авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 ||

«ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА Сборник научных статей кафедры политических наук ВЫПУСК 14 ...»

-- [ Страница 3 ] --

См.: Кара-Мурза С. Г. «Манипуляция сознанием». М.: 2007. С.342.

См.: Манойло А. В. Государственная информационная политика в особых условиях: Монография. М.: МИФИ, 2003.

См.: Почепцов Г.: Информационные войны. [электронный ресурс]:

http://www.koob.ru/books/iwar/pochepcov_info_wars.rar (дата обращения: 24.09.2010).

культурный, этнический профиль региона, а также расставить акценты согласно узко заданной политической цели. Таким образом, профессия журналиста (в особенности тележурналиста) сближается с профессией геополитика. Масс-медиа в современном обществе играют уже не чисто вспомогательную роль, как раньше, но становятся мощным самостоятельным фактором, способным совершать сильное влияние на исторические судьбы народов»128.

Примером информационного противоборства и информационной войны, в частности, можно назвать «информационно-психологические операции», которые проводит министерство обороны США в наше время в Ираке. Широко известны статьи в американских СМИ, касающиеся компании политической рекламы после свержения режима Садама Хусейна129.

Информационная война также была развернута во время грузино южноосетинского конфликта в августе 2008 года. Так, Михаил Саакашвилли неоднократно выдвигал тезисы, заведомо противоречащие реальности, чтобы выставить конфликт в нужном свете. В ноябре года на заседании временной парламентской комиссии по изучению августовских событий он сознательно представлял ложную фактическую информацию По оценке абсолютного большинства обозревателей и экспертов131, Россия, имея полную поддержку населения внутри страны, одержав убедительную победу на поле боя, проиграла информационную войну Грузии ( в краткосрочной и среднесрочной перспективе, 3-6 месяцев). С одной стороны, Россия оказалась не готовой к массированной информационной агрессии противника, а с другой – в информационном противостоянии наша страна выступала в одиночестве, в то время как Грузия действовала в ней единым фронтом с США, НАТО, Евросоюзом.

Проигравший противник сделал своё поражение победой, применив современные технологии информационного воздействия на общественное мнение.

См.: Дугин А.Г. «Философия Войны». Монография. М., 2004. С. 46.

«Минобороны США заплатит частным подрядчикам в Ираке до 300 млн долларов за производство политических материалов, новостей, развлекательных программ и социальной рекламы для иракских СМИ, чтобы привлечь местное население к поддержке США», — The Washington Post, 03 октября 2008.

См.: Федоров А.В. Трансформации образа России на западном экране: от эпохи идеологической конфронтации (1946-1991) до современного этапа (1992-2010).

М.: МОО «Информация для всех», 2010. 202 с.

См.: Барабанов М.С., Лавров А.В., Целуйко В.А. Танки августа / под ред. М. С.

Барабанова. — М.: Центр анализа стратегий и технологий, 2009. 144 с.

Таким образом, проблематика информационной безопасности имеет первостепенное значение в современном обществе132. Транснациональные средства массовой информации способны формировать общественное мнение населения ещё до вступления в тот или иной конфликт вооруженных сил страны, что во многом говорит об уязвимости положения правительства, не обладающего средствами защиты информационного пространства.

На данный момент важнейшими задачами обеспечения информационной безопасности Российской Федерации являются133:

- реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации в сфере информационной деятельности;

- совершенствование и защита отечественной информационной инфраструктуры, интеграция России в мировое информационное пространство;

- противодействие угрозе развязывания противостояния в информационной сфере134.

Специалисты отмечают: «Если государство не сможет войти в мировую информационно-телекоммуникационную систему как самостоятельный игрок, то независимость и суверенитет такого государства окажется под вопросом» 135.

Современные войны и конфликты — это, прежде всего, вооружённые политические демонстрации. И демонстративный момент в этих конфликтах не менее важен, чем момент применения оружия.

Возникает новая задача: информационно-психологическое обеспечение боевых действий, формирование общественного мнения посредством масс медиа таким образом, чтобы любые военные действия находили поддержку среди большинства населения.

Использование противоборствующими сторонами возможностей средств массовой информации в своих интересах становится составной частью общего сценария ведения операций с применением вооруженных сил. Однако, использование СМИ в интересах предупреждения конфликтов и их конструктивного разрешения – одно из перспективных направлений повышения управленческой культуры общества.

См.: Почепцов Г.Г. Информационные войны. М.: «Рефл-бук», К.: «Ваклер»

2000. 576 с.

См.: Указ Президента РФ от 17.12.1997 N 1300 «ОБ УТВЕРЖДЕНИИ КОНЦЕПЦИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ».

См.: Указ Президента РФ от 10.01.2000 N 24 «О КОНЦЕПЦИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ».

См.: Панарин И.Н. Информационная война и дипломатия. Издательство «Городец», 2004. 528 с.

Шеховцева Л. А., студентка СГУ Взаимодействие российской блогосферы и политики в современной обществоведческой литературе.

Блогосфера - наиболее динамично развивающийся сегмент сети Интернет в России. Созданная в нашей стране 1 февраля 2001 года стараниями энтузиастов эта система насчитывает на настоящий момент около 8 млн. пользователей. Как важный элемент информационного общества блогосфера анализируется целым рядом дисциплин. Интерес к ней специалистов в области политических наук обусловлен тем, что социально-политический контент в системе дневников-блогов является ключевым136.

Важно отметить, что 22 апреля в "Живом журнале" свой дневник завел и президент России - Дмитрий Анатольевич Медведев. Вслед за ним аккаунты в ЖЖ и на других сервисах открыли: Олег Морозов, Виктор Иванов, Анатолий Чубайс, губернаторы Астраханской, Амурской, Самарской, Тульской, Костромской областей – всего порядка сотни чиновников и политиков.

Для дальнейшей научной работы в этом направлении представляется важным проанализировать уже существующие публикации по этой теме, раскрыть смыслы, вкладываемые в понятие «блогосфера».

Практическая значимость статьи заключается в систематизации возможных моделей использования системы блогов миром политики.

Что представляет из себя блогосфера, каковы возможности её использования, перспективы развития, уровень влияния на реальные политические практики и условия регулирования – основные вопросы, которые ставят перед собой её исследователи. Более полно эти проблемы разрабатываются западными специалистами, что не в последнюю очередь обусловлено более поздним сроком появления системы блогов в России. Можно выделить работы аналитиков Джеффри Хеннинга, Лады Адамик и Натали Гланс, специалистов по блогам и социальным сетям Ребекки Блад и Клэя Ширки, политологов Дэниела Дрездера, Генри Фарелла, Маргарет Кек, Катрин Сиккинк, Эндрю Кина, Ника Дентона, журналиста Алана Волфе, социолога Роберта Пунтэма.

Согласно исследованию самые популярные слова в блогосфере: "президент", "правительство", "министры". См.: Амзин А. Блогосфера по-гарвардски. [Электронный ресурс]: http://lenta.ru/columns/2010/05/18/harvard/ (дата обращения 18.05.2010).

Первый портал Blogger, давший толчок созданию блогосферы появился еще в августе 1999г., а в ноябре 2000г. с обсуждения «флоридского кризиса» в блоге журналиста Джоша Маршалла начался процесс их политизации.

Анализом социально-политического влияния блогосферы занимаются также многие американские исследовательские центры и группы: Беркмановский центр при Гарварде, ученые из университетов Буффало и Индианы, компания Ipsos-Reid и др.

Рассмотрение русского сегмента блогосферы как определенного феномена социальной, политической и культурной жизни страны интересует многих отечественных специалистов138: О. В. Латышеву, Е.С.

Крестинину, Ю.Г. Чернышова, В. Волохонского, О. Кашина, А.

Юсуповского, А. Лаврова, А. Арешева139 и др. Особое внимание следует уделить исследованиям ФОМа, Public.ru и поисковой сети Yandex. Таким образом, специфику взаимодействия блогосферы и политики изучают не только непосредственно политологи, но и эксперты в области других гуманитарных и общественных дисциплин.

Однако, ни одно из существующих на данный момент определений не отражает всю разноплановость понятия «блогосфера». Каждое выделяет одну из функций блога, которая, по мнению автора, является ключевой.

Так, в работе Сергея Сибирякова блогосфера – это «динамическая система блогов в сети Интернет, включающая в себя сложную подсистему их связей через комментарии, гиперссылки и создающая за счёт этих коммуникаций синергетический эффект»140. Это определение делает акцент на коммуникативной функции дневников. Психолог Владимир И чаще всего по совместительству – известных и успешных блоггеров, что во многом предопределяет рассмотрение перспектив российского блоггинга в позитивном русле.

См.: Крестинина Е.С., Чернышов Ю.Г. Использование интернет-блогов и «социальных сетей» в российской публичной политике // Известия Алтайского государственного университета, №4-3 (60), 2008 г.;

Латышева О.В. Блогообразная политика // Сборник научных статей факультета политологии МГУ «SCHOLA 2009»/ Под общ. ред. А. Ю. Шутова и А. А. Ширинянца;

сост. А. И. Волошин, Э. А.

Козьменко. М.: Издательство «Социально-политическая МЫСЛЬ», 2009;

А. Немцев.

Блогосфера на службе общества [Электронный ресурс]:

http://www.region46.info/index.php?id=1619 (дата обращения: 29.09.2010);

Арешев А.

Виртуальная политика, сетевой электорат. Блоги стирают границы между наблюдателями и игроками [Электронный ресурс]: http://www.novopol.ru /text36121.html (дата обращения: 29.09.2010);

Волохонский В. Блогосфера и российская публичная политика [Электронный ресурс]: http://volokhonsky.ru/internet/politblogs.pdf (дата обращения: 29.09.2010);

Юсуповский А. Особенности русского виртуального Гайд-парка // Журнал «Золотой Лев» № 107-108 - издание русской консервативной мысли;

Кашин О. Интернет: здесь маленькие кажутся большими. Политические возможности блогосферы – феномен ХХI века [Электронный ресурс]:

http://www.ng.ru/ng_politics/2007-04-26/6_internet.html (дата обращения: 29.09.2010);

Лавров А. Власть и политика в блогосфере [Электронный ресурс]: /http://andrey lavrov.livejournal.com/3429.html (дата обращения: 29.09.2010).

См.: Сибиряков С. Украинская политическая блогосфера и социальные медиа в президентской избирательной кампании. [Электронный ресурс]:

//http://russian.org.ua/material.php?id=11604818 (дата обращения: 01.10.2010).

Волохонский выделяет репрезентативную функцию, считая блог частным миром человека, в котором он может представлять себя таким, каким хочет показаться, рассказать о том, чем хочет поделиться141.

Наиболее распространенным является выделение системы блогов в особый вид СМИ, т. н. «Новые медиа» (New Media), «гражданскую журналистику». Это происходит по трем основным причинам:

во-первых, для большинства пользователей блог в первую очередь источник информации;

во-вторых, у каждого владельца блога потенциально есть возможность оказаться очевидцем интересного события;

в-третьих, дневники известных журналистов составляют важную часть блогосферы.

По мнению О.Кашина блоггеры нередко формулируют альтернативную повестку дня:: «Переговоры в Катаре по поводу «газового ОПЕК» не имеют никаких шансов в борьбе с очередным пикетом из десятка активистов … Потому что у пикетчиков есть свои блоги, а у переговорщиков - нет»142.

Отличие информационной наполняющей виртуальной блогосферы и реальной публичной политики приводит к тому, что часть исследователей рассматривает систему дневников как виртуальное гражданское общество, субститут общества настоящего или «Великий общественный проект», который придёт на смену суверенного национального государства143.

Однако существуют и кардинально иные мнения на этот счёт. Так, политолог Эндрю Кин в книге с говорящим названием «Культ дилетанта:

как нынешний Интернет убивает нашу культуру», сравнил блоггеров с обезьянами, которые «…создают бесконечный цифровой лес заурядности»144. В нашей стране подобной точки зрения придерживается известный политолог и философ Александр Гельевич Дугин, который в своём интервью заявил, что классический дискурс блоггера состоит из совокупности бессмыслицы и вырванных из контекста цитат145.

Конечно, идеализировать блогосферу нельзя, она имеет целый ряд недостатков, но и недооценивать её – тоже ошибка. Практика показывает, что маленький мир блоггеров уже во многом стимулирует и корректирует См.: В. Волохонский. Указ. соч., с. См.: О. Кашин. Там же.

См.: Немцев А. Блогосфера на службе общества [электронный ресурс]:

http://www. region46.info/index.php?id=1619 (дата обращения: 01.10.2010);

Бард А., Зодерквист Я. Нетократия: новая правящая элита и жизнь после капитализма [Электронный ресурс]: polbu.ru/bard_netokratia/ (дата обращения: 01.10.2010).

См.: Блогосфера глобальной политики [Электронный ресурс]:

http://gtmarket.ru/laboratory/ expertize/2007/1318 (дата обращения: 01.10.2010).

См.: А. Дугин. Спасти Медведева от блоггеров [Видео ресурс]: Программа «Эксперт», дата выхода: 27.08. деятельность мира большой политики. Такого мнения придерживаются многие исследователи, приводя многочисленные примеры влияния.

Можно сделать вывод, что пока формулирование понятия во многом зависит от того ракурса, который выбирает для себя каждый аналитик. Поскольку блогосфера – явление достаточно молодое, становления категориального аппарата ещё не произошло, постольку работа в этом направлении ведётся.

Вторая проблема, которую пытаются решить исследователи – каким образом можно получить максимальную пользу из системы блогов. Для политических партий и молодёжных политических организаций можно выделить следующие возможности:

- использование блогов для информирования, консолидации сторонников и координации их действий;

- пропаганда и «обкатка» своих идей;

- контрпропаганда, борьба против политических оппонентов146;

- повышение полемического мастерства, коммуникативных навыков у сторонников партии147.

Кроме того политическая практика США продемонстрировала возможные источники получения финансовых средств на благотворительность, проведение предвыборной кампании за счет блоггерской сети148, для развития оппозиции, являясь пространством свободы выражения политических взглядов. Те перспективные направления работы, которые мы выделили для политических партий и других политических организаций, актуальны и для отдельных политиков.

На основе анализа работ, посвященных взаимодействию российского сегмента блогосферы и мира публичной политики, можно выделить следующие перспективы государственного использования системы:

1. Имиджевые – формирование позитивного образа власти, влияние на общественное сознание;

сюда же можно отнести и ведение информационных войн с другими государствами;

2. Амортизационные («сбрасывание пара») – за разговорами существенно снижается мотивация реальной деятельности;

3. Информационные – получение оперативных новостей, улучшение за счет этого взаимосвязи центра и регионов;

4. Обратная связь – прямое взаимодействие власти и гражданского общества.

См.: Е.С. Крестинина, Ю.Г. Чернышов. Использование интернет-блогов и «социальных сетей» в российской публичной политике//Известия Алтайского государственного университета, № 4-3 (60), 2008 г., с.289.

См.: А. Юсуповский. Там же.

Первопроходцем стал демократ Говард Дин, который в общей сложности собрал через Интернет $ 7,4 млн.

Использование возможностей системы блогов позволяет с уверенностью утверждать, что практика намного отстает от теории. В Россию, по мнению большинства авторов, не пришло еще понимание практической значимости блогосферы для реализации политических целей.

Система блогов имеет и целый ряд недостатков, преодоление которых – дело будущего. Эти проблемы являются универсальными, но каждое государство ищет пути их преодоления соответственно политическим и ментальным особенностям страны:

- «Информационное загрязнение» – размещение непроверенных сведений, акцент на скандальности записей в ущерб содержанию, неграмотный вторичный анализ данных;

- «Виртуальность» - критики полагают, что обсуждения не оказывают никакого влияния на реальность (функция спорная, т. к. практика доказывает – для достижения цели блоггерам не обязательно выходить на улицы);

- «Лжекоммуникация» - заведение дневников от чужого имени.

Решение этих проблем во многом зависит от того статуса, который в итоге получит блогосфера. Последует ли действующая власть по пути некоторых соседей, в частности Казахстана, и признает дневники – новым видом СМИ с последующим правовым регулированием. Или оставит блоггерам право самим отслеживать коммуникативное пространство, ограничившись уже существующей возможностью удалять дневники, деятельность которых не соответствует правилам пользовательского соглашения. Воспользуется ли возможностями, которые открывает эта система для представителей действующей власти и оппозиции по примеру западных стран. Или как в Китае будет строго регламентировать пространство блогосферы. Всё это зависит от общей политики государства и того, насколько болезненно/безболезненно будет происходить взаимодействие мира блогосферы и мира публичной политики. В этом смысле важно осмысление зарубежных практик и рассмотрение возможности их применения в нашей стране.

Подводя итог, хотелось бы отметить, что относиться к феномену взаимодействия блогосферы и политики можно как положительно, так и отрицательно, но игнорировать его нельзя. К такому выводу приходят все аналитики, за исключением рьяных критиков системы блогов как таковой.

Данная сфера исследования является перспективной и её развитие обусловлено возрастающим влиянием блогосферы. На настоящий момент можно выделить следующие её основные проблемы, разработкой которых занимаются специалисты:

1. Возможности и пути влияния блогосферы на мир реальной политики;

2. Перспективы использования блогосферы в политических целях;

3. Преодоление негативных моментов системы блогов, её недостатков.

Для дальнейшей работы также представляется важным становление следующих определений: «блогосфера», «блоггер», «блог», «социальные медиа», «пост» и др., связанных непосредственно с функционированием этой системы.

Шишкина В., студентка ПАГС Факторы формирования политической протестной активности:

Опыт регионов России По данным исследований, проведенных «Фондом Общественного мнения» в октябре 2010 года, 34% населения страны испытывают недовольство и готовность участвовать в акциях протеста149. Подобные проявления позиций граждан наблюдались в России с апреля 2010 года, когда готовность протестовать заявляло не менее чем 30% опрошенных граждан. Поэтому можно сказать, что это является долговременной тенденцией, которая может быть подвергнута разностороннему анализу.

Чаще всего, социологические центры изучения общественного мнения (ФОМ, ВЦИОМ, Левада-Центр и др.) выясняют потенциал протестных настроений. В своей статье ставится задача исследовать одну из составных частей протестного движения - протестную активность.

Для того, чтобы различить степень недовольства, готовности принять участия в протестных акциях и действительный уровень протестной активности, в науке существуют понятия протестная активность и протестный потенциал.

Под протестной активностью понимают охват (вовлеченность) граждан различными формами протестной активности и его динамику.

Под протестным потенциалом понимают намерение (склонность) граждан участвовать в протестных акциях при определенных условиях (например, «если бы рабочие моего завода вышли на улицу с требованием отставки правительства, я возможно принял бы участие в демонстрации»;

это совсем не означает, что рассуждающий так человек реализует свои намерения в действительности)150.

В связи с этим очень важно выяснить, под действием каких факторов протестные настроения перемещаются в область протестной активности.

См.: Опрос «ФОМнибус». Уровень протестных настроений от 9-10 октября 2010г. ресурс]:

[электронный (дата обращения:

http://bd.fom.ru/report/map/projects/dominant/dom1039/d 12.10.2010).

См.: Мелешкина Е.Ю. Политический процесс: основные аспекты и способы анализа. Сборник учебных материалов. М.: «Весь Мир», 2001. 146с.

Протестное поведение формируется:

в первую очередь, под воздействием социально-политических противоречий, обусловленных, прежде всего неприятием политики властей. В этом случае важна степень осознания субъектом, во-первых, объективных оснований и субъективных мотивов недовольства (чем недовольны, что не удовлетворяет) и, во-вторых, его адресата (кем недовольны, кто виноват (например, региональные органы власти))151.

Вторая группа факторов относится к социальному самочувствию жителей. Это связано в первую очередь со снижением адаптационного потенциала в результате нежелания, отказа людей от дальнейшего приспособления к меняющимся условиям жизни.

Третья группа факторов, отражающих оценку материального положения населения. К ней можно отнести показатель социальной самоидентификации и оценка покупательной способности доходов. На протестную активность дополнительно влияет ряд факторов, относящихся не только к особенностям субъекта и его социальной среды, но и к политическим условиям. Среди этих факторов следует отметить:

Наличие у субъекта тех социальных качеств, которые позволяют ему быть политически компетентным, более мобильным и независимым.

Положительная корреляция между участием в протестных акциях и участием в традиционных формах политической активности (например, в деятельности партийной организации и т.д.).

Способность системы представительства канализировать социальные интересы и социальное недовольство. Речь идет о том, что уровень протестной активности повышается там, где система представительства оказывается неспособной интегрировать те или иные социальные, этнические, религиозные и т.п. группы, либо институты политического представительства оказываются неспособными выполнять свою основную функцию.

Таким образом, к различным видам протестной политической активности граждане прибегают в том случае, если традиционное политическое участие оказывается неэффективным или в случае необходимости привлечь внимание властей и общественности к какому либо событию. Но при этом большую роль играет также уверенность граждан в эффективности протестных действий. См.: Кинсбурский А.В, Топалов М.Н. «Гражданские качели» в России: от массового протеста до поддержки реформ // Власть, 2006, №5.

См.: Гулин К.А., Дементьева И.Н. Факторы формирования протестного поведения [электронный ресурс]: http://journal.vscc.ac.ru/php/jou/35/art35_07.php. (дата обращения: 12.10.2010).

См.: Мелешкина Е.Ю. Политический процесс: основные аспекты и способы анализа. Сборник учебных материалов М.: «Весь Мир», 2001. 146 с.

Невысокая способность системы политического представительства интегрировать интересы отдельных групп (следствием этого является, например, протестное голосование на выборах);

Степень консолидации правящей элиты. Если правящая элита расколота, растеряна, не способна противостоять возникающим угрозам, появляются условия для роста массовой протестной активности. Сейчас в России достаточно сплоченная команда на федеральном уровне: Д.А.

Медведев и В.В. Путин. Можно предположить, что реальный уровень протестной активности был бы намного выше, не будь этого сплоченного тандема у власти. Так, по данным ФОМ от 9-10 октября 2010 г. реально испытывает недовольство все те же 34 % опрошенных, в то время как общее представление о протестной активности в целом составляет 52%154, т.е. существует некая лакуна, которая содержит в себе потенциал протеста латентного характера.

Национальные особенности политической культуры, наличие и своеобразие политических субкультур (в частности, в России наблюдается значительная зависимость между принадлежностью к коммунистической субкультуре либо к право-либеральной субкультуре и протестной активностью).

В целом, можно предположить, что национальные особенности российской политической культуры обуславливают несколько иное функциональное значение протестной активности, способствуя перераспределению протестной активности в сторону активизации протестного потенциала в электоральном поведении155.

Для выявления основных участников и динамики протестной активности были исследованы информационное поле России, динамика протестной активности, а также круг вовлеченных в неё субъектов.

Временные рамки своего исследования были ограничены периодом сентября 2010 – 24 октября.2010. Основными источниками стали информационные Интернет-ресурсы «Свободный мир» (www.liberty.ru), «Стратегия-31» (www.strategy-31.ru), Грани.ру (www.grani.ru), Центр исследований политической культуры России (www.cipkr.ru). В ходе проведения исследования было выяснено, что в обозначенный период в около 40 регионах России прошло 98 акций протеста.

В ходе анализе все акции условно были разделены по субъектам, которые инициировали их проведение: инициатива граждан, инициатива общественных организаций, инициатива политических партий.

См.: Опрос «ФОМнибус». Уровень протестных настроений от 9-10 октября 2010г. [электронный ресурс]: http://bd.fom.ru/report/map/projects /dominant/dom 1039/d103914. (дата обращения 12.10.2010).

См.: Мелешкина Е.Ю. Политический процесс: основные аспекты и способы анализа. Сборник учебных материалов. М.: «Весь Мир», 2001. 146 с.

Если говорить об инициативе граждан, их активность составляет 26,5%. Они наиболее активны в следующих направлениях: невыплаты заработной платы(40%), обманутые дольщики в строительстве жилья(32%), вопросы экологии и безопасности окружающей среды(8%), а также реформирование бюджетной сферы (ФЗ №83), также их волнуют вопросы в сфере ЖКХ, но в меньшей степени (4%).

Вызывает интерес акция протеста, которую начали военные октября 2010 года в Ульяновске, с возмущением против военной реформы, проводимой государством и требованием увеличения довольствия военных пенсионеров.156 Как мы видим, в этой ситуации ярко выражены несколько факторов, которые подтолкнули протестующих к активным действиям:

неприятие политики властей, показатели социальной самоидентификации и покупательной способности граждан. Военные особая группа населения, которые по праву могут претендовать на достойный уровень жизни, соответствующий их социальному статусу.

Следующая группа субъектов - общественные организации. Доля их активности составляла 15,3%. У них также присутствует заинтересованность в тех областях, которые являются актуальными для простых граждан: выплата заработной платы (25%), жилье для обманутых дольщиков (18,75%), ФЗ № 83 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений" (12,5%), вопросы экологии (12,5%), интересы военных пенсионеров и ветеранов войн. Следует отметить, что только 15,3% граждан использовали потенциал общественных организаций для защиты своих интересов, в то время как самостоятельно, «стихийно», без привлечения общественников борются 23% граждан. Это свидетельствует о том, что в России протестная активность всё ещё является «криком о помощи», а не отработанным механизмом гражданского участия в разрешении общественных проблем.

Что касается третьей группы субъектов – политических организаций и объединений, политических партий - их активность-58,2 %. Особое место среди активно протестующих, занимает партия КПРФ, которая проводит акции не только политического характера в рамках избирательного цикла. Она выступает по значимым для людей вопросам, является тем институтом представительства интересов граждан, который может консолидировано выступить с нужной инициативой перед органами власти. Вопросам заработной платы, проблемам в ЖКХ, жилищным проблемам, проблемам экологии посвящены 17 % акций,проводимых См.: Ульяновск: военные начали предупредительную политическую голодовку. Развертывается мощное движение протеста [электронный ресурс]:

http://kprf.ru/actions/. (дата обращения 13.10.2010).

КПРФ. Если говорить о других партиях и объединениях, то их выступления единичны и носят характер политической борьбы с оппонентами.

Как отмечалось ранее, в России сложилась своя национальная политическая культура, когда протестующие по тем или иным параметрам соотносят себя с коммунистической субкультурой, которая сближает их на почве решения социальных проблем. Способность КПРФ интегрировать интересы разных социальных групп, позволяет им получать голоса на выборах за счёт протестного сегмента избирателей. А нспособность других политических сил к подобной интеграции является тем фактором, который толкает граждан к решению проблем путем протестной активности.

Говоря о динамике протестной активности за сентябрь-октябрь года можно отметить, что наибольший подъем наблюдался в первых числах октября (с 1 по 5). Выступления граждан за решение своих социальных вопросов совпали в этот период с активностью партии КПРФ, проводившей во многих регионах России траурные митинги в память о расстреле Белого Дома 3 октября 1993 г. Это был также период перед выборами в регионах 10 октября 2010 г. В течение остального периода протестная активность оставалась умеренной, по 2-3 акции в день.

Подводя итоги, можно сделать следующие выводы, что для современной ситуации в России протестная активность является достаточно распространенной формой политического участия граждан.

Также прослеживается тенденция на сохранение уровня протестной активности (не снижается ниже 30% с апреля 2010г). При этом на её проявление влияет ряд факторов, который при взаимоналожении друг на друга могут дать усиленный эффект.

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ Кузнецов И.И. «Политические механизмы разделения властей в современной России» /Под ред. профессора А.А. Вилкова Саратов.

2010. – 310с.

Проблема разделения властей не нова, ею занимались и занимаются ученые многих гуманитарных наук: философии, политологии, социологии, юриспруденции. Тем не менее обращение к проблемам, связанным с разделением властей в современной России, а тем более к политическим механизмам, является весьма своевременным и актуальным, поскольку демократические процессы в наше стране находятся в стадии своего становления, а потому их анализ позволяет выявить не только достоинства, но и недостатки политической системы современного российского общества.

Структурно монография имеет четкую логику изложения и состоит из четырех глав, содержание которых затрагивает исторические, общетеоретические и политологические аспекты разделения властей. В последней главе монографии автор исследует перспективы конституционной реформы в России в аспекте возможностей изменения формы правления.

Выводы автора сформированы на основе изучения солидной монографической литературы как дореволюционных, так и современных российских и зарубежных авторов. Обращает на себя внимание свободное владение И.И. Кузнецовым нормативным материалом, причем в самой последней редакции.

Центральной идеей монографического труда И.И. Кузнецова выступает стремление на основе достаточно глубокого анализа теоретических, нормативных и эмпирических источников выработать рекомендации по совершенствованию формы правления современной России в ракурсе развития системы сдержек и противовесов.

В этой связи он предлагает использовать такую форму как конституционный «обычай»157. При этом сам текст Конституции не претерпевает изменений и дополнений, так как обычай даёт возможность политическому режиму эволюционировать без переворотов, без частого обращения к процедуре пересмотра Конституции, Это действенное средство приведения конституционного права в соответствие с политическими реалиями.

Одним из выигрышных моментов монографического исследования И.И. Кузнецова выступает его взвешенная позиция относительно заимствования западного опыта развития политической системы. Он См.: Кузнецов И.И. Политические механизмы разделения властей в современной России. Саратов, 2010. С. 59.

совершенно обоснованно полагает, что «для России было бы совершенно недопустимо использование прямого диктата при выработке конституционных рамок политической системы (как в случае с послевоенной Японией). Но, поскольку каждый анклав способен воспринимать инновации по-разному, меняясь лишь в пределах своей собственной структуры, то возможно избирательное и дозированное воздействие, которое позволит реализовать институциональные нововведения. При этом общий потенциал накопленных новшеств в обществе вырастает, но сама анклавная структура не разрушается, а соотношение между анклавами остается более или менее устойчивым» 158.

Достаточно обоснованной выглядит позиция автора относительно внесенных в 2008 году поправок к Конституции РФ. Он считает, что публичного обсуждения проекта изменений фактически не было, решение, вызревшее в узкой правящей группе, стало официальным фактом;

мнение оппозиции относительно содержания поправок, их необходимости и своевременности не было учтено, тем самым поправки не укрепили легитимность существующей власти, не упрочили авторитета самой Конституции, не позволили сформировать широкую политическую коалицию на основе общего понимания политических задач, стоящих перед страной159. Все это, по мнению И.И. Кузнецова, может привести к резкому падению авторитета государственной власти в целом, активным проявлениям недовольства как со стороны отдельных политических групп элиты, так и с участием массового социального субъекта.

В целом, следует отметить, что научный труд И.И. Кузнецова отличается оригинальностью, самостоятельностью и новыми подходами к решению ряда насущных задач политической жизни России, но как любая творческая работа имеет ряд проблемных моментов и нерешенных вопросов.

Прежде всего, концептуальное замечание. Монография носит название «Политические механизмы разделения властей в современной России», однако само понятие «политические механизмы» применительно к категории «разделения властей» не раскрыто. Не ясно, какие элементы автор выделяет в этом механизме, каковы принципы и формы их взаимодействия, почему среди множества этих элементов автором выбран Госсовет, Общественная палата, институт контрасигнатуры и парламентское расследование. Если автор полагает их самыми важными элементами механизма разделения властей, то необходимо было это доказать.

Другим концептуальным замечанием является то, что автор исследовал политические механизмы разделения властей только на федеральном уровне, однако в науке давно устоялось мнение, что Кузнецов И.И. Указ. Соч. С. Там же. С. 252.

разделение властей, во-первых, существует по вертикали между федеральными и региональными органами власти и, во-вторых, внутри органов государственной власти субъектов РФ. Однако, в монографии как в содержании, так и в названии не указано, что анализу будет подвергаться принцип разделения властей только на федеральном уровне.

Замечания по структуре работы: параграф 2.1160, где автор рассуждает о новом направлении в политической науке – транзитологии, на наш взгляд, можно сократить, поскольку к теме исследования этот текст имеет весьма отдаленное отношение. Параграф 2.2. «Институциональные заимствования в современной политической науке» только бы выиграл, если бы рассуждения автора об институциональных заимствованиях велись применительно к разделению властей, а не абстрактно.

В начале главы 3, следовало бы дать отдельным параграфом текст о содержании механизмов взаимодействия ветвей государственной власти в России, а затем уже раскрывать его отдельные элементы, обосновав свой выбор.

Параграф 3.1, в котором раскрывается статус Госсовета был бы более убедителен, если бы автор показал, как проблемы, обсуждавшиеся на Госсовете, находят своё решение посредством принятия указов Президента РФ по итогам его работы.

Кроме того, по аналогии с Госсоветом – совещательным органом при Президенте, можно было бы рассмотреть роль Совета законодателей России при Совете Федерации Федерального Собрания РФ. Он также имеет определенное влияние на согласование позиций в области правотворческой политики в Российском федеративном государстве.

В монографии есть ряд неточностей (С.42, 44, 152, 160, 169, 231, 246), редакционных погрешностей, а также затрудняет восприятие текста в ряде случаев обилие сокращений и аббревиатур. Однако, это достаточно мелкие замечания, которые не снижают общего благоприятного впечатления от данного научного труда.

Оценивая монографию И.И. Кузнецова в целом и имея в виду её главную идею совершенствования политических механизмов разделения властей в целях развития демократии в России, нельзя не отметить, что она весьма своевременна и будет полезна для студентов, аспирантов, преподавателей вузов гуманитарного направления, а также законодательных и правоприменительных органов.

Комкова Г.Н., доктор юридических наук профессор СГУ имени Н.Г. Чернышевского Кузнецов И.И. Указ. Соч. С. 76-86.

Пол М.Картер. «Шеф-идеолог: М.А.Суслов и «наука» о коммунизме в СССР». М., 2003 С.. 200.

Современная западная политология несмотря на существование фундаментальных теоретических построений, посвящённых объяснению структурных, институциональных и коммуникативных сдвигов в политическом процессе, по-прежнему уделяют особое внимание субъективным факторам. В частности, изучению роли видных политических лидеров, их месту в процессе принятия важнейших решений, характеру их мышления, и способностям понимания ответственности. Особая традиция в западной политической и исторической науке связала их в виде политической биографии.

В советологии такой жанр был и остаётся весьма популярным, давая возможность представить роль того или иного государственного деятеля в связи с с общими особенностями политического развития Советского государства (политические портреты В.И.Ленина, И.В. Сталина, Л.Д.

Троцкого, Н.И. Бухарина и др. ). По-видимому, такой ракурс анализа позволяет западным исследователям сделать гораздо больше, чем в рамках традиционной для господствовавшей идеологической парадигмы провозглашения хронической отсталости или маргинальности коммунистической доктрины.

Практически единодушно отечественная и мировая печать признавали в Советском Союзе Суслова М.А. «Лидером номер два». Его деятельность в самых верхних эшелонах власти началась ещё при Сталине, рядом с которым, словно по прихоти судьбы, он похоронен на Красной площади. Когда Суслов ушёл из жизни около 30 лет тому назад, то его функции вместе со служебным кабинетом на Старой площади в ЦК КПСС перенял занявший вскоре этого пост Генерального секретаря ЦК КПСС Андропов. Характерно, несмотря на солидный прошедший срок со дня смерти Суслова М.А., интерес к его личности оставался неизменно высоким. Одновременно, именно он (вслед за Лениным и Сталиным) подвергался, как никто другой, наиболее серьёзным и необоснованным нападкам со стороны нынешних средств массовой информации.

Нападки имеют место и по сей день, хотя характер оценок по мере роста понимания роли Суслова в качестве выдающегося государственника несколько меняется, медленно продвигаясь в направлении большей объективности.

После смерти М.А.Суслова появились публикации, которые достаточно объективно анализировали и оценивали его политическую деятельность. Так, Ж.Медведев в статье «Секретный наследник Сталина»

присваивает ему «пятое», следующее место в «классической цепочке»:

Маркс-Энгель-Ленин-Сталин. Анализируя значение и «ранг» Суслова среди других членов Политбюро, он так же отводит ему особое место161.

Он считает, что Суслов является основоположником существовавшей идеологии построения и развития социалистического общества не только в системе162.

нашей стране, но и в мировой В связи со с 100-летием со дня рождения М.А.Суслова было издано немало мемуарной литературы, в том числе и вышедшая в 2002 году в Софии небольшая книга Л.Н.Сумарокова «Столетняя годовщина со дня рождения М.А.Суслова».

Именно поэтому отрадно отметить, что Пол М. Картер совершил отчаянный поступок, решившись стать первым исследователем политологом, взявшим на себя смелость, при наличии достаточно скудных сведений, изучить и относительно объективно оценить сложную, во многом противоречивую, политическую фигуру – фактически, вершителя многих дел в последнее десятилетия существования Советской власти в СССР – идеолога КПСС Суслова Михаила Андреевича.


К сожалению, в нашей стране в начале ХХI века не нашлось достаточно квалифицированного политолога-исследователя по вопросам элитологии. П.М. Картеру волей неволей приходилось использовать популярные откровения Р.Медведева. С нашей точки зрения, последний никак не может давать объективные оценки М.А.Суслову, поскольку в оные годы вроде бы сам «пострадал» от него. Книга Пола М. Картера выстроена по хронологическому принципу – каждая из четырёх её глав посвящена отдельному периоду жизни М.А.

Суслова. Кроме того, автор стремился вписать основные вехи карьерного роста главного героя в контекст советской эпохи, вполне удачно, на наш взглял, подбирая названия глав (например, глава 2 – «Творческий марксист» сталинского призыва», глава – 3 «Они не сеют и не жнут» и глава 4 – «Брежневско-сусловский режим»). Стремление объективно оценить личность М.А. Суслова диктует обращение к периоду, наступившему после его смерти. На наш взгляд, такой подход позволяет зафиксировать последствия его серьёзных творческих усилий в 1982-1985 гг., отметить те наиболее острые проблемы в идеологической сфере советского государства, которые он пытался решить.

Весьма актуальна точка зрения Суслова, что невнимание к теории и опыту СССР и других бывших социалистических стран «неизбежно См.: Медведев Ж. Тайный наследник Сталина. (Ежемесячный интернет журнал) №3. Март 2003.

См.: Л.Сумароков. Феномен М.А.Суслова (личность, идеология, власть).

Наследие и некоторые уроки ушедшей эпохи. // «Наследие эпохи» [электронный ресурс]: WWWVIPERSON.ru. 2008/. (Дата обращения 25.08.2010).

См.: Медведев Р. Они окружали Сталина. М., 1990. С. 313 – 350.

См.: Пол М. Картер. Шеф-идеолог: М.А.Суслов и «наука» о коммунизме в СССР. М., 2003. С.57, 86, 122.

приводит исследователя-социолога, равно как и практического политика, на позиции прагматизма, ползучего эмпиризма». Особое внимание автор уделяет деятельности М.А. Суслова в период руководства партией и правительством Н.С.Хрущёва, когда идеологические институты советского государства переживали не самые лучшие времена. Рассуждая в духе утверждения «они не сеют и не жнут», амбициозный первый секретарь ЦК КПСС отрицал значимость идеологических изысканий, смещая акценты управления партией и страной в сторону развития сферы материального производства.

В этой ситуации положение М.А.Суслова в партийной иерархии должно было неизменно ухудшаться, поскольку он курировал как раз то самое нелюбимое Хрущёвым идеологическое направление, но этого не произошло. Этот парадоксальный момент Картер объясняет своеобразно, переводя рассуждения о Суслове из плоскости знатока догм марксистско ленинской идеологии в плоскость умелого и осторожного участника внутрипартийных интриг, в которых, по его мнению, Михаил Андреевич играл далеко не последнюю роль, выполняя роль той самой гирьки на весах политической борьбы в КПСС, что до поры до времени позволяла Хрущёву удерживаться у власти и которая впоследствии и погубила «ретивого» руководителя. Эти выводы исследователь делает на основе анализа участия Суслова в деле «антипартийной группы» 1957 года и процессе смещения Хрущёва в октябре 1964 года. При этом используются ссылки на богатый архивный материал, воспоминания современников, но даже в этом случае многие выводы автора (разлад Суслова и Хрущёва представлял собой нечто большее, нежели результат борьбы за власть... Хрущёв..подходил к проблеме роли партии и коммунистической идеологии с очень «практических» позиций. Суслов же занял более критическую позицию и поэтому предложил собственную идеологическую перспективу) основаны скорее на домыслах и предположениях, чем на реальных фактах и процентных точных сведениях, поэтому без оглядки соглашаться с авторской позицией на роль Суслова в политических процессах хрущёвского периода не стоит. Необходимо отметить, что такими оценками и выводами, основанными нередко на субъективных домыслах и слухах, пронизаны многие страницы книги Пола М. Картера. При таком большом внимании, которое уделяется на протяжении всей книги развитию коммунистической идеологии и роли Суслова в этом процессе, вопрос ХХ съезда, «секретного» доклада Хрущёва на нём получает в книге недостаточно См.: Суслов М.А. Марксизм-ленинизм и современная эпоха. М., 1982. Т.№. С.

321.

См.: Пол М. Картер. Указ. Соч. С. 89-90.

См.: Там же. С.98-99.

полное раскрытие. В связи с этим, представляется возможным сделать вывод, что автор не захотел идти по уже проторённой дорожке анализа огромной роли ХХ съезда не только для советского народа, для КПСС, но и для всего мирового международного коммунистического и рабочего движения, хотя это событие было в жизни Суслова как шеф-идеолога Кремля безусловно крайне значимым.

Оригинально видение и оценка автора мотивации участия Суслова в антихрущёвской борьбе, которые по его мнению представляют собой тонкое сочетание желания как самому остаться на партийных верхах и не потерять своего политического влияния, так и отстоять высокое положение идеологии и всего, что с ней связано, как одной из отраслей партийной и государственной деятельности. Анализ работы Пола М.. Картера показывает, что её последняя глава является одной из наиболее подкреплённых реальными фактами и документами. Вместе с тем создаётся недоумённое впечатление по поводу всего содержания книги: она о «научном коммунизме» или о «сером кардинале» М.А. Суслове. То, с какой дотошностью автор вникает во все тонкости становления и развития научного коммунизма, как научной дисциплины, в содержание концепций научно-технической революции, научного управления обществом и другие моменты, даёт возможность отдать ему должное, но для этой книги подробности изложения несколько излишни.

Биографии столпов научного коммунизма, факты и даты, связанные с этапами становления дисциплины, несколько затушёвывают главный аспект в контексте данной книги – роль Суслова в развитии данной дисциплины. Справедливость требует отметить, безусловно, все моменты его участия в процессе институционализации научного коммунизма в работе изложены подробно.

Однако, разочаровывает тот факт, что Картер основным стимулом Суслова в развитии научного коммунизма видит его желание создать эффективный инструмент партийного и государственного контроля над обществом и базу для своего незыблемого положения в партийных верхах.

При этом Картер почему-то совершенно отказывает ему в качествах простого учёного-обществоведа и убеждённого марксиста-ленинца, искренне желавшего синтезировать новую, обобщающую, коммунистическую научную дисциплину, которой просто посчастливилось стать инструментом государственной власти и её оплотом. С нашей точки зрения, Картер неоправданно «верность принципам марксизма-ленинизма и его творческое развитие» презрительно называет элементами «сусловщины». См.: Пол М. Картер. Указ. Соч. С.117-121.

См.: Пол М. Картер. Указ. Соч. С. 143.

Отрывочные данные о развитии советской социологии, политической науки в известный период очень слабо по книге привязываются к деятельности Суслова как идеолога, но при этом вина за недоразвитость этих научных отраслей в Советском Союзе Картер и многие другие исследователи-политологи и историки» неоправданно перекладывают на «серого кардинала».

Собственно о Суслове, как «сером кардинале» Кремля, больше всего даёт представление последний раздел четвёртой главы, посвящённый международному коммунистическому и рабочему движению. Здесь ему отводится ведущая роль в деле конструирования и идеологического оформления взаимоотношений КПСС с зарубежными политическими партиями коммунистического и социалистического толка и распространения научного коммунизма в дружественных странах социалистического лагеря. Говорится даже о некоторой особой позиции Суслова по вопросам советско-китайских отношений, где он играл не последнюю роль. Но и здесь, к сожалению, имеют место некая неточность многих суждений и даже возможная недостоверность некоторых выводов (например, А.Я. Пельше никогда не был шурином М.А. Суслова).


По словам историка Дж.Боффы во времена Сталина, Хрущева, Брежнева нельзя было требовать от Суслова М.А. глубины теоретического мышления, крупных работ по философии, социологии поскольку первые немедленно пресекали какую-либо оригинальность в этом плане170.

В конечном итоге автор склоняется к оценке личности М.А.Суслова многочисленными работами западных исследователей-элитологов, признававших Суслова «политическим теоретиком и критически мыслящим аналитиком», который, по их словам, видел свою роль в том, чтобы защищать систему от «подрывного воздействия» опасных зарубежных, в особенности западных, идей, а также от разложения идеологии изнутри, не взирая при этом на негативные последствия такой политики для социального и экономического развития Советского Союза и престижа страны за рубежом. В многочисленных телеграммах, посланных в Москву многими руководителями и руководящими органами коммунистических и рабочих партий мира по случаю смерти М.А.Суслова отмечалось, что он « как крупный теоретик КПСС внес активный вклад в дело обогащения и защиты чистоты марксизма-ленинизма». Сегодняшняя духовная жизнь российского общества лишний раз доказывает правоту яростной борьбы М.А.Суслова против любых попыток проникновения элементов буржуазной идеологии в жизнь советского общества, предпринимаемых Западом в соответствии с См.: Дж. Боффа. История Советского Союза. М., 1994.С. 418.

См.: Пол М. Картер. Указ. Соч. С.8.

См.: Правда. 29-30 января 1982. №29-30.

разработанным сразу после второй мировой войны планом ликвидации Советского Союза.

Считая Суслова М.А. «идеологическим контролером», автор отмечает, что он обладал фантастической властью, и только по одному этому критерию заслуживает того, чтобы считаться одним из наиболее крупных советских политиков послевоенного времени.

Положение крупного советского политика подкреплялось, по мнению автора, наличием огромного политического авторитета. Это положение, П.М.Картер подтверждает словами Авторханова, «проистекало из непревзойденного умения облекать генеральную политическую линию партии в оболочку теоретических терминов марксистско-ленинской доктрины. Суслов отвечал за моделирование идеологической основы политики партии путем адаптации марксизма-ленинизма к изменяющейся ситуации и выступал в качестве верховного партийного арбитра в идеологических спорах. Если Москву можно было назвать коммунистическим Римом, то Суслов был Папой Римским». Можно согласиться с выводом Картера о том, что, с точки зрения уникального политического авторитета Суслова и проистекающей отсюда его власти, Суслов, несомненно, должен стоять в одном ряду с наиболее выдающимися советскими лидерами. Многие историки и политологи считают уход Суслова из жизни одним наиболее важных событий в жизни Советского Союза после смерти Сталина, что только тогда стал возможным процесс действительной и серьёзной ломки сталинской системы. Отрицая как таковое существование «науки о коммунизме», Картер, тем не менее, вынужден признать, что следуя выводу Ленина о том, что партия, в силу своего знания марксистско-революционной «науки», является единственным законным источником политической инициативы в обществе. Именно она, по мысли Сталина, может играть роль теоретика.

Поэтому не случайно Суслов после Сталина становится главным выразителем, защитником такого подхода. Он, по мысли автора, отстаивал традиционную идею о том, что «теория» должна играть первостепенную роль в политическом процессе, призванном противостоять требованиям перемен, исходящим от социальных групп и из-за рубежа.

Историческое развитие современной России воочию показало, что пренебрежение современными руководителями теоретическим обоснованием предлагаемых реформ имеют печальные последствия.

Многие предпринимаемые усилия по реформированию напоминают повторение плохо выученных уроков, попытку старые, оправдавшие себя, а затем оболганные успехи и достижения, представлять российскому См.: Пол. М. Картер. Указ Соч. С.12.

См.: Там же. С. 12-13.

обществу в качестве новаторских. Эти «новаторские идеи» направлены, как это ни странно, к достижению Россией уровня развития времён до 1991 года.

Картер достаточно аргументированно доказывает огромное значение, которое Суслов придавал марксистско-ленинской теории..

Суслов, по некоторым сведениям, отклонил все предложения на октябрьском (1964 г.) пленуме ЦК КПСС сменить Хрущева на посту Первого секретаря ЦК КПСС, предпочтя сконцентрироваться на идеологических вопросах. Интересно предположение автора, что «Суслов рассматривал руководителя партии как одного из винтиков машины по насаждению диктата «науки» о коммунизме» в интерпретации верховного теоретика. Картер отмечает, что Суслов постоянно стремился отстаивать и развивать идеологию научного коммунизма во всех своей политической деятельности. Но, несмотря на наличие ранее выпущенных за рубежом исследований по личности Суслова, новых источников информации, включая открытие доступа ко многим партийным архивам и рассказы очевидцев, автор с осторожностью предполагает наличие возможности предпринять попытки составить политическую биографию Суслова. Свою книгу он рассматривает как предварительное исследование «идеологической биографии» (таких научных работ в нашей стране никто не выпускал), использующее элементы как философского, так и историко-политологического анализа. В этой книге автор попытался соединить в себе анализ идеи и результаты ее реализации с описанием уникальных обстоятельств исторического и личного характера, сопутствующих идеологической деятельности Суслова.

Подготовленная книга, по словам, П.М.Картера, преследует более узкую цель – исследовать весьма специфичную природу и историческую важность отношения Суслова к марксизму-ленинизму и, в особенности, к теории научного коммунизма.176 Правда впоследствии автор пытается доказывать, что такой науки как научный коммунизм не существует.

Суслов Ю.П., доктор исторических наук профессор СГУ имени Н.Г.Чернышевского См.: Пол М. Картер. Указ. Соч. С.15.

См.: Там же. С. 17.

Библиография «Политология» Учебно-методическое пособие под ред.

А.А. Вилкова. Саратов, Издательский центр «Наука», 2010 г.

В современной России значительно вырос интерес к политическим знаниям. Во многом это обусловлено теми масштабными переменами, которые произошли и происходят в нашей стране на протяжении последних двадцати лет. За этот срок публичная политика была осознана как специфическая сфера профессиональной деятельности. Все это способствовало оформлению отечественной политической науки и запросу на подготовку в высших учебных заведениях профессиональных политологов, а учебные дисциплины политологического цикла стали обязательной составляющей на многих специальностях и направлениях подготовки.

Безусловно, граждане современного демократического государства должны, как минимум, иметь адекватное представление о природе и характере политической власти, устройстве государства и формах участия граждан в управлении им. В немалой степени этому способствуют соответствующие учебные курсы – при условии учёта целевой аудитории.

Предложенное коллективом преподавателей и ученых кафедры политических наук Саратовского государственного университета имени Н.Г. Чернышевского учебно-методическое пособие предназначено для студентов, не специализирующихся в области политологии. Тем не менее, это не означает, что в своей содержательной части оно является упрощенным. Авторы смогли обеспечить подачу материала таким образом, чтобы наиболее оптимально сочетались доступность изложения и достаточно высокий уровень раскрытия ключевых тем.

Содержательно учебно-методическое пособие охватывает основные проблемы, рассматриваемые политической наукой. Во многом это предопределено тем обстоятельством, что оно написано в соответствии с рекомендованной государственным образовательным стандартом программой обучения по дисциплине «Политология». В пособии показаны сущность (политическая власть), форма (политические институты) и содержание (политический процесс) современной политики. Авторы не только смогли изложить устоявшиеся в политической науке и учебной дисциплине сюжетные линии, но и уделили должное внимание возможностям применения теоретических знаний для анализа политической практики.

Весь объём курса подразделен на четыре базовых модуля, в каждом из которых материал распределяется по наиболее важным темам. В свою очередь, темы включают в себя соответствующие параграфы. Таким образом, содержание пособия логически структурировано и сбалансировано по объёму своих составных частей. Это позволяет быстро и с высокой степенью удобства осуществлять навигацию по учебно методическому пособию, а также получить принципиальное схематизированное представление об обязательных содержательных элементах учебной дисциплины.

«Лекционная» часть курса политологии в рассматриваемой книге вполне достаточна по объёму и точно выверена по сложности. Она носит «установочный» характер и позволяет студентам усвоить необходимый минимум, основываясь на котором несложно будет в случае необходимости самостоятельно усвоить более высокие уровни политологического знания. Авторами изложены основные теоретические подходы, актуальные в пределах того или иного раздела. Однако, к сожалению, в завершении параграфов не сформулированы основные выводы и (или) обобщения, которые резюмировали бы рассмотренные проблемы. Кроме того, в некоторых случаях явно не достает иллюстративного материала – схем, таблиц, диаграмм, способствующих включению зрительной памяти и служащих средством наглядной систематизации изложенного посредством текста.

Каждый тематический раздел завершается вопросами для самоконтроля. Такой методический приём в текущем обучении акцентирует внимание студентов на ключевых позициях, а по завершении курса – способствует быстрому повторению пройденного.

Стилистика и язык изложения учебного материала позволяет презентовать его доступно и понятно, в то же время сохранив черты и признаки профессионального политологического дискурса. Чувствуется, что содержательно темы были неоднократно апробированы в ходе учебных занятий, и авторы пособия точно знают, какие акценты нужно сделать в той или иной части работы.

Поскольку жанр рецензируемой книги определен как «учебно методическое пособие», авторы включили в неё не только тематический текст (в форме мини-лекций), но и практические задания, которыми завершается каждый модуль. Практикумы и тесты, предлагаемые к модулю, позволяют студентам осуществлять самопроверку и выявлять сильные и слабые стороны своей подготовки.

Отметим, что практикумы содержат в себе элементы хрестоматии – значительное количество оригинальных текстов (выдержек из документов и научных работ). Систематизации полученных знаний, а также выработке умений и навыков исследования способствуют содержащиеся в практикумах задания по сравнению и соотнесению политических явлений и событий, их классификации. Весьма наглядны табличные варианты, которые требуется заполнить, исходя из содержания темы. На наш взгляд, все это является несомненным достоинством пособия, поскольку позволяет студентам получить навыки критического мышления и самостоятельного анализа.

Размещенные в завершении каждого модуля тестовые задания ориентированы на формализованную проверку полученных студентами знаний. Уровень их сложности рассчитан на заинтересованного, внимательного, но все же «среднего» студента. Выполнение тестов способствует закреплению учебного материала, выявлению имеющихся пробелов.

Общий список рекомендуемой литературы достаточно узок. Однако данный недостаток с лихвой компенсируется обширным перечнем интернет-ресурсов, на которых можно найти всю необходимую информацию, в том числе, статистического и аналитического плана. Кроме того, авторы предложили дополнительные списки литературы, которую можно использовать при подготовке по отдельным темам.

Представленные темы рефератов и контрольных работ корреспондируют содержательной части учебно-методического пособия, а предложенная методика написания контрольных работ выполняет роль подробной инструкции. Данная часть пособия позволяет студентам выработать навыки самостоятельного изучения и систематизированного изложения отдельных сюжетов, носящих политологический характер.

Несомненного одобрения заслуживает размещенный в конце книги глоссарий. Он не только обозначает минимальный набор профессиональной политологической лексики, но и способствует восприятию студентами общественно-политического дискурса.

Безусловно, количественный набор глоссария не богат, но этот недостаток вполне оправдан, если учитывать, что пособие предназначено не узким специалистам, а достаточно широкому кругу обучающихся. Современные информационные и коммуникативные технологии позволяют с легкостью восполнить недостающее или же выявить дополнительные нюансы терминов, понятий и категорий.

В целом следует резюмировать, что учебно-методическое пособие «Политология», написанное коллективом авторов и изданное под редакцией доктора политических наук, профессора А.А. Вилкова, выполнено на высоком профессиональном уровне. Оно может быть рекомендовано не только студентам, но и широкому кругу лиц, интересующихся политической жизнью общества и желающих путем самообразования разобраться в её сложных проявлениях.

Сергеев С.Г., доцент ПАГС Вилков А.А., Казаков А.А. Политические технологии формирования имиджей России и США в процессе информационно коммуникационного взаимодействия (на материалах «Российской газеты» и «Вашингтон Пост». 2007-2008 гг.). Саратов: Издательский центр «Наука», 2010. – 169 с.

Данная монография посвящена политико-технологическим особенностям формирования имиджей России и США в процессе информационного взаимодействия этих государств. Эмпирической базой исследования стали опубликованные в 2007-2008 годах материалы двух ведущих изданий указанных стран – «Российской газеты» и «Вашингтон Пост». Предметом анализа явились политико-информационные технологии, при помощи которых эти газеты воздействовали на сознание собственных читателей с целью сформировать у них определенное отношение к политической реальности.

Авторам удалось выявить особенности трактовок теории массовой коммуникации в рамках различных исследовательских парадигм, определить наиболее эффективные методы анализа информационно политических технологий, применяемых в печатных средствах массовой информации, и исследовать используемые «Российской газетой» и «Вашингтон Пост» способы воздействия на массовое сознание их читательских аудиторий. Кроме этого, сравнительному анализу подверглись характер, состав и интенсивность использования манипулятивного арсенала указанных изданий, а также присущие им стратегии взаимодействия с населением и органами власти.

В монографии делается вывод, что для усвоения читательской аудиторией того образа действительности, который само издание считает верным или необходимым, и «Российская газета», и «Вашингтон Пост»

используют соответствующие политико-коммуникационные технологии.

Характер и частота их применения существенно влияют на то, насколько эффективно средство массовой информации может способствовать формированию требуемого образа противоположной стороны среди собственных читателей. Качественное разнообразие и интенсивность использования политических медиатехнологий в анализируемых изданиях различны.

Исследование может представлять интерес для специалистов в области политологии, социологии, лингвистики, а также для преподавателей, студентов и всех, кто интересуется политическими проблемами современной России.

Данилов М.В., кандидат политических наук доцент СГУ имени Н.Г.Чернышевского НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА СБОРНИК НАУЧНЫХ СТАТЕЙ КАФЕДРЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ НАУК САРАТОВСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ИМЕНИ Н.Г.ЧЕРНЫШЕВСКОГО Выпуск _ Подписано в печать 21.11.2010.

Формат 60x84 1/16. Бумага офсетная. Печать трафаретная Усл. печ. л. Тираж 300 экз. Заказ № Издательский центр «Наука»

Типография АВП «Саратовский источник»

Лиц. ПД №7-0014 от 29 мая 2000г.

г. Саратов, ул. Университетская, 42, офис 22,

Pages:     | 1 | 2 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.