авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |

«••.ГИ7. •; * ...»

-- [ Страница 5 ] --

Вспоминается случай, когда на одном из совещаний в Нар комземе мне посчастливилось сидеть недалеко от Вавилова.

Как всегда, из его портфеля была извлечена какая-то книга, кажется, итальянского автора, и казалось, Николай Иванович целиком поглощен чтением. Однако на вопрос наркома зем­ леделия, каково мнение Николая Ивановича по обсуж даемо­ му вопросу, последний очень обстоятельно и подробно изло­ жил свою точку зрения, с учетом всех прослушанных вы­ ступлений. Предложения Н. И. Вавилова были приняты за основу.

...Свое четырехлетнее пребывание на фронтах Отечествен­ ной войны я закончил в Чехословакии — в ее столице Праге.

Примерно в середине июня 1945 года мне удалось посетить некоторые местные опытные сельскохозяйственные учрежде­ ния. На одной из селекционных станций я сразу же услышал вопрос: «Где Николай Иванович Вавилов?» Его знали не только крупные ученые, но и рядовые работники сельского хозяйства нашей страны и за рубежом.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Е. Н. С ОВ ЕТО ВА -К У ЗН ЕЦ ОВ А — М рачны й 1920 год уходил в небытие, г р а ж д а н с к а я война з а т и х а л а. К ры м л е ж а л опустошенный, разоренный, в бредовом ж а р у сыпняка.

Таврический университет, основанный в Я лте группой энту­ з и а с т о в — профессором Н. И. Кузнецовы м (директор Н и к и т ­ ского ботанического с а д а ), акад ем и ком В. И. П а л л а д и н ы м, профессором Н. И. Андрусовым, был переведен в 1918 году в Симферополь, где в более подходящ их условиях, н ев зи р ая на голод, р азр у х у и постоянную смену властей, р азв е р н у л а с ь ки ­ пучая учебная и н аучн ая работа.

Крупные ученые, о к а за в ш и с ь в К ры м у отрезанными от сво­ их постоянных местожительств, теперь могли возвратиться в родные города. Университет заметно пустел, почти не было и учащ ейся м олодеж и после постоянных м обилизаций, р а з л и ч ­ ных вербовок или расстрелов. О ста в ат ь ся здесь без надеж ды на какое-то улучшение и помощь, д а и без настоящ его дела было абсурдно.

Н аш отец — Н. И. Кузнецов, больной, слабый, один из по­ следних решил покинуть университет и вернуться в П етроград, но для въезда туда требовался официальный вызов какого-ни­ будь государственного учреж дения.

Я не знаю, каким образом Н. И. В ави лову стало известно о бедственном положении нашей семьи, но летом 1921 года мы получили от него официальный вызов. Н и к о л ай И ванович как раз зан ял пост заведую щ его Отделом прикладной ботаники после смерти Р. Э. Регеля.

Был ли отец лично знаком с Н и ко л аем И вановичем или они знали друг друга только по научным трудам, я с к а з а т ь не могу. Мне известно только по литературн ы м источникам, что Н. И. Вавилов, будучи еще студентом М осковского сельскохозяйственного института, послал в 1913 году при­ ветствие наш ему отцу в связи с 25-летним юбилеем его научной деятельности в Ю рьевском (ныне Тартуском) уни­ верситете от лица студенческого к р у ж к а любителей естест­ вознания, организатором и руководителем которого он б ы л 1.

1 См. статью проф. Ф. X. Бахтеева сНекоторые общие проблемы в ис­ следованиях Н. И. Кузнецова и Н. И. Вавилова». (Ученые записки Тартуск.

гос. университета, вып. 211. Тарту, 1968).

132 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Выехать из Симферополя нам удалось только поздней осенью того же 1921 года в специальной теплушке. Н а дорогу ушло не менее двух недель с постоянными зад е р ж к а м и на станциях и полустанках. Каково ж е было наше счастье, когда мы добрались наконец до П етрограда и оказались под го­ степриимным кровом огромного здания на Б. Морской, ны­ не улица Герцена, где помещался Отдел прикладной бота­ ники!

Николай Иванович благодаря своей щедрой натуре сумел помочь нам самым широким, действенным и практичным о б р а ­ зом. Он не только уступил отцу с семьей (нас было 7 человек) свой служебный кабинет из двух комнат, где мы прож и­ ли не менее 2—3 месяцев, пока не нашли квартиру на В а ­ сильевском острове, но и позаботился об изголодавшихся, больных лю дях и выхлопотал вскоре отцу положенный ему паек.

Н. И. Вавилов глубоко у в а ж а л нашего отца как человека и высоко ценил его как большого ученого. К тому же общность их индивидуальностей — свойственная обоим кипучая деятель­ ность, широта мысли, какой-то невозмутимый оптимизм, непо­ колебимая вера в свои силы, доброжелательство к людям, щедрая отдача знаний и личное обаяние — роднила их друг с другом, несмотря на значительную разницу в возрасте — око­ ло 25 лет.

Невзирая на свое очень тяжелое физическое и моральное состояние, отец стал быстро поправляться в условиях относи­ тельного благополучия, а главное, попав снова в атмосферу научного творчества.

Д о сих пор вспоминаю мою первую встречу и знакомство с Николаем Ивановичем. Спустя несколько дней после нашего устройства в его кабинете я вышла в коридор и столкнулась лицом к лицу с моим отцом и с шедшим рядом сравнительно молодым, плотным и широкоплечим человеком, который был на полголовы выше его. Меня сразу поразил как бы окрепший голос отца.

«Вот, Николай Иванович, познакомьтесь с моей дочерью Еленой»,— сказал отец, и я почувствовала твердое рукопожа­ тие, на меня прямо и внимательно смотрели глаза, а открытое лицо улыбалось.

Вскоре Н. И. Вавилов принял меня на временную работу художницей для ботанических зарисовок. В связи с этим мне предстояло поехать на несколько дней на опытную станцию в Детское Село.

Я была совершенно несамостоятельной и поэтому, вполне История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ естественно, очень в о л н овалась, у е з ж а я из д о м а впервые, хотя и всего на несколько дней.

Н и к о л ай И ванович, очевидно, зам етил мою растерянность, когда я п ри ш ла к нему за у казан и ям и. С ам он не п р и д а ­ вал особого значения бытовым условиям, но п озабо ти л ся о моем устройстве в Д етско м С ел е в семье Е. Н. Синской, д а л р яд практических советов, о которых я, по моей полнейшей неопытности, и не п о д у м ал а, и д а ж е у к а з а л, что брать с собой, а что мне будет предоставлено на месте.

К ак-то во время моего пребы вания в Д е тск о м С еле Н. И. В авилов п р и е х ал по своим д ел ам и, несмотря на б о л ь ­ шую занятость, наш ел время зайти к Синским и у зн а ть обо мне...

Мои краткие воспоминания, к сож алению, даю т лиш ь о д н о ­ стороннее представление об этом многогранном и богатом х а ­ рактере, воспринятом тогда моим ещ е очень непосредственным воображ ением.

Т. К. Л Е П И Н, доктор биологических наук — Н и колай И ванович В авилов в 1923 году был и з б р а в членом-корреспондентом А кадемии наук С С С Р, а в 1929 го­ д у — ее действительным членом. Особенно тесная связь Н и к о ­ л а я И вановича с академ ией устан ови лась с момента н а зн ач е­ ния его директором Института генетики. Н есм отря на б о л ь ­ шую занятость по руководству Всесоюзным институтом расте­ ниеводства с большой сетью опытных станций, он согласился принять на себя в 1930 году после смерти Ю рия А л ек с а н д р о ­ вича Филипченко дол ж н ость ди ректор а Л а б о р а т о р и и генетик* Академии наук. П од руководством Н и к о л а я И вановича эта м ален ькая л а б о р а т о р и я, состо ящ ая всего из шести научных сотрудников, выросла в крупное учреж дение со зн ачи тель­ ным расширением м асш таб а работы, что позволило стави ть и р а з р а б а т ы в а т ь проблемы большой теоретической в а ж ­ ности и практической значимости. В конце 1933 года Л а ­ боратория генетики была реорганизована в Институт гене­ тики.

Зам естителем директора стал акад ем и к Украинской ака­ демии наук Сапегин, член-корреспондент АН С С С Р Л е в и т 134 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ский возглавил отдел цитологии и профессор Ш мук — о т ­ дел биохимии;

в институт приехали известные зарубеж ны е генетики: Кальвин Бриджес, Дончо Костов и Герман Меллер.

Было значительно расширено изучение мутаций и проблем гена, роли гибридизации в ускорении мутационного про­ цесса, работы по межвидовой гибридизации растении, но изучению материальных основ наследственности, по разработке генетических основ селекции растений и ж и во т­ ных.

Н. И. Вавилова всегда интересовали вопросы эволюции, в особенности вопрос о происхождении культурных растений.

Поэтому в Институте генетики с 1938 года начали исследова­ ния эколого-географических групп культурных растений — пшениц, ячменя, льна и вики. Было намечено организовать несколько специальных опорных пунктов по всему Советскому Союзу, которые проводили бы посевы одних и тех ж е гибридов со второго и дальнейших поколений для выяснения влияния климатических и других условий среды разных широт и долгот при расщеплении на отбор определенных генотипов. С этой целью с 1941 года институт собирался поставить скрещивания в широких масштабах для получения возможно большего ко­ личества семян гибридов первого поколения отдаленных скре­ щиваний, которые потом должны были быть распределены для высева в намеченных опорных пунктах. К сожалению, эту работу выполнить не удалось, так как с приходом новой дирекции отдел генетических основ селекции ликвидиро­ вали.

Помимо проблемы происхождения культурных растений, Н иколая Ивановича интересовала и проблема происхождения домашних животных. По его инициативе сотрудники отдела генетики домашних животных во главе с профессором Я. Я. Лус, ныне членом-корреспондентом Академии наук Л а т ­ вийской ССР, занялись изучением этого вопроса;

были со­ званы два всесоюзных совещания. Н а основании обширных литературных данных по истории и современному состоянию мирового животноводства была разработана схема происхож­ дения домашних животных, причем их центры в основном совпали с центрами культурных растений. Эта схема обсуж ­ далась на втором совещании по происхождению домашних животных в 1934 году, но материалы остались неопубликован­ ными.

Согласно этой схеме имеются 5 основных очагов одомаш­ нивания животных и б дополнительных:

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ О д о м а ш н е н н ы е животные О ч аги Основные Свинья, собака, курица, утка, I Китайско- гусь, ш е л к о п р я д ы — тутовый, д у ­ бовый, айлантовы й, пчела, з о л о ­ м алай ский т а я рыбка.

Зебу, буйвол, гаял, балийский скот, собака, кошка, курица, п а в ­ II Индийский лин и пчела Крупный рогатый скот, л о ш а д ь восточного типа, овца, ко*а, III Ю го -за п ад н о ­ азиатский свинья, одногорбый верблюд, го­ лу бь и пчела Крупный рогатый скот, л о ш а д ь з а ­ падного и лесного типов, овца, ко ­ IV. С р ед и зем н о ­ за, свинья, кролик, кош ка, утка, морский гусь нильский и пчела Л а м а, ал ьп ак а, собака и мускус­ V. Андийский ная утка Дополнительные Як VI. Тибетско Памирский VII Восточно- Д вугорбы й верблюд Туркестанский V III Восточно- Одногорбый верблюд Суданский и Ю жно-Аравийский IX Эфиопский Нубийский осел и пчела X Южно- Индю к Мексиканский XI Саяно-Алтайский О вца и северный олень История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Николай Иванович Вавилов всегда интересовался состоя­ нием науки и правильной организацией ее в Советском Союзе.

В июне 1932 года по его инициативе была созвана Всесоюзная конференция по планированию генетико-селекционных иссле­ дований, наметившая развитие генетики в нашей стране на долгие годы, не утративш ая интерес и известное значение еще и в настоящее время.

На этой конференции Николай Иванович выступил с про­ граммным докладом, изложив в нем историю и современное состояние генетики в Советском Союзе. Результаты этой кон­ ференции, изданные Л абораторией генетики, вызвали большой интерес не только у советских, но и у зарубеж ны х исследова­ телей, ее «Труды» были переведены и опубликованы за г р а ­ ницей.

В 1938 году состоялось Всесоюзное совещание по м еж видо­ вой и межродовой гибридизации. Н а нем, кроме основного д о ­ клада Николая Ивановича «Значение межвидовой и м еж родо­ вой гибридизации в селекции и эволюции», были заслушаны 25 докладов по отдаленной гибридизации растений и ж ивот­ ных, подводившие итоги работ советских исследователей, и бы ­ ло намечено дальнейшее планомерное развитие этой области.

Такова в кратком изложении деятельность Н иколая И ван о­ вича в Институте генетики. З а небольшой срок он создал крупный институт, сплотив научный коллектив, и своим энту­ зиазмом воодушевил его.

Н. Н. КОЛЕСНИК, профессор, зав. кафедрой генетики Украинской сельскохозяйственной академии — Изучая центры многообразия растительных форм в р а з ­ ных частях света, Н. И. Вавилов не упускал из виду и ж ивот­ ный мир. Его многочисленные наблюдения свидетельствовали о том, что в происхождении домашних животных имеют место аналогичные закономерности.

В известной мере это подтверждалось и работами Бюро по генетике при Комиссии естественных производительных сил (КЕПС) АН СССР (Ленинград). От имени этого бюро под общим руководством профессора Ю. А. Филипченко организо­ вывались специальные экспедиции в Среднеазиатские респуб­ лики Советского Союза и в Монголию. Цель их состояла в том, История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ чтобы вы явить местные ж ивотноводческие ресурсы, изучить породный состав сельскохозяйственны х ж ивотн ы х и основные предпосылки их ф о р м о о б р азо в ател ь н о го процесса. В первые ж е годы полевых исследований (1926— 1929 гг.) был собран богатый фактический м атер и ал.

П осле смерти Ю. А. Филипченко, в 1930 году Б ю р о генети­ ки было реорганизовано в л аб о р ато р и ю, и ее ди ректором н а ­ значили Н. И. В а в и л о в а. Н есм отря на свою чрезмерную з а н я ­ тость, он ср азу ж е непосредственно вклю чился в работу.

В этой л а б о р а т о р и и исследования велись по трем основным р а з д е л а м : 1) изучение происхождения и эволюции дом аш них ж ивотных;

2) изучение генетики пшениц;

3) изучение общих вопросов генетики в опы тах с дрозофилой. У д ел яя много в р е ­ мени научному руководству л а б о р а т о р и е й в целом, Н и к о л а й И ванович особо интересовался вопросами первого р а з д е л а, поскольку они д о л ж н ы были укрепить его выводы о схож их процессах в ф орм ировании ж и вотн ы х и растительных форм.

О б су ж ден и е планов и отчетов наш их исследований проис­ ходило, к а к правило, в рабочем порядке, на ходу. П ри этом Н и колай И ванович ср авн ивал наши успехи с р езу л ь т ат ам и, полученными в л а б о р а т о р и я х многих з а р у б е ж н ы х стран, с ко­ торыми он был зн а к о м лично. Эти сравнения д ал ек о не всегда были в нашу пользу. «И долы,— говорил он, у л ы б а я с ь,— вам меш ает инерция покоя, м ало п роявляете активности и инте­ реса к работе, а ведь в этом только и есть смысл жизни».

С оп оставляя методы изучения многообразия форм у к у л ь ­ турных растений и дом аш н их животных, Н и к о л ай И ван ови ч не мог не заметить существенных различий м е ж д у ними, к а ­ саю щихся главным о б р а зо м точности определения таксон ом и ­ ческих категорий. В животноводстве основная систематическая категория в пределах вида — порода. П ризнаки, по которым разли чаю тся породы, в ряде случаях не равноценны, к тому ж е оценка их производится обычно не объективно, а субъективно;

это весьма затр у д н яет сравнительный ан ал и з породного поли­ морф изм а ж ивотны х в разны х очагах их распространения.

В этой связи Н и к о л ай И ванович часто вы сказы вал удивление, почему в зоотехнии не создаю т специальных «определителей».

Н адобность в этом действительно бы ла больш ая, особенно дл я углубления селекционнопплеменной работы. Составление таких «определителей» застави ло бы р а з р а б а т ы в а т ь объективные, количественные показатели оценки животных, с тем чтобы по возможности отойти от традиционных визуальны х взглядов, д ал еки х от науки.

П р о б л ем а происхождения и эволюции культурных р а сте­ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ний и домашних животных весьма сложна и по своему содер­ жанию выходит далеко за пределы собственно агрономиче­ ских, зоотехнических и биологических исследований. Ее реше­ ние связано такж е с детальным изучением материалов исто­ рии, палезоологии, археологии, лингвистики, экономики и р я ­ да других наук. Поэтому Николай Иванович всегда стремился к организации комплексных разработок различных вопросов этой проблемы. Одним из видов подобной комплексности были конференции широкого профиля.

По инициативе Вавилова такая конференция состоялась в марте 1932 года. Она объединила большую группу ученых, работавших разрозненно в различных аспектах эволюции д о ­ машних животных. В конференции приняли участие следую­ щие учреждения Академии наук ССС Р: лаборатория генетики, лаборатория эволюционной морфологии, зоологический инсти­ тут, институт языка и мышления. Кроме того, доклады сделали научные сотрудники Академии материальной культуры (от а р ­ хеологического отдела), затем — лаборатории прикладной зоо­ логии, института истории науки и техники, института пушного хозяйства, института акклиматизации и гибридизации ж ивот­ ных и др.

Со вступительной речью «Роль советской науки в изучении проблемы происхождения домашних животных» выступил академик Н. И. Вавилов. Он подчеркнул: «Ни одна страна не имеет таких исключительных возможностей, как Советский Союз, в изучении динамики эволюционного процесса до м аш ­ них животных, ключа к овладению животными, к управлению формообразовательным процессом... Проблема происхожде­ ния домашних животных, так же как происхождение культур­ ных растений, связана с историей народов, она есть часть истории материальной культуры». В заключение Николай Иванович отметил, что разработка происхождения ж ивот­ ных и растений необходима главным образом для се­ лекции.

По окончании работы конференции был опубликован сбор­ ник ее трудов «Проблема происхождения домашних ж ивот­ ных», в двух выпусках (1933, 1934 гг.) общим объемом около 45 печатных листов, в котором освещались как общие, так и частные вопросы.

Конференция послужила толчком к установлению деловых связей между лабораторией генетики и другими учреждения­ ми, так или иначе связанными с интересовавшей нас темой, как в системе Академии наук СССР, так и за ее пределами.

Кроме того, всестороннее обсуждение плана и перспектив Ш История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ работы п о б у ж д а л о нас ш ире использовать различны е опубли­ кованны е м ат ер и а л ы.

Т ак и м о б р азо м, кроме собственных данных, добы ты х со­ тр у дн и кам и в экспедициях (описание и промеры экстерьера животных, черепа, фотографии, ср авн и тел ьн ая продуктивность и т. д.), в л а б о р а т о р и и генетики постепенно н а к а п л и в а л и с ь разного рода дополнительные сведения, х ар ак т ер и зу ю щ и е процесс эволюционного ф о р м о о б р азо в ан и я дом аш н и х ж и в о т ­ ных. И х п редвар и тельн ы й анализ, проведенный в соответствии с методами Н. И. В ави лова, п о к азы в ал наличие определенной закономерности распределения в о зм о ж н ы х очагов пр ои схо ж ­ дения дом аш н их животных. Н а з р е л а необходимость н агл я д н о вы р ази ть эту законом ерность на географической карте.

И вот в 1934 году а к а д е м и к Н. И. В авилов со свойственным ему увлечением приступил к р а з р а б о т к е таких карт. В л а б о ­ ратории генетики с о ст а в л я л а сь к а р т а очагов происхождения дом аш них животных, а во Всесоюзном институте растениевод­ с т в а — центров происхождения культурных растений, д р евн ей ­ ших цивилизаций и земледельческих культур. П ервое ж е сопоставление п оказало, что географическое располож ение объектов изучения на всех трех к а р т а х в значительной мере повторялось.

Вместе с Н и ко л аем И вановичем в л а б о р а т о р и и генетики над кар там и трудились профессор Я. Я. Л у с и старш ие науч­ ные сотрудники — Б. Ф. Р ум ян ц ев, Б. П. Войтяцкий, Ю. Л. Го рощенко и я. По установивш ем уся п равилу к а ж д ы й из нас готовил и затем д о к л а д ы в а л Н и к о л а ю И вановичу очередные м атер и ал ы по современному состоянию знаний о географ иче­ ской изменчивости разны х видов дом аш них ж ивотных и их диких предков. Почти по всем родам и подсемействам ж и в о т ­ ных основными очагами видового р азн о о б р ази я о к а за л и с ь хорошо известные В ави лову зоны Средиземного моря и с р а в ­ нительно неширокий пояс Ю ж ной Азии и Северной Африки.

П о нашим сообщениям готовились эскизы географической л о к ал и зац и и п олим орф изм а отдельных видов, на основе кото­ рых Н и к о л ай И ванович сквозь призму своих обширных и глу­ боких знаний истории и географии древнейших цивилизаций и земледельческих культур конструировал карту основных и дополнительных центров одомаш нения животных.

П ри обсуждении и анализе м атери алов нас всегда п о р а ­ ж а л а всеобъем лю щ ая эрудиция Н и к о л ая И вановича, его спо­ собность из груды самых разнообразны х, и казалось, посто­ ронних ф актов извлекать главное, характерное. Д а л е к о не всегда он соглаш ался с тем, что ему д о к л ад ы вал и, часто за История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ставляд еще раз проверить, подкрепить свои выводы новыми сведениями и сделать их более убедительными. Если возника­ л а срочная необходимость в дополнительных источниках, тут же с машиной отправлялся нарочный.

В 1934 году лаборатория генетики была преобразована в институт, который вместе с другими учреждениями А каде­ мии наук С С СР был переведен из Л енинграда в Москву.

К этому времени исследования по определению очагов одо­ машнения животных методом академика Н. И. Вавилова в основном были закончены. Проведенные обобщения и состав­ ленная карта уточнили и расширили существовавшие раньше представления. Появились новые задачи — изучение домести кационных изменений у животных, а именно — генетических основ их эволюции. По предложению Н иколая Ивановича со­ трудники отдела генетики сельскохозяйственных животных подготовили и опубликовали общие сводки эволюции крупного рогатого скота, овец, лошадей. Кроме того, были начаты т ак ­ же работы по отдаленной гибридизации (скрещиванию до­ машних овец с дикими баранам и — ар х а р ам и ), определению закономерностей наследования признаков у овец путем гибри­ дологического анализа, критическая оценка способов разве­ дения животных и ряд других.

Николай Иванович по-прежнему глубоко интересовался деятельностью отдела генетики животных и вникал во все де­ тали выполнения им научного плана. Но наши встречи с ним становились все более редкими. Много времени и энергии от­ нимали у него разного рода общественные обязанности.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ЭКСПЕДИЦИИ, ПОСЕЩЕНИЯ ФИЛИАЛОВ И ОТДЕЛЕНИЙ ВИРа История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ • История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ С Л ОВ О УЧАСТНИКОВ Н. В. КО ВАЛ ЕВ, бывший зам. директора ВИРа — Есть люди, в которых уже с детства проявляется дух беспокойства, дух исканий. Н. И. Вавилов принадлеж ал к таким людям. Со стороны могло показаться, что он слишком разбрасывается, хватаясь за ту или иную отрасль сельскохо­ зяйственной или биологической науки. Но это было не так. Всю свою энергию он направлял на изучение определенных вопро­ сов, разработку важнейших теорий. Николай Иванович сказал мне как-то, что назначение его руководителем Института при­ кладной ботаники и новых культур было для него важнейшим событием. Оно гармонировало с его желаниями и побуждало осуществить затаенные мечты: познать мир растений, прежде всего растений, созданных в процессе культуры, и использо­ вать его наиболее рационально. В мечтах он видел огромные, еще недостаточно известные богатства, которые надлежало привести в порядок, а затем взять из них все необходимое. Ему импонировало то, что именно социалистической стране выпала задача привести растительный мир в порядок и что никакая капиталистическая страна не может проделать этой работы.

Как оказалось впоследствии, д а ж е США, собрав со значитель­ ной части мира большие коллекции, после непродолжительных испытаний почти полностью омертвили все, не нашедшее ис­ пользования в данный момент, и сделали музейными экспо­ натами.

Н. И. Вавилов прекрасно знал, что только длительное изучение позволяет выявить возможности собранного богатст­ ва, что при помощи разных отраслей биологической науки длительное использование разных видов в селекции Схможет дать действительные результаты. Поэтому коллекции содер­ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ж а л и с ь в ж и в о м виде, периодически возобновлялись, как возобновляю тся и сейчас.

К а ж д а я селекционная станция получала из института набор различны х культур, специально подобранный д л я д а н ­ ной зоны. В течение двух-трех лет Одесский институт генетики получил свыше 5000 озимых и яровы х сортов пшеницы, а т а к ж е тысячи форм других родов зерновых культур. Велся обм ен и с заграницей.

Д л я того чтобы д а в а т ь многочисленным опытным у ч р е ж д е ­ ниям то, что им необходимо, нужно было зн ать сорта. Н и к о л а й И ванович сам п о к азы в а л в этом пример. Н а всех опытных станциях Украины, Кубани, Д а г е с т а н а, А з е р б а й д ж а н а, где высевались коллекции, он п росиж ивал в поле по многу дней, проверяя добы тые сведения по экологической характер и сти ке и д а в а я свою экологическую схему классификации.

Не раз з а с т а в а л я Н и к о л а я И ван о в и ч а в его д о м аш н ем кабинете, л е ж а щ и м на полу на разостланной большой карте мира. Он о б д у м ы вал свою схему, приводя ее в соответствие с добытыми знаниями. Грубый подсчет, произведенный им совместно с Е. В. Вульфом, п оказал, что из 200 тысяч видов высших растений человек использует 20 тысяч, в культуре имеется только 2 тысячи, из которых 20 культур зан и м аю т 90 процентов от всей посевной площади. В то ж е время какое огромное количество ботанических форм и сортов! Чтобы взять лучшее, надо знать, что брать и откуда брать. О тсю да р о ж д ается р аб о ч ая гипотеза о центрах культурных растений.

Р авн ом ерн о ли расп ределяю тся виды растений на земном шаре, д а ж е если исключить зоны за П олярн ы м кругом? Н е ­ сомненно, нет. Р а з н о о б р а зи е видов и форм не только сдвинуто в северном полуш арии к югу, а в южном — к северу, оно к то ­ му ж е сосредоточено в горах. Д л я Европы это Альпы, Б а л к а ­ ны, К а в к а з и Эльбурс. Д л я Азии — Тянь-Ш ань, Гималаи* Н ан ь-ш ан ь и др. Д л я Америки — Кордильеры и А ллеганские горы. З д е сь р азн оо брази е не только условий обитания, но и условий изоляции видов.

Естественно предположить, что максимум многообразия видов и форм приурочен к тем зонам земного ш ара, где сущ е­ ствуют условия д л я такого разн о образи я. Но ведь культурные растения созданы в первую очередь лю дьми древнейших ци­ вилизаций. Изучение их и приводит к выводу, что древнейшие цивилизации р азм е щ ал и сь в н ачал е в горах. Равнинное з е м л е ­ делие Египта, древнего Хорезма, древнего Китая, и т.д. — это последующий этап, особенно там, где требовалось ввести оро­ шение.

146 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ П ервая ж е проверка гипотезы — путешествие по Кавказу, Эфиопии, горному Афганистану, горной Мексике и др. — под­ твердилась по целому ряду важнейших растений (пшеница, ячмень, хлопчатник, картофель и т. д.). Эта гипотеза влекла за собой д р у г у ю — гомологические ряды.

По некоторым вопросам мы, может быть, преждевременно создаем гипотезы, не о ж и д а я накопления фактов. Не случайно Ньютон, открыв закон тяготения, отказался объяснять его при­ чину: «Гипотез не строю». Он считал, что м атериала для этого недостаточно. Понадобилось бурное развитие физики, учение о свете, атоме, магнетизме, понадобилась гениальная теория относительности, чтобы с каким-то правом говорить о построе­ нии теории тяготения и подойти к вопросу о ее причинности.

То ж е самое в наследственности и механизме наследствен­ ности. Только огромная работа по изучению «материальных основ» (Г. А. Левитский), достижения по химии этих основ — химии ферментов, химии белков, создание электронного микроскопа, разработка метода меченых атомов и явлений парамагнитного резонанса (Завойский) позволили подойти вплотную к выяснению механизма наследственности. Теперь становится более ясной роль живого белка, особенно роль нуклепротеидов, а вместе с этим и вопрос о механизме н а­ следования. Н а молекулах нуклепротеидов «записаны» эл е ­ менты наследственности, причем сочетание этих элементов по существу бесконечно, что и наблюдается в живых организмах.

И зучая растения, нельзя не видеть специализацию некото­ рых органов: листьев с их важнейшей функцией — фотосин­ тезом, кстати сказать, не полностью раскрытым до сих пор;

корней, ведущих синтез многих веществ — аминокислот, кау­ чука и т. д.;

органов цветка, связанных с процессом полового размножения. Эта последняя специализация, несмотря на невообразимую сложность механизма, имеет материальную, вполне познаваемую, хотя и далеко еще не познанную основу, создавшуюся в процессе отбора в течение сотен миллионов лет.

Н. И. Вавилов, как известно, стоял на точке зрения хро­ мосомной теории наследственности в том смысле, что при по­ ловом размножении только путем слияния хромосом или путем обмена частями хромосом передаются наследственные призна­ ки. То или иное изменение в состоянии хромосом должно повлечь и изменение признаков растений — морфологических или биологических.

Я рискую высказать парадоксальную мысль, что этот крупнейший теоретик по натуре был очень практический чело­ век. Когда он начал вместе с Л. И. Говоровым и Т. К. Лепи История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ным изучать наследование количественных признаков, он увидел, что к вопросу их н аследован ия многие генетики под­ ходят механически, отры ваясь от условий, в которых с о з д а в а ­ лись и и зм ен я л и сь эти признаки, и что наши методы не позволяю т пока углубить познание до практического примене­ ния. Времени было мало, знаний и ап п ар ату р ы недостаточно, Н и колай И ванович стал «наводить порядок» в среде кул ьтур ­ ных растений не столько как генетик, сколько как эколог.

Он побы вал к тому времени во многих странах м ира, собранные виды и сорта растений вы севались и проверяли сь во многих географических п унктах С С С Р, и он лично р уково­ дил изучением растений, их реакции на среду. О дноврем енно химики у стан авл и вал и состав растений и их химическую изменчивость в зависимости от географических условий.

Поведение сортов и видов о т р а ж а л о их прежню ю историю, их разн ое экологическое происхождение. Т ак как реакц и я на условия я в л я е т с я важ н ой не только для экологической класси­ фикации, но и д л я практического использования сортов в куль­ туре, Н и колай И ванович посвятил значительную часть врем е­ ни, особенно в 1932— 1937 годах, изучению экологических типов культурных растений.

Будучи по натуре природным руководителем, он стрем ился найти твердую точку опоры п реж де всего д л я себя. К огда точ­ ка опоры была найдена и «все стало на свое место», м ож н о было идти в определенном направлении уже со всем к о л л е к ­ тивом, можно было с большой пользой «подбирать» исходный м атериал д л я работы любой селекционной станции. Только за один год институт отправил до 50 тысяч посылок с разным набором сортов;

д а в а л советы 70 селекционным стан ц иям С С С Р. Б л а г о было из чего вы бирать: коллекция только по з л а ­ ковым зерновым достигала 100 тысяч, по бобовым зерновым — до 30 тысяч и т. д.

Среди собранны х сортов было немало «готовых» ф орм, годных дл я введения в культуру непосредственно: пшеницы Америки, овсы Швеции, картоф ель Анд, томаты, яблоки и пер-, сики Америки, сливы Китая, кенаф из И р а н а, кунж ут и з Индии... З д есь нужна была эксперим ентальная оценка видов и форм растений, коллективная работа селекционеров, биохи­ миков и физиологов.

Коллектив института насчитывал в 1936 году 1500 человек.

В нем работали 5 академиков, 26 докторов, 125 кан д и д ато в сельскохозяйственных и биологических наук.

Руководство таким институтом — ц елая наука. Н а з а м е ­ чание одного из работников Н а р к о м зе м а С С С Р о слабости История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве 148 http://history.museums.spbu.ru/ дисциплины (нет приказов о взысканиях) Николай Иванович довольно резко ответил: «Я считаю, что приказной режим в науке непригоден». Потом, когда мы остались одни, он вскользь добавил: «Там, где отдают жизнь, отношения надо строить на иной основе». В то ж е время он был очень требо­ вательным к науке. Сотруднику, которому была поручена та или иная культура, вменялось в обязанность знать в совершен­ стве ее систематику, географию, сорта, экологию з сортовом разрезе, иммунитет к болезням, значение в селекции, химиче­ ский состав и методы возделывания. П ри езж ая на отделения, Вавилов уже с 6—7 часов утра с тетрадкой в руках ходил по посевам и в присутствии коллектива выслушивал характерис­ тики растущих в поле разновидностей, сравнивая, споря, по­ правляя. Чтобы отвечать тут же на десятки вопросов, руководителю надо было не один месяц наблюдать, измерять, изучать данную культуру.

Вся работа Н иколая Ивановича была проникнута опреде­ ленной идеей. Она д а в а л а ему энергию в его поисках по зе м ­ ному шару. Сегодня — в Эфиопии, через год — в горах Гинду­ куша, послезавтра — в Кавказских горах, в пустынях Такла Макан и Д ж у н г а р и и — самых сухих в мире. Не равнины, а горы влекли этого человека в поисках многообразия и бо­ гатства форм: Армения с ее самобытной культурой;

Дагестан с городом Дербентом, много старше Рима, где на «клочке»

земли, среди гор за 5 тысяч лет в процессе переселений осело свыше 60 народов, в свое время доходивших до верховьев Дона;

древний, изолированный от мира пустынями Хорезм, забравш аяся к Эльбрусу Сванетия... Он одновременно пригля­ дывался к жизни людей этих стран, к их оригинальной одежде, бытовым обрядам, языку.

Однажды втроем по только что открытой дороге вдоль реки Ингура мы пробрались в центр Сванетии — город М естию.До /гого существовали только горные тропинки, доступные и ш а­ кам и лошадям, извивающиеся по крутизнам ущелья. В вер­ ховьях Ингура, у подножия Эльбруса, затерялось храброе племя сванов. В чемодане Николая Ивановича л еж ат книги — римские источники о неудачной попытке римлян 2 тысячи лет назад покорить Сванетию. Лес, лес, лес. Граб, дзельква, дубы, каштаны, буки и среди них яблоня, кое-где груша, орешник, мушмула, боярышник, роза. Еще выше — бук, пихта, кое-где сосна, ель, береза. Лес оканчиваегся — субальпийская зона.

Вдали белая шапка Эльбруса. Несколько сванов на пугливых лошадях, не привычных к машине, объезжают нас по горной тропе. На крутом склоне малорослые бычки тащ аг с полсогни 149* I История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ снопов 'пшеницы, н алож ен н ы х на грубо, но крепко сделанные сани. А вот и Местия — небольшой город-деревня со с т а р и н ­ ными, каменной кладки домам и. По улице бегают поросята, полосаты е вдоль спины, явно гибриды с диким кабаном. Н а огороде ж е л т ею т мелкоплодные тыквы, в одном месте — не­ сколько кочанов капусты. Это новшество: до сих пор капусты здесь никто не знал.

П о зн аком и вш и сь с людьми, Н и к о л ай И ванович торопится в поле. Н и зк о р о сл а я кукуруза — это привозное. П росо — это у ж е лучше, но оно пришло из степей не одно тысячелетие н а ­ зад. А вот и п ш е н и ц а — это то, что надо. Он сумеет отметить, что здесь «свое», что привнесено извне. Теперь можно отдо х­ нуть. Ночуем в школе. Д иректор-грузин угощ ает нас к у к у р у з ­ ными лепеш кам и, распаренной в горячей воде брынзой и чаем.

Б есед а з а т я н у л а с ь д а л е к о за полночь. Н и к о л ай Иванович з а ­ писы вает н азван и я обиходных предметов на грузинском и сванском язы ках: м е ж д у ними нет ничего общего. О ткуда они, эти сваны?..

Рано. Солнце только на верш инах гор. Ингур в тумане, тонкой ткан ью л е ж а щ е м по берегам. Круто взби раем ся вверх по тропинке, но здесь нас ж д е т новость — дорога з ак р ы т а:

ночью был сильный обвал, до самой реки снесены подпорные стенки, работы теперь на два-три месяца.

Устроив на зимовку машину, нагрузивш ись вещ ами, мы ползком пробираем ся по ж ивой осыпи, медленно п р о д о л ж а ю ­ щей двигаться под нами, сверху л етят камни. Скорей дальш е.

Н агруж ен н ы е, ш агаем пять, десять, п ятн ад ц ать километров, пока навстречу не попадается сван с двум я иш акам и. Хорошие л ю д и могут договориться. Мы у вязы ваем вещи, и сван о б р а ­ щ ается в погонщика. П ро би раем ся в п е р е д — в сорока кило­ м етрах есть б аза лесхоза, там можно переночевать и поесть, ведь мы сегодня почти ничего не ели. Только к двенадцати ч а с а м ночи попадаем на базу. С толовая у ж е закры та, но нам удается убедить буфетчика дать на*м хлеба, чая и банку какой-то консервированной рыбы. А тут уходит груж енная лесом машина. В збираем ся наверх и едем с остановками:

убираем упавшие на дорогу камни. Внизу в темноте гулко течет Ингур, выше отвесные скалы. В свете бегущей по небу полной луны все колеблется, все каж ется опасным. К шести часам утра до б и раем ся до города Зугдиди, здесь чайная опыт­ н а я станция. У же день, спать лож иться поздно. Вместе с д и ­ ректором идем н а чайные поля.

К ак президент Всесоюзной сельскохозяйственной А к а д е ­ мии, а еще больше как ученый нового типа, Н иколай И вано История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ вич интересовался всеми проблемами, стоящими перед Совет­ ской страной, будь то проблема получения иммунных к р ж а в ­ чине и к шведской мухе пшениц или их продвижения на север до Полярного круга, проблема вырождения и оздоровления картофеля или проблема чая. Поэтому на плантациях чая в Зугдиди и в чайном институте он выяснял не только спе­ циальные вопросы генетики, но и практические — р а зм н о ж е­ ние лучших новых клонов вегетативным путем, чтобы ускорить получение потом семян, качество выделенных форм, у р о ж а й ­ ность, способы сбора и технологии и т. д. В эту поездку Н ико­ лай Иванович посетил еще батумские плантации, а некоторое время спустя — новые районы чая (Западны й А зербайдж ан и Л енкорань).

Помню, мы ехали из Д агестана, через перевал, в А зер­ байджан. По дороге тянулись на зимовку в Муганскую степь сотни тысяч голов скота. Пастухи пропускали скот через к а ­ рантинные пункты. Верблюды тащили на себе целые помосты с женщинами, детьми, привязанной птицей... З а день мы про­ двинулись не больше чем на сто километров, пока добрались до Шемахи. В течение следующего дня Вавилов осмотрел и проанализировал все предгорье от Шемахи, через Н у х у,3 а каталы Белоканы.

В Нухе — опытная селекционная работа по шелковичному червю. Это тоже проблема. Продуктивные породы итальянско­ го червя сильно пораж ались болезнями. Местные породы, дающие крупный рыхлый кокон, были мало продуктивны, но зато гораздо более устойчивы к болезням и к условиям кли­ мата. Предстояла сложная и трудная работа. Нужно было реорганизовать и кормовую базу, сменив мелколистную ш ел­ ковицу на крупнолистную восточноазиатскую.

В З а к а т а л а х самые крупные в С С С Р плантации орешника, несколько тысяч га. Тоже новая проблема. Орешник — благо­ дарная плодовая культура. Она важ н а и для закрепления поч­ вы, уменьшения эрозии и предохранения культурных земель от выносов каменистых масс с гор.

На горных реках — искусственные завалы из каменных пород, но бешеные потоки рвут и разруш аю т эти сооружения.

Рядом вырублены леса для новых завалов. Поистине рубят, сук, на котором сидят. Еще одна проблема.

По всей предгорной полосе на высоте 600— 1000 метров — леса, в которых много плодовых растений: яблони, груши, мушмула, орех, орешник и т. д. Эта достаточно увлажненная зона самой природой предназначена для древесных плодовых культур и чая.

LSI История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Д в и г а е м с я к пустыне. В ы сохш ая тр ава, сер ая сухая почва, о б л а к а пыли по дороге. Вода — это ж и зн ь и... новая проблема.

Горные ручьи — И о ра, А л а з а н ь — растекаю тся, з а б о л а ч и в а я почву. С ж ад н о ст ь ю вы сасы ваем сок искусно помятых г р а н а ­ тов. П ер ед н ам и Л и р а к с к а я степь. З д е с ь начато орошение новых земель. П ройдет еще несколько лет, и сотни тысяч гектаров будут зан яты лучш ими сортами хлопчатника. Мы осм атриваем первые посевы. Они нелегко дали сь: орошение с откачкой засоленны х вод из водосборных арыков, которых мало;

орошение не отрегулировано, кое-где дороги заллты водой, почва раски сла, не проедешь.

К вечеру д о б р ал и сь до Хлопкового института, срочно по­ строенного в пустыне. Н еотрегулированность орош ения в ы ­ з в а л а здесь вспыш ку м аляри и со смертными случаями. Окна, д в е р и з ав е ш ан ы марлей, спят все под пологами, в воздухе тучи комаров. Хлопчатник — это тож е проблема, это независимость нашей страны. Л ю д и молча и упорно борются за него. Н ел ь зя не почувствовать героики работы. Н аутро, пока воздух ещ е не н акали лся, обходим поля, станции перекачки, смотрим посевы.

Хлопок урож айны й, выровненный.

О тсю да планируем двинуться на Л ен к о р ан ь, важ н ую ботаническую провинцию с о статкам и третичной флоры — хурма, дзельква, буксус и т. д. М естами лес на 5 0 —70 процен­ тов за н я т хурмой. К л и м а т оригинальный — 1100 мм осадков, из них 60— 70 процентов в ы п ад ае т в августе — октябре. Рост деревьев переносится на осень. П рирост до июля составляет 25 процентов, в августе — сентябре — 75. О см атри ваем п л а н ­ тации чая на месте вырубленных лесов. Посевы притенены р я д ам и кукурузы. По реке Л ен к ор ан и, на песчаной широкой пойме — дикие заросли гран ата. Это его родина. К акое богат­ ство форм, окрасок! Все плоды разн осят семена. Ф о р м и р о в а ­ ние идет на глазах: «пекло творенья», по в ы р аж ен и ю Н и к о л а я И вановича. П ойма местами покрыта диким (персидским) клевером, здесь тож е его родина.

В о зв р ащ а ем ся в Баку. Н а м предстоит участвовать в кон­ ференции. П равительству нужен ответ о перспективах х о зяй ­ ства. Его даст генетик, селекционер, географ Н. И. Вавилов.

Н е сам, конечно, но мнение других дол ж н о пройти через его голову, синтезироваться и вырасти в нечто цельное.

Очень многое сделал Н иколай И ванович и в решении про­ блемы хлопководства. В разное время Институт растениевод­ ства передал другим институтам и селекционным станциям до 6 тысяч сортообразцов этой культуры. З а многими из них Вавилов следил в полевых условиях. Больш ое внимание уде 152 История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ лялось важнейшим районам хлопководства — Узбекистану и Таджикистану. В своих поездках по Южной Америке и М ек­ сике Николай Иванович каж ды й раз вывозил лучшие ф ор­ мы. Следил за развертывающейся селекционной работой по^ всему Союзу.

Горячо греет сентябрьское солнце в Средней Азии. В ави ­ лов обходит отлично обработанные поля. Опытный глаз замечает недоразвитые, с засыхающими листьями растения.

Это вилт, опасная болезнь,— нужно усилить иммунитет.

Созревшее волокно вываливается из коробочек пушистой бе­ лой пеной, но длина волокна недостаточна. Н а севере Узбекис­ тана хлопчатник зап азды вает с созреванием — нужны более скороспелые сорта, нужна большая работа, нужны знания. Но успехи есть, большие успехи, дающие уверенность в будущем.

Н ачавш аяся коллективизация, слияние мелких земельных участков в сплошные массивы — это применение механизации, удобрений, сбережение воды. К прогрессу открыта широкая дорога. В голове зреют новые планы.

...Чуйская долина в Киргизии, еще выше — Иссык-Куль ская котловина. Горы и горы. Но какая сухость воздуха и почвы! Д о высоты 1800— 2000 м — голая пустыня, только колючий, как еж, траганантовый астрагал ж мется к р азб р о ­ санным камням. Нередко можно видеть стада джайранов.

Земледелие совершенно невозможно без воды, а осадков 80— 100 мм в год. Но люди жили здесь многие тысячи лет. Они строили сложные арыки, выводя горные ручьи и речки из ущелий на поля. Пшеница, опийный мак. Здесь для него наиболее удачное место... Верхом на лош ади Николай И ван о ­ вич объезжает поля. Он видел многие горные страны, он прошел земледельческий Афганистан, Эфиопию, Мексику, Перу. Он не может остаться безучастным к проблемам хозяй­ ства Киргизии. Он доложит свои выводы и напишет «Расте­ ниеводство Советской Киргизии и его перспективы».

...Дагестан. Горная страна древнейшего классического земледелия. «Поля» колхоза лепятся на высоте 600— 1800 м по крутым склонам горы, как ласточкины гнезда. Каж ды й учас­ ток размером 10— 25, редко 30—70 квадратных метров опоясан каменной подпорной стенкой. Таких участков десятки тысяч.

Почва бедная, ежегодно смываемая и вновь наносимая снизу, с долины. Культура зерновых многотысячелетней давности, и все ж е хлеба не хватает, его надо привозить издалека. Кое где вдоль горных речек узкой полоской тянутся сады, п о ч т чистый абрикос. Старая страна, так и не сумевшая разрешить проблему земледелия...

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Н и к о л ай И ванович р а з г о в а р и в а е т с горцами, участниками экспедиции и часто хмурится. Е м у ж а л ь людей, не знаю щ их отды ха, но он гордится ими и с особым уваж ением п ож им ает руки аварцу, тавлину, лезгину, к у м ы к у — представителям многочисленных горных племен. Он лю бит борьбу и труд.

Нет, не зерновые, не «ласточкины гнезда» полей выведут трудолю бивы й народ Д а г е с т а н а на большую дорогу. П р о б л е ­ ма Д а г е с т а н а — это сады и виноградники. С оциалистическая с т р а н а м ожет привезти хлеб и с севера, по-новому р асп р ед е­ л и т ь культуры. Он с ж а р о м будет отстаи вать свое решение в С овн арком е Д а г е с т а н а, в А кадемии наук, в Н а р к о м зем е С С С Р : 100 тысяч гектаров садов вместо 18, десятки горных консервных заводов, терраси рован и е склонов, закрепление почвы и дороги, дороги...

Ц ентры происхождения, ф орм ирования культур, история народа — это не только интересно, но и необходимо. П ш еница, нут, хлопчатник, опийный мак, лен — десять, м ож ет быть, д в а д ц а т ь тысяч лет прошло от диких до современных форм — соверш енствовались человеком. А вот коноплю, рож ь он не п ривлекал. Они засо р ял и его поля, и он был бессилен против них, они боролись сам и за себя.

...Северная Осетия. Дигория. Высота 1500— 1700 м над уровнем моря. Средневековые постройки, высокие башни с массивными основаниями. Л ю д я м здесь тесно, они едут в разны е страны и в о зв р ащ аю т с я домой только после О к т я б р ь ­ ской революции.

По пологим склонам замкнутой котловины Главного К а в ­ казского хребта — поля. З д е с ь сеялась и пшеница, но ее надо р азы ски вать «днем с огнем»: поля зан яты сорно-полевой рожью. Утром будем д ел ать сборы. С восходом солнца мы у ж е на поле, но ночью подул ветер, и... рж и нет, вместо колось­ ев торчат голые соломины. Колос расп ал ся на десятки состав­ ных частей, усыпал ими землю. Мы собирали вместе с землей опавш ие колоски. Теперь видно и пшеницу, но как ее мало! Она еще не созрела. О п а в ш а я р о ж ь будет з а п а х а н а в миллионах зерен на гектар и даст всходы. Она вынудила человека пере­ менить и забросить поле на много лет. Только на севере, где пшеница менее устойчива, р о ж ь введена в культуру.

О днако сорно-полевая р о ж ь — не дикая, она дополнение к культуре, культурный сорняк. Она интересна предельно р а н ­ ним сроком созревания и, пож алуй, может расти за П олярны м кругом...

Но больше всего сил Н иколай Иванович отдал пшенице.

Где только он не был! Зд есь и главные центры р азн ообрази я История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве 154 http://history.museums.spbu.ru/ и первоначальной культуры пшеницы — горная Северная Африка (Эфиопия), и Передняя Азия (Афганистан), и Кавказ, и главные страны, производители этой культуры — различные области СССР, Соединенные Штаты, К анада, Аргентина, юг Европы и т. д.

Во многих десятках отделений В И Р а, различных институ­ тов, опытных станций и сортоучастков С С С Р ежегодно высе­ валось до 40 тысяч собранных сорто-образцов, чтобы система­ тизировать их по основным признакам и свойствам, чтобы отобрать наиболее ценные сорта, разновидности и группы для обновляемого хозяйства страны.

Надо было учесть опыт ученых С С С Р и всего мира, н а­ блюдая этот опыт, критически переоценивая выводы других и делая свои. Н. И. Вавилов был скептиком в хорошем смысле этого слова: он доверял только своим наблюдениям. И кол­ лектив института помогал ему в этом. Н. А. Максимов, И. И. Туманов, В. И. Разумов, И. В. К расовская вскрывали физиологические особенности пшениц, Н. Н. Иванов — их химический состав, К. М. Чинго-Чингас — хлебопекарные к а ­ чества, К. А. Фляксбергер — морфологию, Г. Д. Карпеченко и Г. А. Левитский — генетические признаки и их наследование.


Основные, суммированные черты — экологию пшениц, то, что прямо связывало культуру с техникой ее возделывания и се­ лекцией, Н. И. Вавилов, настоящий творец и первый поэт растительного мира, дер ж ал в своих руках.

Усилиями Н иколая Ивановича и всего коллектива Инсти­ тута растениеводства был создан единственный на земле фонд основных ресурсов культурных растений, а с ними и их биоло­ гическая история, записанная в живых организмах.

Л. Л. Д ЕКАПРЕЛЕВИЧ, член-корреспондент Академии наук Грузинской ССР — Особенно ярко запомнились мне совместные поездки с Николаем Ивановичем по Грузни, Армении и Азербайджану.

Первая была совершена в начале тридцатых годов на родину грузинских эндемичных пшениц «зандури» и «маха». В то вре­ мя эти виды пшеницы еще возделывались в горных труднодо­ ступных районах Западной Грузии. Мы проехали по маршруту Кутаиси — Орбели — Цагери — Орбели — Алпана — Шови, и Николай Иванович был очень доволен, увидев много участков, засеянных «зандури». С каждого поля он старался взять обра История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ зец, хотя д л я этого часто приходилось взби раться на крутые склоны. У одного крестьянина Н и колай И ванович купил два пуда семян «зандури» и сам нес мешок до машины. Выше О рбели мы наш ли о б разц ы и другого вида пшеницы — « м а ­ ха», наконец, достали и палочки «шнакви», которыми у б и р а ­ лись эти очень ломкоколосые, легко р асп ад аю щ и еся на колоски пшеницы. В этом месте Н и к о л ай И ванович побывал впоследствии еще два р аза.

В дальн ей ш ем он обследовал почти все районы Грузии.

Обычно эти поездки совп адали со временем созревания х л е ­ бов, особенно пшеницы. Если ам ериканского исследователя К ар л ьто н а н а з ы в а л и «охотником за пшеницами», то Н иколай И ванович был охотником из охотников. Он не пропускал ни одного д а ж е небольшого посева, ни одного пшеничного поля, чтобы хотя бы бегло его не осмотреть, выискивая устойчивые к грибным заб о лев ан и ям, крупноколосые и крупнозерные формы. Его интересовало, где распространен и насколько широко описанный им еще в юности вид пшеницы «дика», дл я которого х арактер ен иммунитет ко многим грибным з а б о л е в а ­ ниям. Он все время прикидывал, какую площ адь зан и м ает эта пшеница, о б р а щ а л внимание и на экологические условия распространения той или другой формы. Его зан им ал и и сорта «долис-пури», и формы «кахетинской банатки». Относительно нее Н иколай И ванович вы сказал предположение, что она не была завезен а с Украины, как дум ал и многие, а о б р а зо в а л а с ь в Грузии и Армении в высокогорной полосе.

Н а собираем ых о б р азц а х дел али сь различны е пометки:

«для цитологического анализа», «для фитопатологического анализа», «в анатомическую лабораторию ».

В ы е зж а л и мы обычно часов в восемь-девять утра и весь день были в движении, заку сы в ая на скорую руку. Ш оферы уже знали, где нужно останавливаться, и сам и п р и торм аж и вали машины. К вечеру образцов н аб и р а л о сь столько, что на другое утро у ж е нужно было готовить несколько посылок, которые и отправлялись в Институт растениеводства с бл и ­ ж ай ш его почтового отделения.

В А зе р б а й д ж а н е мне довелось быть с Н и колаем И в а н о в и ­ чем в З а к а т а л ь с к о м и Нухинском районах и около Е влаха.

Здесь его особенно интересовали продуктивные поливные, озимые и полуозимые «тургидоподобные» формы твердой пшеницы.

Хорошо запом нилась поездка в один из интереснейших уголков земного ш ара — окрестности селения Ш о р б у л аг близ Еревана, где еще сохранились дикорастущ ие пшеницы — д в у ­, История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ зернянки и однозернянки, считающиеся родичами культурных пшениц. Эту поездку организовал М. Г. Туманян, который первый открыл местонахождение пшениц-«дикарей» в преде­ л а х СССР.

Мы пробыли в Ш орбулаге почти весь день. Николай И в а ­ нович буквально обегал несколько квадратных километров, спускаясь на дно оврагов и снова поднимаясь на вершины холмов. Под конец я уже был не в состоянии его сопровож ­ дать. Дольше моего д е р ж а л с я Михаил Галустович Туманян, но и он устал, а Николай Иванович все собирал и собирал образцы «дикарей» и сопутствующих им растений.

В результате поездок по Грузии, Армении и А зербайджану у Вавилова возникла оригинальная мысль организовать свое­ образную экскурсию-симпозиум, в которой должны были участвовать виднейшие пшеничники мира. Насколько помню, Николай Иванович намечал пригласить следующих ученых:

Ацци, автора труда «Климат пшеницы на земном шаре», Персиваля, автора мировой монографии по пшенице, Говарда, исследователя пшениц Индии и Белудж истана, еще несколь­ ких специалистов из-за рубежа и, конечно, советских пшенич­ ников. Всего намечалось собрать человек пятнадцать. Эта небольшая группа долж на была объехать наиболее интерес­ ные места, побывать в первую очередь в Раче-Лечхумн, на родине древних видов грузинских пшениц, и обязательно в Ш орбулаге близ Еревана. Предполагалось объехать и другие наиболее интересные районы Грузии, А зербайдж ана и Арме­ нии, а потом на заседании подытожить результаты исследова­ ний пшеницы в этих республиках. Кроме обмена мнениями, Николай Иванович думал воочию показать, что было сделано советскими исследователями по изучению пшениц за послед­ ние годы.

К. Е. БАХТАДЗЕ, действительный член Академии наук Грузинской ССР и ВАСХНИЛ, Герой Социалистического Труда — Несмотря на свою огромную нагрузку и частые за р у ­ бежные экспедиции, Вавилов всегда находил время и для отраслевых культур, выезжал на места и живо интересовался проводимыми здесь исследованиями. Так, посещал он и З а ­ кавказские республики.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Он не п р и зн ав ал парадности, не лю бил гостиниц и р ес т о р а­ нов, торж ественны х встреч и банкетов. Мы, тогда еще молодые работники субтропического хозяйства Грузии, хорошо знали эти особенности В ави лова и стар али сь не н а р у ш а т ь его правил.

З н а к о м я с ь с научными сотрудниками, Н и колай И ванович изучал свойства каж дого, его способности и возможности.

В соответствии с этим д а в а л зад ан и я, советовал, к каки м целям стремиться, а по приезде в следующий р а з зн ак о м и л ся с тем, что сделано. Т ак был подготовлен м атериал д л я моей первой работы «Морфологический состав чая в Грузии».

1930— 1935 годы были временем бурного р азви ти я субтр о­ пического хозяйства. Советское чаеводство остро н у ж д а л о с ь в посевном м атер и а л е д л я з а к л а д к и новых плантаций. У н ас со х р ан и л ась стен ограм м а беседы Н и к о л а я И вановича с р а б о т ­ никами «Чай — Грузия» по вопросам импорта семян. В своих поездках по странам Восточной Азии Н и колай И ванович, повидавший и чаеводческие районы, составил представление о том, что м ож ет быть сделан о для положительного реш ения этой проблемы, и поделился своими впечатлениями.

А в 1934 году одна из выездных сессий Всесоюзной А к а д е ­ мии сельскохозяйственных наук имени В. И. Л ен и н а, прово­ ди вш аяся в городе Б атум и, была целиком посвящ ена семено­ водству в культуре чая, состоянию и перспективам его р а з в и ­ тия. Всестороннее рассмотрение вопроса и заклю чительное выступление Н и к о л а я И вановича внесли значительный в к л а д в дело обеспеченности хозяйств теперь уж е своим посевным материалом. S Больш ую помощь мы получали и в Л енинграде. З д есь, в головном Всесоюзном институте растениеводства и в его многочисленных л а б о р а т о р и я х Д етского Села мы имели воз­ можность углублять свои знания в области генетики, биологии, селекции и семеноводства сельскохозяйственных растений.

В Ф. Н И К О Л А Е В.

кандидат биологических наук, бывший заместитель директора Сухумского субтропического отделения ВИРа — В 1925 году Н. И. Вавилов приехал в Харьков, где тогда разм ещ али сь правительственные учреждения УССР, д л я р е­ шения вопроса об организации на Украине опытной станции, История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ подчиненной Всесоюзному институту прикладной ботаники и новых культур. Профессор Харьковского сельскохозяйствен­ ного института Н. Н. Кулешов, ныне академик, у которого я работал ассистентом на кафедре частного земледелия, прини­ мал в этом самое активное участие. Однако группа сотрудников Н К З УССР упорно отстаивала необходимость создания подоб­ ного типа опытного учреждения в своей системе, и немало, видимо, пришлось приложить усилий Николаю Ивановичу, чтобы настоять на своем.

В этот приезд в Харьков Вавилов выступил с докладом -о своей работе по изучению центров происхождения культур­ ных растений. Тогда я впервые услышал низкий голос Николая Ивановича и, как и другие, был восхищен сделанными им выводами, умением излагать материал в увлекательной форме.

Осенью Н. Н. Кулешов, ставший директором Украинской станции ВИ Р, предложил мне занять по совместительству должность лаборанта. Ассистентом согласился быть другой сотрудник нашей кафедры Л. П. Бордаков, специализировав­ шийся на изучении кормовых культур, главным образом л ю ­ церны, которой предполагалось уделить очень большое вни­ мание.

В мои обязанности на станции входило руководить посевом н наблюдениями за обширной группой, включавшей все зер­ новые, кроме кукурузы, все зернобобовые и некоторые технические культуры. В И Р выделил нам несколько тысяч образц ов но различным своим отделам и секциям, а в помощь давалось всего два сезонных практиканта и 6— 8 рабочих. Уже после посева выяснилось, что зигзагообразная линия вдоль всех делянок составляла около 20 километров. Приходилось работать по 12— 16 часов в сутки. Кроме того, в мои о б я зан ­ ности входило и ведение библиотекой, солидно укомплектован­ ной при непосредственной помощи Н иколая Ивановича из фондов ВИ Ра.


В марте 1926 года станцию на несколько дней посетил Ни 'колай Иванович по пути из Ленинграда в Киев, где он должен был выступать с каким-то докладом. Поля еще были покрыты снегом, и осматривать их не было никакой возможности. В а ­ вилов внимательно знакомился с планами работ, давал сове­ ты, рассказывал о своих поездках в другие страны, и за скромным чаем мы засиживались до полуночи.

Узнав, что мне предстоит иметь дело, притом впервые в жизни, с большим разнообразием культур, Николай И ван о­ вич покачал головой, но с обаятельной улыбкой сказал: «Ну, История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ батенька, ничего, справитесь, ведь не боги горшки лепят.

Только помните, что все ваш и помыслы д о л ж н ы быть в работе, в ее р езу л ь т а т а х заинтересованы многие сотрудники наш его института, приславш ие на станцию образцы. Б удьте с о б р а н ­ ным, аккуратны м и побольше читайте. Книги — лучш ие по­ мощники. А летом о б я зател ь н о д ад и м вам командировки на другие станции. Посмотрите, поучитесь у старших».

Когда н а ч а л а с ь посевная ст р ад а, п ер еш едш ая без какого либо перерыва в н ап р я ж е н н у ю р аботу по уходу за посевами и н аблю дениям и за ними, передо мной всегда вы рисовы валось лицо Н и к о л а я И ван ови ча, как бы п о д б ад р и в ав ш ее меня своей улыбкой.

Л е то м я побы вал, на Кубанской станции в К р асн о д ар ск о м крае, где изучались мировые коллекции озимых хлебов и фасоли, и на только что организованной субтропической станции в Сухуми. А зимой 1926/1927 года все три научных сотрудника Украинской станции, в том числе и я, были в ы з в а ­ ны в Л е н и н г р а д д л я отчета и повышения квалиф икации. З д е с ь мы о к аза л и с ь в окруж ении зам ечательного коллектива В И Р а, созданного Н и колаем И вановичем, вклю чавш его такие блес­ тящ и е имена, как Ф ляксбергер, М аксимов, Л евицкий, П а ш к е ­ вич, Кичунов, Говоров, Вульф, Ж у к о в ск и й и многие другие.

Мы имели полную возм ож ность пользоваться богатой библио­ текой В И Р а, лично общ аться с лю бы м исследователем, полу­ чать от него интересующие нас сведения.

В эту поездку мне очень хорошо запомнился один случай.

Я уж е знал, что Вавилов не лю бит з а т я ж к и в оформлении з а ­ конченных работ, д а ж е если они охваты ваю т сравнительно частный вопрос. По совету Н. Н. К улеш ова я решил н ап и сать небольшую статью о поведении различны х сортов чины в усло­ виях в ы р ащ и ван и я на Украинской станции, причем позволил себе описать две новые ее разновидности. П р е ж д е чем сдать рукопись в редакцию, я передал ее на просмотр сотруднице института, зан им авш ейся этой культурой. Н ео ж и д ан н о м еж д у нами возник конфликт, поскольку она считала, что м атериал для посева о тп р авл я л ся ею и я не могу д е л а т ь по нему никаких обобщений. Конфликт, конечно, пустяковый, но д л я р азр е ш е ­ ния его был привлечен сам Н и ко лай Иванович. Вывод его было примерно таким: «Любой научный сотрудник и м ее тп р а во оф орм лять печатные труды по тому м атериалу, над кото­ рым он непосредственно работал». Статью эту опубликовали за моей фамилией, но с вы раж ением благодарности отделу зернобобовых, предоставивш ему мне материал д л я наблю ­ дений.

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве 160 http://history.museums.spbu.ru/ Вернувшись из командировки в Ленинград, я застал мою жену, болевшую туберкулезом, * крайне тяжелом состоянии, на грани неминуемой смерти. Единственной возможностью продлить еще немного ее жизнь, как говорили доктора, был переезд в более благоприятный по климатическим условиям район. Особенно рекомендовали Сухуми.

Не откладывая дела в долгий ящик, я решил написать Николаю Ивановичу личное письмо с просьбой перевести меня на работу в Сухумское отделение В И Р а, изложи* причины, побуждающие меня обратиться к нему. С надеждой и нетер­ пением ожидал я ответа. И он пришел с поразительной быстро­ той. Я и сейчас почти дословно пом тю приказ на имя Н. Н. Кулешова:

«Л аборанта Украинской станции Н иколаева В. Ф. с 1-го апреля с. г. перевести на должность старшего ассистента и заместителя директора Сухумского субтропического отде­ ления».

Р азве можно передать словами мою благодарность, благо­ говение перед человечностью Н иколая Ивановича и перед его, еще недостаточно, пожалуй, тогда еще обоснованным с обыч­ ной точки зрения поступком, передвигавшим л а б о р ан та сразу на две ступеньки выше по служебной лестнице!

Николай Иванович верил в людей, и я всеми си ла­ ми старался отправдать его доверие, проявленное ко мне.

Сухумское отделение Вавилов посещал ежегодно один-два раза и уделял ему большое внимание. В то время В И Р орга­ низовал ряд экспедиций в субтропические и тропические стра­ ны, Николай Иванович принимал в некоторых из них непо­ средственное участие, и поэтому Сухумское отделение стало основной базой, где высевались многочисленные собранные образцы семян. Большой материал поступал по цитрусовым, кукурузе, фасоли, гваюле, тунговому и хинному деревьям, авокадо, батату, эвкалиптам, акациям, эфирно-масличным и лекарственным растениям, южным декоративным деревьям и кустарникам и т. д.

Коллектив у нас подобрался хороший, все с увлечением работали, некоторые с несколькими культурами сразу, летом и осенью к нам приезжали для наблюдений сотрудники из Ленинграда, многие заведующие отделами.

Каждое появление Николая Ивановича было для всех большим событием, пожалуй, д аж е праздником. Николай Иванович каждому уделял внимание, а при обходе посевов и посадок требовал, чтобы объяснения ему давали непосред 6 Заказ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ственно те то зар и щ и, которые р аб о таю т с данной культурой или по определенному вопросу.

В В И Р е было обязательн ы м, чтобы почти еж егодно каж д ы й сотрудник периферии на один или д в а месяца п р и е зж а л в Л е ­ нинград д л я зн ако м ства с литературой, представления отчетов, бесед с р аб о тн и к ам и центра — получать, как говорил Н и колай И ванович, «зарядку» на будущее. Ч ащ е всего такие к о м а н д и ­ ровки приходились на зимний период, когда в Л е н и н гр а д е собирались представители всех отделений и станций В И Р а.

Н и к о л ай И ванович устр аи вал д л я нас специальные экскурсии и зас ед ан и я в различны х отделах института, коллективные выезды в л а б о р ат о р и и Д етского Села с объясн ен и ям и веду­ щих специалистов. Многим п р ед став л я л а сь возм ож ность по­ знакомиться на месте с работой других опытных учреждений института, расп олож ен н ы х в различны х пунктах нашей не­ объятной Родины.

П р и д а в а я большое значение изучению дикорастущ ей и культурной флоры К а в к а з а как центра ф орм ирования ряда культур, Н и колай И ванович привлек к нему и сотрудников Сухумского отделения. И, хоть это м ож ет показаться с т р а н ­ ным и нелогичным, наш специалист по цитрусовым В. Е. Еки моз с увлечением о б р а б а т ы в а л м атериал по алыче и обследо­ вал южные районы Армении и А зе р б а й д ж а н а, а я н аблю дал плодовые Чечни, Ингушетии, Северной Осетии, К а б а р д ы и Б а л к а р и и и склонен был одно время писать монографию по кизилу.

К а к зам еститель ди ректо ра Сухумского отделения, я не реж е двух р аз в год д о л ж е н был п р и езж ать в Л ен и н гр ад для разреш ения накопивш ихся вопросов и в институте, и лично у Н и к о л а я И вановича. И я не помню случая, чтобы хоть в один кз таких моих приездов у Н и к о л а я И ван о ви ча не наш лось времени в тот ж е день переговорить со мной, если он, конечно, был на месте.

Ч а щ е всего он о свобо ж дался от бесконечного количества посетителей только к 6— 7 часам вечера, а потом неизменно следовало приглашение ехать к нему домой.

Меня всегда п о р а ж а л о обилие книг в квартире Н и к о л ая И вановича. Книжные ш каф ы р а зм ещ ал и сь и в кабинете, и в столовой, и в спальне его жены. И какие там были чудесные, редкостные издания!

Н и колай Иванович охотно позволял пользоваться книгами из своей библиотеки и д а ж е брать их с собой, но с о б я з а т е л ь ­ ным условием оставлять на их месте записочки, когда и кто ЯН БЗЯЛ. ::

История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Особенно часто беседы с Николаем Ивановичем у него дома происходили в 1933— 1934 годах, когда он задум ал из­ дать объемистый коллективный труд «Советские субтропики», авторами которого должны были быть сотрудники нашего и Ботанического института АН С С С Р в Л енинграде ( Б И Н ).

Николай Иванович решил привлечь меня к редактированию торопил с подбором поступающих статей. Принося ему на подпись просмотренные рукописи, я неизменно слышал: «П о­ строже, построже, батенька, относитесь, издание должно быть безукоризненным, мы должны показать наши субтропики во всей их перспективности для народного хозяйства».

Некоторые материалы Николай Иванович оставлял себе для более внимательного ознакомления, а на остальные ста­ вил свой гриф «к печати», доверяя, таким образом, соредак тору.

О б лад ая исключительной трудоспособностью. Вавилоз не­ устанно требовал полной отдачи з работе и от всех своих многочисленных помощников. Помню, намечалось издание второго тома трудов института, посвященного субтропическим культурам. Мне предложили в месячный срок обобщить ре­ зультаты изучения каучуконосного растения гваюлы, семена которого были присланы экспедицией Воронова, Боссе и Юзеп чука из Мексики и высеяны в Сухуми. Я уже заканчивал работу, как вдруг неожиданно получил письмо из редакции:

в этот же том в самом срочном порядке нужна статья об австралийских акациях, которыми я начал заниматься с увле­ чением и собрал довольно много данных, з частности, з пе­ реписке непосредственно с австралийскими ботаническими учреждениями. Я не чувствовал, однако, особенного желания браться за оформление скромных своих достижений, о чем и написал Николаю Ивановичу. Ответ пришел весьма реши­ тельный. Оказывается, представленная в редакцию статья по этой культуре не одобрена, и Николай Иванович настаивает на моем авторстве. Одновременно директору отделения пред­ лагалось освободить меня на месяц от всех текущих дел, что­ бы дать возможность выполнить экстренное задание инсти­ тута.

А вот еще один интересный случай.

В 1931 или в 1932 году из-за отсутствия денег в Сухумском банке нам довольно долгое время с большим трудом у д а в а­ лось доставать необходимые суммы. А Николай Иванович в один из своих приездов издержался в дороге и хотел полу­ чить аванс из ассигнований на Сухумское отделение, чтобы впоследствии погасить его из кассы В И Р а. Мне пришлось 6* История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ лично поехать в банк и добиться приема непосредственно у н ачальн и ка. Узнав, кому нужны деньги, у п р ав л я ю щ и й б а н ­ ком без з а д е р ж к и подписал чек к оплате, с к аза в : « Зн аю а к а д е м и к а В ави лова, ему я о т к а за т ь не могу». Т аков был авторитет Н и к о л а я И ван о в и ч а во всей стране, д а ж е у людей, которые не имели непосредственного отношения к его р аботам.

П ри пом и н ается одно из заседаний первого съ езд а генети­ ков и селекционеров С С С Р, в котором принимали участие и таки е иностранные светила, как Гольдш мидт, Б а у р и д р у ­ гие. П редсед ател ьств о в авш и й на очередном заседании съезда Мейстер п рервал д о к л а д Филипченко д л я экстренного сооб­ щения об избрании Н. И. В ави лова действительным членом АН С С С Р. Трудно передать, что творилось в зале. Все при­ сутствовавш ие встали, и аплодисменты длились несколько минут. А вечером, на великолепном банкете в честь участни­ ков съезда Н и к о л ай И ванович б л аго д ар и л всех присутство­ вавших, о б р а щ а я с ь к ним то на немецком, то на английском, то на ф ранцузском язы ках.

Только один р аз я видел Н и к о л а я И ван ови ча в состоянии сильного возбуж ден и я. Это было на заседании Ученого совета В И Р а при обсуждении отчета заведую щ его отделом интро­ дукции Д. Д. А рц ы баш ева. Н азн ач ен н ы й на эту долж н ость без согласия Н и к о л а я И ван овича во время его экспедиции в Эфиопию (к ак и на долж н ость зам естителя директора В И Р а ), Д. Д. А рцы баш ев о к а за л с я совсем не на месте и в от­ чете его отсутствовала направленность в работе, которую т а к ценил Н и колай Иванович. Обычно он д е л а л краткое вступ­ ление, как бы з а д а в а я тон последующим прениям, но на этот раз Н иколай И ванович изменил своему п р авилу и взял слово лишь в самом конце заседания, подводя итоги не только своим личным впечатлениям от отчета, но и мнению всего коллектива института. Говорил он возбуж денно и д а ж е резко.

Вскоре Д. Д. А рцы баш ев ушел из В И Р а.

В ы е зж а я в заграничны е путешествия, Н и колай Иванович старался п о ддер ж и вать регулярную письменную связь со многими сотрудниками института, делился с ними своими впечатлениями, д а в а л советы, подбадривал. Не раз и я полу­ чал от него письма с дороги или открытки с рисунками гости­ ниц, в которых он остан авл и вался, или с изображ ен иям и местности, где он побывал, и в к а ж д о м — отеческое внушение и п ож елан и е трудиться интенсивнее, быстрее оф орм лять результаты исследований.

Много р асск азы в ал нам Н и колай Иванович о своих по­ ездках по Ц ентральной и Ю жной Америке, оказав ш ей ся мес­ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ том сосредоточения многих интересовавших нас субтропиче­ ских и тропических растений. Говорил он образно, вспоминал трудности, которые пришлось преодолевать при сборе м ате­ риала по таким культурам, как гваюла, хинное дерево, кокаи­ новый куст. Серьезным препятствием было нежелание ряда государств предоставить ему въездные визы, хотя о них хлопотали видные ученые США, в том числе и директор Бюро растительной индустрии Файрчайльд. И тут кто-то подсказал Николаю Ивановичу простейший путь. О казывается, если лететь самолетом, никакой визы не требуется и билет транзит­ ного пассажира служит как бы паспортом. Это и д ал о в о зм о ж ­ ность Николаю Ивановичу, правда, не на долгий срок, посе­ тить некоторые южноамериканские страны, а знание испан­ ского языка помогло ему не привлекать к себе излишнего внимания.

Приходилось идти и на хитрости. О днаж ды Вавилову очень понравились вкус и консистенция неизвестного ему туземного плода. Однако вывоз его сурово преследовался. Что делать?

В карман его не засунешь, да и в пути он не сохранится. Тогда Николай Иванович начал есть эти плоды на месте, а довольно крупные косточки их неизменно прятал. С юмором он р ас с к а ­ зывал нам, как в аэропорту, при посадке на самолет, чиновник удивился, что за краткое свое пребывание в стране Николай Иванович смог поправиться чуть ли не на два килограмма (личного обыска на авиалиниях не проводили).

Сбор семян в горных районах, кажется, Колумбии, дико­ растущего хинного дерева такж е потребовал некоторой изоб­ ретательности, чтобы избежать неусыпного ока приставленных к советскому ученому проводников-соглядатаев.

Интересно вспоминал Николай Иванович и о своей поездке по Эфиопии, куда он попал при содействии одного крупного французского ученого, с которым плыл на пароходе из Алек­ сандрии в Суэц. По рекомендации этого ученого в Джибути, главном городе тогдашней итальянской колонии Эритреи, Вавилову была выдана виза на въезд в Эфиопию. Но еще до прибытия поездом в столицу этой страны, Аддис-Абебу, Н и ­ колай Иванович, как он сам говорил, не мог удержаться от нетерпения поближе познакомиться со столь интересовавшей его местной культурной растительностью и решил побродить по окрестностям одной станции, презрев опасность возможных неприятностей от такого поступка. Однако осложнений не было.

Принятый негусом, императором Эфиопии, Вавилов произ­ вел на него такое благоприятное впечатление, что его объяви История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ли другом эфиопского н арода и вы дал и разреш ен и е на посе­ щение лю бы х районов страны. Всем пр ави тел ям этих р ай он о в п р е д л а г а л о с ь о к а зы в а т ь профессору В ав и л о в у всемерное содействие в его работе.

Н и к о л а ю И ван о ви чу тр ебовали сь энтузиазм и выдержка,, выносливость и находчивость, чтобы в трудных подчас усло­ виях собирать те тысячи о бр азц о в семян и плодов, которые потоком н а п р а в л я л и с ь в В И Р, где они служ или бесценным/ м атер и ало м д л я многочисленных исследований.

' В. А. А Л Ф Е Р О В, бывший научный сотрудник Сухумской опытной станции ВИ Ра — Впервые я встретился с Н. И. В авиловым в 1928 году в Сухумском отделении В И Р а, где я в то время р аб о т ал тех­ ником по декорати вн ы м культурам. Н иколай И ванович сразу ж е произвел на меня огромное впечатление своей кипучей энергией и осведомленностью д а ж е по таким культурам, кото­ рые, к азал о сь бы, не имели к нему непосредственного отноше­ ния, например цветочным растениям. Он хорошо знал л и т е р а ­ туру и д а в а л у к аза н и я, какими источниками пользоваться по лю бом у изучаемому вопросу.

С овещ ания в отделении затяги в ал и сь при нем иногда чуть ли не до утра. Н и к о л а й И ванович делился впечатлениями о своих поездках в различны е страны, часто рассказы вал, с каким трудом приходилось добы вать те или иные растения, которые он привозил в тысячах образцов. Все это было н а ­ столько интересно, что д а ж е лица, не связанны е с работой отделения, не уходили с этих совещаний до конца.

Во время своих посещений Н и колай И ванович неоднократ­ но говорил мне: «Займитесь изучением дикорастущ их цветоч­ ных растений и введением их в культуру, ведь этим никто не занимается». Я последовал его с о в е т у — в Сухумском отделе­ нии В И Р а была собрана бо л ьш ая коллекция дикорастущ их ирисов, тюльпанов, пионов, крокусов, кавказски х лилий и мно­ гих других. О днако довести до конца эту работу не удалось.

В одной поездке с Н и колаем И вановичем мне довелось участвовать. Вместе с иностранными гостями он на двух автом аш и н ах проделал путь от Л ен и н гр ад а через А зе р б а й д ­ ж ан, Грузию и К авказски е горы, преодолевая несколько перевалов, где, по его словам, приходилось чуть ли не на себе История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ перетаскивать машины или расчищать тропы от завалов.

В Сухуми он приехал один, так как иностранные гости (про­ фессор Х арланд и др.) где-то отстали, не вы держ ав трудного маршрута. Николай Иванович остался в интродукционном питомнике на несколько дней, особенно интересуясь техничес­ кими и лекарственными культурами. В то ж е время он п лан и ­ ровал продолжение путешествия от Сухуми, с заездом в Красную Поляну и на л ош адях в горы для осмотра мест­ ности под организацию горно-альпийского питомника. Д а л е е путь шел через Туапсе — Майкоп на Шунтукское отделение В И Р а и на Северо-Кавказское отделение «Отрада Кубанская».



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.