авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство регионального развития Российской Федерации

Правительство Белгородской области

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное

учреждение

высшего профессионального образования

«Белгородский государственный университет»

ПРИЧИНЫ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЭТНИЧЕСКОГО

ЭКСТРЕМИЗМА И КСЕНОФОБИИ СРЕДИ

МОЛОДЕЖИ

(ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ)

СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ

СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ Белгород 2008 2 ББК 60.542.15+60.545.1 П 77 Печатается по решению редакционно-издательского совета Белгородского государственного университета Ответственный редактор:

доктор социологических наук

, профессор ректор ГОУ ВПО «Белгородский государственный университет»

Л.Я. Дятченко Рецензенты:

Бахарев В.В. – доктор социологических наук, профессор, Белгородского государственного университета Трошихин В.В. – доктор философских наук, профессор, зав. кафедрой Белгородского университета потребительской кооперации Причины распространения этнического экстремизма и ксенофо бии среди молодежи (Центральный федеральный округ): Сборник материалов социологического исследования / Под ред. проф.

Л.Я. Дятченко. – Белгород: Изд-во БелГУ, 2008. – 326 с.

Сборник включает научные работы, посвященные анализу причин распро странения этнического экстремизма и ксенофобии в молодежной среде. В статьях затрагиваются вопросы этнической и религиозной идентификации молодежи, формированию авто и гетеростереотипов этнического сознания, анализируется современное состояние националистических организаций в России, рассматри ваются уголовные аспекты ответственности за экстремизм, а также оцениваются перспективы противодействия национализму и ксенофобии среди молодежи.

Для специалистов по работе с молодежью, работников органов государст венного и муниципального управления, студентов, аспирантов.

Социологическое исследование «Причины распространения эт нического экстремизма и ксенофобии среди молодежи (Центральный федеральный округ)» и сборник материалов по итогам исследования выполнены в рамках реализации мероприятий Министерства регио нального развития Российской Федерации в сфере государственной национальной политики Российской Федерации.

© Министерство регионального развития РФ, СОДЕРЖАНИЕ ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО............................................................................................. ВВЕДЕНИЕ...................................................................................................................... ФЕНОМЕН ЭКСТРЕМИЗМА: СОВРЕМЕННЫЕ ПОДХОДЫ....................................... Т.Н. Кухтевич, О.В. Туманян ПРИЧИНЫ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЭКСТРЕМИЗМА И КСЕНОФОБИИ В МОЛО ДЕЖНОЙ СРЕДЕ........................................................................................................... Е.В. Реутов ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ МОЛОДЕЖИ О ПРИЧИНАХ МОЛОДЕЖНОГО ЭКС ТРЕМИЗМА.................................................................................................................... В.А. Воронов, П.Н. Беспаленко УСЛОВИЯ И ФАКТОРЫ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЭКСТРЕМИЗМА И КСЕНОФО БИИ……………………………………………………………………………………………... В.А. Сапрыка ЭТНИЧЕСКИЕ СТЕРЕОТИПЫ В МОЛОДЕЖНОМ СОЗНАНИИ................................ М.А. Набережнева ФЕНОМЕН МОЛОДЕЖНОГО ЭКСТРЕМИЗМА: СУЩНОСТЬ, ФОРМЫ, СОЦИАЛЬ НЫЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ................................................................................................. В.И. Чупров, Ю.А. Зубок ОСОБЕННОСТИ ЛИЧНОСТНОЙ, ЭТНИЧЕСКОЙ, ГРАЖДАНСКОЙ И РЕЛИГИОЗ НОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ МОЛОДЕЖИ ЦЕНТРАЛЬНОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА………………..................................................................................................... Е.В. Самохвалова ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ МОЛОДЕЖНОГО ЭКСТРЕМИЗМА В РОССИИ И В БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ.............................................................. Н.И. Архипцев, О.С. Демко ОТНОШЕНИЕ МОЛОДЕЖИ К ЭКСТРЕМИСТСКИ НАСТРОЕННЫМ НАЦИОНАЛИ СТИЧЕСКИМ ОРГАНИЗАЦИЯМ.................................................................................. Б.В. Заливанский К ВОПРОСУ ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ЭКСТРЕМИЗМ.............. Н.И. Архипцев, И.Н. Архипцев ОСНОВЫ ПРОТИВОДЕЙСТВА ЭКСТРЕМИЗМУ И КСЕНОФОБИИ В МОЛОДЕЖ НОЙ СРЕДЕ................................................................................................................. Е.А. Старосветский ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ ПРОТИВОДЕЙ СТВИЯ ЭКСТРЕМИЗМУ И КСЕНОФОБИИ................................................................ Н.В. Стариков ОТНОШЕНИЕ МОЛОДЕЖИ ЦФО К РАЗЛИЧНЫМ АСПЕКТАМ ГОСУДАРСТВЕН НОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ И МИГРАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ…................................... Ю.В. Коврижных ПЕРСПЕКТИВЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЭКСТРЕМИЗМУ И КСЕНОФОБИИ В МО ЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ.................................................................................................... В.П. Бабинцев ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ................................................................................... ПРИЛОЖЕНИЯ............................................................................................................ СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ........................................................................................... ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО Уважаемые читатели!

Вы держите в руках сборник материалов социологического ис следования «Причины распространения этнического экстремизма и ксенофобии среди молодежи (Центральный федеральный округ)», выполненного при финансовой поддержке Министерства регионально го развития Российской Федерации учеными Белгородского государ ственного университета.

Представляя результаты этого исследования, – весьма актуаль ного в настоящее время, можно сказать, что на фоне того, что проис ходит в США, Европе и мире, межэтническая ситуация в России, не смотря на существующие миграционные вызовы, появление в России компактно проживающих этнических сообществ, несущих другую куль туру, другой уклад жизни, стабильна, а межнациональные отношения достаточно гармоничны.

Но если игнорировать вызовы, связанные со сложностями социо культурной адаптации мигрантов, с изменениями демографической ситуации в стране, с глобальным трендом усиления общественно политической роли религиозного фактора, очень скоро они станут проблемами, а межэтнические отношения могут приобрести кон фликтные формы.

По этой причине одной из основных задач деятельности органов государственной власти является укрепление общегражданской соли дарности, российской идентичности граждан страны и, в то же время, сохранения этнокультурного многообразия нашего общества, пред ставляющего для России как особую ценность, так и фактор ее куль турной конкурентоспособности.

В настоящее время в Российской Федерации создана целостная система нормативных правовых актов, направленных на обеспечение равенства прав граждан вне зависимости от пола, расы, национально сти, языка, происхождения, имущественного и должностного положе ния, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлеж ности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам.

Элементами этой правовой системы являются международные обязательства Российской Федерации, Конституция Российской Фе дерации, Федеральные законы «Об основах законодательства в сфе ре культуры», «О национально-культурной автономии», «Об общест венных объединениях», «О свободе совести и о религиозных объеди нениях», «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Рос сийской Федерации», предусматривающие сохранение культуры на циональных меньшинств, меры социальной политики, поддержку язы ка и национальной прессы, Концепция государственной национальной политики национальной политики Российской Федерации, норматив ные правовые акты Правительства Российской Федерации, законода тельные акты субъектов Российской Федерации.

В соответствии с законодательством, выработка государствен ной национальной политики отнесена к полномочиям федеральных органов государственной власти, а ее реализация находится в совме стном ведении Российской Федерации и субъектов в ее составе.

Межэтническое взаимодействие преимущественно происходит на местном (муниципальном) уровне – городе, поселке, селе, деревне, поэтому ответственность за сферу межнациональных отношений так же находится и на органах местного самоуправления муниципальных образований. Печально известные августовские события 2006 г. в г.

Кондопоге выявили бесправность муниципальной власти в сфере ре шения вопросов этнокультурного развития народов России и послу жили катализатором для внесения соответствующих изменений в дей ствующее федеральное и региональное законодательство.

Конечно, основными причинами большинства конфликтных си туаций и проявлений экстремизма являются социальные проблемы, когда неустроенность, недовольство жизнью, а подчас и коррупция провоцируют легкий ответ на вопрос «Кто виноват?». Виноватыми (чаще всего!) оказываются непохожие на местных – приезжие, мигран ты, в роли которых иногда оказываются и этнические русские.

Бытовым конфликтам нередко придается этнический подтекст, и в этой ситуации зачастую провокационную роль играют средства мас совой информации, выдающие за межэтнические конфликты то, что изначально таковым не является.

В связи с этим большое значение Министерством регионального развития Российской Федерации придается развитию взаимодейст вия, в том числе посредством созданных при Минрегионе России Кон сультативного совета по делам национально-культурных автономий и Межведомственной комиссии по взаимодействию с национальными общественными объединениями, с институтами гражданского общест ва, призванными защищать интересы и права национальных мень шинств.

К настоящему времени в Российской Федерации создана раз ветвленная система институтов гражданского общества, насчитываю щая более 150 тысяч общественных и более 300 тысяч некоммерче ских организаций, в том числе 18 федеральных национально культурных автономий, более 175 региональных, 371 местную нацио нально-культурную автономию и 367 национальных общественных объединений (ассоциаций, центров национальных культур, земля честв).

Важную роль в деле укрепления стабильности в обществе, про филактики экстремизма и нетерпимости, защиты культурного, духов но-нравственного наследия, исторических традиций и общественной нравственности играет сотрудничество с крупнейшими религиозными организациями, в том числе православными, мусульманскими, иудей скими, буддистскими и другими.

Инициативы Российской Федерации по развитию межкультурного и межрелигиозного диалога и сотрудничества имеет общеевропейское значение. Так, в сентябре 2006 г. в Нижнем Новгороде состоялась Международная конференция «Диалог культур и межрелигиозное со трудничество» (Волжский форум), проводившаяся Минрегионом Рос сии совместно с Межрелигиозным советом России и Советом Европы в рамках российского председательства в Комитете министров Совета Европы (декларация Волжского форума стала важным базовым доку ментом для развития в Европе религиозного измерения межкультур ного диалога), а в самое ближайшее время также при поддержке ми нистерства в рамках общеевропейской кампании «Все различны – все равны» в г. Казани состоится международный молодежный форум «Межкультурный диалог и его религиозное измерение», посвященный вопросам развития диалога культур, профилактики экстремизма и не терпимости в молодежной среде.

Следует отметить, что предупреждение межэтнической напря женности, экстремизма и ксенофобии в молодежной среде можно рас сматривать как еще одно не менее важное и перспективное направле ние деятельности Министерства регионального развития Российской Федерации. Не случайно из четырех с лишним десятков мероприятий в сфере реализации государственной национальной политики, под держанных Минрегионом России в 2008 г., восемь было посвящено различным аспектам межнациональных отношений в молодежной среде.

В данном контексте выглядит также вполне логичным и объек тивно верным выглядит обращение научного сообщества к причинам распространения этнического экстремизма и ксенофобии среди моло дежи. Разумеется, одним социологическим исследованием невозмож но изменить правовую культуру и самосознание молодежи, привить ей идеи межкультурного и межрелигиозного диалога. В этом направле нии всем нам еще предстоит долгая и, уверен, плодотворная работа, очередной шаг в научном обосновании которой сделан учеными Бел городского университета.

Директор Департамента межнациональных отношений Министерства регионального развития Российской Федерации, к.и.н. А.В. Журавский ВВЕДЕНИЕ Молодежный экстремизм как массовое явление последнего де сятилетия нашей жизни, выражающееся в приверженности молодежи к крайним взглядам и мерам по отношению к сторонникам иных поли тических идей, других «не своих» национальностей и конфессий, мож но рассматривать с различных позиций. Ученые вправе исследовать философско-психологическую природу экстремизма, чтобы охаракте ризовать этот феномен во всех его частных и общих проявлениях, классифицировать и типизировать случаи экстремистского поведения.

Не менее важным является и установление связи между политико экономическим состоянием общества и ростом экстремизма в моло дежной среде.

Для анализа причин распространения молодежного экстремизма по заказу и при финансовой поддержке Министерства регионального развития Российской Федерации и было проведено исследование «Причины распространения этнического экстремизма и ксенофобии среди молодежи» (Центральный федеральный округ) в Белгородской, Брянской, Воронежской, Курской и Орловской областях.

Целью исследования было научное обоснование мер, направ ленных на предотвращение проявлений этнического экстремизма и ксенофобии среди молодежи субъектов Российской Федерации, вхо дящих в состав Центрального федерального округа (ЦФО).

В ходе исследования решалось несколько задач:

- выявить особенности личностной гражданской, этнической и религиозной самоидентификация молодежи Белгородской, Брянской, Воронежской, Курской и Орловской областей;

- охарактеризовать этнические автостереотипы и гетеросте реотипы (образов своего и иных народов в терминах двух рядов ка честв положительных и отрицательных) молодежи ЦФО;

- выявить основные факторы (семейные, средовые, общест венные) формирования этнического самосознания и этнических сте реотипов у молодежи;

- определить степень этнической, расовой, религиозной то лерантности – интолерантности молодых людей ЦФО;

- определить степень влияния этнической, расовой, религи озной принадлежности на выбор молодежью партнеров по браку, тру ду, общению;

- определить наличие этнокультурной дистанции между мо лодыми людьми ЦФО;

- охарактеризовать этническую структуру межличностных и межгрупповых отношений в молодежной среде;

- определить место национальной принадлежности в иерар хии ценностей молодых людей;

- выявить уровень информированности молодежи об истори ческом и культурном наследии, традиций своего и иных этносов, отно шение к этому наследию;

- определить степень вовлечения молодежи ЦФО в деятель ность политических, молодежных и национальных организаций, дви жений;

- проанализировать личный опыт столкновения молодых лю дей с проявлениями этнофобии, ксенофобии, расизма, шовинизма;

- выявить политические ориентации и предпочтения молоде жи;

- оценить различные аспекты государственной национальной и миграционной политики;

- выявить отношение молодежи к федерализму и унитаризму, к идеологемам патриотизма, национализма, интернационализма, кос мополитизма, к понятиям общероссийской идентичности и единой рос сийской нации;

- выявить отношение молодых людей ЦФО к процессу глоба лизации;

- оценить степень влияния национальных общественных объединений и религиозных организаций на этнополитическую ситуа цию в регионах ЦФО;

- определить роль СМИ в снижении/нагнетании напряженно сти и профилактике экстремизма;

- выявить отношение к мигрантам, оценить влияние миграци онных процессов на этнополитическую и этноконфессиональную си туацию в регионах ЦФО;

- оценить уровень конфликтности в регионах ЦФО и факторы, его обуславливающие;

- оценить степень влияния общественно-политической, эко номической, религиозной элит на этнополитическую и этноконфессио нальную ситуацию в Белгородской, Брянской, Воронежской, Курской и Орловской областях.

Объектом исследования явилось молодежное общественное сознание.

Предметом исследования - проявления этнического и религиоз ного экстремизма в сознании молодежи Центрального федерального округа.

Анкетный опрос включал в себя опрос молодежи по методике многоступенчатой квотной выборки (N = 3000 респондентов). В каче стве квотных признаков выступают: место жительства (город – село), пол, возраст. Выборка является районированной и многоступенчатой.

В ней каждое последующая единица отбора является гнездом единиц более низкого уровня. Доля респондентов по каждой единице отбора соответствует доле данной группы молодежи в генеральной совокуп ности.

Для обеспечения объективности результатов кроме анкетного опроса молодых людей был проведен экспертный опрос, направлен ный на анализ мнений специалистов о причинах этнического экстре мизма и ксенофобии и путях их профилактики (выборочная совокуп ность – 50 экспертов). Обычная задача экспертного опроса – увели чить степень достоверность результатов анкетного опроса, осущест вить их интерпретацию и сформулировать практические рекоменда ции. Эта задача решалась в ходе исследования, тем более что по ря ду позиций (например, оценка роли национальных объединений и на циональных элит) от молодежи трудно было получить сравнительно достоверные сведения. Об этом лучше могут судить компетентные люди, имеющие представление о властных отношениях в регионах, о социальной и межнациональной политике. Но опыт показывает, что в настоящее время в регионах пока еще слишком мало экспертов аналитиков в сфере межнациональных отношений. Между тем, экс перт – это специалист, обладающий высоким уровнем профессио нальной компетентности в сфере, являющейся предметом его внима ния. В настоящее время в России таких специалистов – единицы. И следует согласиться с авторами исследования «Экстремизм в среде петербургской молодежи: анализ и вопросы профилактики» в их ут верждении о слабости научной и кадровой базы исследования экс тремизма в России1.

Поэтому в нашем исследовании в качестве экспертов выступали специалисты по работе с молодежью, ученые-гуманитарии, лидеры общественных объединений, государственные и муниципальные слу жащие. Их привлечение к исследованию определялось тем, что ана лиз суждений представителей данных групп не только позволял осу ществить валидизацию результатов основного опроса, но и выяснить позицию людей, репрезентирующих институты управления, соотнести ее с позицией молодежи и в ряде случаев выявить проблемы, тре бующие решения.

Экстремизм в среде петербургской молодежи: анализ и вопросы профилактики / Под ред. А.А.Козлова. – СПб., 2003. – С. 7.

ФЕНОМЕН ЭКСТРЕМИЗМА: СОВРЕМЕННЫЕ ПОДХОДЫ Т.Н. Кухтевич, О.В. Туманян В конце ХХ – начале ХХI вв. мир столкнулся с ростом экстремиз ма (особенно негативной, крайней формой проявления которого явля ется терроризм), оказавшись совершенно не подготовленным ни с точки зрения практической борьбы с данным социальным феноменом, ни с позиций его теоретического осмысления.

Первая трудность возникает уже при попытке определить поня тие «экстремизм». Любое понятие, его словесное выражение, объек тивирующее предмет или явление, обозначают эти предмет и явле ние. Однако, определяя объем и содержание понятия, нельзя отстра ниться и от ценностного подхода к нему, и это порождает множество смыслов и значений. Одно и то же понятие может иметь целый ряд значений и смыслов также в зависимости от отрасли гуманитарного научного знания и даже от ценностных предпочтений исследователей.

Чаще всего политические, юридические, философские, социологиче ские и культурологические подходы к исследуемому феномену разли чаются между собой по ряду параметров. Более того, одному и тому же явлению могут быть даны разные определения. Таким образом, любое понятие «описывает» предмет, явление и в этом смысле долж но быть нейтральным. Однако оно, выделяя определенный смысл и значение, интенционально, имеет ценностное содержание, выявляю щее определенное отношение к данному предмету, явлению.

Возьмем, к примеру, понятие «девиантность». Оно пришло из технической науки, где при изучении движения объекта выявляется и его отклонение от заданного направления, вызываемое внешними об стоятельствами, случайными причинами. Будучи привнесено в соци альное знание, понятие стало означать отклоняющееся поведение и получило негативную окраску. К девиантному поведению относят ал коголизм, наркоманию, воровство и пр., как бы абстрагируясь от того, что поведение человека может отклоняться в строну не только Зла, но также Добра и Блага, то есть главных принципов морали. Строго гово ря, ни одна новация не может быть привнесена в общество без соот ветствующих девиаций. Иными словами, вся инновационная деятель ность в любой сфере социального бытия любого общества, особенно такого, как современное транзитивное российское общество, есть по преимуществу деятельность девиантная, а по многим параметрам и делинквентная, то есть противоправная или преступная.

Понятие «делинквентность» так же, как и понятие «девиант ность» имеет латинское происхождение, оно создано и используется в правовой области для того, чтобы подчеркнуть, что поведение какого то человека выходит за пределы дозволенного нормами права и под лежит наказанию согласно закону. Вместе с тем очевидно, что до вольно радикальное изменение и обновление норм права, которые имеют конкретно-исторический характер, определяется, в первую очередь, желаниями и волей власть имущих и лишь затем культурны ми традициями, «общечеловеческими ценностями», догмами религии и пр.

Понятие «экстремизм» можно найти в словарях и других спра вочных изданиях еще ХIХ в. Оно происходит от латинского слова «экс тремус», что значит «крайний». Экстремизм обозначается через поня тия «нетерпимость», «насилие» и др. Вместе с тем проявления край ности, нетерпимости в политике, моде, спорте, особенно с учетом кон кретно-исторического времени и личностного смысла, очень различ ны. В широком социокультурном смысле экстремизм может рассмат риваться как девиантность – отклонение от моральных и правовых норм, существующих в обществе. При этом существует множество форм экстремизма, которые по их параметрам можно определить как противоправные и преступные, то есть делинквентные. К ним относят ся прежде всего терроризм, преступления на почве расизма и пр.

Сегодня существуют различные подходы к определению объема и содержания понятия «экстремизм». В толковом словаре русского языка С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой экстремизм определяется как приверженность крайним взглядам и методам (преимущественно в политике). В социологической энциклопедии, вышедшей в 2003 г., со циальный экстремизм характеризуется как приверженность крайним взглядам и методам и их реализация в соответствующем социальном поведении.

Правовая характеристика экстремизма и форм его проявления дана в Федеральном законе Российской Федерации от 25 июля 2002 г.

№114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности». Экс тремистская деятельность (экстремизм) определяется как деятель ность общественных и религиозных объединений, либо иных органи заций, либо редакций СМИ, либо физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на:

– насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

– подрыв безопасности Российской Федерации;

– захват или присвоение властных полномочий;

– создание незаконных вооруженных формирований;

– осуществление террористической деятельности либо публич ное оправдание терроризма;

– возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к на силию;

– унижение национального достоинства;

– осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам идеологической, политической, расо вой, национальной или религиозной ненависти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социаль ной группы;

– пропаганду исключительности, превосходства либо неполно ценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности;

– пропаганду и публичное демонстрирование нацистской атрибу тики или символики либо атрибутики или символики, сходных с наци стской атрибутикой или символикой до степени смешения;

– финансирование указанной деятельности либо иное содейст вие ее осуществлению или совершение указанных действий.

Таким образом, в Законе дается в основном правовая и полити ческая характеристика экстремизма в совокупности определенных взглядов, действий, поступков.

В современной исследовательской литературе можно встретить разные трактовки экстремизма: как одной из форм отчуждения, и пре жде всего отчуждения от культуры, базовых ценностей, культурных традиций;

как крайних взглядов и насильственных действий;

как неза конной деятельности, направленной на свержение существующего строя;

как характеристики психоэмоциональных структуры человека и состояний индивида;

как побочного продукта экстремального (природ но-стихийного) развития ситуаций;

как превышения пределов допус тимого при наличии злого умысла1.

Существует ряд понятий, близких по смыслу к экстремизму: «на силие», «экстремальность», «агрессия», «агрессивность». Так, наси лие определяется в философском словаре как общественное отноше ние, в ходе которого одни индивиды (группы людей) с помощью внеш него принуждения, представляющего угрозу жизни, подчиняют себе других (Гегель). Насилию, утверждающему право сильного, возводя щему его в закон человеческих отношений, нет места в пространстве человечности. От других форм общественного принуждения насилие отличается тем, что доходит до степени жестокости, характерной для природной борьбы за существование. В отличие от природной агрес сивности человека насилие является актом сознательной воли2. Вме сте с тем противоречивость понятия «насилие», его значения в струк туре человеческого бытия обусловливают научные споры, прежде всего вокруг вопроса о том, может ли насилие и, если да, то в каких случаях получить санкцию в качестве разумного, нравственно Актуальные вопросы исследования и профилактики экстремизма: Материалы ме ждунар. науч.-практ. конф., 11—13 окт. 2004 г. - СПб., 2004. - С. 90;

Экстремизм в среде петербургской молодежи: анализ и вопросы профилактики. СПб., 2003;

Томалинцев В.Н., Козлов А.А. Введение в социальную экстремологию. - М., 2005.

Философский словарь. М.: Республика. - С. 349—350.

оправданного и достойного способа действия. Ответы на данный во прос могут быть сведены к трем позициям: апология насилия (терро ристы, фанатики);

радикальное отрицание (сторонники идеи непро тивления злу насилием), не допускающее исключений;

мягкое отрица ние, допускающее исключения. По мнению В.Н. Томалинцева и А.А. Козлова, экстремальность «отличает природный, стихийный характер, что проявляется не только в активности человека, но и в активности внешней среды (стихийные бедствия, природные катаклизмы и пр.), а также такое поведение, ко торое в критических ситуациях исходит из единственно возможных решений, обеспечивающих выживание и спасение»2. В отличие от экс тремальности экстремизм несет в себе личностное начало. Экстреми стскому поведению всегда сопутствуют агрессия и агрессивность. При этом если агрессия – это действие человека, направленное на нане сение вреда другому, то агрессивность – скорее готовность к таким действиям. В психологическом плане агрессия выступает как кратко временное действие, она может быть сознательно или подсознатель но мотивированной, а может и не быть таковой. Экстремизм же, как правило, предполагает мотивированное поведение3.

Авторы обращают внимание еще на такой аспект, как соотноше ние экстремизма и творчества, экстремистской и творческой деятель ности. Творческая деятельность воплощает в себе позитивное, конст руктивное, созидательное начало, удовлетворяет многочисленные по требности общества, и в этом смысле она служит антиподом экстре мистской деятельности. Экстремистская деятельность деструктивна, направлена на разрушение, уничтожение. При этом нельзя забывать о том, что инновационная деятельность как сторона творчества включа ет момент экстремальности, разрушения (устаревших норм, традиций, образцов поведения и пр.).

Выбор личностью творческой, созидательной или экстремист ской, разрушительной направленности деятельности (поведения) оп ределяется уровнем ее нравственного потенциала, индивидуальной системой ценностей. При всех различиях в определениях экстремизма в них можно выделить нечто общее, что позволяет рассматривать существующие точки зрения в качестве взаимодополняющих. Это понимание экстре мизма как приверженности к крайним взглядам, действиям, формам поведения, жизненной стратегии;

склонности к использованию сило вых, насильственных методов и средств достижения цели. В своих крайних формах экстремизм – это поведение, направленное на пре вышение пределов допустимого, намеренное нанесение ущерба, раз Там же. - С. 351.

Томалинцев В.Н., Козлов А.А. Введение в социальную экстремологию. - С. 85.

Там же. – С. 85.

Там же. - С. 120.

рушающее воздействие, угрожающее существованию человека, об щества, природы.

В современном гуманитарном знании дается обобщающая ха рактеристика экстремизма как сложного социокультурного феномена.

Различают его проявления на идейно-теоретическом уровне (как со вокупности идейно-политических, правовых, моральных установок, взглядов, ценностей), на практико-психологическом, социально психологическом уровне (как экстремистского поведения личности, социальной группы), а также на индивидуальном, групповом, государ ственном уровнях.

Личности и социальные группы, выражающие радикальные взгляды, есть в любом обществе. Их деятельность в определенной мере амбивалентна: она может как стимулировать общественное раз витие, так и препятствовать новациям и нововведениям, а также с оп ределенной долей вероятности трансформироваться в экстремизм и его крайнюю форму – терроризм. Это положение вполне соответству ет современной трактовке понятий девиантности и делинквентности.

Идеологическая основа экстремизма не однородна. Ее состав ляют отдельные идеи анархизма, национал-шовинизма, волюнтариз ма, тоталитаризма, нигилизма и др. Ценностные установки экстремиз ма основываются на признании вседозволенности и радикализма, культа силы;

на попрании нравственных принципов и идеалов нравст венного долга, обязанностей по отношению к людям, обществу, лич ной ответственности;

на пренебрежении к общественным нормам за кона, отрицании ценности культуры для личности и общества, циниз ме в оценке ее исторических достижений.

В любом типе социального поведения проявляются социальные, личностные качества человека, особенности его психики, уровень культуры, мотивы, потребности, интересы, ценности. Содержание этих компонентов может характеризовать/не характеризовать субъект по ведения как человека культурного, социально и лично ответственного.

Экстремистское поведение носит асоциальный характер, поскольку оно опирается на принцип «цель оправдывает средства», выражает стремление идти к цели кратчайшим путем, отрицает права другой личности и ее самоценность. Экстремизм в поведении несовместим с личной культурой, культурным развитием личности. Существенными признаками экстремистского поведения являются безответственное отношение индивида к себе, людям, обществу, правовая и граждан ская безответственность, нравственная вседозволенность, своеволие и пр. Наконец, оно апеллирует к эмоциям, минуя сознание, нередко имеет эпатажный, скандальный, вызывающий характер, что особенно ярко проявляется в молодежной среде. Недостаток социального опы та, высокая эмоциональность, доверчивость при недостаточности са моконтроля и личной ответственности нередко позволяют делать экс тремально настроенных людей, особенно молодежь, заложниками по литических и иных сил, которые используют их в своих корыстных це лях.

ПРИЧИНЫ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЭКСТРЕМИЗМА И КСЕНОФОБИИ В МОЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ Е.В. Реутов В последние несколько лет благодаря политикам и средствам массовой информации не осталось, наверное, ни одного человека, ко торый бы не узнал, что экстремизм – это что-то очень плохое и с чем следует бороться. В 2002 году был принят соответствующий закон – «О противодействии экстремистской деятельности», внесены соответ ствующие поправки в уголовное, избирательное законодательство. Ни в какой мере не подвергая сомнению отрицательную сущность экс тремизма, следует, однако, разобраться, что стоит за этим понятием.

Под экстремизмом (от лат. extremus – крайний) в современной науке принято понимать приверженность социальных акторов крайним взглядам и мерам. Однако подобной трактовке свойственна опреде ленная широта и нечеткость. В практике политической борьбы, на правленной зачастую на дискредитацию и подавление оппонента, «крайними» взглядами можно назвать и идеологическое обоснование терроризма, и просто левую политическую ориентацию. Наличие пра вой и левой составляющей, конкуренции и конфликта между ними, стремление к трансформации существующего социального порядка являются нормой для демократического политического процесса. И где находится та грань, за которой допустимое становится недопусти мым?

По-видимому, основным атрибутирующим признаком экстремиз ма следует признать насилие как наиболее очевидную «крайность» в отношениях между индивидами и социальными группами – либо в ви де реального, физического действия, либо как составляющую призы ва, подстрекательства, идеологии. Как сказал В. Путин, тогда еще Президент России, на встрече с представителями политических пар тий, характеризуя сущность экстремизма: «Имею в виду прежде всего терроризм, а также возбуждение расовой, национальной, религиозной или социальной розни, связанной с насилием или призывами к нему» 1.

Но здесь нужно отметить два момента. Во-первых, есть ситуа ции, когда «возбуждение розни» вполне объяснимо и оправданно – например, в состоянии войны, во время боевых действий. Естествен Стенографический отчет о встрече Президента РФ с представителями политиче ских партий 6 декабря 2006 года // Режим доступа к изд.:

http://www.kremlin.ru/appears/2006/12/06/1655_type63376type63381_115008.shtml но, в этих ситуациях часть ненависти к комбатантам противника пере водится на противную сторону в целом, включая политический режим, этнос, население и др. В таком случае трактовка экстремизма, оче видно, смещается – какие-то действия, в «нормальной» ситуации счи тавшиеся недопустимыми, допускаются либо вполне официально, ли бо «по умолчанию». То есть толкование экстремизма, безусловно, си туативно.

Во-вторых, в привязывании тех или иных действий к «экстремиз му» далеко не все субъекты социальных отношений равноправны. В атрибутировании конкретных действий как экстремистских, естествен но, основная, а фактически, и единственная роль принадлежит субъ екту власти. Как правило, это представители законодательной, судеб ной власти, работники правоохранительных органов, а также полити ки, определяющие основы политического курса. Следствием монопо лии на придание смысла понятию «экстремизм» является возмож ность использования «противоэкстремистской деятельности» не толь ко в соображениях общественной безопасности, но и в собственно по литических целях – для устранения и дискредитации оппонентов.

Представление об объеме, неоднозначности понятия «экстре мизм» и, следовательно, возможной произвольности правопримени тельной практики дает действующий Федеральный закон от 25 июля 2002 года №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельно сти» в редакциях 2006-2007 гг., включающий достаточно обширный перечень деяний, трактуемых как экстремистская деятельность.

С точки зрения данного закона, «экстремистская деятельность (экстремизм) - это:

- насильственное изменение основ конституционного строя и на рушение целостности Российской Федерации;

- публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;

- возбуждение социальной, расовой, национальной или религиоз ной розни;

- пропаганда исключительности, превосходства либо неполноцен ности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

- нарушение прав, свобод и законных интересов человека и граж данина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, ре лигиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

- воспрепятствование осуществлению гражданами их избиратель ных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны го лосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;

- воспрепятствование законной деятельности государственных ор ганов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, со единенное с насилием либо угрозой его применения;

- совершение преступлений по мотивам, указанным в пункте «е»

части первой статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации [политическая, идеологическая, расовая, национальная или религиоз ная ненависть или вражда либо ненависть или вражда в отношении какой-либо социальной группы – Е.Р.];

- пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибу тики или символики либо атрибутики или символики, сходных с наци стской атрибутикой или символикой до степени смешения;

- публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распростра нения;

- публичное заведомо ложное обвинение лица, замещающего го сударственную должность Российской Федерации или государствен ную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указан ных в настоящей статье и являющихся преступлением;

- организация и подготовка указанных деяний, а также подстрека тельство к их осуществлению;

- финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путем предос тавления учебной, полиграфической и материально-технической ба зы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг»1.

Определение экстремизма через перечень конкретных действий дает слабое представление об его сущностных основаниях. Насилие, агрессия, как указывалось ранее, является важным атрибутирующим признаком экстремизма, однако только к насилию экстремизм явно не сводится. Необходимость принятия специальных законодательных ак тов, введение в законодательство понятия «экстремизм», создание специальных структур по борьбе с ним – это следствие признания особой опасности данного вида преступной деятельности. Далеко не каждый вид криминала в глазах политического руководства заслужи вает такого «признания». Особая опасность экстремизма состоит в том, что его объектом являются не отдельные люди или предметы, а целые социальные группы, политические системы, а иногда и общест во в целом. «Вина» этих объектов состоит, прежде всего, в том, что они отличаются от «идеального» состояния, бытующего в представ лениях субъекта экстремистской деятельности. Неотъемлемым при знаком экстремизма, является, таким образом, нетерпимость, следст Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» (в ред.

Федеральных законов от 27.07.2006 г. №148-ФЗ, от 27.07.2006 г. №153-ФЗ, от 10.05. г. №71-ФЗ, от 24.07.2007 г. №211-ФЗ);

Уголовный кодекс РФ (УК РФ) от 13.06.1996 N 63 ФЗ.

вием которой становится либо уничтожение, либо радикальная трансформация объекта. Чаще всего эта нетерпимость выражена в форме ксенофобии – враждебности, часто смешанной со страхом, по отношению к тем, кто принадлежит к иным этническим, конфессио нальным, социокультурным группам. Именно она является менталь ной предпосылкой экстремизма.

Экстремизм и ксенофобия связаны между собой, но имеют су щественные различия. Ксенофобия - это одна из черт массового соз нания, которая носит преимущественно стихийный характер, тогда как экстремизм - это более или менее целенаправленная деятельность организованных групп или отдельных лиц.

Частным случаем ксенофобии является этнофобия (или этнофо бии) – страхи и предубеждения, объектом которых являются как кон кретные этнические общности, так и некие сформированные в массо вом сознании образы «чуждых» народов («кавказцев», «южан», «ино родцев»). Именно на этнофобии основана такая разновидность экс тремизма, как этнический экстремизм.

Рассматривая экстремизм и ксенофобию применительно к моло дежной среде, следует отметить, что они, в определенной степени, свойственны молодежи в силу ряда характеристик данной возрастной группы. Именно в молодом возрасте несовершенство окружающего социального мира ощущается наиболее остро. Соответственно, появ ляется либо желание отгородиться от этой действительности и соз дать свой собственный мир (вариант «ухода»), либо его переделать (вариант «мятежа»), не обращая внимания на готовность этого мира к трансформации. «Молодежь – становящийся субъект общественного воспроизводства, поэтому ее социальное положение характеризуется неполнотой социального статуса, маргинальностью социальных пози ций, неопределенностью социальных идентификаций. Последнее за трудняет отождествление себя с ингруппами и аутгруппами, порожда ет противоречие в самосознании между «МЫ» и «ОНИ», что в свою очередь выливается в экстремальность сознания и поведения»1.

Однако данные эмпирических исследований показывают, что ут верждение, согласно которому молодежь всегда и везде гораздо ра дикальнее в политическом отношении представителей старших воз растных групп, в том числе, и в плане предрасположенности к проте стным формам участия, является, скорее всего, стереотипом.

Данные ряда российских исследований показывают, что готов ность молодежи к участию в протестных выступлениях ниже, чем у на селения в целом. В ходе опроса ВЦИОМ 2006 г. (на пике протестной активности россиян за 2000-е гг.) 35% респондентов указали на то, что Зубок Ю.А., Чупров В.И. Молодежный экстремизм. Сущность и особенности проявления // Социологические исследования. – 2008. - № 5. – С. 37 - 38.

они могут присоединиться к акциям протеста, если они будут прохо дить в их городе (районе). Среди молодежи таковых было 26%1.

По данным исследования Института социологии РАН «Молодежь новой России» (2007 г.), в ситуации резкого ухудшения условий жизни готовы выйти на улицу и протестовать 17% респондентов старшего поколения и 11% молодых респондентов. «Идти на баррикады» и с оружием в руках отстаивать свои интересы готовы равное число, как молодых, так и старших россиян (по 4% соответственно). Причем, наивысший уровень готовности взяться за оружие демонстрируют, прежде всего, самые молодые. Так среди 17 и 18-летних доля таких «активных борцов» составляет 9% и 6% соответственно. Для сравне ния – среди 24-25-летних воинственные настроения заметно меньше (2% и 3%)2.

Исследования, проведенные в последнее время, фиксируют аналогичное распределение данных по возрастным группам. В июне 2008 г. среди лиц 18-35 лет ФОМ зафиксировал 23% тех, кто допуска ет для себя возможность присоединиться к акциям протеста – доля, аналогичная доле по выборке в целом. Участвовавших в акциях про теста за последний месяц в данной возрастной группе оказалось 2% (в выборке – 3%). Допускают для себя возможность участия в акциях протеста 32% молодежи (против 31% по выборке в целом). Считают акции протеста эффективным способом достижения целей 37% моло дежи (против 36% по выборке в целом)3.

Тем не менее, анализ результатов исследований политической активности молодежи позволяет, наряду с ростом аполитичности и от каза от социальной активности, зафиксировать нарастание социаль ного негативизма и слабо артикулированного протеста. Таким обра зом, скорее всего, находит выход спонтанная неудовлетворенность сложившейся ситуацией, в том числе и в сфере управления и власти.

47,2% молодых людей, по данным исследования «Социальное аут сайдерство молодежи в Белгородской области: причины, механизмы и социальные следствия» (2006 год), не устраивает то общество, в ко тором они живут. Причем, наиболее значимые факторы этого недо вольства связаны, прежде всего, с базовыми характеристиками поли тического и экономического устройства общества. Так, 27,6% респон дентов в качестве причин указали отсутствие справедливости, столько же – правовой беспредел, 20,0% - резкое деление на богатых и бед ных, 18,2% - распространение коррупции. Осознание несправедливо См.: Социально-политическая активность молодежи // Режим доступа к изд.:

http://www.zircon.ru/russian/publication/1/060525.pdf См.: Молодежь новой России // Режим доступа к изд.:

http://www.isras.ru/analytical_report_Youth.html См.: Индикаторы // Режим доступа к изд.:

http://bd.fom.ru/report/map/d082201#Abs сти и, зачастую, враждебности окружающего мира порождает страх перед будущим, который испытывает каждый третий молодой человек (33,6%). В определении уровня своих возможностей самую низкую оценку молодежь дает именно способности влиять на принятие реше ний, касающихся жизни города, района (лишь 23,6% считают, что мо гут оказать на них влияние). Для сравнения - добиться материального благополучия в существующих условиях считают возможным 59,6% 1.

Естественно, недовольство обществом, осознание его несправедли вого устройства и представление о невозможности повлиять на них влекут отрицание нормативности.

По данным социологической службы «Циркон», за 2006 год предрасположенность оппозиционно настроенной молодежи к ле гальным формам политической борьбы, таким как сбор подписей и пе тиций, участие в санкционированных властями митингам и манифе стациях, снизилась. И наоборот, несколько выросла доля респонден тов, готовых к бойкоту властей, а также захвату зданий, блокаде транспортных магистралей. Главным мотивирующим фактором моло дежного радикализма является бедность и отсутствие каких бы то ни было перспектив на будущее. Не случайно большую предрасположен ность к радикальным методам борьбы демонстрируют респонденты, которые по самооценкам «еле сводят концы с концами». Причем, мо лодые радикалы концентрируются в основном в провинции, их там больше, чем в Москве. Таким образом, можно констатировать, что хо тя общий уровень протестного потенциала за последний год не вырос, в то же время, сформировались, хотя и немногочисленные, но замет ные анклавы молодежного радикализма, которые локализуются в ос новном на социальном дне2.

При восприятии идеологии, основными компонентами которой являются немедленное переустройство общества, даже вопреки воз можному сопротивлению, радикализм становится экстремизмом. В за висимости от доминирующих целей общественной трансформации экстремистские идеологии и, соответственно, организации молодежи условно можно классифицировать на 1) социально-политические, 2) националистические, 3) религиозные. Впрочем, данная классифика ция условна, поскольку ряд организаций и идеологий, при преоблада нии собственно политических целей, могут преследовать и цели трансформации этнической и религиозной структуры общества и на оборот.

К наиболее массовым радикальным политическим организациям молодежи в современной России можно отнести, прежде всего, Аван См.: Бабинцев В.П., Реутов Е.В., Бояринова И.В. Социальное аутсайдерство мо лодежи пограничного региона: проблемы диагностики и регулирования. – Белгород: Рос сийское общество социологов, Белгородское отделение, 2006. – С.69.

См.: Социально-политическая активность молодежи // Режим доступа к изд.:

http://www.zircon.ru/russian/publication/1/060525.pdf гард Коммунистической молодежи и Национал-большевистскую пар тию. Последняя, хотя этого и нет в ее программе, фактически пред ставляет собой именно молодежную организацию, так как подавляю щее большинство ее участников – молодые люди. Следует отметить, что, хотя собственно политические цели преобладают в идеологии НБП, русский национализм также занимает в ней существенное место, особенно это прослеживалось 5-10 лет назад, когда организация была на волне популярности и притягивала к себе молодых радикалов са мой разной направленности. НБП является старейшей в России ради кальной политической организацией, и фактически это единственная зарегистрированная молодежная организация, которая была признана экстремистской решением суда. После этого ее легальная деятель ность прекратилась, хотя представители НБП периодически мелькают в различных уличных акциях.

К радикально-националистическим организациям относятся:

Движение против нелегальной иммиграции, Русский общенациональ ный союз, Национал-социалистическое общество, Союз русского на рода, Евразийский союз молодежи. Сохраняются также осколки Рус ского Национального Единства (РНЕ) - организации, имевшей значи тельное влияние в 1990-е гг. и разветвленную сеть отделений в ре гионах России. В данном случае приводятся примеры организаций, пропагандирующих русский национализм – из-за их массовости и из вестности. Следует помнить, однако, что в России действуют и нацио налистические организации и движения с иной этнической состав ляющей.


Из неформальных молодежных организаций экстремистскими являются разные радикально-националистические группировки типа скинхедов – такие, как «Формат 18». Причем, националистические группировки и организации, в отличие от лоялистских, созданных с целью поддержки властных инициатив, имеют гораздо более «доктри нальный» характер. Именно они зачастую демонстрируют «превра щенную форму протестного поведения» в условиях жестко управляе мого политического процесса, когда фактически не существует инсти туциональных возможностей для политического протеста1.

К радикальным религиозным организациям (а очень часто кон фессиональность так или иначе маркирует этничность), деятельности которых в России свойственны признаки экстремизма, можно отнести исламскую «Хизб ут-Тахрир» и некоторые религиозные организации, идентифицирующие себя с православием и неоязычеством. С лета 2007 года начал составляться и публиковаться федеральный список экстремистских материалов. Он включает целый ряд неоязыческих материалов, явно и резко интолерантных по отношению к другим ре лигиям (в первую очередь – к христианству), а зачастую и явно раси См.: Паин Э. Протестное зазеркалье // Независимая газета. - 2007. – 17 апреля.

стских и антисемитских. Основная масса этих материалов принадле жит перу известных ультраправых активистов А. Добровольского и В.

Вострягова. Объектом ненависти религиозных радикалов разных кон фессий являются и иудаизм, и ислам, и православие, и различные не православные христианские конфессии. Радикальные религиозные организации ведут активную пропаганду в СМИ, прежде всего, в сете вых. Чаще всего, по подсчетам экспертов Центра «Сова», ксенофоб ные материалы публикуются в отношении протестантских церквей, «новых религиозных движений», а также мусульман1.

Как указывалось выше, ксенофобия является ментальной пред посылкой экстремизма. Основными элементами квазиидеологии экс тремизма следует считать конфликтную картину социальной действи тельности, легитимность насилия. Поэтому собственно насильствен ным, экстремистским акциям в среде молодежи предшествует их ле гитимация в сознании. Эта легитимация имеет внутреннюю логику и осуществляется под воздействием разноуровневых факторов, обу словленных как актуальными социальными процессами, так и дефор мацией культурных традиций России.

Социологические опросы, проводимые как в среде молодежи, так среди населения России в целом, фиксируют наличие достаточно широкой социальной базы в российском обществе и распространен ность ксенофобных настроений. Они представляют своеобразный компенсаторный механизм. Находясь в состоянии фрустрации, вы званной бедностью и ощущением социальной несправедливости, лю ди ищут виновников своих бедствий. А так как агрессивная реакция носит преимущественно нерациональный и спонтанный характер, она направляется, как правило, на тех, кто находится по ту сторону разде ления «мы – они». И одним из самых простых способов социальной маркировки является раса и этничность. Как отметил в 2004 г. Э. Паин «в 90-е годы социальные проблемы политизировались: во всем вино ваты правительство, президент, «демократы все развалили» и т.д.

Сейчас социальные проблемы этнизируются: «они» плохие не только потому, что олигархи, но и потому, что этнически «чужие»2. Л. Гудков отмечает, что в современной России «комплекс социальных обид рас тет очень сильно, но, что характерно, он не становится социально ок рашенным, а принимает форму национальных обид, чувства притес нения со стороны других, этнически чужих, национальных противников См.: Верховский А., Сибирева О. Проблемы реализации свободы совести в России в 2007 году // Режим доступа к изд.: http://religion.sova center.ru/publications/AA3B942/AA3BAD Верлин Е. Эмиль Паин: «В России огромный ресурс этнической ненависти» // Ре жим доступа к изд.: http://www.peoples.ru/science/professor/pain и врагов. И тогда возникают мифы: о «засилии» черных, азербай джанцев, цыган и др.»1.

Идею «Россия – для русских», по данным Левада-центра ( г.), так или иначе, поддерживают 55% респондентов (причем 14% под держивают ее в «чистом» виде, без всяких оговорок). С 1998 г. доля настроенных таким образом россиян выросла на 9% 2. Причем, среди молодежи 18-24 лет сторонников идеи «Россия – для русских» суще ственно больше, чем по выборке в целом – 57% (из них 19% - поддер живают ее безоговорочно)3. Причем, меньшая этническая толерант ность молодежи – явление, не имеющее характера постоянной тен денции – она стала фиксироваться социологами с начала 2000-х гг.

По данным ФОМ (2006 г.), более трети россиян (35%) уверены, что многонациональность России приносит ей больше вреда, чем пользы, что лишь немного меньше доли сторонников обратного (37%).

В личной неприязни по отношению к людям других национальностей признаются 25% респондентов (30% в возрастной группе 18-35 лет)4.

По результатам социологических исследований, проведенных в Кон допоге вскоре после столкновения там между русскими и чеченцами, получившего общероссийский резонанс, 49% студентов и школьников заявили, что испытывают негативные чувства к выходцам с Кавказа5.

Опросив в школах Тольятти около шести тысяч учащихся 10-11-х классов, социологи получили такие данные: 68% ребят и почти 40% родителей уверены в том, что в России должны жить только рус ские6.

В результате исследования, проведенного в 2006 г. отделом со циологии молодежи ИСПИ РАН, выяснилось, что неприязнь к мигран там с юга и юго-востока (китайцам, вьетнамцам, кавказцам и др.) в различной форме выразили 35% молодежи. В разной степени взгляды радикальных русских националистов, выступающих против роста чис Цит. по: Паин Э. Этнополитический экстремизм в России: социально-культурные истоки и причины неэффективности принимаемых мер противодействия // Режим доступа к изд.: http://www.demoscope.ru/weekly/2006/0231/analit01.php См.: Национализм и ксенофобия // Режим доступа к изд.:

http://www.levada.ru/press/2007082901.print.html См.: Зоркая Н. «Ностальгия по прошлому», или какие уроки могла усвоить и ус воила молодежь // Вестник общественного мнения: Данные, анализ, дискуссии. – 2007. №3 (89). – С.44.

См.: Межнациональные конфликты в России // Режим доступа к изд.:

http://bd.fom.ru/report/map/projects/dominant/dom0727/domt0727_5/d См.: Петрозаводск: Половина молодежи не любит кавказцев // Режим доступа к изд.: http://www.789.ru/new/index.html?id= См.: Тольятти: Мэра шокировали результаты опроса старшеклассников // Режим доступа к изд.: http://www.789.ru/new/index.html?id= ленности мигрантов и лиц нерусской национальности в России, раз деляют 21% молодежи1.

По данным заместителя главы департамента обеспечения об щественного порядка МВД России В. Голубовского, на оперативных учетах в органах внутренних дел состоят 302 объединения экстреми стской направленности общей численностью около 10 тыс. человек.

Из них 34% причисляют себя к скинхедам. А по сведениям Информа ционно-аналитического центра «Сова» скинхедов в стране около тысяч2. По их же данным, в 2007 г. в связи «с проявлениями расистски и неонацистски мотивированного насилия» пострадали 632 человека, из них 67 погибли. В 2006 г. – 564 и 61 человек соответственно3. В те кущем году за неполные восемь месяцев погибших на почве этниче ской ксенофобии – еще больше – 85 человек (и около 200 ранено)4.

В сознании российской молодежи (как, впрочем, и более старших групп), во многом усилиями зависимых от государства СМИ, сформи ровано достаточно устойчивое представление о том, что к нашей стране относятся гораздо более недружелюбно, нежели мы сами от носимся к другим. По данным опроса, проведенного Левада-Центром в 2007 г., среди 18-24-летних 71% считают, что такие страны, как Эс тония, Польша, Грузия и Украина, более враждебно относятся к Рос сии, чем Россия к ним. О том, что Россия более враждебна по отно шении к ним, утверждают 7%5.

По данным исследования Левада-Центра, проведенного в среде молодежи (2006 г.), с утверждением, что у России сегодня есть много врагов, полностью согласны 20% респондентов и скорее согласны 41%. Характерно, что удельный вес молодежи, имеющей «комплекс врага», существенно выше среди тех, кто интересуется политикой (на 19%), нежели среди тех, кто политикой не интересуется6. Обществен ное сознание российской молодежи готово, таким образом, к воспри ятию любых идей, направленных на формирование образа внешнего и внутреннего врага.

В построении аналитической модели социальной среды моло дежного экстремизма необходимо исходить из ее многофакторного и многоуровневого характера. В классификации факторов мы исходим из масштаба социальной системы, порождающей эти факторы. Дейст См.: Зубок Ю.А., Чупров В.И. Молодежный экстремизм. Сущность и особенности проявления // Социологические исследования. – 2008. - № 5. – С. 41.

См.: Уколов Р. Неочевидная ксенофобия // Независимая газета. – 2008. – 1 апреля.

См.: Кожевникова Г. Радикальный национализм в России и противодействие ему в 2007 году // Режим доступа к изд.: http://xeno.sova-center.ru/29481C8/A91EC См.: Кручинина В. Скинхеды в отпуске // Независимая газета. – 2008. – 24 авгу ста.

См.: Зоркая Н. «Ностальгия по прошлому», или какие уроки могла усвоить и ус воила молодежь // Вестник общественного мнения: Данные, анализ, дискуссии. – 2007. №3 (89). – С.41.

Там же. – С.45.

вие макросоциальных факторов определяет актуальное состояние общества, на которое, в свою очередь, оказывает влияние комплекс социально-исторических предпосылок. В комплексе макросоциальных факторов выделяются структурные и ситуационные факторы. Среди первых выделяются:


- наличие экстремальной социальной поляризации в обществе и в молодежной среде и, как следствие, усиление отчужденности и не приязни между социальными группами;

- снижение эффективности социальных лифтов, низкий уровень социальной мобильности молодежи и формирование предпосылок для новой «классовой» ненависти. Скажем, отсутствие эффективной политики занятости молодежи, по мнению значительной части экспер тов, опрошенных в ходе настоящего исследования (25,81%), называ ется ими в качестве причины распространения национальной непри язни и экстремизма среди российской молодежи.

В настоящее время в российском обществе действие названных факторов частично «гасится» за счет функционирования института относительно доступного высшего образования. На 10 тыс. населения в современной России – 495 студентов вузов – самый высокий показа тель за последние десятилетия1. В Белгородской области доля моло дежи в возрасте 18-24 лет, обучающейся в вузах, составила в году 84,9%2. Пусть в ряде случаев низкого качества, заочное, полу ченное в разного рода филиалах и представительствах, за взятки и т.д., но, тем не менее, высшее, с дипломом, образование формирует в массовом сознании представление о возможности преодоления соци альных барьеров. Поэтому, кстати, с осторожностью следует подхо дить к очередному реформированию системы высшего образования, связанным с его негласным разделением на «общедоступный» бака лавриат и гораздо менее доступную магистратуру;

- полиэтническая структура общества с наличием этносов, пере живающих период формирования и подъема этнокультурного, этноре лигиозного самосознания. Так, рост этнических фобий, экстремистских настроений в российском обществе начала 1990-х гг. был во многом обусловлен активизацией национальных движений на территории СССР и России. Лишь четверть (24,19%) экспертов, опрошенных в процессе настоящего исследования, убеждены в том, что этническое и конфессиональное многообразие России и отдельных ее регионов само по себе является значимым фактором распространения экстре мизма в обществе. Но большинство экспертов (67,74%) утверждает, что этническое и религиозное многообразие становится предпосылкой экстремизма лишь в условиях нерешенности социальных проблем;

См.: Россия в цифрах. 2006: Крат. стат. сб./ Росстат. - M., 2007. – С.127-129.

Данные Управления по делам молодежи Белгородской области.

- усиление миграционных процессов, имеющих преимуществен но этнический характер, формирование значительных в количествен ном отношении этнокультурных диаспор, в целом, высокая степень ге терогенности общества (в особенности по расовому, этнокультурному и религиозному признакам).

К ситуационным факторам относятся:

- динамика внутри- и внешнеполитической обстановки – возник новение напряжения в отношениях с другими странами, факты межэт нических столкновений в обществе и т.п. Сложно пока утверждать, к каким последствиям применительно к росту этнических фобий, прояв лений этнического экстремизма в России приведет конфликт в Южной Осетии. Но то, что общественное мнение (опрос Левада-Центра) уже фиксирует рост враждебности в отношениях между Россией и Украи ной, Россией и США приблизительно в 2 раза, а между Россией и Гру зией – в 5,5 раза1, скорее всего, отразится и на межэтнических отно шениях. Более половины населения России (опрос ВЦИОМ) уверены в том, что виновато в конфликте, прежде всего, правительство Грузии - об этом заявляет 54% опрошенных. Правительство США обвиняют 22% россиян. 12% респондентов считают, что виноваты все: россий ское, грузинское и южноосетинское правительства2. Речь не идет в данном случае об адекватности подобных оценок – возможно, они как раз близки к действительности. Следствием подобных обвинений бу дет, скорее всего, рост этнического негативизма.

После террористических актов 11 сентября 2000 г. в США и Ев ропе многократно возрос уровень этнических фобий. Это в значитель ной степени сделало общественное мнение комплиментарным к вводу войск в Ирак и насильственной ликвидации режима С. Хусейна, к при менению пыток по отношению к подозреваемым в терроризме и во обще к «жестким» методам реализации политического курса. Здесь следует отметить, что эксплуатация фобий и стереотипов массового сознания зачастую воспринимается политической верхушкой и США, и России как эффективный метод мобилизации общества на поддержку тех или иных политических решений. О побочных и не всегда предска зуемых эффектах подобной тактики, к числу которых относятся фор мирование новых стереотипов и страхов, снижение уровня доверия в обществе политики предпочитают не задумываться. Рассматривая очаги внутри- и внешнеполитической напряженности как фактор фор мирования экстремистских настроений, необходимо также иметь в ви ду то, что в этих «горячих точках» иногда могут находиться сотни и тысячи молодых людей, проходящих службу в вооруженных силах и См.: Влияние конфликта в Грузии на отношение россиян к Грузии, США и Украине // Режим доступа к изд.: http://www.levada.ru/press/2008082103.print.html См.: Трагедия в Южной Осетии: кто виноват? // Режим доступа к изд.:

http://wciom.ru/novosti/press-vypuski/press vypusk/single/10500.html?no_cache=1&cHash=abf66aef62&print= правоохранительных органах. Для них опыт взаимодействия с пред ставителями иных этнокультурных групп может оказаться исключи тельно или по преимуществу негативным и впоследствии сыграть свою роль в нагнетании межэтнической напряженности в обществе;

- деятельность экстремистских, в том числе радикально- нацио налистических организаций и движений, создающих благоприятный социальный и информационный фон для рекрутирования новых уча стников, прежде всего, из числа молодежи, а также использование на ционалистических лозунгов более умеренными организациями. Ис пользование ими возможностей Интернета позволяет донести свою идеологию именно до своей целевой аудитории - молодых людей, преобладающих в структуре пользователей всемирной сети. Скажем, на общедоступном сайте газеты «Русь православная»

(http://www.rusprav.org) можно найти «Библиотеку православного анти семита», такие заголовки, как «Жиды волнуются: "Русь Православная" по-прежнему жива», «Нудельманы беспокоятся. Жидам в России по прежнему неуютно» и т.п. На главной странице сайта ДПНИ (http://www.dpni.org) «правильно» подобранные новостные сообщения создают вполне определенную картину межэтнических отношений в России: «На северо-западе Москвы изъято 230 граммов героина», «В Саратове на железнодорожном вокзале задержан таджик с марихуа ной», «В Ленинградской области ОМОН взял этническую преступную группировку», «В Сургуте таджик пытался сбыть 40 кг героина».

В значительной степени распространение экстремизма и ксено фобии является следствием вытеснения политических лидеров, орга низаций и движений из легального политического поля. Маргинализу ясь, они полностью выходят за пределы доминирующей нормативно ценностной системы. Невозможность добиться своих целей в ходе нормальной политической борьбы они вынуждены компенсировать, эксплуатируя экстремистские лозунги и модели поведения. В то же время использование маргинальными политическими силами нацио налистических лозунгов – лишь одна из причин нагнетания экстреми стских и ксенофобных настроений в обществе. Риторика политическо го мейнстрима в лице высших должностных лиц государства имеет куда большее значение. Конечно, нужно признать, что данная ритори ка во многом является реакцией на соответствующий лексикон меж дународных партнеров (или оппонентов). Черно-белая картина мира («кто не с нами, тот против нас»), как указывалось выше, доминирует в умах ведущих политических акторов международного процесса;

- активность «экстремистского ядра» молодежи. Националисти ческие организации стараются использовать любые конфликты с эт нической составляющей для мобилизации сторонников и нередко са ми провоцируют их. Националистическую риторику, как указывалось выше, зачастую используют не только маргиналы, но и молодежные организации массового типа, не говоря уже об отдельных, вполне «системных» политиках. Эта риторика в ряде случаев поощряется и даже провоцируется властью для достижения тактических целей. Так, в 2007 г. поощрялись и, не исключено, координировались антиэстон ские риторика и действия «Наших». В том же году несколько сканда лов, связанных с пропагандой ксенофобии, спровоцировали также па тронируемые властью «Местные»1;

- актуальные этапы электоральных циклов – в период проведе ния избирательных кампаний часть политиков и избирательных объе динений начинают усиленно педалировать тему контроля миграцион ных процессов, а некоторые из них прямо апеллируют к этническим фобиям электората. К примерам эксплуатации национального вопроса следует отнести лозунг ЛДПР «Мы за русских, мы за бедных», пред выборный ролик партии «Родина», за трансляцию которого она была снята с выборов в Мосгордуму, - «Очистим наш город от мусора» и др.;

- информационный фон межэтнических и межконфессиональных отношений в обществе;

- просчеты в этнической, миграционной, а также антиэкстремист ской политике государства либо в деятельности отдельных органов федеральной, региональной и местной власти. Эти просчеты часто бывают связаны либо с чрезмерным контролем в сфере межэтниче ских отношений и миграции, либо с фактическим отказом от какого-то воздействия на них. Неконтролируемая миграция создает очаги на пряженности в среде коренного населения. Практика жесткого контро ля провоцирует националистические группировки (как русские, так и этнических меньшинств) на конфронтацию. В ряде случаев некомпе тентное информационное сопровождение конфликтов с этнической составляющей – проще говоря, их замалчивание (как в Ставрополе в 2007 г.

) - вело к всплеску этнических фобий у населения и распро странению массовой паники. Возможные издержки государственной политики могут быть связаны и с необоснованным применением анти экстремистского законодательства - когда любое проявление протеста в среде молодежи фактически отождествляется с экстремистской дея тельностью. При этом репрессии начинаются превентивно – с запуги вания потенциальных участников политического протеста. Молодые люди, замеченные правоохранительными органами в участии в митин гах оппозиции, подвергаются психологическому давлению, получая письма-предупреждения из прокуратуры, органов внутренних дел с перечнем возможных наказаний. По мнению эксперта, «понимание по литической и идеологической вражды как отягчающего обстоятельства означает ужесточение санкций к преступлениям, даже малозначи тельным, совершенным в ходе любых политических и даже общест См.: Кожевникова Г. Радикальный национализм в России и противодействие ему в 2007 году // Режим доступа к изд.: http://xeno.sova-center.ru/29481C8/A91EC венных акций, так как практически у любой акции есть какой-то про тивник, к которому участники акции испытывают политическую или идеологическую вражду». А «мотив ненависти в отношении социаль ной группы выглядит крайне неоперациональным, так как определе ния социальной группы в законодательстве нет, общего понимания этого термина в науке или в обыденной речи – тоже, что открывает простор для полного произвола в правоприменении»1.

Мезосоциальные факторы формируются на региональном и ло кальном уровнях. К ним относятся: уровень социально-экономического развития региона (локального сообщества);

интенсивность миграци онных процессов в регионе и этническая структура мигрантов;

уро вень девиаций в молодежной среде региона (криминализации, нарко тизации, алкоголизации и др.).

В Белгородской области, являющейся приграничной, проблема миграции, в том числе, неконтролируемой, стоит более остро, нежели во многих других субъектах Российской Федерации. В Белгородской области в 2007 г. миграционный прирост составил 12258 человек, что на 17,8% больше, чем в предыдущем году. Наибольший миграцион ный прирост зафиксирован в обмене населением с большинством стран-участниц СНГ: Украиной, Казахстаном, Узбекистаном, Киргизией и Молдовой. Его суммарная величина составила 6258 человек, или 89% прироста международной миграции. Такая ситуация сохраняется и в текущем году. Неконтролируемая миграция часто приводит к уси лению конкуренции за рабочие места, к ситуации, когда коренным жи телям отказывают в приеме на работу, т.к. проще взять бесправного и более дешевого иммигранта. Формированию этнофобии может спо собствовать также «низкое качество» миграции – наличие в составе мигрантов значительной доли лиц с низким уровнем образования, профессиональной квалификации и общей культуры, криминального элемента. Так, в Белгородской области в 2006 году к административ ной ответственности за нарушение миграционного законодательства привлечено более 45 тысяч иностранных и российских граждан. За пределы Российской Федерации выдворено 300 иностранцев2. Про счеты в осуществлении миграционной политики являются, по мнению экспертов, одной из основных причин распространения национальной неприязни и экстремизма среди российской молодежи. Ее назвали 30,65% экспертов.

Средовые факторы действуют на уровне повседневного обще ния индивида, формируются под влиянием референтной группы и, как правило, зависят от мезо- и макросоциальных. К ним относятся: влия ние инонациональных укладов жизни, традиций и обычаев, прояв Верховский А. Антиэкстремистское законодательство и злоупотребления при его применении // Режим доступа к изд.: http://xeno.sova-center.ru/29481C8/B23BFFD См.: Социально-экономическое положение Белгородской области (комплексный доклад). – Белгород, 2008.

ляющееся в процессе повседневного общения;

проявления нацио нальной дискриминации в быту или ее отсутствие;

практику примене ния правовых норм в отношении нарушителей норм межнационально го общения;

сложившиеся в референтных группах правила восприятия иных этносов.

Большинство экспертов, по данным социологического исследо вания «Причины распространения этнического экстремизма и ксено фобии в молодежной среде», соглашаются с тем, что наиболее зна чимыми факторами экстремизма следует считать негативный опыт взаимодействия с представителями иных наций или конфессий, а также некомпетентность в отношении традиций и обычаев других на родов. В несколько меньшей степени экстремизм, по их мнению, про воцируют ощущение национальной дискриминации, безнаказанность и правила, принятые референтной группой. Лишь незначительная часть экспертов указала в качестве такого фактора неприятие иного семей но-бытового уклада (Рисунок 1).

Рисунок 1.

Распределение ответов экспертов на вопрос: "Что следует отнести к средовым факторам молодежной среды, наиболее способствующим проявлениям национальной, религиозной неприязни и экстремизма?" 8,06% 46,77% 53,23% 41,94% 43,55% 56,45% Неприятие иного семейно-бытового уклада Незнание традиций, обычаев других народов, других религий Негативный опыт взаимодействия с представителями иной национальности, конфессии Ощ ущ ение дискриминации по национальному, религиозному признаку Опыт безнаказанного нарушения правопорядка Устоявшееся в референтной группе негативное отношение к представителям другой национальности, веры Наконец, к семейным факторам относятся особенности статуса семей, семейного воспитания. Большинство опрошенных в хорде на стоящего исследования экспертов к числу главных семейных факто ров экстремизма относит педагогические просчеты в воспитании (61,29%);

низкий уровень жизни семьи (58,06%). Несколько менее по пулярными стали ответы: психологическая ущемленность в детстве (38,71%) и отсутствие полноценной семьи (24,19%) - Рисунок 2.

Рисунок 2.

Распределение мнений экспертов на вопрос:

"Что Вы относите к семейным факторам, в большей степениспособствующим формированию экстремистских настроений у молодежи?" 6,45% 3,23% 4,84% 61,29% 38,71% 9,68% 24,19% 58,06% Педагогические просчеты в воспитании Отсутствие полноценной семьи (воспитание одним родителем) Низкий уровень жизни семьи Многодетность (отсутствие должного внимания со стороны родителей) Психологическая ущ емленность в детстве Однодетность (воспитание эгоцентризма у ребенка) Затрудняюсь ответить Не ответили Частично оценки экспертов, хотя и косвенно, подтверждаются в ходе опроса молодежи. По его результатам, главными причинами на циональной неприязни молодые люди называют: низкий уровень куль туры (30,1% респондентов);

высокий уровень криминализации некото рых этнических групп (26,47%);

пренебрежительное отношение к куль турным традициям других наций (24,47%);

доминирование некоторых национальных меньшинств в бизнесе, власти, на рынке труда (19,07%);

сохранение ложных стереотипов в отношении своей и дру гих национальностей (16,07%);

нежелание и неспособность людей до пустить возможность иного образа жизни, иных ценностей (15,17%) таблица 1.

Совпадения этих оценок с суждениями экспертов, безусловно, не абсолютны, но они и не могут быть таковыми, ибо речь идет о миро восприятии представителей различных возрастных и статусных групп.

Острота восприятия социальных проблем в данном случае не может быть одинаковой. Там, где их усматривают эксперты, молодежь видит иную составляющую – составляющую этнокультурного плана (низкий уровень культуры, ложные стереотипы, неприятие иных ценностей).

Но нельзя не отметить, что и эксперты, и молодежь почти в одинако вой степени указали на неравное национальное представительство во власти, в бизнес-элите. Следует отметить, что и, по мнению очень большой части россиян (42% по данным Левада-Центра, 2007 г.), «на циональные меньшинства имеют слишком много власти в нашей стране»1.

Таблица 1.

Распределение ответов молодежи на вопрос: «Если непри- Количество язнь к другим национальностям встречается, то, как Вы счи- Абс % таете, в чем главные причины этого?»

В пренебрежительном отношении к культурным традициям дру- 734 24.47% гих наций В том, что национальные меньшинства занимают более выгод- 572 19.07% ное положение в бизнесе, власти, на рынке труда В высокой степени криминализации некоторых этнических групп 794 26.47% В ощущении людьми собственной неполноценности 307 10.23% В низком культурном уровне отдельных граждан 903 30.10% В нежелании и неспособности людей допустить возможность 455 15.17% иного образа жизни, иных ценностей В социально-экономическом неравенстве между людьми 309 10.30% В целенаправленном разжигании национальной розни политика- 387 12.90% ми и экстремистскими организациями В формировании СМИ искаженного образа представителей дру- 218 7.27% гих наций В сохранении ложных стереотипов в отношении своей и других 482 16.07% национальностей В неравном отношении власти к представителям разных нацио- 180 6.00% нальностей Затрудняюсь ответить 362 12.07% Сами виноваты 1 0.03% Не ответили 166 5.53% Всего 3000 100.00% Менее всего в данной связи хочется абсолютизировать мнение той или другой стороны. К сожалению, имеются основания считать, что даже эксперты имеют некоторые ложные стереотипы в отношении причин национального и религиозного экстремизма. В частности, зна чительная часть их убеждена, что экстремизм востребован российской молодежью (таблица 2). При этом почти 21% экспертов относят дан ное утверждение к этническому экстремизму в полной мере;

51,61% применительно к отдельным регионам.

Однако наше исследование позволяет усомниться в правомер ности подобных заключений и выявляет реальную проблему - про блему адекватности оценок степени распространенности молодежного экстремизма.

См.: Национализм и ксенофобия // Режим доступа к изд.:

http://www.levada.ru/press/2007082901.print.html Таблица 2.

Распределение ответов экспертов на вопрос: «Действи тельно ли экстремизм востребован современной рос сийской молодежью?»



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.