авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

«Социальная дифференциация высшего образования Москва 2005 Ответственный редактор С.В. Шишкин А ...»

-- [ Страница 4 ] --

Соответственно они выдвигают и желают утвердить в обществе свои принципы отношения к высшему образованию. Обычно эти принципы заключаются в таких позициях:

• высшего образования достойны только те учащиеся, которые прилежно учатся и усваивают всю программу, предлагаемую им в вузе;

• среди вузов заслуживают права выдавать дипломы только те, которые обеспечивают высокое качество образования;

• обществу необходимо лишь столько людей с вузовскими дипло мами, сколько существует рабочих мест, требующих специали стов с высшим образованием.

Если общество поддастся воздействию этих сил — или воздейст вию административных мер по ограничению «избыточной», «нерацио нальной» общественной тяги к высшему образованию, — то оно, во преки ожиданиям не перейдет в гармонично стационарное состояние.

Видящееся иным социальным проектировщикам правильное распре деление (как «у них») людей с высшим образованием (но с «хорошим высшим») на командных позициях, а людей со средним (но с «хоро шим средним профессиональным») — на исполнительских есть псев доаристократическая ретроутопия. Попытка ее реализации обернется лишь новыми задержками в движении страны по пути к «обществу образования».

Стоит отметить, что идем мы туда не обычным путем, известным по опыту западных стран. Рассматриваемая в данном исследовании картина распределения образовательного ресурса в российском обще стве не указывает на формирование в нашем обществе так называе мой «буржуазии образования». Накопление культурного капитала у общественной группы, занимающей высшие административные должности, даже если это сочетается с концентрацией собственно фи нансового капитала, в тех же группах, есть свидетельство совсем иных исторических процессов. Они пока недалеко ушли от противополож ного буржуазному сословно бюрократического варианта развития об щества. Сословию же, пусть даже образованному, свойственны реф лексы инкапсуляции. Образованное сословие ни в одной современной стране не способно воспроизводить себя в своих границах. В нынеш них демографических условиях России оно было бы обречено на стремительную деградацию.

3.1.4. Новая роль образования Для этого общественного состояния типична связь высшего обра зования не с начальственно распорядительными функциями, верти кальными связями, а с горизонтальной коммуникацией1. Такая ком муникация более характерна для постиндустриального общества, для экономики информации и услуг.

Не лишним будет напомнить, что в отличие от многих других об ществ наше проходило фазу индустриализма не в рамках буржуазного развития со свободными рыночными отношениями. Соответственно для нас неизбежная при переходе ностальгия по отживающей индустриаль ной эпохе принимает формы ностальгии по советскому строю и его ат рибутам, в том числе такому, как советская система высшего образова ния. Именно ей выпало трансформироваться для обслуживания новой системы одновременно и рыночных, и постиндустриальных отношений.

Эта система, наиболее рыночным элементом которой были пресло вутая коррупция да зависимость от спроса публики — от динамики пре стижа тех или иных профессий, специальностей и вузов, сумела в зна чительной степени приспособиться к новым социальным условиям.

О том, что структура нынешнего престижа профессий явно связа на с обществом не индустриальным, а сервисным, говорят данные ис следований за 2003—2005 гг. (табл. 3.1.7.) См. об этом: Левинсон А., Стучевская О. Новые процессы в образовании как сигнал о новых процессах в обществе // Вестник общественного мнения.

2004. № 2. С. 65.

Напомним, что исследование 2005 г. задумано как продолжение работы, на чатой в 2003 г. Замысел состоял в том, чтобы осуществлять мониторинг процес сов в общественном сознании, связанных с проблематикой образования. При этом предполагается, что исследование проводится с шагом в два года, и каж дое исследование содержит как постоянную, так и переменную часть. Постоян ная часть касается, во первых, определенной доли вопросов, предлагаемых в не изменных формулировках, а во вторых, построения выборки и других элементов дизайна исследования, обеспечивающих сравнимость результатов.

Выборка и метод исследования 2005 г. идентичны соответствую щим характеристикам опроса 2003. Для проверки сравнимости полу ченных результатов были выбраны несколько вопросов фактографиче ского характера, относящиеся к обстоятельствам, которые вероятнее всего не претерпели изменений. Результаты сравнения приводятся в табл. 3.1.7. С учетом объемов выборки (3000 и 2500 человек) разли чия в пределах 2 процентных пунктов. при сравнении таких величин (более 80% по абсолютному значению) могут считаться пренебрежимо малыми. Таким образом, проверка по этим и подобным вопросам по казывает, что информация является устойчивой, и отличия результа тов 2005 г. и 2003 г. могут объясняться содержательными, а не арте фактными причинами.

Таблица 3.1. Сравнение ответов на идентичные вопросы в исследованиях 2003 и 2005 гг., % от числа опрошенных в соответствующих категориях 2003 г. 2005 г.

Не учился параллельно в музыкальной школе 85,2 86, Не учился параллельно в спортивной школе 88,1 87, Не учился параллельно в художественной школе 94,3 93, Вызывает особый интерес вопрос о престиже профессий. Иссле дования 2003 и 2005 гг. относительно профессий и занятий, которые считаются «наилучшими для молодого человека сегодня», показали, что действует не очень ярко выраженная тенденция повышения пре стижа одних профессий и снижения престижа других. Наличие тен денций несомненно: суммарный сдвиг в повышательную сторону ра вен 26 процентным пунктам (п.п.), в понижательную — 14 п.п. (табл.

3.1.8).

Таблица 3.1. Динамика престижа профессий за период 2003—2005 гг.* Какие профессии, занятия Вы считаете наилучшими Изменения в процентных для молодого человека сегодня? пунктах Менеджер, администратор 4, Компьютерщик, программист 4, Инженер 3, Юрист (адвокат, следователь, судья и пр.) 3, Военный Экономист (бухгалтер, работник финансовой сферы) 1, Переводчик 1, Политик 1, Окончание табл. 3.1. Какие профессии, занятия Вы считаете наилучшими Изменения в процентных для молодого человека сегодня? пунктах Рабочий массовой специальности 1, Работник сферы обслуживания (парикмахер, косметолог, 0, официант и пр.) Секретарь, референт 0, Медсестра 0, Психолог 0, Сотрудник милиции, органов госбезопасности 0, Суммарное возрастание 26, Журналист в газете, на радио, телевидении –0, Рабочий редкой специальности (краснодеревщик и пр.) –0, Социолог, маркетолог –0, Специалист сельского хозяйства (агроном, ветеринар и пр.) –0, Спортсмен –1, Бизнесмен, предприниматель –1, Научный работник – Учитель –2, Врач –4, Суммарное убывание –14, * Приводится разница в п.п. между долями давших соответствующий ответ в исследованиях 2003 и 2005 гг.

Вопрос о выборе профессий, отнесенный к собственной биогра фии опрашиваемых, всегда вызывал у них более слабую реакцию и более значительное число затруднений. В соответствии с этим и пе ремены оказались менее резко выраженными. Однако и здесь можно говорить о приросте позитивных ответов почти на 7 п.п. и негатив ных — на 5 п.п. (табл. 3.1.9).

Таблица 3.1. Динамика выбора профессий за период 2003—2005 гг.* Какую профессию, занятие Вы считаете наилучшей/ Изменения в процентных наилучшим для себя лично? пунктах Менеджер, администратор 1, Политик 1, Психолог Бизнесмен, предприниматель 0, Инженер 0, Рабочий массовой специальности 0, Окончание табл. 3.1. Какую профессию, занятие Вы считаете наилучшей/ Изменения в процентных наилучшим для себя лично? пунктах Компьютерщик, программист 0, Журналист в газете, на радио, телевидении 0, Секретарь, референт 0, Научный работник 0, Учитель 0, Спортсмен 0, Суммарное возрастание 6, Экономист (бухгалтер, работник финансовой сферы) 0, Переводчик 0, Работник сферы обслуживания (парикмахер, косметолог, 0, официант и пр.) Специалист сельского хозяйства (агроном, ветеринар и пр.) 0, Юрист (адвокат, следователь, судья и пр.) 0, Военный 0, Социолог, маркетолог 0, Медсестра 0, Врач 0, Рабочий редкой специальности (краснодеревщик и пр.) 0, Сотрудник милиции, органов госбезопасности 0, Суммарное убывание 5, * Приводится разница в п.п. между долями давших соответствующий ответ в исследованиях 2003 и 2005 гг.

Отметим, что на первых местах были и остаются профессии но вой, постиндустриальной эпохи (табл. 3.1.10). Существенно, что набор наиболее популярных занятий сохранился. Но при этом в их соотно шениях произошли порой большие перемены. Наибольшие измене ния коснулись профессии врача. Если в целом частота названия этой профессии упала в 1,26 раза, то наиболее резко (в 1,5—1,8 раза) паде ние отмечается в крупнейших городах. Чем меньше размеры населен ного пункта, тем меньше уровень снижения интереса к этой профес сии. В сельской местности падения почти нет (1,1 раза). Важно, что, хотя интерес женщин к профессии врача был и остается в 1,6—1, раза более высоким, чем среди мужчин, среди ответов женщин эта частота упала резче, чем среди мужчин. Возрастной группой, среди которой падение наиболее велико, является группа 20—24 года.

Профессия врача потеряла авторитет и в списке профессий, кото рые опрошенные считали «наилучшими для себя лично». При этом в 2003 г. переход от абстрактной постановки вопроса к конкретной («для себя лично») у женщин давал перепад в 3 раза, у мужчин — в 5 раз.

В 2005 г. это соотношение осталось прежним для женщин и упало до 4 крат для мужчин. Конкретный интерес мужчин к профессии врача уменьшился в 1,2 раза, а конкретный интерес женщин — в 1,1 раза.

Таблица 3.1. Наиболее престижные профессии в 2003 и 2005 гг., % распределения мнений* Профессии и занятия, которые считаются «наилучшими для 2003 г. 2005 г.

молодого человека сегодня»

Бизнесмен, предприниматель 40 Компьютерщик, программист 30 Юрист (адвокат, следователь, судья и пр.) 30 Экономист (бухгалтер, работник финансовой сферы) 24 Менеджер, администратор 16 * Возможно более одного ответа.

Профессия учителя сохранила свой преимущественно женский профиль. (В 2003 г. она не заинтересовала как личное занятие ни од ного из ста мужчин.) Наименьший урон ее авторитет испытал в селе, но и там ее выбирают все реже. В целом профессия пережила самое большое среди всех «сползание» по шкале престижа.

Известно, что «престиж профессий» как социальный регулятор лишь в очень общих чертах определяет распределение спроса на соот ветствующие образовательные услуги. Поэтому в наших исследовани ях вводился вопрос, приближающий к тем индивидуальным мотива циям, которые могут управлять решениями о выборе учебного заведе ния и профессии. Ответы, имевшие наибольшую частоту, представлены для иллюстрации в табл. 3.1.11.

Таблица 3.1. Наиболее часто выбираемые профессии в 2003 г. и 2005 г., % давших соответствующий ответ Профессии и занятия, которые считаются «наилучшими 2003 г. 2005 г.

для себя лично»

Бизнесмен, предприниматель 10 Экономист (бухгалтер, работник финансовой сферы) 11 Компьютерщик, программист 8 Юрист (адвокат, следователь, судья и пр.) 8 Врач 6 Менеджер, администратор 5 При этом по занятиям «бизнесмен» и «компьютерщик» прирост да ли в основном голоса молодых мужчин — тинейджеров применительно к программированию и 25—29 летних в отношении бизнеса. В обоих случаях лидируют представители малых городов. Профессии экономи ста, юриста и менеджера получают выраженный женский характер (на пример, профессию экономиста женщины выбирают в 6 раз чаще мужчин).

О том, насколько существующая шкала престижа профессий и вы бора их для себя в качестве основного занятия отражает реальный спрос на рынке труда, мы судить не можем. Нам известны высказыва ния как именитых специалистов, так и безвестных респондентов о том, что юристов экономистов напекли столько, что девать некуда.

Единственно, что мы можем отметить, что уже состоявшийся вы бор специальностей для учебы среди обучающихся и начинающих учиться респондентов лежит в том же постиндустриальном сегменте, что и их идеальный веер профессий. Так, более половины опрошен ных нами девушек обучается по специальностям «экономика», «пра во», «менеджмент», «государственное управление», «сервис», «торгов ля», «реклама», «информационные технологии», «программирование», «психология», «иностранный язык». (Юноши чаще учатся на специ альностях традиционно индустриального цикла: строительство, ТЭК, металлургия, промышленность, транспорт, сельское хозяйство и др.) При этом более трети респондентов — и девушки чаще, чем юно ши — утверждают, что «специалисты этого профиля нужны и труд их неплохо оплачивается».

Существенно, что среди ныне обучающихся, а также среди плани рующих поступить на учебу выбор по профессиям этого цикла в 1, раза больше, чем среди уже получивших образование. Тенденция («мода») скорее разгорается, чем теряет силу1.

В своих планах на время после окончания вуза они более всего предпочли бы завести свое дело, работать в семейном бизнесе (осо бенно часто это заявляют в городах среднего размера). На втором месте стоит работа в системе государственного управления (особенно в столицах), либо в негосударственном предприятии по найму (в сто лицах это выбор № 1). Наиболее предпочитаемой сферой при этом опять таки оказывается сфера услуг в широком смысле. Промышлен ность, транспорт рассматриваются юношами из больших городов, но и ими ставятся на второе место после современного информацион но сервисного сектора. Не будет удивительным в этой связи, что и второе образование чаще всего хотят получать в области экономи ки, права, менеджмента и государственного управления.

Образовательная сфера как целое к 2005 г. давно была адаптиро вавшейся к тому, что для нее является спросом: а именно к спросу Эти обнаруженные исследованием факты не только противоречат вышеупо мянутым расхожим представлениям о переизбытке специалистов «модных»

профессий. Они говорят также и о том, что в данный момент в нашем обще стве не имеет места так называемый «парадокс Шубкина». (Как известно, В. Шубкин в своих исследованиях изучал профессиональные предпочтения и реальные биографий молодых жителей СССР в годы, которые теперь многими вспоминаются как идеал стабильности. Тогда им было обнаружено, что наибо лее престижные профессии и жизненные позиции достаются меньшинству, а наименее престижные — большинству выпускников учебных заведений).

молодых людей на высшее образование и притом в значительной части на подготовку по новым, ранее не преподававшимся профессиям. На ше исследование не позволяет дать «объективный» ответ на вопрос, насколько качественным является предлагаемое российской высшей школой образование. Мы не уверены, что этот вопрос вообще имеет смысл, и что на него может быть дан доказуемый ответ. Что касается респондентов, которые учатся или учились в вузе, то они в большей части положительно его оценивают, и в преобладающем числе случаев снова поступили бы туда же, если бы делали выбор.

3.1.5. Роль связей в выборе вуза При оценке этого последнего обстоятельства следует принять во внимание, что, как подтверждает исследование, студент совершает выбор не в одном лишь пространстве рейтингов и конкурсов, проход ных баллов и прочих «объективных показателей». Это будет не так, даже если добавить такие две важнейшие характеристики как, во пер вых, фактическая удаленность вуза от дома или центра родственных уз, а во вторых, фактическая стоимость поступления и обучения.

Важны и моментальные факторы конъюнктуры, и факторы дальней перспективы.

По данным исследования, на выбор вуза более всего влияет пред ставление абитуриента о том, что «со специальностью и дипломом этого вуза можно получить высокооплачиваемую работу». На втором месте стоит соображение о том, что здесь лучше всего преподают вы бранную мной специальность». Но практически такой же вес имеет микросоциальный фактор: мнение, содействие (или препятствование) людей из близкого социального окружения.

Судя по ответам респондентов, выбор вуза во многом определяет ся внутри этой микроячейки (семья и близкие), а успех поступления зависит в первую очередь от родительских связей и знакомств. Не об суждая степень риторического преувеличения этого фактора, обратим внимание на то, что именно он, а не, скажем, деньги, оказывается на первом плане. При этом самой большой значимостью (более 50%) он обладает в глазах жителей средних и больших городов.

Надо отметить, что с 2003 г. вес этого фактора изрядно упал (с до 50%). (Упал и вес фактора «богатство родителей», выросло, хотя не в симметричных объемах, значение собственно академических обстоя тельств — хорошей учебы в школе и хорошей подготовки.) Но его значение в качестве одного из ведущих требует комментария.

Понятно, что «блат», «знакомства» можно числить по разряду коррупции, наряду со взяткой. Для рассмотрения взятки и знакомства в одной связке есть немало содержательных, а не только этических или юридических оснований. Можно трактовать наличие знакомств в поколении родителей как социальный капитал семьи. Исследование ясно показало, что он аккумулируется вместе с материальными блага ми, богатством, денежным капиталом.

Но мы хотели бы обратить внимание на то, что этот ресурс — особого рода. Он выглядит глубоко партикуляристическим, связанным с наиболее архаическими первичными семейно родственными, сосед скими, земляческими отношениями. Но он не мог бы работать, если бы знакомства не выводили субъекта за этот малый круг в универса листическую среду большого города, высшего учебного заведения.

Их действие в этом качестве мы должны прировнять к действию одного из социальных лифтов. Наше исследование позволяет сравни вать ситуацию в местах максимальной концентрации атрибутов город ской современной жизни (столицы) и менее урбанизованных зонах.

В этих максимально урбанизированных условиях значимость связей в глазах молодых людей действительно уменьшается абсолютно и от носительно. Но и там о ней говорят более 40% опрошенных. В горо дах с населением 100—500 тыс. жителей (а это не городишки, где «все всех знают»), этому фактору придают значение 55% — выше, чем в менее крупных городах и на селе.

Знакомство как специфический агент социальной мобильности и тем самым социализации индивида является не только ресурсом ка ждого данного абитуриента, его семьи. По сути, это сетевой ресурс общества. Его разрушение (даже символическое) без замены на более эффективные институты, приведет не к росту «честных поступлений», а — в зависимости от конкретных условий — либо к всплеску более грубых форм мздоимства и вящему развращению кадров высшей школы, либо к сужению доступности ее услуг для менее обеспечен ных граждан.

3.1.6. Выводы Высшая школа в качестве общественного института оказалась от носительно гибкой, приспособив номенклатуру преподаваемых пред метов к требованиям рынка. Однако часть этих требований, как пока зало исследование, не имеет предметно дисциплинарного измерения.

На вопрос, «какие способности в первую очередь требуются от Вас на Вашей нынешней работе», ответ «умение обращаться с клиен тами» в наибольшем числе случаев (более 20%) дали именно люди с законченным высшим образованием. Они же указали, что для их работодателя «престижно иметь работников, имеющих диплом о выс шем образовании», «работодателю важно иметь культурного, хорошо воспитанного сотрудника». Суммарная значимость этих факторов плюс фактора «образование не имеет значения» практически равна значимости требования «эту работу невозможно выполнять, не имея специальной профессиональной подготовки».

Очень огрубляя, мы можем сказать, что половина рабочих мест, на которых трудятся молодые люди, получившие высшее образование за последние 15 лет, употребляет не столько их специальные знания, полученные в ходе освоения вузовской программы, сколько их соци альные компетенции, полученные одновременно и наряду с этим.

Знания и навыки, которых ждет от работника работодатель, — не из тех, что включены в программы какого либо курса, но из тех, что приобретаются студентом за время обучения в вузе. Можно сказать, это этос вуза как социального института.

Констатируя возникновение «моды» на высшее образование, мы можем отметить, что участниками этого процесса являются не только молодые люди и их родители, но — едва ли не в первую очередь — работодатели. Собственно, они подкрепили эту «моду» материальным стимулом, упомянутым «вознаграждением за образование» («returns for education»). Поскольку мы имеем дело с массовым процессом, а не с волей отдельных лиц, можно говорить, что работодатели, в свою очередь, стремились обслуживать обнаруженную ими в обществе по требность.

Эта потребность, как можно видеть, есть потребность в переводе общественной коммуникации на некоторый новый уровень. Этот уро вень соответствует требованиям постиндустриального урбанизирован ного общества и применительно к нашей стране его конкретные ха рактеристики (нормы и стандарты общения) оказались сформированы слоем российской и советской интеллигенции. А транслятором этих норм и стандартов оказалась высшая школа. Широкая тяга к вузу, более широкая, чем тяга к получению знаний по конкретным дисци плинам, преподаваемым в тех или иных учебных заведениях, является реализацией потребности нового поколения работников в получении дополнительной востребованной на рынке компетенции, а именно компетенции в современных социально коммуникативных навыках.

В более традиционных терминах этот процесс можно было бы назвать так: в народе распространилась тяга подняться к более высоким стан дартам отечественной культуры межчеловеческих отношений. Истори ческую миссию по облагораживанию массовых нравов сегодня несут российские вузы — не столько отдельные элитные, сколько множест венные незаметные.

3.2. Ценность и доступность высшего образования в представлениях молодежи Л.Д. Гудков, Б.В. Дубин, М.А. Зоркая 3.2.1. Мифы и реальные проблемы востребованности высшего образования В 2003 г. сотрудники нынешнего Аналитического центра Юрия Левады (тогда — ВЦИОМ) проводил опрос российского населения и отдельно молодых россиян по проблемам доступности и качества высшего образования. Результаты проведенного тогда исследования позволили нам сделать следующие выводы.

1. Высшее образование — общепринятая норма, и для обычного россиянина не существует сколько нибудь серьезных и непреодоли мых барьеров для поступления в вуз. С другой стороны, при наличии серьезных проблем с доходами при постоянно растущих ценах, при высоком уровне социальной неопределенности, отсутствии доверия к важнейшим государственным и общественным институтам, недоста точной уверенности в будущем, высокой вероятности стать жертвой мошенников, объектом уличной агрессии или даже — террористов, в условиях частых технических катастроф, разрушения экологической среды и т.п., доступность институтского образования не относится к кругу проблем, которые россияне считают для себя наиболее остры ми, «маркированными».

Среди российской молодежи (и у ее родителей) широко распро странена «мифология недоступности» вуза, тем более — «хорошего вуза» (куда якобы невозможно поступить без «больших денег», без «хороших связей», «блата» и т.п.). В ней можно видеть привычное для России отчуждение человека от государства и его институтов, ком пенсаторную, защитную или упреждающую реакцию на слабую диф ференциацию социальной системы, которая — при условии ее разви тия — могла бы опосредовать или смягчать напряжения в каналах со циальной мобильности. В противных случаях — именно их мы здесь и наблюдаем — сознание неэффективности институциональной систе мы выражается в представлениях о ее равнодушии к человеку, враж дебности ему, которую «обычными средствами» частному человеку «один на один с системой» невозможно, как он считает, преодолеть.

Подобная мифология (изнанка прежней идеологии тотального об щества государства) действует, разумеется, не только по отношению к вопросам доступности высшего образования, но и по отношению к всем другим сферам, составлявшим прежде области государственной опеки над «маленьким человеком», а теперь переставшим интересо вать государство в прежней мере. При этом бывшие подопечные оста ются с чувством, что их обманули, что прежние социальные обяза тельства власти оказались невыполненными, а вчерашние статусные, номенклатурные возможности и преимущества полностью перешли к новым хозяевам жизни, их же, частных людей, еще и принуждают выкупать сегодня у «бюрократов», «мафии» и пр. то, что вчера государ ство давало или обещало бесплатно. Иначе говоря, подобные представ ления становятся реакцией на усиливающееся и становящееся все бо лее обнаженным социальное неравенство, отсутствие правовых гаран тий жизнедеятельности, произвол и избирательность в действии государственных институтов (суд, органы защиты правопорядка и пр.).

2. Гораздо более реальной проблемой выступает качество образо вания («хорошее образование», «престижный вуз» и т.п.), однако оно значимо лишь в определенной и количественно небольшой подгруппе молодежи, имеющей установку не на получение вузовского диплома как такового, а на высокое качество специальных знаний и их посто янное повышение — соответственно, на учебу в хорошем вузе, в том числе — за рубежом (на хорошем факультете, по хорошей специаль ности), на получение второго высшего образования, учебу в аспиран туре, докторантуре.

3. Решающим фактором, который формирует подобную установ ку, является потомственный (аккумулируемый) социокультурный ка питал семьи — высокое образование родителей, наличие большой (по крайней мере, свыше 500 томов) домашней библиотеки, база собст венных знаний и умений, полученных молодыми людьми в школе, особенно — в специализированной школе и формах дополнительного образования (кружки по интересам, художественное, музыкальное и т.п. образование, занятия на подготовительных курсах и пр.). Если иметь в виду символические капиталы семьи, то в наибольшей мере на образовательную и профессиональную стратегию молодежи влияет высокое образование отцов семейств.

С нашей точки зрения, важнейшая проблема в дискуссиях об об разовании заключается в непонимании значимости вопросов группо вой аккумуляции культурных и социальных капиталов, задающих спе цифические нормативные мотивации к постоянному, внутренне моти вированному самообучению, непонимании необходимой длительности самого этого процесса, являющегося предпосылкой институционали зации эффективного образования. Подобные символические и антро пологические представления должны стать элементом образа жизни и самоидентичности ведущих групп в обществе, войти в структуру со циальной морфологии, быть маркированной чертой социальной диф ференциации и социальной мобильности. Только тогда действительно заработает устойчивая система высшего образования. Какие то черты ее возникали в 1930—1950 е гг., на «входе» в индустриальную цивили зацию, но затем, в годы брежневского застоя, они потеряли свой смысл. Эта проблематика осознается очень плохо или вообще не вос принимается, будучи вытесняемой из публичных дискуссий действием сохраняющихся с советского времени уравнительных или популист ских идеологических предрассудков или пропагандистских клише.

Тенденции, отмеченные два года назад, использованы в настоя щей работе как основные гипотезы, задающие рамку интерпретации данных, полученных в результате опроса, населения по проблемам высшего образования по всероссийской выборке, представляющей молодежь в возрасте от 15 до 34 лет, проведенного в апреле 2005 г.

Аналитическим центром Юрия Левады (см. Приложение).

Этот опрос представляет собой вторую волну исследований ори ентации молодежи на высшее образование и спроса на разные по ка честву и уровню типы вузовского обучения и позволяет в большой мере подтвердить (но иногда — уточнить или даже поставить под со мнение) отмеченные прежде тенденции и полученные выводы, а так же — зафиксировать изменения в отношениях к этим ценностям.

Следует констатировать, что выявленные два года назад ведущие тенденции в полной мере действуют и сегодня1. Проанализируем су ществующие в обществе представления о ценности и значении выс шего образования в целом, а также о его доступности в зависимости от различных социально демографических характеристик и ориента ций на образование.

3.2.2. Основные смыслы и значения получения высшего образования: зачем нужен «поплавок» и второе образование?

Общее значение высшего образования сегодня — возможность «полу чить хорошо оплачиваемую работу» (60% опрошенных), «сделать карье ру» (49%) и только у 44% — «стать хорошим специалистом». Совер шенно очевидно, что в подобном распределении приоритетов слиш ком силен акцент массового сознания на узко прагматической инструментальности высшего образования при недостаточном пони мании его ценностной, социальной или культурной (т.е. статус но дифференцирующей), значимости. Если те же блага (высокоопла чиваемую должность, доходы) можно получить каким то иным обра зом, то сама по себе ценность образования теряет смысл и значимость. С нашей точки зрения, в такой позиции проявляется действие общих факторов, снижающих ориентацию на ценности каче ства работы, необходимости максимальных усилий для достижения успеха и достойного социального положения, прилежности, усердно сти, добросовестности и т.п. определений человеческого поведения, Расхождения в ответах на повторяющие вопросы в целом незначительны и укладываются в рамки доверительного интервала. Несколько больший упор респонденты делают на необходимости высшего образования в нынешнем ис следовании (60% считают, что без него не найдешь хорошо оплачиваемой ра боты, при прежних 53%). С другой стороны, подчеркивание среди причин вы бора вуза таких, как бесплатное обучение (это отметили 21% при 14% в иссле довании 2003 г.), видимо, указывает на выросший для населения за последние два года груз платности образовательных и других социальных услуг.

институционализируемых в «цивилизованном обществе», но дискре дитированных в социуме советском и постсоветском.

21% опрошенных считают, что для устройства на хорошую работу, нужен любой диплом о высшем образовании — самый низкий показа тель из всех «подсказок», где гораздо более популярными выступают «высокая квалификация, опыт» (50%) и «связи, знакомства» (58%).

В подобных оценках молодежь может отчасти опираться не только на принятое в постсоветском обществе понимание того, «как реально де лаются дела», но, вероятно, и на собственный опыт: лишь 1—2% мо лодежи указали на то, что в приеме их на работу (а работают свыше половины опрошенных) решающую роль сыграл диплом о высшем или среднем специальном образовании, тогда как 13% (наиболее зна чимая позиция из всех подсказок, ее выбрала четверть работаю щих) — подчеркнули, что всё решили рекомендации от знакомых и родственников. Треть работающих из опрошенной молодежи зани маются тем, что не требует профессионального образования, а еще трети достаточно среднего профессионального образования. В целом же более половины работающих либо работают не по специальности, которую имели, либо еще вовсе не имеют специальности. Далее этот опыт малоквалифицированной работы, субъективно компенсируемой такими ее преимуществами, как «близость к дому», «хороший коллек тив», «свободный график», видимо, переносится большинством на представления о будущем и может задавать соответствующий низкий горизонт или «потолок» притязаний и ожиданий.

Чаще других безразличие к качеству высшего образования («глав ное — диплом, остальное неважно») демонстрируют респонденты, уже закончившие вуз (29%), и те, кто оставили учебу (30%). Напротив, те, кто сейчас учатся в вузе или твердо решили поступать, причем в оп ределенный вуз, заметно чаще других подчеркивают значение дипло ма престижного института (32 и 38% соответственно, при 24% в сред нем по выборке). И это понятно: без определенной идеализации об разования, даже — романтизации процесса обучения, ценности профессионального образования, высокого его качества приобрести нельзя. Идеальная планка всегда должна быть выше реальных воз можностей и достижений. Но в данном случае эти идеальные, пре дельные по запросам параметры — обучение в престижном вузе — мало что значат. В массовом сознании они не фиксированы и уж тем более не акцентированы. Еще менее актуальна «учеба за границей», возможности которой мысленно связываются только с детьми из но менклатурных или очень богатых семей, т.е. в качестве нереальных применительно к себе.

«Обучение в престижном вузе» как фактор «успеха в жизни» рас ценивается молодыми людьми крайне низко: лишь 7% связывают эти моменты между собой. Чуть выше фактор престижности вуза для дос тижения успеха в жизни ставят только те, кто бросил учебу (10%, у них это выступает компенсацией отказа продолжать обучение), и те, кто, напротив, твердо определился с поступлением в конкретный вуз (9% — для них престижность вуза обозначает желанную цель, ориен тир, горизонт притязаний). В целом лишь 9% опрошенной молодежи связывают выбор того или иного вуза с престижностью его диплома, однако среди сегодняшних студентов эта цифра достигает уже 20%.

Возможность поступить в престижный вуз, как правило, связыва ется молодыми респондентами (две трети и более опрошенных) со свя зями родителей и их богатством. Мы предполагаем, что низкая оцен ка значимости престижного вуза, с одной стороны, и подчеркивание значимости денег и знакомств для поступления в престижный инсти тут — с другой, взаимосвязаны: этим демонстрируется недоступность данного социального блага для абсолютного большинства и далее — по принципу «зелен виноград» — вообще снижается его ценность как блага, высоко значимого, но при соответствующих усилиях все таки доступного.

Так или иначе, преобладающая и год от года усиливающаяся ус тановка сегодняшней молодежи — поступить в вуз: на это ориентиро ваны 44% опрошенных (в исследовании 2003 г. — 38%). 53% опро шенных не собираются получать высшее образование. Наиболее зна чимые объяснения этого отказа охватывают не слишком отличающиеся по объему подгруппы молодежи: нет денег платить за учебу (12% опрошенных и примерно четверть всей группы не соби рающихся поступать в вуз);

нет желания, довольны и тем, что имеют (11%);

вынуждают семейные обстоятельства (10%);

вынуждает необхо димость зарабатывать на жизнь (8%).

Установка на два высших образования распространена среди мо лодежи в целом значительно меньше: ее высказывают 12%. Более вы сокая оценка второго образования характерна для трех групп опро шенной молодежи: для тех, кто твердо решил поступать, причем в конкретный вуз (17% данной группы);

тех, кто сейчас учится в вузе (24%) и для тех, кто уже закончил вуз (28%). В двух первых случаях второе образование — воображаемый, отодвинутый в будущее предел притязаний молодежи, в последнем случае — показатель недостаточ ности уже полученного образования и необходимости компенсировать этот недостаток. Заметим, что те, кто сумели поступить в вуз и сейчас в нем учатся, чаще других осознанно выбирали и среднюю школу, принимая во внимание состав преподавателей и учеников в ней, уро вень преподавания, репутацию данной школы и т.п.

3.2.3. Проблема доступности высшего образования для разных категорий молодежи Представления о доступности высшего образования практически не различаются у разных подгрупп молодежи (табл. 3.2.1), исключение здесь — группа тех, кто в принципе не ориентирован на дальнейшее обучение или смутно представляет себе, чего он хочет, куда можно пой ти учиться, практически ничего не делая для приближения к цели.

У последних, т. е. тех, кто не намерен получать высшее образование, до ля ответов о невозможности в стране получения высшего образования поднимается до четверти (и здесь же — самый высокий уровень затруд нившихся с ответом, 11%). В остальных же подгруппах опрошенных со отношение доли мнений тех, кто считает доступным любое образование, и тех, кто отмечает ограниченность в доступе к элитному образованию, составляет примерно одну и ту же пропорцию: 0,40—0,49.

Более уверены в доступности высшего образования или ограни ченности хорошего образования в лучших университетах и вузах стра ны те, кто уже учатся в вузах, кто лучше готовился к поступлению;

менее категоричны — те, кто не собирался продолжать образование сразу после получения диплома о среднем образовании, пошел рабо тать или служил в армии. Основная масса поступивших или даже за кончивших вузы молодых людей уверены в том, что доступно не вся кое высшее образование, что разумно с точки зрения обычного чело века, не готового предпринимать сверхусилия, со своей точки зрения, чтобы поступить в перспективный или престижный вуз. Здесь нет ни чего необычного или экстраординарного, удивительней другое: очень высокий процент считающих, что доступно любое образование, даже элитное (в формулировке анкеты — «престижное»). Таких примерно четверть. При этом 87—88% из поступивших поступили именно в тот вуз и на тот факультет, куда хотели.

Таблица 3.2. Представления о доступности высшего образования в зависимости от установок молодежи на образование, % от опрошенных в каждой группе* Собираются Собираются Бросили в принципе по Учатся Не соби лучать высшее получать вуз, про в вузе Закон раются высшее обра учив образование, в настоя чили учиться но пока не оп зование шись не щее вре вуз в вузе ределились, где в ближайшее менее 2 мя время курсов и когда Респондентов 1032 277 371 36 539 Средний воз раст опрошен ных (число лет 26 23 19 27 21 по выделенным подгруппам) 1. Доступно ли для большинства поступающих в вузы высшее образование?

Доступно не всякое ВО, хо рошее чаще 45 49 63 63 63 всего не дос тупно Окончание табл. 3.2. Собираются Собираются Бросили в принципе по Учатся Не соби лучать высшее получать вуз, про в вузе Закон раются высшее обра учив учиться образование, в настоя чили зование шись не щее вре в вузе ределились,оп в ближайшее менее но пока не вуз где мя время курсов и когда Доступно хо 20 33 26 30 25 рошее ВО ВО вообще практически 24 15 7 5 6 не доступно Затруднились 11 3 3 2 6 ответить 2. А кто имеет сегодня наилучшие шансы поступить после школы в обычный вуз?** Кто лучше подготовился 40 51 54 63 55 к вступитель ным экзаменам У кого родите ли имеют свя 50 52 51 50 56 зи, знакомства У кого богатые 53 52 38 40 47 родители Кто хорошо 45 45 48 48 54 учился в школе Все хочет по 18 22 27 22 24 ступить Затруднились 1 0 2 1 1 ответить 3. А в престижный вуз?** Кто лучше подготовился 22 26 33 35 40 к вступитель ным экзаменам У кого родите ли имеют свя 62 59 62 71 65 зи, знакомства У кого богатые 78 76 75 71 65 родители Кто хорошо 15 20 19 21 16 учился в школе Все, кто хочет 5 5 5 6 5 поступить Затруднились 2 3 4 1 6 ответить * По столбцу;

могло быть несколько вариантов ответов.

** Респонденты могли дать несколько вариантов ответа.

Основные причины, по которым не удалось учиться там, где хоте лось респондентам, следующие (они составляют в сумме немногим более 10% от всех учащихся/учившихся в вузах): не было материаль ных возможностей жить в том городе, где был вуз — в среднем 15%;

не хватило денег для оплаты обучения — в среднем 14%;

не хватило связей для поступления в желаемый вуз — в среднем 14%;

не хватило денег на подготовку 7%;

не хватило знаний — 28%.

Тем, кому все таки удалось поступить в желаемый вуз и факуль тет, больше всего помогла осуществить мечту: возможность офици ально заплатить за обучение — 21%, но еще выше значение знаний, способностей — на него указали 55%. Взятки, подарки помогли 2%, занятия с репетиторами — 3%, связи, знакомства, рекомендации — 5%;

везение — 7%.

Представления о том, у кого самые большие шансы поступить, крайне слабо различаются в зависимости от личного опыта опрошен ных, условий жизни, социального окружения, образования родителей и качества школьного обучения. Наименьшие колебания в ответах по группам отмечаются среди тех, кто выбрал ответ «связи родителей»

(единственное исключение — уже окончившие вуз и работающие:

здесь доля подобных ответов снижается в сравнении со средним на 5 п.п.). Напротив, ответ «У кого родители богатые» чаще выбирают те, кто не собираются получать высшее образование либо хотели бы его получить, но это желание остается некоторым общим мечтанием, поскольку для его реализации они мало что сделали.

Чаще всего не намерены продолжать учебу те, кто заканчивали обычную школу в селе (41%) или в райцентре (25%). Для сравнения:

среди учившихся в Москве и Санкт Петербурге вместе взятых рес пондентов с такой установкой лишь 4% (табл. 3.2.2).

Таблица 3.2. Установки на образование в зависимости от места жительства опрошенных, % от опрошенных* Собираются Собира в принципе ются по Бросили Учатся Не со получать лучать вуз, про бира высшее об в вузе Закон В сред высшее учив ются разование, в на чили нем образова шись не стоящее учиться но пока не вуз ние в бли менее 2 время в вузе определи жайшее курсов лись, где время и когда Средний воз 24 26 23 19 27 21 раст опро шенных, лет Москва 5 2 3 4 17 11 Москва1, 9 4 4 6 25 20 Санкт Петербург Данные по респондентам Москвы и Санкт Петербурга сгруппированы для выявления тенденций, особенно выпукло проявляющихся в столицах.

Окончание табл. 3.2. Собираются Собира в принципе ются по Бросили Учатся Не со получать лучать вуз, про бира высшее об в вузе Закон В сред высшее учив ются разование, в на чили нем образова шись не стоящее учиться но пока не вуз ние в бли менее 2 время в вузе определи жайшее курсов лись, где время и когда Большой го 21 14 18 15 32 51 род (более тыс. человек) Небольшой 21 18 16 19 16 26 город (100— тыс. человек) Малый город 22 25 20 29 12 8 (менее тыс. человек) Село, посе 31 41 43 33 22 4 лок * По столбцу.

Рассматривая возрастные характеристики и различия этих под групп опрошенных, мы можем сделать следующие заключения: чем раньше принимается решение о поступлении в вуз (и делается кон кретный выбор соответствующего учебного заведения), тем больше вероятность поступления и эффективной учебы в нем. Соответствен но вероятность поступления и успешной учебы в вузе для старших возрастных когорт становится все менее высокой. Это означает, что в принятии подобного решения огромную роль играют средовые фак торы и обстоятельства, культурный капитал семьи: образование роди телей, аккумулированный в домашней библиотеке культурный потен циал, нормативные ожидания окружения — более высокие ожидания карьеры и вертикальной мобильности в крупных городах по сравне нию с периферией, институционализированные нормы рационализа ции поведения, включая навыки планирования и расчета событий собственной жизни, отказа от одних благ ради других, более значи мых, но отдаленных по времени.

Чрезвычайно важен в этом плане урбанизационный фактор, пред ставляющий в обобщенном виде аккумулированные средовые соци ально культурные ресурсы. Показатель доли учащихся в урбанизаци онной группе1 выше в 2,1 раза в Москве и Санкт Петербурге, чем в среднем по стране (в Москве отдельно — 2,4), в крупных городах Отношение количества поступающих, студентов и уже получивших образо вание к численности соответствующей группы.

это соотношение снижается до 1,8, в небольших городах слабеет и практически исчезает.

Как показывает опыт бросивших вуз, нормативные требования к индивиду поступать в вуз после первых лет обучения слабеют и оказываются недостаточными для завершения обучения. Рассмот рим эту категорию отдельно.

Мотивация к обучению отражает институционализированные тре бования и групповые ожидания, очень по разному распределяющиеся в разной социальной среде. Так, например, выпускники продвинутых школ (спецшкол, гимназий, лицеев с углубленным изучением предме тов) составляют значительную часть удельного веса всех учащихся ву зов (бывших (закончивших образование или бросивших учебу) — 17%, и в еще большей мере нынешних студентов — 24%), а если учи тывать и наличие специализации в обычных школах, то удельный вес учившихся в школах с усиленной подготовкой среди поступивших в вузы поднимается до 30—37% (среди не собирающихся поступать — лишь 8—10%).

Абитуриенты, выбравшие конкретный вуз и готовящиеся к сдаче экзаменов, а также уже поступившие отмечают высокую значимость характеристик средней школы. Мотивы выбора «хорошей школы»

у респондентов с разной ориентацией на образование следующие (в порядке убывания частоты ответов):

• в ней хорошо преподаются основные предметы — в среднем 12%. Причем чем ближе школьные проблемы самому респон денту (в силу возраста и положения в образовательном процес се), тем значимость этого момента выше: отмечают этот фактор среди окончивших вузы 14%, учившиеся в вузе, но бросившие —16%, студенты — 18%, готовящиеся к поступлению — 20%, т.е. более чем в 1,5 раза выше среднего, для сравнения — у тех, кто не собирается получать высшее образование, этот мотив выбора родителями школы для своего ребенка вдвое ниже сред него — 6%;

• это специализированная школа (4%;

у респондентов с универ ситетским дипломом и у студентов — 9%;

у бросивших вуз — 6%, у тех, кто не планирует учиться, — 1%);

• в этой школе лучший преподавательский состав и отбор уча щихся (5%;

среди выпускников вузов — 9%;

студентов — 11%;

бросивших вуз — 12%;

не планирующих учиться — 2%);

• в ней хорошо поставлено преподавание тех предметов, которые важны и интересны для респондента (в среднем — 5%;

у выпуск ников и студентов — 9%;

среди не собирающихся в вуз — 2%);

• у этой школы есть договор с вузом (2%;

у выпускников вузов и студентов — по 5%;

у не ориентированных на высшее образо вание — 0);

• выпускники этой школы чаще поступают в вузы (в среднем — 3%;

среди имеющих высшее образование — 5%;

студентов — 8%;

бросивших вуз — 7%;

не собирающихся в вуз — 0%);

• у школы хорошая материальная база, здесь преподают препода ватели из вузов — примерно вдвое чаще эти мотивы у ориенти рованных на вуз;

• у родителей не было выбора, это единственная школа в насе ленном пункте (в среднем — 21%;

среди выпускников вуза — 12%;

бросивших вуз — 16%;

студентов — 8%;

собирающихся учиться и уже выбравших вуз — 22%;

собирающихся, но пока не знающих, куда и когда поступать — 30%;

среди не собираю щихся поступать в вузы — 26%).

Таким образом, прослеживается четкая и довольно тривиальная зависимость: чаще поступают те, чьи родители и они сами заранее за думываются о будущем и начинают готовиться к поступлению, выби рая из возможных лучшую или подходящую школу, занимаясь с репе титорами или посещая подготовительные курсы. Можно говорить и о том, что родители, готовящие своих чад в вуз, в этой связи тратят больше денег на различные расходы в школе, на подарки учителям, на учебники и т.п., и эти усилия дают результат в виде более высокой успеваемости детей (табл. 3.2.3).

Таблица 3.2. Успеваемость и ориентация на высшее образование, % от опрошенных* Собирают Собира ся в прин ципе полу ются по Бросили Учатся Не со лучать чать выс высшее вуз, про В сред бирают в вузе Закон шее учив ся образо шись не в на чили нем учиться образова вание менее 2 стоящее вуз ние, но по в вузе ка не опре в бли время курсов делились, жайшее где и когда время Какие оценки вы в основном получали в школе в последний год вашего обучения в ней?

Преимуществен 8 16 4 2 1 4 но В основном 3 и 4 48 61 62 48 40 30 В основном 4 и 5 37 20 28 43 57 56 В основном 5 5 1 3 6 2 10 и только Дополнительно 10 20 40 40 40 56 занимались в по следний год уче бы в школе для поступления в вуз Окончание табл. 3.2. Собирают Собира ся в прин ются по Не со ципе полу Бросили Учатся лучать чать выс вуз, про В сред бирают высшее в вузе Закон шее учив ся образо в на чили нем учиться образова шись не стоящее вание вуз в вузе ние, но по менее 2 время в бли ка не опре курсов жайшее делились, время где и когда Сколько денег 6,9 4,5 4,4 7,3 5,6 8,6 6, семья была гото ва потратить на подготовку к ву зу в год поступ ления, тыс. руб.

Статус города, в котором соби раются учиться или учились Столицы 9 – 8 12 25 22 Столицы автоном 6 – 10 8 9 10 ных республик Областные центры 29 – 46 52 39 53 Города област 9 – 19 17 10 9 ного подчинения Райцентры 4 – 9 8 11 5 * В каждой группе по столбцу;

не приведены данные о затруднившихся определить свою успеваемость (суммарно не более 2—3%).

Те, кто учились на 4 и 5, в 1,5—1,7 раза чаще среднего поступали в вуз, кто учился на 5 — в два три раза чаще;

соответственно те, кто учил ся преимущественно на 3 и 4, в 1,5—2 раза реже среднего поступали в ву зы. Мы в данном случае не имеем возможности оценить валидность 4 и в школах разного уровня и типа, но, даже условно приравнивая их, мы получаем совершенно различную картину доступности вузов.

Как и в других случаях, «правило Матфея» действует в полную силу:

мало того, что эти группы лучше успевали в школе — они же больше других занимаются дополнительно перед поступлением в вуз. Однако возможности платить у разных групп явно разные. Не определившиеся с выбором вуза и сроками поступления располагают самыми низкими ресурсами (правда, их «расчетные затраты» не очень отличаются от того уровня, который составляет фактическую плату в вузах на данный мо мент — расхождение составляет 24%). Более реалистически оценивают и будущие расходы, и свои возможности те, кто уже готовятся к поступ лению (они их несколько завышают с учетом роста цен). Очень резко завышают те, для кого поступление в вуз не является актуальным — уже окончившие вуз (втрое завышающие расходы на обучение) и те, кто бросили вуз (в 6 раз — возможно, здесь действует психологическая ком пенсация за собственную несостоятельность в учебе).

В качестве финансового ресурса оплаты учебы выступают чаще всего доходы родителей (в более чем половине всех случаев). Среди тех, кто учится, у 67% учебу оплачивают родители, 23% — оплачива ют сами, из собственных заработков, и небольшая часть прибегает к деньгам мужа/жены или других родственников.


Те, кто собирается поступать и упорно готовится к экзаменам, рассчитывает в первую очередь на деньги родителей (52%), треть — на собственные заработки, остальные, в равной доле — на деньги му жа/жены или других родственников.

Те, кто вообще подумывает о высшем образовании, но пока не решил ничего определенного (куда и когда поступать), может рассчи тывать главным образом только на свои собственные доходы (54%), в меньшей степени на деньги родителей (32%) или доходы мужа/же ны (около 20%). Имеет смысл подчеркнуть, что их планы и расчеты в финансовом отношении достаточно реалистичны, ибо большая часть их (53%) намеревается учиться (если это состоится) на заочном отделении, т.е. с более низким уровнем оплаты учебы.

Размеры планируемых или использованных неформальных связей и теневых ресурсов относительно невелики (табл. 3.2.4). Во всяком случае, они не соответствуют тем представлениям о масштабах кор рупции, повсеместности и эффективности блата, которые сидят в го ловах абсолютного большинства населения. Деньги за поступление (взятка, неформальная оплата) давали 5% окончивших вузы, 6% бро сивших вуз, 7% нынешних студентов, 8% — тех, кто собирается по ступать в ближайшее время в конкретный вуз и 11% — тех, кто имеет самые общие планы и намерения относительно учебы в вузе. Как ви дим, «цена» поступления или масштабы мздоимства со временем все время увеличиваются, но сами по себе они не выходят за рамки ком пенсации слабо работающих институциональных структур и социаль ных механизмов. Примерно в таких же размерах предполагается де лать соответствующие подарки нужным людям. Гораздо более сильны расчеты на связи и знакомства с нужными людьми на взаимной (бар терной и безналичной) основе.

Таблица 3.2. Распределение ответов на вопрос «Использовали ли вы (ваша семья) или предполагали использовать соответствующие ресурсы при поступлении в вуз?», %* Собираются Собираются Бросили в принципе полу получать Учатся вуз, про чать высшее об высшее об в вузе Закончи учившись в настоя разование, но по разование ли вуз не менее щее время ка не определи в ближай 2 курсов лись, где и когда шее время Деньги 12 8 6 7 Подарки, услуги 6 5 5 5 нужным людям Знакомства, связи 11 13 15 14 Окончание табл. 3.2. Собираются Собираются Бросили в принципе полу получать Учатся вуз, про чать высшее об высшее об в вузе Закончи учившись в настоя разование, но по разование ли вуз не менее щее время ка не определи в ближай 2 курсов лись, где и когда шее время Ничего из пере 46 56 67 76 численного Затруднились от 29 22 12 3 ветить * По столбцу, возможно более одного ответа.

3.2.4. Лица, не ориентированные на получение высшего образования Доля опрошенных молодых людей, заявивших, что они не соби раются учиться в вузах, составляет 41%. Основная масса респондентов из этой категории — 86% — в настоящее время уже не учатся;

7% еще учатся в общеобразовательной школе или гимназии, 4% — в тех никуме или училище (среднее профессиональное образование) и 3% — в ПТУ, СПТУ. Из них — 13% уже отслужили в армии (са мый большой процент по группам молодых). 63% — только работают и еще 13% на момент опроса считают себя безработными, еще 4% — не работают, не учатся и не ищут работу, 5% — в декретном отпуске.

Таким образом, 17% опрошенных из данной подгруппы не работают по тем или иным причинам. Из них 65% ищут работу, 7% — не могут найти, 1% — инвалиды или больные, 1% — готовятся к поступлению в учебное заведение, 1% — имеют другие источники дохода и еще 1% — ничего не делают, так как им скоро в армию.

95% из тех, кто не ориентирован на получение высшего образова ния, точно не собирается поступать в вузы (5% еще не знают, будут или нет, — это самые молодые). Большая часть из них уже обзавелись семь ей. 30% из них, т.е. абсолютное большинство мужчин, служили в армии.

Для основной массы опрошенных из этой подгруппы (75%) приемле мым, т.е. для них «нормальным», является уровень образования не выше среднего специального (33% — техникум или ссуз, 20% — ПТУ;

12% — 10—11 лет средней школы, и совсем немного — 7% — считают для себя вполне удовлетворительным 8—9 классов). Ответы остальных среди не собирающихся поступать в вуз, — чистый социологический «шум», вы дающий комплексы неполноценности или дефекты личностной иден тичности (20% — вуз, 3% — два вуза, 1% — колледж или университет за границей и примерно столько же — аспирантуру).

При этом 70% осознают, что, имея лишь среднее общее образова ние, устроиться на хорошую работу там, где они живут, шансов нет, однако считают более высокие уровни формального образования пу тем к лучшему трудоустройству. По их мнению, наличие среднего специального образования повышает шансы на хорошую работу почти вдвое (с 23 до 41%), обычного высшего — еще на 9 п.п. (до 50%), а престижного высшего — до 57%. Подавляющая доля тех, кто не ориентирован на получение высшего образования, признают его цен ность, прежде всего — для получения высокооплачиваемой работы.

Почти 70% из тех, кто не ориентирован на получение высшего образования, окончили обычную школу в селе или небольшом городе (23% — в областном центре или столице автономной республики).

Учились в основном на 3 и 4 (61%;

еще 16% — на 3). Однако среди этой группы примерно одна пятая — хороших учеников (на 4 и 5).

По сфере занятости — 72% из них рабочие разной квалификации и занятые в торговле, 10% — в сельском хозяйстве, 4% — в армии и правоохранительных органах, 12% — служащие невысокой квали фикации в различных организациях культуры, здравоохранения, обра зования, органах исполнительной власти и т.п.

55% работающих, не ориентированных на высшее образование, закончили ПТУ (и аналогичные учебные низовые профессиональные заведения) или училище, техникум, специальный профессиональный колледж, причем закончили его достаточно давно — в среднем 9— лет назад.

По месту жительства: 41% из них — деревенские жители, 25% — живут в малом городе (иначе говоря, две трети или даже четыре пя тых принадлежат к населению социальной периферии), 18% — отно сятся к населению средних городов. В Москве представителей рас сматриваемой группы незначительное количество — 2%, в крупных городах — 14%.

В основном именно в данной группе были представлены выходцы из многодетных семей (их доля в составе группы — 77% — самая вы сокая среди всех категорий опрошенных) и в значительной мере — из семей без отца (доля в составе группы — 13%, этот показатель выше только у тех, кто собирается в престижный вуз).

Образование отца и матери у представителей данной группы так же самое низкое в сравнении с другими (у 15% отцов и у 13% мате рей не было полного среднего образования). У более чем половины из них (55%) отец — рабочий, у 46% матери — рабочие;

у 31% мате ри — служащие без образования.

3.2.5. Лица, бросившие обучение в вузе В выборке менее 4% респондентов, которые бросили вуз, про учившись не два и более курсов. Половина из них в настоящее время работает, 14% — в декретном отпуске, 13% — учится, 9% — и учится и работает (таким образом, продолжает учебу —22%), 15% — не рабо тает и не учится (в том числе собственно безработные, т.е. ищущие работу — 12%).

Помимо окончания средней школы, треть опрошенных из этой категории закончила либо техникум (техническое училище) — 26%, либо ПТУ — 4%.

Если смотреть на социально культурные характеристики среды, в которой находятся опрошенные из этой подгруппы (табл. 3.2.5), то следует отметить значительную ее неоднородность, можно сказать — более высокую угрозу маргинализации. В этой подгруппе больше и столичных, и сельских жителей, чем в других подгруппах учивших ся или учащихся в вузах. Напротив, процент крупно и среднегород ского населения здесь снижен. Этот разрыв между столичным и сель ским компонентами данной подгруппы создает характерную неопре деленность, даже неустойчивость их социального положения и самоощущения, а вследствие этого — высокую вероятность слабой адаптированности к среде. Другими словами, село и столица дают по вышенный процент незавершенного образования, но, видимо, обрыв обучения происходит по разным причинам. Для сельских учеников это связано с трудностями обучения (недостаточностью ресурсов — культурных, материальных), в столице — с более высокой степенью разнообразия социальных возможностей, ослабляющих мотивацию к завершению образования.

Таблица 3.2. Урбанизационные характеристики выпускников вузов, бросивших вуз и нынешних студентов, % от опрошенных* Закончили вузы Бросили вуз, Учатся сейчас Не учились и не проучившись не в вузе собираются менее 2 курсов учиться в вузе Москва 12 17 11 Большой город 38 32 51 Средний город 22 16 26 Малый город 13 12 8 Село 15 22 4 * По столбцу.

Решили продолжать учебу и реально готовятся к поступлению на учебу в вуз всего 2% этой группы.

Основная сфера занятости рассматриваемой группы — торговля, общепит (38% работающих) и промышленность, связь, транспорт (37%). Остальные заняты также в системе управления, здравоохране ния, образования и т.п. Три четверти работающих работают не по специальности.

В финансовом положении этой подгруппы отмечаются некоторые отклонения от обычных распределений. Прежде всего, совокупный семейный доход у этих респондентов в среднем оказывается самым высоким среди всех категорий опрошенных (17,2 тыс. руб.). Однако их собственный личный доход заметно уступает респондентам с ву зовским дипломом (6,6 тыс. против 7,8 тыс. руб.), а это означает, что относительно высокий уровень обеспеченности в семье, не связанный с усилиями этих респондентов, снижает их собственные достижитель ные мотивации.

В среднем респонденты из этой категории работают на нынешнем месте уже более 2,5 лет. Примерно половина из них нашли эту работу через знакомых или родственников (хотя рассчитывали на подобный ресурс в 1,5 раза больше). Определенную роль сыграло и наличие опыта подобной работы, но сами по себе знания особого значения при приеме на работу не имели. Это значит, что квалификационные критерии компетентности, владения специальностью в мотивации при получении образования особого значения для этой подгруппы опро шенных не имеют. Важно отметить также, что значительная часть из них, будучи еще в вузе, в течение последнего года учебы уже работала (показатель работающих в этой подгруппе самый высокий среди тех подгрупп, которые учились или учатся в вузе, — 45%;


в других случа ях — 40%). В том числе половина работали по специальности, близ кой к профилю обучения.

Треть из тех, кто прервал по каким то причинам обучение в вузе, планирует учиться в вузе в самое ближайшее время (т.е. эти планы бо лее или менее реальны). У остальных эти намерения или планы носят самый неопределенный характер, хотя лишь 16% твердо говорят, что учиться дальше не будут. 32% затрудняются ответить относительно бу дущего образования, а 21% высказывают желание учиться, но когда или куда они будут поступать, — эти вопросы для них неясны и явно не актуальны. Основные причины, по которым они не собираются продолжать учебу в вузе, сводятся к следующим (26% затруднились сказать что то конкретное): семейные обстоятельства (16%, рождение ребенка или нечто в этом роде), необходимость зарабатывать на жизнь — 10%, и отсутствие денег, чтобы платить за учебу — 9%.

Почти половина из них училась либо на заочном, либо — в мень шем количестве — на вечерних отделениях. Чаще всего это был тех нический (32%), педагогический (18%) вуз или, что существенно ре же — экономико финансовый, юридический или управленческий фа культет университета. Те, кто еще собираются дальше учиться, предполагают учиться главным образом именно на этих отделениях — экономики, права, управления (менеджмента). Другие специальности (инженерные, технологические, строительные, тем более естествен но научные) выбираются существенно реже, 9—10%. Однако к этим планам продолжать обучение в вузе приходится относиться с боль шим сомнением. Если раньше большинство поступало на бесплатные места, то у тех, кто заявляет о своем стремлении к продолжению обу чения, представления о нынешней ситуации в вузах несколько фанта стические: например, размер платы за обучение они завышают в сравнении с другими кандидатами в 5—6 раз, что едва ли может служить свидетельством реальности их планов.

Учились опрошенные из этой группы не слишком усердно и при лежно, они, по их собственным словам, имели средние оценки ниже, чем у всех, кто учился в вузе (3,9). По уровню и качеству преподава ния в их вузах оценки — средние или чуть ниже средних, но по уров ню информационной обеспеченности вуза (Интернет и т.п.) их вы сказывания в целом более негативные, чем в остальных подгруппах.

Важный момент в оценке мотивации на завершение образования (и на прекращение обучения): а) представления о заработках выпуск ников у этой группы более неопределенные (высокий процент затруд няющихся с ответом, что свидетельствует о незначимости этого вопро са для этой группы);

б) больший процент считающих, что заработки у выпускников низкие, и соответственно меньшее число ответов о вы соком уровне заработков выпускников. Это означает, что у этой груп пы ослабленные стимулы к завершению обучения в вузе. В идентифи кационном плане респонденты из этой группы соотносят себя с теми, кто уже имеет высшее образование. Во всяком случае, достойным себя они считают лишь уровень высшего образования (75%), лишь 13% — более высокое или престижное образование. 7% готовы удовлетворить ся тем, что у них есть или даже ниже. Но вероятность завершения об разования в этой группе составляет не более 10—15%.

3.2.6. Лица, получившие высшее образование Явная закономерность прослеживается между культурным капита лом семей (если их измерять в количестве книг, имеющихся дома) и установками на получение высшего образования (табл. 3.2.6). Среди людей с университетским дипломом у 24% имеются домашние биб лиотеки размером более 300 томов;

среди тех, кто сейчас учится в ву зе, — у 23%, тех, кто по каким то причинам бросил институт или прервал на неопределенный срок обучение, — у 18%;

среди тех, кто собирается учиться и даже уже наметил конкретный вуз, — 14% име ют библиотеки на 300 книг. У тех, кто вообще то хотел бы иметь ди плом («корочки»), но ничего пока для этого не предпринимает (не готовится, не знает куда и т.п.), лишь 8% имеют библиотеки соответ ствующего объема, а среди тех, кто не собирается учиться и давно ра ботает, они есть только у 7%. Иначе говоря, мало хотеть иметь выс шее образование, необходимы достаточные культурные ресурсы для того, чтобы его получить, отказываясь от других, иногда довольно за манчивых перспектив и альтернативных выборов.

Таблица 3.2. Зависимость установки на образование от размера домашней библиотеки, % от опрошенных* Собираются Собираются Бросили Учатся Не соби в принципе по получать вуз, про в вузе лучать высшее высшее об Закон Число книг дома раются образование, но разование учив в на чили учиться пока не опреде шись не стоя вуз в вузе в ближай менее 2 щее лились, где шее время курсов время и когда От 300 до не 7 8 14 18 23 скольких тысяч 100—300 книг 13 22 28 16 34 Дома книг нет 79 70 56 53 42 или меньше * По столбцу.

Более 80% молодежи с высшим образованием пользуются компь ютерами, причем у них у 50% компьютер есть и дома, и на работе (выше этот показатель только у студентов вузов, среди которых 62% имеют дома компьютеры). 60% из них пользуется Интернетом (при чем у трети связь с Интернетом есть и дома, и на работе). Треть была за границей (бывшего СССР).

Их трудовые мотивации (соответственно и мотивации на получе ние образования) имеют наиболее сложный характер среди всех под групп: здесь сочетаются самые различные ценностные и материальные стимулы. В представления этой подгруппы о «хорошей работе» в мак симальной степени входят такие комплексные мотивы, как «работа по призванию» (заинтересованность делом как таковым, вне зависимости от размера оплаты труда, а значит наличие дополнительных факторов гратификации в виде уважения коллег и окружающих и т.п.).

Из данных в табл. 3.2.7, видно, что само по себе стремление к высоким заработкам или к карьере не является специфическим или дифференцирующим обстоятельством для сильной мотивации к полу чению высшего, тем более —качественного высшего образования. Та ким фактором служит лишь самодостаточность работы по специаль ности, интерес к самому делу (игровой характер отношения к работе, наделение ее собственным смыслом). Только это обстоятельство, вы дающее достаточно развитую личность, может служить сильным сти мулом для качественного образования.

300 книг – примерно один книжный шкаф.

Таблица 3.2. Представления о «хорошей работе», % от опрошенных* Собираются Собираются Учатся в принципе по Бросили в вузе Не соби лучать высшее получать вуз, про Закон раются образование, но высшее об в на Это работа… учившись стоя чили учиться пока не опреде разование не менее вуз в вузе в ближай щее лились, где 2 курсов время шее время и когда Высокопла 57 45 44 38 42 чиваемая По призванию 20 18 23 22 25 Обеспечиваю 11 22 22 21 23 щая карьерный рост Дающая уваже 11 15 11 18 9 ние и призна ние окружаю щих * По столбцу.

Представления этой группы о том, что нужно для получения хо рошей, по мнению респондентов, работы (табл. 3.2.8), мало чем отли чаются от представлений других категорий опрошенных, опять та ки — за исключением чуть более значимых представлений о необхо димости иметь высокую профессиональную квалификацию.

Таблица 3.2. Распределение ответов на вопрос «Что нужно, чтобы устроиться на хорошую работу и успешно работать там?», % от опрошенных* Собираются в принципе по Собираются Бросили в вузе Учатся Не соби лучать высшее получать вуз, про Закон раются образование, высшее об учившись стоя в на Это работа… чили учиться но пока не оп разование не менее вуз в вузе ределились, где в ближай щее 2 курсов время шее время и когда Связи, знаком 61 56 52 75 57 ства Высокая квали 45 49 52 57 52 фикация, опыт работы Специаль 25 22 25 26 33 ность, которая котируется на рынке труда, на которую есть спрос Окончание табл. 3.2. Собираются в принципе по Собираются Бросили в вузе Учатся Не соби получать лучать высшее высшее об вуз, про Закон раются в на Это работа… образование, учившись чили учиться но пока не оп разование не менее стоя вуз в вузе ределились, где в ближай щее 2 курсов время шее время и когда Диплом пре 15 29 38 32 18 стижного вуза Любой диплом 16 24 20 28 30 о высшем обра зовании * По столбцу.

Вряд ли кого удивишь, что на первом месте в списке средств дос тижения успеха у нашей молодежи стоит блат и неформальные связи.

Коррупция стала реальностью уже в советское время, но за последние пятнадцать лет лишь легализовала те отношения, что раньше были скрыты. Понятно также, что эту категорию выбирают именно «не удачники», бросившие вуз и устроившиеся по знакомству на нынеш нюю работу, — для них такой вариант объяснения служит и средст вом самооправдания и защиты. Для людей, ориентированных на уче бу, более важным является именно владение специальностью и высокий уровень профессионально компетентности, не «корочки», пусть это будет даже диплом престижного вуза (последнее обстоятель ство особенно значимо для людей, пока еще только мечтающих о высшем образовании или учащихся в непрестижных вузах).

Ориентиры квалификации: респонденты из этой подгруппы отли чаются самым высоким уровнем ожиданий: они задают уровень пред ставлений о реальности достижения для следующей возрастной когор ты (табл. 3.2.9). Очень близки к ним по всем параметрам нынешние студенты, повторяющие почти одинаковым образом их характеристи ки и запросы.

Таблица 3.2. Образовательные притязания лиц с разным образовательным статусом, % от опрошенных* Собираются Собира в принципе ются по Бросили Какое образо Не соби получать выс лучать Учатся вуз, про вание вы счи раются шее образова высшее учившись в вузе Закончи таете для себя учиться ние, но пока образова не менее в настоя ли вуз достаточным? в вузе не определи ние в бли 2 курсов щее время лись, где жайшее и когда время Довузовское 75 32 11 7 1 Один вуз 20 48 64 76 64 Два вуза 3 7 17 8 24 Окончание табл. 3.2. Собираются Собира в принципе ются по Бросили Какое образо Не соби получать выс лучать Учатся вуз, про вание вы счи раются шее образова высшее учившись в вузе Закончи таете для себя учиться ние, но пока образова не менее в настоя ли вуз достаточным? в вузе не определи ние в бли 2 курсов щее время лись, где жайшее и когда время Аспирантура 0 3 3 2 8 Колледж или 1 4 3 3 1 университет за границей * По столбцу.

Как видим, чем выше личностные претензии (образовательный предел, который ставит себе человек), тем выше вероятность заверше ния образования в вузе. Иначе говоря, это и есть сила культурной мотивации, установки на обучение и продолженное образование, ко торое составляет культурный капитал или мотивационные ресурсы че ловека (его отношение к себе и к своей профессиональной работе как личностному и самодостаточному делу). Мотивированность же лишь «получением корочек», при всей распространенности, дает очень сла бые стимулы для обучения и сочетается с компенсаторно защитными представлениями о всеобщей коррумпированности и всесилии блата.

Характер символического капитала в семьях, получивших высшее образование: по сфере занятости здесь самый высокий процент рабо тающих в системах науки, здравоохранения, культуры, образования (в 3 раза чаще, чем прочие подгруппы), информационных, финансо вых и юридических услуг (9%, т.е. в 3—3,5 раза чаще). Отец занят в этих сферах у 9% (для сравнения: во всех других подгруппах, в большей или меньшей степени ориентированных на получение выс шего образования, этот показатель составляет от 3 до 5%);

мать — у 29% (в других группах — у 23—25%);

в органах государственной или муниципальной власти (отец — у 4%, т.е. в 1,5—2 раза чаще, чем в других близких подгруппах;

мать — у 2%, тот же показатель, что и в других подгруппах). Кроме того, это преимущественно полные семьи, наивысший показатель среди всех рассматриваемых категорий. Здесь наиболее высок процент побывавших за границей — 32% (среди бро сивших вуз — 29%, нынешних студентов — 25%, собирающихся по ступать — 11—13%).

Система общих жизненных ценностей практически не отличается от представлений других подгрупп: хорошая семья, материальное бла гополучие, интересная работа, удачная карьера, любовь и уважение окружающих.

3.2.7. Лица, собирающиеся получать высшее образование Группы лиц, которые хотят получить высшее образование, но не еще не определились с выбором, и лица, которые собираются полу чать высшее образование в ближайшее время, различаются по ряду социально демографических показателей, а соответственно и по неко торым существенным жизненным ориентациям. Но, учитывая опыт наших предыдущих исследований, мы предполагаем, что решающими характеристиками здесь выступают символические капиталы семьи и самого молодого респондента. Иными словами, мы трактуем опре деленность в выборе вуза и готовность продолжать учебу по оконча нии школы как производное от более высокого символического капи тала семей молодых россиян — объема и качества образования, уже полученного ими в школе, от образования их родителей, объема се мейной библиотеки и т.п.

Материальное положение и социальный статус семьи также связа ны с осознанной установкой молодежи на повышение уровня и каче ства собственного образования, но, по нашей гипотезе, материальные и социальные факторы в данном случае не выступают прямыми при чинами действий. Они — лишь условие для осознанного формирова ния более высоких жизненных ориентиров и установок, которые уже, в собственном смысле слова, и выступают факторами, определяющи ми выбор того или иного ценностного приоритета, жизненной траек тории в целом. «Осознанность» поступков при этом предполагает не просто определенность выбора здесь и сейчас, но рассчитанную стра тегию на будущее — готовность сосредоточить и накапливать ресурсы в более длительной временной перспективе, отказываться от непо средственного вознаграждения ради большего успеха в дальнейшем и т.д.

Те молодые россияне, которые, по их словам, собираются учиться в вузе, но пока не решили, когда и в каком, не просто не сколько старше по числу исполнившихся лет (им в среднем при мерно 23 года, тогда как определившимся с высшим образовани ем — чуть больше 19) — они старше по социальной роли и жиз ненному опыту: 41% их состоит в браке (среди определившихся — вдвое меньше, 20%), 37% имеют детей (среди определившихся — 16%), причем 14% находятся в отпуске по уходу за маленьким ре бенком (или в декретном отпуске). 40% в группе не определивших ся с учебой в вузе предпочли или вынуждены зарабатывать себе и семье на жизнь, они сейчас работают (среди определившихся — 23%). Свыше 40% группы не определившихся живут на селе (среди определившихся — треть), их родители (как правило, отец) чаще заняты в сельском хозяйстве.

Однако еще важнее для выработки планов на повышения образо вания другие, собственно культурные показатели. Различия в образо вательном капитале семей у лиц из двух рассматриваемых групп пред ставлены в табл. 3.2.10.

Таблица 3.2.10.

Образовательный статус родителей у лиц с разными образовательными намерениями, %* Среди определив Среди еще не опре В среднем по шихся с высшим делившихся с выс выборке образованием шим образованием Респондентов 2501 371 1. Образование отца Среднее общее (полное 26 15 и неполное) Среднее специальное (пол 38 40 ное и неполное) Высшее (законченное 23 26 и незаконченное) Затрудняюсь ответить 4 6 Нет/не было отца 9 13 2. Образование матери Среднее общее (полное 27 19 и неполное) Среднее специальное (пол 44 44 ное и неполное) Высшее (законченное 26 32 и незаконченное) Затрудняюсь ответить 2 3 Нет/не было матери 1 2 * По столбцу.

Те, кто выбрал продолжать учебу после школы и определился с вузом, — выходцы из семей, которые чаще среднего обладают боль шими библиотеками (свыше 500 книг). Сравним объем домашней библиотеки в двух описываемых группах (см. табл. 3.2.11): в семьях тех, кто еще не знают, где и в каком вузе будут учиться, почти 70% фактически либо не имеют книг дома, либо имеют до 100 книг, т.е., скорее всего, случайные, разрозненные издания, не представляющие собой библиотеку как самостоятельный информационный источник и культурный ресурс. Заметим, что таков сегодня средний показатель невключенности в книжную культуру по России в целом.

Таблица 3.2. Размер домашней библиотеки у лиц с разными образовательными намерениями, %* Среди определив Среди еще не опреде В среднем по шихся с высшим лившихся с высшим выборке образованием образованием Нет книг дома 21 14 До 100 книг 43 42 Окончание табл. 3.2. Среди определив Среди еще не опреде В среднем по шихся с высшим лившихся с высшим выборке образованием образованием 100—300 книг 23 28 300—500 книг 7 6 Свыше 500 книг 5 8 Затрудняюсь отве 1 2 тить * По столбцу.

Соответственно почти половина (точнее, 47%) молодежи, еще не определившейся с дальнейшим повышением уровня образования, не пользуются компьютером, 71% не пользуются Интернетом. Опреде лившиеся с выбором вуза — напротив, активные компьютерные поль зователи и активные посетители Интернета: 38% работают на компь ютере дома, 41% — в учебном заведении и на работе, каждый четвер тый — у друзей и родных. Соответственно 23% используют Интернет дома, 14% — у родных и друзей, 11% — по месту учебы и работы.

Показательно, что именно в группе определившихся с учебой в вузе и гораздо более активно включенных в современный информацион ный мир особенно высоко ценят профессии компьютерщика, про граммиста: 40% считают ее наилучшей для молодежи сегодня, 12% — лучшей лично для себя.

В группе определившихся понимание необходимости высшего об разования, как и можно ожидать, выше: 73% считают его очень нуж ным (среди не определившихся это мнение разделяют 62%). Предста вители первой группы чаще видят залог хорошей и успешной работы в дипломе престижного вуза (так считают 38% при 29% в группе еще не определившихся), те же, кто еще не определился с выбором, не сколько чаще ставят на первое место связи и знакомства (56%). Выс шее образование (причем не любое, а именно качественное) — залог получения хорошей специальности, возможность стать культурным человеком и находиться в вузе среди культурных людей. Более уве ренные в своих силах и раньше определившиеся молодые люди чаще готовы, чтобы единый государственный экзамен (ЕГЭ) сопровождался очными экзаменами для более индивидуальной оценки их способно стей.

Респонденты, для которых характерна большая определенность в выборе дальнейшей учебы, чаще, чем во всех других группах опро шенных, связывают понятие «жизненный успех» с удачной профес сиональной карьерой (32% группы) и полагают, что этот успех им сможет обеспечить именно высшее образование (28% при 20% среди не определившихся с дальнейшей учебой). При этом они же чаще по нимают, что хорошее высшее образование сегодня доступно не всем (так полагают 63% данной группы). Возможность поступить не просто в любой, а в хороший, престижный вуз они чаще других связывают с собственными знаниями, умениями, усилиями, а не с внешними факторами, и высоко ценят хорошую подготовку к экзаменам (33% при 26% — среди тех, кто еще не решил, когда и куда будет посту пать). Они более активно готовятся к экзаменам, но они и просто учатся активнее и лучше, чем не определившиеся с продолжением учебы. Так, например, они, параллельно с учебой в общеобразова тельной школе, чаще занимаются еще и в музыкальных и спортивных школах;



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.