авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 ||

«Анатолий Петрович Козлов доцент, профессор кафедры уголовного права и криминологии Красноярского государственного университета В 1971 году закончил юридический факультет ...»

-- [ Страница 11 ] --

346 Гпава троны были непригодны к выстрелу (с помятыми гильзами и проби­ тыми капсюлями). Приговор оставлен без изменения на всех судеб­ ных инстанциях. Можно сказать, что суды не видят разницы между вменением статьи о незаконном обращении с оружием (ст. 218 УК РСФСР, ст. 222 УК РФ) и статей, в которых оружие выступает в каче­ стве предмета по причинению вреда личности^ и обычно вменяют их по совокупности, чего делать не следует. Ведь в первых речь идет не только об оружии, но и о боеприпасах к нему, и потому, например, хранение пистолета без патронов или патронов без пистолета создает в равной мере квалификацию по статье, регламентирующей незакон­ ное обращение с оружием. Во вторых нормах требуется реальное на­ личие холодного или огнестрельного оружия, способного в силу сво­ их технических данных причинить вред личности, и здесь отдельное присутствие боеприпасов или самого орудия не может создавать ору­ жия как такового, поскольку по отдельности они не приспособлены к выполнению таких функций. В этом мы полностью согласны с дру­ гими авторами. «Анализируемый признак имеет место и в тех случа­ ях, когда находящееся в банде оружие полностью не укомплектова­ но... Главное, чтобы эти недостатки не препятствовали производству выстрела из такого огнестрельного оружия». И потому вменение статьи о незаконном обращении с оружием вовсе не означает вмене­ ния соответствующего квалифицирующего или конструирующего признака другой статьи;

в отличие от этого присутствие квалифици­ рующего признака, регламентирующего применение оружия, с необ­ ходимостью влечет за собой вменение статьи о незаконном обраще­ нии с оружием. При этом квалификация будет во многом зависеть от субъективных моментов, в частности от наличия или отсутствия ошибки по поводу негодности оружия.

Определенные сомнения возникают по поводу позиции некото­ рых ученых, согласно которой «с учетом того, что вооруженность является конструктивным признаком бандитизма, незаконное хра­ нение, перевозка, ношение оружия, его основных частей, боеприпа­ сов, взрывчатых веществ и взрывных устройств членами преступной группировки... полностью охватываются ст. 209 и дополнительной квалификации по ст. 222 не требует». Это действительно аксиома Архив Советского районного суда г. Красноярска. Уголовное дело № 06-1067.

Бражник Ф., Толкаченко А. Указ. соч. С. 11.

Там же.

Квалификация соучастия тично. Однако все дело в том, когда начались действия по незакон­ ному обращению с оружием у конкретного лица. По общему прави­ лу, если все указанные действия или часть их были совершены им до вступления в банду, то возникает естественная квалификация по со­ вокупности с соответствующим дополнительным вменением ст. УК. Но при этом вмешивается в естественную квалификацию осо­ бенность вида преступления — и ношение, и хранение, и перевозка представляют собой длящиеся преступления, что требует более внимательного к ним отношения. Так, незаконное хранение будет фактически оконченным с момента избавления от оружия или пере­ дачи его правоохранительным органам;

поскольку лицо хранило оружие до вступления в банду и продолжает хранить его после вхо­ ждения в преступное сообщество, то здесь имеет место единичное длящееся преступление, квалификация части которого как банди­ тизма охватывает собой и остальную часть данного единичного пре­ ступления. В этом плане приведенная позиция верна. Иная ситуация складывается вокруг ношения и перевозки. Они также являются длящимися преступлениями, однако каждый акт ношения или пере­ возки представляют собой фактически и юридически оконченное преступление (поносил оружие и положил его, снова поносил его и вновь положил в хранилище;

осуществил один акт перевозки и по­ ложил в хранилище, осуществил другой акт перевозки... и т. д.);

ме­ жду актами ношения и перевозки вклинивается хранение, которое, являясь цельным преступлением, разъединяет отдельные хранения и перевозки как самостоятельные длящиеся преступления. Поэтому акты ношения и перевозки, осуществляемые до вступления в банду, как самостоятельные длящиеся преступления должны быть вменены дополнительно (ст. 222 УК), а последующие акты ношения и пере­ возки охватываются бандитизмом.

И последнее. Банда оформлена в законе так, что позволяет охва­ тить и множественность преступлений («участие... в совершаемых ею нападениях» — ч. 2 ст. 209 УК), именно поэтому при соверше­ нии ряда преступлений бандой множественность преступлений не требует дополнительной квалификации. И в этом плане можно со­ гласиться с Т. Д. Устиновой.

Устинова Т. Д. Указ. соч. С.91.

348 Гпава Еще сложнее вопрос по поводу квалификации организации пре­ ступного сообщества. В ст. 210 УК предусмотрено создание пре­ ступного сообщества для совершения тяжких или особо тяжких пре­ ступлений, руководство таким сообществом или входящими в него подразделениями, создание объединения организаторов, руководи­ телей или иных представителей организованных групп для планиро­ вания преступлений (ч. 1), участие в преступном сообществе либо в объединении руководителей (ч. 2). Конструкция нормы в опреде­ ленной части совпадает с конструкцией бандитизма, что передает ему все вышеизложенные проблемы бандитизма, но в отличие от последнего в организацию преступного сообщества не включено само участие в совершении преступлений. Отсюда однозначный вы­ вод: при совершении преступлений преступным сообществом всегда необходима квалификация по совокупности ст. 210 УК и статьи, регламентирующей совершенное преступление. Учитывая, что в ст. 210 УК речь идет о форме соучастия, созданной для совершения только тяжких или особо тяжких преступлений, возникает первая проблема— квалификации преступлений небольшой или средней тяжести, совершенных преступным сообществом, потому что а) там законодатель запрещает видеть преступные сообщества, и б) хотя в жизни преступные сообщества чаще имеют место при их соверше­ нии, тем не менее их общественная опасность не может быть учтена.

Например, кражи дифференцируются в зависимости от того, совер­ шены они по предварительному сговору группой лиц (ч. 2 ст. УК) или организованной группой (ч.З ст. 158 УК) с соответствую­ щим усилением наказания. На этом фоне совершенно невозможна квалификация краж, совершенных реально существующим преступ­ ным сообществом в силу законодательной запрещенности распро­ странения такового на них. Мало того, из-за запрещенности анало­ гии (необходимо помнить, что в ч. 3 и 4 ст. 35 УК сформулированы самостоятельные формы соучастия) в законе (ч.2 ст. 3 УК) такие кражи не могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 158 УК или по ч. 2 ст. 158 УК (преступное сообщество не есть организованная группа или группа лиц с предварительным сговором), не могут быть они квалифицированы и по совокупности ч. 1 ст. 158 и ст. 210 УК, так как преступные сообщества не распространяются на преступле­ ния средней тяжести, к которым относятся кражи. В результате кра­ жи, совершенные преступным сообществом, должны квалифициро Квалификация соучастия ваться по ч. 2 ст. 158 УК как неоднократные, либо при однократном их совершении — по ч. 1 ст. 158 УК, что выглядит по меньшей мере странно, поскольку ничуть не похоже на борьбу с организованной преступностью.

Однако главная проблема заключается в том, что при сегодняш­ ней формулировке преступного сообщества вообще невозможно ква­ лифицировать даже особо тяжкие преступления, совершенные пре­ ступным сообществом, что в общем-то урегулировано законом.

Например, убийство совершено преступным сообществом. Такового квалифицирующего признака в ст. 105 УК нет. Там в п. «ж» ч. ст. 105 УК предусмотрено убийство, совершенное группой лиц, по предварительному сговору группой лиц либо организованной груп­ пой. Но квалифицировать убийство, совершенное преступным сооб­ ществом, по указанному пункту нельзя в силу законодательного за­ прещения аналогии (там нет преступного сообщества как отягчающего обстоятельства), разумеется, при условии, что мы всерь­ ез воспринимаем ст. 3 УК и не готовы ее деформировать в угоду фик­ циям, нельзя квалифицировать и по совокупности ч. 2 ст. 105 и ст. УК из-за отсутствия в ч. 2 ст. 105 УК соответствующего квалифици­ рующего признака. Можно квалифицировать по совокупности ч. ст. 105 и ст. 210 УК, но возникает несоответствие наказания — даже за убийство, совершенное группой лиц без предварительного сговора, согласно санкции ч. 2 ст. 105 УК возможно назначение наказания в виде пожизненного лишения свободы или смертной казни, тогда как максимум наказания в приведенном примере ограничен наказанием по совокупности преступлений (ст. 69 УК), т. е. 25 годами лишения свободы. И опять мы видим, что квалификация не позволяет учесть повышенную общественную опасность преступного сообщества. По меньшей мере странно, что Уголовный кодекс 1996 г., созданный на волне деклараций о построении в России правового государства, со­ держит противоречащие одна другой нормы или, по крайней мере, требующие такого правоприменения, которое с необходимостью на­ рушает само уголовное законодательство.

В результате создания ст. 210 УК в законе появилось противо­ речие по квалификации множественности совершаемых сообщест­ вом преступлений. Из общих правил квалификации соучастия выте­ кает, что множественность преступлений является составной частью преступной организации и самостоятельной квалификации не требу 350 Гпава ет. Однако введение ст. 210 УК несколько изменило ситуацию с ква­ лификацией. Дело в том, что анализируемая норма сформулирована как усеченная, когда преступление признается оконченным с момента создания преступного сообщества. Отсюда реально существующая множественность располагается за пределами оконченного преступ­ ления и, соответственно, входить в него не может. Мало того, в отли­ чие от банды, в ст. 210 УК не включены нападения, совершаемые преступным сообществом. И это также свидетельство того, что мно­ жественность выведена за пределы данной нормы и требует само­ стоятельной квалификации. Возникает нечто странное — менее опас­ ная форма соучастия (организованная группа) охватывает собой множественность, а более опасная (преступное сообщество) — не ох­ ватывает только в силу специфики законодательного регулирования.

Именно на этом фоне возникает противоречие с общими правилами квалификации преступного сообщества, которое может быть снято либо исключением ст. 210 УК из Особенной части и превращением преступного сообщества в квалифицирующее обстоятельство (наибо­ лее приемлемый вариант в силу снятия таковым и других проблем преступного сообщества), либо путем превращения ст. 210 УК в ма­ териальную норму (менее приемлемый вариант, поскольку он не сни­ мает некоторых иных проблем преступного сообщества), либо введе­ нием в ст. 210 УК участия в нападениях, совершаемых преступной организацией, как это сделано в ст. 209 УК (наименее приемлемый вариант). Но во всех трех вариантах проблема соответствия общих и специальных правил квалификации множественности преступлений, совершенных преступным сообществом, будет разрешена.

На наш взгляд, к преступному сообществу следует подходить как к одной из самостоятельных форм соучастия, формулировать его в соответствии с классификацией форм соучастия, удалить из уго­ ловного закона ст. 210 УК, ввести преступное сообщество в качестве квалифицирующего признака наряду с другими формами соучастия в отдельные нормы УК, не исключая при этом наличия его и при совершении иных преступлений, т. е. ввести его в рамки общих пра­ вил формулирования соучастия в УК и правил квалификации его.

Только в этом случае исчезнут изложенные проблемы квалификации и не возникнут новые, поскольку преступное сообщество будет вы­ ступать лишь как форма соучастия, наиболее опасная, требующая Квалификация соучастия более пристального внимания общества, и тем не менее являющаяся особенной среди равных (форм соучастия).

Массовые беспорядки (ст. 212 УК) — яркий пример группового преступления, в котором переплетаются различные формы соуча­ стия. Прежде всего, массовые беспорядки организуют лица, заинте­ ресованные в дестабилизации сложившейся ситуации и рассчиты­ вающие на длительное и упорное продвижение к цели, т. е. ядром массовых беспорядков, на наш взгляд, выступает, как правило, пре­ ступное сообщество и только в редких случаях, когда массовые беспорядки организуются для разрешения сиюминутных целей (на­ пример, с их использованием ограбить банк), данное ядро будет представлять собой организованную группу. Остальные участники массовых беспорядков могут представлять собой и группу лиц с предварительным сговором, и группу лиц без предварительного сго­ вора, и даже элементарное соучастие — по существу весь спектр форм соучастия может быть охвачен массовыми беспорядками. От­ сюда и квалификация действий отдельных участников массовых беспорядков будет зависеть от того, в какую группу они входили.

2. Другим важным моментом в квалификации соучастия являет­ ся форма отражения и соотношение форм соучастия на этом фоне в уголовном законе. В теории уголовного права уже предпринимался анализ форм соучастия, отраженных в Особенной части закона в ка­ честве квалифицирующих признаков. Однако некоторые исследова­ ния несколько устарели и частично исторически себя не оправда­ ли. Другие же едва ли приемлемы.

Специфика отражения форм соучастия в Особенной части УК в качестве квалифицирующих признаков заключается в следующем:

1) в некоторых нормах в одном месте (одном пункте, одной части ста­ тьи) выделены три разновидности группового преступления — группа лиц группа лиц с предварительным сговором, организованная группа (ст. 105, ч. 2, п. «ж»;

111, ч. 3, п. «а»;

112, ч. 2, п. «г»;

117, ч. 2, п. «е»;

131, ч. 2, п. «б»;

132, ч. 2, п. «б»;

213, ч. 2, п. «а»;

244, ч. 2, п. «а»;

245, ч. 2;

332, ч. 2;

333, ч. 2, п. «а»;

334, ч. 2, п. «а»;

335, ч. 2, п. «в» УК);

2) в других нормах в одном месте выделено только две разновидности группового преступления — группа лиц с предварительным сговором и организованная группа (ст. 141, ч. 2, п. «в»;

146, ч. 2;

147, ч. 2;

152, Указ. соч. С. 78-94;

Указ. соч. С. 56-117.

Трайнин А. Н. Гришаев П. И., Кригер Г А.

352 Гпава ч. 2 п. «в»;

164, ч. 2, п. «а»;

178, ч. 2;

200, ч. 2, п. «б»;

204, ч. 2 и ч. 4;

230, ч. 2, п. «а»;

231, ч. 2, п. «а»;

256, ч. 3;

258, ч. 2;

287, ч. 3, п. «б»;

290, ч.4, п. «а»;

313, ч. 2, п. «а»;

322, ч. 2;

326, ч. 2;

338, ч.2 УК);

3) иногда отражена лишь одна форма группового объединения — ор­ ганизованная группа (ст. 171, ч. 2, п. «а»;

172, ч. 2, п. «а»;

179, ч. 2, п. «в»;

181,ч.2;

184, ч. 2;

186, ч.З;

187, ч.2;

188, ч. 4;

191, ч. 2, п. «в»;

' 227, ч. 3;

232, ч. 2;

240, ч. 2;

281, ч. 2;

282, ч. 2, п. «в»;

309, ч. 4;

321, ч. 3 УК);

4) а иногда поставлено в двух частях одной статьи по одно­ му квалифицирующему признаку — в одной части — группа лиц с предварительным сговором, в другой— организованная группа (ст. 126, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

127, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

158, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

159, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

160, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

161, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

162, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

163, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

165, ч. 2 и ч. 3, п. «а»;

166, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

174, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

175, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

205, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

206, ч. 2, п. «а» и ч. 3;

221, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

222, ч. 2 и ч. 3;

223, ч. 2 и ч. 3;

226, ч. 3, п. «а» и ч. 4, п. «а»;

228, ч. 3, п. «а» и ч. 4;

229, ч. 2, п. «а» и ч. 3, п. «а»;

234, ч. 2, и ч. 3 УК).

Надо отдать должное законодателю, поскольку в новом УК и в Общей и в Особенной части формы соучастия выражены тождествен­ но (группа лиц и там и здесь, группа лиц с предварительным сговором и там и здесь, организованная группа и там и здесь), поэтому прежде существовавшая проблема терминологического размежевания форм соучастия применительно к двум частям УК ныне совершенно снята.

Снята в новом УК и еще одна проблема, присущая УК 1960 г. — сто­ хастическое распределение форм соучастия в качестве отягчающих обстоятельств в Особенной части, что наглядно было проявлено после введения в УК РСФСР соответствующих форм соучастия.

Ведь до недавнего времени организованной группы как квали­ фицирующего признака в законе не было, потому что общество ста­ ралось не замечать все развивающейся организованной преступно­ сти в нем. И только с наметившейся перестройкой в обществе, с расширением гласности, результатом которой стало опубликование многочисленных фактов сращивания преступной среды с органами КПСС, власти и управления, роста организованной преступности, издается ряд законов, вводящих в нормы Особенной части уголов­ ного закона организованную группу в качестве квалифицирующего обстоятельства. Так, ст. 247 Закона «Об усилении ответственности Квалификация соучастия за посягательства на национальное равноправие граждан и насиль­ ственное нарушение единства территории Союза ССР» от 2 апреля 1990 г. вводит указанный признак в ст. 7 Закона СССР от 25 декабря 1958 г. «Об уголовной ответственности за государственные престу­ пления». Закон «Об усилении ответственности за спекуляцию, незаконную торговую деятельность и за злоупотребления в торгов­ ле» вводит анализируемый признак в ч. 3 статьи о спекуляции и в ч. 2 вновь вводимой статьи, регламентирующей незаконную торго­ вую деятельность. Создается такая же квалифицированная норма и по другим видам преступлений.

Новый квалифицирующий признак порождал и новые проблемы.

Одна из них как раз и заключалась в том, что он был введен в закон, сформулированный по каким-то устоявшимся правилам. Нетрудно представить себе ситуацию, когда в Особенной части закона группо­ вые объединения оформляются в обобщенном варианте (группа лиц при изнасиловании включала в себя все, кроме элементарного соуча­ стия, формы его — и собственно группу лиц без предварительного сговора, и группу с предварительным сговором, и организованную группу, и преступное сообщество;

группа лиц с предварительным сговором при краже включала в себя и собственно таковую, и органи­ зованную группу, и преступное сообщество), и вдруг в ее канву вво­ дят конкретную форму соучастия (организованную группу), которая начинает деформировать сложившееся положение вещей, изменять структуру уже существующих форм групповых преступлений. В ре­ зультате возникла странная ситуация: если в норме были отражены параллельно две формы соучастия — группа лиц с предварительным сговором и организованная группа, — то, естественно, из первой ав­ томатически исключалась вторая, и они начинали существовать как две особенности;

но если в норме сохранялась только группа лиц с предварительным сговором и в норму не была включена организо­ ванная группа, то толкование первой оставалось по-прежнему обоб­ щенным, т. е. группа лиц с предварительным сговором включала в себя и организованную группу, в противном случае организованная группа как более опасная форма соучастия «повисала в воздухе», чего Ведомости С ъ е з д а народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990.

№ 15. Ст. 247.

Ведомости С ъ е з д а народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990.

№ 45. Ст. 953.

12 Зак 354 Гпава нельзя было допускать. Вот этого двойственного (узкого и расшири­ тельного) понимания одной и той же формы соучастия в новом УК уже нет. В результате ранее высказанное предложение о том, что «два анализируемых способа не могут существовать в законе одновремен­ но, законодатель должен избрать для собственного пользования один из них и проводить его по нормам всей Особенной части», в УК 1996 г. реализовано, законодатель избрал перечневой способ форму­ лирования групповых преступлений в Особенной части, исключаю­ щий обобщенное их отражение.

Поэтому применительно к особенностям оформления группо­ вых преступлений в законе осталась одна существенная проблема — квалификация форм соучастия в определенной ее части. В целом в связи с тождественностью оформления групповых преступлений в Общей и Особенной частях УК квалификация их становится доста­ точно прозрачной на основе их признаков. Сложности возникают в связи с квалификацией тех форм соучастия, которые остаются за пределами того или иного квалифицирующего признака. А круг их различный и зависит от способа отражения квалифицирующего при­ знака в Особенной части УК.


Если посмотреть на первый способ отражения форм соучастия в норме Особенной части, указанный выше, то мы увидим две слож­ ности. Первая заключается в том, что остается неясным, почему за­ конодатель оставляет в одном квалифицирующем признаке три формы соучастия, продолжая ранее существовавшую тенденцию, и это при том, что он сам постарался дифференцировать эти формы групповых преступлений, что объединены значительно различные по опасности формы соучастия (от группы без предварительного сговора до организованной группы), что на всех на них распростра­ няется одна санкция. Могут сказать, что ничего страшного в этом нет, поскольку санкции достаточно широкие и позволяют учесть различные формы соучастия. С этим можно было бы согласиться при взгляде на санкцию ч. 2 ст. 105 УК, но, во-первых, они бывают и достаточно узкими (например, в ч. 2 ст. 244 УК), а во-вторых, нали­ чие других квалифицирующих признаков, имеющихся в данной час­ ти статьи, сводит на нет даже весьма широкие санкции. Для начала мы попытались объяснить такое объединение тем, что в особо тяж Козлов А. П. Виды и формы соучастия. Красноярск, 1992. С. 102.

Квалификация соучастия ких преступлениях с весьма высокими санкциями нет смысла диф­ ференцировать формы соучастия в различных частях статьи. Однако при дальнейшем анализе обнаружили наличие такового даже в пре­ ступлениях небольшой тяжести (например, ч. 2 ст. 245 УК). Возник­ ла идея объяснить указанное объединение разновидностей группо­ вых преступлений наличием их только в преступлениях, связанных с насилием или уничтожением, повреждением чего-либо, но и она не прошла, поскольку даже в приведенном перечне статей есть такие, которые отражают нечто иное (например, ст. 332 УК — неисполне­ ние приказа), да и, как увидим ниже, идея не соответствует законо­ дательной системе. Таким образом, разумных аргументов в пользу законодательного решения, способных его объяснить, нам обнару­ жить не удалось, поэтому мы вполне допускаем, что различные гла­ вы Особенной части разрабатывали различные группы специалистов и каждая из них подходила к построению квалифицирующих при­ знаков различным образом, т. е. единой сплошной идеи, объясняю­ щей причины подобного, возможно, и не существует.

Вторая сложность заключается собственно в квалификации пре­ ступлений с таким объединением преступных групп. За пределами указанных в статье групповых преступлений остаются иные формы соучастия;

в первом варианте способов отражения (напоминаем, квалифицирующим признаком признано совершение преступления группой лиц, по предварительному сговору группой лиц или органи­ зованной группой) вне квалифицирующих признаков остаются эле­ ментарное соучастие и преступное сообщество. Первое из них ква­ лифицируется со ссылкой на ст. 33 УК по части статьи Особенной части УК, по которой происходит основная квалификация— это может быть и простое преступление, предусмотренное ч. 1 статьи (например, ст. 33, ч. 1 ст. 158 УК), и групповое преступление, пре­ дусмотренное ч. 2 или 3 статьи (например, ст. 33, ч. 2 ст. 158 УК — соучастие в краже, совершенной по предварительному сговору группой лиц;

ст. 33, ч. 3 ст. 158 — соучастие в краже, совершенной организованной группой). Квалификация второго, как выше уже бы­ ло сказано, остается пока неясной — мы не можем рекомендовать студентам или практикам нарушить закон о запрещении аналогии, не можем мы рекомендовать и нарушение законодательных уста­ новлений по совокупности преступлений, мы можем требовать единственного — изменения закона.

Гпава При втором способе отражения групповых преступлений в Осо­ бенной части УК остается первая сложность — расположение в од­ ном пункте статьи или одной части статьи двух групповых объеди­ нений, — законодатель поступает так же, как и в первом способе отражения;

причины этого остаются по-прежнему неясными. Возни­ кает еще один вопрос, почему при данном способе отражения зако­ нодатель не использует в квалифицирующем признаке «группу лиц без предварительного сговора», ответ на который, похоже, очевиден:


группа лиц без предварительного сговора более характерна для на­ сильственных преступлений, связанных с собственно насилием, его угрозой, уничтожением или повреждением имущества;

и хотя она возможна и в других видах преступлений, законодатель отражает в Особенной части указанную характерность. Остается и главный во­ прос — как квалифицировать формы соучастия, не указанные в за­ коне;

при данном способе отражения в квалифицирующий признак не включены элементарное соучастие, группа лиц без предвари­ тельного сговора и преступное сообщество. Квалификация первого и последнего из них такая же, как и в первом способе отражения. С группой лиц без предварительного сговора дело обстоит несколько иначе. Ведь в данном случае мы имеем разновидность группового преступления— категорию более опасную, нежели элементарное соучастие, и потому здесь не следует квалифицировать действия участников преступной группы по ст. 33 УК, поскольку подобное скрадывает указанную повышенную опасность. И чтобы такового не произошло, мы предлагаем квалифицировать действия группы лиц без предварительного сговора по ч. 1 ст. 35 УК и, например, ч. ст. 230 УК;

такая квалификация полностью отразит характер пре­ ступления — склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ, совершенное группой лиц без предвари­ тельного сговора, что должно отразиться и на несколько большем, чем при элементарном соучастии, наказании.

При этом возникает интересный вопрос — возможна ли группа лиц без предварительного сговора при совершении другими лицами группового преступления с предварительным сговором, ведь мы не исключаем элементарное соучастие при наличии групповых престу­ плений. И хотя ни теория уголовного права, ни судебная практика этот вопрос не рассматривают, тем не менее мы не можем исклю­ чить подобный симбиоз и убеждены, что при таком рассмотрении Квалификация соучастия квалификация преступлений станет еще более точной: действия уча­ стников группы лиц без предварительного сговора будут квалифи­ цированы по ч. 1 ст. 35 и, например, п. «б» ч. 2 ст. 200 УК — обмане потребителя, совершенном по предварительному сговору лиц, когда несколько лиц без предварительного сговора друг с другом и с уча­ стниками основного группового преступления включаются в обман на стадии его исполнения, т. е. в действия участников группы лиц с предварительным сговором.

При указанном выше третьем способе отражения групповых преступлений в законе (в качестве квалифицирующего признака предусмотрена только организованная группа) ситуация еще более усложняется, так как вне организованной группы остаются а) элементарное соучастие, б) преступная группа без предваритель­ ного сговора, в) преступная группа с предварительным сговором без высокой степени организации и г) преступное сообщество, реально возможные в преступлениях тех видов, где отражена организованная группа. Данная проблема разрешается точно такими же путями, ко­ торые предложены по групповым преступлениям с предваритель­ ным сговором, только не следует забывать о специфике квалифика­ ции преступлений, совершенных по предварительному сговору группой лиц — такие действия нужно рассматривать со ссылкой на ч. 2 ст. 35 УК.

Здесь же мы вынуждены констатировать наличие в законе опре­ деленной системы отражения групповых преступлений, которая за­ ключается в следующем:

а) группой лиц, группой лиц с предварительным сговором или организованной группой;

б) группой лиц с предварительным сговором или организован­ ной группой;

в) организованной группой, т. е. законодатель в одном пункте или одной части статьи отражает то три, то две, то одну форму со­ участия применительно к различным видам преступлений с после­ довательным исключением менее опасных форм групповых престу­ плений по определенным видам преступления. Причины подобного, как мы писали ранее, непонятны, однако такой подход помог зако­ нодателю избежать стохастического употребления групповых пре­ ступлений в законе.

Гпава Из этой системы выпадает четвертый способ отражения группо­ вых преступлений в законе (в одной части статьи указана группа лиц с предварительным сговором, в другой — организованная группа).

Но в принципе по анализируемым проблемам в нем ничего не меня­ ется, они решаются так же, как выше уже было изложено. Единст­ венное, что остается непонятным — причины выхода законодателя за пределы указанной системы способов отражения (не в одной час­ ти статьи, а в нескольких расположены групповые преступления).

По существу это одна проблема — порядок формулирования груп­ повых преступлений в законе, — которая пока остается нерешенной.

Надо сказать, что эта проблема касается не только соучастия, но и множественности преступлений, что все-таки потребует ее решения, потому что в таковом заинтересованы несколько институтов уго­ ловного права.

На основании изложенного сделаем краткий вывод: правильная квалификация соучастия, исключающая применение фикций, — за­ лог истинности и справедливости выносимых решений.

*** Подводя итог всему сказанному, мы еще раз подтверждаем свою приверженность традиционному подходу к соучастию и высказыва­ ем уверенность в том, что только на этом пути можно построить прочное, без изъянов учение о соучастии. И приводимая в работе критика некоторых оригинальных теорий дается лишь из-за их раз­ рушающего воздействия на учение о соучастии, благодаря которому оно превращается в аморфную массу позиций, не поддающуюся сколько-нибудь приемлемому толкованию и базирующуюся на фик­ циях, противоречиях и исключениях из правил. Очень надеемся, что данная работа явится определенным вкладом в консолидацию пози­ ций криминалистов по вопросам соучастия.

Студенты, на которых в частности рассчитано данное учебное пособие, должны:

1. Правильно определять соучастие на основе его признаков.

2. Видеть достоинства, пробелы и недостатки регламентации соучастия в законе, уметь использовать или устранять их при толковании.

Квалификация соучастия 3. Видеть достоинства и недостатки решения тех или иных во­ просов соучастия в судебной практике и теории уголовного права, быть готовыми использовать или устранять их в прак­ тической деятельности.

4. Иметь четкое представление о следующих наиболее острых проблемах соучастия:

4.1. Неосторожное причинение вреда совместными дейст­ виями нескольких лиц.

4.2. Структура субъективной связи при соучастии.

4.3. Понятие исполнителя и других видов соучастников, формы их существования и способы отражения в законе.

4.4. Традиционное понятие соисполнительства, его деформа­ ция и отличие от соучастия с распределением ролей.

4.5. Формы соучастия, их классификация, влияние на квали­ фикацию соучастия и соотношение с видами соучастия.

5. Уметь правильно разрешать эти проблемы, связывать их в од­ но целое, чтобы получить монолитный уголовно-правовой институт соучастия.

6. Уметь отличать существующие фикции от возможного ис­ тинного решения.

Все сказанное должно отразиться на правильной непротиворе­ чивой квалификации соучастия. В определенной части этому помо­ жет предлагаемое учебное пособие.

Оглавление От автора Глава 1. Понятие и признаки соучастия 1.1. Понятие соучастия — 1.2. Признаки соучастия 1.2.1. Совместность участия как признак соучастия — 1.2.2. Наличие двух или более лиц как признак соучастия 1.2.3. Вина в соучастии 1.2.4. Иные субъективные признаки соучастия Глава 2. Виды соучастников 2.1. Исполнитель преступления 2.2. Организатор преступления 2.3. Подстрекатель к преступлению 2.4. Пособник Глава 3. Виды и формы соучастия 3.1. Теоретическая разработанность вопроса — 3.2. Виды соучастия в уголовном праве 3.3. Формы соучастия в уголовном праве 3.3.1. Элементарное и групповое соучастие — 3.3.2. Группа лиц без предварительного сговора 3.3.3. Группа заранее договорившихся лиц 3.3.4. Организованная группа 3.3.5. Преступное сообщество Глава 4. Квалификация соучастия 4.1. Общие правила квалификации соучастия — 4.2. Специальные правила квалификации соучастия

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.