авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«В книге рассматриваются философско-политические основы разных форм социализма индустриальной эпохи: раннеиндустриального социализма (сен-симонизма и марксизма), двух самых крупных течений ...»

-- [ Страница 5 ] --

Бросается в глаза, что Турен обращается к историческо му опыту социал-демократии, чтобы обосновать возмож ность исторических действий левых в современных услови ях. Его беспокоит принявшая всемирный масштаб в послед нюю треть XX в. либерализация экономики, которая породила (у левых в том числе) настроения безнадежности, невозможности сопротивляться законам мирового рынка.

Он хочет доказать, что либерализация и глобализация эко номики не могут уничтожить способности к политическому и социальному действию. В пользу этой мысли он приводит три аргумента. Первый из них имеет исторический харак тер, Турен подчеркивает, что европейская социал-демокра тия, создав социальное государство, доказала, что возможно политическое сопротивление рыночной экономике. Второй аргумент теоретического плана: в духе своей социологии дей ствия Турен доказывает, что глобализация представляет со бой ряд не связанных друг с другом процессов, а это облег чает возможность противодействия ее негативным послед ствиям. Он пишет о глобализации: «Утверждение, что она создает мировое либеральное общество, управляемое рын ками и непроницаемое для политики, является чисто идео логическим» 231. Третий аргумент эмпирического характера:

Турен констатирует, что в европейских странах формируют ся новые оппозиционные слои: безработные, бездомные, рабочие-мигранты – главной, таким образом, становится борьба с усиливающимся социальным неравенством. Он даже замечает, что те социальные движения, о которых он писал в 70-80 гг., исчерпали себя. С этим трудно согласить ся, поскольку, например, ни экологизм, ни регионализм да леко себя не исчерпали, наоборот, глобализация экономики дает новый импульс к их развитию. Уходят, может быть, в прошлое протестные движения, связанные с всевластием медиа или с плохой организацией здравоохранения, то, что волновало людей в обществах потребления, но и это пред ставляется спорным, поскольку они, возможно, просто ото двинуты на второй план из-за нового обострения социаль ного неравенства и кризиса национального государства, ког да вновь становятся актуальны идеи равенства и солидарности и левые осознают необходимость защиты де мократии, перенесения ее и на наднациональный, и на ин франациональный уровни.

Любопытна общая характеристика экономической и социально-политической ситуации в европейских странах, которую теперь дает Турен. Они, по его мнению, переходят от «социализма к капитализму», в них «рынок заменил госу дарство как главную регулирующую силу нашего общест ва»232. Таким образом, теоретик нетрадиционных левых дви жений, каким является Турен, явно становится на позиции традиционного демократического социализма и отождеств ляет социализм с государственным вмешательством в эко номику. Весь XX в. традиционные европейские левые были расколоты, боролись между собой социалисты и коммунис ты, первые создавали социальное государство в условиях рыночной экономики и представительной демократии, вто рые видели свою цель в создании социалистических госу дарств по образцу восточноевропейских, с общественной собственностью на средства производства и диктатурой ком партий. Но под ударами либеральной экономики, окрепшей на волне постиндустриальных перемен, в конце восьмиде сятых – начале 90-х гг. разрушились тоталитарные социа листические государства Востока (на Востоке этому содей ствовали еще такие факторы, как отторжение населением жесткого идеологического диктата компартий и недемокра тической политической системы). И примерно в то же вре мя или чуть раньше, также под ударами либеральной эконо мики начался кризис в Западной Европе социального госу дарства, созданного усилиями социал-демократических партий. Можно было бы, пожалуй, сказать, что при всем раз личии экономико-политических процессов на Западе и Вос токе между ними имелось и нечто общее: и там, и тут терпе ло поражение протекционистское государство, ориентиро ванное на бездумный экономический рост и повышение материального благосостояния населения. Но теперь на За паде как будто наступает другой этап, европейская левая воз рождается, критически переоценивая свое прошлое.

Левые отходят от принципов государственного протек ционизма и ищут новых форм политического регулирова ния рыночной экономики. Турен солидаризируется с идея ми многих французских социалистов, когда пишет о соци альном государстве, что оно имело недостатки: оно плохо управляло национальным сектором экономики, отрицатель ются сферы субполитики, не имеющей демократического характера. Противоречивый альянс центральной демократи ческой власти и недемократических структур, например в экономике, отмечал еще М.Вебер, в недавнее время об этом писал М.Фуко, развивая понятие дисциплинарной власти.

У.Бек выражает ту же мысль, когда говорит, что политичес кая власть «соскальзывает» с уровня демократического цен тра на уровень «демократически нелегитимированных обсто ятельств экономики и научно-технической неполитики»238.

Появление сфер субполитики за пределами досягаемости центральной власти означает размывание границ политики.

С точки зрения центральной власти общество становится «неуправляемым». С точки зрения членов общества государ ственная власть утрачивает эффективность и инициативу.

Можно рассматривать указанные процессы как искаже ние демократии и нарушение демократических прав граж дан. У.Бек, напротив, рассматривает их как путь к расшире нию демократии и выработке ее новых форм. Главное, с его точки зрения, заключается в том, чтобы формы субполити ки обрели демократическое измерение. Решение этой про блемы он видит не в установлении государственного контро ля над разными сферами общественной жизни, а в установ лении контроля решений, принимаемых в сферах субполитики, со стороны специалистов (развитие медици ны должны контролировать медики, безопасность техноло гических решений должны подтверждать технологи и т.д.).

Правда, можно усомниться, что контроль специалистов со ответствует демократическим принципам. Если это про изойдет (а именно в этом направлении происходят изме нения в политической области), то можно будет уверенно говорить, что политические решения в постиндустриаль ных обществах принимаются специалистами, экспертами, учеными, властные функции сосредоточиваются в руках «наукократов», если позволительно ввести такое словооб разование. О такой власти для индустриального общества мечтал Сен-Симон, но на деле в нем правили капитал и де «мышление левых основано на вере в разум людей, в их спо собность понимать и соответствующим образом оценивать общественные отношения и путем достижения разумного согласия друг с другом разрабатывать альтернативы, позво ляющие существенно улучшить общественные жизненные взаимосвязи»241. Такая беспредельная рационализация чело веческих отношений выглядит странно, она совсем не свой ственна левым Нового времени ни индустриальной, ни пост индустриальной направленности. Тут сказывается, видимо, влияние Ю.Хабермаса, его идеи «коммуникативного разу ма». Собственно, и тот разум, о котором говорит Т.Майер, является коммуникативным – это разум переговоров, поис ка консенсуса, возможностей согласия различных конфлик тующих сторон. Он представляется Т.Майеру почти всесиль ным, поскольку социал-демократы, да и просто демократы, верят в возможность решения с его помощью всех социаль ных конфликтов. В идеале в процесс коммуникации долж ны быть вовлечены все живущие на земле люди, тогда бы и состоялся универсально расширенный дискурс, о котором говорит Хабермас. Но эта идея вызывает, по крайней мере, два возражения. Во-первых, далеко не бесспорно, что все хотят и могут включиться в процесс разумного формирова ния политической воли и идти ради достижения консенсу са на уступки и компромиссы. Есть ценности, которыми оп ределенные группы никогда не согласятся пожертвовать ради достижения консенсуса (взять хотя бы исламский тер роризм). Во-вторых, даже если налицо окажется макси мально расширенный дискурс, все же при выработке кон сенсуса крупные или более искусные в переговорах группы населения окажутся в лучшем положении и уступать при дется группам, находящимся в менее привилегированном положении. Сказанное подталкивает к выводу, что вопре ки Хабермасу разум далеко не универсален, так как в отно шении разумности принятых решений всегда может быть поставлен вопрос: разумно для кого? применительно к ка кой цели или ценности?

Социализм изначально формировался как позиция, от рицающая консенсус и переговорные процессы, так как он был ориентирован на защиту определенного качества или ценности – ценности труда. Социалисты, начиная с Бабе фа, Бланки, потом Маркс и марксисты настаивали на исклю чительных правах труда и планировали переустроить все об щество на основе труда. Для марксистов начала XX в. при оритет труда в обществе был бесспорен. И только постепенно западная социал-демократия включается сначала робко, а после второй мировой войны все более уверенно в перего ворный процесс в рамках демократии от имени рабочих.

Сейчас ситуация кардинально меняется. С одной стороны, исчезновение крупных социальных групп («фрагментация»

населения) как будто облегчает условия коммуникативной выработки консенсуса в духе Хабермаса. С другой стороны, национальная демократия, как было отмечено выше, пере живает глубокий кризис из-за беспрецедентного выплеска крупного капитала за рамки национальных государств, из менения характера управленческих структур в экономике, государстве и обществе в целом. Какая перспектива ожида ет в этой связи социалистически ориентированных европей ских левых? Ограничатся ли они интеллектуальным протес том и спорадическими социальными выступлениями? Вер нутся ли к идее альтернативного в отношении капитализма общества, делая на этот раз сильный упор на экологических рисках, развивающихся в результате производственной дея тельности? Или будут продолжать действовать в рамках на циональной демократии, делая все большие уступки капи талу, а может быть, и одерживая над ним победы? На эти во просы может ответить только будущее.

быть носителем социального прогресса и составлять базу социалистических партий. Правда, уже в 60–70-е гг. прошло го столетия западные социалисты ощутили необходимость расширения своего электората за счет «белых воротничков», но примерно тогда же и КПСС была объявлена партией все го народа. В-четвертых, те и другие долго верили, что социа лизм означает особую форму общества, построенного на принципах справедливости. В этом были уверены Ленин и последующие руководители советского государства, но в этом же были уверены до сравнительно недавнего времени и западные социалисты, которые воспринимали собствен ную реформистскую деятельность как вынужденную пози цию, имеющую место лишь до тех пор, пока не настанет вре мя окончательного разрыва с капитализма. Только в 1959 г., принимая на съезде в Бад-Годесберге новую программу СДПГ, немцы отказались от идеи перехода к социализму пу тем разрыва с капитализмом, у французских же социалис тов подобные идеи были в ходу вплоть до начала 80-х гг., ког да они осуществили свой кратковременный «социалистиче ский» эксперимент.

Таким образом, ожесточенное идеологическое и поли тическое противостояние западной социал-демократии и коммунизма, свидетелями которого мы в недавнее время были и которое имело, бесспорно, реальную основу, скры вало существенное их между собой сходство, каковое оста валось невыявленным, пока не настало время постиндуст риальных перемен и не были поставлены под вопрос обо значенные выше особенности их политической практики и идеологических установок.

Первые теории постиндустриального мира появились в период после второй мировой войны и были связаны с име нами Д.Белла, Дж.Гэлбрейта, Ж.Фурастье, А.Турена. Теоре тики постиндустриализма изначально придерживались той точки зрения, что производственно-технологические пере мены воздействуют на все сферы общественной жизни, они в этом плане выступали как наследники Сен-Симона, кото

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.