авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 24 |

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГАОУ ВПО «КАЗАНСКИЙ (ПРИВОЛЖСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» ...»

-- [ Страница 16 ] --

элементом символического описания продвижения суфия по пути мистического познания. Поэтика суфийской газели, на Глава 1. Ранняя классика A.M. Ардашникова, МЛ Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Можно сказать, что в творчестве Баба Кухи Ширази на чиная с Баба Кухи, демонстрирует не только развитие рели блюдается полный разрыв с традицией монотематической лю гиозных коннотаций поэтической лексики (лик — Единство, бовной газели, идущей от арабов. Философско-религиозная локон — множественность, виноторговец — наставник, пья тематика, перестав быть исключительно содержанием жанра ницы — послушники и др.), но и противительное переосмыс зухдийат, включается в контексты мистически окрашенных ление лексических единиц естественного языка. Обратимся, любовных и пиршественных мотивов. Объединенные общим к примеру, к следующей газели:

символическим толкованием, эти группы мотивов становятся частью газельного канона. Вместе с тематикой намечается и Препоясался я зуннаром гебров В знак служения старцу магов. круг ключевых персонажей, связанных с городской поликон Перед дверью храма сижу я день и ночь, фессиональной средой, являвшейся адресатом суфийской по Перед идолами склоняюсь день и ночь. эзии.

Нет у нас иных четок и молитвы, иного зикра, Ранний этап формирования в Иране литературы вне покро Иного помысла, кроме чаши пурпурного вина.

вительства двора обнаруживает ряд общих черт, характерных В день творения сделал я кольцом в ухе своей души как для суфийской, так и для исмаилитской традиции. Для до Локон той, что рождена христианкой.

стижения своих художественных целей авторы обоих религи озных направлений широко пользуются переносом мотивов из Герой Баба Кухи открыто декларирует свою принадлеж непоэтических жанров в поэтические. Объектом заимствования ность к иноверию, причем объединяет в одном тексте призна служат мотивы из Корана и хадисов, комментаторской литера ки двух конфессий — христианства и зороастризма, объединяя туры и философских трактатов-посланий. В результате таких их термином «гебры». Именно приверженность обычаям геб переносов текст нередко приобретает открыто религиозно-фи ров, например, винопитию, являвшемуся частью христианской лософское или аллегорическое звучание. Общей чертой всех по обрядности, становится выражением приобщения к высшему этических текстов этого периода следует считать их неполную духовному знанию. Девушка-христианка (или юноша-христи символизацию и нередко наличие прямых разъяснений скрыто анин) из газели предлагает герою вкусить из чаши с вином, что го смысла в ткани самого художественного произведения.

приводит его к видению Истины:

При значительном пополнении тематического репертуара Она наполнила чашу и сказала: «Выпей это И касыды и газели эти жанровые формы в значительной мере со тогда узришь в своем сердце Бога». Я выпил и храняют целостные блоки поэтических мотивов, присущих им увидел то, что она сказала, — Присутствие Бога в светской поэзии. Так, газель наследует весь набор традици было и явным, и скрытым.

онных ситуаций, образов и персонажей, толкуемых, однако, в символическом ключе, на что может указывать наличие спе Еще одной новой чертой основного лирического персонажа цифической религиозно-философской терминологии. В касы газели становится осознание им себя как части определенной Де сохраняют свою актуальность такие органичные для нее те корпорации, объединенной общностью идей и устремлений.

матические составляющие, как календарные мотивы, мотивы В этом кругу людей, который Баба Кухи именует кружок — хал Дорожных тягот и жалоб на судьбу, которые, благодаря соседс ка, собрание, пиршество — маджлис, общество — джама'ат, тву с проповедью и наставлением, могут приобретать свойства приятели, сотрапезники — харифан, господствует равенство, аллегорических картин.

сходство интересов и взглядов и преклонение перед учителем.

Таким образом, в суфийской газели получил воплощение обы чай суфийского общежития и братства.

АН Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XV1I вв.) 4. Литература XII — начала XIII века Глава 1. Ранняя классика времени относится деятельность великого сельджукидского ви Со второй половины XI века начинается постепенный упа зира Низам ал-Мулка (1018—1092), который считается основа док Газнавидского государства. Вскоре после смерти султана телем нескольких престижных медресе на Ближнем и Среднем Махмуда при его преемнике Мас'уде Иран оказался под влас Востоке, носящих его имя. Самая известная школа Низамийа тью завоевателей — тюркских кочевников огузов (гузов), кото находилась в Багдаде, были такие медресе также в Нишапуре, рые в 1040 г. разгромили газнавидское войско. Завоевательное Балхе, Мерве, Герате и Басре. Низам ал-Мулк учредил подоб движение возглавили Сельджуки — династия предводителей ную школу и в Исфахане, пожертвовав на нее 10 тысяч динаров одного из туркменских племен. Основав на месте бывших и собрав штат преподавателей. Исфаханская медресе, в отли владений Газнавидов собственное государство, Сельджуки чие от других, носила название Садрийа по имени своего пер ды быстро заняли большую часть Ирана, а к концу XI века вого главы Садр ад-Дина Худжанди (ум. 1090). Низам ал-Мулку распространили свою власть и на ряд сопредельных стран.

принадлежит знаменитый трактат «Книга об управлении госу Вытеснив Газнавидов с большей части подвластных прежде дарством» (Сийасат-нама), являющийся типичным образцом территорий и оставив им лишь провинции северо-западной ранней деловой персидской прозы.

Индии, Сельджукиды образовали крупное государство, вклю В тот же период наблюдается активная литературная жизнь и чившее и традиционные территории расселения иранцев. При при дворах ряда других династий. В Хорезме сидели Хорезм этом новые правители сохранили прежние нормы государс шахи, при которых подвизался в качестве придворного поэта твенного управления, в значительной мере унаследованные от Рашид ад-Дин Ватват (ок. 1088 — между 1175 и 1182), вошедший в Газнавидов, и государственный аппарат, а также персидский историю персидской классической литературы как составитель язык как язык политики и культуры. К началу XII века в ог одного из самый авторитетных трудов по поэтике — трактата ромную Сельджукидскую державу входили Малая Азия, Си «Сады волшебства в тонкостях поэзии» (Хада'ик ас-сихр фи рия, Палестина, Аравия, Месопотамия, Иран, Афганистан, дака'ик аш-ши'р). Полное имя поэта и филолога — Са'д ал южная часть Средней Азии.

Мулк Рашид ад-дин Мухаммад ал-Катиб ал-Балхи. Некоторые В XII в. Сельджукидское государство переживает полити средневековые источники сообщают, что он ведет свой род от ческий и культурный расцвет, что, естественно, отражается одного из праведных халифов — 'Умара б. ал-Хаттаба. Полу и на придворной жизни. При дворах Малик-шаха (1072-1092) чив образование в балхской медресе Низамийа, он делает блес и его брата и преемника Санджара (1118—1157), как и прежде тящую карьеру придворного секретаря, поступив на службу к при газнавидском дворе, служит большое число поэтов и иных хорезмшаху Атсызу. Проведя при дворе 30 лет жизни, Ватват «людей пера». Содержание многочисленных штатов придвор дважды попадал в опалу, но неизменно возвращал себе благо ных литераторов и ученых становится нормой не только при склонность патрона. Исторические анекдоты рисуют Ватвата столичном, но и при провинциальных дворах. Правители пок человеком высокомерным и язвительным. Его прозвище озна ровительствуют и развитию наук, привлекая к работе ученых чает «Ласточка» или «Летучая мышь». По легенде, поэт обладал различных профессий (философов, астрономов, математиков, неказистой внешностью и малым ростом, за что его и сравни врачей и т.д.). Именно на период процветания сельджукидского вали с летучей мышью. По другим источникам, имя маленькой государства приходится расцвет точных наук: открывается одна подвижной ласточки было дано поэту за его остроумие и быст из крупнейших на Ближнем Востоке исфаханская обсервато роту реакции.

рия, предпринимается попытка реформы календаря, создается Знаменитый трактат Ватвата является двуязычным и, поми большое количество математических трактатов. К этому же мо арабских и персидских стихотворных примеров, включает образцы творчества и самого автора. Стихи автора — типичный Глава 1. Ранняя классика АН. Ардашникова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (LX-XVII вв.) и Рамин» была введена лишь в 60-х гг. XIX в., благодаря индий пример «украшенного» поэтического стиля XII в., применение ской находке немецкого востоковеда А. Шпренгера.

теоретических положений трактата в поэтической практике.

В начале поэмы автор по традиции объясняет причины ее Некоторые разновидности описываемых в трактате фигур, по написания: замысел возник под влиянием просьбы наместника видимому, изобретены самим Ватватом, поскольку проиллюст Исфахана, которому понравился старый парфянский сюжет. В рированы только примерами из его стихов.

одной из вводных глав поэмы Гургани содержится рассказ о Переводчик на русский язык и комментатор трактата Н.Ю.

том, что помимо старой версии легенды существовала и ее Чалисова насчитала более 20 сочинений литератора, упомя позднейшая обработка на новоперсидском языке. Однако ее ав нутых в различных источниках. В их число входят Диваны на торы («знатоки слова» и «знатоки персидского языка»), по всей арабском и персидском языках, многочисленные послания, от видимости, сохранили архаический строй языка пехлевийско рывки речей, сборники афоризмов и высказываний знамени го оригинала и мало позаботились об украшении поэтической тых людей, небольшой трактат об 'арузе.

формы, поэтому обработка успеха не имела. Начиная рассказ Весьма динамично развивается литература на персидском об истории используемого им сюжета, Гургани писал, что на языке и в Закавказье, где правит династия Ширваншахов. Там вопрос заказчика о качестве легенды, он ответил:

складывается своеобразная литературная общность, внутри которой формируются такие поэтические гении, как Хакани Я ответил, мол, тот рассказ весьма красив, и Низами. Последнему было суждено предопределить развитие Он собран шестью премудрыми мужами.

эпической поэзии на персидском языке на долгие века вперед Я не видывал повести лучше этой, и оставить глубокий след в тех литературных традициях, кото Несравнима она ни с чем, кроме цветущего сада.

рые зарождались под непосредственным воздействием персид Однако язык ее — пехлеви, ской классической литературы.

Не каждый, кто станет читать ее, поймет, о чем речь.

Не всякий хорошо читает на этом языке, Гургани А если читает, так не улавливает смысла.

Весьма своеобразным представителем сельджукидской по- В ней (повести) числится множество описаний для каждой вещи, этической школы выступает Фахр ад-Дин Гургани. Судя по А станешь читать — большого смысла нет.

весьма скудным сохранившимся сведениям, он был чиновни- Ведь в ту пору стихотворство не было ремеслом (пиша), ком (по-видимому, секретарем-письмоводителем) при дворе Не было мудреца с проворной мыслью (чабук-андиша)...

первого Сельджукида Тугрула (1038-1063). Его поэтическую Ныне тот рассказ о Вис и Рамине карьеру вряд ли можно считать успешной, хотя, вероятно, па- Пересказали знатоки слова, [мои] предшественники.

раллельно с канцелярской работой он занимался литературным Они явили искусство в персидской речи, творчеством всю жизнь. В истории осталось только одно его Ибо были знатоками персидского языка.

произведение — поэма «Вис и Рамин», отношение к которой со Повесть свою они сложили так, времен средневековья было двойственным. Она быстро заслу- Что в ней диковинные (гариб) слова из каждого языка.

жила оценку безнравственного сочинения, о чем свидетельс- Не потрудились они над смыслами и историями, твует высказывание сатирика XIV в. 'Убайда Закани: «От дамы, Не украсили их красотами обоих [языков].

которая прочитала предание о Вис и Рамине..., целомудрия... А если знаток потрудится над ней [повестью], не ждите». По всей видимости, с этим связана редкость руко- Она станет красивой, как сокровищница, полная жемчуга.

(Перевод Рейснер М.Л., Чалисовой Н.Ю.) писей поэмы и упоминаний о ней в средневековых антологиях.

Уже в XVI в. ее считают забытой: в научный обиход поэма «Вис Глава I. Ранняя классика АН. Ардаишикова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Разгневанный ответом шах Мубад собирает огромное вой Судя по упомянутым в тексте историческим событиям, ра ско и объявляет Шахру войну, которая уносит жизни старого бота над новой версией «Вис и Рамин» была завершена прибли Карана и еще ста тридцати витязей. Однако Мубаду не удается зительно между 1042 и 1055 г.

одержать победу над армией Шахру, и тогда он посылает ей не Повествование начинается с описания пиршества в Мерве, сметные сокровища. Прельстившись дарами, Шахру по сущес которое устраивает правящий там царь Мубад. Среди красавиц, тву продает Вис Мубаду, который тотчас же увозит ее в Мерв, приглашенных им со всех концов страны, он отличает Шахрба а молодой супруг Виру узнает о случившемся, лишь вернув ну (Шахру) и предлагает ей руку и сердце. Однако избранница шись с поля битвы.

Мубада оказывается замужней дамой, к тому же обремененной Рамин видит Вис, едущую в Мерв, и, пораженный ее кра множеством взрослых сыновей. В результате Мубад и Шахру сотой, теряет сознание. Воспользовавшись предлогом, что договариваются о том, что, если когда-нибудь у Шахру родится она соблюдает траур по отцу, Вис воздерживается от близос дочь, она отдаст ее в жены Мубаду.

ти с Мубадом и, по существу, дважды выйдя замуж, так и ос Проходит много лет, когда неожиданно у престарелых суп тается целомудренной, так как близости с Виру после свадьбы ругов Шахру и Карана рождается дочка Вис. Девочку отправ воспрепятствовало ее естественное недомогание. Кормилица, ляют к кормилице вХузан. Вместе с Вис у той же кормилицы приехавшая в Мерв, дабы опекать свою несчастную питомицу, воспитывается родной брат Мубада Рамин. Дети подросли, изготовляет талисман, призванный на время сковать мужскую подружились и были неразлучны.

силу Мубада, чтобы оградить Вис от его домогательств. Вскоре По истечении времени, когда Вис выросла, кормилица, уп по воле обстоятельств талисман исчезает, и Мубад остается бес рекнув Шахру в безразличии к дочери, отправляет ее ко двору.

сильным навеки.

Мать решает, что пришла пора посватать Вис, а самым достой Тем временем Рамин тоскует по Вис и умоляет кормилицу ным супругом ей будет ее родной брат красавец Виру. Гургани помочь ему снискать расположение возлюбленной. Ценой бли явно придерживается старых версий сюжета и использует мотив зости с кормилицей он заручается ее поддержкой. Однако на кровнородственного брака, принятого у зороастрийцев. Далее все уговоры кормилицы Вис отвечает гневным отказом, так как в тексте поэмы следует описание свадебных приготовлений, не хочет запятнать свое доброе имя и боится лишиться вечного также воспроизводящих старые зороастрийские традиции. О блаженства. В конце концов, всяческими посулами и угрозами договоре с Мубадом Шахру конечно же забывает. Сразу по за хитрая сводня добивается сближения влюбленных.

вершении свадебного обряда к Шахру прибывает брат Мубада Для характеристики зороастрийского колорита поэмы весь Зард с письмом, напоминающим о договоре. Автор сопровож ма показательна сцена клятвы, которую в знак верности дает дает сцену чтения высокой особой послания от царя странной возлюбленной Рамин:

ремаркой: «Как только открыла Шахру письмо и прочитала его, она застыла, словно [увязший] в глине хромой осёл». Еще более Сначала поклялся благородный Рамин настораживает читателя ответ Мубаду, который дает сама Вис, Йазданом, который есть господин мира, обращаясь к его гонцу и брату Зарду: Светлой луной и сверкающим солнцем, Благодатным Юпитером (Муштари) и чистой Венерой (Нахид), От старости у тебя стали мозги, как у козла, Хлебом и солью, верой в Йаздана, Жизнь твоя в этом мире уже прожита, Если бы Светлым огнем и разумной душой.

ты слыхивал о том, что такое мудрость, Не повернулся бы у тебя язык так говорить. Не Да лее в поэм е повествуется о всевоз м ожных превра тнос искал бы себе в этом мире молодой пары, А тях и перипетиях любовных взаимоотношений главных героев искал бы дорожных припасов для того света.

А.Н. Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Глава I. Ранняя классика (ссоры, примирения, измена Рамина и его раскаяние, разлуки, романом «Тристан и Изольда». Рассматривать это сходство как новые встречи и т.д.) и тщетных попытках рогоносца Мубада результат литературного влияния было бы достаточно натяну разлучить их. тым. Более верно считать поразительную идентичность неко Воспользовавшись тем, что Мубад уехал на охоту, Рамин с со- торых сюжетных ходов двух поэм следствием их типологичес рока верными витязями, переодетыми в женскую одежду, про- кого тождества как первых в мировой литературе романов об никает во дворец Мубада и сражается с Зардом, охраняющим адюльтере. Общей в старофранцузском и персидском сюжетах Вис. Рамин вынужден убить Зарда, так как тот не соглашается является история о том, как герой, ближайший родич старого заключить мир. Рамин похищает казну и бежит вместе с Вис паря, влюбляется в невесту царя еще до их брака. Впоследствии вДейлем. Тем временем на охоте погибает Мубад, растерзан- став ее любовником, он прибегает ко всяческим хитростям для ный диким вепрем. Вступив на престол, Рамин забывает о пре- устранения препятствий на пути своих желаний, постоянно жней беспутной жизни, становится мудрым и справедливым обманывая своего родственника. Общими мотивами являются правителем, приведшим страну к процветанию. Как истинный также присутствие магических предметов, определяющих ход эпический герой, Рамин доживает до глубокой старости (101 событий, ложные клятвы героев и их бегство от испытания ог год), и во время его восьмидесятитрехлетнего правления в его нем или каленым железом для подтверждения невиновности, государстве царит мир и справедливость. После смерти Вис Ра- замена главной героини служанкой на брачном ложе, попытка мин воздвигает рядом с ее усыпальницей храм огня и, передав главного героя забыть героиню путем женитьбы на другой жен престол старшему сыну, удаляется в уединение. Спустя три года щине и др.

в тоске по любимой жене умирает и Рамин. Его хоронят в той Поэма «Вис и Рамин», несмотря на откровенно бурлескный же усыпальнице. и отчасти пародийный характер, знаменует важный этап разви Хотя достаточно трудно предположить, что Гургани оставил тия самосознания средневекового человека, впервые воспри без изменения сюжетную схему парфянского сказания, тем не нимающего любовь как чувство уникальное, направленное на менее, в ряде мотивировок событий и поступков персонажей один объект и не допускающее его подмены. Об этом свидетель поэма XI в. обнаруживает отчетливую связь с древними моде- ствует введение в поэму мотива измены Рамина и его женитьбы лями сознания. Это проявляется, прежде всего, в наличии так на красавице Гуль, закончившейся крахом из-за невозможнос называемых мифологем — различного рода архетипических ти забыть Вис. Показательно присутствие того же мотива в сю конструкций, восходящих к древнему типу мышления и в более жете «Тристан и Изольды»: чтобы забыть Изольду Белокурую, явной форме представленных в парфянской версии сюжета. По Тристан женится на Изольде Белорукой, однако брак неудачен, всей видимости, в основе сюжета первоисточника лежала ми- ибо герой тоскует по своей первой возлюбленной. Корни того фологема царя-жреца, старость и половое бессилие которого же мотива обнаруживаются в известном узритском предании приводят подвластную ему державу к упадку. Поэтому в опре- о певце Кайсе ибн Зарихе, который по наущению матери раз деленной степени поведение Рамина, отнимающего у Мубада водится со своей женой по имени Лубна и женится на ее тезке, Вис, оправданно: замена престарелого правителя молодым однако, будучи не в силах забыть первую Лубну, герой умирает братом, любовником его жены, является залогом процветания (или, по другой версии сюжета, возвращается к прежней воз страны. Адюльтер Рамина с Вис, возможно, связан с обычаем любленной). Тождество имен избранниц в европейском и араб левирата, в соответствии с которым право и долг младшего бра- ском романах, по всей видимости, должно подчеркнуть не та — унаследовать вдову старшего. сходство индивидуальностей их обладательниц и, в конечном Филологи-компаративисты давно подчеркивали фабульное итоге, невозможность подмены одного объекта любви другим.

сходство поэмы «Вис и Рамин» со средневековым европейским Мотив второй возлюбленной после Гургани в XII в. развивает 154 АН. Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Глава I. Ранняя классика и Низами в поэме «Хусрав и Ширин», вводя образ красавицы рогоносца Мубада, тщетно принимающего всевозможные ох Шакар, с помощью которой Хусрав пытается забыть гордую ранительные меры против влюбленных. Он злобен и подозри Ширин. В данном случае мы имеем дело не с полным тождест- телен, упрям и глуп, и всегда неизбежно обманут. Тем не менее, вом, а со сходством семантики имен — Ширин означает «слад- вспышки гнева, вызванного изменами Вис, кончаются сцена кая», Шакар — «сахар». ми прощения. Обманщице Вис, как правило, все сходит с рук, Поэма «Вис и Рамин» идеально характеризует начальный ей удается уговорить легковерного Мубада, что она ни в чем не этап художественного осмысления темы индивидуальной люб- виновата, что все происшедшее привиделось мужу во сне или ви, которая представляется роковой, разрушительной силой, почудилось с пьяных глаз. В одном из эпизодов после счастли сметающей на своем пути все моральные условности и запре- вого свидания любовников рассерженный Мубад находит Вис ты. Именно этим и вызван открытый эротизм поэмы, плотская в отдаленном уголке сада, и ей удается убедить мужа, что сюда страстность в описании взаимоотношений Рамина и Вис. Их ее перенес явившийся ей во сне ангел. Сон ее был прекрасен:

чувства пока еще лишены ореола одухотворенности, который Из [лепестков] шиповника и лилии было мое ложе, могли бы придать им мистические или куртуазные теории люб Озаряющий мир Рамин покоился в моих объятиях.

ви, что позже явится неотъемлемым атрибутом трактовки лю бовных сюжетов на средневековом Востоке и Западе.

Такимобразом,Виспризнаетсвоювинупоистинедемагогиче Выше уже подчеркивалась специфически гротескная ок ским способом — признание звучит как оправдание. Рассказав раска поэмы Гургани, которая отличает ее как от европейского эту заведомую небылицу, Вис добавляет: «Проснулась я и вижу, романа «Тристан и Изольда», так и от любовно-романических что ты тут торчишь передо мной», и Мубад вновь просит у жены сказаний, создававшихся в то же время на Ближнем и Среднем прощения.

Востоке. Прежде всего, это проявляется в обрисовке основ Основным двигателем сюжета и персонажем, толкающим ных персонажей. Счастливый любовник Рамин предстает лег главных героев на совершение тех или иных поступков, несом комысленным сибаритом, абсолютно лишенным героических ненно, является кормилица, преданная своим питомцам и за черт, возможно присущих ему в парфянском первоисточнике:

интересованная в достижении ими счастья. Этот явно плутовс кой образ привносит в поэму бурлескное начало, вовлекая в его Никто не видит его, иначе как пьяным и орущим, карнавальную стихию и других персонажей повествования. Ее Закладывающим свое платье виноторговцам.

советы и увещевания, предназначенные Вис, откровенно ци Иудеи-виноторговцы — его друзья и приятели, Они ничны, она убеждена, что все средства хороши, дабы добиться всегда получают от него деньги за вино.

желаемой цели. Однако в то же время она бескорыстно служит влюбленным и из всех богатых даров, которые предлагает ей Героиня поэмы Вис скора на слово, гневлива и лукава, го Рамин за пособничество в свиданиях с Вис, выбирает только това на любые уловки, обман и подлоги ради свиданий с Рами скромный серебряный перстенек.

ном. Если в начале поэмы она страшится смертного греха, то Карнавально-пародийный колорит романической поэмы впоследствии даже не очень пытается скрыть свои прегреше «Вис и Рамин» проявляется и в специфической трактовке мно ния от законного супруга Мубада: когда тот как-то раз востор i их сюжетных ходов и ситуаций любовного романа, в их под гается красотами Мерва, Вис презрительно отвечает, что в этой черкнуто натуралистической подаче, в использовании приема скверной дыре ее удерживает лишь страсть к Рамину.

«переодевания» героев (кормилица подменяет Вис на брачном Самое большое количество эпизодов, выдержанных в духе средневековой буффонады, приходится на долю царственного ложе, Рамин и его гвардия в женском платье захватывают дво Глава 1. Ранняя классика АН. Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Начало традиции включения лирических стихов в состав рец). Многие высказывания героев вне зависимости от их соци любовных повествований было положено Аййуки. В текст его ального статуса выдержаны в низкой пародийной лексике.

поэмы «Гулшах и Варка» включены десять газелей, сочинение Следует подчеркнуть, что, несмотря на отмеченные особен которых приписывается главным героям-влюбленным, напри ности, поэма Гургани сыграла заметную роль в складывании мер, газель Варка перед вынужденным отъездом в Сирию и раз канона любовно-романического эпоса в персоязычной литера лукой с любимой или газель-плач Гулшах по поводу смерти туре. Она закрепила в любовном романе отдельные элементы Варка. Специалисты полагают, что эта традиция в персидских сюжета, ставшие впоследствии традиционными — детская при поэмах зародилась под воздействием арабских историй о узрит вязанность героев, обмен любовными посланиями и клятвами, ских поэтах-влюбленных (например, Урва и Афра), и что мес испытания, выявляющие прочность чувств и т.д. Самым харак тоположение вставных газелей в поэмах примерно соответство терным примером повторения сюжетных ситуаций в последую вало стихотворным цитатам в арабских сообщениях о поэтах.

щих образцах жанра является сцена разговора влюбленных в по Однако постепенно лирические стихи в любовных поэмах эме Низами «Хусрав и Ширин», которая практически полностью приобретают характер устойчивого приема. «Вставные газели»

повторяет модель ситуации поэмы Гургани. Речь идет о попытке писались в той же рифмовке маснави, что и вся поэма, но со выяснения отношений между влюбленными после измены Ра храняли самостоятельность в составе крупного повествователь мина. Герои, укоряя друг друга, обмениваются четырнадцатью ного произведения. Позже им была придана и композиционная пространными монологами. В конце концов, обиженная Вис не функция, т.к. они могли служить концовками отдельных глав.

пускает Рамина в свой замок, но затем, когда он уезжает, посы Романное начало в поэме «Вис и Рамин» явно превалирует лает за ним кормилицу и отправляется ей вслед сама. Подобным над героико-эпическим. Автор уделяет первостепенное вни же образом развиваются события и в поэме «Хусрав и Ширин».

мание чувствам и переживаниям персонажей, проявлениям Этому знаменитому эпизоду предшествует целый блок глав, страсти в ее сугубо индивидуальном выражении. Героические повествующий об обмене посланиями между влюбленными.

деяния не составляют в поэме отдельного предмета описания, В десяти письмах Вис говорит о горечи разлуки с Рамином, они лишь упоминаются в качестве традиционной характерис находящемся в Гурабе в обществе ее соперницы, напоминает тики персонажей. То же касается и социальных ролей основ о том, что она пребывает в постоянных мыслях о возлюблен ных действующих лиц, которые лишь поименованы (царь, ном, который является ей во сне. В письмах она упрекает Ра иарица, витязь, кормилица). Концовка поэмы Гургани, в кото мина в нарушении клятв, выражает надежду на скорое оконча рой Рамин внезапно из легкомысленного гуляки превращается ние разлуки, описывает глубину своих чувств и переживаний.

в идеального государя, справедливо правящего на престоле, по В свою очередь Рамин адресует Вис письмо, в котором пытает существу связана с традицией старого сюжета, в соответствии ся оправдаться и упрекает ее в жестокости. Эти письма с точки с которой молодой царь, сменяющий на престоле старого и бес зрения рифмы не отличаются от основного текста масиави. Тем плодного, способствует благополучию государства.

не менее, они содержат ряд выделяющих их формальных осо На более зрелой стадии развития персоязычного любовного бенностей. В них многократно используется прием анафоры, ЭДоса за счет привлечения суфийской теории облагоражива особенно во вводной части главы и в завершающем фрагменте, ющей силы любви произойдет гармонизация романического помещенном после десятого письма. По содержанию эти пись и эпического начала.

ма также отличаются от магистральной повествовательной ли нии поэмы и служат не развитию действия, а его замедлению, тяготея к лирическому виду поэзии и придавая обрисовке глав ных персонажей больший психологизм.

Глава 1. Ранняя классика АН. Ардашникова, МЛ. Рейсиер. История литературы Ирана в Средние века (1X-XVII вв.) Му'иззи жил касыду во славу султана. Хочу ее прочитать в присутствии Украшением сельджукидского двора был амир аш-шу'ара господина". Амир Му'иззи сказал: "Прочти мне начало касы Му'иззи (1048/49— между 1126 и 1153), получивший долж- ды, тогда я решу". Анвари прочитал:

ность по наследству от отца, тоже поэта, известного под именем Браво, шах! Браво, шах! Браво, шах!

Бурхани. Начав карьеру еще при Малик-шахе, при его преем Браво, эмир! Браво, эмир! Браво, эмир!

нике султане Санджаре он уже был в зените славы. Своим по ложением при дворе Му'иззи был обязан не только происхож Му'иззи, услышав этот бейт, промолвил: "Если второе по дению, но и несомненному поэтическому дарованию.

Карьера лустишие будет: Браво, луна! Браво, луна! Браво, луна! — это Му'иззи при султане Санджаре оказалась одной из самых ус будет достойное начало для касыды". Он не догадался, что Ан пешных и длительных в истории придворной поэзии средневе вари выдающийся поэт, и не мог предположить, что его стихи кового Ирана. Он избежал опалы и султанского недовольства, привлекут внимание султана, а решил представить его госуда играл заметную политическую роль при дворе (считалось, на рю ради смеха. Когда он привел Анвари на прием, тот голосом пример, что в составе посольства он побывал в Византии), ак звучным и естественным начал читать свою касыду:

тивно участвовал в дворцовых интригах. В течение долгих лет ему удавалось сохранять роль ведущего стихотворца и главы Если сердце и рука являются морем и рудником, То это поэтической школы не только благодаря несомненному поэти- сердце и рука господина Шаха Санджара, ибо меньший ческому таланту, но и отчасти в силу умения интриговать про- из тех, кто служит ему, В мире представляется тив подающих надежды молодых конкурентов. падишахом.

Легенда, излагаемая историком XV века Хондемиром в ком пилятивном своде «Друг жизнеописаний» (Хабиб ас-сийар), Продекламировал он эти два бейта, а от продолжения возде гласит: «Му'иззи был Царем поэтов при дворе султана Санджа- ржался и, повернувшись к Му'иззи, промолвил: "Если это твоя ра. В то время было установлено, что каждый поэт, желающий касыда, дочитай остальное". Му'иззи промолчал и ничего не представить свои стихи султану, должен был сначала предстать сказал. А Анвари дочитал касыду до конца, и Санджар пришел перед Му'иззи и прочитать ему свои стихи. Память у Му'иззи от нее в полный восторг. И пожаловал он Хакиму (Анвари) мес была незаурядная, и любую касыду, которую он читал или про- то среди своих приближенных (надиман)».

слушивал, он запоминал наизусть. И как только любой поэт, В других рукописях «Хабиб ас-сийар», на которые, видимо, желающий поступить на службу к султану, читал ему свои сти- опирался А.Е. Крымский, эта история излагается с добавлени хи, Му'иззи их сразу запоминал, и если они были красивы, ут- ем некоторых любопытных деталей. Помимо Му'иззи незауряд верждал: "Эти стихи принадлежат мне", и читал касыду султану ной памятью обладал также его сын, который запоминал чужую от начала до конца. Таким образом, поэтам не было пути ко касыду после второго прослушивания, а также его раб, который двору султана, поскольку Му'иззи препятствовал поступлению мог воспроизвести текст, прослушанный три раза. Пользуясь к нему на службу любого другого поэта. Поскольку Анвари был этим, Му'иззи угверждал, что прочитанная претендентом касы стихотворцем, давно избравшим поэтическое поприще и весь- Да на самом деле принадлежит ему и написана им давно, но он е ма преуспевшим на нем, он способен был предстать перед сул- ше ее помнит, также как его сын и его слуха. Таким способом таном и прочитать ему свои стихи. Однако, будучи осведомлен нежелательного для Муиззи конкурента, уличенного в плагиа о действиях Му'иззи, не видел иного пути, кроме как прибег- те, с позором изгоняли.

нуть к хитрости. Он оделся в поношенное платье, явился к Му- Неизменную благосклонность султана Му'иззи помогало иззи растрепанным и неопрятным и заявил: "Я — поэт и сло- поддерживать не только незаурядное мастерство парадного па 160 А.И. Ардашникова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XV1I вв.) Глава I. Ранняя классика негирика и умение удачно интриговать, но и талант импровиза- любовных и календарных вступлений касыды Му'иззи содер тора. Поэт прославился на редкость находчивыми экспромтами. жат религиозные мотивы (таухид — восхваление единства Гос Историки со ссылкой на того же Хондемира приводят в этой свя- пода, поминание шиитских имамов 'Али, Хасана и Хусайна).

зи такой анекдот. Однажды султан Санджар развлекался игрой Поэт прославился как мастер виртуозных описаний коня, дра в конное поло (гуй у чауган). Неожиданно конь его споткнулся гоценного оружия, крепости, цветущего сада. Имеются у него и сбросил царственного седока на землю, вызвав гнев султана. и зачины-загадки (о мече, каламе), и зачины-прения, мунази Му'иззи немедленно сложил такие стихи: «Если в неудаче вино- ра (например, спор калама и меча). В нескольких вступлениях ват мяч, бей его палкой! Если же виноват конь, подари его мне!». представлена тема гостевых приемов, в них описываются ви Санджар подарил Му'иззи коня, и поэт экспромтом сказал дру- зиты султана к высоким придворным чиновникам. Целый ряд гие стихи: «Государь! Я хотел было убить эту лошадь за ее про- касыд Му'иззи посвящен великому визиру Низам ал-Мулку.

винность, но она мне сказала: "Выслушай мое оправдание: я не Именно Му'иззи придал канонический вид некоторым ви тот сказочный бык, который в состоянии удерживать на своем дам любовных зачинов, например, восходящему еще к тради хребте вселенную, и я не четвертый круг небес, чтобы возить на ции арабской «бедуинской» касыды плачу над следами поки себе солнце"» (перевод А.Е. Крымского). Второй экспромте точ- нутой стоянки. В его творчестве обретает устойчивость схема ки зрения жанра представляет собой благодарственные стихи построения этого вида зачина, в частности становится нормой (шукр), которые принято было составлять в ответ на государево упоминание ъматла' касыды погонщика верблюдов, предво дарение. Такие стихи могли составляться как в форме касыд, так дителя каравана (сарабан) или прямое обращение к нему. Одна и в форме небольших стихотворений и являлись наряду с разно- из его знаменитых касыд начинается словами:

го рода просьбами {талаб) непременной составляющей этикет ных взаимоотношений придворного поэта со своим патроном. О, погоншик верблюдов! Нигде не устраивай стоянку, только в краю Все превратности жизни придворного поэта обошли Му'иззи моей подруги, Чтобы я мог пролить слезу над развалинами прежних жилищ.

стороной. Он никогда не был в опале, не испытал гонений, Стоянку я залью кровью сердца, развалины окрашу в пурпур, а конец его блестящей карьере при султане Санджаре положила Руины превращу в Джейхун потоками своих слез. Лица любимой случайность. Государь упражнялся в стрельбе из лука, и одна из обитательницы шатров не вижу я на айване, И стана того стрел, попав в Му'иззи, нанесла ему смертельную рану. Умер стройного кипариса не вижу я на лужайке. На месте, где поэт в 1147 году. На его место главы придворных поэтов при- поднимали кубки и чаши с вином, онагр оставил шел Анвари. следы копыт, Диван Му'иззи, состоящий по большей части из касыд, На месте, где звучали чанг и най, лишь крики воронов и коршунов. С тех пор как покинула шатер Су'ад, как приют оставила Салма, Как из демонстрирует характерные признаки поэзии «украшенного покоев ушла Лейла, будто бы моя душа рассталась с телом.

стиля», прочно вошедшего в литературную моду в XII в. В те Невозможно миновать стоянку и избежать страданий Из-за истории о матике своих касыд поэт ориентируется преимущественно на той жестокосердной и сладкоустой с серебристым газиавидских придворных стихотворцев, особенно на Фаррухи, подбородком.

однако его панегирики отличаются более жесткой структурой: Там, где в саду с друзьями пировала та похитительница сердец, переход к восхвалению практически всегда четко выделен упо- Теперь обитают волк и лисица, нашли приют онагры и стервятники...

минанием имени и титула адресата, мотивы самовосхваления На основе предложенной М у' иззи м одели развертывания расположены в концовке касыды, занимают всего два-три бей мотивов Са'ди спустя век построит свою знам енитую газ ель, та и предшествуют просьбе о вознаграждении {талаб). Темы известную среди специалистов под названием «Караван».

зачинов достаточно разнообразны. Помимо традиционных Глава I. Ранняя классика А.Н.Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XV1I вв.) дравительных зачинов, унаследованных от предшественников.

В Диване Му'иззи можно найти множество откликов на про Иногда свидание влюбленных приурочено к одному из сезон славленные касыды его непосредственных предшественников, ных праздников, и тогда явившаяся к герою возлюбленная иг поэтов газнавидского окружения. Так, одна из касыд отсылает рает роль гонца, возвещающего его начало:

к программной касыде 'Унсури, открывающейся формулой:

«Богатство, величие и исполнение желаний сердца в мире ник Пришла та двухнедельная луна в семицветном каба27, Локоны ее в то не добыл иначе, как служа султану». Му'иззи развивает мо узелках и изгибах, глаза ее полны лукавства и огня. Она прятала тивы предшественника в новом ключе:

жемчуга в тюльпане, когда явила мне лик, Ради чанга на тюльпан просыпала жемчуг и ударила по струнам. Сказала она: «Любовь твоя Каждый разумный муж, который привязывает сердце к преданности ко мне ослабела, мы с тобой в ссоре, Но невозможно ссориться с Господу, друзьями во время Михргана, Если кипарис находится в саду, то у Не может не привязать сердце и к службе султану. Да него для кипариса есть сад, Если в камне есть серебро, то и в серебре пребудет во здравии тот, кто связал воедино душу и тело находится камень». Когда она увидела мое сердце, душу и тело Службой султану и преданностью Господу! Все повелители обессиленными, Придала мне силы с помощью того сахара цвета мира ищут счастливой судьбы в этой службе, И на Востоке, и яхонта (т.е. поцелуя). Крепко меня обняла и разметала мускусные на Западе, и в Туране, и в Иране...

кудри, Мускус и амбра наполнили мои покои до тесноты. Всю ночь в объятьях были то подруга, то ее чанг, Порой ласкала [меня] подруга, Некоторые весенние вступления к касыдам в Диване Му'иззи порой играла она на чанге. Спросил я: «Что ты хочешь от меня в демонстрируют широко распространенные мотивы украшения память о Михргане, Пока ты не сделала для меня мир сжатым, словно мира в духе «Тавровой касыды» Фаррухи. Так, одна из касыд, твой маленький написанная на ту же рифму что и «Тавровая», последовательно [ротик]?»

развивает мотивы предшественника, хотя формально полным Ответила она: «Хочу благодарственных стихов в ответ на подарок ответом на произведение Фаррухи не является, поскольку сло- господина, жена другим метром. Касыда Фаррухи написана основным ви- Который в щедрости и великодушии посрамил имя Ну'мана 28, Он для дом стопы размерарамал, тогда как касыда Му'иззи использует царства Божьего — подтверждение, он для веры Божьей — один из вариантов того же метра, именуемый рамал-и машкул. яркая звезда, Вот ее начало: Он — солнце разума и знания, источник просвещения и разумности.

[Он] — тот господин, скакуном судьбы которого является небосвод, Когда зеленые накидки накинули ручьи, Скакуном, чье украшение — луна, чьи поводья — созвездье Близнецов.

В семицветный шелк закутались горы.

Те стали похожи на сокровища Каруна от россыпей жемчужин, При явном дом инир ова нии тра дици онн ой сит уа ц ии сча с Эти стали похожи на письмена Мани от обилия рисунков.

тливого свида ния с ха ра ктерным для этого ти п а насиба опи От капелек росы у тюльпана во рту — перлы, От множества тюльпанов у лужайки в объятиях — рубины.

Каба— род мужской одежды длинными рукавами, кафтан. Нередко упоминается в поэзии как один из даров господина слуге.

Часто в зачинах своих касыд Му'иззи разрабатывает стан- '' Ну'ман — скорее всею речь идет о Ну'мане б. Манзаре б. Имруулкайсе ал -Лахми, дартные ситуации любовной лирики, например, выпрашива- одном из известнейших правителей Хиры вджахи лийскую эпоху, известен также ние поцелуя, примирение влюбленных, счастливое свидание, как Ну'ман I I I (592-614). Ему слагали хвалы Хатим Та'и, Хассан бен Сабит, Набига.

Попав в немилость к Сасанидам в эпоху правления Хусрава Парвиза, он был затоптан появление возлюбленной после долгой разлуки и т.д. Однако слоном по приказу последнего. С его гибелью прекратило существо вание государство поэт усложняет каждую такую ситуацию, синтезируя в зачине Лахмидов.

элементы нескольких традиционных моделей любовных и поз- АН. Ардашникова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XV1I вв.) Глава 1. Ранняя классика санием красоты возлюбленной, в этой касыде использованы Городская терминология, связанная с делением средневеко элементы темы «прибытия гонца», возвещающего наступление вого общества на профессионально-сословные страты, пред праздника (в данном случае Михргана). Кроме того логическая ставлена термином шихна, который обозначает городского чи схема зачина построена так, что возлюбленная выступает вдох- новника — начальника городской стражи или градоправителя.

новительницей поэта. Панегирик адресату (целевая часть касы- Поэтому взаимоотношения героя-влюбленного и красавицы, ды) вложен в уста красавицы и представлен как ее речь. именуемой шихна-йи хубан, приобретают иной, чем в суфийс Статистические обследования Диванов персидских поэтов кой лирике, характер. Возлюбленная, внешне представляюща XII в. показывают, что в это время постепенно возрастает ко- яся идолом и побуждающая влюбленного к идолопоклонству, личество чисто панегирических касыд, лишенных развитых оказывается ревностной мусульманкой, готовой заковать его вступлений, называемых «ограниченными» (махдуд). Творчест- а цепи и наказывать по закону, данному ей как представителю во Му'иззи не является исключением.

власти. В суфийской лирике возлюбленная, как правило, явля В газелях Му'иззи также сохраняет верность придворной тра ется таким же возмутителем спокойствия и обитателем кварта диции, противостоя тенденции к проникновению суфийских ла Харабат, как и ее верный поклонник.

идей. И все же некоторые уступки моде поэт делает, используя Еще более явственно полемическая заостренность лирики в газели городскую, корпоративную и конфессиональную (зо Му'иззи против суфийской идеологии ощущается в газели, об роастрийскую и христианскую) терминологию. Вот, например, ращенной непосредственно к ее носителю:

одна из его любовных газелей:

О старец, одетый в рубище, твоя болтовня о любви — грех, Ведь Не нарушай обещаний, о идол, ведь я нарушил обет, любовь, рубище и старчество друг с другом не сочетаются. У тебя Ради тебя уселся в уголке Харабата. в лице не кровинки, ты облачен в синие одежды, Но почему же Оказался среди солнцепоклонников, и вот поэтому ты опечален сердцем, бледен лицом и плачешь Крепко препоясался зуннаром. кровавыми слезами?

Пред тобой я рву молитвенный коврик, повязав Твоим речам о любви никто не верит, Хотя в твоем облике и Зуннар, чтобы люди знали, что я — солнцепоклонник. заметны признаки страсти. Разве ты нарушишь обет ради любви?

Ты вправе меня заковать в цепи и судить, о глава городских красавиц, А ведь нарушать обеты ради любви — дозволено. Не говори о Ибо я безумен от разлуки с тобой, а от любви к тебе пьян. смерти, говори о чаше с вином, Ведь влюбленности пристала Почему ты сторонишься моего пьянства и безумия? чаша вина в твоей руке.

Ведь мне не миновать тебя, что бы ни случилось!

Подобная полемика скорее характерна для поношений, Му'иззи использует традиционный для суфийской лирики более свойственных касыде и кыт'а, чем для газели, однако мотив нарушения обета ради возлюбленной и перехода из-за Му'иззи не только включает эту тему в газель, но и частично любви к ней в языческую веру. Упоминание квартала Харабат облекает ее в типичную для любовной поэзии лексику (блед указывает на то, что герой нарушил обет воздержания от вина.

ность, кровавые слезы, опечаленное сердце, нарушение обета Далее, совершенно в традиции суфийской газели, поэт противо и т.д.).

поставляет молитвенный коврик (сиджада) как символ соблю Отличительной чертой газелей Му'иззи является отсутствие дения предписаний ислама и пояс иноверцев зуннар как символ в них авторской подписи в макта'. Его поцпнсъ-тахаллус встре разрыва с обычаями ислама. В XII в. эта образная пара приобре чается только в касыдах. Отсутствие подписи в газели — явле тает характер постоянной оппозиции, в которой наряду с молит ние достаточно редкое для этой эпохи, хотя некоторые придвор венным ковриком могут также упоминаться четки (тасбих).

Глава 1. Ранняя классика АН. Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX—XVII вв.) ные поэты продолжают придерживаться придворной нормы У Анвари есть множество касыд, неоднократно привлекав ших внимание востоковедов. Едва ли не самая известная среди и не включают свое имя в текст газели, например, современник них получила среди специалистов название «Слезы Хораса Му'иззи АцибСабирТирмизи (ум. в 1143 или 1152) или предста на». Она выдержана в традиции описания различных бедствий вители исфаханской школы поэзии рубежа XII—XIII вв.

и катастроф, к которой относится ряд известных произведений в форме касыд, например касыда Катрана о землетрясении Анвари в Тебризе, касыда Фаррухи на смерть султана Махмуда, касыда В соответствии со средневековой легендой, именно Анвари Ансари «Что за поток!..», касыды Насир-и Хусрава и Сана'и, был тем единственным поэтом, которому удалось перехитрить осуждающие нравы своей эпохи. Общим для всех этих произве Му'иззи и попасть в ближайшее окружение султана Санджара.

дений является присутствующее в зачине перечисление соци После гибели Му'иззи он занял его место на должности «царя альных, профессиональных или возрастных категорий людей, поэтов». Анвари считался самым лучшим персидским панеги чье поведение в условиях катаклизма не соответствует социаль ристом всех времен, о чем можно прочитать в главе седьмой ной или этической норме. В касыде Анвари эта схема модифи «Бахаристане» 'Абд ар-Рахмана Джами:

цирована в соответствии с основной темой — рассказом о пос ледствиях опустошительного набега кочевых тюрок-огузов на В поэзии есть только три пророка, Хоть — «Нет после меня», — сказал пророк великий, В сказаньях — Хорасан. Известно, что войско султана Санджара в 1153 г. было Фирдауси. В газели и касыде, Знай, Саади и Анвари — разбито огузами, а сам он пленен. После этого огузы вторглись владыки!

в Хорасан, а Санджар провел в плену три года. Касыда Анвари, (Перевод А. Адалис) представлявшая собой послание названному сыну султана Рукн ад-Дину Галдж Тамадж-хану, должна была побудить последнего Будущий поэт, полное имя которого 'Али Аухададдин Ан оказать военную помощь изнемогающему под гнетом захват вари, родился около 1115 г. в Хорасане, близ города Майхана, чиков Хорасану:

откуда родом был и знаменитый суфийский шейх Абу Са'ид.

Занятия юного Анвари не предвещали столь блестящей при Если ты долетишь до Самарканда, о рассветный ветерок, Передай дворной карьеры. Он начал свое образование вТусе, в зна- хакану29 письмо от жителей Хорасана. В начале того письма — [рассказ] менитой Мансуровой академии, изучал богословские и юри- о телесных страданиях и душевных дические науки, философию и медицину в духе Абу 'Али ибн муках, Сины, которого считал учителем. Традиционное образование, В конце того письма — [рассказ] о сердечной тоске и боли в груди... Из полученное Анвари, предполагало и овладение навыками милости выслушай рассказ о жителях Хорасана, А когда выслушаешь, стихотворства. Однако все попытки попасть ко двору султа- взгляни на них с состраданием. Это глаголят опечаленные и на Санджара, одна из резиденций которого находилась в Ни- истерзанные, О ты, чье сердце, владычество, и вера [да пребудут] ликующими шапуре, а другая в Мерве, были напрасными. Молодого поэта и победоносными!


неизменно оттирали более опытные и искушенные в дворцо Ведаешь ли ты, что из того, что некогда было, Сегодня во всем Иране вых интригах стихотворцы. Считается, что судьба улыбнулась не осталось и следа? Ведаешь ли ты, что из-за рокового набега гузов Анвари во время одного из султанских посещений гробницы Нет в Хорасане никого, кто не пал бы его жертвой? Над великими имама Ризы в Мешхеде, когда Санджар посетил и Туе. Пре- мужами наших дней стали властвовать ничтожные, дания о том, как Анвари перехитрил Му'иззи, передают Да улатшах Самарканди в «Тазкират аш-шу'ара» и Хондемир Хакан — титул китайских, монгольских и тюркских правителей.

в «Хабиб ас-сийар». Глава 1- Ранняя классика АИ. Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX- XVII вв ) Можно отметить, что в касыдах Анвари повествовательное Над благородными мужами обрели главенство подлецы.

и описательное начало выступают в гармонично подобранных На пороге мерзавцев стоят в печали и растерянности праведные, пропорциях, поскольку поэт стремится придать своим произ В руках беспутных томятся в плену и безысходности благочестивые.

ведениям как черты увлекательного и остроумного рассказа, Не увидишь человека в радости, кроме как на пороге смерти, Не найдешь девственницы, кроме как в утробе матери. так и черты виртуозного и технически изощренного описания.

Соборная мечеть в каждом городе стала для их вьючных животных Вот еще одна касыда такого типа, в которой зачин «возлюблен Стойлом — не осталось ни потолка, ни дверей. ной-вдохновительницы» решен иначе:

Нив одном крупном городе не читают хутбу™ во славу гузов, потому что В Хорасане не осталось нынче ни хатибов, ни минбаров31. Вчера под вечер появилась в моих дверях она, хмельная Если вдруг убитым любимое дитя и взволнованная, Подобная двухнедельной луне, и дружная с каждой из семи [планет].

Увидит мать, то от страха не посмеет зарыдать...

Ее пленительные локоны извивались и скручивались кольцами, Ее Мусульманам наносят такие оскорбления, губительные глаза в полудреме были полны неги. Вскочил я с места и Сотую долю которых не наносили мусульмане неверным.

подбежал к ней со словами привета, Крепко обнял ее, как вьюк Находят безопасное убежище мусульмане в Руме и в Китае, сахара.

[Но] нет ни крупицы покоя в мусульманских землях.

Сказала она: «Спроси меня, откуда я прибыла, [и расскажи] сам, Когда вернулся, не умер ли от усталости и как твои дела». Ответил я:

В своих касыдах Анвари широко использует известные «В тоске по тебе дела мои шли скверно, Но от радости встречи с схемы стандартных зачинов, доведя до совершенства сочета- тобой они нынче стали, как картинка. С тех пор, как я не держал тебя ние их элементов. Одним из любимых им типов зачинов был в объятиях, словно чанг, Я непрестанно издавал горькие стоны, как басовые струны чанга». Она уселась и повела рассказ о том, что насиб, в котором красавица выступает в роли вдохновитель приключилось с первого дня ницы поэта или сама слагает стихи. Подобная касыда уже разлуки, имелась у Му'иззи, в своем творчестве, видимо, ориентиро- И рассказ ее был красноречив и трогателен. Со слезами она говорила:

вавшегося на соответствующую касыду-образец Фаррухи. Ка- «В конце концов, Стал для меня непосилен груз ожидания в разлуке с сыд с такими зачинами в Диване Анвари уже около десятка, тобой! Слава Богу, однажды мы [здесь] были вместе, А теперь снова и они поражают разнообразием авторских вариаций. Одно встретились в этом краю. Эта история переходила из уст в уста, пока я, наконец, Не рассказала ее тебе и не завоевала твое доверие. Попала из самых известных стихотворений, включающих названный та история в число поэтических мотивов, и скандировали ее лирический сюжет, начинается описанием красот Багдада поэты, и катания на лодках по Тигру. Продолжением служит рассказ Облекая в сложные размеры и причудливые метафоры». Сказала она:

о свидании автора-героя с возлюбленной, которая упрекает «Пусть я пьяна и утомлена, задавай мне вопросы, Поскольку один-два поэта, собирающегося ее покинуть и отправиться к багдадс- секрета этой поэтической манеры не скрыты, но и не явлены».

кому Атабеку Маудуду ибн Занги (1149-1169). Далее в касыде Спросил я: «Что является причиной вращения небосвода, Если приводится описание путешествия к престолу адресата, вы под вращающимся сводом это бывает правым и левым? На пиру держанное в духе жанра рахил и заканчивающееся прибытием этому бы позавидовала ветка осенней порой, В щедрости это поэта к багдадскому двору. Там его стихи не оценивают по пристыдило бы облако весной. Основа его существования в достоинству, и тогда к нему приезжает его подруга и сочиняет разветвлении из единого корня, Имеет это тот же порядок, что панегирик в честь побед восхваляемого в борьбе с крестонос- семь [планет) и четыре |стихии]». Она ответила: «Это рука наместника султана Востока и Запада, цами.

17!

т Хутба — проповедь в мечети, в которой поминается правитель государства. " Минбар — кафедра в мечети, с которой и произносится хутба.

Глава 1. Ранняя классика А.Н. Ардашникова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX—XVII вв.) Того, кто выбран из всех в мире и является советником государя, О, удел твоего благополучия — [солнечный] день судьбы! О, сень Маудуда Ахмада 'Исма, того, кто благодаря знанию дела Держит в твоего [покровительства] над нашим временем — мудрость руке воли узду мира». Спросил: «Что это такое, если оно — тело без Создателя!

души, И в младенчестве его кормилицей был утренний ветерок, Всевластен ты в своих повелениях над всякой тварью земной, Словно а матерью — ручей? небосвод, изливаешь ты щедрость на любое существо, словно солнце.

Оно усмиряет волны смуты, оно — день, прогоняющий ночь, От него тучнеет царство, хоть само оно — тонкое деревце или месяц Твое благоразумие сегодня — силок и приманка для дня вчерашнего, Твоя щедрость в этом году создала наличность и кредит года на ущербе.

прошлого...

Порой в натуру слова оно вкладывает разумную душу, Порой на берегу речи выращивает царственную жемчужину». Она ответила:

«Это перо [государева] наместника, советника Пр ив е де нн ый з а ч ин и фр а гм е нт ма дх а в кл юч а ют у же з на Востока и Запада, ко м ые на м с тр у к ту р н ые и с м ыс л о в ые ко м по не нт ы: о п ис а ние красавицы, диалог влюбленных, образующий ядро повество Это — благое проявления его добродетели и мудрого правления вательной части вступления, две загадки, также оформленные вдень приема.

Перо Маудуда Ахмада 'Исма, благодаря местопребыванию которого с помощью диалога (вопрос влюбленного — ответ возлюблен Упрочилось здание веры, и укрепились устои государства». Я сказал: ной). Загадки не только организуют переход к славословию «Если захотел бы я тебя испытать в [искусстве сложения] с традиционным для тахаллуса упоминанием имени адреса касыд, та, но и составляют еще одну группу описательных мотивов, То сказанное тобой в восхвалении было бы целью жизни! Твоя поскольку предметы загадываются перечислением их качеств.

способность творить [в стихах] чудеса может произвести Вступительная часть выдержана в слегка шутливой манере, что впечатление», сказывается, прежде всего, в употребляемой лексике.

А она сказала: «Довольно рассуждать, ступай, неси чернила и калам».

В ироническом тоне выдержаны и многие кыт'а Анвари, осо Поднялся я и поставил перед ней чернильницу и калам Перед той бенно стихотворные прошения. Некоторые из них объемны, моей несравненной подругой и красноречивой достигают 15—17 бейтов, и просьба в них излагается достаточ собеседницей.

но обстоятельно. Другие представляют собой короткие записки Взяла она перо и бумагу и, торопясь, Написала скоренько вот эту касыду, блестящую и свежую... в 2—3 стиха. В изданиях Дивана они, как правило, озаглавлены «Шутка» или «В качестве просьбы». Такие прошения явно слу В этом месте Анвари прибегает к приему возобновления жили одновременно и для увеселения адресата, что, видимо, парной рифмы (тадждид-и матла') в одном из бейтов в сере- должно было облегчить выполнение изложенной просьбы. В них дине касыды, чем достигается эффект «касыда в касыде». При применяются те же смеховые приемы, которые позже можно этом «вставная» касыда представляет собой образец так назы- наблюдать в творчестве поэтов исфаханской школы XIII в., ко ваемой ограниченной (махдуд), то есть лишенной вступитель- торые довели до блеска жанр стихотворных прошений. Кыт'а ной части и содержащей только панегирик. Первым к такому Анвари содержит шутливый диалог поэта и его барана:

композиционному приему в персидской касыде прибег Фар рухи, а до совершенства схему касыд с множественными зачи- Сказал я своему барану: «Ешь солому, Вон сколько заготовлено тебе ее из трав».

нами, начинающимися с возобновления парной рифмы, довел Он просит: «Ячменя!» — «Да где ж мне взять?» — кричу я.

Хакани.

Баран свое: «Не на запоре дверь у хлебопашца».

У Анвари далее следует панегирик, начинающийся такими «Куда же мне идти за ячменем? — стихами: Я говорю ему. — Забота мне с тобой!»

17.' АН. Ардашникова, М.Л. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Глава 1. Ранняя классика «Ты у Камала ибн Мас'уда попроси, — баран в ответ, — Спросил он: «Как же так?», а я ему отвечал: «Эта дорога завела Сей муж святой отменно щедр в подарках».

в тупик.

О благодетель, смысл спора нашего пойми:

То, что ушло, никогда не вернется из небытия. Я слагал любовные Раз я молчу — баран уста отверз.

газели, славословия и поношения, Поскольку был одержим Так прояви свое великодушье:

вожделением, жадностью и злобой. Вот один [поэт], который ночи Баран в мольбе припал на обе ноги!


напролет только и думает о том, Откуда и как раздобыть пять (Перевод 3.И. Ворожейкиной) дирхемов. А вот другой, который целыми днями озабочен тем. Как бы ему описать уста, подобные сахару, и закрученный локон. А вот Придворная карьера Анвари при султане Санджаре была не третий, который словно раненый пес, находит успокоение менее успешной, чем карьера его предшественника Му'иззи. лишь в том, Анвари надолго пережил своего патрона, смерть которого пос- Чтобы одолеть слабого и одержать над ним верх. Поскольку Господь ледовала в 1157 г., ив последующие годы служил разным пра- от этих трех собак меня, Немощного раба, избавил по своей милости, вителям Хорасана. В 1185 г. во время пребывания в Мерве Ан- Упаси меня Бог [отныне] слагать газели, славословия и поношения, Ведь я довольно притеснял свою душу и угнетал разум. Анвари, вари постигла неудача как астролога. Он предсказал страшный болтовня — это не занятие для [достойных] мужей, Поскольку ты ураган, грозящий уничтожить все живое. Испуганные предска однажды этим занимался, ныне будь по-мужски занием горожане попрятались в убежища, но стихийного бедс стойким.

твия не произошло. Анвари осмеяли за ошибку, намеки на ко- Избери уединение и ищи пути спасения, Ведь очень скоро для тебя торую можно найти даже в стихах поэтов, его современников. все закончится — через два-три мгновения.

Позже в Балхе поэт попадает в эпицентр еще одного скандала.

На этот раз ему приписали анонимный пасквиль на жителей этого Рассуждения Анвари о побудительных причинах сочинения города. Оскорбленные обитатели Балха схватили Анвари и под- стихов базируется на традиционном представлении о жанрах вергли его унизительному наказанию: посадили задом наперед на светской поэзии как о словесном выражении человеческих осла и, обрядив в шутовской колпак, провезли по всему городу на страстей. Так, в сочинении известного арабского филоло га потеху зевакам. Поэт оправдался касыдой-клятвой, однако собы- XI в. Ибн Рашика «Опора в красотах поэзии, ее вежестве и тия сильно повлияли на его положение в обществе. Считается, что критике» можно найти такое суждение: «Оснований поэзии именно после этого случая Анвари удалился от двора и поселился четыре: поиск выгоды, страх, страсть и гнев. С поиском выго в уединении. Несколько раз он получал приглашения ко двору ды соотносится восхваление и благодарение (шукр), со стра разных правителей, но неизменно отвечал отказом. При этом он хом — извинение (и'тизар) и умилостивление (исти'раф), со до конца дней состоял в оживленной переписке со многими пра- страстью — влюбленность и нежное воспевание женщины, вителями и литературными деятелями. с гневом — поношение, угроза (тава'уд) и упрек ('итаб), при Поворот судьбы заставил его пересмотреть свои взгляды на чиняющий боль» (перевод Д. В. Фролова). Покаянная тональ профессию придворного стихотворца и осудить прежнее за- ность стихотворения Анвари и мотивы концовки типичны для нятие в философско-дидактических кыт'а, напоминающих по жанра зухдийат.

пафосу стихи Насир-и Хусрава. Вот самое знаменитое из этих Перу Анвари принадлежит и целая касыда, написанная в по стихотворений: рицание профессии придворного поэта, в которой ремесло му сорщика поэт полагает более полезным для людей, чем занятие Спросил меня вчера влюбленный мальчишка: «Сочиняешь ли ты сочинителя стихов.

газели?». Я ответил: «От сочинения славословий и поношений я отказался».

."Ч Глава 1. Ранняя классика АН. Ардашникова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) пониманию газели как любовной поэзии, идущему от арабской О брат, послушай одну загадку о поэзии и мастерстве поэта, Чтобы кого-то из нас, горстки попрошаек, не принять за человека. Знай, что традиции. В этой связи понятно и явное предпочтение, отдава в государстве не обойтись без ничтожного мусорщика. Не дай Бог, емое поэтом любовным мотивам в газели. Однако сами эти мо смотри, не относись легкомысленно к этим словам. Поскольку, если тивы разрабатываются у Анвари совершенно в ином ключе, чем тебе понадобится убрать нечистоты, Нужен носильщик, ведь ты не v Му'иззи или Адиба Сабира Тирмизи. В любовной лирике Ан сможешь выгрести их сам. Разве битва Халида завершилась бы вари существенные изменения претерпевает образ возлюблен победой без Джа'фара?! Потому-то один понимает в ткачестве, другой ной. Поэт постоянно подчеркивает несказанность, сокровен — в земледелии32. А вот если не будет поэта, какой ущерб будет ность, беспредельность ее красоты. В одной из газелей Анвари нанесен Устройству мира, если взглянуть с точки зрения разума?

Поскольку для человека помощь {другим] — условие общего труда, срадифом «не вмещает», на которую составляли ответы многие Зарабатывать на хлеб ремеслом мусорщика лучше, чем стихотворством. поэты следующих поколений, идея сверхъестественности воз (Перевод М.Л. Рейснер и НЮ. Чалисовой) любленной выражена с предельной ясностью:

Несмотря на то, что традиция считала Анвари непревзой- Красоту твою вселенная не вмещает, денным мастером панегирика, поэт являет собой фигуру до- Имени твоего вселенная не вмещает.

статочно характерную для своего века, а значит отразившую Тайна [моей) любви к тебе не может не раскрыться, все его сложности и противоречия. Получив образование Ибо разум и душа ее не вмещают.

Я [{эстолько сроднился с тоской по тебе, в Хорасане, одном из главных центров иранского суфизма, Что сердца моего грудь не вмещает.

будущий поэт испытал заметное влияние мистических идей, Жажды свидания с тобой у меня нет.

что нашло отражение в его лирике малых форм, прежде всего Ибо обещания твоего язык не вмещает.

в газели. Мы можем лишь гадать, в какой степени поэт был Не скрывай свой лик, ибо тайну моего сердца приверженцем суфийских доктрин, но позволим себе с до- Область сокровенного больше не вмещает.

статочной степенью уверенности утверждать, что атмосфера Ты говоришь: «Из-за моей красоты лика, подобного луне, чистой духовности, возникающая в поэзии благодаря введе- Небесный свод не вмещает!»

нию мистической символики, оказалась для него чрезвычайно Стоит ли удивляться, что в стихах Анвари тоже Словесные выражения значений не вмещают?

привлекательной.

В Диване Анвари можно воочию наблюдать общую тен Раздел газелей в Диване Анвари демонстрирует достаточное денцию в развитии персидской поэзии данного периода, про разнообразие тематики, диктуемое сочетанием в его творчестве являющуюся в росте популярности газели и увеличении доли традиций суфийской и светской газели. Наряду с чисто мис соответствующих разделов в составе собраний поэтических тическими текстами у Анвари представлены и сугубо светские произведений (впервые газели уравнялись с касыдами). Поэт газели, в том числе и панегирические. В них к царственному ставит свою подпись в значительной части стихотворений (в адресату поэт обращается, как к жестокой красавице:

из 322), хотя в своих высказываниях он остается верным старому Кто я такой, чтобы просить тебя о свидании?! И кто я "Халидб. Валид — полководец, современник Мухаммеда, руководил битвой, выиграть чтобы говорить о твоих устах и родинке?! Никто не которую удалось благодаря подвигу Джа'фара б. Абу Талиба: ему отрубили в бою руки, может найти дорогу ко двору грезы о тебе. Зачем мне но он все равно сумел обрубками поднять поверженное знамя ислама;

Пророк сказал, напрасно искать свидания с тобой? Томясь любовью к что в раю эти обрубки сганут крыльями, на которых он будет летать, куда пожелает.

тебе, я не смею высказать упрек, Храню я молчание, Смысл бейта: каждый человек вносит свой вклад в общее дело, как в бою, так и в мир пока в ночи созерцаю твой образ. Если ты по доброте ной жизни.

пожалуешь мне шапку, Глава 1. Ранняя классика АН. Ардашникова, М.Л. Рейтер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XV1I вв.) блеск на поверхность вина. Далее в газели говорится о том, что Зрачки своих глаз я сделаю бляшками на твоей перевязи.

красавица пьет вино из чаши и беседует с влюбленным:

И если попадутся тебе на глаза мои стихи, пока я жив, В газелях я буду описывать твои газельи глаза.

Она сказала: «О ты, кто из-за притеснения судьбы За всю жизнь не Мои стихи стали колдовством и достигли совершенства, провел со мной ни дня, ни ночи, и не достиг своего Оттого что описываю совершенство твоей красоты.

желания!

Твои глаза — дозволенное колдовство, и для меня запретно Теперь мы вдвоем, ты и я, и рубиновое вино и песня, Описывать что-либо иное, кроме твоего дозволенного колдовства.

Без вмешательства посланника [Божьего] и без ниспослания вести».

В приведенной газели легко прочитывается панегиричес кий подтекст. В построении мотива второго бейта присутс- Повествовательный тон газели и обильное применение эле твуют слова «двор» (даргах) и «прием» (бар), в четвертом бейте ментов васфа роднят это стихотворение Анвари с любовной прямо говорится о пожаловании шапки (кулах). Упоминается лирикой XI века и с любовными зачинами некоторых его же и богато отделанная драгоценными накладками перевязь или собственных касыд. Счастливое свидание влюбленных сопро портупея, которая вместе с шапкой обычно выступала предме- вождают привычные атрибуты пирушки — чанг и чаша в руках том дарения и выражения монаршей милости по отношению красавицы. Но вот в канонический образный строй придвор к подданному. ной газели Анвари вносит новую ноту. Возлюбленная откры Некоторые газели Анвари, описывающие свидание влюб- вает герою свою истинную, сокровенную сущность. Анвари, ленных, поддаются двоякой интерпретации. В подобных текс- следуя суфийской доктрине, утверждает, что возможно прямое тах образные элементы, явно несущие символическую нагруз- общение адепта с Божественной истиной без чьего-либо пос ку, соседствуют с описанием возлюбленной, выполненным редничества — для этого не нужен Пророк и передающий ему в технике васфа и имеющим прямые аналогии в придворной Божью весть ангел.

Упоминание ниспослания Божьей вести касыде: через посланника недвусмысленно переводит внешне светскую газель в область религиозно-мистических коннотаций. Рисуя Под вечер явилась опьяненная к моим дверям та полная луна, картину счастливого свидания, Анвари стремится синтезиро Прижимая к груди чанг и держа в руках чашу. вать технику придворного описания возлюбленной и суфийс Она набросила на ясный день завесу из темной ночи, кую интерпретацию понятия васл («свидание», «соединение»).

Она насыпала тертого мускуса на [лепестки] алой розы.

Анвари пытается выразить красоту Абсолюта через зримый Она перестала напевать свою грустную песню, образ возлюбленной, созданный традиционными средствами Она рассыпала сахар со своих алых рубинов (т. е. заговорила).

любовной лирики, давая при этом ясные указания на мисти Словно чистый рубин и сердолик расплавились в чаше, Когда ее лик отразился в молодом вине. ческий характер свидания:

Хотя у меня [и раньше] были прекрасные ночи свиданий, Начало газели, обильно уснащенное традиционными мета Вчерашняя ночь была иного рода.

форами, содержит канонический портрет красавицы и характе Может быть, я сильнее, чем прежде, страдал от любви, ристику ее речи: лицо — ясный день, локоны — темная ночь, Или ее лицо было прекраснее других, являвшихся [мне] ночью.

лицо — алая роза, локоны — тертый мускус, речи — сахар, Никто не ведает, что это было за светило, уста — рубины. В третьем и четвертом бейтах в той же описа И я не знаю, что это была за звезда.

тельной манере поэт намекает на действия возлюбленной: она Пока на небосводе утро не явило свой лик, перестала напевать и обратилась к влюбленному с ласковой Анвари был вровень с небосводом.

речью, наклонилась над чашей, и ее румяное лицо бросило от Глава 1. Ранняя классика A.ff. Ардашниково, МЛ. Peitotep. История литературы Ирана в Средние века (IX- XVII вв.) во текста, но и создает ощущение бесконечного возвращения У Анвари в отличие от его придворных предшественников в исходную точку, что находится в полном соответствии с за появляются газели философского содержания и элегической мыслом поэта.

тональности. Они также связаны с мистическими переживани Лирическое наследие Анвари в полной мере отражает слож ями автора и знаменуют новый этап развития газели, когда до ный характер литературной эпохи, в которую он жил и творил.

стижения суфийской лирики, передающей тончайшие движе Напряженные духовные искания затронули в это время «поэ ния человеческой души в ее стремлении к сокровенному миру, зию двора», столкнувшуюся с «поэзией кельи» и испытавшую стали достоянием всей поэтической традиции. Обратимся к од ее непосредственное воздействие. Суфийский символический ному из таких стихотворений:

язык, сформировавшийся вдали от дворцовых литературных Взгляни на дела мира! Чьи притеснения терплю я? кругов, в среде чуждой стремлению к материальным благам Ради кого мое сердце дало обет верности? и соперничеству за место близ властелина, становится неотра Любовь к кому исторгает из уст моих жаркие мольбы?

зимо привлекательным для большинства стихотворцев, про Эти хладные вздохи вырываются из груди ради кого?

шедших выучку при дворе. Творческая судьба Анвари является Притеснения недругов терпят ради друга, тому ярким подтверждением. Эрудит и поэт-виртуоз, образцо А если друга нет, то ради кого?

вый панегирист и искушенный царедворец, он закончил свои Сердце в страсти к нему сторонится мирского, дни отшельником, вернувшись к тем ученым занятиям, в кото Но никогда не скажет мне, страстью к кому я охвачен.

рых прошла его юность. Умер Анвари глубоким старцем около О счастливая судьба, куда же скрылась ты, в конце концов?

Приди однажды и взгляни, ради кого я влачу этот груз. 1191 г.

Анвари — это город, а эта газель — день и ночь:

Взгляни на дела мира! Чьи притеснения терплю я? Сана'и Сана'и (ок. 1048 — после 1126) по праву считается первым Газель, выдержанная в духе традиционных жалоб (шикайат), великим персидским поэтом-мистиком. Его биография являет тем не менее, выходит за рамки типичных для поэзии X—XI вв. ся типичной для поэтов XII в., в определенный момент осозна сетований на переменчивость фортуны и быстротечность че- ющих свою несвободу в придворной среде и стремящихся пор ловеческой жизни. Герой задумался о том, ради чего он живет вать с ней ради иного, духовного предназначения.

и терпит превратности судьбы. Ради Истины? Но где ее найти, Молодость поэта прошла в его родном городе Газне. Писать в каком облике ее представить? Пока она является герою в об- стихи он, видимо, начал еще во времена правления Мас'уда разе прекрасной возлюбленной, он знает, что страдание в раз- П1 Газнавида (1099—1115). Скорее всего, именно тогда он луке не напрасно, ибо оно есть плата за грядущее свидание. и стал придворным поэтом. В первой половине жизни поэт, Но Истина бесплотна и недостижима, мир враждебен, страсть, по его собственным свидетельствам, много путешествует. Он терзающая сердце поэта, изнурительна и тщетна. Глубокий совершает поездки в Балх, Серахс, Герат, Нишапур. Во время пессимизм, пронизывающий стихотворение, создает редкое пребывания в Балхе в 1105 г. он написал сатирическую поэму в лирике Анвари настроение смятенной души, открывшей для «Книга балхских подвигов» (Карнама-йи Балх), чем нанес ос себя бесконечность Вселенной и Времени, их непостижимость. корбление некоторым известным горожанам, преимуществен Напрасны попытки человека добиться явления Истины и Кра- но состоявшим в чиновничьем аппарате, и вызвал с их сторо соты в осязаемых и ясных формах. В приведенной газели ярко ны недовольство. Возможно, именно в Балхе Сана'и отходит проявились и композиционные предпочтения автора. Коль - от светской жизни, берется за изучение богословия и обраща цевая композиция подчеркивает не только смысловое единст- ется к суфийским идеям. Из Балха поэт совершает паломни 180 АН. Ардашникова, МЛ. Рейснер. История литературы Ирана в Средние века (IX-XVII вв.) Глава 1. Ранняя классика чество и вновь возвращается в этот город, где у него, видимо, Однако в его Диване имеется и касыда, восхваляющая Абу Ха были друзья и покровители. По воле обстоятельств снова ока- нифу, которая позволила некоторым комментаторам говорить завшись в центре светского скандала, Сана'и из Балха уезжает о нем, как о сунните. В любом случае, Сана'и в своих сочине в Серахс, а затем около 1125 г. возвращается в Газну. К тому ниях проявляет исключительную веротерпимость, что, видимо, времени слава его как выдающегося поэта успела упрочиться, и послужило причиной необычайной популярности его стихов и один из последних представителей династии Газнавидов Бах- и возможности их бытования в среде приверженцев различных рам-шах (1118—1152) приглашает его к своему двору. Сана'и религиозных школ в исламе.

занять официальный пост при дворе отказывается, однако его Если прижизненная слава Сана'и была в основном связана касыды, в большинстве своем восхваляющие именно Бахрам- с его деятельностью на поприще светской поэзии, то посмер шаха, свидетельствуют о том, что его контакты с придворной тную славу ему принесли именно религиозно-мистические со средой, пусть и неофициальные, все же продолжались. Види- чинения, прежде всего, поэма «Сад истин», вызвавшая массу мо, чтобы смягчить свой отказ от придворной службы, Санаи литературных подражаний. Автор заложил основы жанра фи и свою великую мистическую поэму «Сад истин» (Хадикат ал- лософско-дидактической поэмы и положил начало традиции хака'ик) посвящает Бахрам-шаху. Однако духовные авторите- их арабоязычных названий. Отметим, что, по всей видимости, ты в Газне, получив доступ к тексту поэмы, осудили автора за именно Сана'и впервые озаглавил таким же образом и фило недозволенные «новшества» (бид'ат), что в рамках официаль- софскую касыду «Тасбих ат-туйур» — «Молитва птиц». С этого ной мусульманской идеологии практически равнялось обви- времени состоящее из двух слов арабское название становится нению в ереси. Понимая опасность своего положения, Сана'и указанием на философско-дидактический характер стихотвор обратился за поддержкой к одному из духовных авторитетов ного сочинения на персидском языке.

в Багдаде и получил фетву, объявляющую, что «Сад истин» не «Сад истин» представляет собой первое бессюжетное поэ содержит положений, противоречащих шариату. Однако ис- тическое произведение назидательного характера. Компози тория с осуждением поэмы окончательно подорвала здоровье ция этой поэмы обнаруживает явное сходство со структурой престарелого поэта, которому в то время было уже далеко за прозаических сочинений дидактической направленности, шестьдесят. Окончательную редакцию творения Сана'и про- поскольку умозрительные сентенции и наставления сопро вел его ближайший ученик 'Али ибн ар-Ракка. Он же составил вождаются в ней иллюстрациями в виде притч и коротких предисловие к поэме, в котором утверждает, что поэт провел анекдотов, соответствующих теме и пафосу назидания. В пре в уединении сорок лет. Это, собственно, не противоречит дан- дисловии к поэме Сана'и говорит о высокой миссии поэта, ным, приведенным выше. Ведя отшельнический образ жизни сравнивая его с пророками и святыми. Такая позиция автора примерно с тридцати лет, поэт мог не прерывать отношения не случайна. Он опирался в своей концепции поэзии на опыт с правителями (вел с ними личную переписку, посвящал свои предшественников, прежде всего, Насир-и Хусрава, отстаи произведения и т.д.). вавшего в стихах божественное происхождении дара истинно Специалисты затрудняются с ответом на вопрос, прина- го поэта и стремление его речей к пределу пророческой муд длежал ли Сана'и к одному из суфийских братств. Не менее Рости и правдивости.



Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 24 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.