авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 33 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ЭТНОЛОГИИ И АНТРОПОЛОГИИ им. Н.Н. МИКЛУХО-МАКЛАЯ -7 Этмчесшя история инародшящьшура ХП-ХХ в е к ...»

-- [ Страница 22 ] --

Дополнительным источником, подтверждающим бытование той или иной тра­ диции выбора крестных, может служить выяснение их роли в свадебном ритуале при бракосочетании крестников. Т а к, например, в Тарногском р-не в т е х местах, где преобладала вторая традиция, в канве ритуала четко обозначена обрядовая роль крестного (тысяцкий) и божатки жениха, а также божатки невесты, тогда как за ее крестным отцом не закреплены какие-либо обязательные функции или участие в обрядовых актах, что позволяет думать о необязательном наличии данного персо­ н а ж а. Достаточно широко была распространена и наиболее характерная для рус­ ских традиция - приглашение пары крестных (мужчины и женщины) для новорож­ денных обоего пола: "Кумиться доселе любят православные: ибо при крещении редко бывает один кум, почти всегда д в о е ".

Судя по этнографическим данным и данным метрических книг, э т а традиция, независимо от преобладающей в той или иной местности, была более типична для города, в сельской ж е местности - среди наиболее обеспеченных слоев населения и в семьях, не принадлежащих к крестьянскому сословию. При выяснении бытования данной традиции нужно учитывать, что местное население иногда говорит о нали­ чии пары крестных, имея в виду супругов настоящих восприемников, т.е. лиц, на Таблица Число восприемников при крещении ребенка П о л ребенка Мальчики Девочки Восприемники один кре­ одна кре­ один кре­ одна оба оба стный стная стный крестная Ильинская церковь. Кадников- 13 ский у., 1877 г.

( Г А В О. Ф. 496. О п. 1. Д. 1524) Николо-Зыковская церковь. 48 Грязовецкий у., 1904 г.

(Там же. О п. 54. Д. 11) Иоанно-Богословская церковь. 36 Вологодский у., 1870 г.

( Т а м же. О п. 8. Д. 406) Т а же церковь, 1875 г. 34 Трифоновская церковь. В о л о - 17 годский у., 1780 г.

(Там же. Ф. 496. О п. 11. Д. 1.) Георгиевская церковь. В о л о - 13 годский у., 1780 г.

(Там же) Ильинская церковь. Кадников- 69 79 1(незакон­ ский у., 1899 г. норожден­ (Там же. О п. 55. Д. 11) ная) Т а же церковь, 1902 г. 110 4 Введенская Межадорская цер- 6 25 16 ковь. Устьсысольский у., 1860 г. (Там же. Д. 13 248).

Воскресенская Боровицкая 78 1 (незакон­ церковь. Вологодский у., норожден.) 1860 г. (Там же. Д. 13250.) Вологодская графская Зосимы и Савватия церковь, 1891 г.

(Там же. О п. 8. Д. 564).

Т а же церковь, 1892 г. самом деле не являющихся к р е с т н ы м и. По-видимому, локальное распростране­ ние имела еще одна традиция: участие при крещении мальчика крестного и крест­ ной или одного крестного, при крещении девочки - двух крестных женского пола:

"божатки у девочки. Ставили двух. Одна держит ребенка - настоящая божатка, а вторая собирает пеленки, пояс. Одна взрослая, вторая малолетка, пояс держит";

"у девочки - божатка женщина и девочка, у мальчика - мужчина и д е в о ч к а ". Т о т факт, что данная традиция не отражена в метрических книгах, может сви­ детельствовать о ее реальном отсутствии в том или ином приходе, но может быть и результатом невозможности официального ее фиксирования в церковных докумен­ тах в силу существующего в правилах церкви запрещения допускать к восприемни честву двух лиц одного п о л а. Судя по имеющимся в нашем распоряжении данным, указанный обычай был практически неизвестен или встречался эпизодически в бо­ лее южных регионах России, однако существовал на Севере - в Архангельской губ., правда, с несколько иным распределением ролей. Так, по данным из Шенкурско го у., «у девочки крестного нет, мужиков не ставят, только две девки божатки.

Одна держит до погружения - малая божатка, другая - после. Они не крестят, а "держат", как говорят в Архангельской губернии. Э т а последняя благославляет и на свадьбу».

Совершение крещения создавало новые отношения между участниками таинст­ ва, а также их семьями - духовное родство, или, по народной терминологии, кумов­ ство. Эти отношения исключали возможность взаимных браков. Однако вопрос о том, на кого именно распространялись духовное родство и соответственно брачные запреты, решался церковным правом в разные периоды русской истории по-разно­ му. Следуя византийскому законодательству, русская церковь, ужесточая постепен­ но брачные запреты по духовному родству, к XVII в. постановила считать находя­ щимися в таковом не только крестников, их родителей и восприемников, но и род­ ственников данных лиц вплоть до седьмой ступени родства, а также крестников, имеющих общих восприемников и их потомков. Эти нормы были записаны в вошед­ шую в первую печатную Кормчую книгу статью " О тайне супружества", которая стала руководством по брачному праву, Н о подобные запреты создавали на практи­ ке массу трудностей, и уже в Х Г Х в. церковь рядом указов, подтвердив необходи­ мость лишь одного восприемника, одного пола с окрещиваемым, отменила почти все брачные ограничения, оставив обязательным только запрет брака между вос­ приемницей девочки и ее отцом и восприемником и матерью крестника. Браки ме­ жду лицами, находившимися прежде в близком духовном родстве, разрешались, но с дозволения епархиальных властей.

Постоянно меняющиеся брачные нормы, противоречие нововведений устояв­ шимся порядкам, неточность формулировок приводили к тому, что и среди священ­ ников, и среди мирян не было полной ясности относительно действующего законо­ дательства, свидетельством чего служат разнообразные ходатайства в Вологодскую Духовную консисторию о разрешении браков в спорных случаях. Так, например, крестьянин Богородицкой церкви Вологодского у. экономической вотчины Михаил Иванов подал жалобу на священника, отказавшегося венчать его с девушкой, по­ скольку у ее отца и Михаила был один крестный. При этом Иванов ссылался на указ Св. Синода от 27 февраля 1810 г., по которому данное родство было "венчать доз­ волено". Брак разрешили. От вологодской помещицы девицы Фивеи Дмитриевны Нееловой поступила жалоба на отказ священника обвенчать ее крепостных на ос­ новании того, что между ними существует духовное родство: отец жениха являлся восприемником отца невесты. Решения в деле нет, но, судя по действующему зако­ нодательству, брак должен был быть р а з р е ш е н. Приведенный экскурс в историю брачного права позволяет понять, почему в на­ родной среде и во второй половине Х Г Х в. брачные запреты оказывались намного шире, нежели того требовало церковное законодательство указанного времени. Н а ­ родный обычай в значительной степени сохранил установленные когда-то самой церковью брачные ограничения отчасти в силу традиционности общественного бы­ та и сознания, отчасти потому, что эти установления казались естественными и ло­ гичными, соответствовавшими пониманию таинства крещения и статуса восприем­ ников как духовных родителей.

В оценке возможностей заключения супружеского союза народ был более склонен следовать не букве закона, а нормам народной морали, опасаясь совершить ужасный грех: плотскими отношениями осквернить духовное родство. Например, корреспондент из Череповецкого у. привел весьма показательную ситуацию: в д. Першино молодые люди, несмотря на взаимную склонность не решались всту­ пить в брак, так как у них была "одна боженька". Узнав об этом, местный священ­ ник призвал парня к себе и постарался объяснить, что в этом случае нет никакого греха, нет нарушения "ни закона гражданского, ни закона церковного". Однако па­ рень так и не согласился, сказав: " Н е т, батюшка. Совесть зазрит, з а п р е щ а е т ".

Безусловно запрещенными считали в народе браки между восприемниками, находя­ щимися уже как бы в духовном б р а к е. П о общему мнению, главным и неизбеж­ ным следствием нарушения принятых запретов являлось рождение неполноценных детей: " Х о р о ш и х детей не будет у кума с кумушкой. В с е уроды будут. В о т у моих со­ седей было: кум с кумушкой поженились, дети рождались у р о д ы ". Н а основании имеющихся в нашем распоряжении этнографических источников можно считать, что преобладающей традицией в изучаемом регионе было предпоч­ тение выбора восприемников "среди членов своей семьи или ближайших родствен­ н и к о в ". При рассмотрении данного вопроса целесообразно привлечение записей метрических книг, которые, однако, не могут быть использованы как основной ис­ точник, поскольку при регистрации указывалась обычно лишь первая или вторая степень родственных отношений родителей и восприемников. Как правило, называ­ лось родство по отношению к родителям крещаемого, иногда только по отношению к отцу, например: " т е щ а отца", "свояченница отца". Наглядным примером того, что могут сообщить метрические книги о родственных отношениях вступавших в духов­ ное родство лиц, могут служить данные метрической книги Воскресенской Боро вецкой церкви Вологодского у. за 1860 г. Книги этой церкви представляют интерес для анализа, поскольку число крещений там достаточно представительно: за год было окрещено 157 детей - 79 мальчиков и 78 девочек. Кроме того, записи содер­ жат указания на родство между родителями крещаемого и восприемниками до чет­ вертой степени родства. З а исключением одного случая восприемничества мальчи­ ка (незаконнорожденного) крестной матерью все остальные дети имеют по одному крестному одного с ними пола.

Из 157 окрещенных детей 102 были восприняты родственниками (41 мальчик и 61 девочка), из них десять детей имели восприемников родственников, степень род­ ства которых и (или) принадлежность к родне одного из родителей определить не­ возможно в связи с неточностью записи (например, "тетка их"). В остальных случа­ ях родство восприемников по отношению к их крестникам выглядело следующим образом. При крещении девочек: 15 случаев воспринятия сестрой, 1 6 - т е т е й по от­ цу, 9 - тетей по матери, 3 - бабушкой по отцу, 3 - бабушкой по матери, 1 - двоюрод­ ной сестрой по матери, 2 - двоюродной сестрой по отцу, 1 - тетей отца, 1 - тетей матери, 2 - двоюродной сестрой отца, 1 - женой брата. При крещении мальчиков:

16 случаев воспринятия братом, 7 - дядей по отцу, 6 - дядей по матери, 1 -дедушкой по отцу, 1 - дедушкой по матери, 1 - двоюродным братом по матери, 1 - двоюрод­ ным братом по отцу, 2 - дядей отца, 1 - двоюродным братом отца, 1 - мужем сест­ ры, 1 - двоюродным племянником отца. В с е г о со стороны отца участвовало в восприемничестве 37 человек, матери - 22, в том числе 13 мальчиков имели воспри­ емников со стороны отца и 8 со стороны матери, 24 девочки имели восприемников со стороны отца и 14 со стороны м а т е р и. Таким образом, совершенно очевидны два вывода. Первый: для девочек чаще, чем для мальчиков приглашали восприемников из числа родственников. Эту осо­ бенность отмечали и этнографические материалы, собранные в Тенишевском бю­ ро: "если мальчик - кого-либо из соседних мужчин или же молодых парней от 17 до 20 лет, а в крестные матери из девиц лет 13-20, если девочка, то зовут в крестные из своей с е м ь и ". Второй: среди крестных-родственников явно преобладают род­ ственники со стороны отца. Интересно отсутствие каких-либо предпочтений в вы­ боре на роль восприемника дяди по матери, чего можно было ожидать, следуя ут­ верждению М.О. Косвена о генетической и функциональной преемственности и взаимозаменяемости данного персонажа и крестного о т ц а. Возможно причиной этому является сравнительно поздний характер приведенных д а н н ы х. Предпочте­ ние родственников объяснялось рядом причин, среди которых главные две. Пер­ вая - стремление избежать сужения круга брачных связей, совместив духовное род­ ство с кровным, вторая - доверить восприемничество наиболее близким людям, поскольку совмещение духовного и кровного родства давало большую уверенность в помощи восприемников своим крестникам в будущем.

При выборе в крестные родители, особенно при выборе посторонних лиц, роди­ тели учитывали наличие у них разнообразных положительных качеств, поскольку таковые могли повлиять на формирование личности новорожденного и даже ска­ заться на его судьбе. Один из основных показателей в оценке кандидатуры в воспри­ емники - социально-экономическое положение данного лица. В имеющихся у нас сообщениях довольно часто указывается на т о, что при отсутствии семейных лиц родители, руководствуясь меркантильными соображениями, приглашают "кого-ли­ бо из посторонних более зажиточных, так как скорее получит крестник пода­ р о к " ;

"в кумовья зовут тех, которые дают больше на зубок новорожденному или вперед могут пригодиться". Ценился высокий общественный статус: крестных любили выбирать из "почетных л и ц. Интересно, что среди указанных в Боровец кой метрической книге за 1860 г. (см. выше) 55 младенцев, имевших посторонних восприемников, 12 мальчиков принимали церковнослужители (8 человек - дьякон, 3 пономарь, 1 - дьячок) и 1 ребенка принимал к у п е ц. Учитывались умственные, нравственные и даже внешние качества, выбирали тех, кто "умнее, красивее". С фи­ зическими недостатками, "недовольных умом", с "нравственными недостатками и прочими в крестные приглашать и з б е г а ю т ". По-видимому, ущербность крестных не позволяла надеяться на то, что они смогут наставлять своих крестников должным образом или помогать в дальнейшей жизни. Кроме того, отрицательные качества могли перейти от них к крестным детям, поскольку не исключалась возможность прямой наследственности, аналогичной кровнородственной.

Для данного региона характерно приглашение разных крестных к детям одной семьи. Одно и то же лицо приглашалось лишь в том случае, если предыдущий кре­ стник умер.

Кроме упомянутого выше запрета исполнения беременной роли крестной мате­ ри, существовавшего практически повсеместно, встречались и локальные суеверия, исключавшие по разным соображениям некоторых лиц из числа возможных вос­ приемников. Так, жители современного Тарногского р-на считали, что восприемни­ цей не может быть молодая женщина, "если еще год не прожила с мужем, потому что своих детей водиться не б у д е т ". Скорее всего данное суеверие связано с пред­ ставлением об активности сексуальной жизни в этот период, что осквернило бы церковное таинство. Из аналогичных соображений, например, молодоженам, нахо­ дящимся меньше года в браке, не рекомендовалось иногда причащаться и даже чи­ тать священные книги. Так, священник Сараевской Николаевской церкви Николь­ ского у. сообщал о том, что одна из его прихожанок, на которую была наложена епитимья за внебрачное сожительство, "не была уже на духу (т.е. на исповеди. ТЛ.) три поста, оправдывая себя предрассудком нашей местности, что брачившие ся не ходят на исповедь первый год, а она сей год вышла з а м у ж ". Трудно объяс­ нимо другое суеверие, услышанное в д. Черепаниха Тарногского р-на Вологод­ ской обл.: "Нельзя держать на году двоих, какой-нибудь из детей умрет, у меня так и было". Сами информаторы, не давая каких-либо толкований этому запрету, при­ писывали его, как и многие свои суеверия, церковным установлениям и утверждали, что " б а т ю ш к а в таком случае крестить не р а з р е ш и т ", что, впрочем, вполне мог­ ло иметь место, поскольку священники до некоторой степени были вынуждены под­ чиняться местным обычаям.

К выбору восприемников относились особенно внимательно в тех случаях, ко­ гда дети в семье часто умирали в малолетстве ("не стояли"). В таких случаях в севернорусских деревнях прибегали к известному у всех русских обычаю приглаше­ ния в крестные родители первых встречных, в которых видели посланников Божь­ их. Причем иногда местные жители уточняли, что э т о т обычай имел ввиду лишь специфику выбора крестного отца - б о ж а т к и. Случалось, что в аналогичных си туациях в качестве пары восприемников приглашали брата и с е с т р у. Встречались и обрядовые действия более сложной семантики, связанные как с наречением име­ ни и выбором крестных, так и условной "продажей" детей (см. ниже). Так, по све­ дениям Н. А. Иваницкого в случае неоднократной смерти детей вологжане прибега­ ли к следующим мерам: "практикуется мнимая продажа детей, состоящая в том, что родители дают несколько копеек лицу, у которого дети растут сильные и здоровые.

Этот человек берет деньги, покупает в церкви свечку и ставит ее тому святому, имя которого дано мнимо-купленному новорожденному. В жизни и покупщик, и ребе­ нок обоюдно зовутся мнимыми: кум, кума, божат, б о ж а т к а ". Духовное родство подразумевало возникновение взаимоотношений, аналогич­ ных близкородственным. Покумившиеся семьи оказывали друг другу помощь, вы­ ручали в беде, гостили друг у друга по праздникам. Одним из обязательных напра­ влений народной педагогики было воспитание особого любовно-почтительного отношения к крестным, или, как их еще называли, "родителям по к у п е л и ". Как говорят пожилые женщины, усвоившие с детства этические нормы восприемниче ства, " с божаткой - э т о ведь божья божатка, восприемная матушка - с ней нельзя было с с о р и т ь с я ". Проявление неуважения к ним рассматривалось как грехов­ ный поступок: " Г р е х обидеть крестных. Б о г счастья не даст, кто обидит боженьку или б о ж а т к а ". О с о б о е отношение к крестным предусматривалось и обычным правом. Так, при рассмотрении дела об оскорблении молодым человеком своей восприемницы волостной суд Страдной вол. Великоустюгского у., "принимая во внимание, что духовные дети обязаны почитать своих крестных как родителей", подверг виновного аресту на два д н я. Однако моральный приоритет крестных в конфликтных ситуациях с точки зрения обычного права не казался безусловным.

Сам по себе статус крестной не давал права оскорблять крестников, а, возмож­ но, даже требовал воздержания от ссор с духовными детьми. Так, уже упоминав­ шийся волостной суд Страдной вол. в другом случае "по жалобе крестной матери на ругательства крестника, имея ввиду, что между ними происходила обоюдная ссора и истица назвала ответчика вором и нежелание ее примириться, подверг ее общест­ венной работе на один день, а ответчика аресту на два д н я ". Правда, до ссор меж­ ду покумившимися лицами дело доходило редко, учитывая специфику будущих вза­ имоотношений и возлагаемую на крестных моральную ответственность за крестни­ ков, родители сразу присматривали в восприемники своим детям "наиболее люби­ м ы х " лиц.

Крестные родители могли принимать непосредственное участие в воспитании крестников, велико было т а к ж е воздействие их нравственного авторитета, Сви­ детельством э т о г о м о ж е т служить, например, воспоминание одного жителя Т а р ­ ногского р-на. З а д у м а в жениться на своей куме (с которой вместе принимал ре­ бенка) и зная, ч т о э т о не положено обычаем, он решил посоветоваться, но не с родителями, а с божаткой. Т а сказала ему, что на свадьбу не придет, т а к как т а ­ кой брак греховен, и свадьба не с о с т о я л а с ь. Общепринятым было посещение крестниками в день ангела своих крестных и получение от них подарков или о б ­ мен п о д а р к а м и. Подытоживая сказанное выше, хочется привести типичную ха­ рактеристику кумовства, данную Тенишевским корреспондентом из Череповец­ кого у.: « В о время деревенских праздников кумовья и кумушки принимают друг друга наравне с родней. " К а к о й он свидетель, когда он кум". Если нужно занять хлеб, скорее в с е г о обратятся к куму и он ему не откажет. Крестники и крестни­ цы почитают и у в а ж а ю т крестных отца и мать не меньше своих родителей.

В день своего ангела подросток крестник несет божатке и боженьке именинный пирог, а они золотят его, т о есть дадут по несколько копеек. В Х р и с т о в день кре­ стники бегут христосываться и получают красное яйцо. Крестные отец и мать, за­ метя неблаговидный поступок крестника, о т т а с к а ю т его за вихор, и родители претендовать не б у д у т ». П о наиболее принятой у русских традиции, характерной и для Русского Севера, обязанностью восприемников было приготовить необходимые для крещения пред­ меты: рубашечку, а часто пеленку и свивальник дарила божатка, крестик (или день­ ги на него) давал крестный отец, причем этим подаркам от крестных придавалось особое значение: "крестнику крест на алой ленточке в знак всегдашнего благосло­ в е н и я ". Кроме того, нередко крестный отец платил за совершение таинства.

Правда, были сообщения и о том, что все расходы падали лишь на р о д и т е л е й. Одаривание крестников могло входить и в ритуал крестинного обеда (см. ниже). Н е только малолетние, но и выросшие крестники могли расчитывать на внимание и по­ мощь восприемников, особенно если э т о позволяло материальное положение пос­ ледних. Так, в духовном завещании купеческой вдовы Е. П. Казаковой отдельным пунктом оговорены последние подарки крестникам: "крестнику моему купеческому сыну Александру Ильичу - енотовую шубу, крестнице моей Татьяне Федоровне бархатную шубу на песцовом меху с собольим воротником, крестнику Сергею Иль­ ичу Грибакову - икону св. Николая Чудотворца в серебряной вызолоченой р и з е ". В о з р а с т кумовьев чаще не имел каких-либо определенных ограничений (в рам­ ках разрешенных церковью возрастных границ), однако часто указывалось на то, что в крестные "предпочитают выбирать молодых и холостых". Предпочтение молодых объяснялось рядом причин;

среди них одна из самых важных - обязатель­ ность, по мнению населения, участия крестных в свадьбе их крестников, где им от­ водилась роль главных персонажей. Крестный отец был самым почетным свадеб­ ным чином тысяцким, как говорили, имея в виду привилегированное положение этого персонажа, "расселся как тысяцкий на с в а д ь б е ". Благословение ими крест­ ников было неотъемлемой частью свадебного ритуала.

Участие крестных на свадьбе относилось к числу наиболее охраняемых тради­ цией этических нормативов русской жизни. Игнорирование традиции, т.е. отстране­ ние крестных от положенных им ролей и тем более неприглашение на свадьбу, вызвало бы всеобщее осуждение. П о этому поводу можно привести наблюдение корреспондента из Череповецкого у. Дело происходило на свадьбе в богатом доме.

Хозяевам пришлось позвать крестного в тысяцкие, хотя он был беден и к тому же "любивший выпить". Им было "неловко и конфузно, что у них такое важное место занимает такое невзрачное лицо, но поступить иначе они не могли, так как этого обычай требует, за э т о хозяев осудили б ы ". В свою очередь и крестные должны были относиться к положенным им свадебным функциям как к почетной обязанно­ сти. " В свадебной церемонии, - писал корреспондент из Кадниковского у., - крест­ ные после родителей самые главные: божат - тысяцкий, а божатка - большая сва­ ха, и они не должны отказываться, хотя отправление этих должностей связано со значительными р а с х о д а м и ".

Традиционность закрепления за крестными определенных свадебных функций давала им даже право самим распоряжаться "своими" ролями и передавать их при необходимости другим лицам, с чем крестникам следовало считаться. Э т о происхо­ дило, например, в т е х случаях, когда божатка оказывалась "нечистой", т.е. с месяч­ ными очищениями или же она не приняла еще молитву 4 0 - г о дня после родов и по­ этому вынуждена была передавать свои функции с положенным статусом, говоря:

" В о т т о т - т о вместо меня б у д е т ". Н о чаще "передача" происходила по наследству:

" В случае смерти крестного отца право его быть тясяцким переходит к его сыну, но только в таком случае, если при смерти он завещал (разумеется, словами) э т о пра­ во сыну. Если же крестный отец - божатка - н е успеет передать никому своего пра­ ва, по обычаю тогда жених выбирает в тысяцкие кого х о ч е т ". Одна из жительниц Тарногского р-на вспоминала, что крестный ее жениха перед смертью сказал сво­ ему сыну: "Теперь ты будешь за к р е с т н о г о " и тот выполнял " в с е, что п о л о ж е н о ".

И м я. Введение новорожденного в христианский мир требовало наречение его именем в честь святого (святой), почитаемого православной церковью. Имянарече ние происходило или до крещения, во время чтения священником очистительной молитвы на дому, или же при совершении таинства крещения. В XIX в. церковь не предъявляла каких-либо жестких требований при выборе имени за исключением одного - наличия его в православных святцах, но при этом рекомендовала ориенти­ роваться на имена святых, чествуемых в ближайшие к рождению или крещению дни. Имеющиеся у нас этнографические данные говорят о том, что родители следо­ вали рекомендациям церкви, но при этом руководствовались и собственными сооб­ ражениями, главными из которых можно считать представления о магической роли одноименности.

Давая детям имена выдающихся или просто счастливых, удачливых людей, ро­ дители надеялись на то, что ребенок унаследует присущие им качества или же до некоторой степени повторит их жизненный путь. Этот принцип выбора имени был особенно предпочтителен в тех случаях, когда объектами для подражания станови­ лись бабушки, дедушки или близкие родственники, что одновременно подчеркива­ ло уважение к ним со стороны молодой семьи и давало ощущение реальной связи поколений - родовой и сакральной. В то же время одноименность поколений вы­ полняла до некоторой степени и поминальную функцию, во всяком случае ощуща­ лась как таковая. Как говорили, "ребенка называют именем деда - все поминают деда".

Приведу некоторые примеры, касающиеся местных обычаев имянаречения:

"имя по святому, в какой день родился или рядом. Дают имена любимого или счаст­ ливого родственника, или бабки и д е д а " ;

"имя в честь бабки или дела или же в честь лица, славящегося в волости за красоту, ум и ч е с т н о с т ь " ;

"имя в честь умер­ ших членов семьи, восприемников или заслуживающих уважение ч у ж и х " ;

"имя по святому, в день которого родится или к р е с т и т с я ". Выбор имени определялся ино­ гда и особыми соображениями. Так, среди мер, направленных на обеспечение жиз­ неспособности детей в тех семьях, где они "не стояли" (т.е. не выживали), были и связанные с имянаречением. Рекомендовалось дать ребенку имя святого, празднуе­ мого на следующий за рождением день, причем местные жители приводили и при­ меры эффективности данного принципа выбора и м е н и. Аналогичная по смыслу и цели магическая практика, в основе которой лежал определенный выбор имени новорожденному, существовала у русских в различных в а р и а н т а х. Е е происхож­ дение связано как с древним представлением о магии имени и одноименности, так и с убеждением в необходимости и возможности усилить защиту новорожденного со стороны того святого, именем которого он назван (подробнее см. ниже).

В целях более точного определения местной традиции выбора имени использо­ вались метрические книги, а в качестве примера составлена таблица, в которой кро­ ме указанных в источнике дат рождения и крещения, а также данного при креще­ нии имени внесены выбранные по святцам имена одноименных святых и даты их празднования, наиболее близкие ко дням рождения и крещения, причем для мальчи­ ков эти дни выбирались из числа следующих за днем крещения, что соответствова­ ло русской православной традиции. Приведенная табл. 2 подтверждает с большой долей вероятности ориентацию на церковный календарь, что не исключает пожела­ ния родителей, имевших возможность выбора определенного имени из нескольких, падающих на близлежащие дни.

Приблизительно с 10-х годов X X в. в метрические книги были введены две но­ вые графы - конкретные указания святого, в честь которого дано имя, и день его празднования. По-видимому, возникновение новых данных объяснялось потребно­ стью религиозного просвещения прихожан: они должны были дать родителям, а за­ тем и самому крещаемому более ясное понимание того, какой святой является его "ангелом", поскольку одно и т о же имя могли носить разные святые, и какой день он должен был отметить особым, главным образом церковным чествованием сво­ его небесного покровителя. Данные метрических книг этих лет не позволяют точ Таблица Традиция в ы б о р а имен для новорожденных (Ильинская церковь Кадниковского у. 1877 г. ) Ближайшие дни празднования одноименного свя­ Имя Крещение Рождение того 10 янв., свт. Григорий Григорий 18 января 10 января 5 марта, мц. Ираида Ираида 7 февраля 5 февраля 1 марта, прмц. Евдокия Евдокия 6 марта 1 марта 22 марта, свмч. Василий Василий 14 марта 10 марта 16 апр., мц. Галина Галина 15 апреля 1 апреля 23 апр., мц. Александра Александра 25 апреля 23 апреля 15 мая, блгв. ц. Димитрий;

19 мая бл. кн. Димитрий Димитрий 23 мая 13 мая 29 мая, мц. Феодосия Феодосия 28 мая 26 мая То же.

Феодосия 29 мая 24 мая 23 июня, прп. Марфа Марфа 29 июня 27 мая 16 июля, мч. Павел Павел 16 июля 14 июля 27 июля, прп. Анфиса Анфиса 25 июля 23 июля Авг. 7, 27, 28, прп. Пимен Пимен 15 августа 5 августа 19 авг., мч. Андрей Андрей 19 августа 16 августа 28 авг., прор. Анна Анна 29 августа 21 августа То же.

Анна 29 августа 21 августа 16 сент., мц. Людмила Людмила 16 сентября 15 сентября 23 сент., прп. Поликсена Поликсена 22 сентября 18 сентября 21 сент., сщмч. Андрей;

23 сент., мч. Андрей Андрей 27 сентября 21 сентября 2 окт. блгв.. кн Анна Анна 27 сентября 25 сентября 2 окт., блж. Андрей 2 октября Андрей 1 октября 5 окт., свт. Петр;

4 окт., сщмч. Петр;

9 окт., Петр 4 октября 10 октября прп. Петр.

5 окт. свт. Алексий Алексей 10 октября.

4 октября 14 окт., прп. Параскева Параскева 17 октября 10 октября Не определено Осия (девица) 22 октября 16 октября но сказать, руководствовались ли при выборе имени лишь святцами и насколько са­ мостоятельны в данном вопросе могли быть и (стремились к этому) родители. Од­ нако некоторые тенденции в имянаречении очевидны. Исключая небольшое число совпадений дней рождения или крещения, основная масса записей показывает, что дни названных святых следуют за днями крещения, составляя разницу от 1-2 до 10 дней. Этот порядок характерен не только для имянаречения мальчиков, но и, за редким исключением, девочек, имена для которых в связи с их малочисленностью (по сравнению с мужскими) церковь разрешала искать и в ближайшие дни, предше­ ствующие рождению. Большие разрывы между днем крещения и днем "ангела" встречаются редко и, по-видимому, именно такие случаи были следствием опреде­ ленного целенаправленного выбора имени р о д и т е л я м и. Особенность новой формы записи состояла в том, что она указывала точно ка­ кого числа и день какого святого должен праздновать окрестившийся независимо от степени популярности одноименных святых. Так, например, младенец, родившийся 26 февраля был окрещен 28 февраля в честь Николая юродивого, чья память при­ ходилась на этот день;

мальчики, родившиеся 13 и 15 декабря и окрещенные соот­ ветственно 15 и 18 декабря, получили имена в честь преп. Николая, празднуемого 24 декабря. Однако у нас нет каких-либо данных о том, соотносили ли сами "Нико­ лаи" свое имя с именами данным святых или же, что вполне возможно, отождеств­ ляли все святых Николаев в единый образ глубоко чтимого на Руси Николая Чудо­ творца и соответственно особо чтили дни его празднования. О том, что родители не всегда понимали, кто из нескольких одноименных святых становится небесным па­ троном новорожденного, и приписывали эту роль наиболее известным из носящих данное имя святых, говорит следующее сообщение: "Если придется Мария (по-ви­ димому, на день рождения или крещения. - ТЛ.) радуются в знак почитания Божь­ ей Матери, если Иудою - скорбят в знак неуважения и стараются з а м е н и т ь ".

Беспочвенность приведенных эмоций состоит в том, что ни Богородица, ни Иуда Искариот не входили в число святых, чьи имена были внесены в святцы. В о з ­ можно, в первом случае речь идет лишь об особом уважении к Божьей Матери, а не о прямом видении ее в качестве ангела-покровителя, даже при полном совпадении дат рождения или крещения с богородичными праздниками. В о втором случае ска­ зывалось характерное для народа упорное (несмотря на разъяснения церкви) соот­ несение имени Иуда с печально известным евангельским персонажем, занявшим в крестьянских представлениях место живого мерила предательства и богоотступни­ чества. П о общим отзывам, крайне негативное отношение к Иуде Искариоту очень распространено было среди крестьян, сказываясь не только в отношении к имени, но и в обрядовом поведении. К а к типичное можно рассматривать сообщение из В о ­ логодского у.: "Нельзя макать куском в солонку - будешь Иуда-предатель, имени которого крестьяне очень боятся. Один с таким именем все сомневается, не по пре­ дателю ли он окрещен или по другому с в я т о м у ". Данное сообщение позволяет говорить о том, что не только в церковных правилах, но и в умах верующих суще­ ствовало представление о некоторой предопределенности выбора имени новорож­ денному. Это заставляло окружающих делать некоторые суждения оценочного характера, предполагая возможность отражения на его (окрещенного) будущем специфики жития т о г о святого, чье имя ему выпало носить. Данным обстоятельст­ вом объясняется и известное всем русским поверье о том, что получившего имя од­ ного из святых мучеников (мучениц) также не минуют в жизни печали.

О б ориентации на святцы может свидетельствовать следующая статистика час­ тоты и временнбй специфики имянаречений. В 1860 г. в Воскресенской Боровецкой церкви Вологодского у. было окрещено 158 детей. Из четырех мальчиков, получив­ ших имя Петр, т р о е родились в июне (29 и 30 - дни ап. Петра), из четырех, родив­ шихся в июле девочек, трое получили имя Юлия (один из двух, посвященных св.

Иулии дней приходится на 16 июля), единственная Фаина (празднуется один раз в го­ ду 18 мая) родилась 16 мая, две Аполлинарии (день празднования один раз 5 января) родились 26 декабря и 1 января, единственный Виссарион родился 8 июня (6 июня день э т о г о святого), из пяти девочек, получивших имя Клавдия, четверо родились во второй половине октября, ближайший день святой с этим именем - мц. Клавдии 6 ноября.

Данные метрических книг свидетельствуют и о наличии местных особенностей имянаречения. Т а к, в приходе Межадорской Введенской церкви Устьсысольского у.

все родившиеся в марте девочки были названы Дарьями (день празднования мц. Да­ рьи раз в году - 19 марта), из шести девочек, родившихся в августе, четыре получи­ ли имя В а с с а (21 августа - день празднования мц. Вассы), три из четырех, родивших­ ся в мае девочек (соответственно 5, 6,7 мая), получили имя Елена (21 мая - день рав­ ноапостольной кн. Елены). Эти имена абсолютно отсутствуют в приводившейся уже метрической книге Боровецкой церкви того же года и наоборот в книге Межа­ дорской церкви отсутствуют такие имена, как Юлия (Иулия) или Клавдия, упоми­ навшиеся соответственно восемь и пять раз в книге Боровецкой церкви. Однако го­ ворить о существовании устоявшихся традиций в предпочтении определенных имен можно лишь при рассмотрении массового материала.

К а к общую особенность имянаречения в Вологодской епархии можно отметить "общеупотребительный" характер основного состава имен, т.е. выбор имен, при­ вычных в результате их традиционности и распространенности среди крестьян.

Предпочтение распространенных имен объяснялось двумя основными причинами, 40 Русский Север...

одна из которых - традиционализм мышления и поведения крестьянства. Извест­ ный специалист по ономастике В. А. Никонов, проводивший изучение русских имен (в основном по материалам Х У Ш в.), пришел к выводу о том, что в сельской мест­ ности было очень мало случаев единичного употребления имен, поскольку "обычай исключал возможность выбрать имя, которого нет ни у кого в д е р е в н е ". Вторая причина - позиция церкви, предписывающая священникам при имянаречении мла­ денцев "избегать имен трудных, так как народ почти всегда коверкает их до того, что нельзя узнать имени угодников Божиих". В м е с т е с тем, церковь осуждала пра­ ктику некоторых священников превращать сакральный акт имянаречения в способ социально-этического осуждения внебрачных детей, своего рода их негативного маркирования через имя, и называет "недостойным" обычай, " в силу которого свя­ щенники стараются заклеймить память незаконнорожденных детей наречением имен святых угодников, неудобных для произношения и вообще не принятых в об­ щежитии. Э т о опасное оскорбление святыни, имена святых не могут служить нака­ занием".

Можно отметить также отсутствие предпочтений выбора имен кого-либо из многочисленных вологодских святых. Как и в XVIII в., в X I X столетии почти не встречаются имена Нина, Тамара, Ольга, Галина, а также популярные среди обра­ зованных классов В е р а, Надежда, Любовь, Софья.

Следует сказать, что некоторые священники стремились при отсутствии опре­ деленных желаний со стороны родителей придерживаться древних правил право­ славной церкви, предписывавших совершать имянаречение на восьмой день после рождения. В религиозной практике X I X в. э т о заключалось в выборе имени в честь святого, празднуемого в этот (восьмой) день, при т о м что сам акт (имянаречения и крещения) совершался ранее э т о г о дня. Однако самостоятельность священника, особенно при недоброжелательном отношении к нему семьи младенца, могла вы­ звать недовольство родителей и весьма осложнить жизнь пастыря. Так, в упоминав­ шемся уже кляузном деле по жалобе в консисторию крестьянина Сольвычегодско го у. Корнякова, недовольного совершением (на дому) таинства крещения над его сыном, в числе прочих претензий есть и следующая: "священник не объяснил нам, какое наречено ему имя. Мы его стали спрашивать, как нам звать потому крещению я не могу вовсе увирица на духовного отца, что наречено имя мальчику справедли­ во, потому как во время крещения имени его не объяснил". П о жалобе было произ­ ведено дознание. Священник показал, что "я по обыкновению, когда родители не просят имени, всегда нарекаю имя в восьмой день по рождении, каково и было про­ изнесено во всеуслышание". Из показаний Корнякова, как и из показаний свидете­ лей, не совсем ясно, что собственно не устраивало родителей - сомневались ли они в "правильности" наречения имени, тем более, что сами они, желая показать, что священник неправильно высчитал восьмой день, перенесли дату рождения младен­ ца на день позже, или не нравилось им данное имя, так как "просили назвать Ива­ ном, а священник назвал Хрисанфом". Консисторские власти не нашли нарушений в действиях священника, но в резолюции по делу специально оговорили "священни­ ку внушить, чтобы при наречении всегда сообразовывался с волею р о д и т е л е й ".

В русских семьях еще в XVIII в. одноименность детей была распространенным явлением. П о данным Е. Н. Баклановой, анализировавшей перепись 1717 г., в среде вологодских крестьян семьи, "где отец Иван и из трех сыновей двое тоже Иваны", встречались довольно часто. Одноименность была следствием прежде всего более жесткого следования святцам, т. е. выбора имени по ближайшим к дню рождения или крещения дням или по восьмому дню, поэтому и понятно распространение име­ ни Иван: в церковном календаре этому имени (точнее святым, носящим э т о имя) от­ ведено наибольшее число дней в году.

Этнографические данные по данному вопросу, относящиеся ко второй полови­ не Х Г Х в., несколько противоречивы. Е с т ь сообщения о том, что "в семьях не избе гают одинаковых имен, есть семьи, в которых по три И в а н а " ;

"два одинаковых имени в семье не р е д к о с т ь ". Однако авторы не всегда уточняют, идет ли речь об одноименности только детей или имеются в виду разные поколения семьи. П о дру­ гим сведениям, "в одной семье одинаковых имен и з б е г а ю т ". Желание называть детей разными именами, а иногда даже вообще избежать одноименности в семье, объяснялось и соображениями удобства обращения и распространенным у русских суеверным опасением "смешения судеб" носящих одно имя домочадцев. Существо­ вали и опасения относительно того, что одноименность представляет угрозу жизне­ способности детей. Так, корреспондент Тенишевского бюро из Тотемского у. сооб­ щал о том, что, по мнению местных жителей, "нельзя давать одинаковые имена де­ тям, так как не будут ж и т ь ".

Поскольку многие родители доверяли выбор имени священнику или, хотя бы, прислушивались к его рекомендациям, большое значение имело отношение церкви к данному вопросу. Судя по инструкциям, которые получали священники от конси­ сторских властей, церковь весьма отрицательно смотрела на факты одноименности детей: "благоразумие требует, чтобы священники, наблюдая осторожность, избега­ ли всеми мерами давать одинаковые имена детям в одном семействе, хотя бы при­ шлось давать подобные имена по смерти дитяти, носившего его, так как бывают не­ доразумения". Наречение имени, с точки зрения русского человека, имело несколько значе­ ний. Получая христианское имя, человек приобретал социально-религиозный ста­ тус и как конкретная личность существовал с именем в определенном сообщест­ в е. Под крестильным именем христианин пребывал в "Божьем мире" в широком его понимании, что позволяло, называя имя, просить о здравии живущего на земле и его благополучии после смерти. И, наконец, за именем явственно виделся образ определенного святого, становившегося ангелом-покровителем человека, получив­ шего имя в его честь. " С в о и х " ангелов чтили, в день именин, т.е. день, посвященный своему святому, именинники с чувством почтения и просьбой о дальнейшей мило­ сти приходили в церковь, младенцев же "для отправления молебна" приносили взрослые. Необходимость особого, главным образом церковного почитания своих святых прививалась детям и в семье, и в школе. Давая религиозно-нравственную ха­ рактеристику учеников Воскресенской Расловской церковно-приходской школы (Грязовецкий у.) священник Василий Лебедев в числе основных достоинств питом­ цев школы отметил: "Дети-школьники усердно посещают храм Божий, почитают день своего ангела, в который, если бывает служба, приходят в церковь молиться и просят служить молебен святому, имя которого н о с я т ". День именин был одновременно и днем памяти духовного рождения человека.

Поэтому на данном празднике главными персонажами становились крестные родите­ ли. В этот день восприемники и их крестники (за малолетних их родители) обменива­ лись подарками: " О т именинника отцу крестному полная зыбня пирогов или один, но нарядный, с ягодами, вареньем, а крестный дарит за то ситцу на рубашку или гривци, пряники". Более подробное описание участия крестных в именинах своих духовных детей оставил корреспондент из Белозерского у.: «Когда ходят в гости по приглаше­ нию к детям, то крестный отец и крестная мать дарят имениннику ситцу на рубашку или сарафан, а от крестника или крестницы получают пирог из пшеничной муки, сре­ дина которого наполнена рубленами вареными яйцами, пирог этот имеет особое на­ звание "именинник" или "моленник". Последнее название дано пирогу вследствие того, что в этот день присутствующие вслух просят Бога, чтобы он дал имениннику здоровья и всякого благополучия. Другие присутствующие дарят по несколько копе­ ек». При этом автор подчеркивает, что праздник с принесением подарков устраивает­ ся лишь для детей;

"взрослым именинникам подарков не приносят, не п р и н я т о ". Как с крещением - вторым рождением - связывали некоторые приметы отно­ сительно будущей жизни новорожденного, так и по некоторым именинным приме 40* там делали прогноз на год: "Неудачный пирог - именинник в этом году у м р е т " ;

"пироги удашные (в день ангела) - счастье, неудашные - неблагополучие";

"кто проведет именины весело - весь год весело", " к т о чихнет в день своего Ангела или в новый год - тот в Новый год не умрет";

"что-нибудь разорвать или разбить - доб­ рый п р и з н а к ". Если средства позволяли, устраивали и домашнее застолье: "Поч­ ти каждый зажиточный крестьянин празднует именины - ангела. Готовят пиво, ви­ но, водку. Приглашают родственников, с о с е д е й ". Однако чаще все-таки встреча­ лись сообщения о невключении именин в праздничный календарь крестьян: "Трои чинец (житель Кадниковского у. - ТЛ.) не справляет родин или крестин новорож­ денному, именин почти вовсе не знает, а только с в а д ь б у " ;

"крестины, дни рожде­ ния, именины считаются обычными д н я м и ". Б о л е е развита была традиция празднования именин в городах. В о т как описы­ вали очевидцы праздничные обычаи г. Белозерска: " В прощеное воскресенье (це ловник) крестники носят крестным сверху кренделей или порядочный пряник. Пи­ рушки на поминальные дни и в дни именин, особенно старейших членов. Никто из гостей не приходит без убедительного зова, повторяемого несколько раз. Посылае­ мый с приглашением называется позыватый (мальчик или девочка), ему дают по копейке и больше, если зрелого возраста - ломоть хлеба. Девушки не ходят на име­ нины. Приходя, наделяют маленьких детей денежками. При благословении священ­ ника начинается обед, блюд 18". Дни тезоименитства царствующей семьи имели одновременно статус государственных и религиозных праздников, в эти дни в церк­ вах служили специальные молебны о здравии именинников. Однако хотя церков­ ные уложения и гласили, что "участие в дни высокоторжественные есть долг каж­ дого из н а с ", популярностью среди рядовых прихожан эти дни не пользовались и не входили в народный праздничный календарь. Именины царствующих лиц, по не­ которым данным, приравнивались к двунадесятым праздникам. Например, в наказе архиепископа Холмогорского, обследовавшего в 1683 г. подведомственные терри­ тории, в том числе Кокшеньгскую четверть, содержится напоминание о днях, в ко­ торые "свадеб отнюдь не венчать", в их число вошли и дни, предшествующие ("на­ против") дням "царских а н г е л о в ".

Почитание своих ангелов сказывалось и в отношении к их иконам: перед ними ставили свечи в церкви;

если достаток позволял, приобретали такие иконы для до­ машней божницы. Например, корреспондент из Вельского у., описывая божницу в доме богатого крестьянина (по-видимому, типичную), упоминает кроме обязатель­ ных "благословенных" икон, которые были в каждом доме, и "иконы небольшие со святыми всех членов с е м ь и ". Б о л е е обеспеченные миряне из всех слоев общества на свои средства возводили храмы или отдельные приделы в них, а также часовни в честь своих ангелов или же завещали деньги на эти цели, что было характерно как для Русского Севера, так и для России в целом, и свидетельствовало о надежде полу­ чить покровительство своих святых и после смерти. В "Вологодских епархиальных ведомостях" среди прочих объявлений из религиозной жизни епархии можно встре­ тить и объявления о пожертвованиях своему ангелу. Например, в 1902 г. пожалова­ но от дворянина Николая Лениша в Покровскую Перевесьевскую церковь на новый придел в честь св. Николая Чудотворца. Согласно другому сообщению, по завеща­ нию умершего статского советника Александра Антоновича Лосского его душепри­ казчики отдали в Заоникеевскую пустынь 21 500 руб., с тем чтобы 18 О О истратить О на постройку новой каменной церкви близ обители и в "память покойного устроить в ней престол во имя святого благоверного вел. кн. Александра Невского.

О с о б ы е обрядовые акты, имевшие целью усилить заботу ангела-покровителя, входили в магическую практику защиты новорожденных в т е х случаях, когда экс­ тремальная ситуация требовала усиления их жизнеспособности (см. ниже).

Ангел-хранитель. Кроме одноименного ангела - святого, каждый христианин имел своего ангела-хранителя. Представления о нем складывались в народе вслед за аналогичным учением церкви, однако народное видение данного персонажа отлича­ лось определенным своеобразием. Э т о заставляло церковников обращать внимание на необходимость введения в мифологический мир мирян более канонического об­ раза. Так, в отзыве Сольвычегодского благочиния на проповедь священника Зава­ рила в числе недостатков отмечено: "Поучение о небесной иерархии в назидатель­ ности и убедительности уступает прочим, в последнем об Ангелах-хранителях едва упоминается в самых общих ч е р т а х ". Ангел-хранитель не был связан непосредст­ венно с крещением, его временное пребывание с человеком выходило за рамки зем­ ной жизни подопечного, поскольку именно он (по наиболее распространенной у рус­ ских версии, а не просто ангел) приносил душу зародившемуся младенцу и продол­ жал заботу о ней после того, как она покинет тело умершего. В записанном в То­ темском у. духовном стихе "40-й день" душа рассказывает о своих странствиях пос­ ле смерти ("по ступенькам" к Б о г у ), проходящих, по-видимому, в сопровождении ан­ гела-хранителя, поскольку ее страх перед 4 0 - м днем "определения" ей места в за­ гробном мире усугубляется тем, что она остается одна: " А последняя ступенька / А х страшная мне была / Окружила вражья сила / Я задержана была / А х куда-то ангел скрывься / Я осталася о д н а ".

З а б о т а о душе - главная функция ангела-хранителя во время жизни человека на земле, что прежде всего подразумевало удержание его от плохих поступков и по­ мощь в благочестивых трудах, однако это не исключало и оказания более ощути­ мой (осязаемой) поддержки. Среди так называемых народных молитв, переписыва­ емых и сейчас друг у друга, к наиболее популярным относятся молитвы ангелу-хра­ нителю, представляющие собой свободное и несколько дополненное переложение канонической молитвы. Текст обычно не отличается высокими поэтическими каче­ ствами, но зато передает понимание народом главной "функции" небесного спутни­ ка человека. Приведу пример подобной молитвы, записанный в Тотемском р-не:

"Ангел Божий, хранитель мой святой, на соблюдение мне от Б о г а с неба данный, прилежно молю тя, ты мене днесь просвети, и от всяко зла сохрани. Благому дея­ нию настави. И на путь спасения направи. Ангелю-хранитель, мой добрый, помоги мне не лукавить, не льстить, никого из ближних не судить и правду и истину божью говорить, чтобы спасенье п о л у ч и т ь ".

К ангелу-хранителю как неотступному помощнику в противостоянии нечистой силе обращались в молитвах, читаемых на ночь, которые обычно по тематике объединяют под общим названием "Святые на страже": "Ангел мой, хранитель мой / Спаси м о ю душу, крепи мое сердце / Враг сатана, оступись от меня / З а три двери, за четыре порога / Е с т ь у меня Спасова рука / Богородицын ключ / Николин замок / Запрусь и сплю / И аминь г о в о р ю ".


В подобных молитвах ангелы-храни­ тели могли упоминаться и во множественном числе, очевидно, как результат ощу­ щения верующими необходимости усиления ангельской защиты (ведь кроме лично­ го ангела все ангельское войско было призвано охранять человека) в особо опасные моменты жизни, каковыми были в первую очередь ночное время или дорога: " Б о г мой, иду в путь твой / Впереди мать Богородица / Назади Иисус Христос / по бокам ангелы-хранители". Естественной казалась и концентрация этих небесных сил вокруг невинного младенца, который и сам еще считался "ангельской душой". Приобщенность мла­ денца к ангельскому сонму выражена в известном у всех русских поверьи относи­ тельно поведения младенца: " К о г д а улыбается - его утешает Ангел, а когда пла­ чет - видит грехи отца и м а т е р и " (иной вариант, встречающийся у русских, пла­ чет - видит нечистого). Охраняющие ребенка ангелы - обычные персонажи постро­ енных по подобию приведенных выше молитв колыбельных песен: "Спи-ко Ваня сокол мой / Спи-ко беленький парнек / Ой лю, лю, лю / Спи-ко с Богом со Христом / Спи-ко с ангелами, да с хранителями / Ангили в ногах / Хранители в головах / Они В а н ю спать укладывают / Хранят, милуют";

"баиньки, бай, бай / Поди бука на са рай / Н а с В а н ю не пугай / Ангили литили / В а н ю крылашками задили / Н а головуш­ ку ему сили / Херувимский стих спили / Спи, Иванушка, ты с Б о г о м / Т ы усни-ко со Христом". В церковном календаре не было специальных дней, посвященных ангелу-храни­ телю. Однако на практике существовали службы, включающие молебны данному ангелу, связаны они были со специальными молебнами для детей. Так, в богослу­ жебном журнале Вытегорского у. отмечено проведение в пятницу пасхальной неде­ ли специальной службы для учеников (были собраны учащиеся трех местных школ вместе с наставниками) для "исповеди с каноном Государю, Пресвятой Богородице и А н г е л у - х р а н и т е л ю ". Трудно сказать, насколько широко была распространена данная традиция, но можно добавить, что выделение этого дня, посвященного цер­ ковью празднику обновления храма Богородицы "Живоносный источник", как дет­ ского праздника отмечено и в других регионах России. Так до сих пор в некоторых местах Рязанской обл. в пасхальную пятницу проводят "по традиции" специальные службы с причащением детей до 7 л е т. Народные поверья связывали также ангела-хранителя с судьбой человека: счи­ тали, что он как лицо, "приставленное" к человеку самим Б о г о м, обладает одновре­ менно знанием уготованного новорожденному срока ж и з н и, границы которого, однако, могли меняться в зависимости от поведения живущего, главная же роль в оценке "качества" жизни отводилась также ангелу-хранителю. В о т что сообщал по этому поводу П. А. Дилакторский: «Каждому человеку при рождении его суждено и предопределено Б о г о м жить известное число лет, о чем ведомо бывает как Ангелу хранителю этого человека, так и равно лукавому и смерти. Жизненный путь может измениться: за хорошее поведение Б о г продлит век, а при худом - два случая: или смерть может подкосить человека прежде срока, если для Ангела-хранителя кажет­ ся безнадежным его исправление, в противном случае, если есть стремление к пере­ мене к лучшему, т о власть доброго ангела превалирует над злой силой ("одолевает ангел дьявола" - по крестьянскому выражению) и смерть у д а л я е т с я ». Крестины. После крещения следовало застолье в доме родителей. Традиции его проведения на территории Вологодской земли имели существенные отличия. Наи­ более распространенным вариантом можно считать более праздничный по составу блюд обед, отличающийся в разных домах лишь в зависимости от достатка хозяев.

Обязательными гостями на обеде были восприемники и часто священник, иногда и другие члены причта. В состав блюд входили традиционные для вологодской кухни пироги;

есть сведения о том, что кроме них для угощения пекли также специальные пироги - кстинныки (Тотемский у.), кстинчыки (Никольский у.). П о данным из Т о ­ темского у., пироги эти "попу раньше носили, ковды ребят крестили целую зобень ку (корзинку), яшные (житные) и пшеничные с рыбой, три п и р о г а ". Кстинчики, которые пекли жители Никольского у., приготовлялись из овсяной муки, сверху их мазали м а с л о м.

Обед не отличался особой торжественностью и обычно не сопровождался спе­ цифическими крестинными обрядовыми действиями, известными русской традиции других регионов. Скромность и необрядовый характер проведения крестин обычно подчеркиваются в источниках: "Никакого празднества на крестинах не бывает, кро­ ме угощения священника и восприемников. В о о б щ е празднование крестин обычаем не установлено";

"празднества при крестинах не происходит, угощают только духо­ венство чаем и водкой";

"при крещении празднество бывает всегда, только бедное:

угощение чаем и обыкновенным обедом, за которым богатые распивают бутылку водки, подчуя священника и кумовьев. Чаще без хмельных напитков";

"специаль­ ный кушаний не готовится, а если делают угощение на крестинах, т о как и в празд­ ники, угощают водкой, пирогами, ч а е м ". Иногда более праздничный характер носило лишь угощение по случаю креще­ ния первого ребенка (по-видимому, сына): " В день крещения первенца созывают родных и угощают их вином и чаем с п и р о г а м и ". О предпочтении рождения маль­ чика, нашедшем отражение в праздновании крестин, писали и корреспонденты Т е ­ нишевского бюро из других уездов: "После крестин девочек не бывает никаких празднеств, а мальчика - целое семейное т о р ж е с т в о ". Наряду с этим есть сведе­ ния и о том, что на крестинах готовили специальную крестинную кашу, что харак­ терно для русской традиции более южных регионов России. П о сведениям из Чере­ повецкого уезда приготовление каши было связано с обычаем угощения детей, со­ биравшихся в дом, где праздновали крестины: " В семье бедной никакого торжества при крестинах не бывает, а зажиточные покупают водки, пекут пироги и приглаша­ ют близких родственников. З а т о в каждой семье - и богатой и бедной варят горшок каши и пекут пироги для маленьких. В с е дети деревни лет 6-8 идут к новокрещен ному в дом без всякого зова. И х рассаживают за стол и подчуют кашей и пирогом, при этом просят детей, чтобы они не обижали своего т о в а р и щ а ". Н а крестины в Сольвычегодском у. при рождении сына звали двух-трех близких родственников, угощали их чаем и обедом. В о время "стола, когда подадут кашу, крестный отец и мать крестная кладут денег от 5 до 20 копеек на кашу". Этим деньгам как дарам от духовных родителей придавалось особое значение: они должны были заложить ос­ нование будущего благополучия крестников: "Эти деньги хранятся и служат как бы основанием для копления добра, а у девушки - основанием копления п р и д а н о г о ".

Лишь в описании Устьсысольского у. встречается упоминание об угощении так называемой бабиной кашей, чему сопутствует сбор денег, что было характерно для центральных и особенно южных и западных губерний России. «После крещения бы­ вает обед для соседей и соседок, тут совершается сбор трешников (три копейки) и (две копейки) родильнице, а затем повитушке, которая, угощая кашей, приговари­ вает: "она-то и сладкая, и молочная и м а с л я н а я " ». О совершении каких-либо об­ рядовых действий с бабиной кашей в источнике не говорится. Своеобразием и по со­ ставу гостей, и по некоторым элементам обрядности отличались крестины в Ни­ кольском у. Здесь по случаю рождения мальчика (к сожалению, не указано первен­ ца или каждого сына) устраивалось «целое семейное торжество. Собираются родст­ венники, преимущественно недавно женившиеся. Когда идут на этот праздник, то говорят, что идут с пупком. Непременная обязанность родственников-гостей прине­ сти с собой в корзине пирогов, мяса, брательню пива, бутылку вина и рюмку. Каж­ дый гость входит в дом, наливает в рюмку вина, подносит эту рюмку роженице и говорит: "Дай Б о г вспоить, вскормить, на коня посадить, свадьбу справить, да под венец поставить, а нас в гости созвать, да пуще этого поить!" После того, как роже­ ница "пригубливает" вина, остатки вина выливают в рожок младенцу. Из принесен­ ной провизии готовится обед, сопровождавшийся шутками в адрес недавно поже­ нившихся пар. Роженица с младенцем находилась рядом "на с е р е д и " ». Как мы видим, обычный для крестин более южных регионов продуцирующий фон обрядности, призванный стимулировать всеобщее плодородие (и людей, и ско­ та), в данном случае ориентирован прежде всего на чадородие молодых пар, т. е. на воспроизводство населения, что сближает данный вариант крестин с другими празд­ никами и специальными обрядами, связанными с молодоженами. Интересно назва­ ние обычая, подчеркивающее, как и другие элементы родильной обрядности на кре­ стинах (прежде всего связанные с бабкой-повитухой), происшедшее в течение веков слияние празднования телесного и духовного рождения ребенка. Некоторые анало­ гии празднованию крестин в Никольском у. можно усмотреть в существовавшем в Юрлинском р-не Пермской обл. празднования рождения младенца под названием ходить на кашу, включавшего и традиционную взаимопомощь, реализуемую, как правило, в обычае проведывания р о ж е н и ц ы.

Крещение детей устойчиво сохранялось и в послереволюционное время, когда оно уже не имело значения обязательной регистрации. Причин этому несколько, са­ мая главная из них - желание видеть детей под христианской защитой и уверенность в благотворном влиянии крещения, особенно при рождении слабых детей или их бо­ лезнях. Т а м, где церкви сохранялись, крещение старались совершать в первые дни после рождения или во всяком случае не откладывать надолго. Массовое закрытие церквей в 1920-е и особенно в 1930-е годы, гонения на духовенство затрудняли со­ вершение таинства и заставляли откладывать его до приезда священника. Напри­ мер, в с. Усть-Алексеевское Великоустюжского р-на с конца 1930-х годов всех ро­ дившихся по желанию родителей крестил приезжавший священник на Великое го вение, собирая всех в один дом. Некоторые возили детей в отдаленные действую­ щие церкви, в случае крайней необходимости просили совершить крещение знаю­ щих лиц из мирян или при возможности из духовного звания, хотя для последних это бывало сопряжено с риском подвергнуться гонениям. Как вспоминает жительница из Тотьмы, "я жила у батюшки три года, потом его посадили. У меня девочка роди­ лась, месяца в четыре все плакала и я побежала к матушке, чтобы она ее окрести­ ла, так она все боялась, а потом окрестила и девочке лучше стало, а потом все рав­ но в больницу о т в е з л а ".


Н е менее важной причиной сохранения таинства крещения был страх допустить смерть неокрещенного ребенка. Известную роль играла в данном случае и традици­ онность всего быта села, нежелание и опасение менять устоявшиеся при дедах и прадедах нормы жизни и ухода за детьми. Как считают люди старшего возраста, в довоенное время, а в некоторых местах и в 1950-е годы, крестили (не обязательно новорожденных) практически всех детей. В 1960-е годы количество крещений уменьшилось, что явилось следствием упадка религиозности и постепенным отхо­ дом от традиции крещения, включавшим отношение к нему не только как к чисто религиозному акту, но и как к обязательному элементу соционормативной культу­ ры в целом.

Например, как показали исследования в 1980-е годы X X в. жительницы Воже­ годского р-на объясняли, как правило, несовершение обряда не только отсутствием собственной религиозной потребности, но и общепринятой незаинтересованностью в крещении детей в селе: "Сейчас никто не крестит детей, нужды нет. Никто не ду­ мает об этом";

"ребенка крестить не будем и так проживем, сейчас это не в м о д е ".

В 1990-е годы на Вологодчине, как и повсюду в России, происходит возвращение христианских таинств, в том числе и крещения детей.

Уход за детьми. В уходе за детьми взрослые, прежде всего мать, руководствова­ лись и выработанной веками рациональной практикой обеспечения жизнеспособно­ сти и развития младенцев, и религиозными представлениями различной этиологии.

Условно все применяемые меры сакрально-обрядового характера можно разделить на приобщающие новорожденного к миру родителей, семьи, дома, что должно было одновременно обеспечить и защиту от покушавшейся на него нечистой силы, и меры целенаправленного противодействия этой силе. Эти меры довольно разнообразны, среди них можно выделить наиболее типичные, имеющие ясно читаемую семантику.

Прежде всего это действия христианской защиты, включающие молитвы, специаль­ ные охранные заговорные формулы, христианскую атрибутику. Варианты их весьма разнообразны по исполнению, хотя и однотипны по содержанию.

Прежде всего необходимо было подчеркнуть принадлежность новорожденно­ го божественному миру, на защиту которого ребенок православных родителей мог рассчитывать с момента своего зачатия. Обмывая в бане еще неокрещенного ре­ бенка, бабка, "почти не переставая", крестила его, приговаривая: "Анделы с тобой, хранители с т о б о й ". Л ю б ы е действия с младенцем совершали "благословясь", т.е.

сопровождая известной формулой "Господи, благослови", которая в данном случае относилась и к ребенку, и к самому субъекту действия, поскольку " с него" или "че­ рез н е г о " по неосторожности или по незнанию могло перейти нечто "нечистое" и на младенца. Если не на самом ребенке, то на люльке постоянно висел его крестиль­ ный крестик. Кроме того, родители сами осеняли его крестным знамением, а также поили и умывали святой водой. К наиболее радикальным средствам христианской защиты относилось церковное таинство причащения. В числе особенностей религи­ озного поведения крестьян (в сравнении с городским населением) исследователь старины на Вологодчине С А. Дилакторский отметил и тот факт, что "бабы часто носят в церковь маленьких ребятишек п р и о б щ а т ь ". О здоровье и сохранности де­ тей молились своей любимой защитнице Богородице, Христу, а также призывали на помощь и различных святых православного пантеона. В обращениях к святым су­ ществовали и локальные варианты. Так, жители Двинской вол. Кадниковского у. о "выздоровлении детей, больных от рождения" молились свмч. Гурию, Симону и А в и в у. По-видимому, данное предпочтение объяснялось простой логикой: этим святым и в церковной, и в народной "номенклатуре" святых защитников человече­ ства отводилась роль покровителей брака и брачной жизни, что подразумевало и благополучное воспроизводство здорового потомства.

Среди обрядовых действий, приобщающих новорожденного к домашнему оча­ гу, ритуальную функцию которого исполняла, естественно, печь, наиболее харак­ терным можно считать обрядовый акт, приведенный А.Д. Неуступовым по Кадни ковскому у.: "Как только родят ребенка, подносят его в устье п е ч и ". Несколько усложненный вариант существовал у жителей Тотемского у.: здесь завернутого "в черную рубаху отца новорожденного сразу же клали на шесток в плетенку-ко­ роб - чтобы спокоен б ы л ".

Специфику ухода за младенцами, особенно в возрасте до года, определяло в зна­ чительной, если не в главной, степени опасение возможной и практически неизбеж­ ной порчи или сглаза. Защитить ребенка от них или же нейтрализовать уже причи­ ненное зло можно было только с помощью неукоснительного соблюдения всех пра­ вил магической защиты. Эти соображения корректировали в той или иной мере практически все рациональные действия, касающиеся ухода за ребенком. В качест­ ве апотропейных средств широко применялись предметы обихода, имеющие в то же время устойчивый сакральный статус. Один из них - соль. Е е клали ("хоть три со линки") на головку ребенку, обычно в течение всего первого года жизни, для защи­ ты от сглаза и порчи при возможных контактах с посторонними: «Положишь на те­ мечко соли под шапочку, скажешь "злому, лихому, соли в глаз" (вариант: "завидно­ му, урочливому соли в глаз") и никто не с г л а з и т ». В качестве апотропейного сред­ ства, защищающего здоровых и помогающих исцелению больных детей, употребля­ лась и столовая скатерть: "Столовая скатерть в голову ребенка - если заболеет.

Я клала на всякий случай з д о р о в о м у ". Все эти средства сохраняются и сейчас в обиходе современных жителей Вологды, причем применяются они в аналогичных ситуациях и для охраны скота. Так, новорожденных телят сразу же уносят от коро­ вы, "чтобы она не видела, и покрывают скатертью со стола", а отправляя коров на выпас, на голову им кладут с о л ь.

Особенно широко практиковалось употребление воды, сакральные свойства которой - апотропейные и лечебные - гарантировались либо самой природой ее происхождения, либо предварительными манипуляциями с ней. Без "святой" воды не существовал ни один русский дом. В качестве святой рассматривалась не только крещенская вода, освященная во время специальных молебнов, или взятая из "свя­ т ы х " родников, но и полученная от соприкосновения с различными "святыми" пред­ метами (например, очень широко было распространено "настаивание" воды на ка­ мешках из Иерусалима) или предметами христианской атрибутики. В качестве ха­ рактеристики последнего примера получения целебной воды приведу следующее сообщение: "Детей от родимца поят ладаном. Иные пишут на бумаге первые слова из Евангелия от Иоанна, в нее кусочек ладана, погружают три раза в сосуд с водою и поят ребенка, а ладан еще на к р е с т ". К святой воде, притом имеющей особую силу исцеления, вологодские крестьяне относили и воду, которой предварительно обмывали икону: "При болезнях - к бабкам, которые, обмакнув старую икону, сбрызгивают в о д о й ". От "дурного влияния" новорожденного сразу же "сбрызги­ вали" водой, которой предварительно "окатывали" три дверные с к о б ы. Это ма­ гическое действие, цель которого защитить ребенка от порчи или снять уже причи­ ненный вред, встречалось у русских практически повсеместно. Обычное объясне­ ние его следующее: дверные скобы, к которым прикасаются руки самых разных людей, в том числе и возможных носителей порчи, становятся как бы местом кон­ центрации негативной силы. Возможно, существовали и другие объяснения.

По-видимому, в силу иных соображений свойством передавать охранно-очисти тельное действие наделялся и веник. Жители с. Устье Кадниковского у. считали, что в тех случаях, когда "ребенок не спокоен", нужно "пролить водой насквозь свежий веник, начиная с вязева, и вымыть этой водой р е б е н к а ". С сакральным значени­ ем стола, а также и предметов, имеющих к нему отношение, связано, скорее всего, и наделение магическими функциями воды, полученной следующим образом:

«Больного ребенка спрыскивают и поят водой с 4-х углов стола и ложек столовых или же водой с дверной скобы. При этом говорят: "Господи, б л а г о с л о в и " ». В ка­ честве предмета, придающего воде сакральные свойства, употреблялся и еще один известный в русской магической практике предмет домашнего быта - решето: " Е с ­ ли сглазили ребенка, т о кто через решето брызгал, просто изо рта через решето, кто с ложек, для этого просто накладывали ложки в б л ю д о ". Неизменной попу­ лярностью в магической практике разного характера пользовалась и вода, в кото­ рую предварительно были опущены угольки. Е е использование в лечебных и пре­ дохранительных целях отличались некоторой вариативностью. Так, по сведениям из Тотемского у., «почти каждого ребенка в детстве "окачивают" последней водой в бане. Вода не простая, приготовляется так: в нее кладутся три уголька с извест­ ным наговором, а именно: первый уголек от "уроков", второй - от "думы", третий от "лихова г л а з а " ». П о некоторым сведениям угольки для придания им магиче­ ской силы приготавливали особым образом: "как изурочат, воду берешь с трех угольков с дров, которые поперек лежали в п е ч к е ". П о реакции при опускании уг­ лей судили о достоверности факта порчи: "уголь зашипит, даже если х о л о д н ы й ". В качестве аналога угольку употреблялись иногда и специальные камешки: "угол­ ки стола поновят (вымоют), скобу двери, камешки с дырочкой поновят и эту воду давали пить и обмывали р е б е н к а ". А вот какой вариант лечения от сглаза пред­ лагала знахарка из с. Усть-Алексеевское: «Берешь блюдо, тарелку, наливаешь воды, берешь три уголька или три камушка чистенькие. В этой воде сначала выпо­ лощешь три ложки и нож, теперь туда же один камень: " С лесу пришло, на лес и по­ ди", второй камень - " С людей пришло, на людей и поди", третий камень - " С зем­ ли, с ветру пришло, на землю, на ветер пошло. А с раба Божьего (имя) уходи".

Заговор читаешь три раза. Водой этой умываешь ребенка и даешь в ы п и т ь ». Лечебно-запщтную функцию могла выполнять и обычная вода, но употреб­ ленная теми или иными, наделенными сакральной значимостью, лицами и (или) определенным образом: «Помочь " о т урочья" могут первый или последний ребе­ нок, не только своим, но и чужим, простой водой, но врасплох, чтобы вздрогну­ л а » ;

«Наливаешь водички и тыльной стороной умываешь (и коровье вымя так­ же) лицо и говоришь: " К а к к тыловым рукам ничего не льнет, так и к рабу Божь­ ему (имя) ничего не л ь н у л о " ». Магическая способность воды "снимать" нервные заболевания как бы уже заложена в ее природных к а ч е с т в а х, что подчеркива­ ется, например, в следующем заговоре: « У м ы в а е ш ь водой лицо и говоришь: " К а к вода легко и просто катится, так чтобы и с раба Б о ж ь е г о уроки и переполохи ска­ тывались". Воду выплескиваешь со злостью: " С лесу пришло на лес и поди, с людей пришло, на людей поди, с земли, с ветру пришло, на землю, на ветер ухо­ д и " ». Е щ е большей эффективностью наделялась вода, взятая непосредственно из реки, которая предстает в народных заговорах как могучая очищающая сила, бесконечной поток которой способен смыть, причем безвозвратно, как и все на своем пути, все беды и болезни обращающихся к ней людей: «Как ребенок все плачет, так пойду за водой на реку. Беру банку для ребенка, для животного бидон­ чик, и говорю, стоя у проруби: "Речка матушка, обмой все боли и скорби раба Б о ж ь е г о мальчика Алексея, Как чиста водица, так и раб Божий Алексей был чист". В э т о время воду беру по течению и говорю: " К а к река матушка течет в од­ ну сторону и обратно не ворочается, так и у раба Божьего Алексея скорби и боли уходили и обратно не ворочались". Так три раза говоришь и банку потихоньку по­ гружаешь. Воду сразу закрываешь и несешь куда надо. Лучше на заре. Этой водой и умываешь и пить д а е ш ь ». И, наконец, широко практиковалось купание детей в святых родниках, которые в Вологодской земле имелись в большом количестве.

Приведу типичный пример из Кадниковского у.: " В Васьяновской вол. при д. Ми тенском лыва, среди ее ключ. И м е е т по верованиям целебное действие. Приносят малолетних детей. С благословением Божьим поят их из лывы святою водицей, умывают и даже погружают малолетков в воду. Помогает и взрослым, если купа­ ются в святой л ы в е ".

Магическая практика охраны детей содержала и элементы, возникшие как ре­ зультат представлений о сакральной связи детей и их родителей, особенно наглядно реализовывалась связь между ребенком и его матерью. П о сообщению из Тотем­ ского у., «мать больного ребенка подкуривает (младенца) над своим волостьем, ко­ торое она для этого состригает с темя своей головы. "Подкурить" - подержать над д ы м о м ». В качестве апотропейных использовались и предметы материнской оде­ жды: "Сарафан одевали сверху на зыбку, чтобы и от холодного воздуха защитить и от чужого г л а з а ".

В о избежании сглаза или порчи новорожденных не оставляли одних в течение первых 40 дней, а иногда и дольше. Возможность негативного влияния на детей при­ писывали не только целенаправленным действиям, но и специфическим качествам некоторых лиц ("были люди, которым нельзя было показывать ребенка, заревет ребенок, у них тяжелый взгляд", "голую грудь нельзя казать и ребенка стараются не показывать. Черноглазым вообще долго не показывают. Сейчас на прививки ходят, так стараются, чтобы не с м о т р е л и " ), а также сакральности ("открытости" для разгула нечистой силы) определенных временных периодов. К таковым обычно от­ носили полуденное время, а иногда просто считали, что "есть такой момент, когда любой может сглазить". В качестве элементарного и в то же время действенного средства рекомендовалось "фигу держать, когда на ребенка смотрят, тогда ничего не б у д е т ". Ребенку мог быть нанесен вред и через предметы его одежды, причем этот вред мог быть следствием непосредственного воздействия "дурного" глаза или же принесенным ветром. Поэтому "не только ребенка, но и пеленки его не показы­ вали посторонним и до 6 недель не вешали на д в о р е ". Поскольку дело касалось здоровья ребенка, матери предпочитали и предпочитают соблюдать все услышан­ ные от старших предостережения, даже если их смысл им и не совсем понятен. Как вспоминала одна из жительниц Вожегодского р-на, «бабки знали "науроки", вот пе­ ленки на ветер не выносить, а почему - не знаю, и я не выносила». Впрочем, суще­ ствует даже среди пожилых людей и иная точка зрения: "если сам не думаешь, то ничего не прикоснит, не с г л а з я т ". Одна из основных опасностей, подстерегающая новорожденного - это возмож­ ность похищения его или подмены на своего детеныша нечистой силой, Эти пове­ рья были очень широко распространены у русских, в том числе и у населения изу­ чаемого нами региона. Как писал А. Неуступов, "в продолжении первого года жиз­ ни родители не бросают его в зыбку, кладут благославясь, так как по верованиям черт уносит тех из детей, которых бранят и кладут вместо них либо осиновые пла­ хи, либо своего р е б е н к а ". Поскольку одним из защитных средств от нечистой си­ лы были острые или колющие предметы, то, по мнению взрослых, некоторую за­ щищенность младенец получал вместе с обретением соответствующих физических признаков: "Новорожденного нельзя оставлять одного в избе, пока у него не поя­ вятся зубы. Если оставляют, т о кладут ножницы, а т о п о д м е н я т ".

Особые действия совершали в тех случаях, когда малолетние дети в семье один за одним умирали - "не стояли". Разные варианты этих действий известны у русских повсеместно. К сожалению, сведения, характеризующие обрядовую практику во­ логжан в данной ситуации, довольно скудны. В ы ш е уже говорилось о некоторых специфических элементах крестильной обрядности в случаях особой необходимо­ сти усилить жизнеспособность новорожденного ребенка. Имели хождение и сакра лизованные действия иного характера. К числу полисемантических можно отнести обычай, существовавший в Череповецком у.: местные жители в тех случаях, когда дети умирали или же рождались одни девочки, считали полезным отнести арестан­ ту штаны в день праздника богородичной иконы " В с е х скорбящих р а д о с т ь ". Это действие можно рассматривать как вариант пассивного соучастия нищих в обрядо­ вой практике охраны детей, известной у русских главным образом в двух вариантах:

выбора нищих в восприемники и передачи (временной) ребенка н и щ е м у. Даже не углубляясь в специфику отношения русских к арестантам очевидно, что в данном случае арестант как лицо, обделенное судьбой и пользующееся милостыней, при­ равнивается к нищим как лицам, наиболее близким к сакральному миру. Кроме то­ го, приведенное действие имело и явные черты магии подобия.

Встречались и иные способы защиты детей в аналогичных ситуациях. Так, кор­ респондент Тенишевского бюро из Череповецкого у. сообщал, что в их местности родителям, у которых постоянно умирали дети, советовали поменять очеп, причем при заготовке его и доставке домой необходимо было соблюдать некоторые запре­ ты, а именно: "Следует вырубить в лесу новый очеп к люльке так, чтобы он при срубании с корня не упал на землю, и по дороге домой не класть его на з е м л ю ". По-видимому, перемена очепа должна была вызвать и перемену в судьбе вновь ро­ дившегося. Запрет же соприкосновения с землей вызван скорее всего ассоциацией:

земля - место захоронения, ухода из этой жизни (ср. выражения "земля тянет", оз­ начающее предчувствие смерти, или же общераспространенную у русских примету:

видеть во сне землю - к смерти). Перемена очепа как средства избавить новорож­ денного от участи предыдущих детей встречалась и русских других регионов России.

К нему прибегали жители Меленковского у. Владимирской губ., причем, по пове­ рью местных жителей, отец, срубив новый шест, должен был нести его домой, "не оглядываясь". Связь "очеп-ребенок" сказывалась и в иных поверьях. Так, жите­ ли Шенкурского у. Архангельской губ. считали, что очеп нужно делать из сосны, ес­ ли же он был изготовлен из ели, т о ребенок покрывался коростой, становился "сво робливым". Лечение детей. Описанию народно-медицинской практики посвящена обшир­ ная литература, как дореволюционная, так и современная. Семантика и символика народной медицины, в том числе и лечения детей, на примере определенного реги­ она исследована Н. Е. Мазаловой в статье "Народная медицина локальных групп Русского Севера" и Н. Е. Грысык в статье "Лечебные и профилактические обряды русского населения бассейна Ваги и Средней Д в и н ы ". Приведенные и проанали­ зированные авторами примеры входят в основном в общерусский комплекс народ­ ной медицины, характерны они и для всего изучаемого нами региона. Поэтому представляется целесообразным, отослав читателя к упомянутым статьям, погово­ рить о локальном разнообразии конкретных способов лечения, а также расширить круг сюжетов, привлекая вологодские материалы.



Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 33 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.