авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 20 |

«УДК 323+327 (44) ББК 26.89 (4Фра) Ф 84 Руководитель научного проекта академик РАН Н.П. Шмелев Редакционная ...»

-- [ Страница 4 ] --

в Риме были подписаны договоры о создании Европейского эконо мического сообщества (ЕЭС) и Европейского сообщества по атомной энергии (Евратом), ставших основой будущего Евросоюза. Европейс кая интеграция, основополагающими принципами которой являются свободное передвижение товаров, услуг, капиталов, людей через на циональные границы стран-участниц и выравнивание условий кон курентной борьбы, решающим образом способствовала преодолению Францией свойственного ей в прошлом протекционистского синд рома, открыв экономику страны внешнему миру, все более активно му участию в международном разделении труда. Поскольку динамика внешнеторгового оборота и движения капиталов систематически об гоняла темпы национального производства, удельный вес внешнеэко номических связей в ВВП Франции за вторую половину ХХ в. вырос в 7 раз, превысив четверть его общего объема, что вполне сравнимо с показателями таких традиционных торговых держав, как Германия и Великобритания.

100 Часть II. Экономика Если в 1952 г. импорт промышленной продукции во Франции составлял 8% потребления, а сырья — 13%, то в 1975 г. соответствен но 20 и 18%. Те же данные по экспорту равнялись в 1952 г. 14 и 9%, в 1973 г. — 23 и 8%1. Международное разделение труда развивалось по линии не столько межотраслевой (сырье — готовая продукция), сколь ко внутриотраслевой специализации и кооперации, что экономически более эффективно. Вопреки опасениям протекционистов это отнюдь не повлекло за собой подрыв французской промышленности и сель ского хозяйства. Экономика страны успешно выдержала натиск инос транной конкуренции, которая лишь содействовала ее структурному обновлению2.

Открытию внешнему миру способствовала и деколонизация.

В 1952 г. на заморские владения Франции приходилось 42% ее эк спорта (из них более половины — 22,4% — на Северную Африку), а в 1973 г. — всего 9,2%, стабилизировавшись с тех пор на этом уров не. В то же время доля Европы выросла с 38 до 69% (из них ФРГ — с 5, до 19,6%). Товарная структура торговли Франции с развитыми стра нами была более эффективной, чем с бывшими колониями: не распо лагая экспортным сырьем, она должна была вывозить для покрытия импорта промышленные и сельскохозяйственные товары или услуги со все более высокой добавленной стоимостью.

Хотя активная роль государства, европейская интеграция и деко лонизация были необходимыми условиями становления французской экономической модели первых послевоенных десятилетий, главным фактором, определившим ее динамику, явилось вступление Франции в так называемое общество потребления или изобилия (the affluent society). Под этим термином, получившим к концу 50-х годов хожде ние во всех промышленно развитых странах Запада, имеется в виду скачкообразное увеличение покупательной способности и соответс твенно платежеспособного спроса широких масс населения, которое повысило емкость внутреннего рынка, насыщенного широкой гаммой товаров длительного пользования (жилье, холодильники, телевизоры, стиральные машины, кондиционеры, автомобили т.д.). Если в 1950 г.

жизненный уровень французов, согласно оценкам Всемирного бан ка, уступал американскому более чем вдвое, а британскому — почти на четверть, то в 1975 г. он отставал от США лишь на четверть и на столько же опережал британский, будучи примерно равен германс 1.См :.Adams W.J..Restructuring.the.French.Economy.Government.and.the.Rise.of.Market.

Competion.since.the.World.War.II.Washington,.1989.P.156– 2.См :.Arthus P., Bismut C., Debonneuil M..La.pntration.trangre.sur.le.march.franais.//.

conomie.et.Statistique.1981.No.135.Juillet Глава 4. Между двумя моделями кому1. Потребление семей, выросшее во Франции за вторую половину ХХ столетия в 4–5 раз, стало, как и в остальных странах — участницах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), ос новной пружиной роста ВВП.

Во Франции важную роль в переходе к обществу потребления сыг рали практически полная занятость (до 1973 г.) и перелом в психоло гии потребителей, а тем самым и в их производственных мотивациях.

Сочетание длительной благоприятной конъюнктуры на волне пос левоенного восстановления и реконструкции с последствиями низкой демографической динамики межвоенного периода приводило к тому, что потребности экономики в рабочей силе вплоть до начала 70-х го дов удовлетворялись неполностью. Удельный вес ищущих работу в са модеятельном населении в 1946–1973 гг. редко превышал 2,5–3%, что считается нормой, обеспечивающей необходимый перелив рабочей силы при межотраслевых и межрегиональных сдвигах. Резкое паде ние доли в ВВП первичного сектора, особенно сельского хозяйства, в пользу вторичного — обрабатывающей промышленности с лихвой компенсировалось быстрыми темпами роста и модернизацией этих отраслей, что обеспечивало высокий спрос на трудовые ресурсы.

Общий для всех стран после окончания Второй мировой войны всплеск рождаемости («бэби-бум») не решал проблемы, посколь ку многочисленное молодое поколение еще не вступило в трудовой возраст. Оно лишь увеличило спрос семей при снижающейся общей численности самодеятельного населения, которое пока не компен сировали ни его феминизация, ни массовый наплыв иммигрантов из Северной и Тропической Африки. Тем самым профсоюзы получали возможность навязывать работодателям повышение зарплаты и улуч шение условий труда, меняя условия раздела добавленной стоимости между капиталом и трудом в пользу последнего.

Между тем традиционные средние слои: крестьяне, ремесленни ки, мелкие торговцы — с их мальтузианскими рефлексами бережли вости и накопительства уступали место различным категориям людей наемного труда: рабочим, служащим, техническим кадрам. Созданная после войны всеобъемлющая система социальной защиты делала для них менее важными сбережения «на черный день», к тому же обесце нивавшиеся ростом цен2.

1.Ibid.Plate.A2.P. 2.К.концу.ХХ.в.выплаты.по.соцстраху.составили.22%.ВВП.Франции,.из.которых.

9,5%.приходилось.на.пенсии,.8,5.—.на.охрану.здоровья,.2,3%.—.на.семейные.пособия.

(см :.La.Socit.franaise.Donnе.sociales.Paris,.1963).Подробнее.см.часть.III.наст.изд 102 Часть II. Экономика В результате потребительское поведение французов заметно изме нилось. Если прежде его отличали склонность тщательно поддержи вать равновесие семейного бюджета, нежелание влезать в долги, стрем ление скрывать свои доходы от зависти соседей и внимания налогового инспектора, то в 50–60-х годах эти черты постепенно менялись. Под мощным натиском коммерческой рекламы в психологию французов все глубже проникал типичный для общества изобилия других стран, особенно США, дух потребительского снобизма — стремление проде монстрировать приобретением максимального набора товаров попу лярных товарных марок свою приобщенность к более высокому слою общества. Значительную роль сыграло при этом и широкое развитие потребительского кредита.

Эволюции стандартов потребления французов содействовало из менение их производственных мотиваций. Французский крестьянин всегда был трудолюбив, подобно муравью из басни Лафонтена, глубо ко презиравшему легкомысленную и расточительную стрекозу. Более того, к богатству, приобретенному слишком быстро с помощью рис кованной предпринимательской деятельности, он относился с недо верием и антипатией. До сих пор французы не склонны публично об суждать размер и источники своих доходов.

Подобная психология вполне соответствовала моральным кано нам католической церкви, осуждающей преклонение перед золотым тельцом, в противоположность веберовской «протестантской этике», для которой успех в делах является не только гражданским долгом, идущим на пользу всему обществу, но и душеспасительным, богоугод ным делом1.

Однако эта глубоко укоренившаяся статичная психология посте пенно эволюционировала. По мере того как индивидуальный труд, работа «на себя» уступали место коллективной работе по найму, а сбе режения превращались из государственной ренты в акции инвести ционных фондов, все более значительная часть французов начинала принимать логику конкурентного соревнования. В начале XXI в. по числу создаваемых в год мелких и средних предприятий (117% сущес твующих) Франция обошла Великобританию (88), хотя еще уступает Германии (170) и Италии (195%)2.

Под влиянием всех указанных факторов вместе взятых: активной роли государства в экономике, открытия внешнему миру в связи с ев ропейской интеграцией и деколонизацией, эволюции потребитель 1.См :.The.Economist.2006.April.1–7.Р. 2.См :.Challenges.2004.No.233.21.octobre–3.novembre.Р. Глава 4. Между двумя моделями ских стандартов и трудовых мотиваций среднегодовые темпы роста ВВП Франции резко ускорились. В 1949–1969 гг. они составили 4,6%, а в 1969–1973 гг. даже 6,6% (промышленного производства — соответс твенно 5,3 и 6,5%), увеличившись по сравнению с первой половиной ХХ в. вчетверо. Если после 1870 г. для удвоения объема ВВП Франции потребовалось 42 года, а после 1890 г. 39 лет, то после 1945 г. — втрое меньше: он вырос вдвое в 1950–1965 гг. и снова вдвое в 1959–1972 гг.

В 1870–1914 гг. абсолютное падение производства за год было зафик сировалось 12 раз, в 1920–1939 гг. — 7, а после 1945 г. за более чем пол века — по существу, ни разу. В 1950–1979 гг. рост ВВП Франции со ставил 278%, опередив темпы Великобритании (111), США (173), хотя и уступал Германии (342), Италии (299) и особенно Японии (999%)1.

Еще быстрее росла производительность труда — на одного работаю щего она удваивалась каждые 14 лет.

Поскольку развитие отдельных отраслей экономики и разных ре гионов происходило весьма неравномерно, быстрые темпы роста ВВП сопровождались глубокими структурными сдвигами. С 1950 по 1975 г.

удельный вес первичного сектора в самодеятельном населении упал за четверть века почти втрое — до 11%, тогда как удельный вес вторично го и третичного сохранился на прежнем уровне (соответственно 38, и 50,6%). Еще более заметными эти сдвиги были по отраслям: в 14 из них занятость выросла в вилке с 37 до 57%, в восьми — сократилась с 14 до 8%. В 1950–1980 гг. добыча угля (по стоимости продукции в не изменных ценах 1970 г.) упала на 71%, кокса — на 17, руды черных ме таллов — на 40, кожи — на 17%. В то же время производство лекарств выросло на 535%, товаров из пластмасс — на 539, органической хи мии — на 614, бытовой электроники — на 65%. Расходы на телекомму никации увеличились в 5,5 раза, на образование и науку — в 6,9 раза2.

Существенно менялось и размещение производственных сил.

Если старые промышленные районы с традиционными отраслями (Северо-Восток, Лотарингия, Центральный массив) приходили в упа док, то новые, где развивались современные производства: электро техника, электроника, химия, автомобилестроение, авиакосмическая промышленность, быстро росли (Прованс — Лазурный берег, Юго Запад, Бретань).

Коль скоро рост производства происходил при сокращении чис ленности самодеятельного населения, улучшалось техническое ос нащение предприятий, росла производительность труда. По относи :.Maddison A..Op.cit.Tables.A6,.A7,.A 1.См :.Adams W.J..Op.cit.P. 2.См 104 Часть II. Экономика тельной доле ВВП, произведенной за человеко-час рабочего времени, Франция вышла на первое место в мире, опередив по этому показате лю даже США1.

Стимулом к форсированию производительности труда за счет тех нического прогресса в первые послевоенные десятилетия служила нехватка и потому относительная дороговизна квалифицированной рабочей силы, толкавшая предпринимателей к снижению издержек производства за счет модернизации оборудования. Эта тенденция осо бенно давала себя знать в такой обычно консервативной сфере, как сельское хозяйство, где число тракторов за полвека увеличилось в раз, тогда как численность наемной рабочей силы сократилась вдвое.

Разумеется, достижения экономики Франции в первые три деся тилетия после Второй мировой войны отнюдь не следует идеализиро вать. Она лишь наверстывала тогда накопившееся за первую половину ХХ в. отставание от других ведущих стран Запада, связанное с консер вативной, мальтузианской экономической парадигмой прошлого, вы текавшей из ее социальной структуры, автаркической самоизоляции, международного ростовщичества, колониальной экспансии. Катаст рофа 1940 г. и коренные изменения в окружающем мире в итоге Вто рой мировой войны сделали сохранение этой парадигмы невозмож ным. Инструментом радикального разрыва с ней и стал дирижизм.

Хотя с легкой руки известного французского экономиста Жана Фу растье период 1945–1975 гг. вошел в экономическую историю Франции под названием «славного тридцатилетия», он отнюдь не был лишен со циальных издержек и внутренних противоречий. Вышедшая из Второй мировой войны страна, как и ее европейские соседи, прошла через не избежные лишения: разруху, дефицит, разгул черного рынка. В 1947 г.

был момент, когда норма выдачи хлеба по карточкам оказалась ниже, чем при гитлеровской оккупации2. Это вызывало острые социально политические конфликты: если в 1945–1946 гг. компартия, участвовав шая во Временном правительстве, возглавила патриотическую «битву за производство», то с развертыванием «холодной войны» она взяла курс на открытый саботаж плана Маршалла, организовав осенью и 1948 гг. мощные волны стачек в угольных бассейнах страны.

К этому добавились 14 лет колониальных войн, ложившихся тяже лым грузом на бюджет, питая инфляцию и утяжеляя налоговое бремя.

1.См :.L’conomie.franaise.2006.Р. 2.В.результате.войны.во.Франции.пострадали.477.тыс.зданий.Станочный.парк.пре вышал.по.возрасту.в.среднем.25.лет.(в.Великобритании.—.9,.в.США.—.7),.один.трактор,.

причем.обычно.в.аварийном.состоянии,.приходился.на.100.фермерских.хозяйств.(в.Ве ликобритании.—.на.22).(см :.Gavin С..Liberated.France.London,.1955.Р.128) Глава 4. Между двумя моделями Даже через шесть лет после заключения мира в Алжире, в 1968 г., рост цен все еще составлял 6%, тогда как в США — 4% (впрочем, в ряде дру гих стран Западной Европы — в Италии или Испании — он был еще выше). Хронический бюджетный дефицит, пассивное сальдо торгово го и платежного балансов подрывали устойчивость национальной ва люты, которая в 1945–1969 гг. подверглась целой серии девальваций1.

Тем не менее в целом экономические итоги «славного тридцати летия» были безусловно положительными. Благодаря сложившейся в 1945–1947 гг. модели, основой которой служили концепции неокей нсианства, Франция успешно завершила переход от индустриально-аг рарного к зрелому промышленному типу экономики, вышла на пере довые рубежи научно-технического прогресса, создала одну из лучших систем социальной защиты, вступила в потребительское «общество изобилия» и клуб ядерных держав. Преемник генерала де Голля в Ели сейской дворце Жорж Помпиду провозгласил в 1969 г. национальной задачей страны превращение ее к началу XXI в. в экономического ли дера Европейского сообщества, что предполагало опережение ФРГ по абсолютному объему ВВП (что уже было достигнуто вскоре в отноше нии Великобритании).

На первый взгляд могло казаться, что столь честолюбивая задача имела определенные шансы на успех. В самом деле, Франция превос ходила свою восточную соседку (разделенную тогда на два государс тва) по территории и демографической динамике, далеко опережала по продукции сельского хозяйства, была сравнима с ней по населению и научно-техническому уровню ряда ведущих отраслей промышлен ности. Однако ход событий пошел иным путем: с начала 70-х годов мировая и европейская экономика вступили в полосу структурного кризиса, который положил конец «славному тридцатилетию», а вместе с ним и французскому дирижизму.

Хотя непосредственный импульс к началу нового «длинного цик ла» был дан двумя «нефтяными шоками» — резкими скачками цен на энергоносители в 1973 и 1979 гг., вызванными причинами политичес кого порядка (очередная арабо-израильская война, затем исламская революция в Иране), в основе данного перелома лежали более глубо кие причины. Период послевоенного восстановления и реконструк ции, когда Западная Европа наверстывала свое отставание от США во многом за счет американских же капиталов, технологии, современно го менеджмента, ушел в прошлое. Новый виток научно-технической 1. 26. декабря. 1945.г,. 30. января. и. 18. октября. 1948.г,. 27. апреля. 1949.г,. 29. сентября.

1949.г,.16.августа.1950.г,.10.марта.1957.г,.24.марта.и.27.декабря.1958.г,.1.января.1960.г,.

11.августа.1969.г 106 Часть II. Экономика революции на основе информатики, обострение проблем окружаю щей среды, вздорожание энергоресурсов увеличивали издержки про изводства. В то же время конкуренция ряда азиатских развивающихся стран с дешевой рабочей силой, утечка туда капиталов и перемеще ние целых отраслей промышленности снижали динамизм экономики высокоразвитых государств, в том числе Франции. Главным фактором мирового экономического развития стала глобализация, в ходе кото рой страны так называемого золотого миллиарда (США, Евросоюз, Япония) начали стремительный переход от промышленной стадии развития к постиндустриальной.

Следствием такого перехода оказалось, во всяком случае на пер вых порах, снижение вдвое среднегодовых темпов роста экономики этих стран по сравнению с периодом «славного тридцатилетия». Если тогда ВВП Франции удваивался каждые 15 лет, то с 1975 г. он увели чивался за тот же срок только на четверть. Правда, в отдельные годы темпы роста подскакивали — например, в 1988 г. они составили 4,8%;

в 1989 г. — 4,6;

в 1998 г. — 3,4;

в 1999 г. — 3,2;

в 2000 г. — 3,8%. Однако эти циклические фазы ускорения, как уже бывало до Второй мировой войны, оказывались сравнительно кратковременными, сменяясь по лосами длительной стагнации. В 1980–1985, 1991–1993 и 2002–2003 гг.

ее темпы колебались в пределах 0,6–1,7%, в остальные годы стагниро вали на уровне 2–2,5%1.

В Евросоюзе (до его расширения на восток) Франция с последней четверти ХХ в. начала уступать по темпам не только малым или сред ним государствам типа Ирландии, Греции или Испании, которые вслед за ней наверстывали свое общее экономическое отставание, но все чаще и Великобритании. Если в конце 70-х годов французы оставили англичан по ВВП на душу населения позади почти на 10%, то четверть века спустя уже сами отстали от них. Хотя германская экономика раз вивается в начале XXI в. не более динамично, чем французская, объ единение Германии похоронило мечту Помпиду об изменении баланса сил партнеров по обе стороны Рейна: в 2004 г. Франция уступала ФРГ по населению на треть, а по объему ВВП на четверть (впрочем, на душу населения, с учетом гораздо более низкого уровня в восточных землях бывшей ГДР, всего на 5%). Дело не только в общем объеме ВВП, но и в его структуре: в 2003 г. Германия заняла первое место в ЕС по доле рабочих и служащих, занятых в высокотехнологичных отраслях про мышленности (11,2%), а ее расходы на НИОКР составили 51 млрд. евро против 30 млрд. во Франции (в Японии — 96, в США — 265 млрд.)2.

1.См :.Tableaux.de.l ’conomie.franaise:.2003–2004.Paris,.2003;

.Ibid.2005–2006.Paris,. 2.См :.Le.Monde.Dossier.et.documents.2004.No.328.Fvrier.Р. Глава 4. Между двумя моделями В структурном плане вторичный сектор французской экономи ки — обрабатывающая промышленность постепенно сдает позиции, как это было в период «славного тридцатилетия» с первичным. В упа док пришли такие важные в прошлом отрасли промышленности, как черная металлургия, судостроение, текстильная, швейная, обувная.

Если в 1960–1974 гг. объем промышленной продукции во Франции увеличивался ежегодно в среднем на 6%, то с 1977 г. — не более чем на 2,5%. В период 1978–2004 гг. доля добавленной стоимости в про мышленности и строительстве во французском ВВП снизилась на 5, пункта, составив 22,6%. За тот же отрезок времени обрабатывающая промышленность сократила 2,3 млн. рабочих мест, а ее удельный вес в самодеятельном населении, работающем по найму, упал с 33,8% в 1978 г. до 21,1% в 2004 г. Темпы роста ВВП и производительности тру да во Франции представлены в табл. 4.1.

Согласно Н.Д. Кондратьеву, каждый длинный цикл порядка 60 лет включает две примерно равные по продолжительности волны повы шения и понижения темпов роста производства в связи с всплесками технологических инноваций, сроками их внедрения в производство, расширением мирохозяйственных связей и с соответствующими струк турными сдвигами в экономике. Эта схема вполне соответствует дина мике развития экономики Франции после Второй мировой войны.

С другой стороны, неуклонно развивался третичный сектор — сфе ра услуг, доля которой в ВВП в 1978–2004 гг. выросла до 53,8%. При чем вклад промышленности в добавленную стоимость (в ценах 1995 г.) благодаря техническому прогрессу и росту производительности труда не изменился, оставшись на уровне 20%. Дальнейшая концентрация Таблица 4. Темпы роста ВВП и производительности труда на одного занятого в 1950–2000 гг., % в год 1950– 1973– 1979– 1990– 1997– 1973 1979 1990 1997 ВВП Франция 5,0 2,8 2,2 1,4 3, Евросоюз (15 членов) 4,8 2,4 2,3 1,7 3, США 3,6 2,6 2,6 2,3 4, Производительность труда Франция 5,0 2,6 2,1 1,3 1, Евросоюз (15 членов) 4,5 2,7 1,9 0,9 1, США 2,5 0,7 1,1 1,4 2, Источник: L’conomie franaise 2006. Paris, 2006. Р. 20.

108 Часть II. Экономика капитала путем слияния крупнейших корпораций сопровождается де концентрацией производства, ростом числа мелких и средних предпри ятий, обслуживающих крупные. Именно малый и средний бизнес со здает отныне основную массу рабочих мест. К 2004 г. по числу ежегодно создаваемых новых предприятий (117% существующих) Франция опе редила в ЕС Великобританию и Испанию, отставая лишь от ФРГ и Ита лии. Если в 1978–2003 гг. доля предприятий с числом занятых свыше человек в самодеятельном населении упала вдвое — с 19,7 до 10,9%, то с числом менее 20 — выросла с 28,9 до 35,8%. Таким образом, утвержде ния о «дезиндустриализации» Франции не имеют под собой почвы.

Вместе с тем эти сдвиги оказали значительное влияние на заня тость. За тот же период сельское хозяйство потеряло 1,1 млн. работа ющих, промышленность — 1,6 млн., строительство — 0,4 млн., тогда как торговля создала 3,9 млн. новых рабочих мест, а администрация — 2,2 млн. Если в 50–60-х годах рабочая сила, высвобождавшаяся из сель ского хозяйства, сравнительно легко поглощалась промышленностью благодаря высоким темпам роста производства, то теперь перелив ее из вторичного сектора в третичный происходил значительно труднее.

В 1995–2005 гг. во Франции число занятых увеличилось с 22,0 млн.

человек до 24,5 млн., т.е. на 11,4%. Между тем в Великобритании рост составил только 8,2%, а в Германии — лишь 1,6%. В лучшем положе нии оказалась Италия (12,7%) и Испания (51,6%)1.

Сказывалось не только замедление роста экономики в целом, но и другие факторы — феминизация, приток иммигрантов из Третьего мира, выход с конца 60-х годов на рынок труда многочисленных моло дых поколений послевоенного «бэби-бума», стремительная модерни зация сферы услуг на базе информационных технологий, снижавшая потребности в рабочей силе, особенно малоквалифицированной2.

В таких условиях позиции профсоюзов перед лицом предпри нимателей значительно ослабли, что вело к переделу добавленной стоимости — на сей раз в пользу работодателей. С 1982 г., когда доля зарплаты в ней достигла исторического максимума — 73%, началось неуклонное снижение. Этому способствовал поворот государствен ной политики к снижению издержек производства предприятий ради роста их конкурентоспособности. В том же направлении действовали приватизация и утечка капиталов (а нередко и делокализация — пере несение производства) за рубеж, в страны с более низкой зарплатой.

В 1982–1998 гг. удельный вес заработной платы в добавленной стои мости французских предприятий снизился на 9,8 пункта — с 73,2 до 1.См :.Le.Mond.2007.16.fvrier 2.L’ conomie.franaise.2006.Р.61– Глава 4. Между двумя моделями 63,4%. Данная тенденция тормозила рост покупательной способности семей и потребительского спроса, что далеко не всегда компенсирова лось увеличением инвестиций и экспорта.

Таким образом, основные факторы, лежавшие в основе динами ки экономического роста и занятости во Франции времен «славного тридцатилетия», исчерпали себя. Это было характерно, впрочем, не только для нее, но и для всей Западной Европы, объясняя негативное для европейцев изменение баланса сил по обе стороны Атлантики.

Озабоченность во Франции вызывает и хронический бюджет ный дефицит, который ведет к разбуханию государственного дол га — в 1978–2005 гг. он увеличился с 21,3 до 65% ВВП1. В поисках средств для обслуживания долга государство вынуждено либо увели чивать и без того тяжелое налоговое бремя, либо прибегать к выпуску казначейских обязательств. Первое ограничивает доходы семей и при были предприятий, второе сужает кредитные ресурсы, отрицательно отражаясь на потребительском спросе, инвестициях, а тем самым на темпах роста экономики и занятости. Растет и задолженность семей по потребительскому кредиту: число опротестованных из-за задержки платежей векселей выросло в 1992–2003 гг. с 62 до 165 тыс. Самым болезненным для Франции экономическим итогом пос леднего тридцатилетия по сравнению с предыдущим бесспорно стала массовая безработица. Если до 1975 г. число зарегистрированных без работных не превышало 1,5–2,5% самодеятельного населения, что по методике Международного бюро труда (МБТ) соответствовало поня тию полной занятости, то с середины 70-х годов начался неуклонный рост: в 1985 г. удельный вес безработных составил 10,2%, в 1995 г. — 11,6, в 2005 г. — 9,5%, ни разу не опускаясь ниже 8,6% (см. табл. 4.2).

Хотя число безработных и их доля в самодеятельном населении увеличивались в периоды спадов и уменьшались в фазе подъемов, с началом каждого нового цикла их было больше, чем в начале пре Таблица 4. Численность безработных во Франции в 1974–2005 гг., млн. человек Июнь 1974 г. Июль 1975 г. Июль 1980 г. Июль 1982 г. Март 1987 г.

0,58 0,95 1,47 1,98 2, Август 1990 г. Март 1994 г. Май 2001 г. Март 2005 г.

2,18 3,10 2,30 2, Источник: L’conomie franaise 2006. Paris, 2006. Р. 47.

1.См :.Bilan.du.Monde.dition.2005.Р. 2.Frmy D., Frmy M..Quid.2005.Paris,.2004.P. 110 Часть II. Экономика дыдущего. Оптимистические прогнозы, связанные с подъемами 1988– 1997 и 1997–2001 гг., не оправдались1.

С учетом все более серьезного влияния проблемы занятости на эко номическую и социально-политическую ситуацию в стране правящие круги Франции уже с конца 70-х годов включили ее решение в чис ло своих приоритетных задач. В ходе президентских выборов 1995 г.

неоголлист Жак Ширак, назвавший безработицу «социальным надло мом» французского общества, сделал борьбу за создание рабочих мест центральным пунктом своей избирательной кампании, что и обеспе чило ему победу. Однако снижение взносов предпринимателей в кас сы соцстраха, особенно за малоквалифицированных рабочих, которое помогло создать 170 тыс. новых рабочих мест, не решило проблему.

Разочарование избирателей принес два года спустя, на досрочных парламентских выборах 1997 г., успех оппозиционной соцпартии, кан дидат которой — Лионель Жоспен взял верх прежде всего благодаря обещанию сократить безработицу путем сокращения рабочей неде ли с 39 до 35 часов без уменьшения зарплаты. Хотя это обязательство было выполнено вопреки ожесточенному сопротивлению предприни мателей, попытка распределить занятость среди большего числа ра ботающих не увенчалась успехом: прибавка благодаря этому 350 тыс.

рабочих мест (включая увеличение числа госслужащих) не смогла пре дотвратить дальнейший рост безработицы — снизившись в годы вы сокой конъюнктуры (1997–2001) с 3,1 до 2,3 млн. человек, она снова увеличилась до 2,8 млн. человек в 2005 г.2 Между тем по числу рабочих часов в году на одного занятого и на самодеятельное население в це лом Франция отстала от Великобритании и особенно от США.

Даже без учета пособий по безработице расходы французского государства на создание новых рабочих мест как социальными, так и экономическими методами составляют не менее 1,1% ВВП, что тор мозит темпы роста и, в свою очередь, усугубляет ситуацию с занятос тью. Попытки же искать выход из этого порочного круга на путях ли берализации рынка труда и свертывания системы соцобеспечения, как настойчиво требует предпринимательское сообщество, наталкивают ся на решительный отпор профсоюзов, в том числе в форме массовых движений протеста (март 2006 г.).

«На протяжении более чем 20 лет Франция, как и вся Европа, яв ляется жертвой весьма специфической болезни. Колебания конъюнк 1.Во.Франции.такие.прогнозы.делались.в.начале.XXI.в.весьма.солидным.Центром.

перспективных. исследований. и. международной. информации. при. премьер-министре.

(СЕПИИ).(cм :.L’ conomie.mondiale.2001.Paris,.2000.P.29) 2.Социальные.аспекты.этой.проблемы.подробнее.рассматриваются.в.части.III.на стоящей.монографии Глава 4. Между двумя моделями туры затрагивают Францию точно так же, как и США. Но у нее фазы снижения безработицы всегда оказываются более короткими и менее интенсивными, чем те, когда она возрастает. … Существует ли какой то европейский рок? Не стала ли социальная защита людей наемного труда столь накладной, что она подрывает эффективное функциони рование рыночной экономики? Совместима ли европейская соци альная модель с глобализацией? Или же безработица и слабый эко номический рост являются лишь результатами неправильного выбора экономической политики?»1 — спрашивают экономисты Эрик Хейер и Ксавье Тимбо.

Для ряда аналитиков либерального толка ответ на эти действи тельно судьбоносные для Франции вопросы не вызывает сомнений:

все дело сводится-де к тому, что французская элита, да и значительная часть общества, остается в плену устаревшей экономической модели первых послевоенных десятилетий, отмеченной активным вмешатель ством государства в экономику, а также широкомасштабной системой социальной защиты. «Политический, экономический, социальный, а также интеллектуальный и моральный консерватизм толкает сов ременную Францию к упадку. Отрыв от реальности политического класса, накрепко привязанного к моделям 60–70-х годов, вызывает разброд среди граждан, который в условиях ускорения истории ведет к утрате нацией ее места в мировом сообществе»2, — утверждал эконо мист Николя Баверез.

Французскому дирижизму 50–60-х гг. противопоставлялась анг лосаксонская «консервативная революция» середины 80-х. Ее про грамма, вдохновлявшаяся неолиберальными концепциями чикагской школы М. Фридмана, а в Европе — фон Хаека и В. Рёпке, была связана на политическом уровне с именами М. Тэтчер и Р. Рейгана.

Речь идет о максимальном поощрении частной инициативы и свободной конкуренции путем приватизации госсектора при ми нимизации вмешательства государства в экономику, свертывании перераспределительной системы соцобеспечения, ликвидации адми нистративного регулирования трудовых отношений. Главными при оритетами экономической политики провозглашаются борьба с ин фляцией, сбалансированный бюджет, активный платежный баланс, укрепление валюты, снижение бремени налогов и обязательных от числений в кассы соцстраха от прибылей предприятий, с тем чтобы стимулировать капиталовложения — основную предпосылку форси рования темпов экономического роста и создания новых рабочих мест.

1.L’conomie.franaise.2006.P. 2.Baverez N..La.France.qui.tombe.Paris,.2003.P.18,. 112 Часть II. Экономика В международном плане акцент делается на свободное передвижение товаров, капиталов и людей не только в региональном, как в Евросою зе, но и в глобальном масштабе.

Подобная программа была для Франции отнюдь не новой. Кон серватизм национальных социально-экономических структур остро критиковали уже во времена «славного тридцатилетия», но особенно после него такие разные авторы, не раз занимавшие правительствен ные посты, как соратник де Голля Ален Пейрефит, близкий к прези денту Жискар д’Эстену Мишель Понятовский, известный публицист Жан Жак Серван-Шрейбер, принадлежавший к окружению лидера левых радикалов Пьера Мендес-Франса. Все они каждый по-своему призывали к коренной модернизации экономики страны путем пе рехода к интенсивному развитию на основе наукоемких технологий, расчистке конкурентной среды от излишней бюрократической регла ментации, более смелому открытию страны внешнему миру1.

Задача разрыва с дирижизмом была прямо сформулирована в резо люции съезда Национального совета французских предпринимателей (патроната) еще в 1964 г. Спустя десять лет — после первого «нефтяно го шока», открывшего долгий период структурного кризиса европейс кой и мировой экономики, — эта программа постепенно становилась руководством к действию для всех французских правительств — как правых, так в конечном счете и левых.

Правда, последние пришли к выводу о необходимости смены всей прежней экономической парадигмы далеко не сразу. Во второй половине 70-х годов, когда при президентстве В. Жискар д’Эстена правоцентристское правительство Р. Барра (1996–1981) взяло курс на жесткое ограничение бюджетного дефицита и окончательную отмену контроля над ценами, оппозиционный союз левых сил во главе с ли дером соцпартии Ф. Миттераном противопоставил ему совместную правительственную программу, основу которой составляли массиро ванная национализация, форсирование темпов роста производства, сокращение безработицы за счет повышения покупательной способ ности масс, стимулирующей спрос.

С избранием Миттерана в 1981 г. президентом значительная часть этой программы была проведена в жизнь: государство национализиро вало 39 коммерческих банков, обеспечило себе, вдобавок к прежним, контроль еще над 15 крупнейшими промышленными группами в обо ронной, химической, электротехнической, стекольной, машиностро 1.Peyrefitte A. Le.Mal.franais.Paris,.1976;

.Poniatowski M..L’avenir.n’st.crit.nulle.part.Paris,.

1978;

.Servan-Schreiber J.-J..Le.Dfi.amricain.Paris,.1967;

.Le.Dfi.mondial.Paris,. Глава 4. Между двумя моделями ительной, металлургической промышленности («Дассо», «Матра», «Юзинор», «Сасилор», СЖЕ, «Сен-Гобен», «Пешине», «Рон-Пуленк», «Томсон–Брандт» и т.д.). Правительство социалиста Пьера Моруа с участием коммунистов повысило уровень минимальной зарплаты, сократило с 40 до 39 часов рабочую неделю, расширило права профсо юзов на предприятиях.

Однако попытки Франции форсировать в одиночку экономичес кий рост за счет увеличения внутреннего потребительского спроса в тот момент, когда остальные страны ЕЭС проводили ограничительную фи нансовую политику, закончились плачевно. Бегство капитала за рубеж, разгул инфляции, разбухание дефицита бюджета, торгового и платеж ного балансов привели к трехкратной девальвации франка и дальней шему росту безработицы. Оказавшись перед угрозой выпадения Фран ции из процесса европейской интеграции, начатого некогда ею самой, Ф. Миттеран и правительство П. Моруа совершили крутой поворот политики в сторону «строгой экономии», центральными задачами ко торой провозглашалось снижение инфляции и повышение конкурен тоспособности французской продукции (la disinflation compеtitive).

Важнейшую роль в этом повороте сыграл тогдашний министр экономики и финансов Жак Делор, который возглавил впоследствии Комиссию ЕЭС и внес существенный вклад в дальнейшее углубление интеграционных процессов в Европе.

С приходом к власти в 1986–1988 гг. правых партий крен француз ской экономической политики в сторону неолиберализма еще более усилился: Э. Балладюр, министр экономики и финансов правительства Ж. Ширака, провел широкомасштабную приватизацию, затронувшую ведущие банки («Сюэз», «Париба», «Сосьете женераль», ССФ, «Соже наль»), промышленные («Матра», «Сен-Гобен», СЖЕ) и медиагруппы («Гавас», ТФ-1). Всего за два года в конкурентный частный сектор пере шло 29 компаний с 400 тыс. рабочих и служащих. Удельный вес госсекто ра в самодеятельном населении, работающем по найму (кроме госучреж дений, здравоохранения, образования, науки), снизился с 10 до 7,7%1.

С переизбранием Миттерана президентом в 1988 г. на второй се милетний срок процесс приватизации временно приостановился, но не пошел вспять: глава государства высказался против как новых при ватизаций, так и национализаций (хотя и тогда госсектор потерял еще 30 тыс. человек). Пять лет спустя победа правых партий на парламент ских выборах 1993 г. дала сигнал второй волне расширения частного сектора за счет государственного.

1.См :.L’ conomie.franaise.2006.Р. 114 Часть II. Экономика Кабинет Э. Балладюра включил в программу приватизации 21 ком панию с общим капиталом порядка 61 млрд. евро. Из госсектора выпа ло еще 9% работников, занятых в промышленности. В собственности государства остались лишь инфраструктурные монополии — газ, элек троэнергия (ЭДФ-ЖДФ), железные дороги (СНСФ), почта, телеграф, телефон (ПТТ), телекоммуникации («Франс телеком»). Но даже в этих отраслях капитал был постепенно открыт по требованию Евросоюза для частных инвесторов, а на рынок допущены независимые компа нии, в том числе иностранные, в целях создания конкурентной сре ды — например, в авиаперевозках, где раньше безраздельно господс твовала государственная компания «Эр Франс».

С тех пор колебания политического маятника уже не отражались на соотношении государственного и частного секторов в экономике Фран ции — социалисты, стоявшие у власти в 1998–2002 гг., продолжали при ватизацию не менее последовательно, чем их правые соперники, защи щая лишь сохранение «общественных служб» социального назначения.

Знаковыми событиями стали фактическое банкротство крупней шего в Европе французского банка «Креди лионне» («Лионский кре дит») и открытие для частного капитала автомобилестроительной фир мы «Рено». Первый, национализированный в 1981 г., был спасен от краха только скупкой государством его долгов, а второй, перешедший в госсектор еще в 1945 г. из-за сотрудничества владельца с гитлеров скими оккупантами во время войны, стал смешанным акционерным обществом. В том же контексте можно отметить прекращение эксплу атации убыточного франко-британского сверхзвукового пассажирс кого лайнера «Конкорд», серьезные финансовые трудности компании по эксплуатации туннеля под Ла-Маншем, провал правительственно го плана по развитию производства ЭВМ (план «Калькюль») и т.д. Во всех этих случаях даже высокая эффективность технических решений государства не могла компенсировать финансовые потери инвестици онных проектов.

В итоге за период 1985–2003 гг. число предприятий госсектора сократилось с 1856 (без связи и телекоммуникаций) до 1117, а доля их в общем числе наемных работников упала вдвое — с 10,5 до 5,2% (1,1 млн. человек)1.

Там же, где государство привлекало к аналогичным операциям частный сектор, включая иностранный капитал из других стран ЕС, делу обычно сопутствовал коммерческий успех. Именно так было при строительстве на подрядных началах сети платных автодорог, созда 1.См :.Plane М., Plraux Н..Le.Tissu.productif.franais.//.L’conomie.franaise.2006.Р. Глава 4. Между двумя моделями нии европейской ракеты-носителя «Ариан» и производстве больше грузных пассажирских авиалайнеров «Аэробус» (компания «ЭАДС»), успешно конкурирующая с американскими супергигантами — как го сударственными, так и частными (НАСА, «Боинг»).

Преобладающую роль французское государство сохранило лишь в сугубо стратегических отраслях — в производстве вооружений (тоже в партнерстве с частными компаниями: «ЭАДС», «Томсон-ЦФС», Дассо) и цветных металлов для Комиссариата по атомной энергии.

Гибкая форма адаптации к новым условиям была найдена не толь ко для сократившегося госсектора, но и для другой опоры преждей дирижистской модели времен «славного тридцатилетия» — индика тивного планирования. С прекращением в 1998 г. разработки четы рехлетних планов экономического и социального развития на наци ональном уровне Генеральный комиссариат по планированию нашел новую нишу для своей деятельности. Практика составления планов была переведена с общегосударственного на региональный уровень, что вполне отвечало административной децентрализации 1981– и 2003–2004 гг.

На основе заявок с мест Генкомиссариат составляет проекты ком плексного — не только социально-экономического, но также экологи ческого, культурного, туристического развития конкретного региона на два-три года. Он предлагается представителем государства — пре фектом — на рассмотрение выборному региональному совету, гене ральным советам департаментов, мэрам и частному сектору в лице торгово-промышленных палат, синдикатов и т.д. В итоге стороны под писывают трехсторонний контракт, финансируемый ими на паритет ных началах.

Очевидным достижением политики «строгой экономии» стало обуздание инфляции, подтачивавшей финансовую систему Франции со времен Второй мировой войны. Темпы роста цен снизились всего за пять лет в четыре раза — с 13,5% в 1981 г. до 3% в 1986 г., оставшись с тех пор в пределах 2–2,5% в год на протяжении следующего двадца летия. Такой результат был достигнут за счет более или менее жест кой бюджетной и кредитно-денежной политики, отмены индексации зарплаты (кроме минимальной) по уровню инфляции, укрепления франка путем привязки его к курсу германской марки с установкой на переход к единой европейской валюте, зафиксированной в Маас трихтском договоре 1992 г.

Итак, за почти четверть века, прошедшие после крутого поворо та экономической политики в 1983 г., прежняя дирижистская модель в известной мере уже демонтирована. «Франция принимает сегодня 116 Часть II. Экономика нововведения, от которых она еще вчера отказалась бы»1, — отмечал известный экономист Жан Буассонна, отвергая пессимистические оценки сторонников тезиса об «историческом упадке» страны типа Н. Бавереза и предлагаемую им «шоковую терапию».

Полемизируя с их утверждениями об упадке Франции, остающейся якобы пленницей социал-этатистской модели прошлого, экономист Даниэль Коэн напоминает, что, по оценкам ОЭСР, средний жизнен ный уровень у нее не ниже, чем в Германии, Италии или Великобрита нии, а производительность труда выше, чем у последней. В отличие от них и даже от США Франция сумела сохранить долю мирового рынка промышленной продукции, которую она имела в 70-х годах несмот ря на подъем азиатских стран во главе с Китаем2. Это прямо связано с уровнем конкурентоспособности французской продукции: в 1990– 2001 гг. ее привлекательность по цене заметно улучшила французс кие позиции в международной торговле благодаря более умеренному, чем у других развитых стран, росту издержек производства. Согласно подсчетам французского Совета по экономическому анализу, состав ленному Мишелем Дебоннем и Лионелем Фонтанье в 2003 г., кон курентоспособность Франции повысилась за предыдущие двадцать лет на 20%. Причина этого, по мнению авторов, в том, что динамика производительности труда опережает рост реальной зарплаты и, со ответственно, доля последней в издержках производства снижается3.

В результате удельный вес внешнеторгового оборота в ВВП Франции в 1978–2004 гг. удвоился, увеличившись до 30%.

Глубокие сдвиги в отраслевой структуре экономики Франции со провождаются двояким процессом — все большей концентрацией ка питала путем слияния мощных компаний, приобретающих транснаци ональный характер, в сочетании с бурным ростом мелкого и среднего бизнеса.

В 1977–2001 гг. оборот ста крупнейших корпораций Франции увеличился с 389 млрд. евро (823,4 млрд. тогдашних франков) до 1309 млрд. евро. За четверть века он вырос в 3,3 раза, тогда как ВВП Франции за тот же период уменьшился в 1,6 раза. Численность за нятых в этих корпорациях за тот же период увеличилась лишь с 3 до 5,3 млн. человек, что свидетельствует об опережающих темпах роста производительности труда4.

1.Boissonnat J..Plaidoyer.pour.une.France.qui.doute.Paris,.2004.P. 2. См:. Cohen D. Une. ine. qui. ne. pass. pas. //. Le. Monde. Dossiers. et. documents. No.328.Fvrier.Р. 3.Ibidem 4.См :.Marseille J..La.guerre.des.deux.France.Paris,.2005.P.116– Глава 4. Между двумя моделями В списке ста самых мощных компаний в мире в 2002 г. фигури ровали лишь 8 французских — после США (42), Японии (21) и Гер мании (11). Зато в Евросоюзе Франция занимает по концентрации капитала лидирующее место — на нее приходится 46 финансово-про мышленных групп из 200 крупнейших против 45 в Германии и 43 в Ве ликобритании1.

По масштабам оборота среди них лидируют нефтяная компания «Тоталь-Фина-Эльф» (105 млрд. евро в 2001 г.), торговая «Карфур»

(69,4), автомобильные «Рено» и «Пежо-Ситроен» (51,6 и 36,3), химичес кая и стекольная «Сен-Гобен» (30,3), торговая «Ошан» (в России при сутствует под названием «Ашан») (26,1 млрд. евро) и т.д. Большинство их них давно уже стали транснациональными: «Тоталь-Фина-Эльф»

реализует за границей 79% своего оборота, «Пежо-Ситроен» — 63,8;

рекламная «Пюблисис» — 89,1;

электротехническая «Альстом» — 78,3;

шинная «Мишлен» — 87;

цементная «Лафарж» — 80;

военно-техничес кая и электронная «Томсон» — 82,3;

косметическая «Л’Ореаль» — 85,9;

пищевая «Данон» — 76,7% и т.д. В то же время в начале XXI в. во Франции было зарегистрирова но около 3 млн. малых предприятий. Из них 1,5 млн. работает в сфере услуг, 780 тыс. — в торговле, 350 — в строительстве, 303 тыс. — в про мышленности. Это классическая структура постиндустриальной эко номики. Ежегодно в стране открывается около 250 тыс. малых пред приятий, а банкротится лишь 50 тыс. При этом 40–50% новых рабочих мест, создаваемых во Франции, приходится именно на предприятия малого бизнеса.

К категории малых относятся предприятия, на которых трудится менее 50 наемных работников. Из 3 млн. малых предприятий около 1,5 млн. относится к индивидуальному или семейному бизнесу и об ходится вообще без наемного персонала, а на 120 тыс. предприятий трудится менее чем по 10 человек. Доходы фирм и компаний малого бизнеса не имеют четких законодательных ограничений. Можно лишь констатировать, что, по налоговым данным, в среднем доходы малых предприятий колеблются от 10 до 100 тыс. евро в год.

Характерно, что, по данным опросов, почти каждый второй ра бочий или служащий частного сектора, особенно молодежь, хотел бы создать свое предприятие («перейти на свой счет»). Эту же мечту раз деляет каждый третий француз.

Малый бизнес Франции существенно изменился за последние двадцать-тридцать лет. До этого времени небольшие производствен 1.Ibid.P. 2.Ibid.P. 118 Часть II. Экономика ные предприятия представляли собой весьма архаичный сегмент рын ка, так как их владельцы могли позволить себе приобретение лишь де шевого или устаревшего оборудования. Сегодня ситуация качественно другая. Современнее малые предприятия, особенно в производствен ной сфере, работают на высоких технологиях.

В большинстве случаев это происходит потому, что крупным корпо рациям теперь невыгодно все производить своими силами. Они стали сотрудничать на принципах подряда или субподряда с более мелкими предприятиями, которые и выпускают для промышленных гигантов от дельные комплектующие. При этом крупные предприятия на коммер ческой основе помогают мелким фирмам оборудованием, сырьем, пе редачей технологий и т.п. По-прежнему уверенно чувствуют себя малые предприятия, работающие в сфере сервиса. Очень широко распростра нены комбинированные точки обслуживания – например, состоящие из кафе, табачной лавки и пункта по распространению десятков видов лотерейных билетов. Популярна и комбинация загородной бензозапра вочной станции с небольшим магазинчиком и закусочной. Как прави ло, каждый такой небольшой комплекс принадлежит одному хозяину.

За последние четверть века в стране создана внушительная госу дарственная система стимулирования малого бизнеса. Новые малые предприятия на два года освобождаются от налога на акционерные об щества и от местных налогов. Для них снижаются подоходный налог и налог с инвестируемой части прибыли. Особую лояльность государс тво проявляет к тем, кто решил открыть свой бизнес в экономически депрессивных зонах. На таких предпринимателей распространяются скидки и отмены выплат в фонды социального обеспечения (здраво охранения, пенсионный фонд, фонд для многосемейных, в кассу посо бий для безработных). В отдельных случаях предпринимателям выпла чиваются подъемные.

Для безработных, решивших создать собственный бизнес, разрабо тана своя система поддержки. Они освобождаются от налогов уже не на два, а на три года и на год от обязательных социальных выплат в кассы соцстраха. Безработным, ставшим предпринимателями, выдаются спе циальные книжки, отрывными чеками из которых можно расплачи ваться за консультации по менеджменту, юриспруденции, бухгалтерс кому учету и т.п. Практически все владельцы малых предприятий могут рассчитывать на получение льготных кредитов, ссуд и субсидий.

Поощрение создания предприятий и предотвращение их банк ротств являются одной из ключевых сфер сотрудничества государства и бизнеса. Этим занимается специальное учреждение — Националь ное агентство по созданию предприятий (АНСЕ), которое не только Глава 4. Между двумя моделями содействует будущим частным предпринимателям, но и изыскивает возможности для скупки предприятий при возникновении угрозы банкротства.

Наряду с АНСЕ государственную помощь при создании предпри ятий оказывают органы министерств по обустройству территорий, тор гово-промышленные палаты, выборные органы местного самоуправ ления — региональные и генеральные советы, а также частные фонды, созданные крупными корпорациями, получающими, в свою очередь, целевые налоговые льготы (фонды Жака Дуса, Жака Гийомарка и др.).

На территории всей страны существуют портовые и свободные эко номические зоны, где также создаются максимально благоприятные условия для создания и развития бизнеса1.

В эпоху глобализации важным критерием оценки уровня развития экономики является привлекательность страны для прямых вложений иностранных инвесторов и вывоз ею собственных капиталов за рубеж.


В этом отношении Франция улучшила свои позиции, перейдя с начала 90-х годов с пятого на второе-третье место в мире. В 2004 г. объем пря мых иностранных инвестиций во Франции достиг 47 млрд. долл. (4,1% мировых), уступив по темпам притока только Люксембургу (фактичес ки являющемуся офшорной зоной) и КНР. Доля котируемых на бир же акций, принадлежащих нерезидентам, в капитале предприятий во Франции составил к началу XXI в. свыше четверти — 26,6%. Она усту пала в этом плане только Великобритании (37,2%), тогда как в Японии равнялась 18,2%, в Германии — 14,8, а в США всего 11,4%2.

Разумеется, приток иностранных капиталов чреват опасностью ут раты контроля над ключевыми позициями в национальной экономике.

Такая опасность не раз возникала в связи со скупкой иностранцами, в частности американскими ТНК, блокирующих или даже контроль ных пакетов ряда ведущих промышленных групп — «Пешине-Южин Кюльман» (цветные металлы, химия), «Сен-Гобен» (стекло, химия), «Лафарж» (цемент) и «Альстом» (электротехника), «Данон» (пищевая промышленность), «Акса» (страхование) и т.д. Поэтому в ходе мас сированной приватизации французских предприятий стратегическо го значения в 90-х годах. Э. Балладюр навязал им создание «твердых ядер» в виде контрольных пакетов акций со встречным или перекрест ным участием национального капитала.

Причем экспорт французских капиталов за рубеж — порядка 70 млрд. долл. в год почти вдвое превышает импорт иностранных. Он 1.См :.Рубинский Ю.И..Малый.бизнес.по-французски.//.Деловая.Москва.2005.№.15.

С. 2.См :.L’conomie.franaise.2006.Р. 120 Часть II. Экономика направляется как в ЕС, так и в развивающиеся страны, где уровень за рплаты ниже, а социальное и экологическое законодательство является менее жестким (страны Латинской Америки, Африки, Азии, Централь ной и Восточной Европы, отчасти постсоветского пространства). Это укрепляет позиции страны на мировых рынках, прокладывая путь фран цузским технологиям, а вместе с ними и товарному экспорту. Удельный вес зарубежных операций в обороте 23 крупнейших корпораций Фран ции вырос в 1977–2001 гг. более чем на треть, составив 60–80%.

Однако замена изжившей себя модели новой, более отвечающей как требованиям времени, так и национальным особенностям Фран ции явно затянулась. Этот переход сопряжен с немалыми издержками, тем более что контуры такой новой модели еще далеко не определи лись, а вокруг самого перехода продолжается острая борьба различных социально-политических сил.

Финансовая стабилизация обошлась французам недешево. На про тяжении 90-х годов их основной партнер в Евросоюзе — ФРГ должна была нести огромные расходы на интеграцию восточных земель после воссоединения Германии. В условиях жесткой привязки франка к марке переход к евро перекладывал на Францию значительную часть этих рас ходов, тормозя темпы роста и способствуя увеличению безработицы.

Канцлер Коль согласился на отказ от марки ФРГ, являвшейся в глазах немцев символом послевоенного «экономического чуда», лишь при условии гарантий соблюдения всеми странами еврозоны финансовой дисциплины (потолок годовой инфляции и бюджетного дефицита не выше 3%, удельный вес госдолга в ВВП ниже 60% и т.д.).

Закрепленные Пактом стабильности и роста, подписанным в 1997 г., эти условия ограничили возможности бюджетного стимулирования экономического роста и борьбы с безработицей всех стран-участниц, особенно Франции.

По иронии судьбы именно сами вдохновители пакта — Германия и Франция первыми нарушили его в отношении как бюджетного де фицита, так и госдолга, уклонившись от предусмотренных за это фи нансовых санкций. Однако рост их ВВП, ускорявшийся в периоды подъемов в 1987–1990 и 1997–2001 гг., оказывался менее продолжи тельным, чем в США, а уровень безработицы выше.

Незавершенность перехода Франции от одной экономической мо дели к другой особенно очевидна в динамике перераспределяемых го сударством финансовых потоков. Удельный вес в ВВП налогов и других обязательных отчислений от доходов семей и предприятий продолжа ет расти: в 1970–2002 гг. их доля увеличилась с 34,1 до 43,8%, превысив средний уровень Евросоюза (40,6%) и особенно США (28,9%). Если Глава 4. Между двумя моделями же суммировать общественные расходы на всех уровнях: государства, системы соцстраха, органов местного самоуправления, то он окажется еще больше, достигнув в 2004 г. 54,6%.

Несмотря на то что государство существенно сократило свое при сутствие в производственной сфере, его доля в самодеятельном на селении, работающем по найму, также остается во Франции более высокой, чем в среднем по еврозоне (22,9 против 15,5%): каждый чет вертый-пятый француз по-прежнему работает на государство.

Франция тратит по всем каналам: через госбюджет, кассы соцстра ха, местные органы власти — больше, чем Великобритания, но мень ше, чем Швеция, на содержание госаппарата и на соцобеспечение, тогда как по расходам на оборону и внутреннюю безопасность она ближе к первой, чем ко второй.

Причем доля французского государства как такового в ВВП была в 2003 г. не выше, чем четвертью века ранее — 22,8%. Зато выросли рас ходы соц-страха (24,9%) и органов местного самоуправления (11,4%).

Первое объяснялось демографическими факторами, второе — начатой в 1981–1982 гг. и продолженной в 2003–2004 гг. административной де централизацией, возложившей на регионы, департаменты, коммуны две трети расходов на поддержание дорог, строительство социального жилья, коммунальной инфраструктуры, части образования, здравоох ранения и т.д.

Структура обязательных отчислений во Франции не слишком от личается от средней по Евросоюзу, но выглядит по-иному, чем в США, где их общий удельный вес в ВВП на четверть ниже. Наибольшие различия налицо по налогам на акционерные общества (2,6% ВВП во Франции, 1,8% в США), по взносам предпринимателей в кассы соцстраха (соответственно 11,1 против 3,4%), на имущество и услуги (11,2 против 12,3 и 4,6%)1.

Переходный характер экономической модели Франции начала XXI в. подтверждает и структура ее внешнеэкономических связей. До минирующее место во французском экспорте прочно занял Евросоюз, удельный вес которого в 1995–2004 гг. сократился всего на три пунк та — с 65,2 до 62,9%. Почти удвоилась доля бывших соцстран Восточной и Центральной Европы, вошедших в ЕС, а также государств постсовет ского пространства — с 2,6 до 5,3%. Зато доля США и Китая выросла незначительно — соответственно с 6,0 до 6,9 и с 0,9 до 1,5%, а Японии и государств Юго-Восточной Азии сократилась с 7,2 до 4,8%2.

1.См :.L’ conomie.franaise.2006.Р. 2.Ibidem 122 Часть II. Экономика Таким образом, Франция оказывается, по существу, в стороне от самого динамичного полюса мировой экономики. Ее внешняя торгов ля все еще продолжает европеизироваться, тогда как у ее ведущих пар тнеров и конкурентов по ЕС — Германии и Великобритании — она уже идет по пути глобализации. Проблема состоит, видимо, в чрезмерной диверсификации структуры экономики Франции, в ее недостаточ ной специализации, особенно внутриотраслевой, с учетом масштабов и реальных возможностей страны, чего успешнее добилась Великоб ритания (за счет финансовых услуг).

Вопрос о том, как именно будет выглядеть в окончательном виде новая модель французской экономики, приходящая на смену пре жней, остается пока еще открытым.

Механическое копирование американского варианта исключено, ибо оно просто невозможно. США не только превосходят экономи чески все страны Евросоюза вместе взятые по масштабам, но и зани мают совершенно особое место в мировой экономике, которое дает им уникальные преимущества — статус доллара как мировой резервной валюты, ключевая роль американских ТНК в процессе глобализации, массированный приток иностранных капиталов.

В 1990–2001 гг. объем последних вырос в 10 раз — с 88 до 865 млрд. долл., причем экспорт американского капитала оказался вдвое меньше. Основным магнитом для иностранных инвесторов слу жит не столько рентабельность реального сектора американской эко номики, сколько надежда на безопасность и увеличение биржевой ка питализации американских корпораций: за тот же период она выросла на 340%, тогда как во Франции — лишь на 216%. Данные факторы позволяют компенсировать огромные дефициты бюджета и торгового баланса. Именно это позволило США преодолеть в 80-х годах стагф ляцию — спад производства и высокую инфляцию путем сочетания крупных государственных расходов со снижением налогов («рейгано мика»), подготовившим подъем 90-х годов.

После кризиса 2001–2003 гг., усугубленного крахом индекса НАСДАК — акций отраслей высоких технологий, связанных с ин форматикой («новой экономики»), республиканская администрация Дж. Буша-младшего вновь вернулась к этим методам. Более того, она прибегла к протекционистским мерам в отношении Евросоюза, Япо нии и Китая, идущим вразрез с либеральным кредо самих США (так называемый вашингтонский консенсус). По существу, США систе матически живут не по средствам — в кредит, накопив колоссальный государственный долг, что в перспективе чревато серьезными последс Глава 4. Между двумя моделями твиями для их собственной, а в конечном счете и для всей мировой экономики1.

По-иному обстоит дело в Европе, где за последние четверть века сложилось несколько вариантов европейской модели социальной ры ночной экономики, лучше или хуже адаптированных к переходу в пос тиндустриальную стадию развития.

Если принять за критерий степени либерализации экономики удельный вес в ВВП налогов и обязательных отчислений в фонды соцстраха, то на крайних полюсах в ЕС окажутся Швеция и Великоб ритания: у первой он выше половины, у второй заметно ниже (соот ветственно 58,7 и 43,5% при средней по еврозоне величине 48,5%, а у Франции 53,5%). Это особенно заметно в доле расходов на соци альную защиту, которая у Великобритании меньше, чем в Швеции, на треть. Между тем фундаментальные экономические параметры: тем пы роста, сбалансированность бюджета, госдолг, уровень безработи цы у них вполне сопоставимы. Очевидно, что эффективность того или иного варианта зависит от многих других факторов — масштабов эко номики, ее места в международном разделении труда и т.д.


Хотя британская модель выглядит по макроэкономическим ре зультатам более выигрышно, особенно по части занятости и состоя нию финансовой системы, это в значительной мере обусловлено таким важнейшим козырем, как нефть и газ Северного моря. За последнюю четверть ХХ в. и в начале XXI в. доходы Великобритании от экспорта углеводородов, а главное — экономия на их импорте вполне сравнимы с общим объемом госдолга Франции (65,4% ВВП). Жесткая эконо мия энергоресурсов и форсированное развитие АЭС, проводившееся во Франции, не смогли компенсировать это преимущество, относи мое зачастую на счет британской модели как более либеральной. Еще более выигрышно смотрится Норвегия, у которой при очень немно гочисленном населении (4,5 млн. человек) доходы от добычи нефти и газа еще выше, а ВВП на душу населения превышает французский уровень в 1,3 раза.

Ведущие державы континентальной «старой Европы» — Франция и Германия, стоявшие у истоков Евросоюза и составляющие его «твер дое ядро»», ищут свой путь, учитывающий как опыт партнеров по ЕС, так и собственную специфику.

«Социальная рыночная экономика» ФРГ, основанная на слиянии банков с промышленностью, длительных инвестиционных циклах, соучастии профсоюзов в управлении предприятиями (так называемый 1. См :. Todd Е.. Apres. l’empire. Essai. sur. la. dcomposition. du. systme. amricain. Paris,.

2002.Р. 124 Часть II. Экономика рейнский капитализм), с конца 90-х годов дрейфует к британскому «социал-либерализму» Т. Блэра. Именно такова была политика коа лиции социал-демократов с «зелеными» при правительстве Г. Шрёде ра («новый центр»), продолженная «большой» коалицией ХДС-ХСС с СДПГ во главе с А. Меркель. ФРГ служит примером для большинс тва бывших соцстран Центральной и Восточной Европы, входивших некогда в так называемую Срединную Европу и снова втягивающихся ныне в орбиту влияния германской экономики.

В то же время Франции с ее прочными этатистскими традициями и враждебностью большинства населения к либерализму англосаксонс кого толка скорее импонирует скандинавская модель, сочетающая ли берализацию экономических структур с сохранением основ послево енной системы социальной защиты путем ей приспособления к новым условиям. Французский вариант экономической модернизации вызы вает интерес в средиземноморских странах Южной Европы, имеющих немало сходных с Францией черт.

Европейское измерение проблем французской экономики во мно гом объясняет остроту борьбы различных социально-политических сил во Франции вокруг дальнейших путей развития евростроительс тва. Трудность проведения в жизнь программ превращения Евросоюза в мировой полюс высоких технологий («Повестка дня-2000», Лисса бонская стратегия), провал 29 мая 2005 г. на референдуме во Франции проекта Конституции ЕС, инициированного ею самой и составленно го под руководством ее бывшего президента В. Жискар д’Эстена — на глядное тому подтверждение.

Причем водораздел проходит не между левыми и правыми, а меж ду европеистами и «евроскептиками» в обоих традиционных лагерях.

Первые пытаются европеизировать французские внутренние пробле мы в рамках наднациональной федерации (принятие ЕС по настоянию Франции Социальной хартии, ее попытки навязать партнерам единую экономическую политику и т.д.), вторые настаивают на сохранении максимально широкого государственного суверенитета для решения этих проблем в национальных рамках. Тем не менее в целом дело идет, видимо, к формированию в рамках Евросоюза общей в основе, но зна чительно диверсифицированной с учетом национальных и региональ ных особенностей модели рыночной экономики, способной успеш но выдержать конкуренцию с моделями других глобальных игроков:

США, Японии, Китая, Индии, России, Бразилии и т.д.

Глава 5. Структурные сдвиги в экономике Франции Глава 5. Структурные сдвиги в экономике Франции Глобализация мировой экономики и новый виток научно-технической революции порождают тектонические сдвиги в структуре современных производительных сил, в организации производства, меняют характер человеческого труда и роль человека в мирохозяйственных процессах.

Это полностью относится и к Франции. Основное направление проис ходящих в течение последних десятилетий изменений в ее экономике определяет переход в постиндустриальную стадию.

В последние десятилетия во Франции бурно развиваются основы постиндустриального хозяйства, что связано с формированием качес твенно новой экономической структуры. Эти изменения иллюстриру ют данные официальной французской статистики о самодеятельном населении страны (см. табл. 5.1).

В 1973–2003 гг. французская промышленность сокращала в сред нем по 100 тыс. рабочих мест в год, тогда как сфера услуг увеличивала их на 200 тыс. Из 29 млн. человек, составляющих самодеятельное на селение Франции, в сфере услуг занято 16,5 млн. Один только персо нал ясель и детских садов, составлявший в 2003 г. более 100 тыс. чело век, превышал число занятых в авиакосмической индустрии (70 тыс.), а число служащих агентств недвижимости (120 тыс.) — число занятых в текстильной промышленности (109 тыс.)1.

Еще более яркую картину сдвигов в последние десятилетия можно видеть, проследив участие различных секторов в создании ВВП Фран ции по стоимости. После Второй мировой войны во Франции шел интенсивный процесс окончательного формирования индустриаль Таблица 5. Структура занятости во Франции в 1870–2000 гг., % самодеятельного населения Год Сектор хозяйства 1870 1913 1950 1973 1990 1995 5,5 3, 6, 38,4 28,5 11, Первичный 49, 29,9 28,2 23, 33,6 34,8 38, Вторичный 27, 66,3 74, 50,6 64, 28,0 36, Третичный 23, 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100, Всего Источники: L’Annuaire statistique de la France 1967. Paris, 1968. P. 401–428;

Ibid. 2004. Paris, 2005. P. 48, 94.

: Marceille J..La.guerre.des.deux.France.Paris,.2005.P. 1.См 126 Часть II. Экономика ной модели, чему соответствовали дирижистские методы. Достигнув максимума в начале 70-х годов, этот процесс начал буксовать: после 1973 г., когда на долю промышленности приходилось около 40% само деятельного населения и еще большая доля ВВП, ее удельный вес стал сокращаться. В начале XXI в. на долю промышленности приходится уже порядка 20% ВВП и 23% активного населения.

Этот процесс имел многослойное содержание. В индустриаль ном секторе резко уменьшилась роль добывающей промышленности (только за 1985–1998 гг. ее вес сократился в 2,5 раза). Большие труд ности переживают и многие традиционные отрасли обрабатывающей промышленности, в том числе те, которые являлись основой фран цузской индустриальной модели в начале ХХ в. (текстильно-швейное производство) и в 50–60-х годах (черная металлургия). Одновремен но под влиянием научно-технической революции бурно развивались энергетика, в том числе атомная, авиакосмические производства, электротехника и радиоэлектроника, транспортное машиностроение, отрасли военно-промышленного комплекса.

Противоречиво выглядит эволюция сельского хозяйства. Его удель ный вес в ВВП Франции упал примерно до 2% при одновременной ин тенсивной модернизации технической базы аграрно-промышленного комплекса. Французский АПК по совокупным показателям вышел на первое место в Западной Европе и второе в мире среди развитых стран, уступая по стоимости производства и экспорта только США.

Однако самые глубокие сдвиги происходили в третичном секторе, который превратился в последние годы в ведущую составную часть французской экономики. Показатели сферы услуг существенно обог нали вклад промышленности в добавленную стоимость1. Увеличение роли услуг во всем их многообразии тесно связано с развитием но вейших технологий, причем эта связь имеет двусторонний характер.

С одной стороны, развитие техники и передовых технологий служит материальной основой роста третичного сектора. Без радикального роста производительности общественного труда в целом ситуация, когда объем услуг значительно превышает стоимость промышленного производства, была бы просто невозможна. Реальный сектор — пер вичный и вторичный — достиг такого объема, что его дальнейший ко личественный рост исчерпал себя, не обеспечивая динамичного роста сбыта продукции.

С другой стороны, пример Франции показывает, что сам рост тре тичного сектора является, в свою очередь, мощным средством даль 1. См :. Lefиvre-Farcy J.-F.. La. rvolution. tertiaire:. services,. emploi. et. croissance. //. Les.

problmes.conomiques.1994.No.2368–2369.23–30.mars.P.14,. Глава 5. Структурные сдвиги в экономике Франции нейшего повышения производительности труда и эффективности экономики в целом. На его основе снижаются затраты на все факторы производства, повышается квалификация рабочей силы, что способст вует улучшению качества продукции и увеличению ее объемов. В итоге третичный сектор становится ведущей силой развития современной французской экономики.

Ключевым звеном постиндустриальной революции является всес торонняя компьютеризация хозяйства — производства, распределе ния, сбыта. Этот процесс охватывает и сферу быта, потребления, мно гие отрасли культуры, образование, здравоохранение и др.

Постиндустриальная Франция в последние десятилетия реши тельно вступает в мировое информационное пространство1. Сектор информатики, если под ним понимать всю совокупность отраслей, занимающихся производством, передачей и потреблением информа ции, становится одним из важнейших компонентов французской эко номики. Информативный комплекс включает производство новейших технических средств, использование которых оказывает всестороннее воздействие на всю экономику, на жизнь общества и каждого челове ка. Использование компьютеров недаром сравнивают с изобретением письменности и печати, ткацкого станка и паровой машины.

В конце ХХ — начале ХХI столетия во Франции начался бурный процесс переоснащения всей экономики современной компьютерной техникой. Компьютер органично вписался в управление корпорация ми и в организацию производства не только крупных, но также многих малых и средних предприятий. По словам самих предпринимателей, он «разрушает стены внутри корпорации», демократизирует доступ к информационным ресурсам, способствует усилению коллегиальнос ти в работе, устранению дублирования данных2.

Особенно быстрыми темпами во Франции увеличивается число персональных компьютеров. Уже в 1994 г., по данным Министерства культуры, треть семей в стране обладали персональными компьютера ми3. Только за период 1997–2001 гг. количество пользователей Интер нета во Франции выросло в 30 раз4. По словам президента компании «Франс телеком» Тьерри Бретона, впоследствии министра экономики и финансов, с июня 2003 г. во Франции начала осуществляться про грамма широкой компьютеризации населения. К концу 2004 г. доля французов, потенциально имеющих доступ в Интернет, достигла 90%, 1.См :.Le.Point.1997.No.1302.30.aot;

.L’ tat.du.Monde.Paris,. 2.См :.Финансовые.известия.1996.23.апреля 3.См :. L’ tat.de.la.France.1995–1996.P. 4.См :.L’Annuaire.statistique.de.la.France.2002.Paris,. 128 Часть II. Экономика а к концу 2005 г. — даже 96%1. В 2002 г. более трети французских граж дан регулярно использовали Интернет на работе, в домашних условиях или в каком-либо другом общественном месте, четыре семьи из десяти владели домашними компьютерами2.

В 2000–2002 гг. численность французских пользователей Интерне та продолжала возрастать, превысив 16 млн. человек, причем треть из них использовали систему Интернета ежедневно. Только лица старше 50 лет сравнительно слабо представлены среди французских пользова телей: составляя почти 40% населения Франции, эта возрастная груп па не превышает среди них 15%3.

Тем не менее Франция все же заметно отстает по этим показате лям от США и ряда других стран. По данным Международного союза телекоммуникаций, в 2002 г. там насчитывалось 19 млн. компьюте ров (31,9% к численности жителей) и 39 млн. мобильных телефонов (64,7% к численности жителей), тогда как в Германии, соответствен но, 35 и 59 млн. (42,4 и 71,7%), в Великобритании — 24 и 50 млн. (40, и 84,5%), а в США — 155 и 147 млн. (53,8 и 48,8%)4.

Одной из причин этого отставания являлось наличие в стране на циональной информационной сети. Еще в 1981 г. была создана систе ма Минитель, которая проста в обращении и недорога, предоставляя в то же время пользователям большое количество услуг. Число участ ников национальной системы в конце 90-х годов в 15 раз превышало число пользователей Всемирной паутины. К тому же использование национальной системы приносило в 2000 г. «Франс телеком» ежегод ный доход порядка в 3 млрд. евро5. В 2001 г. объем операций, осущест вленных с сетью Минитель, почти равнялся показателям операций с сетью Интернет, но уже в 2002 г. операции с первой в 5 раз уступали операциям со второй6.

Как считают некоторые специалисты, задача состоит в том, что бы объединить обе системы. Крупнейшие французские компании («Франс телеком», «Алькатель» и «Матра») ведут работы по созданию аппарата-гибрида (Интернет-2). «Нам нужна не война, а соглаше ние, — подчеркивают эксперты, — но Европа должна объединиться в том числе и в этой области»7.

1.См :.Le.Monde.conomie.2004.14.septembre 2.См :.Tableaux.de.l ’conomie.franaise:.2003–2004.Paris,.2004.P.172;

.Le.Monde.2002.9.

septembre.(.«Un.tiers.des.Franais.sont.dsormais.familiaris.avec.Internet») 3.См :.Statistiques.en.bref,.thme.4.//.Eurostat.Les.tlcommunications.en.Europe.2003.No. 4.См :.International.Telecommunication.Union.(www itu int).2003.avril 5См :.Le.Point.2000.No.1426.14.janvier 6.См :.L’ Internet.avance.2003.No.172.Fvrier 7.Ibidem Глава 5. Структурные сдвиги в экономике Франции Использование компьютеров способствует дальнейшему развитию и переводу на новый технологический уровень всей системы связи. За период 1955–1994 гг. доля телекоммуникаций в ВВП Франции вырос ла в 9 раз. Постоянно совершенствуются показатели внутриотраслевой эффективности: среднегодовые темпы прироста производительности труда в последнее десятилетие держались здесь на уровне 4–6%1. Во Франции получил хождение термин «телематика», смысл которого экономист Марсель Балест определяет как «заключение брачного кон тракта между всеми службами, использующими информатику и теле коммуникации»2.

В прошлом этот сектор жестко регламентировался Министерс твом почты и телекоммуникаций, в частности его Главным управле нием телекоммуникаций, которое в последующем стало именоваться «Франс телеком». В 1990 г. «Франс телеком» стала юридическим лицом с правом заключения контрактов с частными компаниями, а в 1998 г.

была проведена его приватизация, ставшая одной из самых крупных приватизационных операций, — она принесла государству порядка 6 млрд. евро.

Учитывая, что пространство Евросоюза все больше открывается для свободной конкуренции, «Франс телеком», как и другие телеком муникационные группы, стремится отстоять свои позиции на внутрен нем рынке и утвердиться на внешних. Она образовала общую группу с «Дойче телеком», которая, в свою очередь, вступила в союз с амери канской «Спринт». Эта тройка создала консорциум «Глобал уан», ко торый считается крупнейшим провайдером в мире3. «Франс телеком»

сыграла большую роль и в осуществлении широкой программы теле фонизации страны. Заказы на создание современных средств связи (по размерам инвестиций в электросвязь Франция превысила показатели США, Великобритании и ряда других стран) привели к модернизации и росту мощностей телефонных сетей4. В итоге Франция, которая еще в начале 70-х годов занимала в этой отрасли одно из последних мест в Европе, ликвидировала разрыв, став обладательницей самой сов ременной в ЕС системы электронной цифровой связи. Мощность ее телефонных сетей выросла в 4 раза, число действующих линий уве 1. См : Шульцева В.К.. Телекоммуникации. мира. и. России. //. Мировая. экономика.

и.международные.отношения.1996.№.9.С. 2.Baleste М..L’ conomie.franaise.tudes.thmatiques.de.l’conomie.nationale,.13e.d.

Paris,. 3. См :. Коваленко Ю. На. телекоммуникационном. рынке. идут. большие. маневры. //.

Финансовые.Известия.1997.7.августа 4.См :.ITU.World.Telecommunication.development.report,. 130 Часть II. Экономика личилось с 8 млн. до 31,5 млн.1 Вырос коэффициент телефонизации:

по уровню телефонной плотности (число стационарных телефонных аппаратов на 100 жителей) Франция делит с Германией второе-третье места среди крупных развитых стран, уступая лишь США.

Хотя сектор телекоммуникаций несколько снизил темпы роста в период рецессии 2001–2004 гг., он по-прежнему развивается быстрее, чем другие сектора сферы услуг. В 2000 г. объем его деятельности вырос на 30,5%, в 2001 г. — на 15,3, в 2002 г. — на 7,2%. Важным стимулято ром этого был быстро растущий рынок мобильных телефонов: в 2002 г.

прирост их производства превысил 15%, причем две трети французов уже имели мобильные телефоны (на 31 марта 2003 г. насчитывалось 38,9 млн. абонентов)2. В последние годы большие усилия направлены на развитие радиотелефонной связи — помимо сотовых сетей создают ся сети персонального радиовызова. Наряду с «Франс телеком» здесь действуют также Французское радиотелефонное общество и мощная строительная группа «Буиг».

Бурно увеличиваются и так называемые производственные услу ги, причем французские специалисты считают этот сектор наиболее динамичным в третичном секторе в целом. Хотя пестрота его состава затрудняет точные подсчеты суммарных показателей, можно согла ситься с мнением отдельных авторов о резком увеличении его роли.

Речь идет о выведении из структур и капитала крупнейших корпора ций множества вспомогательных функций: учета и обработки данных, программного обеспечения, правового обслуживания, консалтинга, рекламы, безопасности, изготовления запчастей, измерительных при боров, средств малой механизации ручного труда и т.п. Они передаются мелким и средним компаниям на подрядных или субподрядных нача лах, что существенно снижает издержки и накладные расходы профи лирующих групп, создавая в то же время значительное число рабочих мест. Считают, что услуги в производстве сейчас можно сопоставить по значению с такими факторами, как рабочая сила, орудия и предметы труда. На долю затрат на такие услуги приходится не менее 20% стои мости продукции современного промышленного производства и 4,6% всего ВВП Франции3.

Бурную экспансию производственных услуг можно хорошо видеть на примере компьютеризации. В затратах на ее развитие все большее значение приобретают не вложения в технику, а программное и другое 1.См :.Charr J.-P..Les.activits.industrielles.en.France.(l’industrie.lectronique,.les.enjeux.

d’une.activit.de.haute.technologie).Paris,.1995.P. 2.См :.Tableaux.de.l’conomie.franaise:.2003–2004.P. 3.Ibid.P. Глава 5. Структурные сдвиги в экономике Франции обеспечение, необходимое для функционирования последней. Соот ношение между расходами на технику и программное обеспечение со ставляет 20:80. Это четырехкратное превосходство служит источником значительного роста производительности труда1.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 20 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.