авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования и науки Российской Федерации

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального

образования «Сочинский государственный университет туризма и

курортного

дела»

Филиал государственного образовательного учреждения высшего

профессионального образования «Сочинский государственный университет

туризма и курортного дела» в г. Нижний Новгород Нижегородской области

Кафедра менеджмента Проблемы методологии и теории современного менеджмента Коллективная монография Нижний Новгород 2010 1 УДК 330 ББК 65.2 К 56 Проблемы методологии и теории современного менеджмента: коллективная монография / под общ. ред. проф. В.Д.Фетисова;

Филиал Сочинского университета туризма и курортного дела в г. Нижний Новгород. – Н. Новгород: ООО «Издательство «Пламя», 2010.

– 216 с.

ISBN В коллективной монографии рассматриваются актуальные проблемы методологии и теории современного менеджмента. Основное место отведено вопросам практической реализации институционализма как субъективной управленческой деятельности, методологии исследования финансовой деятельности граждан, человеческого капитала, управленческого персонала, развития сферы услуг и институционального устройства.

Рекомендуется ученым, преподавателям, аспирантам, студентам и всем читателям, интересующимся проблемами современного менеджмента.

Ответственный редактор: Фетисов Владимир Дмитриевич, д.э.н., профессор, заведующий кафедрой менеджмента филиала государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Сочинский государственный университет туризма и курортного дела» в г. Нижний Новгород Нижегородской области Рецензент – доктор экономических наук, профессор, академик РАЕН Ф.Е. Удалов, заведующий кафедрой менеджмента Нижегородского государственного университета им.

Н.И.Лобачевского Печатается по решению Ученого Совета филиала государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Сочинский государственный университет туризма и курортного дела» в г. Нижний Новгород Нижегородской области ISBN © ООО «Издательство «Пламя», ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ ГЛАВА 1. ИНСТИТУЦИОНАЛИЗМ И СОВРЕМЕННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ 1.1.Экономическая наука и институционализм 1.2. Трансакционные издержки и менеджмент 1.3. Экономический кризис и институционализм ГЛАВА 2. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ФИНАНСОВ ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ 2.1. Проблемы методов исследования жизнедеятельности общества 2.2. Общепонятийная база исследования финансов физических лиц 2.3. Человеческие потребности, рыночная экономика и финансы 2.4. Проблема названия субъектов рыночной экономики ГЛАВА 3. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ «ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ»

3.1. Экономисты-классики о человеческом капитале 3.2. Структура человеческого капитала ГЛАВА 4. КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ ТРУДОВОГО ПОТЕНЦИАЛА ПЕРСОНАЛА УПРАВЛЕНИЯ ОРГАНИЗАЦИИ 4.1. Концептуальные основы персонала организаций 4.2. Элементы трудового потенциала персонала управления организации ГЛАВА 5. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К МОДЕРНИЗАЦИИ АДМИНСТРАТИВНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО ПЕРЕУСТРОЙСТВА РОССИИ 5.1. История вопроса: несовершенство административно-территориального устройства СССР 5.2. Логика распада СССР и административно-территориальная структура России 5.3. Применение зарубежного опыта административно - территориального деления в российских условиях 5.4. Проекты админстративно-территориального переустройства современной России с целью улучшения территориального управления ГЛАВА 6. СОВРЕМЕННЫЙ ИНСТРУМЕНТАРИЙ УПРАВЛЕНИЯ И ОЦЕНКИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНТЕГРИРОВАННЫХ СТРУКТУР ГЛАВА 7. МЕТОДОЛОГИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СРЕДСТВ МАРКЕТИНГА В СОВРЕМЕННОМ МЕНЕДЖМЕНТЕ ОРГАНИЗАЦИИ 7.1. Теоретические основы использования маркетинга 7.2. Применение информационных технологий в маркетинге 7.3 Организация службы маркетинга на предприятии ПРЕДИСЛОВИЕ Закончился непростой 2010 год. Социально-экономическое положение России остается тяжелым. Прогнозы развития страны в части выхода из кризиса остались на бумаге. В 2010 г. ВВП увеличился на 2,7%, объем промышленного производства – на 8,2%, инфляция – на 8,7%. Выход России из кризиса 2008 г. прогнозируется органами власти на 2012 год.

Для большинства людей становится очевидным, что популистские заявления, декларации и убеждения о достижении успехов исключительно за счет природной сырьевой базы или форекса – глубокое заблуждение необразованных людей или специальное оболванивание граждан. Успехи возможны, но лишь кратковременные, сегментарные, обусловленные стечением тех или иных случайных обстоятельств. В перспективе на длительный период времени они, как правило, оборачиваются значительными потерями материального, социального и морального характера.

Единственный путь, ведущий к социально-экономическому прогрессу общества, включает решение трех задач:

- рост и развитие производства реальных жизненных ценностей;

- совершенствование менеджмента жизнедеятельности субъектов общества;

- обеспечение достаточной всесторонней защиты благосостояния субъектов общества.

Их решение в РФ находится в проблематичном состоянии, а поэтому предполагает необходимость кардинальной модернизации всех сфер общества.

В наиболее сложном положении находится менеджмент страны на всех трех уровнях: частном, корпоративном и государственном.

В предлагаемой коллективной монографии рассматриваются актуальные вопросы методологии и теории современного менеджмента. Основное место отведено практической реализации институционализма как субъективной управленческой деятельности, формам его проявления в разных отраслях и сферах рыночной экономики, методологии исследования финансовой деятельности граждан, человеческого капитала, управленческого персонала, развития сферы услуг.

Монография написана преподавателями кафедры менеджмента филиала Сочинского государственного университета туризма и курортного дела в г.

Нижний Новгород в составе:

В.Д. Фетисов, д. э. н., профессор, член-корр. РАЕН, – предисловие, гл. (совместно с Т.В. Фетисовой);

Н.Е. Жигалова, к. э. н., доцент – гл. 6.

Е.В. Мингалева, к. э. н., доцент – гл. 5;

Н.В. Мордовченков, д.э.н., профессор – гл. 3 (совместно с А.В.

Трухановым);

Я.С. Поташник, к. э. н., доцент – гл. 4;

А.В. Труханов, аспирант – гл. 3 (совместно с Н.В. Мордовченковым);

В.Е. Туватова, к. э. н., доцент – гл. 7;

Т.В. Фетисова, к. э. н., доцент – гл.1 (совместно с В.Д. Фетисовым), гл.2.

Разумеется, ряд поставленных вопросов и предлагаемых решений может носить дискуссионный характер. В этой связи авторы будут весьма благодарны за отзывы и пожелания.

ГЛАВА 1. ИНСТИТУЦИОНАЛИЗМ И СОВРЕМЕННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ Экономическая наука и институционализм 1.1.

Вступление России в мировой процесс глобализации социально экономической жизнедеятельности сопровождается усилением конкуренции между субъектами мирового хозяйства: регионами, странами и транснациональными корпорациями. Несмотря на благоприятные природные, трудовые и финансовые условия Россия существенно уступает в соперничестве не только развитым, но и многим развивающимся странам. Положение продолжает ухудшаться в последние годы. Если в докризисном 2008 г. в глобальном рейтинге конкурентоспособности мира страна занимала 49 место, то в 2009 г. опустилась на 51 место или третью позицию с конца. Даже проблемная Греция заняла 46 место, на пять позиций выше России [1]. Вопреки информации Федеральной службы государственной статистики России об успешном развитии экономики наша страна не попала в бенчмарк – такова оценка зарубежных профессионалов финансового рынка. Заявления отдельных политиков и экономистов о выходе страны из кризиса в начале 2010 г., как обычно, оказались поспешными и популистскими. Иного и быть не могло, поскольку они были лишены объективного научного обоснования.

В этой связи главной проблемой развития России в условиях интенсификации мировой глобализации на ближайшее десятилетие является реальная всеобщая модернизация и обеспечение выше среднего уровня конкурентоспособности отечественной экономики. Ее решение не представляется возможным без максимального использования положений экономической науки. К сожалению, влияние последней на экономические процессы отдельных стран и всего мира в 2007-2010 гг. оказалось больше негативным, чем положительным. Созданные в США неформальные стоимостные перераспределительные механизмы и «мыльные» денежно финансовые пузыри ввергнули многие государства в состояние беспрецедентного финансового кризиса.

В большинстве стран, за исключением Китая и ряда второстепенных государств, произошел спад объема производства и ВВП, выросла безработица, ухудшилось реальное положение большей части населения. В наибольшей степени от мирового кризиса пострадала Россия. ВВП страны снизился в г. на 8,7%, производство продукции – на, безработица возросла.[2] В этих условиях, экономическая наука «..подверглась не только нападкам журналистов, но и критике «изнутри», причем в данном случае критика звучит … из уст состоявшихся исследователей в разных областях» [3, c.10]. По мнению известных европейских и американских экономистов, мы наблюдаем «системный кризис экономической теории» [3, c.10]. Чтобы не допустить повторения подобных искусственных катаклизмов, необходимы объективная оценка и критический подход к научному экономическому наследию и реальной деятельности крупнейших мировых организаций, органов власти ведущих стран мира и особенно России. Необходимо решить две основные задачи: 1) дать объективную оценку состоянию и роли важнейших направлений экономической теории;

2) решить вопрос о степени возможности заимствования и переноса зарубежных «достижений» в практику социально экономического развития России.

Развитие экономической науки до XIX в. происходило, в основном, на платной основе по заказу корпораций и структур государств. До сих пор ни один экономист, пусть даже и нобелевский лауреат, не имеет права опубликовать в академических научных журналах США то, что желает. Все статьи проходят многочисленное рецензирование и публикуются только после специального решения советов и главных редакторов. Персональные выпады, упреки, а также резкие высказывания о политиках, представителях органов власти или государственной политике не допускаются на страницах специальных журналов [4, с.14].

Отсутствие возможности публичного обсуждения программ, решений, мероприятий и результатов деятельности партий, законодательной и исполнительной власти, представителей мирового бизнеса, с одной стороны, игнорирование наиболее распространенных проблем современной экономики и неспособность публично заявить об ограничениях и допущениях своих моделей, нежелание говорить о неполноценности исследований – c другой стороны, обусловили отрыв экономистов от реальной практики, вынуждая их заниматься частными заказами работодателей и государственных структур, анализом динамики статистики, разработкой моделей абстрактных прогнозов изменения тех или иных рыночных параметров.

Со второй половины XIX в. по 80-е годы XX в. экономические исследования шли по двум социально противоположным направлениям соответственно интересам имущих и неимущих классов. Конкуренция между ними привела к значительным достижениям во всех сферах социально экономической жизнедеятельности людей. Несмотря на огромные утраты материальных и трудовых ресурсов в период второй мировой войны, развивались производительные силы, быстро рос ВВП, осуществлялась научно техническая революция, осваивался космос, улучшились условия труда и благосостояние населения, введен 8-часовой рабочий день, и т. д. В США был создан средний класс, заложена основа для демократического развития [5].

При этом зарубежная экономическая наука развивалась хаотично, часто уходила в схоластику, а поэтому не могла дать рецептов для стабильного развития капиталистических стран в периоды депрессий XX в. Объективно говоря, быстрый выход США и Европы из кризисов во многом был обусловлен заимствованием основ корпоративного и народнохозяйственного планирования, а также принципов функционирования государственной собственности и государственного управления СССР 1925-1935 гг. С их учетом происходили подготовка и ведение второй мировой войны в развитых странах.

Апогеем зарубежной науки можно считать работу Дж. М. Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег» (1936 г.), в которой значительное место уделено государственному воздействию на развитие частной экономики. Хотя в США, как вспоминает К. Эрроу, «Общую теорию …» во время обучения в аспирантуре никто не упоминал [6].

Несмотря на внешнюю приверженность эмпирическому методу исследования, зарубежные экономисты второй половины XX в. оперировали тремя условными понятиями: «домохозяйство», «фирма» и «идеальный свободный рынок». Основными белыми пятнами мировой экономической науки до 80-х годов были:

1. Механизм отношений собственности. Частная собственность преподносилась как верх совершенствования во всех сферах жизнедеятельности общества: производстве, образовании, культуре, науке, здравоохранении, сервисе и др.

2. Роль субъективного фактора в экономике. В качестве всеобщего регулятора признавался исключительно рынок, его внутренние законы, связи и зависимости. «Экономический анализ, – пишет нобелевский лауреат К. Эрроу, – ранее был основан на принципах индивидуального поведения, когда предполагается только один набор социальных институтов, а именно рынков»

[6, с. 11].

3. Роль социальных организаций и государства в сфере контроля и экономики. Влияние социальных организаций и государства на экономику рассматривалось исключительно в негативном аспекте. Соответственно проводился курс политики на уменьшение государственной собственности и влияния государства на процесс предпринимательства.

4. Ненаблюдаемая (неформальная) экономика. До 70-х гг. в теории отсутствовало понятие неформальной экономики, составлявшей в отдельных странах до 60-80% ВВП.

5. Взаимоотношения развитых и развивающихся стран. Преподаваемая экономика в 1940, 1950-1960 гг. была сосредоточена на том, что происходило внутри США, а не на внешних рынках. В большинстве курсов международный аспект практически не изучался [7].

В результате большинство исследований сводилось к абстрактному теоретизированию и графико-математической интерпретации условных рыночных ситуаций идеального государства под названием США. Открытия пришедших в науку математиков П. Самуэльсона, М. Фридмана, Ф.

Модильяни, Г. Марковца, Д. Касса, Г. Беккера, К. Эрроу, Роберта Лукас младшего, С. Фишера и других светил зарубежной науки (в основном из Массачусетского технологического института) быстро оказывались в большей части несостоятельными, так как не подтверждались реальной жизнью.

Экономисты-математики не понимали великой депрессии, а поэтому не могли предвидеть перспективы экономики стран и дать какие-либо реальные рецепты по ее развитию [7, с.190]. Даже отец теории денег С. Фишер понес большие личные финансовые потери во время депрессии 1929-1934 гг., которые «пошатнули его веру в то, что V и Q/V – квазиконстанты в тавталогии MV=PQ.

Этому утверждению противоречила повсеместная дефляция долга» [7, с. 193].

Ярким доказательством практической несостоятельности зарубежной науки служит тот факт, что подавляющее большинство американских экономистов, в том числе и П. Самуэльсон, утверждали, что после 2-й мировой войны в США наступит глубокая депрессия [7]. Все оказалось верным, но со знаком наоборот: США вступили в полосу наиболее успешного экономического роста. Теоретики рассчитывали тренды и прогнозы, и тот, у кого на определенный период времени вывод совпадал с практикой, считался наиболее продвинутым. Особенно это касается монетаристов, M. Фридмана и Компания. Их положения вроде бы работали, но лишь до 50-х годов [7].

По мнению П. Самуэльсона, «такие глубокомыслящие ученые, как Саймонс и Вайнер уже в середине 1930-х гг. вынесли из современной экономической истории, что столь простая парадигма как MV=PQ неадекватна, а ее вывод «M управляет PQ» - ложный» [7, с. 199]. П. Самуэльсон говорит:

«Давайте посмотрим на факты. Проверьте 10 самых известных моделей прогнозирования периода 1950-1980 гг. Уортона, Таунченда-Гринспена, Мичиганскую модель, и т.д.» При ранжировании оказалось, «что после 1950-х гг. монетаризм никогда не был успешным» [7, с. 195]. О соотношении монетаристской теории и реальной практики в США можно судить по следующему факту. Вначале 1970-х гг. Ширли Алмон в своих исследованиях для Citibank «получал монетаристские прогнозы, которые систематически расходились с реальными данными». Руководство банка «тут же избавилось от экономического подразделения, посчитав его не оправданным излишеством»

[7, с. 195-196].

Стагфляция 1970 гг. в США показала «всю самонадеянность правительственного окружения (монетарного) – правильная прогнозируемая экономическая политика не рождается монентаризмом» [7, с. 196]. В 1983 г., по признанию самого М. Фридман, монетаристы в США постоянно терпели публичные посрамления. [7, с. 31] Успехи американских экономистов значительной степени были обусловлены стремлением к противостоянию социализму. Так, М. Фридман и Дж. Стиглер в 50-е годы обличали скатывание к социализму, выступали против вмешательства государства в экономику. В 1964 г. М. Фридман агитировал за претендента в президенты США Барри Голдуотера - известного экстремиста США.

Значительная часть новаций исследований сводилась к введению новой терминологии и десятков уравнений. П. Самуэльсон охарактеризовал широко популяризируемый в России «беккеровский анализ» как «бесплодные разглагольствования», имеющие цель запугать сверхусложненным экономическим жаргоном исследователей – неэкономистов» [8, с. 738.].

Поэтому нельзя не согласиться с выводом ряда известных зарубежных экономистов о том, что «за последние три десятилетия развития своей дисциплины экономисты пришли к использованию моделей, в которых игнорируются важные для финансовых и других рынков явления… Даже стороннему наблюдателю очевидно, что с помощью подобных моделей невозможно предугадать фактический ход эволюции реальной экономики… Фактически в современной теоретической макроэкономике и финансовой литературе понятие «системный кризис» выступает неким потусторонним явлением, отсутствующим в экономических моделях. В час самой острой необходимости обществу предстоит блуждать впотьмах без какой бы то ни было теоретической основы. И это мы считаем системной неудачей современной экономической теории» [3, с.10-11].

Своеобразным переломом в экономической науке стало устранение борьбы двух противоположных социально-экономических систем.

Формирование единого товарно-денежного пространства на базе многообразия форм собственности в результате устранения противостояния противоположных систем сняло многие проблемы, но поставило четкую задачу науке: нужны конкретные рекомендации по совершенствованию движения стоимостных потоков в условиях мировой глобализации. В ответ на новые запросы была поднята из архива забытая статья Р. Коуза «О природе фирмы»

(1937 г.). Соответственно, Нобелевская премия по экономике (1991 г.) была присуждена Р. Коузу «За открытие и иллюстрацию важности трансакционных издержек и прав собственности для институциональных структур и функционирования экономики», что положило начало признанию и интенсивному развитию неоинституционализма. Подчеркивая оторванность экономической теории от практики, Р. Коуз отметил в своей мемориальной лекции: «То, что изучается, является системой, которая живет в умах экономистов, а не в действительности. Я назвал этот результат «экономической теорией классной доски»[9].

Работы Р. Кроуза возникли не на пустом месте. Основные идеи и положения институционализма были сформулированы в первой трети ХX в.

такими экономистами и политическими деятелями, как: Т. Веблен, У.К.

Митчелл, Дж. Р. Коммонс, А. Берль, Р. Тагвелл, Дж. К. Гэлбрейт. Они описали и проанализировали реальную картину как «позолоченного века» (начало ХХ в.), так и умирающего капитализма США (период великих депрессий 21-34 гг.), разработали основные положения реформ администрации президента Ф. Д.

Рузвельта в 30-е годы.

В теоретическом аспекте наиболее значительными представляются труды Т. Веблена и Дж. Р. Коммонса.

В работе «Теория праздного класса» Т. Веблен исследовал процесс возникновения и эволюции частной собственности. Он писал, что собственность первоначально возникла как трофей, знак победы над менее сильным соседом. Мотивы, лежащие в ее основе, - соперничество, завистливое сравнение, демонстративное преуспевание как основа уважения и жажда власти, даруемой богатством. По мере того, как стадия приобретения путем хищнического захвата переходит в стадию организации производства на основе частной собственности (рабов), превосходство в силе и трофеи как показатель успеха заменяются «канонами денежной почтенности» и критериями накопления собственности и «опыта праздной жизни» [10].

В своих основных работах «Правовые основания капитализма» (1924 г.) и «Институциональная экономическая теория» (1934 г.) Дж. Р. Коммонс сформулировал понятие института, как исторически сложившегося и освещенного юридическим авторитетом обычая, уходящего своими корнями в коллективную психологию, ввел понятие сделки, ее содержание и трех видов:

торговые, управленческие и рационирующие, раскрыл содержание торговой сделки как основной в рыночном хозяйстве.

Несмотря на огромный вклад институционалистов в теорию и позитивное развитие США, их учение после выхода страны из великой депрессии оказалось не нужным состоятельному классу. США вновь вступили в полосу расцвета монополистического капитализма и интенсивного обогащения за счет перераспределения ценностей субъектов мирового сообщества.

«Неспособность академических экономистов, как отмечалось ведущими экономистами на междисциплинарном симпозиуме в Свободном университете Берлина в 2008 г., предвидеть актуальные проблемы международной финансовой системы и неадекватность стандартных моделей макроэкономики и финансов пониманию происходящих событий может стать веским аргументом в пользу принципиального изменения направлений исследования и пересмотра основных теоретических принципов современной экономической науки» [3 с.

25].

Современный институционализм можно определить как систему субъективного обоснования и функционирования инфраструктуры рыночной экономики. В последние десять лет написано огромное количество статей, монографий, диссертаций и учебных пособий по институциональной экономике. Большинство из них различаются лишь по используемому понятийному и концептуальному аппарату, инструментарию и характеру приложений. К настоящему времени, по мнению Д. Норта, сторонников трансакционного подхода объединяет только признание важности трансакционных издержек;

во всем остальном они далеки от единодушия.

Более того, многие зарубежные и отечественные экономисты стали заниматься не столько поиском истин, сколько наукообразием, что дало основание Д. С.

Львову заметить о значительной доле в институционализме, так называемого, словоблудия. [11. с.111] Содержание институционализма охватывает те самоочевидные факты реальной действительности, на исследование которых ранее накладывалось своеобразное табу: отношения и защита собственности, роль субъективного фактора и государства, экономическое неравенство категорий населения и стран мира, неформальную экономику. Сюда относятся всевозможные институты или «правила игры». В зависимости от вида субъектов и характера сделок правила игры могут быть разными: для двух физических лиц при купле продаже незначительного товара достаточно устной договоренности;

покупка территории одним государством у другого потребует системы сложных процедур и институтов, включая такие «фигуры», как органы законодательной и исполнительной власти и даже международные организации. Теоретически государство может существовать на пожертвования своих граждан, но в реальности оно использует специальные «правила игры», важнейшим институтом которых служит фискальный орган в виде сборщика (управления, министерства, службы, казначейства и т.д.) налогов и сборов.

В этой связи любому обществу в целом и субъектам рыночной экономики (государству, организации, физическому лицу) в отдельности присуща система институтов или правил игры. Чем сложнее и многочисленнее связи субъекта, тем многоплановее система. При этом, и что имеет особое значение, система правил игры имеет иерархический, субординационный характер, когда одни правила игры предполагают создание других правил, но только низшего порядка. Поэтому вряд ли можно согласиться с мнением о необходимости различий института и организации [7]. Правильно считают, что существуют игроки и правила игры. Однако не следует забывать, что в сложном социально экономическом процессе сами правила игры могут предполагать образование других игроков в виде физических или юридических лиц, но уже со своими правилами игры.

Таким образом, институты, опосредствуя движение жизненных ценностей от момента создания до конечного потребления, выражают собой все формальные и неформальные организации и процессы.

Своеобразным апогеем развития неоинституционализма можно считать его организационное оформление. В 1997 г. стараниями Д. Норта, Р. Коуза и О.

Уильямсона создано Международное общество новой институциональной экономики (ISNIE). Оно определяет дисциплину «Новая институциональная экономика» как междисциплинарное направление исследований, в рамках которого объединяются экономика, право, теория организаций, социология и антропология [7]. Деятельность общества оказывает значительное влияние на политику Нобелевского комитета. Большая часть Нобелевских премий присуждалась в последние 10 лет за разработки в области институционализма.

Особо следует остановиться на роли математики в институционализме.

Вопрос весьма дискуссионный. При этом мнения ученых варьируют от полного отрицания до всеобщей абсолютизации. Однако большинство выступают за компромиссное решение, призывая к осторожности абсолютизации математических методов. Так, о роли математики в экономике М. Фридман говорит: «Я не верю, что кто-либо может на самом деле понять модель, состоящую из 40 уравнений. Никто не знает, что произойдет в будущем, и я думаю, этот способ получения результата не самый надежный».

Сегодня подобные модели применяются в исследованиях глобального потепления. На мой взгляд, эти модели не выглядят надежными и точными.

Физики и те используют в своих моделях лишь несколько уравнений [7, с. 178 179].

К 90 годам ХХ в. полностью выявилась несостоятельность обоснования математических исследований в экономике в качестве развития самой экономики. А поэтому представляется вполне правомерным их выделение в своеобразный экономико-математический подход или «математическую институциональную экономику», которая, как справедливо отмечается в литературе, по существу является прикладной математикой, а не экономикой [11]. Отсюда разумно согласиться с все более распространяющейся точкой зрения, что «строго говоря, и здесь речь идет не об экономической теории – перед нами особый раздел прикладной математики, в котором экономика описывается как некий весьма идеализированный объект на основе так называемого «экономического подхода» и выстраивается ее механистический образ, чтобы использовать формальный математический язык...Теория, гипотезы и следствия которой не могут быть сопоставлены с реальностью, не представляет никакого научного интереса. Сама по себе логическая дедукция, будь она даже математической, если тесно не связана с изучением реальности, не имеет какой-либо ценности в плане понимания этой реальности» [14, с.11].

Преувеличение роли математических рассуждений в экономической науке и сопутствующее этому преуменьшение значимости фактов и реальности известный представитель неоклассического мейнстрима М. Алле называет «математическим шарлатанством» и видит в нем угрозу научности экономической теории» [11, с.116].

В заключении следует отметить, что новая институциональная экономика вошла в науку как основа политики, права и идеологии неолиберализма. Ее анархическое бурное развитие в зарубежных и отечественных академических кругах позволило ряду экономистов говорить о существовании феномена «институционального шарлатанства» [11, с.116]. Убедительным доказательством этому стала полная беспомощность неоинституционализма в условиях экономического и финансового кризиса 2007-2008 годов.

К сожалению, неоинституционализм, без достаточной научной теории и отсутствия практической апробации до сих пор выдается как ведущее направление экономической науки конца ХХ и начала ХХ1 в. Данное заключение представляется малообоснованным, а поэтому преждевременным.

Чтобы правильно определить место и роль неоинституциализма в развитии менеджмента экономических субъектов России, необходимы дальнейшие специальные исследования в аспекте практической апробации. Это касается, прежде всего, трансакционных издержек, определения их реального уровня, динамики и механизма действия.

1.2. Трансакционные издержки и менеджмент Экономическую суть институционализма, на наш взгляд, составляет теория трансакционных издержек, возникающих при сделках между субъектами по специально создаваемым или принимаемым «правилам игры»

вне непосредственного создания ценностей. Что представляют собой трансакционные издержки современного общества? Каковы их объекты и субъекты? Каким образом они влияют на состояние, развитие и перспективы менеджмента в условиях рыночной экономики? Ответы на эти вопросы имеют первостепенное значение для соединения теории и практики, выявления особенностей и путей радикальной модернизации менеджмента, а следовательно, обеспечения условий для выхода из финансового кризиса страны, стабилизации и дальнейшего роста экономики. Главной проблемой выживания России в условиях интенсификации мировой глобализации на ближайшее десятилетие является эффективное использование финансовых ресурсов.

Актуальность проблемы объясняется возрастающей ролью финансовых потоков, глобализации, а главной практической значимостью. По существу вопрос трансакционных издержек выступает критериальным механизмом всей инстутуциональной теории. Особое внимание должно быть обращено архиважной проблеме взаимосвязи неуклонно растущих во всех сферах социально-экономической жизнедеятельности общества так называемых трансакцонных издержек и финансов наиболее массового субъекта рыночной экономики - населению.

Трансакционные издержки - понятие весьма неопределенное, с точки зрения не только оппонентов, но и приверженцев этого инстутуционального направления. «Четкой дефиниции трансакционных издержек, – пишет Т.

Эггертссон, – не существует» [15, c.29]. Можно бесконечно заниматься и спорить, но практического эффекта никогда не достичь. Поэтому целесообразнее посмотреть на трансакционные издержки с практической точки зрения. Обычно выделяют пять форм трансакционных издержек:

- издержки поиска информации;

- издержки ведения переговоров и заключения контрактов;

- издержки измерения;

- издержки спецификации и защиты права собственности;

- издержки оппортунистического поведения.

Какова конкретная роль трансакционных издержек в реальной действительности? Наука создала горы трудов, но четкого ответа дать не может. По единодушному мнению экономистов, пожалуй, единственной попыткой дать количественную оценку трансакционным издержкам являются исчисления Дж. Уоллиса и Д. Норта в 1986 г. По их расчетам, доля в ВВП США трансакционных услуг, оказываемых частным сектором, увеличилась с 23% в 1870 г. до 41% в 1970 г.;

государством с 3,6% до 13,9%, что в итоге составило рост с 26,6% до 54,9% [8, с.660 – 661]. Дж. Уоллис и Д. Норт исходили из условной фирмы как основного субъекта рынка и государства в качестве некоторого регулятора. При этом они выделили три фактора повышения удельного веса трансакционных издержек в экономике США: углубление специализации и разделения труда;

технический прогресс и усиление роли правительства.

Такой подход, с методологической точки зрения, представляется весьма упрощенным и даже односторонним, а поэтому требует уточнения, прежде всего, понятий объекта и субъектов трансакционных издержек. Во-первых, современный рынок не является сферой взаимодействия только условных фирм по поводу обмена ценностей. Рынок – это сложнейший комплекс взаимосвязей и взаимоотношений самых разных субъектов и объектов. Объектом рыночных отношений могут выступать все жизненные ценности (имущество, различные права, социальные, духовные и другие ценности). В условиях рыночной экономики не бывает денежных и неденежных издержек.

Соответственно объектом трансакционных издержек служит функционирование жизненных ценностей, имеющих ограниченный характер и стоимостную оценку. Особую роль и значение в современных условиях имеют нематериальные ценности, прежде всего, различные права (право владения, право управления, право наследования и т.д.) Все издержки имеют стоимостную форму выражения. Другое дело, что одни явные и легко доступны для учета, а другие – косвенные или сознательно укрываются от общества.

Субъектами трансакционных издержек выступают экономически обособленные физические лица, организации (фирмы), государственные структуры, международные организации и неформальные образования.

Соответственно, все они, будучи в роли покупателя или продавца, несут определенные издержки по поводу защиты и реализации своих стоимостных интересов.

Функционирование ценностей в рыночном хозяйстве складывается из двух процессов: существования (содержание) и движения (перемещения).

Затраты на существование ценностей включают расходы на социальное признание наличия или ликвидацию (юридическое или неформальное оформление) объекта, на предотвращение утраты стоимости по естественным причинам (непроизводительного износа в результате физического и морального снашивания), а также на обеспечение безопасности от отчуждения (хищения, рейдерство) или уничтожения (искусственные пожары, специальные разрушения и т.д.) Именно расходы на безопасность ценностей имеют наибольшую тенденцию к росту, так как предполагают создание комплекса специализированных средств защиты (от решёток на окнах, железных дверей и телохранителей до антивирусных программ и космических комплексов) и огромной системы правоохранительных органов (суд, прокуратура, полиция, армия и т.д.) Затраты на движение ценностей охватывают расходы на переход ценностей от одного субъекта к другому в результате купли-продажи, аренды, а также отчуждения ценностей (передача в порядке наследования или дарения, хищения). Данная часть трансакционных издержек также имеет ярко выраженную тенденцию к росту, так как требует налаживания системы учета, отчетности, механизма оформления (регистрации) перехода ценностей от одного субъекта к другому.

Трансакционные издержки также принято подразделять на внутренние и внешние. К внутренним относятся все издержки кроме трансформационных, связанных с физическим воздействием на предмет или с преобразованием продукта (услуги). Все другие издержки считаются внешними трансакционными издержками. Такое деление представляется нам условным.

Например, к каким издержкам следует относить затраты на движение предмета труда от одного работника к другому (движение заготовки по конвейеру, перенос документа из одного кабинета в другой и т.д.)? Или какими затратами являются транспортные расходы по доставке продукции на рынок? Ведь изготовленная продукция – это еще не товар. Чтобы стать товаром, продукция должна оказаться на рынке.

В этой связи все затраты целесообразно разделять на непосредственные по созданию (формационные) и доставке товара на рынок и опосредующие процесс образования готовой продукции и ее движения до потребителя. В данном аспекте погрузочно-разгрузочные и транспортные расходы будут входить в формационные издержки, а, скажем, расходы на управление, защиту и реализацию различных прав – в трансакционные. В каждой организации существует комплекс органов контроля и безопасности, затраты на которые включают расходы на содержание бюро пропусков, проходной, колючей проволоки, оконных решеток, видео и аудиконтроля, информационной защиты, сканирования и т.д., а также органов контрразведки, профессионального лобби и системы государственной правовой защиты.

Также необходимо отметить, что отношения в рыночной экономике являются формальными, фиксируемыми государственными структурами, и неформальными, не учитываемые публичными органами. Соответственно и трансакционные издержки могут быть формальными и неформальными.

К специфическим трансакционным издержкам при обоих процессах функционирования жизненных ценностей следует отнести затраты на денежно кредитную систему как механизм опосредования функционирования реальных ценностей. В силу особой значимости система денежно-кредитных институтов превращается в «ненасытного и всеобщего монстра», с каждым годом потребляющего все больше создаваемых ценностей.

Развитие теории трансакционных издержек споткнулось на двух видах издержек: расходах на защиту прав собственности и затратах оппортунистического поведения. Право собственности субъекта – исходный базовый институт рыночной экономики. Издержки на его функционирование складываются из затрат на правотворчество и обеспечение прав собственности.

Если первые небольшие и легко подсчитываются, то вторые охватывают значительную часть финансовых ресурсов всех субъектов общества, направляемых на безопасность и правоохранительную деятельность. По классификации А. Оноре, субъекты осуществляют трансакционные издержки на следующие виды права собственности: право владения, право пользования, право управления, право на доход, право на капитальную стоимость, право на безопасность, право на переход по наследству, право на бессрочность, право запрещения вредного пользования, право на ответственность в виде взыскания, право на остаточный характер и другие [16, с.112–128]. Схематично систему взаимодействия субъектов рыночного общества по реализации и защите прав собственности можно представить в следующей «шахматной» таблице.

Таблица 1.1. Взаимодействие субъектов рыночного общества по реализации прав собственности.

Виды субъектов Физичес- Частные Государст Междуна Нефор рыночного кие лица организа- венные родные мальные общества ции структуры орга- образова низации ния Физические лица Х Х Х Х Х Частные Х Х Х Х Х организации Государственные Х Х Х Х Х структуры Международные Х Х Х Х Х организации Неформальные Х Х Х Х Х образования Х – реализация и защита прав собственности каждым субъектом рыночного общества.

Из таблицы видно, что каждый участник рыночного общества защищает свою собственность от других субъектов, расходуя значительные финансовые средства. По нашим расчетам, совокупные затраты на защиту права собственности и безопасность составляют в настоящее время в России от 15% до 20% ВВП.

Представленная картина объекта и субъектов трансакционных издержек настоятельно требует нового подхода к определению их количественно качественной характеристики, выявлению роли в их покрытии физических лиц, государства, международных организаций, неформальных образований, соответственно к раскрытию механизма формирования и возмещения трансформационных издержек. По оценке авторов, сделанной с учетом динамики затрат (содержание занятых, создание и обслуживание разных институтов) на функционирование рыночно-государственной инфраструктуры и расходов в сфере ненаблюдаемой экономики, доля трансакционных издержек в ведущих странах за 1971–2009 гг. увеличилась, приблизительно, в полтора раза и достигла 70-80% ВВП. По существу ВВП многих зарубежных стран на 60-80% состоит из трансакционных издержек. В России рост трансакционных издержек в неизменных ценах за 1990–2009 гг. составил 800–1000%. Кроме традиционных управленческих расходов, сюда входят, в частности, прямые, косвенные убытки и экстерналии от пятнадцатилетней модернизации налоговой системы РФ, семнадцатилетнего «вхождения» России в ВТО, эпопеи с Ногой и Ходорковским, от несостоявшейся сделки в 2009 г. по приобретению части «Опеля» Сбербанком России и многое другое. Методология Дж. Уоллиса и Д. Норта их не учитывает, но они непосредственно отражаются на финансовом положении конечных потребителей-физических лиц. По существу весь прирост цен и тарифов на товары и услуги, особенно, недвижимость, строительство, жилищно-коммунальные и другие сервисные услуги в 1990 2010 годах осуществлялся в результате повсеместного обоснования, введения и функционирования новых «правил игры» в виде многочисленных посредников и организаций.

Данные цифры об уровне и динамике трансакционных издержек свидетельствуют о том, что вопрос о конкурентоспособности государств и организаций в современных условиях решается не столько в рамках формационных издержек, сколько на уровне трансакционных. Именно от менеджмента трансакционных издержек зависят основные экономические индикаторы развития субъектов мирового рыночного хозяйства ХХ1 века.

Кто оплачивает постоянно растущие трансакционные издержки, особенно их непроизводительную часть? На этот главный вопрос современного экономического развития экономисты дают весьма уклончивые ответы. При этом большинство экономистов-теоретиков предпочитают игнорировать проблему покрытия трансакционных издержек. Главный акцент делается на то, что трансакционные издержки позволяют получать значительную экономию на масштабах деятельности. Отсюда делается вывод, чем больше величина трансакционных издержек, тем выше потребность в институтах, и, наоборот, чем больше институтов, тем выше издержки. Возникает порочная спираль раскручивания непроизводительных затрат.

Однако с позиций представленной выше концепции объекта и субъектов трансакционных издержек видно, что большую их долю несут физические лица и государство. Данный вывод предполагает необходимость принципиального изменения финансовой политики России в условиях ужесточения конкурентной борьбы как на мировом, так и внутреннем рынке.

В теории трансакционных издержек важным вопросом является целесообразность их деления на производительные и непроизводительные. Дж.

Уоллис и Д. Норт априори считают все трансакционные издержки производительными, т.е. создающими новую стоимость. Реальная практика дает основания для сомнения в данном положении. В частности, выступают ли хищения в супермакете 10% стоимости продуктов производительными трансакционными издержками? Зная о подобном явлении, предприниматель заранее увеличивает цену оставшихся товаров соответственно на 10% и остается, в конечном счете, при своей прибыли. Но означает ли повышение цены единицы продукта образование новой стоимости? Отнюдь нет, совокупная стоимость товаров осталась прежней. Просто вступил в действие скрытый рыночный механизм финансового перераспределения стоимости между отдельными покупателями. Те, которые приобретали товар по цене дороже на 10%, через рынок передали часть стоимости похитителям.

Аналогичный пример с резким увеличением цены гречки с 30-35 до 60- рублей за килограмм по разным регионам страны в августе 2010 г. Иными словами, в каждом килограмме гречки, выращенной в 2009 г., за один август месяц новая стоимость, в основном, в форме прибыли увеличилась в 3-4 раза. С позиций абстрактного математического подхода – это бесспорный факт, засвидетельствованный в официальной финансовой документации торговых организаций. Но в аспекте экономики месячное повышение цен является не созданием новой стоимости, а инструментом перераспределения денежных ресурсов конечного потребителя. Владельцы денег (покупатели) понесли трансакционные издержки в виде дополнительных непроизводительных расходов, а собственники (продавцы) товара-гречки получили внеплановые доходы.

Или известно, что основная функция правоохранительных органов (армия, внутренние войска, суд и др.) состоит в обеспечении защиты прав собственности субъектов общества. Является ли труд солдата, участвовавшего в войне США с Ираком, Великобритании с Аргентиной и т.п., производительным? Очевидно, что нет. Более того, работа солдата нередко заключается в уничтожении ценностей. Но справедливо и другое: солдат защищает национальные интересы США, Великобритании. Отсюда следует важный вывод о том, что большая часть трансакционных издержек не создает новой стоимости, а лишь отражает косвенное перераспределение стоимости между агентами отношений.

Методологические и методические слабости институционализма обусловили несостоятельность многих практических положений. Так утверждается, что трансакционные издержки позволяют получать значительную экономию на масштабах деятельности. Отсюда делается вывод, чем больше величина трансакционных издержек, тем выше потребность в институтах, и, наоборот, чем больше институтов, тем выше издержки.

Возникает порочная спираль раскручивания непроизводительных затрат общества, неуклонно снижающая конкурентоспособность экономики страны. К сожалению, негативное влияние данной спирали Россия испытала в максимальном объеме.

Многие отечественные экономисты устремились к интенсивному внедрению институциональной экономики в Российскую практику путем «выращивания институтов» [17]. За 1990-2009 гг. создавались, ликвидировались, вновь создавались самые разные институты во всех сферах социально-экономической жизнедеятельности страны. В результате буйной деятельности породили огромную массу институтов в государственном и муниципальном управлении, налогообложении, пенсионном и социальном страховании, праве, жилищно-коммунальном хозяйстве, спецификации и защите собственности, и в других сферах рыночной инфраструктуры. Особенно преуспели в создании различных посредников по оказанию разнообразных услуг. Ни один из них не дал желаемых результатов. Взять, например, такой вроде бы научно обоснованный институт как государственные корпорации.

Большинство из них за несколько лет своего существования принесли, в основном, убытки.

Быстро растущие непроизводительные трансакционные издержки покрывались за счет улучшения материального состояния населения в «тучные» финансовые годы начала ХХI века. Однако, в условиях финансового кризиса дальнейшие стремления теоретиков внедрить институциональные «разработки» в реальную экономическую практику натолкнулись на трудности разного порядка, в том числе денежного. Большая часть населения оказалась в сложном финансовом положении, а поэтому не способна возмещать расходы постоянно «выращиваемых» институтов. Чтобы избежать обострения различных противоречий, необходимо пересмотреть оценку значимости трансакционных издержек и радикально изменить масштабы перераспределительных стоимостных потоков населения. Решение данной задачи позволит физическим лицам направить денежные средства на выполнение полезных задач воспроизводства и развития человеческого капитала.

Большинство экономистов предпочитает игнорировать проблему покрытия трансакционных издержек, но некоторые называют основными плательщиками фирмы и государство. При этом утверждается, что государственный аппарат (чиновники, судьи, солдаты) создает ВВП. Данная точка зрения представляется теоретически несостоятельной и практически неверной по следующим причинам. Во-первых, затраты по большинству издержек и особенно защите прав собственности, оппортунистических расходов все организации сначала отражают в себестоимости продукции и по статьям «коммерческие расходы» и «управленческие расходы», а затем на соответствующую величину повышают реализационные цены. Это позволяет сохранить прежний объем прибыли от продаж. Более того, стремясь к сохранению рентабельности продукции, определяемой отношением прибыли от продаж к совокупным затратам, предприниматель устанавливает цены, сохраняющие уровень прибыльности. Практика свидетельствует, что даже при уменьшении ставок косвенных налогов (НДС, акцизы, пошлины) конечные розничные цены не снижаются. С другой стороны, государство, неся огромные издержки по защите прав собственности и безопасности, само не создает ценностей, а поэтому вынуждено изымать денежные средства у населения в виде косвенных и прямых налогов и сборов.

Качественной новой сферой бурного разрастания непроизводительных, а точнее фиктивных трансакционных издержек, последней трети ХХ и начала ХХI века стал финансовый рынок. Именно 2000-е годы характеризуются растущим многообразием ценных бумаг и диверсификацией финансовых рисков, которые распространяются на множество участников. Перекладывание рисков, в том числе на кредитные организации, приняло самые различные формы. Так, широкое распространение получили синдицированные займы, объединяющие множество кредиторов, а также продажа кредитов на вторичном рынке. К 2008 г. объем предоставленных в мире секьюритизированных кредитов достиг 28 трлн долларов. Стоимость кредит-дефолт свопов возросла до 45 трлн долл.

В исследовании канадского экономиста М. Барнса прослеживается рост доли американской индустрии финансовых услуг в совокупных корпоративных прибылях: от 10% в начале 1980 гг. до 40 на пике – в 2007 г. Ее доля в капитализации фондовых бирж возросла с 6 до 19%.

Процесс превратил инвестиционные банки в долговые машины. Так, Goldman Sachs использовал примерно 40 млрд акционерного капитала как основу для создания активов в 1,1 трлн долларов. Актив в 1 трлн долл.

инвестиционного банка Merrill Lynch опирался на 30 млрд долларов акционерного капитала. [18] Деятельность банков строится на принципе, что в случае катастрофы кто то еще – заемщики, инвесторы, налогоплательщики – примет на себя часть потерь. Кризис секьюритизации выразился в перенакоплении ценных бумаг, доходность которых реальный сектор не в состоянии обеспечить. В результате бесконтрольного и непрозрачного выпуска новых форм деривативов, производных финансовых инструментов пирамида ценных бумаг оторвалась от осязаемого капитала и рухнула, увлекая за собой не только отдельные предприятия, но и целые государства.


Их уровень зависит от степени монополизации оказания трансакционных услуг. В частности, рассчитано, что ВВП Великобритании на 70% складывается из доходов от посреднических услуг на финансовом рынке. В результате борьба на современном рынке происходит не за производительные издержки, а за трансакционные на финансовом рынке. Россия полностью упустила этот рынок.

К сожалению, на вираже 90-х годов нас обошел Китай со своим Гонконгом.

Сейчас главная борьба идет между тремя основными центрами Лондон, Нью Йорк и Китай с Шанхайским и Гонконгским финансовыми центрами.

Постепенно основная финансовая жизнь вместе с мобильными финансовыми ресурсами, банковскими и биржевыми офисами перешла в юго-восточную Азию, прежде всего, в Китай с Гонконгом. В частности, с начала 2010 г. по конец осени объем рынка первичных размещений акций в мире достиг 245, млрд долларов. При этом компаниям Азиатско-Тихоокеанского удалось привлечь средств на сумму 151,5 млрд долларов (61,8%), американским компаниям – на сумму 34,1 млрд долларов (13,9%), а европейским – всего лишь 31,2 млрд долларов (12,7%) [19].

Из 10 крупнейших мировых банков по рыночной капитализации в 2010 г 4 были китайские, 4 – американские, один европейский и один – бразильский.

При этом первое и второе места с большим отрывом занимают китайские банки ICBC (174,59 млрд евро) и China Construction Bank (168,76 млрд евро). Пример ICBC наглядно демонстрирует набирающую обороты мощь КНР, три года назад на первом месте был американский Citigroup, переместившийся в 2010 г.

на седьмое место. Благодаря высоким прибылям ICBC будет развиваться успешно и дальше, отмечают эксперты. [19].

Главным рычагом перемещения стоимостных потоков рынка ценных бумаг из Европы в Китай и Гонконг служат низкие издержки и высокая производительность труда, что ярко доказывает следующий факт. По словам пресс-секретаря London Stock Exchange Group Plc (LSE) Патрика Хумфриса, на бирже работает около 150 человек, которые отслеживают неправомерные сделки. На их содержание LSE тратит около 6,7 млн долларов в год. Для сравнения: в китайской Chi-X Europe Ltd. с аналогичной работой справляются пять специалистов, годовые затраты на содержание которых составляют всего 186,6 тыс. долларов или в 35 раз меньше [20]. Столь значительная разница в затратах ведет к убыткам и делает финансовую систему Великобритании неконкурентоспособной.

В аналогичном положении находится и немецкий конкурент LSE, оператор Франкфуртской фондовой биржей Deutsche Boerse, который из-за плохих финансовых показателей в 2009 году вынужден сокращать издержки.

По итогам 2009 года выручка Deutsche Boerse снизилась на 16%, до 3, млрд долларов, а прибыль Deutsche Boerse упала на 52% до 1,47 млрд. долларов [20].

Главная причина снижения финансовых показателей европейских торговых площадок – переход торгов по наиболее ликвидным бумагам на другие площадки, и, в первую очередь, в Китай.

Таким образом, можно сказать, что трансакционные издержки представляют собой специфический финансовый механизм перераспределения стоимости между агентами рыночного хозяйства и, прежде всего, физических лиц. Его масштабы и роль неуклонно возрастают, особенно в условиях международной и национальной социально-экономической нестабильности 1.3. Экономический кризис и институционализм В настоящее время мировое сообщество за исключением некоторых стран продолжает находиться в состоянии финансово-экономического кризиса, для выхода из которого необходима осознанная, согласованная и целенаправленная деятельность всего населения планеты и, прежде всего, руководителей государств, международных организаций и транснациональных корпораций.

В 2010 году наиболее ярко проявились два уровня социально экономических проблем и противоречий: международный и внутренний. На международном уровне в борьбе за выход из кризиса обострились противоречия между:

богатыми, развивающимися и бедными странами;

отдельными развитыми странами;

транснациональными корпорациями.

Первой и главной проблемой стало распределение и перераспределение долгов и доходов государств, выразившее в валютно-финансовой войне США, Китая, Японии и Европы. Большинство стран мира, в том числе и Россия, стали заложниками мирового финансового рынка. Европа и США под неуклонным давлением стран Восточной Азии постепенно утрачивают свои позиции и влияние в МВФ. Несмотря на общую договоренность на саммите министров финансов 20-ти ведущих стран (Южная Корея, октябрь 2010) о мирных отношениях, через несколько дней США объявило о дополнительном выпуске материально не обеспеченных 600 млрд долларов, тем самым создавая условия для улучшения собственного финансового положения за счет перераспределения доходов других стран. Ежедневно на кону мирового финансового рынка находятся триллионы долларов валют, основных и производных финансовых инструментов. Победителей не будет, а дефолтов государств, в том числе и европейских, может быть предостаточно.

Второй проблемой явилась борьба за получение доходов от распределения и перераспределения продовольственных, энерго-сырьевых, нефтегазовых рынков между странами Европы, России, США, Ближнего востока и Китая.

Третья проблема – борьба за распределение доходов и убытков от быстро растущей сферы услуг (особенно информационной системы) между транснациональными корпорациями, Европой, США, Японией и Китаем.

Четвертая проблема – борьба за получение доходов от неуклонно растущей сферы производства вооружений между ведущими странами мира.

Пятую проблему составляет бурно развивающаяся неформальная экономика и коррумпированность транснациональных корпораций и международных организаций.

В научной литературе и СМИ указанные проблемы рассматриваются изолированно, в отрыве от внутреннего положения отдельных стран. Такой подход представляется односторонним. Между тем, все они существуют не в отдельности, а в органической связи друг с другом, образуя единую неразрывную субординационную систему жизнедеятельности мирового сообщества.

Существование данных проблем негативно отражается на развитии общества, порождая гигантские трансакционные издержки международного и внутреннего характера. Только на организацию саммитов на высшем уровне, борьбу с антиглобалистами, силовые методы реализации национальных и региональных интересов расходуются сотни миллиардов долларов. И чем дальше, тем больше.

Вся тяжесть международных проблем полностью ложится на внутреннюю жизнедеятельность государств. В конечном счете, возмещение всех издержек осуществляется за счет усиления интенсификации производственной деятельности и перераспределения имущества населения.

Обострение международного круга проблем обусловило развитие внутреннего круга противоречий в большинстве государств, в том числе между:

богатыми и бедными категориями населения;

работодателями и наемными работниками;

формальной и неформальной политикой, правом и менеджментом физических лиц, организаций, государств и регионов мира.

В настоящее время большинство государств Европы поставлено перед фактом: по старому дальше жить невозможно, поскольку значительная часть доходов через мировые финансовые каналы перераспределилась в страны Азии и Америки, а жизнь в кредит не бесконечна. Чтобы функционировать страны вынуждены решать проблемы внутри себя. В результате происходит резкое обострение противоречий. Страдают в этих условиях широкие массы населения: молодежь, наемные работники. Руководство государств в целях национальной экономии и сокращения долгов использует традиционные методы:

- замораживание роста зарплаты в условиях заметной инфляции, - повышение пенсионного возраста, - снижение расходов на социальные нужды, - рефинансирование государственных долгов, - увеличение налогового бремени физических лиц.

Несогласие с государственной политикой вызывает многочисленные волнения населения в большинстве стран Европы: Греции, Великобритании, Франции, Испании, Италии, Португалии и других. Рост социально экономической напряженности сопровождается неуклонным повышением доли трансакционных издержек, включающих непроизводительные, посреднические и коррупционные услуги, а также повсеместным ростом расходов на безопасность и поддержание правопорядка.

Отмеченные выше проблемы и особенности мирового социально экономического состояния получили яркое отражение в России. Важнейшими проявлениями экономического кризиса в России в 2009 г., были:

- снижение ВВП России на 7,9%;

- спад промышленного производства на 10,8%;

- рост физического и морального износа основных средств;

- ухудшение реального положения большей части населения страны.

2010 год почти не изменил тяжелой ситуации. Положение в реальной экономике продолжает ухудшаться. Все прогнозы показателей развития экономики в 2010 г., в том числе и по инфляции, остались на бумаге. Пожалуй, единственное исключение на неблагоприятном фоне – это рост ВВП страны на 4%, достигнутый в основном за счет существенного повышения цен на нефть.

Отсюда заявления отдельных экономистов и политических деятелей о прохождении большей части кризиса и наступлении перелома оказались преждевременными. Правильнее будет говорить лишь о маскировке кризиса, выход из которого может произойти не ранее 2012-2013 годов.


Главная причина трудностей преодоления последствий кризиса видится нам в разработке и использовании новых «правил игры» для сферы обмена, распределения и перераспределения стоимостных потоков, а не производства.

Процесс создания жизненных ценностей остается без значительных изменений.

К сожалению, решение проблем крупного бизнеса пока происходит за счет глобального повсеместного скрытого перераспределения доходов населения в пользу банковского и промышленного монопольного капитала.

Основные методы – финансово-ценовые и изменение положений сферы услуг.

Так, для спасения банковской системы страны правительством РФ предприняты беспрецедентные меры экономической помощи, исчисляемой триллионами рублей. В ответ на государственную (общественную) благодарность при прогнозе роста ВВП в 2010 году на 4% финансово кредитные структуры разрабатывали проекты портфельных инвестиций с рентабельностью собственного капитала до 50 и более процентов. Их реализация означает сохранение кризисной ситуации в реальной экономике и ухудшение относительного материального благосостояния большинства населения, что, в свою очередь, чревато негативными социальными последствиями.

С другой стороны, имеет место повсеместное, порой импульсивное, повышение цен и тарифов. Яркие примеры тому всплески цен на услуги связи, продукты питания, жилищно-коммунальные услуги и т.д. В частности, с 1.01.2011 г. из цены за газ для населения выводится стоимость технического обслуживания и переводится на отдельный счет. В результате суммарные расходы (денежные средства, время и другие затраты) населения на газ в г. увеличатся не на 10-15%, а на 40-50%. Цена на воду при отсутствии счетчиков возрастает в 2 раза. Работающим пенсионерам согласно Федеральному закону РФ от 30 июня 2009 г. N 142-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"" пенсию должны были пересчитать по состоянию на 1. 07. 2010 г., а пересчитали по состоянию на 1.1.2010 г.

В планах министерств и ведомств предполагается введение налога на недвижимость на базе рыночных цен, обязательное страхование недвижимости, повышение пенсионного возраста и т.д. Союз отечественных бизнесменов предлагает вернуться в ХIХ век, выступая с предложением об увеличении продолжительности рабочей недели в полтора раза с 40 до 60 часов [21].

Государство не в курсе не только перспектив развития экономики, но и подчас ее реального состояния. Отечественные прогнозы часто носят конъюнктурный, мало обоснованный, популистский характер. Поэтому официальные органы власти, как правило, опираются на прогнозы и оценки зарубежных организаций (Всемирный банк, Международный валютный фонд и др.) В действительности состояние реальной экономики страны продолжает неуклонно ухудшаться. Наиболее сложное положение обстоит с качеством основных средств, материальной базой инфраструктуры экономики, ЖКХ.

Огромные средства расходуются не по целевому назначению, а зачастую просто расхищаются. Продолжается чистый вывоз миллиардов долларов реального капитала за рубеж.

Рост социально-экономической напряженности обусловил повсеместное увеличение расходов на безопасность и поддержание правопорядка, борьбу с терроризмом, экологическую стабилизацию, а главное на увеличение объемов производства, торговли и использования оружия. Общие затраты населения на обеспечение личной, корпоративной, национальной и мировой безопасности достигают, по нашей оценке, одной пятой ВВП мира. Наибольшими темпами увеличиваются затраты на создание всеобщей электронной системы для контроля жизнедеятельности членов общества и информационную безопасность. Все это ведет к безудержному росту доли непроизводительных расходов.

При этом в глубоком провале оказались как практика, так и теория менеджмента. Особенно ярко обнаружила свою несостоятельность экономическая наука. Менеджмент в России очень дорогой. Доля трансакционных издержек наибольшая среди всех развитых и развивающихся стран. Продолжает оставаться белым пятном роль и деятельность человека в социально-экономической жизни, остается крайне низким уровень экономического и правового образования населения. Широкие массы людей участвуют в рыночной экономике стихийно без должной подготовки.

Полноценная теория и практика финансов физических лиц отсутствуют Все вместе взятое привело к бурному разрастанию экономических нарушений, огромным масштабам коррупции, нецелевому использованию средств бюджетной системы, массовым хищениям, дезинформации широких слоев населения.

Мировой финансовый и экономический кризис 2007–2009 годов выявил полную теоретическую и практическую несостоятельность повсеместного механического распространения институционализма. Многие государства сохранили свою экономическую независимость исключительно за счет финансовых каналов перераспределения денежных ресурсов широких масс конечных потребителей. Сложная борьба с кризисом показала, что обеспечение эффективного развития экономики России возможно лишь при выполнении ряда принципов. Во-первых, процесс модернизации экономики должен исходить из решения проблемы снижения непроизводительных трансакционных издержек. Во-вторых, любые новые «правила игры» в обязательном порядке должны уменьшать объем трансакционных издержек при прежнем институте. Неукоснительное соблюдение обоих принципов позволит успешнее решать задачи улучшения финансового положения населения и создания мощного российского государства.

Позиционное расположение институционализма между чистой экономической наукой и практической деятельностью создает множество потенциальных моментов положительного и негативного характера.

Совокупность положительных свойств институционализма можно определить как своеобразный практицизм. По существу он выражает реальную социально-правовую инфраструктуру процесса создания и реализации жизненных ценностей на всех уровнях жизнедеятельности рыночного общества: первичного коллектива, организации, государства, межгосударственных организаций и неформальных образований. В любом случае – это позитивная или негативная, но всегда практическая деятельность.

Здесь нет абстрактных предметов и процессов, имеются фактические институты, процедуры и сценарии. Но, с другой стороны, особая роль субъективизма в институционализме порождает множество погрешностей, способных привести к негативным последствиям. Эти погрешности следует подразделить на методологические, методические и практические.

Главной методологической погрешностью институциональной науки является, по нашему мнению, игнорирование диалектического и системного подходов к изучению жизнедеятельности людей. Действительно, рассуждая по Р.Коузу, что доинституциональная наука есть школьная классная доска, весьма далекая от реальной практики, приходим к известной сентенции опытного менеджера молодому выпускнику вуза в эпоху социалистической и современной жизни: «забудьте, чему вас учили в школе, начинайте осваивать практику». В данных условиях вместе со школой экономической теории часто выбрасывается и «ребенок» в виде больших и малых законов диалектики, системы базовых экономических категорий и законов, всеобщей связи и зависимости элементов социально-экономической жизнедеятельности общества. Если основным недостатком марксизма был недоучет роли личности и субъективного фактора в истории общества, то институционализм впадает в другую крайность – абсолютизацию субъективизма в ущерб объективным принципам. Так, авторы известного пособия «экономикс» считают, что такие понятия, как «законы», «принципы», «теории» и «модели» по существу означают одно и то же, а поэтому могут употребляться как синонимы или просто по привычке [23, с. 21].

Как бы не хоронила зарубежная экономическая теория небезызвестные законы стоимости, тенденции нормы прибыли к понижению, деление труда на производительный и непроизводительный, они продолжают оставаться базовыми принципами современной рыночной экономики. Игнорирование их в научных исследованиях приводит к парадоксальным выводам: любые затраты образуют новую стоимость, в том числе и тяжелый физический труд солдата, уничтожающего людей и жизненные ценности;

что государство (армия, суд, прокуратура) является производящим институтом общества, а не потребляющим.

К основной методической погрешности неоинституциональных разработок надо отнести идеализацию и абсолютизацию официального субъективного (правового) фактора, соответственно игнорирование роли неформального субъективизма, хотя институционализм и вынужден признать явление стоимостной экстерналии оппортунизма.

Своеобразным «камнем» преткновения выступают затраты оппортунистического поведения, выражающие нечестную деятельность субъектов рыночного общества, в том числе обман, хищения, мошенничества, коррупцию и т.д. Зарубежная институциональная наука, отстаивая принципы демократического общества, предпочитает рассматривать проблему лишь в теоретическом аспекте, считая оппортунистическое поведение незначительным фактом, присущим только развивающимся странам. Однако финансовый кризис 2008–2009 гг выявил истинные отношения рыночной жизнедеятельности развитых стран, а финансовая пирамида американского миллиардера Бернарда Мэдоффа оказалась наиболее крупной в мире. В России коррупционные издержки имеют особое значение. В последние годы, по оценкам специалистов, они достигают 40-50% ВВП. Средний размер взятки в России в 2009 г., по данным МВД РФ, вырос более чем в два раза и превысил 23 тысячи рублей [24].

Зарубежная экономическая наука, поддерживаемая некоторыми отечественными экономистами, крайне идеализирует участников предпринимательской деятельности: все работники, особенно менеджеры и топ-менеджеры являются порядочными людьми, постоянно думающими о реализации социальной миссии бизнеса. Собственники – это вообще исключительные создания, занимающиеся гуманитарной благотворительной деятельностью. Соответственно все они заботятся о сокращении трансакционных издержек в интересах общества. С данных позиций наука не способна предвидеть и объяснить, в частности, современный финансовый кризис, а поэтому старается умалчивать о повсеместной коррупции во всех странах и на всех уровнях. И если бы не многочисленные претензии состоятельных граждан и отдельных организаций, то широкая общественность никогда не узнала бы о деле «Нефть-продовольствие», процессе «Бернарда Мэдоффа», деле «Мерседес» и др.

В действительности, все наоборот, субъекты предпринимательской деятельности и, прежде всего, менеджеры, защищают и реализуют собственные интересы, а поэтому выступают конкурентами в процессе распределения и перераспределения стоимостных ценностей на всех уровнях экономики. Если речь идет о миллионах и тем более миллиардах долларов, то их потенциальные обладатели готовы идти на любые шаги и применять любые методы. Другое дело, что фирмы, стремясь к соблюдению «имиджа» и защите «мундира», часто стараются всеми средствами скрыть истинные отношения и тайные стоимостные потоки. Яркой иллюстрацией тому служат коррупционные истории с немецкой компанией Daimler AG, британской ВАЕ и другими [25].

Главное внимание должно быть уделено радикальному преобразованию финансово-кредитного и инновационного менеджмента, а также финансового менеджмента физических лиц [22]. Наиболее важными проблемами здесь являются:

проведение последовательной борьбы с ростом непроизводительных расходов на государственную систему;

обеспечение повсеместной жесткой борьбы с коррупцией и дезинформацией окружающих субъектов;

налаживание строгого внутреннего и международного общественного контроля состояния и механизма функционирования финансового рынка, особенно деятельности банков, бирж, фондов, страховых и других финансовых институтов, занимающихся в последние десятки лет спекулятивным перераспределением стоимости внутри стран и на мировой финансовой арене.

Системное решение проблем и комплексное использование предложенных путей позволит предотвратить дестабилизационные и негативные процессы в развитии современного общества, как отдельных стран, так и мира в целом. Напротив, постоянно выращиваемые новые институты (правила игры) и неуклонно увеличивающиеся трансакционные издержки сведут экономику страны на нет и самое большое по территории в мире государство перестанет существовать.

Библиографический список 1. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://sv27.com/content/view/8080/ 2. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www. gks.ru 3. Коландер Д Финансовый кризис и провалы современной экономической науки / Д.

Коландер // Вопросы экономики. - 2010. – №6. – С.10 – 15.

4. Так, У. Барнетт пишет: «Статьи в авторитетных научных журналах обычно рецензируются, «что обязывает авторов публиковать только то, что считается приемлемым с точки зрения рецензентов и редакторов этих журналов». Даже нобелевским лауреатом не разрешается обращаться к другим экономистам, не соблюдая ограничений, накладываемых коллегиальным рецензированием. Свободно высказываться и говорить все, что пожелаете, допускается только в интервью. / Самуэльсон П. О чем думают экономисты: беседы с нобелевскими лауреатами / под ред. П. Самуэльсона и У.Барнета;

пер с англ. – М.: Альпина Бизнес Букс, 2009. – 490 с.

5. Кругман П. Кредо либерала / Центр исследований постиндустриального общества;

вступ. статья В.Л. Иноземцева. – М.: Изд-во «Европа», 2009. – 368 с.

6. Эрроу К. Развитие экономической теории с 1940 года: взгляд очевидца // Вопросы экономики. - 2010. – №4. – С.4- 7. Самуэльсон П. О чем думают экономисты: беседы с нобелевскими лауреатами / под ред. П. Самуэльсона и У. Барнета;

пер с англ. – М.: Альпина Бизнес Букс, 2009 – 490 с.

8. История экономических учений: учеб. пособие / под ред. В. Автономова, О.

Ананьина, Н. Макашевой. – М.: Инфра-М, 2002. – 784 с.

9. Нобелевские премии. Лекции нобелевских лауреатов. В 2-х кн. Кн. 2. – М.: Мысль, 2005. – 816 с.

10. Веблен Т.Теория праздного класса. - М., 1984. – 202 с.

11. Московский А. Институционализм: теория, основа принятия решений, метод критики // Вопросы экономики. - 2009. – №3. – С.110–124.

12. Одинцова М.И. Институциональная экономика: учеб. пособие. – М.: Изд. дом Гос.

ун-та;

Высшей школы экономики, 2009. – 397 с.

13. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: WWW.isnie.org.

14. Алле М. Современная экономическая наука и факты // THESIS 1994. Т.П. Вып. 4. – С.11.

15. Эггертссон Т. Экономическое поведение и институты. – М.: Дело, 2001. – С.29.

16. Оноре А.М. Права собственности // Очерки по юриспруденции Оксфорда. – Оксфорд, 1961. – С.112–128.

17. Кузьминов Я. Институты: от заимствования к выращиванию / Я. Кузьминов, В.

Радаев, А. Яковлев, Е. Ясин // Вопросы экономики. - 2005. – №5. – С. 5–27.

18. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.rian.ru/.

19. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.rbk.ru 20. London Stock Exchange и Deutsche Boerse борются с Шанхаем и Гонконгом. марта 2010 года. / ВЗГЛЯД 30.03. 2010 г. [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

http://www.rian.ru/.– Загл. с экрана.

21. Зюзяев А. О поправках в Трудовой кодекс, которые узаконят 12-часовой рабочий день, срочные трудовые договора и другие предложения РСПП [дискуссия] // Комсомольская правда. - 2010. - 14 ноября.

22. Фетисов В.Д. Финансовый менеджмент физических лиц: научное издание / В. Д.

Фетисов, Т. В. Фетисова. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010. – 167 с.

23. Макконнелл К. Р. Экономикс: принципы, проблемы и политика. Т.1. / К. Р.

Макконнелл, С. Л. Брю. – М.: Республика, 1992. – 399 с.

24. [Электронный ресурс]. – Режим доступа http: //www.rg.ru/2010/03/26/vzjatki.html 25. [Электронный ресурс.] – Режим доступа http: //www.forbesrussia.ru/news/46982 daimler-vyplatit-v-ssha-185-mln-shtrafa-za-vzyatki-chinovnikam-22-stran ГЛАВА 2. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ФИНАНСОВ ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ 2.1. Проблемы методов исследования жизнедеятельности общества Исторический экскурс убедительно свидетельствует, что исходную и конечную экономическую базу любого общества и особенно современного составляет имущество домохозяйств. В условиях рыночного хозяйства финансовые ресурсы граждан – основной источник жизнедеятельности государства и организаций, что ярко проявляется в периоды экономической нестабильности. В этой связи для успешной борьбы с финансовыми и экономическими кризисами необходимо специальное комплексное исследование финансов физических лиц, которое в свою очередь не представляется плодотворным без однозначного раскрытия гносеологических посылок.

Основу прогрессивного функционирования человечества составляет воспроизводство и адаптация к окружающей действительности физиологического генофонда, рост объема информации и приобретение самостоятельных навыков жизнедеятельности человека. Любое познание происходит на основе трех компонентов: 1) желания (любознательности), 2) каких-то знаний и 3) набора навыков, приемов, способов, методов. Научное исследование осуществляется, как правило, с заранее поставленной целью на базе комплекса определенной информации посредством методологии и методики исследования. Отсюда первостепенное значение имеет качество исходной базовой информации и методологии познания. Особую роль оно играет в гуманитарных науках и, прежде всего, изучении жизнедеятельности человека в условиях рыночной экономики.

В настоящее время в научных трудах по экономике используется множество методологических подходов, начиная от формальной логики и диалектики и кончая институциональными, созерцательно-интуитивными и футурологическими обобщениями и заключениями. При этом часто наблюдается абсолютизация институционального метода, что не всегда оправданно. С другой стороны, имеет место разноречивое толкование многих исходных позиций, терминов, положений. Например, «предприятие» и «организация», «финансы домохозяйств» и «финансы индивидов». В этой связи неотъемлемым условием развития управленческой экономической науки и реальной практики является решение проблемы унификации методологических подходов и исходной понятийно-терминологической базы, а также выполнение задач по созданию однозначных терминологических комплексов в каждом из направлений научного и практического исследования.

Для позитивного решения поставленных проблем и задач представляется целесообразным определить свою позицию в методологии и толковании терминологии исследования финансов физических лиц.

Необходимыми посылками изучения финансов физических лиц являются:

— выбор методов исследования;

— определение обще понятийной базы исследования;

— определение исходных концептуальных положений исследования;

— определение исходных терминов исследуемого направления.

В качестве базовых методов исследования будем использовать следующие.

1. Эмпирический метод означает непосредственное рассмотрение фактов и событий реальной жизнедеятельности субъектов общества. Наибольшее распространение и особую популярность данный метод получил в США.

Главное его достоинство – правдивость данных и наблюдаемых фактов.

Недостатки метода состоят в сложности охвата огромного количества всевозможных событий, а также в том, что явления постоянно претерпевают различные метаморфозы. Неслучайно, древние философы говорили, что в одну воду реки дважды войти нельзя. Несмотря на декларируемую приверженность эмпирическому методу, зарубежные академические круги на протяжении длительного периода времени в своих исследованиях, как правило, пользовались идеальным рынком, абстрактной фирмой, домохозяйством, игнорируя реальную жизнедеятельность конкретных субъектов, роль субъективного фактора, взаимосвязь и развитие событий.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.