авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |

«••.ГИ7. •; * ...»

-- [ Страница 2 ] --

— Впервые я увидела Вавилова в 1909 году, на полях Бутырского хутора, которым заведовал мой отец. Будучи сту­ дентом последнего курса, Николай Иванович по поручению Московского земства вел обследование повреждений голым слизнем озимой ржи. Отец часто хвалил его за очень вдумчи­ вое и интересное изучение вредителя.

В 1910 году я поступила в Петровскую академию и не­ сколько раз встречала Н иколая Ивановича в студенческом кружке любителей естествознания, который он организовал.

Однако познакомиться с ним ближе довелось только зимой 1911 года на семинарах по селекции и генетике на селекцион­ ной станции Московского сельскохозяйственного института (первая селекционная станция в России). Эти семинары про­ водились еженедельно под руководством заведующего стан­ ц и ей — старейшего русского селекционера Дионисия Л е о ­ польдовича Рудзинского. Их посещали сотрудники, практи­ канты, студенты и некоторые преподаватели. По существу это была первая школа будущих русских селекционеров. Из более или менее постоянно присутствовавших, кроме Д. Л. Рудзин­ ского и Николая Ивановича, я помню С. И. Ж егалова, А. Г. Лорха, Л. П. Бреславец, Н. И. Б аумана, Л. И. Говоро­ ва, О. В. Якушкину и других.

Николай Иванович часто делал доклады, принимал живое участие в обсуждениях, всегда имел в запасе приготовлен­ ные рефераты.

Ему постоянно была присуща большая скромность. Помню, в 1912 году он женился и из застенчивости скрыл это от това­ рищей. «Выдал» его Рудзинский. Кажется, по его инициативе в день очередного семинара мы собрались пораньше и при­ готовили Николаю Ивановичу торжественную встречу: осы 2 Заказ 483 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ пали его со второго яруса д о ж д ем б у м аж ек, а потом тепло поздравили. Он был очень смущен и тронут.

В 1913 году В авилов сдал магистерский экзам ен, п р е д с т а ­ вил больш ую работу — сводку по прививкам додарвиновско ю периода и почти ср азу ж е получил ком анди ровку от к а ф е д ­ ры частного зем л ед ел и я в Англию. П о свидетельству Е. Н. С а ­ харовой-В авиловой, которая со п р о в о ж д а л а его в этой п о езд ­ ке, Н и к о л ай Иванович слуш ал лекции одновременно и в Лондоне, и в К ем бридж е, р аб о т ал в л а б о р а т о р и я х по систе­ матике и морфологии растений, начал за н и м а т ь с я генетикой и тогда еще новой областью — цитологией. Он имел в о з м о ж ­ ность изучить в подлинниках историю открытий Д а р в и н а, его записки и письма, ознаком иться с трудам и Л иннея, Л а ­ марка, Гекели и других классиков. В П а р и ж е В ави лова интересовала о р ган и зац и я питомников и садоводств.

Война 1914 года з а с т а в и л а его прервать ком андировку и вернуться в Москву. И з-за деф екта в зрении он был признан негодным к военной с л у ж б е и на следующий год уехал на П ам и р за сбором хлебных з л а к о в и других культур в высо­ когорных районах зем леделия. Это и следует считать началом его великих путешествий по всему земном у шару.

Н ас к о л ьк о мне известно, В ави лов один проехал по д о л и ­ нам рек В ах ш а и П я н д ж а до Хорога и до границ А ф г а н и с т а ­ на, П ак и ст а н а и Индии, то есть был и в Б а д а х ш а н е, привез образцы из К у л я б а и Гарм а, дошел в горных районах до п р е ­ делов зем леделия и осенью привез большое количество образцов пшеницы, ячменя, ржи, проса и других культур.

Вся зима у ш ла на разбо р и описание этого м атер и ала. Я счи­ т а л а себя уж е «пшеничницей», т ак как провела п ракти ку на Саратовской селекционной станции у А. И. Стебута, в основ­ ном уж е зн ал а систематику пшениц и с большим увлечением помогала теперь Н иколаю Ивановичу. Ему не терпелось поскорей увидеть все в посеве, з а р а з и т ь новый м атер и ал р ж а в ­ чинными грибами, чтобы продолж и ть изучение иммунитета пшениц. Он строил уж е планы сборов в других районах д р е в ­ него земледелия и хотел летом попасть хотя бы в Персию и среднеазиатские поливные районы.

Ранней весной я уехала на практику на Туркестанскую опытную станцию, а летом Н иколай Иванович, следуя н а м е ­ ченному марш руту (сорок километров от Таш кента по Ч и м ­ кентскому т р а к т у ), через Туркестан, по дороге в З а к а с п и й ­ скую область и Персию тоже заехал на эту станцию. Он со­ брался посетить район Красного водопада, где преобладали богарные посевы, и пригласил меня помочь ему в сборах.

34 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Я, конечно, с радостью согласилась, и мне посчастливилось немного попутешествовать с Николаем Ивановичем.

Ехать приходилось на арбе или телеге, часто д а ж е не по дорогам, а по межам через арыки или идти пешком по изну­ рительному зною. Николай Иванович, казалось, не зна.т, что такое усталость. П оп адая поздно вечером в какой-нибудь кишлак на ночевку, он еще отправлялся смотреть, как про­ изводят ночью полив, беседовал с жителями кишлака, р ас­ спрашивал об агротехнике, о семенах, о болезнях хлебов, а утром чуть свет уже осматривал сельскохозяйственный ин­ вентарь, домашнюю утварь узбеков, фотографировал, писал дневник. Не знаю, ложился ли он спать, отдыхал ли. И часто мы слышали от него фразу: «Ж изнь коротка, надо спешить».

Эта исключительная работоспособность, неуемность в работе и искусство организовывать свой труд сохранились в течение всей его жизни.

В Персию, сколько мне помнится, с Николаем Ивановичем ездил какой-то агроном от Министерства земледелия. Богатый сбор, привезенный из Персии и Средней Азии в 1916 году, вместе с памирским материалом составили солидную коллек­ цию преимущественно пшениц и ячменей. З а неимением мес­ та на кафедре частного земледелия Николай Иванович х р а ­ нил ее в своей маленькой квартирке. Мне оставалось только сдать государственные экзамены, свободного времени было достаточно, и я, как и в предыдущую зиму, взялась помогать ему. Р або тал а часто одна, так как Николая Ивановича от­ влекали занятия у Прянишникова, преподавание на Голицын ских курсах и какие-то еще лекции.

Эта работа была для меня огромной школой. Николай Иванович прекрасно знал систематику пшениц, их географию и мировую историю и охотно делился своими мыслями. Н а ­ блюдаемые факты как-то легко сами собой обобщались, вы­ кристаллизовывались у него в закономерности, в прогнозы.

Часто, сидя на корточках у топящейся печки или прихлебы­ вая свой любимый очень сладкий чай, он смотрел куда-то вдаль и вслух намечал широкие планы исследований и пу­ тешествии, которые ему хотелось осуществить. Мне тогда это казалось несбыточной мечтой, во всяком случае одной чело­ веческой жизни для нее было мало. Но мы стали свидетелями того, что Вавилов многое, очень многое сделал за свою ко­ роткую жизнь. Его энергия, настойчивость и главное — талант создавать ученых и вовлекать их в свою орбиту способствова­ ли успеху его грандиозной работы.

Тогда, студенткой, я впервые испытала на себе необыкно­ 2* История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ венный д а р Н и к о л а я И ван ови ча за с т а в и т ь к а ж д о го почувст­ вовать себя исследователем, д а ж е если он з а н и м а е т с я м а ­ ленькой, к а з а л о с ь бы, чисто технической работой. Н априм ер, когда Н и к о л ай И ванович, будучи завед ую щ и м отделом п р и ­ кладной ботаники, посещ ал московское отделение и обходил посевы, з а д а в а я многочисленные вопросы, он всегда интере­ совался наблю дени ям и не только научных работников, но и л аб о р а н то в и техников, говорил, что рабочие могут многое зам етить и что, если бы ему позволило время, он сам полол бы делянки, т а к как при этом больш е увидишь. П осле его обходов весь технический персонал и студ ен ты -п р акти кан ­ ты, на долю которых п а д а л а большей частью исклю читель­ но техническая работа, начинали другими г л а з а м и с м о т ­ реть на делянки, рьяно соревнуясь в отыскании чего-либо нового, начинали считать себя соавторам и общих исследо­ ваний.

З а н я т и я на кварти ре у В ави лова остались у меня ярким воспоминанием. Р адуш и е, простота, ж изнерадостность, х л еб о ­ сольство Н и к о л а я И вановича со зд а в а л и н езаб ы в а ем у ю о б с т а ­ новку. Он очень лю бил у гощ ать всех и, приходя домой, всегда вы таскивал из портфеля что-нибудь вкусное, чащ е всего ш о ­ колад, который очень любил. В то время я п о зн ак о м и л ас ь и с родными Н и к о л ая И вановича, п р еж д е всего с его м атерью Александрой Михайловной. М а л е н ь к а я х уден ькая стар у ш к а в черном платке, гладко причесанная, с большим открытым лбом, черными густыми бровями и чудесными большими, л у ­ чистыми, полными ж и зн и и л аско во смеющ имися черными глазам и, всегда хл опотала по хозяйству, заб о т я сь обо всем и обо всех. Она происходила из семьи худож н и ка, гравера на ф аб р и ке П рохорова («Трехгорная м а н у ф а к т у р а » ). Отец ее, как говорили, был очень даровиты й человек — и столяр, и чертежник, и художник, и резчик, и гравер. От нее веяло какой-то большой жизненной мудростью. П риветливо, д р у ­ желюбно, гостеприимно относилась она к сотрудникам, д р у ­ зьям, знакомы м Н и к о л а я И вановича, а вероятно, и вообще к людям. У Н и к о л а я И вановича в этом отношении было с ней много общего. Она очень беспокоилась о сыне, когда он о тп равлялся в дальнее путешествие, сердцем чувствуя трудности и опасности, которым он подвергался. О собен­ но сильно она волновалась во время поездки В авилова в Эфиопию: он был один и, как стало потом известно, едва не погиб, заболев тифом. Н и колай И ванович тож е относился к матери с большой нежностью, хотя любил и подтрунивать над ней.

36 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ В 1918 году родился первый сын Н иколая Ивановича — Олег, и бабушка перенесла свою любовь и заботы на внука, которой два года рос в Саратове, а после переезда Н иколая Ивановича в Ленинград, где у него долго не было квартиры, остался жить в Москве.

Познакомилась я тогда и с братом, Сергеем Ивановичем.

Они очень дружили, и Николай Иванович высоко ценил д а ­ рования брата. Нередко приходилось слышать: «Я-то что!

Вот Сергей — это голова!» Говорят, что они вместе в 1905 го­ ду участвовали в сооружении б арр и кад на Пресне. Там же, на Пресне, жила и сестра его Александра Ивановна с двумя детьми. О ней у меня мало что сохранилось в памяти, больше помню ее дочку Таню, которая п ри езж ала вместе с Олегом к нам на Бутырский хутор, в гости к моей дочери. Олега при­ возила к нам мать Екатерина Николаевна или Николай И в а ­ нович, иногда — бабушка, которая вообще почти никуда не выезжала. Отца его, И ван а Ильича, я видела мельком не­ сколько раз, он был очень занят, редко бывал дома. Из р а с ­ сказов родных я знала, что это был человек очень энергичный, волевой, с крутым характером, строгий и деспотичный в се­ мье. Сын крестьянина деревни Ильинское Волоколамского уезда Московской губернии, он десяти лет был отдан в услу­ жение на фабрику Прохорова, где и проработал почти всю жизнь, дослужившись до должности доверенного по распрост­ ранению изделий на востоке.

Но возвращаюсь к нашей работе. В процессе разборки коллекции Николай Иванович задум ал получить два поколе­ ния в один год с тем, чтобы были данные по иммунитету про­ тив пыльной головни для П амира и Персии в том ж е году.

Для этого нужно было высеять материал очень рано, на юге, заразить головней, убрать урож ай не позднее июня, переслать его в Москву и здесь снова высеять и наблюдать в о р а н ж е ­ рее. В феврале яровые посевы злаков производятся в Узбе­ кистане, и он уговорил меня ехать в Самаркандскую область, в Катта-Курган, на Зеравш анское опытное поле, чтобы там изучить несколько сот образцов и опылить их головней. Д и ­ ректором этого опытного поля в то время был Василий Степа­ нович Малыгин, милейший человек, согласившийся зачислить меня на временную работу. Мы усиленными темпами начали готовить образцы к посеву. Б ы ла разработана обширная, как обычно у Николая Ивановича, программа изучения, р а з р а б о ­ тана схема наблюдений и описания коллекций. Эта схема, если не ошибаюсь, впоследствии легла в основу изучения коллекций пшениц в отделениях В И Ра. В тревожное История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ время кануна Ф евральской революции, о тл о ж и в го с у д а р ­ ственные э кзам ен ы до осени, к больш ом у н еудовольст­ вию родителей, я в ы ех ал а в К атта-К у р ган, п олн ая энту­ з и а зм а, но и тревоги, что не сумею выполнить всей нам ечен ­ ной программы.

И так, в 1917 году н ачал ось изучение первых о б р а з ц о в мировой, коллекции культурных растений, собранных Н и к о л а ­ ем И вановичем.

А через десять с небольшим грозных л ет революции, г р а ж д а н с к о й войны, голода и разрухи вы севали сь уж е не сотни, а многие тысячи обр азц ов разны х культур, и не в одном-двух географических пунктах, а по всей стране. Н и ­ колай Иванович с нетерпением ж д а л новостей, сп р а ш и в а л в к а ж д о м письме о. поведении различны х географических групп и отдельных образцов, присы лал подробные инструк­ ции, часто с рисунками, например, как проводить з а р а ж е н и е пыльной головней, с чем я раньш е не имела дела. Н а р я д у с вопросами сыпались и дополнительные зад ан и я: произвести ряд новых, отдаленны х скрещ иваний, анатомическое изучение листьев памирских безлигульных пшениц, собрать и в ы сл ать пыльную головню и многое другое. И ногда б ы вал а 'приписка:

«Я боюсь... не слишком ли много всех заданий, ну д а вы сам и увидите, что м ож но не делать». Н и ко лай И ванович с о о б щ а л о своих опытах по иммунитету, тогда ж е впервые, к а к мне каж ется, в ы ск аза л мысль о существовании центров ф о р м о об ­ разования. П исьм а этого времени позволяю т судить о том, к а ­ кие широкие, м ожно сказать, грандиозные проблемы з а х в а т ы ­ вали его с первых лет творческой деятельности. Ему близки вопросы дарви н и зм а, генетики, цитологии, морфологии, и м м у­ нитета, биохимии, эволюции. Р а з р е ш а л он их к ак географ и как современный экспериментатор — комплексными мето­ дами, вклю чая археологию, историю культуры и другие о т ­ расли знаний. В одном из писем он пишет: «А без В ас тут что ж е нового? Самое интересное — это лекции В а л е р и я Брюсова о древнейшей культуре человечества... И с о д е р ж а ­ ние и форма на 5. Эгейская культура вся как ж и в а я. Ну, а потом была инфлуэнца и писался иммунитет». Редкое письмо было без приписки о том, что он вы слал или собирается еще выслать какую-нибудь книгу д л я чтения. Н и колай И ванович беззаветно лю бил книгу. Он успевал читать всегда, при л ю ­ бых обстоятельствах, днем и ночью. Мы все хорошо знали его портфель, туго набитый научной и художественной л и т е р а т у ­ рой. Чтобы не огорчать его, я не писала о том, что не успе­ ваю ничего читать, не всегда д а ж е у д ав ал о сь акку ратн о и толково отвечать на его письма, но он со свойственной ему История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ снисходительностью ограничивался только небольшими упре­ ками.

В августе я узнала, что Николай Иванович приглашается на кафедры агрономического факультета Воронежского и С а ­ ратовского университетов.

С. П. ЗЫБИНА.

кандидат биологических наук — Весной 1917 года, через Н. Е. Прокопенко, которая в то время специализировалась у физиологов Н. Ф. К р аш е­ нинникова и С. Ф. Нагибина, я получила от Николая Ива ковича предложение поработать у него летом на селек­ ционной станции Петровской сельскохозяйственной а к а д е ­ мии.

Был яркий, солнечный день, когда я, разыскав селекцион­ ную станцию в Петровском-Разумовском, наш ла Н иколая Ивановича в одной из лабораторий.

Он встретил меня приветливо и еще раз повторил свое предложение поработать у него по селекции и имму­ нитету.

— Я очень хотела бы этого, но я не совсем уверена, что вас может устроить моя квалификация. Кроме того, у меня есть большой «порок»...— пояснила я.

— Какой порок? — спросил он, улыбаясь.

— Я работаю в Московской контрольной палате и, следо­ вательно, ограничена во времени.

Николай Иванович рассмеялся, махнул рукой и уточ­ нил :

— Вы будете приезжать, когда сможете. Д л я вас все бу­ дет сделано и подготовлено и в оранжерее, и в поле. На вас возлагается лишь одна обязанность: экспериментировать и вести наблюдения.

В ответ на то, что я не агроном и совершенно незнакома с селекцией, вновь последовала улыбка и отстраняющий жест рукой.

— Наконец, вы могли бы спросить обо мне отзыв у про­ фессора Бухгольца, у которого я работаю по микологии в Ботаническом саду...

Новый взрыв веселости со стороны Николая Ивановича.

Вот молодой, талантливый ученый, который забавляется мо История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ей «наивностью»,— п о д у м а л а я. Через минуту мы условились, когда я д о л ж н а приехать в акяцемию, где найти В ави лова, и аудиенция закон чи лась.

Весна бы ла х о р о ш ая и д р у ж н а я. Д л я меня н а с т а л р яд пре­ красных дней, пронизанны х солнцем и заполненны х интерес­ ной и разн о о б р азн о й работой.

В первый ж е приезд в ак ад ем и ю и на селекционную с т а н ­ цию я бы ла п редставлен а Н и к о л аем И вановичем ее з а в е д у ю ­ щему, селекционеру Д. Л. Рудзинском у, цитологу А. Г. Н и к о ­ лаевой, генетику и селекционеру С. И. Ж е г а л о в у и многим д р у ­ гим. С физиологом Н. Е. П рокопенко я была у ж е з н а к о м а р а н ь ­ ше, по работе в л аб о р а т о р и и физиологии растений на Высших женских курсах и н ахо ди л ась с ней в д ру ж ески х отношениях.

Н и колай И ванович кр атко ознаком ил меня со всеми ис­ следованиям и, которые проводились на станции, вклю чая ци­ тологические и биохимические;

особенно подробно он о с т а ­ н ав л и в ал ся на изучении иммунитета растений к грибным болезням, причем оказалось, что этот год з а в е р ш а л его глу­ бокие эксперименты перед опубликованием основного труда по иммунитету.

В одной из л аб о р ат о р и й селекционной станции был о р г а ­ низован музей, где в образцовом порядке хранились семена различных сельскохозяйственных культур, в особенности пшениц, собранных во многих странах мира, а т а к ж е пре­ красно смонтированные экспонаты, даю щ и е представление о видовом и сортовом р азн о о б р ази и пшеницы, овса, льна, клевера, зерновых бобовых и пр. П ри этом В авилов реко­ мендовал мне познакомиться с музеем более детально, чтобы в дальнейш ем я могла вполне самостоятельно р азб и р атьс я в семенном материале.

К а к о казалось, у Н и к о л а я И вановича на это лето был н а ­ мечен грандиозный план вегетационных, оран ж ерей ны х и по­ левых опытов с большим числом культур, и весь этот план долж ен был осущ ествляться им самим и его «штатом», то есть мною и « П ал-П алы чем », деревенским загорелы м и м о л ч ал и ­ вым парнишкой.

П ервы е дни ушли на постановку оранж ерейны х опытов, при этом Н иколай Иванович подробно ознакомил меня со всеми методами и приемами этой работы.

З атем наше внимание сконцентрировалось на ф итоп атоло­ гическом участке, расположенном почти рядом с садоводст­ вом Эдельштейна.

В чердачном помещении небольшого домика, где ж и л ф и ­ топатолог М. С. Уткин, мы з а р а ж а л и различные зерновые История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ культуры головней пшеницу — твердой головней овес и п р о со — видами пыльной головни, ячмень — пузырчатой голов­ ней 5а 7 дней напряженного труда весь намеченный сорто­ — вой материал был подготовлен к посеву.

Каждый день общения с Николаем Ивановичем приносит что-то новое. Он читает мне настоящие лекции по полеводст •у и я обхожу с ним поля профессора В. Р, Вильямса, д е ­ тально разбираюсь и в оранжерейных опытах профессора Л Н Прянишникова Свободные дни и часы Вавилов посвящает экскурсиям по м и к о л о г и и фитопатологии. Оказывается, этот молодой агро­ ном и селекционер обладает обширными знаниями и реши у м ы л о руководит мною при изучении болезней различных сельскохозяйственных культур При зтом сначала и «прохо­ жу» болезни полевых культур, затем — заболевания сада, ого рола, леса, и за многими из них веду систематические наблю ления В период цветения зерновых произвожу цикл зараже иий колосьев пшеницы и ячменя соответствующими видами пыльной головни, а также знакомлюсь с сортовым ра знообра жем *тич культур.

Сидя где либо на поваленном дереве в парке, с живейшим интересом прослушиваю лекцию о наследовании устойчиво сги различных видов и сортов ро» к мучнистой росе и к ржав чин* В качестве демонстрационного материала используется роыриум парка, и то время еще достаточно полный Вместе с Н И Вавиловым отправляюсь на льняную се лекционную станцию Петровской академии, где он представ ли* * 1 меня заведующему станцией и сотрудникам, подробно опкомит е работами отделений, включая и льнотехииче гко«, мосле чего мы целый день ходим по посевам;

при #гом я начинаю распознавать виды и copra льна, присматриваюсь к Долг'.ним этой культуры и к реакции на них разных сортов Затем следует о т а к о м лени* с методикой их учета В д а л ь ­ нейшем в и работа по наблюдению за болезнями льна и за у ГО ЧИ 1 гью сортов поручается полностью мне.

Й В В период появления и начального развития различны* ей дон ржавчины зериовыч культур Николай Иванович учи t меня различать их макро и микроскопически, производить вараж(*иии в оранжерее и с н о в а — методике строжайшего уме та восприимчивости Сортом пшеницы, овса или ячменя к ржи»

чине Посдв 2 1/1 венной практики двукратно* проведение им аунолега ж с ких учетов ржавчины тоже передмФ ея в жоа Эуки «I История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ В качестве приятного отдыха мы «пасемся» на п о сад ках профессора Э дельш тейна, и я зн ако м л ю сь с генетическим расщ еплением по о кр аск е в потомстве первоцветов.

Т ак ш аг за ш агом я бы ла введена в курс всех раб о т не только селекционной, но и многих других станций, к а ф е д р и отделений П етровской академии.

Что касается исследований самого Н и к о л а я И вановича, то мне остав ало сь только дивиться тому р а з м а х у при постан ов­ ке вопросов, широте мыслей при продумывании теоретических предпосылок и р азн о о б р ази ю методов, которые им использо­ вались.

О д н а ж д ы по дороге на фитопатологический участок В а ­ вилов заговорил о своей гипотезе происхож дения пшениц и в связи с этим н ач ал приводить примеры и аргументы из гео­ логии и палеонтологии. Я изум и лась тако м у неож иданном у повороту его мыслей.

— Чем шире и глуб ж е берется вопрос, тем меньше оп ас­ ности н ад е л а т ь грубых ошибок,— ответил Н и к о л а й И в а ­ нович.

Ч а с о в в 10— 11 вечера нередко мы вместе в о зв р ащ ал и сь домой. Д орогой о б с у ж д ал и с ь достиж ения дня, п л а н и р о в а л а с ь работа на б л и ж а й ш ее время, иногда тут ж е производились подсчеты полученных данных, а иногда В авилов р а с с к а зы в а л мне кое-что о своих научных экспедициях.

Н еоднократно я с л ы х а л а от Н и к о л а я И вановича, что н а и ­ более высококачественные гибриды мож но получить при от­ даленны х скрещ и ван и ях (например, при м еж видовы х и д а ­ ж е — при м еж р о д о вы х ). О д н а ж д ы он полушутя, полусерьезно развил эту мысль до пределов «спекулятивной теории», д а ж е фантазии. При этом он в ы сказал ся в том смысле, что все талантливы е, особенно гениальные люди — писатели, х у д о ж ­ ники и т.д.— дол ж н ы иметь среди своих предков случаи таких «отдаленных скрещиваний».

В качестве примера Н и колай Иванович, конечно, привел Пушкина, Герцена и Л ь в а Толстого. Но д ал ьш е дело не по­ шло: не хватило «исходного материала».

...Лето 1917 года оставило во мне неизгладимое впечатле­ ние на всю жизнь.

Н а б л ю д а я за Н иколаем Ивановичем, я стала у зн а вать не­ которые черты его х а р ак т ер а.

При высокой разносторонней одаренности — неиссякаемый энтузиазм, которым з а р а ж а л и с ь окруж аю щ ие. И склю читель­ ная работоспособность, по-русски (раззудись плечо!), не ж а ­ лея сил и времени.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Огромная популярность, действительных размеров кото­ рой я тогда еще себе не представляла.

'Необычайная доброта, особенно к молодежи и детям.

Терпимость, с какой Вавилов относился к ошибкам д р у ­ гих.

Припоминая наше первое знакомство, я поняла, что он очень приглядывался к людям, прекрасно разби рался в них, а сотрудников, вернее — помощникоз, тщательно выбирал и растил с исключительным вниманием.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ САРАТОВСКИЙ П ЕРИО Д Как он запомнился современникам Э. Э. А Н И К И Н А, кандидат биологических наук — Когда профессор агрономического ф ак у л ь те та С а р а товского университета Н и колай И ванович В ави лов вп ервы е подал мне свою крепкую руку, он был у ж е человеком редкой* эрудиции, совершил несколько экспедиций по России и за ее пределы, з а в о е в а л уваж ен и е многих селекционеров и генети­ ков мира, почтение и лю бовь своих соотечественников.

— Ж ен евски й университет?— переспросил он м еня.— Б о ­ таники нам очень нужны.

Н и ко лай И ванович только что перевелся из Петровской академии, читал курс частного зем ледели я и селекции на агрофаке. Здесь у ж е о б р а з о в а л с я большой научно-педагоги­ ческий коллектив, п р од о л ж ав ш и й пополняться: В. Р. З а л е н ­ ский, Д. Э. Янишевский, В. П. Бушинский, Н. Н. Кураев^ Д. Г. Виленский, О. В. Я куш кина, А. В. Дорошенко... Но им ен­ но Н и колай Иванович объединил всех нас, о р ган и зовав в С а ­ ратове отделение Русского географического общ ества. В его состав вошли, кроме того, зоологи и географы университета, представители местной сельскохозяйственной станции, врачи* много студентов, учителей, интеллигенции. Вскоре они ш и р о ­ ко развернули работу. В то ж е лето на средства общ ества и отдела прикладной ботаники Министерства зем леделия бы ­ ла предпринята экспедиция на Н и ж н ю ю Волгу, д а в ш а я инте­ ресные результаты по солонцам.

Н а ш первый летний практикум прошел на территории селекционной станции. Ж и л и мы в солдатском бараке, п и та­ лись в лучшем случае вяленой воблой, машиноведение прохо­ дили на каких-то остатках от сельскохозяйственных машин.

Но практикум В авилова был построен на оригинальном м ат е ­ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ риале его экспедиций. Выделять новые серии культурных зла* ков и описывать их под руководством Н иколая Ивановича было такой увлекательной работой, перед которой решитель­ но отступали все житейские невзгоды.

Один из бараков мы приспособили под вегетационный до­ мик и вырастили в нем только что привезенные из экспедиции образцы пшениц;

среди них были безлигульные формы, впер­ вые выделенные Николаем Ивановичем, к которым он сейчас же начал искать гомологов среди ржи, овса, ячменя и др.

Нужной температуры в нашем домике осенью поддержать было невозможно, вырастить растения до фазы зрелости не удалось. Поздней осенью, когда начались морозы, растения, едва достигшие молочной зрелости, пришлось гербаризиро­ вать. Выехать на учебно-опытный участок Вавилов поручил мне.

Студенческая столовая уже не работала, сушить было не­ где, а растения сохнут плохо. Пришлось привезти в город не­ доделанный гербарий. Некоторые экземпляры оказались з а ­ плесневевшими. Николай Иванович склонился над гербарием, перелистал его, потом поднял голову, посмотрел куда-то ми­ мо меня, сказал: «Высушить надо»,— и направил на учебно­ опытный участок уже не меня, а Олю Подъяпольскую, нашу временную лаборантку, очень настойчивую, аккуратную и смелую девушку.

Она подружилась с семьями научных работников, остав­ шихся на зиму на участке, смело мобилизовала с согласия хозяев их кухонные плиты и печи и возвратилась через неде­ лю с отлично высушенным вторым гербарием. А я плакала от сознания своего неумения и неоперативности. Д олго помнился мне потом этот взгляд Николая Ивановича, вдруг ставший суровым и тяжелым. Вот так он учил нас стучаться во все двери, использовать помощь окружающих, но порученную р а ­ боту доводить до конца.

Зима прошла замечательно. Лекции иллюстрировались совершенно новым материалом. На нем Николай Иванович в процессе чтения курса постепенно создавал базу для закона гомологических рядов в наследственной изменчивости, четко обосновал этот закон параллельно описанию новых форм, выделяемых на только что собранном и изученном мировом ассортименте культурных злаков, с которыми аудитория по­ степенно познакомилась.

Студентов на старших курсах было мало, но аудитория непрерывно пополнялась научными работниками смежных кафедр, местными агрономами, сотрудниками селекционной История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ станции, университета, членами географического общ ества, многие из которых скоро стали постоянными слуш ателям и.

Л екции шли «не по-людски». Р е д к а я из них проходила по стереотипному учебному плану, почти ни одна не о гр а н и ч и в а­ л ась законны м и 45 минутами, а п р о д о л ж а л а с ь от полутора до трех часов. Все были увлечены. К азалось, что к а ж д ы й сл у ш ател ь становился участником экспедиции по Средней Азии, К а в к а з у, Крыму, Персии и Афганистану, посещ ал экспериментальную базу Бетсона под Лондоном с его уни­ кальной коллекцией злаков, собранных со всего земного ш а ­ ра.

М асса ф отографий зн а к о м и л а с х ар ак тер н ы м и э л е м е н т а ­ ми л а н д ш а ф т а стран, селениями и городами, с бытом ж и т е ­ лей, их нравам и, этническими типами, орудиями п рои зводст­ ва, ж ивотными и растениями, м узы кальны м и инструментами и т. д. Д л я многочисленных обр азц о в использовались биноку­ лярны е и ручные лупы, позволяю щ ие более детал ьн о р ассм о т­ реть их. Время от времени Н и к о л ай Иванович дел ает 2— 3 ми­ нуты передышки, «перекур» дл я слуш ателей и время вопро­ сов. Или так: идет лекц ия о мягких пшеницах азиатского т и ­ па «ригидум». Р я д вопросов, зад ан н ы х слуш ателям и, отводит от пшениц к ячменям или к типам ржи. Н иколай Иванович сн ач ал а объясняет, затем перекиды вается двум я словам и со своими многочисленными ассистентами и совершенно н е з а в и ­ симо от реглам ента о б ъ я в л я е т перерыв. И вот мы летим с чет­ вертого э т а ж а на одном конце здан и я вниз, на второй э т а ж другого конца здания, где стены л аборатории кафедры сплошь зан яты с т е л л а ж а м и с коллекциям и натуральны х объектов, таблиц ам и, фотографиями, рисунками, картам и и книгами — р езультатам и одного неполного года работы Вавилова. Не проходит и десяти минут, как в аудитории уж е д р у гая экспозиция: набор видов ячменя, его разновидности, типы, секции. Т а к а я быстрота была бы невозможной, если бы ш тат кафедры, как это полагалось, сводился к двум-трем сотрудникам. Но Н иколай Иванович получил от Р. Э. Р егеля из отдела прикладной ботаники Министерства земледелия не­ сколько штатных должностей для обеспечения посева и а н а ­ лиза своей коллекции, растущей гигантскими темпами. Эти места и заняли мы, его ученики. В передвижках, таким о б р а ­ зом, могло участвовать одновременно 5 — 7 человек, и они осу­ щ ествлялись бесшумно, быстро и, конечно, очень охотно.

А как каж ды й из нас гордился коллекциями, фотографиями, библиотекой на нескольких европейских язы ках и самим Н и ­ колаем Ивановичем!

Н а следующий год, когда поступил новый м атериал и был 46 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ несколько обработан прошлогодний, занятия возобновились.

Директор наших курсов, ставших в следующем году агроно­ мическим факультетом университета, д а ж е перенес лекции Н иколая Ивановича на более поздние часы «для удобства публики».

Так в Саратове силой, волей и гением одного человека по­ явился новый научно-исследовательский центр, к которому тянулось все живое и деятельное.

Тогда закон гомологических рядоз наследственной измен­ чивости приобрел уже стройную форму, и старшие товарищи Вавилова — Д. Н. Прянишников, В. И. Талнев и д р.— настоя­ ли на его опубликовании, используя типографию Петровской академии. Но у нее не было бумаги, не хватало наборщиков.

Николай Иванович выехал в Л\оскву, достал все необходи­ мое, в том числе плохую газетную бумагу', сам набирал, про­ бовал переплетать. В его лексиконе навсегда закрепилось вы­ ражение «товарищи переплетчики», которому он придавал каждый раз новый смысл: «Кончаем работу, товарищи пере­ плетчики». Или: «Ну и товарищи переплетчики, каждого обойдут». Или еще: «Товарищи переплетчики переплетут — недорого возьмут».

На следующий год после осады Саратова войсками белых наша опорная база, чтобы не стеснять работу областной се­ лекционной станции, часть площади которой мы использова­ ли, перешла на хутор Опоково, на берегу Волги. В это лето окрестности города были наводнены бандой «зеленых», про­ мышлявших чем бог послал. Поэтому официальным лицам получать нашу заработную плату и привозить ее из Саратова на хутор было опасно. Частенько ее доставка падала на мою долю. Я брала с собой маленькую Верочку — дочку юриста Чумаевского, и мы на простой телеге, покрытой по сену де­ рюгой, совершали путешествие к Опокову с деньгами. О д н а ж ­ ды мы попались. Р о ж ь в тот год была высокой, скрывала человека. Трусит потихоньку наша ры ж ая, и вдруг с обеих сторон сначала блеснули в воздухе штыки, затем раздвину­ лась стена ржи, и быстрыми шагами к нам подошли четверо в серых шинелях. Пачки кредиток были закутаны в старый жакет, на котором я сидела. Солдаты меня обыскали и потре­ бовали сойти с телеги, но я отказалась, чтобы не испугать девочку. К счастью, сзади подъехала семья, возвращавшаяся с базара, и отвлекла их внимание. Потихоньку подергав вож ­ жи, я тронула лошадь, а затем во весь дух пустила ее под горку Пока солдаты очищали крестьянскую телегу от остат­ ков съестного, мы с девочкой уже были на хуторе. Тем же История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ вечером Н и к о л ай И ванович узнал о г р а б е ж е на тракте, попе­ нял мне за то, что я не о т д а л а денег, п одвергая нас обеих опасности, и просил таких дел впредь не повторять. Д евочке этот эпизод зап ом н и лся надолго. Н и колай И ванови ч тож е сделал из него выводы.

В июне 1920 года в С ар ат о в е состоялся съ езд с е ­ лекционеров. Он не мог быть всесоюзным, т а к к а к страна в целом еще вела борьбу с интервентами и внутренними в р а ­ гами, но обм еняться мнениями с москвичами и в о л ж а н а м и было необходимо. Н а съезде, кроме великолепного д о к л а д а Н и к о л а я И вановича, мне запом нились выступления А. Н и к о ­ лаевой, С. И. Ж е г а л о в а, Д. Н. П рян и ш н и кова, Н. М. Тулай кова, В. В. Т а л а н о в а, йаш их юных селекционеров — Л е н ы Б а ­ рулиной и Нины Мейстер, М. Г. Попова, Г. М. Поповой, Г. К. Мейстер, В. Р. З ал ен ск о го и др. С ъезд прошел блестяще, и все р асстали сь друзьям и.

С о т ъ е зж а ю щ и м и т о в а р и щ а м и Н и колай И ванович н а п р а ­ вил меня в двухлетню ю экспедицию на Алтай. П очтовая и ж е л е з н о д о р о ж н а я связь р а б о т а л а медленно и плохо, все еще хозяйничали группы белых. Выбор В ави лова пал на меня, очевидно, не только потому, что я сам а была с А лтая, но и под впечатлением моей недавней встречи с «зеле­ ными».

По окончании алтайской экспедиции Н и колай И ванович послал меня в освобожденную Д ау р и ю, где я обосновалась в Дальневосточном педагогическом институте (впоследст­ в и и — Государственный Д альневосточный у н и в е р с и т е т ) — в Чите.

Там я получила от него такое письмо:

« Д ор огая Эмилия Эдуардовна!

В ы полняя 1 ООО ООО обязанностей, стал я очень н е а к к у р а т ­ ным. П рош у извинить. К а к случилось, что почта до сих пор не доставила нам Ваш их алтайских образцов? Требуйте, и щ и ­ те. Д а й т е нам места отправления посылок, даты. Будем н а ­ ж и м а т ь из Л ен и н гр ад а. Особо интересны мелкозерные просо вые из А рты баш а, сохранившиеся здесь, по Вашим словам, с 1903 года, интересны и чарыш ские шестирядные ячмени.

Ваш и сокурсники проводят большую работу, которой мы придаем всесоюзное значение, по существу — мировое. Был очень неаккуратен до сих пор с посылкой семян, потому что просто р а з р ы в а л с я на части и много сидел в Москве. Теперь дело лучше. Ваш у просьбу передаю в отдел интродукции, ко­ торый специально ведает у нас рассылкой материалов. С д е­ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ лаем предписание, чтобы высылать Вам все, что Вас интере­ сует. Очерк учения о трансплантации посылаю. Относительно анатомических исследований овса оттиска не осталось, да он особенно Вам и не нужен: все существенное есть в «иммуни­ тете». В наблюдениях за ржавчиной мы Вам очень подсо­ бим, потому что я более чем кто-либо заним ался этим. Труды можно выслать Вам с 1914 года до 1918 за плату. Все, что вышло с 1921 года, высылаем Вам бесплатно. Ваши новые пшеницы и овсы шлите. Нужны и всякие бобы. Непременно и обязательно Вам собрать образцы местных сортов. Может быть, у Вас окажется протекция в Китай? Д обы вайте о б р а з ­ цы пшеницы, ячменя, ржи, овса, в особенности льна, гороха, чечевицы, конопли, риса, просовых, будем Вам вовек б л а го ­ дарны. В особенности — из центра Китая. Бы вает так, что в Ваших краях народ китайский. Самое г л а в н о е — надо со­ брать возможно больше образцов. Можно и не больше Vs ф ун ­ та, но числом побольше. Посылаю одновременно официальное удостоверение. Ш околад получил и разделил его между н а ­ шими саратовцами. Спасибо. Посылаю Вам две мои послед­ ние работы.

Ваш Н. Вавилов».

Это одно из характерных писем Н иколая Ивановича.

Я хотела сократить его текст, но не посмела выкинуть ни одного слова. Здесь и четкость поручений, и сам ая действен­ ная, незаменимая помощь, и два слова о своей работе, д е л а ю ­ щие адресата ее участником, чутко воспринимающим все, что творится в учреждении, возглавляемом Вавиловым.

В 1925 году он вытребовал меня, как и многих других по­ стоянных корреспондентов В И Р а, в Ленинград на всесоюзные курсы по селекции и семеноводству, где, как он предваритель­ но сообщил, «читают до двух десятков лиц, в числе которых есть многие Ваши знакомые. З а д а ч а курсов — познакомить со всем новым, что сделано на белом свете по селекции и семе­ новодству».

В 1928 году, по завершении цикла географических посевов в 115 пунктах Союза, Николай Иванович не забыл написать мне в Дальневосточное Приморье большое письмо, где вы ра­ ж ал от имени Института прикладной ботаники и новых куль­ тур и от отдела прикладной ботаники Государственного ин­ ститута опытной агрономии «большую благодарность за про­ ведение опытов». Он обещал в ближайшее время прислать предварительную общую сводку по географическим посевам, готовящуюся к публикации в Известиях ВИОА, писал о пла История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ нах п родол ж ен и я посевов после небольшого переры ва д л я их обработки и просил принять участие в продолж ении работы, упоминая, что географические посевы выявили о б щ е ге о гр а ф и ­ ческие зо н альн ы е закономерности изменчивости химического состава, биологических особенностей, экологии и некоторых морфологических п ризнаков у набора растений, входящ их р опыт.

Когда до меня д о ш л а весть о том, что на Всемирной а г р о ­ номической конференции в Р и м е В авилову присуж дена п р е­ мия и Б о л ь ш а я зо л о тая м ед ал ь за географические посевы, я почувствовала себя так, как будто эту н а г р а д у присудили и мне.

В 1929 году в м о ю 'к в а р т и р у в Алма-Ате буквально с в а ­ лился с Н ебесных Гор (Т ян ь-Ш ан ь) Н и колай Иванович со своими трем я проводниками и четырьмя горными л о ш ад к а м и.

Он проехал из Таш кента в Туркестан, пересек А л а т а у и сп у ­ стился в А лма-А ту с юга. К а к я у з н а л а от проводников, он поразил их своим поведением: большую часть дороги шел пешком, з а б е г а л на к а ж д ы й попутный откос, о см атр и в ал к аж д о е ущелье, к а ж д у ю скалу, везде находил что со б р ать в свою гербарную сетку и в мешочки д л я зерна, писал, у к л а ­ ды вал, р асп р ав л я л, сушил. Очень уди влял о туркменов, к ак он м ало спал, м ало ел, м ало пил, а ходил, писал много, хо­ рошо платил и быстро, всего за полторы-две недели совмест­ ной работы научился понимать их язык.

Н и колай И ванович прож ил в Алма-Ате до приезда М. Г. Попова, с которым до л ж ен был н аправиться в К аш гар.

Из моей квартиры он не уехал, хотя вся обстановка была ещ е в дороге из В ладивостока и у нас едва-едва насчи ты валось четыре стула и два стола. Если кто-нибудь приходил, мы пе­ р есаж и вал и сь на ф утляры с микроскопами — у нас их бы ло три. Э лектриф ицировать квартиру удалось тож е к самому* прибытию Н и колая Ивановича.

Здесь он принимал и двух англичан-селекционеров, под­ ж и давш и х его приезда. Зд есь мы организовали его чествова­ ние как члена президиума В Ц И К а, президента В А С Х Н И Л а, директора В И Р а, нашего учителя и друга. Н а банкете при­ сутствовали члены окруж ного и городского исполкома А лма Аты, сотрудники селекционной станции, члены Ученого совета только что народившегося первого в Семиречье вуза — п е д а ­ гогического института, персонал сельскохозяйственного тех­ никума.

В том ж е году я уж е могла порадовать Н и к о л ая И в а н о в и ­ ча предварительной обработкой м атериалов своей Д ж е т ы История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ суйской экспедиции 1928 года, с которыми выступала в Л е ­ нинграде на Всесоюзном съезде селекционеров и генетиков, оставив В И Р у коллекцию пшениц, которая жива там до сих пор.

А Г. ХИНЧУК.

кандидат биологических наук Осенью 1917 года Николай Иванович впервые приехал — в Саратов, чтобы вести курс частного земледелия, селекции и генетики на Саратовских высших сельскохозяйственных курсах, переименованных в 1920 году в агрономический ф а ­ культет университета. Я была тогда на четвертом курсе.

Студенты, которым предстояло слушать нового профессо­ ра, знали о нем лишь то, что он ученик Д. Н. Прянишникова, приглашен на курсы по рекомендации Ученого совета «Пет­ ровки» и что ему всего 28— 29 лет. Эта исключительная для профессора молодость и сухость, как казалось, нового для нас предмета настраивали на несколько скептический лад.

И вот первая лекция. На стене — большая карта мира, на кафедре — гора книг. Говорил Николай Иванович, кажется, о народнохозяйственном значении и истории сельскохозяйст­ венных культур, о роли селекции и генетики. Все это было в «кто так широко, в масштабе всего мира, что лекция б у к ­ вально захватила нас.

Насыщенность мыслью, огромная эрудиция и энтузиазм Данилова все1да собирали полную аудиторию. А полная аудитория на старших курсах была редким явлением при «свободном» посещении лекций и сдаче экзаменов.

1 течение учебного года мне не приходилось встречаться с Николаем Ивановичем вне лекций. Ближе я узнала его 1етом, когда он руководил нашей практикой на учетной ферме.

Уже тогда у Николая Ивановича были большие посевы собранных им коллекций и гибридов его скрещиваний. Посе­ вы находились и на полях фермы, и на участках, предостав ленных Николаю Ивановичу опытной станцией. Наблюдения »а растениями вел в основном он сам По пшеницам ему тог­ да помогала А. Ю. Туликова. На части своего материала Н и ­ колай Иванович и учил студентов. Каждого и» нас он часто и тщательно проверял, показывая, как надо работать.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Мне тогда были поручены гибриды м еж видового ск р ещ и ­ вания пшениц двузернян ки с мягкой. С крещ и ван и е д а л о ч р ез­ вычайно пестрое потомство со всяческими «монстрами», начи ­ ная уж е от всходов, и Н и колай И ванович часто и подолгу бы ­ вал со мной на участке. Помню, нужно было провести о п и са­ ние опушения всходов. К молодым растеньицам было неудоб­ но н акл он яться со скамейки, и Н и колай Иванович вместе со мной буквально о б п о л зал все делянки, определяя на глаз и на ощупь х а р а к т е р и степень опушенности гибридов.

Времени и внимания он уд ел ял нам чрезвычайно много:

«свидания» на д е л я н к а х н а зн а ч а л и с ь к а ж д о м у из п р а к т и к а н ­ тов чуть ли не еж енедельно (а было нас, если не ошибаюсь, человек 30). Во время этих встреч он р а с с к а з ы в а л об очень разном, т ак или иначе относящ емся к делу. Это р асш и р ял о наш кругозор, осм ы сливало работу, углубляло интерес к ней.

Т а к ж е руководил студентами Н и колай И ванович и в сл е­ дующем, 1919 году. И недаром ни у кого из профессоров, кро­ ме, разве, В. П. Бушинского, не было столько дипломантов, сколько их было тогда у Н и к о л а я И вановича.

Многие из саратовских учеников В ави лова впоследствии работали в Л енинграде, в научно-исследовательском институ­ те, последовательно п рео б р азо вы в авш ем ся из Бю ро по при­ кладной ботанике в Отдел прикладной ботаники и селекции ГИОА, во Всесоюзный институт прикладной ботаники и но­ вых культур и во Всесоюзный институт растениеводства.

Из сотрудников института учились и р аб о т ал и у Н и к о л а я И вановича в С аратове Е. И. Б а р у л и н а — п ервая ди п лом ан тка и впоследствии б л и ж а й ш а я помощница и верный друг Н и к о ­ л а я И вановича, Е. С. Кузнецова, А. И. М ордвинкина, А. П. П о ­ пова, К. В. И ван ова, Э. Э. Аникина, К. Г. П розорова, A. Г. Хинчук, Н. Е. Ш арина, Г. М. Попова, А. А. Орлов, B. Ф. Антропова (Г орю хи н а), Г. Н. Попова-Тупикова. Зд есь же вели работу сотрудники Бю ро по прикладной ботанике:

Е. Н. Синская, тогда у ж е слож ивш ийся научный работник, Е. А. Столетова, А. Ю. Туликова, Е. В. Э л л ад и и К. М. Чин го-Чингас, ведавший мукомольной лабораторией. Многих из тех, кого я перечислила, уж е нет в живых.

Ко всем Н и колай Иванович относился всегда д р у ж ествен ­ но и просто, ему отвечали глубоким уважением, порой гр ан и ­ чившим с благоговением.

Он был очень отзывчив к чужой нуж де и многим помогал:

предоставлял работу, хлопотал о пайках в голодные годы, помогал всем, чем мог, и в мелочах.

52 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Осенью 1918 года я тяж ел о заболела брюшным тифом.

Тогда при тифе разреш али только молоко, а его нельзя было достать. В течение нескольких дней я сидела на воде. Как только Николай Иванович узнал об этом, он выхлопотал, чтобы с учебной фермы для меня отпускали молоко, и этим,, вероятно, спас мне жизнь.

И другой, казалось бы, мелкий факт. Зимой 1921 года мне пришлось возвратиться из Москвы в Саратов, чтобы срочно закончить динломную работу. По вечерам в квартирах горе­ ли только «коптилки», но кабинет Н иколая Ивановича и его лаборатория перед кабинетом освещались электричеством (не помню, лично ли Николаю Ивановичу или агрофаку ис­ полком горсовета тогда разрешил пользоваться электроэнер­ гией). Николай Иванович сразу ж е предложил мне з а н и ­ маться по вечерам в его лаборатории, и работа была выпол­ нена в срок.

Не приходится и говорить о том, что личная библиотека Николая Ивановича была всегда к услугам всех, нуж давш и х­ ся в той или иной книге. Очень часто он и сам приносил и вручал то одному, то другому из нас книгу, которую он счи­ тал интересной. Библиотека удивляла нас не только количе­ ством, но и подбором книг. В ней были представлены, кроме специальной агрономической литературы, и нескольких энци­ клопедий, книги по географии, физике, химии, философии, истории искусств, медицине и все, кажется, классики мировой литературы. Помню, как пораж али меня каж ды й раз беседы Николая Ивановича, при которых я иногда присутствовала, и в частности с П. П. Подъяпольским — широко образованным врачом и биологом, часто навещавшим Н иколая Ивановича на работе. Каких только вопросов они не касались!

В саратовские годы, как и всю свою жизнь, Николай И в а ­ нович работал чрезвычайно много. Летом он выходил в поле буквально с зарей, встречи со студентами на делянках начи­ нались в половине пятого утра (с теми, конечно, кто изъявлял желание на столь ранние «свидания»);

потом он работал весь день, и свет в его окне был еще виден в час и два ночи. То же было и в городе. Знаю, что зимой 1921 года, когда насту­ пал «комендантский час», для Н иколая Ивановича доставали специальный пропуск для ночного хождения по городу.

Николай Иванович не прерывал работы и во время болез­ ни. Летом 1919 года, живя на Гуселках, он заболел малярией.

Не успевал еще закончиться приступ болезни, как он уже приглашал к себе то одного, то другого из студентов, р ас­ спрашивал о работе, давал указания. Приходившие всегда 535.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ з а с т а в а л и Н и к о л а я И ван ови ча за книгой или рукописью и с удивлением р а с с к азы в ал и, что он всегда приним ал их одетым в «полную форму».


З а годы п ребы вания в С а р ат о в е Н и ко лай И ванович сд е ­ л а л очень много. «И ммунитет растений к инфекционным з а ­ болевани ям », «Зако н гомологических рядов в наследственной изменчивости», «П олевы е культуры Ю го-Востока» явились итогом его исследований в основном в саратовский пе­ риод.

А. И. М О Р Д В И Н К И Н А, кандидат биологических наук — Одна сотрудница, окончивш ая «Петровку», с к а з а л а мне: «К вам в С а р а т о в на к аф ед р у частного зем л едел и я едет из М осквы молодой, очень талан тл и в ы й профессор Н и ко лай Иванович Вавилов».

П ризнаться, я п о ж а л е л а в душе, чго у меня курс частного зем леделия был у ж е пройден. И когда мы с подругами шли к нему знакомиться, я не ясно п р е д с т а в л я л а себе, о чем гово­ рить, и волновалась. Но вот мы подошли к кабинету, дверь широко распахнулась. «Вы ко мне? Заходите, я сейчас, вот только отдам письмо»,— приветливо с к а з а л Н и к о л ай И в а н о ­ вич, и эта приветливость как-то ср азу нас успокоила. К а з а ­ лось, что мы у ж е д ав н о знакомы, и р азго в ар и в а т ь было прос­ то и свободно.

Он р ас с к а за л, что осенью у ж е произвел посевы озимых пшениц и рж и на Саратовской селекционной станции, что привез из Москвы много гибридов по зерновым культурам и что студенты могут включиться в их обработку с полной ответственностью за дело. Я тут ж е вы рази ла ж ел ан и е р а б о ­ тать, и на другой день Н иколай Иванович объяснил мне, как проводить гибридологический анализ ячменей.

Все свободное от педагогической работы время Николай Иванович был в лаборатории, к нему приходили профессора университета, специалисты опытных учреждений, студенче­ ская молодежь, и всем он быстро находил интересный и н у ж ­ ный раздел работы. Л а б о р а т о р и я была открыта с раннего утра до позднего вечера.

Он очень интересовался обработкой гибридного м а т е р и а ­ л а, ежедневно спраш ивал, что получается, как проявляют История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ себя те или иные признаки, каковы числовые отношения.

Анализом гибридов была зан ята уже целая группа сту­ дентов.

Если возникали какие-нибудь вопросы, он сейчас же сам включался в разработку, привлекал всех присутствующих. Мы часто слушали его интересные беседы. Только один раз он сказал: «В эти часы меня не отрывайте, я никого не прини­ маю»,— это когда он заним ался латинским языком и к нему приходила Мария Ефимовна Сергеенко — доктор филологиче­ ских наук. Мне часто приходилось слышать, как она п о р а ж а ­ лась способностям Н иколая Ивановича. По его инициативе она позднее перевела ряд трудов античных авторов по вопро­ сам ботаники и сельского хозяйства.

Масштаб исследовательской работы непрерывно в о зр а­ стал: если весной 1918 года посевы гибридов и коллекций про­ водились на учебной ферме, то в 1919 году уже было органи­ зовано Саратовское отделение прикладной ботаники, и Н ико­ лаи Иванович выхлопотал самостоятельный земельный участок в восьми километрах от города вверх по Волге.

Работая над своим капитальным трудом «Закон гомологи­ ческих рядов в наследственной изменчивости», он усиленно собирал необходимые материалы, привлекал сотрудников, разрабатывал схему изменчивости наследственно варьирую ­ щих признаков, интересуясь вопросами филогении, системати­ ки и происхождения культурных растений, вел исследования с применением различных методов 'биологии. Это осознава­ лось нами в процессе работы. Например, мне он поручил оценку -коллекции овсов по поражаемости болезнями и дал з а ­ дание провести искусственное зараж ение ряда сортов пыльной головней, лично показав, как это делается.

В другой раз я получила задание по анатомии. Николай Иванович сказал мне: «Хлорал-гидрат у нас есть, вы бы сде­ лали срезы листьев разных видов овса и посмотрели в мой ми­ кроскоп величину и количество устьиц». Конечно, все это охот­ но выполнялось.

С открытием Саратовского отделения прикладной ботани­ ки штат сотрудников увеличился: несколько человек приехали из Петрограда, в том числе Е. В. Эллади, художница М. П. Л о ­ банова, Василий Каллистратович Омельченко и др., по о р г а ­ низации хлебопекаренной и мукомольной лаборатории начали работать К. М. Чинго-Чингас и Ф. Н. Прокофьев.

Бывали у Вавилова и гости. Помню приезд академика Д. Н. Прянишникова — корифея русской агрономической мыс­ ли, известного миколога В. А. Траншеля, профессора, теперь История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ а к а д е м и к а В. Е. П и са р ев а, «которого Н и к о л ай И ванович п ри ­ гласил в П е т р о г р а д з а в е д о в а т ь отделом селекции.

Н е з а б ы в а е м ы м и остались дни, когда мы соби рали сь у Н и ­ колая И в ан о в и ч а отметить день его рож ден и я или по другому поводу за им провизированны м чаепитием с дом аш ним и к о р ж и к а м и и арбузны м медом и з атев ал и лю бим ы е игры — ш арады. Н и к о л ай И ванович о т д а в а л с я им с душой и п о р а ­ ж а л нас своей находчивостью, изобретательностью и остро­ умием.

Н а третий год пребы вания в С ар ато в е В ави ло в затрати л много энергии и сил на орган и зац и ю III Всероссийского с ъ е з ­ д а по селекции и семеноводству, созы вавш егося С ар ато в ски м областны м комитетом по опытному делу. Н есм отря на то, что ж и зн ь в стран е еще не вош ла в свое норм альное русло, и зв е­ щение о съезде наш ло горячий отклик.

В л аб о р ато р и и шла усиленная подготовка к д о к л а д у Н и ­ колая И вановича, о ф о рм лял и таблицы, готовили вы ­ ставку.

Среди приехавш их на съезд были С. И. Ж е г а л о в, К. И. Пан гало, Л. И. Говоров, С. К. Ч аянов, Б. А. Келлер, А. Г. Н и к о л а е ­ ва, А. Г. Л о р х и многие другие.

О ткры лся съезд в самой большой аудитории университета.

Ни один д о к л а д впоследствии не производил на меня т а ­ кого сильного впечатления, как выступление Н и к о л ая И в а ­ новича.

Он говорил вдохновенно, все сл уш али его с затаенны м д ы ­ ханием, чувствовалось, что перед нам и откры вается что-то очень большое, новое в науке.

Когда р а зд а л и с ь бурные, долго не см олкаю щ ие ап лод и с­ менты, профессор Вячеслав Р а ф а и л о в и ч Зал ен ски й ск а за л :

«Это биологи приветствуют своего М енделеева».

У меня в п ам яти особенно запечатлелись слова Н и к о л а я М аксимовича Т ул ай кова: «Что можно добавить к этому д о к л а ­ ду? Могу ск азать одно: не погибнет Россия, если у нее есть такие сыны, как Н иколай Иванович».

После съезда Вавилов очень много р аб о тал, собирал м ат е­ риалы по полевым культурам Юго-Востока, которые з а в е р ш и ­ лись замечательной монографией, посвященной суровому, знойному краю. Много внимания он уделял т а к ж е бахчевым культурам и в конце л ета ездил с группой сотрудников для обследования бахчеводства в Н и ж н е е Поволжье.

Н а отделении в Опокове з ак а н ч и в а л а сь уборка посевов, шли анализы материалов. Н иколай Иванович ф орсировал об­ работку и обобщение данных, все время изыскивал средства История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве 56 http://history.museums.spbu.ru/ на работу, расширял помещение в институте, многим из нас* дал технических помощников.

Осенью из Петрограда пришло известие о кончине Роберта Эдуардовича Регеля.

Это было время, когда Великая О ктябрьская революция открыла широкую дорогу русской науке, ж изнь требовала л ю ­ дей энергичных, с большой эрудицией. Глубокие оригинальные исследования Вавилова культурных растений, знакомство со многими научно-исследовательскими институтами и лучшими биологическими лабораториями Западной Европы, экспедиции в Иран и на Памир были широко известны в научных кругах.

И Ученый комитет предложил ему занять место Регеля в Бюро по прикладной ботанике и селекции.

Николай Иванович хотел довести до конца учебный год в Саратовском университете. Он ездил в Петроград, получил в Детском Селе земельный участок, помещение для л а б о р а т о ­ рии и квартиры для сотрудников в бывших офицерских к а ­ зармах.

Мы с нетерпением ожидали его возвращения и очень вол­ новались, всех ли он возьмет.

Когда Николай Иванович спросил меня, как я решаю, я растерянно с к а з а л а : «Как мне быть? Я недоучка, ведь у ме­ ня не сдано еще несколько экзаменов». Тогда он расписался в моей зачетной книжке по своим предметам и улыбнулся:

«Ну вот, теперь на два меньше будет. Вы уж, пожалуйста, сдавайте экзамены поскорее». Мою дипломную работу он одо­ брил еще раньше и, читая ее, ск азал : «К экзаменам я отношусь легко, оставляя их на совести студента, ну а к дипломной р а ­ боте очень строг».

В начале 1921 года в Детокое Село выехала первая партия сотрудников. У всех очень бодрое настроение. Ехали в теплуш ­ ках. От Николая Ивановича не ускользали никакие мелочи, просто п ораж ала его предусмотрительность в создании воз­ можных удобств этого путешествия.

Вполне понятно, с какой грустью расставался Саратовский университет с Вавиловым, но никто не пытался его з а д е р ж и ­ вать. На прощальном банкете очень хорошо выразил общие мысли В. Р. Заленский, закончив свою речь словами: «Боль­ шому к о р а б л ю — большое и плавание».

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Г. М. ПОПОВ А, профессор — П рош ло с небольшим два месяца, как закончилось к р уп н о е событие в ж и зн и С а р а т о в а — III Всероссийский съезд по селекции и семеноводству, а Н и колай И ванович Вавилов уж е орган и зу ет экспедицию в Н и ж н ее П о во л ж ь е по изучению полевых культур Ю го-Востока. В 20-х числах августа 1920 го­ да мы о ж и д а л и на пристани пароход, который дол ж ен довезти нас до Астрахани.


Волга была тихая, и гладь ее блестела как зеркало. П а р о ­ ход з а п а зд ы в а л. Все участники путешествия окруж и ли Н и ­ колая И вановича и слуш али с глубоким интересом его у в л е­ кательные рассказы о поездках по сбору культурных растений в И р ан и на П амир.

Солнце уж е закатилось, с т а л о прохладно, и вдруг вдали на реке п о к а з а л и с ь огни, большой пассаж и рски й п ар о х о д п р и ч а ­ лил к пристани. Н ас, против о ж и д ан и я, всех разм естили в каюты. И это было странно, т а к как еще недавно на Волге шли бои.

Состав экспедиции был следую щ ий: руководитель — п р о ­ фессор Н. И. Вавилов, участники — профессор ботаники Д. Э. Янишевский, профессор физиологии растений В. Р. З а ­ ленский, п реп одаватель плодоводства В. К. Л евош ин, н ауч­ ный сотрудник, специалист по бахчевым С. А. К а р т аш о в а, студентки-практикантки каф едры — Е. И. Б а р у л и н а и я и а г ­ роном Губземотдела В. С. Осипов — помощник по организации экспедиции.

П ароход шел быстро. В пути уточнялись м арш руты, и Н и ­ колаи И ванович расп редел ял обязанности.

В А страхани нас встретил энтомолог Н. Ф. С ахаров. Ч л е ­ нов экспедиции разместили в краеведческом музее, который и стал нашей базой при обследовании земледелия дельты Волги. Д л я изучения и сбора м а т ер и а л а мы в ы е зж а л и по ру ­ кавам Волги на катерах.

Н иколай Иванович п р еж д е всего осмотрел огромные б а з а ­ ры, где продавались виноград, яблоки, груши, арбузы, дыни и т. д. Он хотел узнать местный сортовой состав культурных растений, спраш ивал названия сортов и интересовался их к а ­ чествами.

Очень интересна была поездка к зарослям лотоса, куда мы пробирались на лодках. По пути собирали водяной орех, ко­ торый в то время с л у ж и л значительным подспорьем в питании История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ населения дельты: плоды водяного ореха очищали от кожуры.

сушили и разм алы вали в муку.

Николай Иванович с увлечением искал различные ф орм ы водяного ореха, и лодка его быстро наполнялась.

Вдруг перед нами открылось чудесное зрелище: среди ка­ мышей на высоких ножках стояли прекрасные крупные розо вые цветки лотоса. В с е ьлодки направились-к ним. Б о тан и к а срезали лотос для гербария, Николай Иванович и мы, его помощники, собирали коробочки, цветки и целые расте­ ния.

На другой день отправились на Красноярское опытное по­ ле, которым заведовал брат энтомолога Н. Ф. Сахарова. Здесь.

Николай Иванович знакомился с особенностями обвалованно­ го земледелия, с агротехническим опытом в этих своеобразных условиях по бахчевым культурам, пшенице, просу, по способу и срокам их посева, нормам высева и т. д.

С большим вниманием и интересом сотрудники опытного поля выслушали советы Вавилова по дальнейшему совершен­ ствованию агротехники.

Потом посетили и другие хозяйства, расположенные в дель­ те Волги, где Николай Иванович нашел интересный сорт про­ с а — с белыми, легко обрушивающимися зернами.

Профессора В. Р. Заленский и Д. Э. Янишевокий поплыли назад в Саратов на пароходе. Николай Иванович Вавилов с остальными членами экспедиции остался на маленьком катере, чтобы иметь возможность останавливаться в любом месте, изучать и собирать сортовой состав полевых культур.

Он посетил Быково, где выращивали знаменитые быковские арбузы, и Дубовку, столь ж е знаменитую своими дынями, от­ правился на озеро Эльтон на верблюдах, запряженных в длин­ ные дроги, и по дороге изучал земледелие на засоленных почвах.

В Заволж ье Николай Иванович заинтересовался особенно­ стями падинного земледелия, где во время разлива Волги застаивается вода. Там получали высокие урожаи таких культур позднего срока сева, как бахчевые, а такж е просо.

Н. И. Вавилов уделил большое внимание работам К ам ы ­ шинского опытного поля, директором которого был в то время Константин Георгиевич Шульмейстер, где проводились иссле­ дования по пшенице, просу и другим культурам;

ознакомился с технологией орошаемого земледелия.

И всюду, где появлялся Николай Иванович, он у всех под­ держивал интерес к исследованиям. Он буквально зажигал людей, рисуя перед ними увлекательные перспективы благода­ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ря своим глубоким знани ям и эрудиции, и часто повторял свое лю бимое вы раж ение: «Д ерзайте, дерзайте, батенька мой!»

М а т е р и а л ы экспедиции были использованы д л я книги Н. И. В ави лова «П олевы е культуры Юго-Востока», н а п е ч а ­ Ц-t.

танной в 1922 году.

. К. Г. П Р О З О Р О В А, бывший научный сотрудник В И Ра — В 1913 году в С а р а т о в е открылись Высшие сельскохо­ зяй ственн ы е курсы, которые в о згл ав л ял и сь профессором Б. X. М едведевым.

Я была в числе первых студентов этих курсов, и нас было т ак мало, что проф ессора хорошо зна ли к аж д о го.

Н о наше учение в спокойной обстановке п р одол ж ал о сь недолго: 1 августа 1914 года н а ч а л а с ь империалистическая война, которая уносила много человеческих ж изней. М и л л и о ­ ны людей были призваны в армию, со к р а щ а л и с ь посевные площ ади — не х в атал о рабочих рук. Н у ж д а и лиш ения у в ели ­ чивались с к а ж д ы м годом. Война п о ж и р а л а больш ую часть ресурсов страны. З а к р ы в а л и с ь многие предприятия. Усилилась л б езр аботи ц а. - i Трудности военного времени коснулись и студенчества, а потому, чтобы иметь возмож ность ж и т ь и учиться, многие устраивались на работу, в том числе и на курсах при той или иной каф едре в качестве техников и л аборан тов.

К а ф е д р у частного зем ледели я на сельскохозяйственных курсах в о згл ав л я л тогда (1917— 1921 гг.) только что при ехав­ ший из Москвы молодой профессор Н и колай И ванович В а в и ­ лов, который привез с собой уникальный м атериал в виде сно­ пов, колосьев, семян, собранны х им во время экспедиций в 1916 году в З а к ас п и й ск у ю область, Персию, Б у х а р у и на П амир, а т а к ж е материал, над которым он раб о тал на М осков­ ской селекционной станции. Все это о к азал о сь очень нужным, т а к как наглядны х пособий почти не было. Практические з а ­ нятия по курсу частного земледелия проводились Н и к о л аем И вановичем с участием ассистента О льги Вячеславовны Якутп киной, а затем Евдокии Алексеевны Теплых.

Особенно сильное впечатление на студентов произвела вступительная лекция В ави лова — «Современные задачи сель­ •60 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ скохозяйственного растениеводства», которую он прочел в сен­ тябре 1917 года.

Николай Иванович говорил, что было бы целесообразно в интересах преподавания выделить селекцию, как дисциплину новую, с большими переспективами, из курса частного земле­ делия в самостоятельный предмет, включив в нее сортоведение и ботанико-морфологическую характеристику отдельных р а с ­ тений.

«До сих пор во всей мировой литературе мы не знаем сколько-нибудь исчерпывающей монографии ни по одному культурному растению, в то время как сортовой (или точнее — расовый) состав у многих возделываемых растений велик. Д л я пшеницы, например, имеется не менее 2000 форм, ботанически различных и константных».

«Таким образом работа по монографическому изучению отдельных групп растений является основной и неотложной»

«Наряду с морфологическим изучением должно идти изу­ чение биологических и физиологических особенностей сор тов».

«Работам чисто селекционного характера долж на предш е­ ствовать исследовательская работа по описанию и испытанию всех существующих сортов данного растения».

«Мы не знаем как следует состава полевой культурной флоры. В России мало сделано в смысле изучения сортового состава возделываемых растений, не изучена география воз делываемых сортов».

«Дикая флора мало изучена в смысле использования ее для введения в культуру диких растений. (Примером может служить житняк, введенный в культуру на Юго-Востоке В. С. Богданом.)»

Нам, как будущим агрономам, Н. И. Вавилов наметил три основных направления в работе:

1. «Исследование существующей культурной флоры в ми ровом масштабе в целях рационального использования расти­ тельных ресурсов земного шара».

2. «Исследование дикой флоры в смысле использования ее для введения в культуру новых ценных растений».

3. «Овладение синтезом органических форм».

«Нам открывается возможность,— напоминал Николай Иванович,— лепить по произволу органические формы, и при том формы константные».

Собрать мировые коллекции культурной и дикой флоры, довести изучение каждого растения до его монографии и н а­ учиться создавать новые, наиболее приспособленные к каждо «I История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ му району сорта — как зам ан ч и вы перспективы такой работы!

К ак глубока его идея обновить культуру полей России! Т ак го­ ворили студенты, выходя из аудитории после первой ж е лекции В авилова.

Все последующ ие зан яти я Н и к о л а я И ван ови ча отличались богатством со д ер ж ан и я, соп р овож дал и сь наглядн ы м и и ллю ст­ рациями;

самые слож ны е биологические закономерности он умел объяснить просто и интересно. Все это вы зы вало у сту ­ дентов большую заинтересованность и способствовало как лучш ему усвоению предмета, так и развитию более у глуб лен ­ ных знаний.

Ещ е Д. 'И. М енделеев говорил: «Только тот учитель и будет действовать плодотворно на всю массу учеников, который с а м силен в науке, ею о б л а д а е т и ее любит». А вдохновение всегда сопутствовало Н и к о л аю Ивановичу.

Н а одном из практических занятий В авилов п редлож ил студентам принять участие в его раб о тах по селекции сельско­ хозяйственных растений. В числе изъявивш их ж е л а н и е бы ли Елена И ван о вн а Б а р у л и н а, В а р в а р а Филипповна Горюхина (А нтропова), К л а в д и я М ихайловна И евлева, К л авд и я В а ­ сильевна И ван о ва, Евгения С ергеевна Кузнецова, Нина Г еор­ гиевна Мейстер, А л ексан д р а И в ан о в н а М ордвинкина, А л е к ­ сандр Алексеевич Орлов, Ю лия И ван овн а П етрова, А л е к с а н д ­ ра П орф и рьевн а Попова, позже включились А д е л а и д а Григорьевна Хинчук, Н ина Э лпидиф оровна Ш а р и к а, Э м и ли я Э дуардовн а Аникина, Е катерин а А лександровна С толетова.

З а т е м п риехали из Москвы и П етр о гр ад а Галина Н иколен ко, С оф ья А лексеевна и Н иколай И ванович К ар таш овы, Е в г е ­ ния Н и колаевн а Синская, Екатерина В ладим ировна Эллади* Константин Матвеевич Чинго-Чингас, из технического персо­ нала Василий К аллистратович Омельченко, Е л и зав ета М а к с и ­ мовна П окровская.

Часто получали консультацию Н и к о л ая И вановича Г али н а М ихайловна Попова и А лександра Ю льевна Фреиман-Тупи кова.

К ак и больш инство м атериально необеспеченных студентов, я к тому времени уж е р а б о т а л а в селекционном отделе на Саратовской сельскохозяйственной опытной станции (в н а ­ стоящее время Научно-исследовательский институт сельского хозяйства Юго-Востока) под руководством крупного спец и а­ листа Б. М. Арнольд.

Н иколай Иванович часто п ри езж ал к нам. О д н а ж д ы он зашел и на коллекционный питомник с просом, где я прово­ дила в то время фенологические наблюдения. Тогда-то и История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ представился мне случай лично познакомиться с В авило­ вым.

Этот день вспоминается мне и сейчас в мельчайших под­ робностях.

Осмотрев внимательно весь высеянный материал по просу до полей размножения включительно, он высказал пожелание, чтобы с весны будущего, 1918 года в работу селекционного отдела были включены и материалы по просу, имеющиеся при его кафедре. А уже осенью Николай Иванович организовал посевы озимой пшеницы и ржи на полученном им участке Саратовской сельскохозяйственной опытной станции и пред­ ложил мне работать сотрудником при его кафедре по совме­ стительству.

Кроме обыкновенного проса, мне было поручено изучить итальянское просо, сорго и одну из разновидностей мягких пшениц.

Исследования у Николая Ивановича были развернуты в широком масштабе, и надо сказать, что в их успехе (а он всегда верил в успех!) большую роль играло то, что он при­ учил себя к упорному систематическому груду и сосредоточен­ ности, что было примером и для нас.

Его живой ум охватывал 'поток идей, методов и законов.

Развивая какую-нибудь мысль, он одновременно проверял свои выводы и обобщал их путем многочисленных наблюдений и опыта, обладая способностью угадывать истину и схватывать аналогии, ускользающие от других, способностью синтетиче­ ской логики.

Творческие планы Вавилова были всегда целеустремленны.

Н емалое значение имели и его большие организаторские способности. Нас, его сотрудников, было не менее 20 человек, и всех он сумел сплотить в единый дружный трудовой кол­ лектив.

Николай Иванович концентрировал наше внимание на р а з ­ решении самых важных вопросов селекции;

каждый имел определенное задание и четкий план к нему. Доверие, о казы ­ ваемое нам, заставляло нас еще ответственнее относиться к делу.

Работы по культурам были распределены так:

Яровая пшеница — Н. Г. Мейстер, А. А. Орлов, Е. А. Столе­ това.

О ш м а я пшеница — Е. С. Кузнецова Рожь — В. Ф. Горюхина (Антропова) Овес — А. И. Мордвинкина и Е. А. Теплых История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Ячмень — К. М. И евл ев а Гречиха — Г. П. Н иколенко М асличны е культуры — А. П. Попова, Е. Н. С и н ская З е р н о в ы е бобовые растения:

Чечевица и вика — Е. И. Б а р у л и н а Горох — Е. В. Э л л а д и Соя — Г. П. Н иколенко Б ахчевы е культуры — С. А. и Н. И. К а р т аш о в ы.

К. М. Чинго-Чингас н аб л ю д а л разли чи я м е ж д у твердыми и мягкими пшеницами путем опытного помола и хлебопечения, что было первым в России научным исследованием пшениц в их мукомольном отношении.

Р аботы н аш и сводились к изучению ботанических форм коллекций, собранны х В авиловы м, которые высевались нами на д е л я н к а х опытного участка каф едры. При этом, обучив нас методике скрещ ивания, Н и к о л ай И ванович зан я л с я гибри­ дизацией внутри отдельных систематических групп растений.

Н е м а л о ск р ещ и вая и сам, он уделял много времени н а б л ю д е ­ ниям за растениям и в их морфологических, биологических и хозяйственных особенностях, р асш и р яя этим наш кру­ гозор.

В зимнее время в л аб о р а то р и и мы р а зб и р а л и сноповый материал, ан ал и зи р овали, описывали н а д л е ж а щ и е признаки.

Попутно готовили учебные пособия к практическим зан яти я м со студентами, таблицы и пр.

Н и к о л ай И ванович о б л а д а л неутомимой энергией;

часто его можно было за с т а т ь за л аб о р а т о р н ы м столом ещ е задолго до н ач ал а лекционных часов или он з а д е р ж и в а л с я до позднего вечера, беседуя по какому-нибудь интересующему его или нас вопросу.

Рабочие столы и записи в них не зап ирали сь, т а к как они могли понадобиться в любое время дня и ночи.

Вавилов вы брал ряд наиболее интересующих его бо тан и ­ ческих форм мягкой пшеницы и поручил к а ж д о м у по одной из этих разновидностей для детального изучения ее расового состава.

П ри каф едре в ш тате состоял художник (М ари я П етровна Л о б а н о в а ), который рисовал, если требовалось, ту или иную морфологическую деталь растения, будь то колос, колосок, ость, зерно и др. Таким образом, любой сотрудник мог п р ед ­ ставить дл я ознакомления Н и ко лаю И вановичу результат своей работы с приложением не только таблиц, но и рисун­ ков.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве € http://history.museums.spbu.ru/ В итоге трехлетней напряженной, часто очень кропотливой, коллективной деятельности получился отрадный результат:

1. «Полное тождество разновидностных признаков у р а з ­ личных видов пшеницы».

2. «Многочисленные расы, в пределах различных разно­ видностей одного и того ж е вида пшениц, выявили еще более детальные тождества рядов изменчивости в морфологических и физиологических признаках».

3. «Состав признаков различающих форм ржи оказался до деталей тождественным расам и разновидностям пшеницы».

4. «Полный параллелизм в рядах наследственной измен­ чивости выявлен такж е в семействе мотыльковых, крестоцвет­ ных, пасленовых, тыквенных и др.».

Все это имело большое практическое значение в биологии.

Широко поставив работы и используя их выводы, сделав ряд теоретических обобщений, Николай Иванович на основа­ нии этих экспериментальных данных смог сформулировать свой поистине знаменитый «Закон гомологических рядов в н а ­ следственной изменчивости», впервые доложенный им в С а р а ­ тове в июне 1920 года на III Всероссийском съезде по селек­ ции и семеноводству.

Закон этот, являясь проявлением гениального ума, дает полное право поставить имя Н. И. Вавилова рядом с Д. И. М ен­ делеевым, создавшим таблицу периодической системы элементов в химии: «Закономерности в тождестве рядов поли­ морфизма близких видов и родов настолько правильны, чго исходя из них можно предугадывать существование или воз­ можность получения искусственным путем гибридизации соот­ ветствующих форм».

На том же съезде были заслушаны и работы студентов — учеников Николая Ивановича: Е. И. Барулиной «О вике, з а ­ соряющей посевы чечевицы», Н. Г. Мейстер «Описание местной пшеницы по морфологическим признакам» и Е. А. Столетовой «Полба — Эммер», которые свидетельствовали о их научном росте и служили наглядным примером для их однокурс­ ников.

Николай Иванович придавал большое значение частным и прикладным вопросам. Так, он закончил в 1919 году в С а р а ­ тове работу, начатую им еще в Москве, «О генетической приро­ де озимых и яровых растений» (соавтор студентка Е. С. Куз­ нецова).

«Яровые формы растений могут быть как рецессивными, так и доминирующими при гибридизации, могут возникать из озимых, но и сами могут дать начало озимым формам;

3 Заказ 483 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ таким образом, распространенное мнение о большой древности и первичности озимы х р ас по отношению к яровы м явл яется необоснованным. И что в особенности существенно, это то, что озимые расы могут бы ть получены синтетическим путем с к р е ­ щ ивания м еж д у собой яровы х рас и обратно, яровы е расы могут возникнуть от скрещ и ван и я озимых форм.

О зимый и яровой о б р аз ж и зн и генетически я в л я е т ся таки м образом альтер н ати вн ы м признаком, и нет оснований считать первичной как ту, т а к и другую форму».

П омимо в ы ш еу казан н ы х работ, с целью изучения сортов и форм в озделы ваем ы х растений на Ю го-Востоке Н и колай И ванович нашел время о р ган и зовать в 1919— 1920 годах э к с ­ педицию по С аратовской, С ам ар ской, А страханской и Ц а р и ­ цынской губерниям. В частности, н а п р а в л я я с ь в Волго-Ахту бинскую пойму д л я ознаком ления с состоянием бахчеводства, он говорил, что следует «посмотреть л им ан ски е арбузы — дары дельтовых земель».

Весь собранный вновь и обработанны й м атери ал преды ду­ щих л ет послуж или основой к созданию им книги «Полевые культуры Ю го-Востока».

В ней В авилов приходит к выводам, неизвестным еще в то время науке, у к а з а в перспективы дальнейш его разви ти я зем леделия в этих районах.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.