

Ольга громко вздохнула:

— Хватит грузить меня своими философскими размышле ниями. Молодым щенком всегда быть лучше, чем старой рай ской птицей. Не мне это рассказывать. Я сейчас думаю лишь о том, кто из наших убил Иву. Это главное, о чем есть смысл говорить. Мне Попов сказал, что Иву убили по аналогии с другим убийством из его практики. Там генерал убил человека из ревности. Может, наш сыщик намекал на нашего генерала Крутова? А?

— Ну знаешь ли, — спокойно ответил Мазур, — Попов намекал, что и я мог бы убить Ивлева. Я, видишь ли, в сво ем романе очень похоже описал подобную ситуацию. Такая у него логика. У нашего сыщика. Но я же этого не делал. Кто-то просто воспользовался моим сюжетом. Так времени уже много.

Скоро милиция будет здесь.

— Я их не дождусь. В аэропорт нужно.

— А кто тебя повезет?

— Попов обещал, но ему нельзя сейчас отлучаться.

— Да, ему надо быть тут. Мне тоже нельзя отлучаться. Кру ту тоже. Только Бобчинский и Добчинский свободны. Но они не водят машину. Кто же поедет с тобой? О! Так ведь Петя Климук может поехать. Машина у него не ахти, но, главное, на ходу. И он вне подозрений.

— А почему это?

— А зачем ему было Иву убивать, у него один спорт в голо ве. Спорт все ему в жизни заменил. Нет, это не Климук.

— Ну не знаю, не знаю. Это не аргумент. Какие там между ними были отношения? Ты можешь и не знать чего-то.

А про себя подумала: «Вам тут виднее, кто под подозре нием, а кто вне подозрений. Вы тут варились в одном кот ле». Где-то вдали прогремели раскаты грома, гроза уходила за лес.

— А радуга совсем пропала, — вслух грустно проговорила Ольга.

Помолчали, потом она продолжила:

— Вот так все в жизни. Сначала к чему-то стремишься, пы таешься что-то сделать, но конец все равно приходит. Правда, разный он, этот конец. У Ивы такой вышел.

Они подошли к домикам базы отдыха, вместе вошли в тот из них, что был «резиденцией» Крутова и Попова.

— Какая грустная и трагическая, даже страшная, получи лась встреча через сорок лет, — произнесла Ольга.

— Да, такое трудно вообразить, — ответил Крутов.

Попов предложил:

— А давайте нальем водки и помянем Иву. Вы как, не про тив? Убийцу найдут, не сомневайтесь. Не сегодня, так завтра.

А ты, Ольга, все равно молодец, что прилетела. В аэропорт тебя Петя Климук отвезет.

Все стали обнимать Ольгу, прощаясь… *** Климук резко вырулил свою «Мазду» со стоянки, подни мая облако пыли из песчинок, птичьего пуха, мелких щепок и какой-то дряни, подкатил машину к домику, где уже с дорож ной сумкой дожидались Ольга да и все провожавшие.

— Гонщик ты наш, — как-то ласково проговорил Крут. — Домчишь красавицу до аэропорта. И смотри осторожно на до роге.

Ольга села рядом с водителем, послала всем воздушный по целуй, и машина тронулась в путь.

Бархатная женщина А виалайнер радушно принимал пассажиров. Стюардессы, стройные симпатичные приморчанки, вежливо помога ли рассаживаться прибывшим на борт. Ольга, удобно устроив шись в кресле, достала из сумочки детектив Мазура. Открыла главу «Убийство одноклассника» и, не дожидаясь взлета, на чала читать… «Он лежал на мелководье ручья Лягушачьи Лапки лицом вниз. Было заметно, как он покачивался из стороны в сторону под воздействием незначительного течения. Собравшиеся у ру чья одноклассники никак не могли понять, что же произошло.

Но потом сообразили, что лежал перед ними труп их однокласс ники Вити Шульгина. Немолодые уже женщины стали поти хоньку плакать, кто-то и зарыдал. Мужчины стояли молча, не пытались успокаивать женщин. Взял в руки ситуацию бывший сотрудник уголовного розыска Леонид Буйволов. Он подошел к трупу, профессионально стал осматривать, перевернул его, про верил карманы спортивных брюк и ветровки. Затем обратился к одноклассникам: «Его удавили. И сделал это кто-то из нас. Так как мы находимся в таком месте, где сотовая связь отсутствует, то я как работник милиции прошу всех оставаться на своих ме стах до прибытия оперативно-разыскной группы». «Ты не очень то командуй. Мы тут для тебя подозреваемые, что ли? Забыл, что приехали все на встречу после окончания школы? Поэтому повежливее», — остудил милицейский пыл Буйволова генерал Вороной. Буйволова среди своих звали Буйвол. Он был чем-то похож на разбойника, а не на сотрудника милиции. «Шульгина удавили проволокой. Это явное убийство. Ты, генерал, не у себя в армии, поэтому подчиняться мне будешь, как и все остальные.

Я беру на себя ответственность по принятию необходимых в дан ной ситуации мер. А вы лучше помогите».

— Наш самолет готов к взлету, — произнесла заученную фразу стюардесса, — попрошу еще раз проверить, пристегну ты ли у вас ремни безопасности. Приведите кресла в верти кальное положение. Желаем вам приятного полета.

Ольга отложила книгу, стала наблюдать в иллюминатор за взлетом авиалайнера. Вот, разбежавшись, он оторвался от земли и стал набирать высоту. Дома, деревья становились все меньше и меньше. Лучи яркого заходящего солнца стали слепить глаза.

Ольга прищурилась, но взгляд не отрывала от пейзажей, рас положенных внизу, которые сменяли друг друга очень быстро.

Стюардесса опять выдала очередную порцию стандартной ин формации. Самолет набрал нужную высоту. Ольга откинула сиденье и вновь взяла книгу… «Буйволов взял расследование под свой контроль. Шульгин проучился вместе с ним все десять лет. Но после окончания шко лы жизнь у него была весьма своеобразная. Уже то, что женат он был официально три раза, говорило о многом. В последние годы Виктор занимался бизнесом. Не сказать чтобы он был каким-то уж очень успешным, но дела шли неплохо. Поговаривали, будто бы в последней семье у него не все было гладко. У его третьей жены Ирины Воробьевой была несовершеннолетняя дочь. Шульгин якобы домогался девочки. Но вопрос решался на уровне се мьи. Буйвол размышлял: возможно, конкуренты решили убрать Шульгина, но странный какой-то способ выбрали, да и место тоже. Со стороны Воробьевой могла быть месть… Да и генерал Вороной не любил Шульгина, какие-то у них были разногласия.

Боевой офицер, прошедший все горячие точки, мог легко при душить бывшего одноклассника. Но за что? А возможно, что убийца среди других одноклассников?»

Стюардесса улыбнулась Ольге, произнеся: «Ваш ужин, по жалуйста». Ольга тоже с улыбкой, но печальной отказалась.

Чувства голода не было. Волнение, которое она пережила по сле всех событий на базе, начисто отбило аппетит. Она вновь принялась за чтение.

«За два часа Буйволов дотошно опросил всех присутству ющих на базе отдыха. Оказалось, что последней, кто видел Шульгина живым, была врач-хирург Валентина Нестерова.

С ее слов выходило, что после посиделок у костра они вдвоем прогулялись вдоль ручья, она пошла к себе в домик, а Шульгин остался покурить, сказав, что тоже пойдет спать. Как-то гру бовато Буйволов спросил Нестерову, был ли секс между ней и Шульгиным. И за этот неделикатный вопрос он очень удачно получил от Нестеровой по физиономии. Да еще в придачу вы слушал много «хороших» слов о себе. Но, не смутившись, он ответил, что очень вероятно, что Шульгин, который соблазнял малолетнюю девочку, ответил за этот свой грех. Нестерова же зло добавила, что если у нее в школе и были чувства к Шуль гину, то это давно ушло в прошлое и не является поводом для того, чтобы ему отомстить за безответную любовь: «Все это глупо». «Ну конечно, глупо, если не думать о трупе убитого Шульгина, — согласился Буйволов. — И вообще, ты подо зреваемая номер один, так как именно ты последняя видела его живым. Ты хоть это понимаешь?» «Я понимаю. Все понимаю.

Но запугивать меня нечего. Я не виновата ни в чем. Тоже мне Пинкертон», — проговорила она со злостью, выходя из до мика».

«Надо же, — думала Ольга, — а ведь Мазур себя явно недооценивает — он фактически напророчил смерть Иве… Впрочем, он прав на свой счет, говоря, что он всего лишь худож ник, пусть и работает не с полотнами и красками, а со словом… Художник… И автор заумных детективов тоже может быть художником почище Рембрандта, а не только мастером интел лектуальных схем. Перед воображением и его мощью подчас отступает прочь даже моя любимая математическая логика…»

И тут память подбросила Ольге очередной сюрприз… «А ведь был же и у нас свой художник, учился с нами.

И настоящий художник — он стал известным мастером, не ме нее знаменитым, чем наш Мазур. Правда, не в одном классе он с нами учился, а в «параллели». Сеня Крестовский. Арсений.

Или, как его дразнили, Крестон. Вместе с Мазуркиной Таней учился, да… И, кажется, был он в нее влюблен не на шутку или нет? Не помню. Но что-то такое было — я же часто видела их вместе. А каким он был? Небольшого роста, с острыми карими глазами — то веселыми, то печальными и задумчивыми. Был он молчаливый, хотя и улыбчивый, и всегда был как-то сам по себе: шумным не был, в компаниях не водился, но почти со все ми дружил». Как учился? Этого Ольга не помнила да и не мог ла знать — классы разные были, и за чужой успеваемостью она не следила… «Но вот, помнится, его даже в комсомол не хотели принимать, а он и не рвался особо. Активистом не был — даже отказался от того, чтобы делать школьную стенгазету. И вроде как по идейным соображениям, а за такое могли и из школы выпихнуть, но тогда времена уже настали либеральные — хру щевская оттепель. Сеня, если я правильно помню, был не из нашего города родом, а из Ленинграда. К нам жить и учиться приехал к бабушке, так как родители его умерли: отец скончал ся вскоре после войны от ранений, а мама его тяжело болела и через некоторое время после смерти горячо любимого супруга также покинула этот мир…»

За иллюминаторами авиалайнера начало темнеть. Закатное небо приобрело легкий синевато-свинцовый оттенок, солнеч ный свет по всем фронтам переходил к отступлению, лишь в самом центре заката пробиваясь оранжевым сквозь густо тем неющие облака и наступающую мглу. Приближалась ночь, и Ольга знала, что будет дома уже под утро… Спать не хоте лось совершенно. Она была из тех, кого пережитое волнение не укладывало раньше времени в постель, а, наоборот, заставляло бодрствовать довольно продолжительное время.

Ольга вспоминала свои сны о поездке через Сибирь на Даль ний Восток странным способом — то в экипаже, то на санях, — улыбалась этим своим грезам, а потом хмурилась, вспоминая, как все обернулось.

Она не беспокоилась о том, как доберется из аэропорта до мой: или сын, или дочь с зятем, а то и все втроем встретят ее, отвезут домой. Об этом была уже договоренность до отлета, а перед вылетом Ольга позвонила из аэропорта своим — со общила точное время вылета и прибытия. Поэтому она могла предаваться воспоминаниям и размышлениям о прошедшей по ездке ровно столько, сколько хотела.

«И все-таки как дико, необъяснимо и страшно — стоило мне оказаться на далекой полузабытой родине, где я не была со вре мен маминых похорон, а это почти два десятка лет, как снова я столкнулся со смертью. Ива, Ивлев, Витя Ивлев… Кто мог поднять на него руку? Только тот, кто искал какой-то выгоды или столь прочный мотив держал за душой, что и… Но кто?

А ведь если рассуждать логически, то любая — даже малей шая и ничтожная — обида школьных лет могла бы стать поводом более чем достаточным. Тут и моя любимая система: «Бритва Оккама» не поможет — не получится отсечь ненужные сущ ности и таким путем восстановить истинную картину. И хотя я не Поп, но попробовать хочется, чтобы понять… История, рассказанная Мишей Крутовым, о том, что Витька, оказыва ется, не только дурацкие песенки в стиле Стаса Михайлова пел по уссурийским кабакам да по мне страдал все эти годы, но и был наркоторговцем — это из ряда вон… Но Мазур-то каков!

Пифия в штанах! Не в том смысл, что предсказал смерть одно классника, а в том, что не очень хорошо было с его стороны вы носить сор из избы, бередить раны участников той трагедии с умершей девушкой. Тут получается, что не только наше равно душие убило Иву, а еще и Андрюша руку приложил — ведь, прочитав его свежеиспеченный детектив, Таня Мазуркина, или кто бы там ни стоял за гибелью Виктора, вполне мог, заново пережив свое горе, взять и решиться на преступление! Забыл Мазур, забыл истину: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется»!»

Ольга отвлеклась на какое-то мгновение от своих мыслей, которые совершенно очевидно приобретали все более печаль ный оттенок. Она взглянула в окошко иллюминатора: самолет несся сквозь тяжелую свинцовую ночную мглу. Впрочем, с бор та авиалайнера Ольга не ощущала никакого движения — и ей показалось, что время остановилось. И вместо времени была лишь судьба. Ольга, наверное, и понятия не имела о том, на сколько тесно две эти философские категории были перепле тены в сознании древних эллинов и римлян. Но она была вос питана в другой традиции — не преподавали в институте ей античную литературу, не было у нее лекций о Кроносе и Са турне, лишь краем уха слышала она о древних могучих богах времени и судьбы… А последнего вообще почитала за планету, причудливо окруженную кольцами из галактической пыли… Но вторая по размерам планета Солнечной системы все же кое в чем отличалась от великого античного божества… Лайнер летел, а Ольга размышляла… «А ведь мотивы к убийству могли быть и у того же Миши Крутова… Эта их с Витькой драка в десятом классе, положив шая конец многолетней — чуть ли не с первого класса — друж бе... Это ведь было столкновение не просто двух подростков.

Это был конфликт… Наверное, конфликт двух систем. Вот из-за чего они сцепились-то? Странно, но почему-то помню.

Витька принес в школу какую-то литературу — нет, не дис сидентскую — где бы он достал? Какие-то стихи… как бы не Ахматова даже. Она не была официально запрещена, но что-то вроде того… Разумеется, что даже полузапретный плод сла док, и Витька стал в классе калифом на час. Само собой, что его акции у девочек особенно подскочили. Вот и, видать, завидуя успеху друга, Мишка высказался на этот счет, что стихи анти советские, а сама поэтесса, как про нее говорилось в постанов лении ЦК еще двадцатилетней давности, то ли проститутка, то ли попадья… А Витька вскипел внезапно, слово за слово — и началось. Конечно, Витьке досталось от Мишки. Крутов был крутым, но губу ему все же Ива разбил. Но этим только ра зозлил — мы испугались, что он его вообще убьет. Хорошо, что их парни растащили… Больше всех мой Олег старался — я, может, поэтому тогда в него и влюбилась по-настоящему.

Боже… какой же он был хороший, когда не пил, — смелый, великодушный… Ведь он меня потом нашел, после того как мой роман с Юрой закончился, и мы поженились, а до этого были в размолвке несколько лет… Как все странно вышло…»

Мысли о покойном муже, о трудностях личной жизни, кото рых Ольге довелось хлебнуть в избытке, нагнали слезы на рес ницы. Ольга внезапно поняла, что если не возьмет себя в руки, то разрыдается прямо тут, в салоне, — бурно, со всхлипами, а кругом спят люди… Усилием воли Ольга заставила себя успо коиться. «Сильная женщина», — иронически подумала она о себе. Посмотрела на часы и поняла, что за мыслями о прошлом пробежало совсем немного времени — в аэропорту Новоси бирска она будет не раньше, чем через часа четыре, и то если повезет: пунктуальность и порядочность российских авиаком паний давно стала предметом уже не шуток, а самого настояще го возмущения. Мало того, в руководителях там, как правило, заседали такие господа, что всем цивилизованным способам реагирования на открытую критику предпочитали открытую конфронтацию да и попросту подлую месть. Так, одна дальне восточная авиакомпания, издающая собственный (и неплохой) иллюстрированный бортовой журнал, чем-то напоминающий, с одной стороны, «Вокруг света», а еще чем-то — заграничный «Нью-Йоркер», запретила редакторам этого издания публико вать на своих страницах рассказы известной владивостокской писательницы за то, что та в Интернете покритиковала поли тику компании. Другой крупный монополист-авиаперевозчик долго судился с известным московским дизайнером, что так же на своем сайте — хотя и в резкой форме — прокомментировал стиль работы крупнейшей в России авиакомпании. Хорошо, что самой Ольге повезло: лететь пришлось не окольным путем через Москву с длительной пересадкой, но прямым рейсом и даже не переплачивая — о чудо! — за этот столь негаданный комфорт. Во всяком случае, Ольга вовсе не собиралась бурно протестовать, даже если бы и случилось что-то. Воспитанная в советских традициях непротивостояния в сфере обслуживания, она, пожалуй, только в своей профессиональной деятельности, на посту директора одной из лучших в крупнейшем сибирском городе школ, проявляла решительность, жесткость и принципи альность. Придя на руководящую должность, она резко сокра тила обычные для российской школы поборы среди родителей учеников, вместо этого добившись дополнительных источников финансирования в городской администрации. Неудивительно, что в школе ее боготворили ученики вместе со своими мама ми-папами и побаивались в управлении образования. При всем при том… она умудрялась оставаться и романтичной особой, и «бизнесвумен от системы общего образования», и любящей мамой взрослых детей, и просто отлично сохранившейся для своих почти шестидесяти лет женщиной. «Мама, ты у нас как Софи Лорен», — говорила ей дочка и была права.

«А что, если это Поп? Вот уж у кого мотивов хоть отбав ляй, а также всех данных для того, чтобы скрыть следы престу пления: интеллект и навыки детектива, специализирующегося именно на убийствах. И все рассказанные им истории — они как на подбор схожи с той, что так потрясла нас всех… С убий ством Ивы… Бедный Ива… Может, поэтому Сашка Поп так рьяно и взялся за свое рас следование и всех отодвинул куда подальше? Чтобы никто не дознался! А потом, по приезде своих бывших коллег, он бы смог так основательно запутать всем мозги, так все запудрить… Его мотив? Похоже, это я. Он, конечно, не Ива, он не станет стро ить иллюзий, ясно видя, что мы уже не в том возрасте, чтобы крутить романы школьные, — уж слишком многое мы друг о друге знаем, и эти знания не о нас сегодняшних, а знания о нас тех, кем мы были, нося школьную форму. Как трудно было мне поверить, глядя на своих одноклассников, что эти пожилые дяди и тети — вот они и есть мои ровесники, дети, с которыми я когда-то вместе играла, шалила, получала отметки в школе, делилась шпаргалками! И да — читали стихи Ахматовой… Той самой, из-за которой подрались Витька с Мишкой…»

Она достала из сумочки зеркальце, придирчиво осмотрела свое лицо хорошо выглядевшей, пусть и немолодой женщины и, удовлетворенная тем, что мрачные мысли не вырвались наружу в виде слез, покраснений и прочих неприятностей, дальше по грузилась в свои мысли… «Итак, Поп. Оказывается, тоже ко мне неравнодушен, и даже больше, чем я предполагала. А предположить стоило, так как именно он пригласил меня на юбилей школьного выпуска, именно он встречал в аэропорту и возил всюду во Владивостоке и в Уссу рийске, опекая в мелочах. Даже книгу Мазура подсунул, чтобы я не скучала. Ах, Мазур, Мазур… Напророчил… Хотя он ка жется одним из немногих, кто не имел мотивов для того, чтобы посчитаться с Ивой. Наоборот, это у Ивлева были основания от носиться к нему холодно — ведь Мазур фактически вывел его в качестве героя отрицательного да еще и убил на страницах своего романа. Дескать, получай, наркодилер, петлю на шею… И ведь не было доказано, что Ива связан с наркоторговлей, — мне об этом Крут поведал — но тем не менее неприятно. И только Витька ни чего Мазуру не говорил, насколько я поняла, ни разу никаких пре тензий, а общались они вполне дружески. Я сама это видела. Так что отпадает Мазур. Да и куда ему, балагуру, коварно обдумать, а потом еще и собственноручно совершить убийство?

Остаются Крут и Поп. Оба стоят друг друга, оба имеют мо тивы — хотя бы эфемерные. У одного — личная неприязнь, у второго — еще и личный интерес в моем лице. И оба способны на мощное агрессивное действие. Опять же не нужно забывать, что оба выбрали нервные профессии и у каждого из них могла в какой-то момент поехать крыша, сработать в голове какой-то щелчок… Но вот это как раз и указывает на то, что не они.

Преступление было тщательно спланировано. И спланировано по книге Мазура. И сделал это настоящий художник… Ху дожник…»

Страшная догадка осенила Ольгу. Но, немного подумав, она отогнала от себя эти мысли. Крестовского не было рядом с ними. Не было его и на торжественной встрече в актовом зале школы. Не было его на банкете в ресторане. Не было его и у «Лягушачьих Лапок». Был ли он вообще в городе? Был ли он в Уссурийске?

Она стала вспоминать, что ей вообще было известно о нем, об Арсении Крестовском? О его жизни вне школы… после уче бы… Он ведь не окончил десять классов, а после восьмого уехал во Владивосток, где и поступил в художественное училище.

И рано достиг успеха. Помнится, на стенде в школе висела вы резанная из крупнейшей газеты Приморского края «Красное Знамя» крохотная заметка, в которой говорилось, что в выстав ке работ учащихся Владивостокского художественного училища себя хорошо показали такие-то… в том числе и «А. Крестов ский». В школе, где они учились, была такая традиция — гор диться своими учениками и следить за их успехами.

Вновь имя Арсения Крестовского возникло перед Ольгой спустя почти четверть века, когда в начале 1990-х — еще на дворе стояли советские времена, но «перестройка, ускорение, гласность» уже основательно подточили устои диктатуры про летариата — в журнале «Смена» — прогрессивном (тогда почти все были прогрессивными) художественном издании — опубликовали огромный материал о ее однокашнике. С блестя щей подборкой его живописных работ, с отличным интервью… Из этого текста Ольга с большим тогда удивлением и даже какой-то гордостью узнала, что первый успех Арсения на по прище живописи не пропал, а развился сообразно его таланту.

И вот, помотавшись по стране, пожив в родном Питере и вер нувшись уже в зрелом возрасте в Приморье, Крестовский во Владивостоке долгое время работал в огромной компании — Дальневосточном морском пароходстве. Причем художником.

Там он развернулся скорее уже в качестве оформителя, приду мав и разработав до мелочей для крупнейшей судоходной ком пании ее собственный фирменный стиль. Вскоре последовали и признание как в Советском Союзе, так и за границей: работы Крестовского стали за хорошие деньги покупать иностранные коллекционеры, а одну из лучших его работ в Японии, не знав шей ранее таких преступлений в принципе, даже похитили… «И я понимаю, почему его не было на юбилейной встрече… Думаю, что не только потому, что он окончил только восьми летку. Не было его по той же причине, что и Тани Мазуркиной.

А причина эта — Ива, наш Витя Ивлев. Пожалуй, слишком уж велики у них были претензии к нему, чтобы еще с ним встре чаться в обстановке какого-никакого, но праздника. Будь я на месте кого-то из них, то я тоже вряд ли бы согласилась празд новать день окончания школы в компании того, кто, возможно, был причиной гибели моего ребенка…»

Мысли о детях заставляли ее отвлекаться от размышлений о жутком происшествии, случившемся буквально в двух шагах от нее. И ладно бы просто кого-то убили… Но ведь погибший Ива за несколько часов до смерти, как когда-то в школьные годы, вновь предлагал руку и сердце. Даже лез с поцелуями и нежностями, песенками своими. Он словно не понимал, что время упущено безвозвратно, что судьба уже распорядилась ими совершенно иным образом. И им не быть вместе. Словно по злой иронии рок самой смертью Ивлева дал ему понять: все кончено. Правда, неизвестно, понял ли он что-либо в момент смерти, но если есть жизнь по ту сторону… то… Ивлев много говорил о том, что «все мы прожили жизнь до стойно»… Как бы то ни было, но он свой жизненный путь за вершил… И тут Ольга поймала себя на том, что ей нисколько не жалко Ивлева, и устыдилась этого.

Вспомнила рассказ Крутова о том, что в жизни Ивы были наркотики, о том, что он подсадил юную девочку на это зе лье… «Если бы кто-то попытался мою Иришку подружить со шприцем — я бы точно того собственноручно задушила…»

И тут же с некоторым удовлетворением подумала, что тако го безобразия как раз и быть бы не могло: слишком у Ирины сильный характер. «Вся в мать пошла», — подумала Ольга.

И это правда: Ира в свои 25 с небольшим была совладель цем крупной юридической фирмы, дела шли у нее в гору, Ира была, что называется, настоящей бизнес-леди. Ее старший брат Алексей также радовал мать. Единственное, в чем дети не от вечали материнским мечтам, — не было внуков. На шутливые упреки матери: «Ну когда же?» — Ирина, как правило, отшу чивалась: «Мама, ну какая из тебя бабушка? Тебе в конкурсах красоты участвовать — самое оно, а ты — внуки, внуки…»

Алешка с Иришкой… Они были смыслом ее жизни, более того — самой жизнью. И несчастный Ивлев с его полушколь ной, полуресторанной романтикой был так же неуместен в этой ее жизни, как и… его дурашливые песни. Ольга в очередной раз внезапно поняла, что так ее отталкивало от Ивы: пошлость.

Это было трудно объяснить самой себе. Более того, один из любимых писателей Ольги — Владимир Набоков, — просла вившийся отнюдь не только своей провокационной «Лолитой», но и своим противостоянием пошлости как явлению и в куль туре тоже, этот один из самых изощренных умов, когда-либо творивших в русской литературе, горько сетовал, что смысл этого слова и понятия не то что иностранцам нельзя объяснить, но и русскому человеку порой он не совсем ясен. «Наверное, потому и любят еще на Руси и попсовые песенки ресторанных лабухов, и «скандалы, интриги, расследования» по НТВ вкупе с девушками из Иванова, и тот же «Дом-2». Другими словами, подумала Ольга, Ива не был настоящим художником-творцом.

Песни его примитивны, а муза его слишком много кушала ре сторанной буженины, запивая все это дело не лучшим молдав ским коньяком.

«А жаль, — вздохнула она про себя. — Он ведь не только был красавец, обаяшка и душа компании. Был он совсем не глуп. Достаточно вспомнить его любовь к поэзии и понима ние литературы… Впрочем, это еще не делает из кого бы то ни было настоящего мастера. Причина в том, что Ива, судя по всему, соблазнился быстрой славой, мечтал по-быстрому про славиться, сочиняя простенькие песенки о сладких поцелуях и жарких ласках, рядом с которыми даже «Я гляжу ей вслед» смо трится образцом интеллектуального творчества. А надо было не на потребу публике сочинять, а воспитывать свою душу поэта и композитора. Вот это нежелание развиваться Витьку и погуби ло. Хотя и не буквально. А потом… и буквально. Свершился Божий суд над тем, кто зарыл свой талант. Пусть и таким вот страшным образом. То ли дело Мазур или Крестон — оба они развивались неустанно. Мазур вон как тщательно изучал фило софию и литературу — пришло признание! Не сразу, но при шло. И детективы у него вполне удачные, слог хороший… А про Сеню не зря писали еще тогда, в 1990-х, что он художник ин теллектуальный, что в его полотнах содержатся как указания на актуальные для всей страны темы, так и цитаты из Священного Писания, античной мифологии и древнекитайской натурфилосо фии — тем и прославился. Хотя тоже не сразу. И я уверена, что оттачивал свое мастерство он долгим и упорным трудом. Не лез за признанием «достопочтенной» публики на эстраду, а в случае неудачи не искал утешения в наркотиках. А Ива всегда хотел, просто жаждал славы и популярности — и она у него была. Еще в школе — сколько девчонок от него с ума сходило. Одна я, на верное, устояла. А вот Таня Мазуркина устоять не смогла…»

Весь полет она так и не сомкнула глаз. Лайнер приземлился в аэропорту Толмачево еще затемно. Бархатная майская ночь стояла на дворе — в Новосибирске. В зале ожидания Ольгу встретил сын. Алексей, несмотря на поздний час, заспанным не выглядел. Наоборот, бодро взял из рук матери багаж, чмокнув ее при этом щеку, и устремился к выходу. Уставшая Ольга вяло пробовала протестовать, дескать, чемодан вовсе не тяжелый, но Алешка протянул свое обычное: «Да ладно, ма-а-ам…» — и продолжил стремительно двигаться, изредка оглядываясь на мать.

— А Иришку ты куда дел?

— В машине сидит, нас ждет.

— Кто поведет? Она за рулем?

— Да, но поведу сейчас я. Она уже отъездила на сегодня, устала. Игорь ейный тоже рвался любимую тещу встречать, но она его не пустила — у него лекция первой парой, будет еще вареный на кафедре стоять. И вообще вам, мои дорогие жен щины, повезло, что у меня только через пару недель очередной рейс — так что сегодня не штурвал, а руль.

Ольга заулыбалась бодрой шутке сына и, любуясь им, с гор достью подумала: «Какой же он молодец у меня…»

На улице у своего маленького, но вместительного джипа их ждала Ирина — ее точеная фигурка выделялась на фоне темно го автомобиля: дочь была, как всегда, подтянутая, на ней были удобные светлые джинсы, белая футболка без рисунка, светлые волосы убраны в хвост, на лице — легкий макияж. Уставшей она, вопреки словам брата, не выглядела ни капельки… — Мамуля! — она широко раскрыла руки и в два прыжка уже повисла на шее у Ольги. — Давай быстро в машину! Ты, наверное, спать хочешь? На заднем сиденье я уже подушку приготовила и плед… — Спасибо, милая, но я как-то спать не очень… И тут Ольга не удержалась и сладко зевнула. Дочь и сын весело прыснули от смеха… — …настроена, — закончила Ольга прерванную фразу и уже с деланой строгостью спросила: — И не пойму, чему все радуются, м-м-м? — чем еще сильнее развеселила своих взрос лых детей.

— Ну, коль спать не хотите, маменька, то будете по дорогое рассказывать о своем путешествии. Мне Иришка рассказала, как ты там по морям гуляла, — я аж обзавидовался, — про гудел Алексей. — Будет же что рассказать?

— И в самом деле, мам! — встряла Ира. — Ты в последний разговор была как-то немногословна. Не случилось ли чего?

— Ох, милые мои… Случилось. Очень даже случилось… И уже в салоне автомобиля она попробовала рассказать все, что пережила на своей дальней малой родине около суток на зад… Опустив, правда, детали того, как за ней ухлестывал по койный Ивлев. Дети все-таки. Пусть и взрослые.

Эпилог С нова необъятная даль Пространства, в котором не бы вает Времени. Ибо это место — обитель тех, кто создал Время и управляет им, играя при этом судьбами миров, богов, людей и иных существ, о которых мы, юное и беспечное чело вечество, догадываемся, лишь только когда нам позволяют это сделать те, кто стоит свыше.

Они снова встретились. Два бога. Два лика одной сущности.

Два похожих. Два разных. Но оба они — одно.

Кронос вернулся из своего краткого путешествия на Землю.

Сбросив с себя личину чудовищного Уробороса — мирового змея, непостижимого существа, которое одновременно было и тьмой, и саморазрушением, но и творчеством, и плодородием, он предстал перед своим двойником… — Ну, Крон, — Сатурн любил называть своего собрата этим коротким именем, слегка поддразнивая его этим, — по ведай же мне.

И древний бог пастбищ и пашен, урожаев и празднеств лука во улыбнулся в свою густую бороду… — Ты хочешь смеяться надо мной, собрат мой? И, право, на этот раз у тебя это получится, — процедил сквозь зубы Кро нос. Он устремил взор своих темных, глубоких, как сама Пред начальная Ночь, глаз на Сатурна и продолжал: — Для начала я решил испытать их. Не временем… О нет… Но иными да рами. Одному я дал раннюю славу и любовь прекрасных дев, я одарил его красотой и чудным голосом, я дал ему светлый ум и твердую память и заразил желанием творить. Другому не досталось ничего — лишь искру малую — ту же жажду твор чества — и небольшой талант оставил я ему. И я поставил их рядом, я переплел их судьбы и стал смотреть.

О, как любили первого! С юных лет ему покорялись чужие серд ца — пусть и не все, но и этого было немало. Но он хотел больше го. Хотел и получал. Постепенно все иные устремления оставили его, и он стал только брать. Это стало его настоящим искусством, его истинным даром. Неудивительно, что не все давалось ему в руки. Он хотел славы великой, но получил лишь малую. Он хо тел богатства огромного, но стал просто состоятельным. В поис ках подлинной любви он разбил сотни сердец, но та, которую он любил, если он вообще был способен искренне любить, в лучшем случае могла бы пожалеть его… О нет! Он не стал чудовищем.

Он стал хуже. Он стал ничтожен в глазах своих, хотя те, кто знал его, не переставали подавать ему руки, многого о нем не зная.

А он продолжал губить жизни других только потому, что хотелось брать. Так взял он женщину у того, другого, и разбил ей сердце, нанеся тем самым оскорбление его чувствам. Так спустя некоторое время он растлил душу дочери той женщины и того — другого.

А потом погубил ее тело, приучив эту девушку — когда-то невин ное дитя! — к дурману, что так быстро губит людей. Ты знаешь, о каком дурмане я говорю, — его получают из того цветка, лепест ками которого украшает свою шапочку Морфей.

— Мак?

— Да, мак… — Продолжай, о Крон! Что же стало с тем — другим? Кем стали они оба?

— Первый стал певцом и сочинителем песен. Певцом для Бо гатых. И с годами его песни не стали лучше. Ведь он хотел их продавать и брать за это деньги, славу, вино, женщин — и толь ко! Брать, брать, брать… Все это он получал, но не в той мере, как ему хотелось, и не такого качества и свойства. Строки его песен были глупы или похабны — он пел их за звонкую монету перед блудницами и разбойниками, извращенцами и бражника ми, сам становясь таким же, как те, кто платил ему. Любовь ему дарили — или продажную, или несчастную. Славы он добился, но малой. В коне концов он и красоту свою потерял… Второй же со временем вырос в ваятеля и живописца. Успех пришел к нему не сразу. Но он не подгонял колесницу судь бы. Не впал в искушение быстрой славой, легкими деньгами, ветреными женщинами. Если его любили, то по-настоящему.

Пусть и не так много, как Певца для Богатых. Если Художник творил, то не изменял себе, совершенствуя свое мастерство не на потребу и продажу, а ради того, чтобы передать огонь души своей другим людям… — Как брат наш Прометей?

— Почти так, почти… Сквозь жизнь он пронес свое пламя и несет по сей день — пусть многие из тех, кого он любил, по гибли по вине Певца. И я рад, что Художник свершил право судие и убил его!

— Убил?!

— Но сделал это как художник, коим он стал. Их соученик стал создателем историй, в которых описывал преступления, которые творят люди из жажды наживы, мести, сладострастия или по глупости и трусости. И он описал в одной из историй, как Певец погубил возлюбленную Художника и их дочь! По губил по глупости и из сладострастия… Тогда, прочтя эту книгу, Художник словно нарисовал карти ну к ней. И убил Певца точно так же, как был убит тот в вооб ражении их соученика, создателя занимательных историй.

— Постой, о собрат мой Крон, ты хочешь сказать, что Ис кусство продиктовало Жизни, какой ход нужно было сделать, а не наоборот?

— Совершенно так! Ибо сделал это Художник… И я бла годарен ему. Ибо он свершил волю мою, но не моими руками.

Ибо пламень его гнева был священен. И я сделаю все, чтобы он избежал наказания там, на Земле, да и после своего земного пути тоже… — О, как ты изменился, Крон! Я знаю тебя Вечность. Мы с тобой не просто братья. Ты — это я, но и я — это ты… Но никогда ты еще не был так добр к простому человеку. Ты всегда смеялся над людьми и гневался, когда они слишком много себе позволяли, — на устах Сатурна все же играла добродушная усмешка.

— Я добр? — и от громового раската смеха Кроноса со дрогнулось Пространство вне Времени. — О нет, собрат мой Сатурн, просто я слишком много понял. Но на то мы и боги, боги времени, чтобы уметь вовремя измениться. Будь иначе, чем бы мы отличались от тех, чей удел — тлен и разрушение?

Но есть среди них и такие, что ни мне, ни тебе не по зубам. Та кие, что пусть и подрежут их моя коса или твой серп, но дела их останутся бессмертны, а через это спасутся и их души.

— А что же та, которую любил Художник?

— Незадолго до того, как свершилась месть, она умер ла. И мало тех, кто знает о ее смерти… Она умерла от горя — смертные женщины порой так слабы: они не могут из-за своей слабости разглядеть сначала истинную любовь, а затем из-за нее же не могут пережить утрату любви в принципе… И сначала ее соблазнил Певец для Богатых своим дешевым блеском, а потом, когда он совратил и погубил ее дочь, она не выдержала… Ее смерть и заставила Художника стать убийцей.

— Но… не обошлось ли без твоего… — Моего наущения или прямого вмешательства, ты хочешь спросить? Разве что в самом начале, когда я раздавал двум младенцам свои дары… — Наши дары… Порой для смертных они кажутся столь притягательными, как источающий ароматный нектар цветок для бабочки или как луч света для певчей птицы, что начинает щебетать на заре, но слишком часто они не согревают и не пи тают, а остаются холодными… как лягушачьи лапки… — А знаешь, собрат мой Сатурн, — и тут черты бессмерт ного создателя Времени, кажется, впервые за тысячелетия ос ветила улыбка, — в некоторых странах люди почитают лягуша чьи лапки за величайшее лакомство!

И боги рассмеялись.

КОНЕЦ «тянитолкаев»

( ) В настоящем альбоме представлены работы, по тем или иным причинам не вошедшие в предыдущий альбом «Против течения» (Осколки ледяных зеркал. Книга 2), все го примерно 150–200 работ. При составлении альбома учтены ошибки и неточности предыдущего: составлен список пред ставленных репродукций с указанием размеров оригиналов и техники их исполнения (на двух языках – русском и англий ском), кроме того нумерация страниц соблюдается повсемест но, что облегчает поиск той или иной работы в альбоме.

Искусствоведческие статьи и хронологию решено не дубли ровать, поскольку времени между изданиями первого и второго альбома прошло немного (1 год), за этот период у художника состоялась одна персональная («Артэтаж», Владивосток) и три групповых выставки: «Портмэй» – 2;

Музей им. Арсе ньева – 1 (Париж–Владивосток).

Урадзио (стоку) – город на берегу Японского моря. У радзио… Урадзио-стоку… так называют мой город жи тели «страны восходящего солнца» – журчание неболь шого водопадика..., хруст веток под ногами, когда пробираешься в тумане по сопкам, заросшим лесом, вернее «бушем» – коря выми дубками и липами… Вот что представляется моему мыс Торс-2. 1996 Истома. Torso-2. 1996 Languor. Uradsio (stoku) – city by the sea of Japan. ленному взору, когда я слышу слово «Урадзио», ну и море – ко нечно море… со всех трёх сторон, синее, свинцово-серое, белое зимой…, но повсюду откуда-нибудь да выглядывает... присут ствует, учавствует в любом городском действии… (считайте этот текст обьяснением в любви к Владивостоку – Урадзио).

Вечный идол-1. 1993 Immortal idol-1. Зимнее дерево. 1999 Winter Tree. The milky way. Млечный путь. Жовто-блакитный Будда. левитация. Yellow-blue Budda. Levitation. Старушка. 1966 Марковна. The old woman. 1966 Markovna. The third eye. Третий глаз. Стакановец-2. Совесть России? Stakanovite-2. Russia’s conscience? Пегас взлетающий. 1999 Flying up Pegasus. У японцев есть красивый обычай – бросать ленточки сер пантина с берега на борт и с борта на берег, когда лайнер начинает отчаливать... зрелище волшебной красоты.

Полоска воды между бортом и причалом начинает увеличи ваться... всё гуще летят ленточки серпантина, звучит музыка..

крики провожающих сливаются в хаотичный гул... и вдруг в этот гул вплетаются звуки сирены, полицейской, они прибли жаются... на лицах людей появляется выражение сосредоточен ного внимания – вдруг это по мою душу… полоска воды на Три торнадо. 2002 Three tornados. чинает сужаться... – вот уже и трап медленно поехал в сторону «шипа», толпа раздвинулась, и юркие коротконогие японцы в полицейской форме побежали на корабль, неся в руках картон ные коробки с картинами...

А теперь мы вернёмся на полгода назад, во Владивосток, го род нашенский, где в кабинете зам. начальника ФЕСКО г. Метёлкина состоялся следующий разговор: «Ну что, товарищ художник, поднимем престиж Родины силами НАШЕГО па роходства на предстоящей выставке «Экспо-90»? – Поднимем Uradsio. Funicular. Урадзио. Фуникулёр. Морячки. Время «Тельца». Seawomen. The time of Taurus. «Vityaz» Bay. Бухта «Витязь». Родственники. Крист. честн. чел. Relatives. An honest man. Понедельник – день тяжёлый. 1986 Под фонарём. Monday morning feeling. 1986 Under the streetlight. Цепкие пальчики Родины. Tenacious fingers of the Motherland. У песочницы. 1963 Атлант. Near the sandpit. 1963 Atlas. Atlantis. Атлантида. Японский ядерный зонтик. Japanese nuclear umbrella. Сколько стоит? 1984 Хронос-2. How much? 1984 Chronos-2. Озеро. 2009 Lake. товарищ начальник, ещё как поднимем, шедевров у нас хоть от бавляй. Художник работал в «системе» уже тридцать лет и знал, что с«начальством нужно разговаривать только в «утвердитель но – оптимистичной» форме..., а нет ли у Вас с этих шедевров слайдов, чтоб отобрать то, что нам подходит (я по наивности по лагал, что начальству лень ноги мять, но дело было куда проще – он с этих слайдов понаделал открыток и вовсю«рубил капусту», уже будучи директором павильона России на «Экспо-90»).

Не буду рассказывать о десяти днях выставки, да ещё «изнутри» – это отдельная песня, и как-нибудь я её спою... вернём ДжуМанЖи... 2009 Jumanji… ся, лучше к полицейской машине, которая, как выяснилось, привезла мои «шедевры» прямо из таможни... Белый пароход благополучно отчалил и теперь можно спокойно рассказать, «как дело было».

За 2–3 дня до окончания срока нашего пребывания в Ниигате с удивлением узнаю, что «по просьбе широких слоёв японского насе ления» (была такая «отмазка» у КПСС во времена социализма – это когда надо было какую-нибудь пакость втюхать народу...) вы ставка продлевается на 10 дней. Я как-то сразу напрягся – а меня куда, спрашиваю, а ты, говорят, ехай себе на пароходике домой, мы тебе потом «пикчерсы» доставим в целости и сохранности... «щас», Адам и Ева. 1979 Adam and Eva. Скетч. 1969 Англ. сюжет. Sketch. 1969 English subject. Паства. Явление народу. 2009 Flock. Visitation. Гении. 1977 Скетч. Geniuses. 1977 Sketch. Арка. Море (диптих.). 1998– Arch. Sea. (diptych). 1998– Старый маяк. 2011 The old lighthouse. Шары. 1994 Balls. Сделка. 1999 Bargain. Пегас и враньё. 2000 Pegasus and ravens.


ленинград – Петербург. 1966–2006 Leningrad – Petersburg. 1966– Сеятель. 1969 Seeder. Юбилей отменяется. 1991 Jubilee is called off. Волна. 1992 Wave. Нина липс. 1990 Парусник. Nina lips. 1990 Sailing-ship. говорю, мои работы являются достоянием Родины (это мне такую бумагу выдали перед поездкой – запрет на продажу – заботились, чтоб «советский пиплз» не смог самостоятельно валюту зарабаты вать), ну и пригодилась «бумага»… трое суток меня «обрабатыва ли» – территория-то чужая, заграница, одним словом… ни тебе милиции, ни парткома, а когда я подтянул японское TV и пообе щал им (японцам), что сигану с борта во время отчаливания (и сиганул бы – уже и место сьёмки выбрали), вот тогда и появились эти полицейские машины с мигалками… Полукровка. The half-blood. Зато как меня «дрючили» и на пароходе, и уже дома, в род ном ДВМП… Но это, как говорится, совсем другая история… Правда, не всё обошлось – «Икар» так и улетел, остался, бе долага, на японских берегах… никакой Интерпол не помог… (правда под это дело пара-тройка наших доблестных «ментов»

сгоняли в Японию, привезли себе по «тачке», а я устроился в списках Интерпола между Матиссом и Модильяни (неплохая компания в виде компенсации за ущерб)… (см. «Украденные работы»).

Кровосмешение. 2004 Consanguinity. Т янитолкай – старое, доброе слово из детства... моего детства.. детей конца войны, родившихся, страшно сказать, в конце первой половины прошлого века... так вот о Тяни-толкае... – это такое мифическое существо с дву мя головами – сзади и спереди, а в сущности просто конь, сейчас сказали бы «мутант» – этого коня подарили Айбо литу мартышки в благодарность за «отлично проделанную работу»... В сущности все мы – страна мутантов: сколько десятков лет проводили над нами эксперимент за экспери ментом... вот уже вывели «хомо советикус», так нет, надо из него теперь сделать нечто недоступное пониманию «все го прогрессивного человечества»...

Теперь, почему крылатый? И почему так крепко-накреп ко привязан к Родине... а потому и привязан, что крылатый...

Трое слепых. 1998 Three blind men. ежели бы Родина и остальных так же крепко привязывала, так нет – разлетелись «голуби» по силиконовым долинам и прочим «кембриджам», а жаль… и пашут они на чужую «оборонку» и «нападалку»..., а Родина всё глубже в «ж…».

Ну вот, по названию книги мы прошлись, теперь, как гово рится, пару слов «за жизнь».

Чем дольше живу на свете, тем непонятнее божий промы сел. Откуда так много глупости и почему количество ея только увеличивается год от года? Подозреваю, что это и есть то пре словутое «...во многия мудрости есть многия печали»… Перечитал сей опус и понял – необходимо прервать «старче ское брюзжание» – просто смотри и думай, мой дорогой зри тель..., а не «вкатывает» – отложи книжку и вздохни с облег чением… Купанье розовой кобылы. 2010 Pink mare bathing. Ортодокс. 1987 У психотерапевта. Orthodox. 1987 At psychiatrist. Сов. Приморье (фрагмент). 1984– Soviet Primorye (fragment). 1984– Эквирибрист. 1988 Хитромырдин. Balance-master. 1988 Khitromyrdin. Тайны «Рода». 2011 Mysteries of generation. Красная «скво». 2001 Red «squaw». Владивосток. «Набка» (фрагмент). Vladivostok. «Imbankment» (fragment). Ящерка. Камни. 2002 Хамелеон. Lizard. Stones. 2002 Chameleon. Сказочник. 1989–2009 Tale-teller. 1989– Пассатижи. Мореман-2. Pliers. Seaman-2. Минотавр-2. 1995 Minotavrus-2. Телега. 1964 Cart. Чистилище (Навь). 2003 The purgatory. Дон-Кихот. 1988 Don-Kihot. Эротическая фантазия. 1997 Erotic fantasy. Кандидат в «маринисты». 1983 Скетч. A candidate to «seascape painter». 1983 Sketch. Удильщик. 2011 Anglerfish. Гамлет. 1967 Скетч. Hamlet. 1967 Sketch. Плакат пацифический. 1979 Pacifistic poster. Элеонор. 2012 Шестирук. Eleonor. 2012 Six-armed man. Белая ворона. 2002 White crow. В застенках мафии. 2011 УниверМАГ. Under mafia’s hatches. 2011 UniverMag. Пионеры – пенсионеры. 2010 Pioneers – pensioners. Функционер. 1977 Придворный генерал. Funсtionar. 1977 Fake general. Вечный идол-3. 1987 Immortal idol-3. Скетч. 1977 Сталевар. Sketch. 1977 Steel melter. Берег моря (центр). 2000 Sea shore (centre). лицо кав. нац. 1984 Голая правда. A person from the Caucasus. 1984 The nude veritas. Средний век. Романтизм. 2011 Middle age. Romanticism. Шахматные фигуры. 1976 Доцент (тупой). Chessman. 1976 Lecturer (dull). Бухарские бани (чистилище). 2009 The purgatory. Размышлизмы старого «танькиста»

Т ри вещи недоступны пониманию для большинства жен ских организмов: география (тут комментарии излишни);

точная «цифирь» (имеются ввиду трудности с номерами теле фонов, размерами предметов и вещей (кроме их собственных, Витраж, левая сторона. 1982 Stained-glass panel (fragment). Плацкарта (Пенза–Владивосток). Sleeping car (Penza–Vladivostok). разумеется);

и наконец, понимание мужского сердца. Блеск золота, «брюлики» и прочая «мура» (не говоря уж о патологи ческой глупости «воспринимать мир ушами») приводят «сестёр наших» к печальному финалу, разочарованию в жизни и массе прочих неприятностей… Витраж, правая сторона. 1982 Stained-glass panel (fragment). Пароход «Москва». 2000 Вечный дед. Steamer. «Moscow». 2000 Eternal old man. Преображенейро. 2005 Preobrazheneiro. Портреты. 4 шт. 1981–2002 Portraits. 4 pieces. 1982– Опус №… 2004 Opus №… 2004 Рандеву. 1985 Rendezvous. Полёт шмеля. 2010 Тигровая лилия. Flight of the Bumblebee. 2010 Tiger lily. Парус-3. 1998 Привет из Владивостока. 2001 Парус 4. Sail-3. 1998 Hello from Vladivostok. 2001 Sail-4. В контексте вышесказанного хочу «спеть песню» Танюшке – моему ангелу хранителю, моей «музе», берегине и, не побоюсь высокопарности, лучшей половине меня… Как же я был гнусен лет тридцать назад… циничный, озлобленный на весь женский пол субъект с целой вязанкой комплексов и подозрений… Для меня «девушка» была не более чем предмет, необходимый лишь для одного (сами понимаете...). Танюшка вначале была одна из многих в череде бесконечных Насекомое. 1996 Покаяние 3. Insect. 1996 Penance-3. Поэт Бочинин. 2011 Пиратская медаль. 1984 Кувшинное рыло. Poet Bochinin. 2011 Pirate medal. 1984 A snout as a jar. «девушек» – Наташ, Ирин, Светлан, Ксюш и Татьян… (Татьян почему-то было в большом избытке). Танькист – так скромно представлялся я «корешам», потом Танюша стала «примой»

(потом были, конечно, разные там «секунды», «терции» и «квадры» с «квинтами»…, но Таню ша постепенно и неукротимо превратилась в единственную и незаменимую… Боже ж ты мой, каким только испытаниям и «напрягам» (чаще всего по глупости своей и эгоизму) не подвергал я мою «скво»… Прости меня, родная, ибо слаб и несовершенен я был, да и в настоящее время недалеко продвинулся на пути к душевной гармонии… Крылатый всадник страны «тянитолкаев», крепко привязанный к Родине. Winged rider of the country of «tyanitolkaies» bound tightly to the Motherland. Котёнок и дрозд. Kitten and thrush. Бледно-розовый гламур. 2011 лимонно-рыжая. Pale pink glamour. 2011 Lemon-red. Кстати о «душевной гармонии» – течение жизни, как я полагаю, должно происходить вдум чиво, без суеты, не шумно, как бы мерцая, лучше светясь... Вспышки озарения – это святое… Без них – никак. Излишняя экзальтация, эпатаж и прочий «пиар» создают ненужные Чёрный вран. 2009 Прощальный юбилей. Black raven. 2009 Farewell jubilee. Пейзаж урбанистический. 1997 ФЕСКО в бурном море бизнеса. Urbanistic landscape. 1997 FESCO (in the stormy sea of business). завихрения, буруны и воронки, в которые часто засасывает другие неподготовленные жизни, меняя их течение и не всегда в лучшую сторону для таковых… К чему это он бормочет – непонятно... Поясняю на Танюшкином примере (Танькист всё таки): натура творческая, вспыхивает мгновенно – зажигает и ведёт за собой… но как устроен «пиплз» – он мгновенно превращается в «ведомое существо» – берите, мол, меня и ведите Встречные перевозки (бубенчики). 2012 Meeting carriers (jingles). Комсомол и партия – единая Сфинкс. Россия. 2011 Sphinx. The Komsomol and the United – Russia party. 2011 Ячейка общества. A social unit. Букет иллюзий. 1999 Фигейрос (Испания). Illusions bouquet. 1999 Figeyros (Spain). Гордая птица. 2012 Миллионка. 2010 Усекновение (автопортрет). A proud bird. 2012 The Millionka. 2010 Truncating (self-portrait). за собой к светлому будущему, а Танюша наша уже летит к новым идеям (скорости разные)...

Народ – он же ленив – ему таблетка нужна или готовый рецепт, костыль короче, а костыль в это время ускакал к новым вершинам, и «течение жизни» теряет некое равновесие у «народа», и народ ворчит, естественно, и это в лучшем случае… Именно поэтому я старался не заводить учеников, чтоб не быть распятым (за мою достаточно долгую жизнь понял я, что человечество практически не обучаемо, процентов на 97–98) или хотя бы не быть растиражированным на плохие копии – подделки… Плодить эпигонов – побочный эффект учителя – всё это сильно засоряет «Священные сады Аполлона».


Русалочка-2. 1998 Mermaid-2. Рыжий кот (настенная роспись). 2000 Red cat. (wall painting). Яблоко. 2012 Apple. Список репродукций, The list of pictures, представленных в книге presented in the book «Крылатый всадник «Winged rider of the страны “тянитолкаев”» “tyanitolkaies1” ’country»

Размер изобра Тitle. Year of creation Название. Год создания жения (technique) (техника исполнения) size № страницы № page picture 150х5820 Uradsio (stoku) – city by the sea of 132, Урадзио (стоку) – город на бере Japan. 2005. (tempera painting) 133 гу Японского моря. 2005 (роспись темпер.) 132 Торс. 1996 (цв. карт., смеш. техн.) 25х12 Torso. 1996 (colored cardboard, mixed media painting technique) Languor. 1985 (colored cardboard, 132 Истома. 1985 (цв. карт., смеш. техн.) 55х mixed media painting technique) A fabulous two-headed horse.

133 Вечный идол-1. 1993 (карт., смеш. 52х Immortal idol-1. 1993 (cardboard, техн.) mixed media painting technique) 134 Зимнее дерево. 1999 (карт., смеш. 70х64 Winter tree. 1999 (cardboard, mixed техн.) media painting technique) 135 Млечный путь. 2000 (карт., смеш. 68x48 The milky way. 2000 (cardboard, техн.) mixed media painting technique) 65x78 Yellow-blue Budda. Levitation. 136 Жовто-блакитный Будда, левитация.

(cardboard, oil’s pastel) 2011 (карт., масл. пастель) 21x16 The old woman. 1966 (paper, coal) 136 Старушка. 1966 (бум., уголь) 30x21 Markovna. 2001 (paper, colored 136 Марковна. 2001 (бум., цв. каранд.) pencil) 137 Третий глаз. 1993 (карт., смеш. техн.) 55x70 The third eye. 1993 (cardboard, mixed media painting technique) 21x18 Russia’s conscience? 1993 (paper, 137 Совесть России? 1993 (бум., pencils, water colors) каранд., акв.) Стакановец-2. 1998 (бум., перо, 137 30x21 Stakanovite-22. 1998 (paper, акв.) calligraphic pen, water colors) 138 Пегас взлетающий. 1999 (орг., паст.) 120x95 Flying up Pegasus. 1999 (fiberboard, pastel) The play on words based on the word Stakhanovite that means a Soviet worker honored and rewarded for exceptional diligence in increasing production. The author’s changed the word stem using the accordant word “glass” that sounds in Russian as “stakan”.

139 Три торнадо. 2002 (орг., пастель) 118x130 Three tornados. 2002 (fiberboard, pastel) 140 Урадзио. Фуникулер. 2009 (х/м) 60x35 Uradsio. Funicular. 2009 (canvas, oil) 140 Время «Тельца» 1994 (цв. карт., 30x21 The time of Taurus. 1994 (colored смеш. техн.) cardboard, mixed media painting technique) 140 Морячки. 1986 (карт., смеш. техн.) 36x24 Seawomen. 1986 (colored cardboard, mixed media painting technique) 70x55 «Vityaz» Bay. 2009 (canvas, oil) Бухта «Витязь». 2009 (х/м) 30x15 An honest man. 1965 (paper, colored Крист. честн. чел. 1965 (бум., цв.

pencils) каранд.) 42x30 Relatives. 2001 (paper, mixed media Родственники. 2001 (бум., смеш.

painting technique) техн.) 142 Понедельник – день тяжелый. 1986 30x16 Monday morning feeling. (карт., перо, тушь, гуашь) (cardboard, calligraphic pen, ink, gouache) 142 Под фонарем. 1964 (бум., перо, акв.) 30x21 Under the streetlight. 1964 (paper, calligraphic pen, water colors) 142 Цепкие пальчики Родины. 2008 (цв. 32x45 Tenacious fingers of the Motherland.

2008 (colored cardboard, mixed media карт., смеш. техн.) painting technique) Near the sandpit. 1963 (paper, pencils) 20x 143 У песочницы. 1963 (бум., каранд.) Atlas. 1987 (coloured cardboard, 20x 143 Атлант. 1987 (карт., смеш. техн.) mixed media painting technique) Atlantis. 2003 (colored cardboard, 42x 143 Атлантида. 2003 (цв. карт., смеш.

mixed media painting technique) техн.) 144 Японский ядерный зонтик. 2011 (цв. 80x59 Japanese nuclear umbrella. карт., смеш. техн.) (colored cardboard, mixed media painting technique) 40x25 How much? 1984 (paper, calligraphic 145 Сколько стоит? 1984 (бум., перо, pen, water colors) акв.) Chronos-2. 1997.

145 Хронос-2. 1997.

146 Озеро. 2009 (карт., масл. паст.) 40x52 Lake. 2009 (cardboard, oil’s pastel) 147 ДжуМанЖи… 2009 (карт., масло) 76x80 Jumanji3… 2009 (cardboard, oil) Adam and Eva. 1979 (paper, 30x 148 Адам и Ева. 1979 (бум., перо, акв.) calligraphic pen, water colors) Sketch. 1969 (paper, calligraphic pen) 30x 148 Скетч. 1969 (бум., перо) English sujet. 1965 (paper, 30x 148 Англ. сюжет. 1965 (бум., перо, цв.

calligraphic pen, colored pencils) каранд.) Jurdjeni – mansi – lived here. Jurdjeni, mansi – people, who used to live in Primorsky Region.

44x57 Flock. Visitation. 2009 (cardboard, 149 Паства. Явление народу. oil’s pastel) (карт., масл. паст.) Geniuses. 1977 (paper, ink, 40x 149 Гении. 1977 (бум., чернила, перо) calligraphic pen) Sketch. 1975 (paper, calligraphic pen, 30x 149 Скетч. 1975 (бум., перо, тушь) drafting ink) 150, Арка. Море (дпт.). 1998–1999 80x60x2 Arch. Sea. (diptych). 1998– 151 (карт, масл. паст.) (cardboard, oil’s pastel) 152 Старый маяк. 2011 (карт., масло) 80x60 The old lighthouse. 2011 (cardboard, oil) 153 Шары. 1994 (орг., темп., масл. 135x95 Balls. 1994 (tempera painting, oil’s паст.) pastel) 154 Сделка. 1999 (карт., масл. паст.) 80x65 Bargain. 1999 (cardboard, oil’s pastel) 155 Пегас и «вранье». 2000 (орг., темп.) 130x95 Pegasus and ravens. 2000.

(fiberboard, tempera painting) 21x30 Leningrad – Petersburg. 1966– 156 Ленинград – Петербург. 1966– (paper, ink, calligraphic pen) 2006 (бум., перо, чернила) Seeder. 1969 (paper, calligraphic pen, 21x 156 Сеятель. 1969 (бум., перо, тушь) drafting ink) 21x30 Jubilee is called off. 1991 (paper, 157 Юбилей отменяется. 1991 (бум., calligraphic pen) перо) Wave. 1992 (paper, calligraphic pen) 21x 157 Волна. 1992 (бум., перо) 158 Нина липс. 1990 (карт., смеш. техн.) 110x80 Nina lips. 1990 (colored cardboard, mixed media painting technique) 158 Парусник. 1994 (орг., темпера) 120x82 Sailing-ship. 1994 (fiberboard, tempera painting) 159 Полукровка. 2012 (карт., масл. 42x60 The half-blood. 2012 (cardboard, oil’s паст.) pastel) 160 Кровосмешение. 2004 (карт., смеш. 42x60 Consanguinity. 2004 (cardboard, техн.) mixed media painting technique) 161 Трое слепых. 1998 (орг., темп.) 80x83 Three blind men. 1998 (fiberboard, tempera painting) 52x42 Pink mare bathing. 2010 (cardboard, 162 Купание розовой кобылы. oil’s pastel) (карт., масл. паст.) Orthodox. 1987 (cardboard, 40x 162 Ортодокс. 1987 (карт., перо, акв.) calligraphic pen, water colors) At psychiatrist. 1989 (paper, 18x 162 У психиатра. 1989 (бум., перо, тушь) calligraphic pen, drafting ink) 150x200 Soviet Primorye (fragment).

163 Сов. Приморье (фрагмент).

1984–1985.

1984–1985.

20x14 Balance-master. 1988 (paper, 163 Эквилибрист. 1988 (бум., перо, calligraphic pen, drafting ink) тушь) 163 Хитромырдин 1997 (бум., перо, 30x21 Khitromyrdin4. 1997 (paper, акв.) calligraphic pen, water colors) 164 Тайны «Рода». 2011 (цв. карт., 80x56 Mysteries of generation. 2011 (colored масло) cardboard, oil) 165 Красная «скво». 2001 (цв. карт., 80x55 Red «squaw». 2001 (colored cardboard, смеш. техн.) mixed media painting technique) 23x36 Vladivostok, «Imbankment». 166 Владивосток. «Набка» (фрагмент).

(paper, colored pencils) 2005 (бум., цв. каранд.) Lizard. Stones. 2002 (cardboard, 61x 166 Ящерка. Камни. 2002 (карт., смеш.

mixed media painting technique) техн.) Chameleon. 1982 (calligraphic pen, 30x 166 Хамелеон. 1982 (бум., перо, тушь) drafting ink) The play on words based on the family of Russian politician Chernomyrdin (there are two word stems: black and snout). Literally the word Khitromyrdin is translated as sly snout.

42x30 Tale-teller. 1989–2009 (paper, 167 Сказочник. 1989–2009 (бум., смеш.

mixed media painting technique) техн.) Seaman-2. 1994 (cardboard, 60x 167 Мореман-2. 1994 (карт., нитрокр.) nitrocellulose enamel) Pliers. 1998 (cardboard, mixed media 60x 167 Пассатижи. 1998 (карт., смеш.

painting technique) техн.) 168 Минотавр-2. 1995 (карт., нитрокр.) 60x70 Minotavrus-2. 1995 (cardboard, nitrocellulose enamel) Cart. 1964 (paper, calligraphic pen, 168 Телега. 1964 (бум., перо, цв. тушь) 15x drafting ink) 44x56 The purgatory. 2003 (cardboard, 169 Чистилище (Навь). 2003 (карт., mixed media painting technique) смеш. техн.) Don-Kihot. 1988 (paper, pencils, 22x 169 Дон-Кихот. 1988 (бум., каранд., water colors) акв.) 62x76 Erotic fantasy. 1997 (cardboard, 170 Эротическая фантазия. 1997 (карт., mixed media painting technique) смеш. техн.) 2x30x19 A candidate to «seascape painter».

170 Кандидат в «марианисты». 1983 (paper, pencils) (бум., каранд.) Sketch. 1981 (paper, calligraphic pen, 170 Скетч. 1981 (бум., перо, акв.) water colors) Удильщик. 2011 (карт., масл. паст.) 60x76 Anglerfish. 2011 (cardboard, oil’s pastel) Гамлет. 1967 (бум., перо) 171 2x30x20 Hamlet. 1967 (paper, calligraphic pen) Скетч. 1995 (бум., перо) 171 Sketch. 1995 (paper, calligraphic pen) 70x90 Pacifistic poster. 1979 (cardboard, Плакат пацифический. 1979 (карт., mixed media painting technique) смеш. техн.) 40x29 Eleonor. 2012 (paper, calligraphic pen) 172 Элеонор. 2012 (бум., перо) 172 Шестирук. 2004 (карт., смеш. техн.) 165x126 Six-armed man. 2004 (cardboard, mixed media painting technique) 42x60 White crow. 2002 (cardboard, oil) 173 Белая ворона. 2002 (карт., масло) 30x21 Under mafia’s hatches. 2011 (paper, 173 В застенках мафии. 2011 (бум., цв.

colored pencils) каранд.) 173 УниверМАГ. 2008 (карт., акр.) 80x56 UniverMAG5. 2008 (cardboard, acrylic paint) 40x48 Pioneers – pensioners. 2010 (colored 174 Пионеры – пенсионеры. 2010 (цв.

cardboard, mixed media painting карт., смеш. техн.) technique) 30x20x2 Functionar. 1977 (cardboard, mixed 174 Функционер. 1977 (карт., смеш.

media painting technique) техн.) Fake general. 1971 (paper, calligraphic 174 Придворный генерал. 1971 (бум., pen, water colors) перо, акв.) The play on words. In the original the title of the picture consists of two words universal and wizard, but as a whole it can be read as department store.

30x38 Immortal idol-3. 1987 (cardboard, 175 Вечный идол-3. 1987 (карт., смеш.

mixed media painting technique) техн.) 2x30x20 Sketch. 1977 (paper, pencils) 175 Скетч. 1977 (бум., каранд.) Steel melter. 1977 (paper, calligraphic 175 Сталевар. 1977 (бум., перо) pen) 176 Берег моря (центр). 2000 (карт., 60x80 Sea shore (centre). 2000 (cardboard, смеш. техн.) mixed media painting technique) 176 Лицо кав. нац. 1984 (карт., перо, 40x26 A person from the Caucasus. 1984.

акв.) (cardboard, calligraphic pen, water colors) 176 Голая правда. 1975 (бум., перо, акв.) 15x21 The nude veritas. 1975 (paper, calligraphic pen, water colors) 60x80 Middle age. Romanticism. 177 Средний век. Романтизм. (cardboard, mixed media painting (карт., смеш. техн.) technique) 20x25 Chessmen. 1976 (paper, calligraphic 177 Шахматные фигуры. 1976 (бум., pen, water colors) перо, акв.) 10x18 Lecturer (dull). 1987 (paper, colored 177 Доцент (тупой). 1987 (бум., цв.

pencils, water colors) каранд., акв.) 178 Бух. бани (чистилище). 2009 (комп. 48x79 The purgatory. 2009 (computer гр.) graphics) 179 Плацкарта (Пенза–Владивосток). 30x42 Sleeping car (Penza–Vladivostok).

2011 (эскиз) 2011 (sketch) 178, Витраж (фрагмент). 1982 (бум., 15x60 Stained-glass panel (fragment). 179 акв., каранд.) (paper, colored pencils, water colors) Горизонтальная брошюровка 41x30 Steamer. «Moscow». 2000 (grey 180 Пароход «Москва». 2000 (сер.

cardboard, mixed media painting карт., смеш. техн.) technique) Eternal old man. 2003 (grey 60x 180 Вечный дед. 2003 (сер. карт., масл.

cardboard, oil’s pastel) паст.) 181 Преображенейро. 2005 (цв. карт., 41x60 Preobrazheneiro6. 2005 (colored смеш. техн.) cardboard, mixed media painting technique) A4x4 Portraits. 4 pieces. 1982– 182 Портреты. 4 шт. 1982–2002 (бум., (paper, calligraphic pen, ink) перо, черн.) Opus №... 2004.

12x 182 Опус №... 2004.

Rendezvous. 1985 (paper, calligraphic 182 Рандеву. 1985 (бум., акв., перо) pen, water colors) This title is also meaningful and represents the play on words based on consonance: Preobrazhenie (a small town in Primorsky Region) and Rio de Janeiro.

55x41 Flight of the Bumblebee. 2010 (grey 183 Полёт шмеля. 2010 (сер. карт., смеш.

cardboard, mixed media painting техн.) technique) Tiger lily. 2008 (grey cardboard, oil’s 60x 183 Тигровая лилия. 2008 (сер. карт., pastel) масл. паст.) Sail-3. 1998 (grey cardboard, mixed 30x 184 Парус-3. 1998 (сер. карт., смеш.

media painting technique) техн.) Hello from Vladivostok. 2001 (paper, 30x 184 Привет из Владивостока. 2001 (бум., calligraphic pen, water colors) перо, акв.) Sail-4. 2004 (grey cardboard, mixed 30x 184 Парус-4. 2004 (сер. карт., смеш.

media painting technique) техн.) 80x62 Insect. 1996 (colored cardboard, 185 Насекомое. 1996 (цв. карт., смеш.

mixed media painting technique) техн.) Penance-3. 2003 (grey cardboard, oil) 80x 185 Покаяние-3. 2003 (сер. карт., масло) 30x19 Poet Bochinin. 2011 (paper, colored 186 Поэт Бочинин. 2011 (бум., цв.

pencils) каранд.) Pirate medal. 1984 (paper, calligraphic 30x 186 Пиратская медаль. 1984 (бум., перо, pen, drafting ink) тушь) A snout as a jar. 1987 (calligraphic 40x 186 Кувшинное рыло. 1987 (перо, акв.) pen, water colors) 30x47 Winged rider of the country of 187 Крылатый всадник страны «тянитол «tyanitolkaies» bound tightly to the каев», крепко привязанный к Родине.

Motherland. 2012 (colored 2012 (цв. карт., смеш. техн.) cardboard, mixed media painting technique) 80x 188 Бледно-розовый гламур. 2011 (цв. Pale pink glamour. 2011 (colored карт., смеш. техн.) cardboard, mixed media painting technique) Kitten and thrush. 2001 (black 188 Котенок и дрозд. 2001 (ч. карт., 30x cardboard, mixed media painting смеш. техн.) technique) Lemon-red. 2002 (colored cardboard, 188 Лимонно-рыжая. 2002 (цв. карт., 70x oil’s pastel) масл. паст.) 60x41 Black raven. 2009 (black cardboard, 189 Черный вран. 2009 (ч. карт., смеш.

mixed media painting technique) техн.) Farewell jubilee. 2012 (cardboard, 60x 189 Прощальный юбилей. 2012 (карт., mixed media painting technique) смеш. техн.) 20x25 Urbanistic landscape. 1997 (colored 190 Пейзаж урбанистический. 1997 (цв.

markers) флом.) FESCO (in the stormy sea of 25x 190 ФЕСКО (в бурном море бизнеса).

business). 2000 (cardboard, oil, 2000 (карт., масло, перо, тушь) calligraphic pen, drafting ink) 191 Встречные перевозки (бубенчики). 62x80 Meeting carriers (jingles). 2012 (цв. карт., масло, масл. паст.) (colored cardboard, oil, oil’s pastel) 30x 192 Комсомол и партия – единая Россия. The Komsomol and the United – 2011 (бум., цв. каранд., перо) Russia party. 2011 (paper, colored pencils, calligraphic pen) A social unit. 1998 (cardboard, oil’s 192 Ячейка общества. 1998 (карт., масл. 62x pastel) паст.) Sphinx. 1989 (cardboard, 192 Сфинкс. 1989 (карт., нитрокр.) 60x nitrocellulose enamel) 80x66 Illusions bouquet. 1999 (colored 193 Букет иллюзий. 1999 (цв. карт., cardboard, mixed media painting смеш. техн.) technique) Figeyros (Spain). 2010 (colored 30x 193 Фигейрос (Испания). 2010 (цв.

cardboard, mixed media painting карт., смеш. техн.) technique) 56x40 A proud bird. 2012 (cardboard, oil) 194 Гордая птица. 2012 (карт., масло) 29x41 The Millionka. 2010 (colored 194 Миллионка. 2010 (цв. карт., смеш.

cardboard, mixed media painting техн.) technique) Truncating (self-portrait). 45x 194 Усекновение (автопортрет). (colored cardboard, oil’s pastel) (цв. карт., масл. паст.) 195 Русалочка-2. 1998 (сер. карт., масл. 75x120 Mermaid-2. 1998 (grey cardboard, паст.) oil’s pastel) 196 Рыжий кот (настенная роспись). 320x1280 Red cat. (wall painting). 2000 (темпера) (tempere) 197 Яблоко. 2012 (гофтара, масл. паст.) 95x153 Apple. 2012 (goftara, oil’s pastel) 213 Муха (сер. «Ангелы Мухосранска»). 35х50 Fly (ser. «the Angels of Muhоsransk»).

2012 (cardboard, oil’s pastel) 2010 (карт., масл. паст.) 55х41 Eternal (ser. «Types»). 213 Вечный (сер. «Типажи»). (cardboard, oil’s pastel) (карт., масл. паст.) Муха (сер. «Ангелы Мухосранска»). 2010 Вечный (сер. «Типажи»). Fly (ser. «the angels of Muhоsransk»). 2010 Eternal (ser. «types»). Оглавление Книга III. А. Бондарь. Лягушачьи лапки............................... Пролог.............................................................................. Глава 1. Рейс № 2929.

Новосибирск — Владивосток........................................... «…и не тронет безнаказанно»......................................... Откровения у костра....................................................... Глава 2. Убийство Ивлева................................................ Бархатная женщина....................................................... Эпилог........................................................................... Книга IV. Вс. Мечковский. Крылатый всадник страны «тянитолкаев». Жизнеописание в картинах (продолжение).................................................................... Урадзио........................................................................ Размышлизмы старого «танькиста»............................. Список репродукций, представленных в книге «Крылатый всадник страны “тянитолкаев”»................. Литературно-художественное издание Бондарь Александр Сергеевич Мечковский Всеволод Владимирович Осколки ледяных зеркал Часть В двух книгах Художественный редактор В.В. Мечковский Технический редактор А.А. Лядичева Компьютерная вёрстка и дизайн Е.А. Прудкогляд Корректор Ю.Н. Шеховцева Подписано в печать 03.09.2012.

Формат 70х100/16. Усл. печ. л. 17,42. Уч.-изд. л. 11,40.

Тираж 500 экз. Заказ 186.

Издательский дом Дальневосточного федерального университета 690950, г. Владивосток, ул. Октябрьская, Отпечатано в типографии Издательского дома Дальневосточного федерального университета 690950, г. Владивосток, ул. Алеутская,

Pages:     | 1 | 2 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.