авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 33 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ЭТНОЛОГИИ И АНТРОПОЛОГИИ им. Н.Н. МИКЛУХО-МАКЛАЯ -7 Этмчесшя история инародшящьшура ХП-ХХ в е к ...»

-- [ Страница 6 ] --

Гура А.В. Поэтическая терминология севернорусского свадеб­ ного обряда // Фольклор и этнография. Л., 1974. С. 175-180.

Вологодский летописец. Вологда, 1874. С. 28;

Мерцалов А.Е. Предания о панах // Рус­ ская старина. СПб., 1883. Т. XXXIX. № 9. С. 654-655;

В Г В. 1845. № 7. С. 62-65;

1848. № 36.

С. 406;

Савеличев А. Переборы // Наш современник. 1989. № 2. С. 95;

АИЭА. ВЭ. ВО 1986 г.

Д. 8334;

Дементьев В. Указ. соч. С. 261;

Иваницкий НА. Материалы по этнографии Воло­ годской губ. // Изв. ОЛЕАЭ. Т. ЬХГХ. Тр. Этн. отд. Т. IX. Вып. 1-11. М., 1890. С. 8.

А. Тавреньга... // ГАВО. Ф. 4389. Оп. 1. Д. 146. Л. 33;

Чепурковский Шустиков ЕМ.

Указ. соч. С. 195;

Филин Ф.П. К вопросу о происхождении аканья // Диалектологический сб.

Вып. П. Ч. П. Вологда, 1941. С. 146-160;

Едемский М.Б. Указ. соч. С. 103.

Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. СПб., 1900. С. 102, 126;

АР АН. Ф. 3. Оп. 10-а. Д. 41. Л. 20 об.;

Макарий, архимандрит. Описание... Ферапонтовской вол. СПб., 1854. С. 17;

Жеребцов Л.Н. Указ. соч. С. 45-72.

АРГО. Ф. 2. Оп. 1. Д. 162. Л. 8-12;

Ф. 24. Оп. 1. Д. 178. Л. 2;

ВГВ. 1858. № 13. С. 101;

1859.

№ 24. С. 199;

АР АН. Ф. 30. Оп. 2. Д. 11. Л. 653;

Ф. 94. Оп. 1. Д. 5. Л. 60 об.;

Попов В. Колони­ зация русскими Вологодской губ. // Памятная книжка Вологодской губ. на 1861 г. Вологда, 1861. С. 28-29;

Ардашев В Д. Указ. соч. С. 63-64;

Списки населенных мест Российской империи.

Т. 7. Вологодская губ. СПб., 1866. С. XXI;

ВГВ. 1853. № 6. С. 47-48;

Штукенберг И.Ф. Стати­ стические труды. Статья ХХШ - Описание Вологодской губ. СПб., 1858. С. 9, 13.

Первая Всеобщая перепись... Т. УП. Тетр. 2. СПб., 1901. С. 2-3;

Т. XXVII. Тетр. 3.1904.

С. 2-3;

Т. ХХГУ. Тетр. 2. 1903. С. 24-25, 66-67;

АР АН. Ф. 135. Оп. 2. Д. 377. Л. 2 об.-9 об.

55 Грязное П. Указ. соч. С. 2, 60;

АРГО. Р. 24. Д. 5. Л. 1;

РЭМ., Ф. 7. Оп. 1. Д. 877. Л. 8;

ГАВО. Ф. 4389. Оп. 1. Д. 146. Л. 17;

Д. 208. Л. 10-12;

Д. 219. Л. 9;

Д. 220. Л. 56;

Пятунин П.

Указ. соч. С. 16-18;

Пушкарев И. Указ. соч. Кн. 1. С. 71;

Светлов Я. О говоре жителей Кар гопольского уезда (Олонецкой губ.) // ЖС. 1892. Вып. Ш. С. 157;

Гун Г.П. Каргопольский озерный край. М., 1984. С. 13;

Круковский МА. Олонецкий край. Путевые очерки. СПб., 1904. С. 31;

Левинсон Я.Р., Маясова НА. Материальная культура Русского Севера в конце ХГХ-начале X X в. (Каргопольская экспедиция в 1950 г.) // Тр. ГИМ. Вып. ХХШ. М., 1953.

С. 93;

Мельницкий А. Говор жителей северо-восточной части Вытегорского уезда Олонец­ кой губ. //ЖС 1893. Вып. Ш. С. 389;

Дементьев В. Указ. соч. С. 183;

Галкин СФ. Медико-то­ пографический очерк западной части Палемской вол. Устюжского уезда. Вологда, 1904.

С. 22.

ГАВО. Ф. 4389. Оп. 1. Д. 179. Л. 1;

Д. 206. Л. 19-26;

Д. 218. Л. 63;

ВГВ. 1875. № 9.

С. 9-10;

РЭМ. Ф. 7. Оп. 1. Д. 346. Л. Ъ\Левитский П. Черты нравов крестьян Тотемского уез­ да // Этн. сб. РГО. Вып. V. СПб., 1862. С. 54;

Скворцов Л. Бережнослободская вол. Тотемско­ го уезда. Этнографический очерк // Вологодский сб. Вып. 2. С. 35;

ГАВО. Ф. 883. Оп. 1.

Д. 214. Л. 1 об., 52 об.;

Ф. 652. Оп. 1. Д. 67. Л. 1 об.;

АРГО. Р. 7. Д. 69. Л. 3-4.

В Г В. 1847.№35.С. 343-345;

1857. № 2 1. С. 127;

1865.№46. С. 436;

ГАВО. Ф. 652. Оп. 1.

Д. 62. Л. 4 об.;

Шустиков А. Тавреньга... С. 184;

АРГО. Р. 7. Д. 62. Л. 26 об.;

ГАВО. Ф. 4389.

Оп. 1. Д. 221. Л. 54;

АРГО. Р. 1. Д. 24. Л. 3 об.;

Д. 100. Л. 68;

Д. 54. Л. 1, 40-41;

Финченко А.Е.

Традиционная хозяйственная деятельность кокшаров, усьян и ваганов в конце ХГХ-первой трети XX в. Общие черты и некоторые локальные особенности // Русский Север. Ареалы и культурные традиции. СПб., 1992. С. 34-35;

Бернштам ТА. Локальные группы Двинско Важского ареала. Духовные факторы в этно- и социокультурных процессах // Русский Север.

К проблеме локальных групп. СПб., 1995. С. 229-232.

ВГВ. 1846. № 13-14. С. 139;

1848. № 36. С. 408;

1855. № 27. С. 235;

1885. № 44. С. 8;

1912.

№ 16. С. 403-^04;

1858. № 13. С. 102;

АРГО. Р. 7. Д. 73. Л. 7;

Н.П. Никольский уезд... С. 2 11;

Галюн СФ. Указ. соч. С. 22;

ГАВО. Ф. 652. Оп. 1. Д. 101. Л. 5 об.;

Ф. 4389. Оп. 1. Д. 244.

Л. 2 об.;

РГИА. Ф. 91. Оп. 2. Д. 815. Л. 166;

АРГО. Р. 7. Д. 98. Л. 7-10;

Архангельские губ. вед.

1858. № 20. С. 156-158;

№ 21. С. 162;

ВГВ. 1858. № 16. С. 135-137;

Романов А. Русские дерев­ ни // Родословие вологодской деревни. Вологда, 1990. С. 5;

Лавров П.А. Указ. соч. С. 35.

С.Н. Антропонимическая система Верхнего Подвинья в XVII в. (На мате­ Смольников риале памятников местной деловой письменности). Вологда, 1996. С. 7-8.

Токарев СА. Этнография народов СССР. М., 1958. С. 31;

Кузнецов П.С. Русская диа­ лектология. М., 1954. С. 20;

Чебоксаров Н.Н. Ильменские поозеры // ТИЭ. Т. 1. М., 1947.

С. 239;

Собр. государственных грамот и договоров. Т. 1. № 144. С. 392;

Зеленин Д.К. Велико русские говоры. СПб., 1913. С. 363-369, 509;

Этн. сб. I. 1853. СПб., С. 66;

Макаров НА. Рус­ ский Север... С. 175-176.

61 РГИА. Ф. 391. Оп. 2. Д. 322. Л. 2 об.;

АРАН. Ф. 135. Оп. 2. Д. 382, 386, 395, 405, 410, 411, 678, 679, 682;

АРГО. Ф. 2. Оп. 1. Д. 223, 439, 497, 602;

Ф. 24. Оп. 1. Д. 105. Тетр. 3. Л. 3, 126-136;

ГАВО. Ф. 4389. Оп. 1. Д. 215. Л. 21;

Зайцева Н.Г. К вопросу о двуязычии // Вопросы современного русского языка и методики его преподавания. Вологда, 1969. С. 122-123;

Абра­ мов Ф. Соч. Т. 3. С. 301, 345;

Диалектологический сб. Вып. П. Вологда, 1941-1942. С. 1.

Рубцов Н. Русский огонек // Подорожники. М., 1985. С. 74.

Д. Листы-разговоры из серии "По правде, по совести" // ВГМЗ. Экспози­ Тутунджан ция 1991 г.

Макаров НА. Указ. соч. С. 27, 29, 32, 43-44, 128;

его же. Колонизация северных окра­ ин Древней Руси. М., 1997. С. 46,151-155;

Савеличев А. Указ. соч. С. 96;

ГАВО. Ф. 4389. Оп. 1.

Д. 206. Л. 46;

Олонецкий край. СПб., 1910. С. 5;

Абрамов Ф. Соч. Т. 3. С. 346;

Шустиков А.

Тавреньга... С. 375.

В.Г. Старообрядческая колонизация Севера // Очерки по истории колони­ Дружинин зации Севера. Пг., 1922. С. 69-75;

Липранди И.П. Краткое обозрение русских расколов, ере­ сей и сект. М., 1870. С. 11-21;

Островский Д.В. Каргопольские "бегуны" (Краткий историче­ ский очерк). Петрозаводск, 1910. С. 1-21;

Вестник Европы. 1872. XI. С. 261;

ГАВО. Ф. 652.

Оп. 1. Д. 85. Л. 1-17 об.;

Ончуков Н. Старина и старообрядцы //ЖС. 1905. Вып. Ш-1У. С. 273.

К А. Раскол в Каргопольском крае //ЖС. 1892. Вып. II. С. 157;

В Е В.

Докучаев-Басков 1904. № 16. С. 434;

Мясников М.Н. Сведения о Ваге Шенкурского и Вельского округов // Ис­ торический, статистический и географический ж-л. 1830. Ч. II. Кн. II. № 4. С. 51;

РГИА.

Ф. 796. Оп. 32. Д. 127. Л. 202;

Д. 266. Л. 374;

Оп. 4. Д. 441 (Т. Ш). Л. 452;

Оп. 30. (Т. 29). Д. 68.

Л. 119;

Оп. 11 (Т. X). Д. 383. Л. 630-632;

Оп. 3 (Т. 2). Д. 922. Л. 247;

Романов М.И. История од­ ного северного захолустья. Великий Устюг, 1925. С. 40;

Олонецкий сб. Вып. IV. Петроза­ водск, 1902. С. 22-41;

Абрамов Ф. Соч. Т. 3. С. 112;

Россия. Т. 3. СПб., 1900. С. 126;

АРГО.

Р. 7. Д. 98. Л. 7-10;

Шустиков А. Тавреньга... С. 370;

Камкин А.В. Православная церковь на Севере России. Очерки истории до 1917 г. Вологда, 1992. С. АРГО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 178;

Дашков В. Описание Олонецкой губ. в историческом, ста­ тистическом и этнографическом отношении. СПб., 1842. С. 86;

Пушкарев И. Описание...

Т. IV. 1846, раздел П. С. 39;

Т. 1. Кн. 1. 1844. С. 128-140;

АРГО. Р. 24. Д. 15. С. 31-33;

В Е В.

1904. № 16. С. 434;

АРАН. Ф. 94. Оп. 1. Д. 5. Л. 60 об.;

ГАВО. Ф. 18. Оп. 1. Д. 1449.

Л. 4 об.-29 об.;

РГИА. Ф. 869. Оп. 1 Д. 786. Л. 3-7;

Услар П.К. Военно-статистическое обоз­ рение... С. 358-361;

Ардашев В Д. Указ. соч. С. 64;

Макарий, архимандрит. Указ. соч. С. 17;

С А. Топографическое описание Вологодского наместничества вообще // Серебренников Временник Московского Об-ва истории и древностей российских. 1857. Кн. 25. М., С. 43;

АРГО. Ф. 2. Оп. 1. Д. 162. Л. 8 об.-12.

Новгородский сб. Вып. IV. С. 10-13;

Ефименко П.С. Материалы по этнографии рус­ ского населения Архангельской губ. // Изв. ОЛЕАЭ. Т. X X X. Тр. этн. отд. Кн. V. Вып. 1-П.

М., 1877-78. С. 214;

Левитский П. Указ. соч. С. 56;

Арсенъев ФА. Отчет о занятиях Вологод­ ского губернского статистического комитета за 1879 г. // Вологодский сб. Вып. 2. С. 15;

Ха рузин Н.Н. Из материалов, собранных среди крестьян Пудожского уезда Олонецкой губ. // Изв. ОЛЕАЭ. 1889. Кн. IX. Отд. этн. С. 129;

ГАВО. Ф. 652. Оп. 1. Д. 85. Л. 1-85;

Д. 122. Л. 2;

Д. 62. Л. 5;

Бурцев Е. Спас на Кокшеньге Тотемского уезда Вологодской губ. Вологда, 1924.

С. 88-97: АРГО. Р. 7. Д. 19. Л. 9 об.;

Р. 1. Д. 24, Д. 4;

Островский Д.В. Указ. соч. С. 28.

Распределение населения империи по вероисповеданиям. СПб., 1901. С. 2-3, 8-9, 16-17;

Первая Всеобщая перепись... Т. УЛ. Тетр. 2. 1904. С. VI;

АРАН. Ф. 135. Оп. 2. Д. 533.

Л. 1 об.;

ГАВО. Ф. 652. Оп. 1. Д. 85. Л. 3-15;

Д. 62. Л. 2;

Ф. 4389. Оп. 1. Д. 218. Л. 17, 33;

Д. 219.

Л. 13, 51, 72, 77;

Д. 221. Л. 18, 34, 39, 54;

Д. 220. Л. 17, 48;

Д. 155. Л. 4;

Д. 244. Л. 3;

Д. 165. Л. 9;

РЭМ. Ф. 7. Оп. 1. Д. 130. Л. 5;

Д. 171. Л. 19;

Д. 251. Л. 13;

Д. 877. Л. 6-9;

Д. 315. Л. 17-18;

АР­ ГО. Р. 1. Д. 34. Л. 1-4 об.;

В Е В. 1904. № 5. С. 109-148;

1905. № 7. С. 188. № 21. С. 460-462, 504.

№ 4. С. 73. № 8-9. С. 219-220. № 11. С. 277-278. № 12. С. 308-310. № 13. С. 241-242. № 23.

С. 527. № 24. С. 658;

Диалектологический сб. Вып. Ш. Вологда, 1946. С. 59;

Синкевич ГЛ. Бы­ товой алкоголизм Вологодской губ. Опыт обследования двух селений // Социальная гигиена.

1926. № 7. М.;

Л., С. 20-24;

ГАВО. Ф. 496. Оп. 1. Д. 18629. Л. 1;

Белов В.И. Год великого пе­ релома // Наш современник. 1994. № 1. С. 34-37.

Глава Занятия населения и хозяйственные традиции Хозяйственное районирование По природно-климатическим условиям Вологодская земля неоднородна, поэто­ му здесь сформировались разные хозяйственные зоны. Территория края в основ­ ном плоская, ровная, со слабой холмистостью. Западные районы имеют моренный рельеф со множеством озер и болот и лишь на юго-западе есть "Олонецкие горы";

центр края (Кубено-Важский водораздел) - это всхолмленная равнина с низкими и заболоченными речными водоразделами;

восточная часть (от Рослятино до Устю­ га) представляет собой волнистый рельеф с отрогами Уральских гор. Одна из вет­ вей хребта тянется вдоль южной границы Вологодской земли и образует естествен­ ную границу между Волжским и Двинским бассейнами.

Различен и климат этих районов: на юго-западе он менее суровый, а поэтому здесь более длительный период для земледельческих работ. В районах Грязовца, Вологды, Кадникова климат не отличается от климата средней полосы России.

В целом его континентальность увеличивается с запада на восток, а на севере кли­ мат довольно холодный.

Неодинаковы и почвы в отдельных районах Вологодской земли. В пространст­ венном отношении почвенное разнообразие выглядит следующим образом. Песча но-глинистые почвы преобладают почти везде, но в Устюгско-Лальском очаге они сочетаются с железными окисями и мергелем, в Сысольско-Яренско-Вымском - с намывными песками, в Сухонско-Двинском бассейне есть, кроме того, мягкие из­ вестковые формации (юг бассейна) и известковая плита - "опока" на Сухоне, а в районе Никольска имеются иловатые почвы с черноземом.

В юго-западной части края более плодородные земли, нежели на северо-восто­ ке, но в целом также разнообразные и требующие удобрения (подзол, супесь, сугли­ нок, мергели, аллювиальные, болотистые). Здесь происходило изменение структу­ ры почв на протяжении веков из-за вырубки лесов, распашек и устройства пастбищ.

Лучшие почвы во всем крае располагаются в долинах рек и около озер, чем обусло­ вливается "очаговость" здешнего земледелия. Обилие водных источников способст­ вовало развитию наряду с земледелием рыболовства.

На хозяйственное районирование Вологодчины, кроме природно-климатиче­ ских и почвенных условий, повлияло и наличие природных богатств и полезных ис­ копаемых. Основное богатство этой земли - леса, которыми когда-то была занята большая часть ее территории. В середине XIX в. юго-западные и центральные час­ ти губернии имели две трети обрабатываемых пространств, ее север (Вельский уезд) - одну двадцатую часть, северо-восток (Усть-Сысольск) - одну тридцатую;

ос­ тальная площадь была покрыта лесом. Разнообразные лесные занятия населения играли существенную роль в экономике края (заготовка и обработка леса, изготов­ ление деревянных изделий, охота, собирательство и др.).

С древних времен местному населению были известны месторождения соли и железных руд, что вело к их добыче и обработке. Соляные ключи находились в то темских, сольвычегодских, яренских, устьсысольских, кадниковских местах, где на­ селение научилось добывать соль и со временем возникли три солеваренных заво­ да. Железорудные залежи были найдены в юго-западных районах края и немного на востоке (по Сысоле). Железообработка стала главным занятием населения многих деревень в этих районах.

В хозяйственном отношении на Вологодчине совершенно четко выделяются три зоны: 1) юго-запад, 2) средняя часть, 3) северо-восток, в которых довольно свое­ образно сочетались занятия населения земледельческого и промыслового характе­ ра. Основное же направление тех или иных занятий зависело от естественно-при­ родных и социально-экономических условий, в которых развивались районы. На юго-западе были наилучшие условия для сельского хозяйства, так как здесь находи­ лись самые плодородные почвы и, что очень важно, - это была зона помещичьего землевладения, где помещики заботились о тщательной и своевременной обработ­ ке почвы, ее достаточном удобрении, где использовался лучший семенной матери­ ал, выводились лучшие породы скота;

здесь же возникли маслобойные заводы, ра­ ботавшие на основе местной народной и передовой научной технологии (производ­ ство знаменитого на весь мир Вологодского масла). Из полеводства значительным являлось льноводческое направление. Лен обрабатывался на фабрике Грибанова (Великий Устюг) и шел на экспорт за границу.

При достаточном развитии земледелия и животноводства 26% населения юго западных районов во второй половине XIX в. занималось промыслами и уходило в отход. Главными из последних были работы по обслуживанию водного пути по Ма риинскому каналу и строительство речных судов. Из лесных работ тут развивались заготовка и сплав леса, смолокурение, дегтярный промысел. В деревнях имелось много кожевников, сапожников, катальщиков валенок. Ближе к центральной час­ ти - по Сухоне и на Кубенском озере, - наряду с земледелием, существовал рыбо­ ловный промысел. Крестьяне занимались мелочной торговлей, плотничьими рабо­ тами и обработкой льна. Из женских работ, имевших товарный характер, получило известность и сохранилось до сих пор кружевоплетение (знаменитые вологодские кружева, особенно в Вологодском и Грязовецком уездах).

Вторая группа районов в Вологодской земле (Вельский, Устюгский, Тотемский, Никольский уезды) была также в основном земледельческой (производство хлеба и льна). Из-за недостатка пастбищ и покосов скотоводство оказалось менее развито, чем в прежних помещичьих усадьбах на юго-западе. Скот разводили главным обра­ зом для получения навоза. Основное население здесь - государственные крестьяне.

Они занимались льноводством;

лен являлся главным источником для уплаты пода­ тей. Около 20% жителей во второй половине XIX в. были смолокурами и дегтярни­ ками. Незначительным здесь был охотничий промысел (верховья р. Устьи). Из ре­ месел наиболее развивалось плотницкое дело.

Особое место в Тотемском у. занимали артельный промысел по городам и торго­ вым местам из с. Шуйское и солеваренный в селах Леденгское и Тотемское. У населе­ ния этих сел земледелие было развито слабее, нежели промыслы. И конечно, в дерев­ нях по всей Сухоне распространилось судостроение и обслуживание речного пути.

Вообще отход в этой группе районов почти не наблюдался, за исключением торговли, для чего ходили в Архангельск, Москву, Петербург, Каргополь (торгова­ ли овсом, льном, льносеменем, смолой, дегтем). Во второй половине ХЕХ в. появи­ лись скупщики производимых крестьянами продуктов и товаров. Торговыми опера циями славился с XVII в. Великий Устюг. Его рынок был связан с деятельностью местных и иностранных купцов и предпринимателей. Им пользовались и крестьяне окрестных деревень. Рано зародилось в Устюгском у. фабричное производство: в с. Красавино находилась фабрика по обработке льна купца Грибанова, в Лальске писчебумажная фабрика Сумкина. Отход и работы на фабриках меняли строй сель­ ской жизни, отвлекали крестьян от деревенских занятий, а иногда придавали не луч­ шие черты психологии и характеру людей. В одной из местных народных песен говорилось о работниках грибановской фабрики в Устюге : "Как на этом на заво­ де / Избалован весь народ, / Исплутован весь народ..."

Отходничество в устюгских и тотемских деревнях существовало еще в виде най­ ма на речные суда лоцманами и рабочими.

Севернее сухонских селений находилась Кокшеньга, где почти отсутствовали промыслы, и население занималось хлебным производством, здесь же находился и хлебный рынок. Другим "хлебным районом" в этой группе уездов являлся юг Ни­ кольского у., где на почвах хорошего качества выращивали высокие урожаи товар­ ного хлеба. Главная статья дохода местных крестьян - лен, который вывозили на ярмарки и на экспорт через ближайшие пристани. Значительным тут был извоз то­ варов в соседние костромские и вятские деревни (хлеб, лен), а также сплав судов к Архангельскому порту, на котором работали артели сплавщиков. Обычные дере­ венские ремесла в указанной группе уездов также развивались. Из них наибольшую роль играло щетинное производство.

Третья группа уездов края - Сольвычегодский, Яренский, Устьсысольский - на­ ходилась в неблагоприятных для земледелия условиях. Болотистые и песчаные поч­ вы, огромные пространства хвойных лесов, где оказывалось трудно расчищать ме­ ста под пашни, холодный климат способствовали тому, что здесь более развивались промыслы, нежели земледелие. Льноводство давало доход лишь на юге этих уездов.

Особенно славился вилегодский лен, выращиваемый в деревнях по р. Вилядь.

Главными из промыслов были бурлачество, обслуживание речных пристаней по всей губернии и, конечно, "лесованье" - лесоразработки и связанное с ними смолоку­ рение и получение дегтя, рубка леса и заготовка древесного угля для своих и пермских заводов. Заготовка леса для заграницы в конце XIX в. была организована лесозагото­ вительной "Беломорской К ". Довольно большие масштабы приобрел охотничий промысел;

дичь удавалось сбывать в столицы, а меха - на Нижегородской ярмарке.

Сбыт осуществляли наезжавшие к охотникам скупщики из Устюга, чердынские и ижемские купцы. В селениях по крупным рекам (Двине, Вычегде) развивалось рыбо­ ловство, правда, с ним конкурировал привоз морской рыбы из Архангельска.

Эти уезды были связаны трактами с Вятским краем и Приуральем (Пермской зе­ млей), поэтому получили значительное развитие извоз и ямщина. Работали здесь и не­ большие заводы: соляные залежи разрабатывались на Сереговском солеваренном заводе в Яренском у., железодобыча и обработка осуществлялись на Кажимском и Нювгинском железоделательных заводах в Устьсысольском у. Доставкой руды к заво­ дам, извозом изделий или сплавом их на судах занимались местные крестьяне.

Из деревенских ремесел выделялось женское рукоделие - плетение "краснобор ских кушаков" из красной шерсти. Торговые занятия были такими же, как и в дру­ гих районах края, - продажа льна, семян, рыбы, смолы, дегтя, леса, кожи, сала в со­ седние Архангельскую, Вятскую, Костромскую губернии.

Яренский и Устьсысольский уезды заселяли в основном коми-зыряне. У них наиболее развивались рыболовство, охота, работы на солеваренном заводе. Земле­ дельцами они были плохими, обработка почвы производилась намного хуже, чем в русских селениях в низовьях Вычегды и в Сольвычегодском у. Только в одном мес­ те Устьсысольского у. - в Лузской Пермце, где имелись относительно плодородные почвы, - выращивали хлеб для продажи. Хуже у коми было развито и льноводство лишь для домашнего употребления.

Торговать местные крестьяне уходили в ближайшие пристани - Якшинскую на Печору, в г. Слободской, Кайгородок и Нопгульскую пристань в Вятской губ.

Итак, в хозяйственном отношении на Вологодчине выделялись три группы районов, где по-разному сочетались земледельческие и промысловые занятия на­ селения. Их постепенная смена одних другими наблюдается в направлении от зем­ ледельческого юго-запада к промысловому северо-востоку. Такое зональное распределение вновь совпадает с выделенными историко-культурными ареалами, обусловленными различной этнической историей их жителей. Степень развития того или иного хозяйственного направления в различных районах Вологодской зе­ мли можно выявить при рассмотрении промысловых и земледельческих занятий населения и его хозяйственных традиций по историческим этапам, начиная с XII в., когда стали осваиваться земли края, и по X X в.

Земледелие и крестьянское землепользование О земледелии Русского Севера существует большая научная литература. Это да­ ет возможность ограничиться в данном разделе описанием некоторых черт сель­ скохозяйственного развития севернорусских районов. Начало земледелия на Русском Севере относится ко времени, когда славяне стали осваивать его просторы. Важней­ ший фактор земледельческого развития - появление пашенного земледелия в лесной зоне Восточно-Европейской равнины, что требовало расширения земельных площа­ дей и вынуждало земледельцев идти на поиски пригодных для пашен участков. Дру­ гим стимулом такого развития было становление феодальных отношений в Древней Руси и развитие государственности. Поиски новых территорий и их освоение шли па­ раллельно с феодализацией общества, ибо последнее побуждало крестьян-земледель­ цев искать свободные земли, на которых феодалы-землевладельцы устанавливали свою власть и тем самым расширяли свои владения. Благодаря таким процессам в состав восточнославянских государственных образований (Новгорода, Ростова, Суз­ даля) оказались включены огромные пространства Севера, осваивавшиеся путем ми­ граций в их нескольких видах - государственной, боярской и монастырской.

Аборигенное население Севера не успело ко времени появления славян в УШ-1Х вв. создать свою государственность, и это обстоятельство облегчило вклю­ чение его территорий в состав Древнерусского государства с X в.

По данным археологии, на начальном этапе совместной истории северных на­ родов, финно-угры еще не знали земледелия. Славяне-пришельцы уже занимались земледелием у себя на родине и, придя на Север, стали строить селения и осваивать земли, заводя на них пашни и другие хозяйственные угодья. Находки земледельче­ ских орудий в будущих вологодских землях относятся к более поздним ХП-ХШ вв., и они немногочисленны: в славянских поселениях Белозерья найдены железный наральник, плужный нож, мотыжка, серпы, фрагменты кос, жернова, топоры.

Но земледелие появилось там, вероятно, уже к Х - Х 1 вв. В обнаруженных поселе­ ниях белозерский веси XII в. нет земледельческих орудий, зернотерок, жерновов.

Не ранее ХП в. распространилось земледелие и у судской веси (по р. Суда). Судя по единичным пашенным орудиям и более многочисленным находкам топо­ ров, можно заключить, что в ту пору у славян на Севере существовала подсека, но до­ вольно быстро они стали внедрять паровое земледелие. В археологических памятни­ ках ХШ-Х1У вв. найдены орудия, относящиеся к этому виду земледелия: плужный нож в Белозерье, сошник у с. Верховажье, два сошника из Никольского городища на р. Кокшеньга. Использование таких орудий привело к развитию на Севере своеоб­ разного типа обработки земли - лесного перелога, когда расчищенный от леса уча­ сток уже на второй год пахался с помощью характерных для лесной зоны орудий сох, а также рал;

после нескольких лет он забрасывался на отдых.

10 Русский Север...

Финно-угорскому населению в этот ранний период было известно другое земле­ делие - мотыжное, а пашенное оно узнало от славян.

Состояние источников позволяет дать наиболее полную характеристику северного земледелия с XVI в., когда Север был в значительной мере освоен. В то время центр Ру­ си и Север представляли собой основными производящие сельскохозяйственную про­ дукцию районы государства. Это была зона сплошного трехпольного земледелия, где выращивали характерные для трехпольного севооборота культуры - рожь, овес, яч­ мень, пшеницу, коноплю, лен. Основными орудиями в лесной зоне являлись деревян­ ные сохи, имевшие железные ральники (сошники). В вологодских землях они сущест­ вовали в восточном Прионежье, Белозерье, по Ваге, Кокшеньге, Вычегде. Древним видом сох были многорогие сохи, восходящие к орущю-суковатке, разрыхлявшему почву на подсеке. О происхождении двурогих сох от многозубых суковаток свидетель­ ствует орудие, сохранявшееся в Череповецком р-не Вологодской обл. еще в 1940-е го­ ды. Это пятизубая сош-насошка, пашенное орудие лесного Севера. На всем Севере применяли появившиеся в Х1У-ХУ вв. сохи с так называемой перекладной полицей (для переворачивания пласта), вытеснившие в XVI в. трехзу­ бые сохи, и сош-односторонки. На плотных почвах и на целине использовали соху плужного типа - косулю - с двумя сошниками, лемехом, резцом и отвалом, с помощью которой достигали наилучшей обработки тяжелых северных почв. Ино­ гда употребляли плуг (ставший южнорусским степным орудием) на суглинистых серых почвах, приближающихся к чернозему, и на целине (Белозерье, Северная Двина, Вологда). Для боронования служили известные с более древних времен де­ ревянные бороны - суковатки и плетенки, а Спасо-Прилуцкий монастырь в Воло­ где имел и железные бороны-плужницы. Везде молотили цепами, правда, остава­ лось на Севере и более старое орудие - кичига - из березовых сучьев. Для коше­ ния использовали косы- горбуши (литовки появились позднее).

Сроки обработки почвы в районах были разные, как и приемы ее обработки;

разными оставались и нормы высева.

Хлеб жали серпами, убирали в суслоны, сушили в овинах, молотили на гумнах.

Помол зерна осуществлялся на ручных жерновах или водяными мельницами. Вет­ ряные мельницы в то время только начали появляться. Урожаи были достаточно высокими. Из северных райо-нов наибольшие урожаи получали в Белозерье: ржи сам 7,8, овса - 8, ячменя - 7,3, пшеницы - 4,6;

в Вологодском у. получали пшеницы сам 7,3, ячменя - 7, ржи и овса - по 5,3. В животноводческих районах Севера уро­ жаи оказывались лучшими, так как там имелось много навоза для удобрения земли.

Но большие урожаи в то время давала и подсека в Тотемском, Устюгском, Сольвы­ чегодском уездах и в Устьянских волостях.

Важную роль в рассматриваемое время играло скотоводство. Разводили круп­ ный и мелкий рогатый скот, лошадей, свиней. Уже тогда стали намечаться живот­ новодческие районы, скотоводство получало там товарное значение, но четкого районирования в XVI в. еще не сложилось.

Огородничество пока не имело широкого распространения. В Подвинье огоро­ ды находились в полях, особенно капустники и репища на удобренных землях, но везде выращивали лук, чеснок, огурцы, свеклу, морковь, редьку, горох, хрен. Поя­ вились редкие для Севера культуры, как, например, мак в Белозерье. Северное ово­ щеводство требовало устройства парников, теплиц, рассадников. Весьма ограничен­ ным было и садоводство (яблони в Белозерье), ягоды же разводили повсеместно.

В XVII в. не произошло коренных перемен в земледелии. В дальнейшем, в XVIII в. и первой половине XIX в., несмотря на развитие порайонных типов земле­ делия в предшествующее время, сохранялось много единообразия в приемах хозяй­ ствования. Такая стойкость традиций объяснялась рядом обстоятельств. Особые, чаще неблагоприятные природные условия для ведения земледелия, требовавшие вложения огромного человеческого труда, вели к постоянным поискам новых зе 1. Старинные орудия труда ( а - е ) :

а - пятизубая соха. Из коллекции ЧКМ в - жернова-крупорушка начала X X в. из б - коса-литовка: кослеища с костылем, ручкой и насаженной косой из д. Ручевской Тотемского у. Фото Т.А. Ворониной, 1991 г.

Вожегодского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

10* г - трепала для льна из коллекции ВОКМ: 1 (слева направо) - из Тарногского (27082/20), Грязовецкого (12991/2НВ), Верховажского (27858/22) и Харовского (27510/3) р-нов;

2 (слева направо) - из Тотемского (27597/22), Харовского (14433), Тарногского (13807) и Кичменьгско-Городецкого (11477) районов д - льномялки: 1 - льномялка корневая из Тотемского р-на (ВОКМ. 1025/20 НВ);

2 - льномялка щелевая-столбовая из центральных районов Вологодчины мельных площадей. Э т о породило экстенсивность земледелия. Т е м не менее е г о развитие продолжалось и в т о ж е время трансформировалось, так как на э т о влия­ ли общественно-экономические изменения. В XVIII в. народные аграрные знания приходилось приноравливать к новым экономическим условиям. Именно в э т о вре­ мя шла интенсивная сельскохозяйственная специализация, происходили изменения в агрокультуре. Основу земледелия по-прежнему составляла трехпольная система с традиционным набором сельскохозяйственных культур, но все чаще в ней появ­ лялись различные модификации, приспосабливавшиеся к новым условиям ведения хозяйства (к специализации районов и рыночному спросу). Главной культурой на Севере оставалась озимая рожь, зани­ мавшая 50% пашни. Е е посевы " с т р а х о ­ в а л а " яровая рожь. О в е с преобладал среди яровых, поскольку на его выращи­ вание, как на менее прихотливую куль­ туру, тратилось меньше труда. Среди яровых культур важным стал и ячмень, да и пшеница была необходимой во всех крестьянских хозяйствах, но е е сравни­ тельно небольшие посевы закреплялись традицией. Озимая пшеница на Севере не могла "конкурировать" с озимой р о ­ жью. Обязательным был и л е н. Под воздействием товарного произ­ водства произошли и другие изменения в трехполье. Т а к, сопровождавшая е г о подсека в Х У Ш в. сохранялась в север­ е - швейки из коллекции ВОКМ (слева ных лесных местностях. "Север испокон направо ): из д. Подмариха Харовского веку стоит на росчистях, - говорил один р-на (14418/2), из д. Семёнково из героев повести Ф. Абрамова " Д е р е ­ Сямженского р-на (21471), из вянные кони". - К т о сколько пожен рас­ Тарногского р-на (19169 и 5724) чистил да полей раскопал, у того столь­ ко и хлеба, и с к о т а ". Виды подсек зави­ сели о т возраста леса. Наибольшие уро­ жаи получали после рубки и выжига 50-летнего леса (ржи - сам 20, овса - сам 10-15);

а после 200-летнего "подстоя", который не вырубался, а лишь "очерчивал­ ся" отрезом или чертежом, - до сам 40-50, однако э т о были одноразовые урожаи.

Иногда после первого урожая подсека забрасывалась в залежь - на отдых и подыс­ кивался новый участок. Н о в лесных росчистях Севера в Х У Ш в. зарождалась новая система земледелия - плодосмен с чередованием яровых, иногда и озимых культур {обороты): лен-ячмень и овес-озимая рожь;

летом землю парили и кроме такого способа поднятия плодородия сеяли репу как яровую культуру. Таким образом, вме­ сто краткосрочных росчистей переходили к плодосмену (будущим севооборотам), что расширяло площади трехпольных угодий, в свою очередь необходимых при уве­ личивавшемся народонаселении.

Поскольку резервы пригодной для земледелия земли начали исчезать во второй половине Х У Ш в., т о переложный, залежный и подсечный виды земледелия, требо­ вавшие много земель и новых лесных расчисток, сокращались, все более уступая место классическому трехполью.

Немаловажное значение в развитии земледелия в т о время имели эксперимен­ ты в помещичьих хозяйствах, владельцы которых становились практиками и науч­ ными деятелями, как, например, вологодский помещик А. Олишев. Другим важным делом и в помещичьих, и в крестьянских хозяйствах было семеноводство и снабже­ ние семенами земледельцев различных губерний. Разрабатывались для каждой ме­ стности сроки сева, отбор, проращивание до посева семян, нормы их высева ( В о л о ­ годский уезд, Чаронда, Каргополье, Б е л о з е р ь е ).

К Х У Ш в. относится и начало травопольной системы земледелия - травосеяния.

Оно возникло как способ прокормления скота и восполнения нехватки навоза для пашен в Нечерноземье, что достигалось выращиванием бобовых и злаковых трав (клевер, тимофеевка). Травы шли на корм скоту и способствовали накоплению азо­ т а и органических веществ в почве, необходимых для улучшения ее структуры. Н о травосеяние плохо приживалось на самом севере Нечерноземья, где для выращива­ ния некоторых трав не подходили природные и климатические условия. 2. Сельскохозяйственные орудия заводского изготовления начала X X в. {а - г).

(ГАВО. 6 3 1 3 / И - 4 4 / 4 8 2 ) :

а - плуг б - борона одноконная "Валькура" г - жатка Передовые идеи и опыты в рамках феодального способа производства не затра­ гивали основной массы крестьян, которая по-прежнему следовала многовековому опыту, передавая его из поколения в поколение. Вместе с тем крестьянская аграр­ ная культура Севера находилась на достаточно высоком уровне. Судить об этом по­ зволяет выработанная крестьянами система мер по охране природы и прежде всего почвенного плодородия. Основные из них предусматривали правильное применение систем земледелия (рациональное использование земли, смену и чередование куль­ тур, достаточную обработку почвы, ее удобрение, очищение, окультуривание), при­ менение почвозащитных методов обработки земли, противоэрозийных и мелиора­ тивных работ. Огромен был труд крестьян по возделыванию земли при трехполье двоение, троение, назьмение (двух- и трехразовая обработка с удобрением). Знание характера высеваемых культур привело к поискам растений, очищающих почву (го­ роха, трав). Но самыми главными мерами были обращение к парам и удобрение по­ лей. Крестьяне выработали для каждой местности систему получения, хранения и на­ копления навозного и компостного удобрения. Избегать выпашки полей помогало комбинирование самих систем земледелия. Наряду с трехпольем обращались к расчи­ сткам из-под леса или оставляли выпаханную землю на отдых. Этому же служил и развившийся в XVIII в. плодосмен с чередованием яровых и озимых культур и появ­ лявшееся многополье (четырех-семиполье), при котором продливался отдых полей.

Большое внимание уделялось мелиоративным работам, устройству водоотвод­ ных борозд и канав для задержки талых и ливневых вод.

Частичным усовершенствованиям подверглась и сельскохозяйственная техни­ ка. По-прежнему главным орудием в лесной полосе оставалась соха, но в разных своих модификациях в зависимости от местных почвенных условий. Существенный сдвиг произошел в географии плужного орудия косули. Расширение пахотных пло­ щадей за счет включения "худых", "посредственных" земель с глинистыми и илова­ тыми почвами, увеличение лесных росчистей повышали нужду в ней, поскольку по своим возможностям она превзошла соху, ибо пахала "дербу", "драла" ее, уходя глу­ боко в землю. Плуг применялся в южных районах Севера. Борона и другие орудия оставались традиционными. Достижением века в развитии орудий являлось более гибкое их применение в разных местностях, а также функциональное многообразие.

Действию законов товарного хозяйства подверглось в XVIII в. и животноводст­ во. Для его развития необходимо наличие больших сенных и пастбищных угодий. В северных лесных районах такие угодья имелись не везде, в основном в долинах рек, а в остальных местах - в отвоеванных у леса участках - зачастую в чересполосном владении крестьянских общин. Нередко их было недостаточно для получения кор­ мов и выпаса скота. Нехватку покосов должно было восполнить начавшееся тряво сеяние. По уровню развития скотоводства различались как отдельные районы, так и хозяйства помещиков и крестьян. У основной массы последних оставалась систе­ ма разведения и содержания скота, подчиненная целям земледелия (рабочая сила, навозное удобрение), и затем получение продукции животноводства.

В целом же реализация новшеств и в полеводстве, и в животноводстве (много­ полье, травосеяние, новые культуры и виды удобрений) была затруднена в услови­ ях феодализма, хотя процесс дальнейшего накопления знаний и опыта продолжал­ ся и результаты его проявились в ХГХ в.

В ХГХ столетии паровая система земледелия была представлена трехпольем с его классическим набором культур во всех северных районах. Существенные изме­ нения коснулись трехполья во второй половине ХГХ-начале X X в., когда одновре­ менно с развитием капитализма в России росло торговое земледелие. Это прежде всего проявилось во введении в севооборот огородных, кормовых культур и много­ летних трав, а также в применении вместо черного (осеннего) пара - занятого па­ ра, на котором сеяли травы (клевер, вику и др.) или рано созревающие культуры.

Вначале такие новшества осуществлялись в помещичьих и более зажиточных кре б - стогометание в д. Антоново Вытегорского р-на г - решетка для переноса сена из д. Большое Фомино Никольского р-на стьянских хозяйствах. Товар­ ные отношения заставляли приспосабливаться к рынку, что проявилось в распростра­ нении вольной системы, когда выращивали одни и те же пользовавшиеся спросом куль­ туры, а иногда и монокульту­ ры. Это в свою очередь исто­ щало почвы, и нарушения тра­ диций по поддержанию ее пло­ дородия случались все чаще.

В лесопольной (подсечно огневой) системе земледелия, распространенной в северных лесных районах, изменения выразились в замене ее двух и трехпольем, так как она требовала много росчистей, а леса истреблялись. Набор сельскохозяйст­ венных культур в э т о т пери­ од в основном был прежним.

К исконным зерновым (рожь, пшеница, ячмень, овес, просо), техническим и кормовым (лен, горох, вика, клевер) прибавились и стали шире применяться также древние огородные (капуста) 4. Хранение сена в стогах ( а - г ) :

и более поздние, известные с а - летом - в д. Нефёдово Тотемского р-на.

XVII в. картофель, табак, по­ Фото Т.А. Ворониной, 1991 г.

мидоры, м а х о р к а. " Г е о г р а ­ фия" культур не изменилась.

Ржаной хлеб являлся одним из основных продуктов питания. Возделывалось мно­ го сортов ржи, приспособленных к условиям Севера. В яровых культурах преоб­ ладал овес, особенно фуражный, в большом количестве вывозимый за границу.

Северным злаком оставался ячмень. О наборе культур, исконно выращиваемых в одном из вологодских районов - на Кокшеньге, когда-то хлебородном крае В о л о годчины - есть свидетельства в местном фольклоре:

Здесь поля хлебородные:

Посеют торицею, Наростет то пшеницею.

Здесь растут ржи то едреные, Жита (ячмень.-И.В.) колосистые, А овсы то бруснитые. Наиболее значимой культурой, возделываемой в вологодских деревнях, оста­ вался лен. Крестьяне выращивали лен-долгунец, а у некоторых помещиков рос на полях и лен-кудряш.

Основным пахотным орудием в Х 1 Х - н а ч а л е X X в. была соха, по-прежнему двух- и трехзубая с перекладной полицей, снабженная небольшим сошником или без него коловая соха;

на северо-востоке, кроме двухсторонки, применяли соху-односторонку косулю с неподвижной полицей, с резцом-брылой. Соха с полицей применялась на лег б, в - зимой - на усадьбе в д. Нижняя Вожегодского р-на, на угодьях близ д. Милгора Тарногского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1981 г. и 1986 г.

г - зимой на угодьях близ д. Тарасовская Вожегодского р-на.

Фото С.Н. Иванова ких почвах, без нее - на тяжелых, каменистых или при пахоте лесного перелога. С кон­ ца ХГХ в. стал распространяться плуг, однолемешный, тяжелый, кустарного или завод­ ского производства, применявшийся на разных почвах и требовавший большой тяг­ ловой силы (крепких лошадей). На Вологодчине можно выделить ареалы этих видов орудий. Повсеместно и широко бытовали сохи-двусторонки (двузубые), за исключени­ ем Череповецкого уезда, где сохранялась многозубая соха - архаичное орудие, приме­ нявшееся при подсечном земледелии. Сохи-односторонки (однозубые) встречались в северных, северо-восточных и средних уездах края (Вологда, Грязовец, Кадников, Тотьма, Устюг, Вельск, Вытегра). Более усовершенствованные односторонки (пахали глубже, рыхлили мельче) встречались в районе Великого Устюга.

Ареалы косули четко очерчиваются в пределах Вологодского края: северо-запад, северо-восток и центр. С помощью этого орудия отрезались пласты земли (резцом), подрезались сошником и переворачивались отвалом (полицей). Позднее такие опера­ ции производились плугом, который появился сначала в районах Вологды, Кубенско го озера, Устюжны, а затем распространился везде в вологодских уездах.

Кроме пахотных орудий применялись орудия, рыхлящие почву. Это были уни­ версальные для лесных районов бороны, два вида которых встречались на Вологод­ чине: деревянные с железными зубьями, распространенные повсеместно, и целиком железные - на западе, в центре и на востоке края (Усложна, Кириллов, Белозерье, Вытегра, Вологда, Кадников, Вельск, Тотьма, Устюг, Никольск).

При лесном перелоге применялось орудие-/со/шч (похоже на широкий нож-то­ пор). Наряду с ним для пахоты использовали двухзубую соху без полицы, но в отли­ чие от повсеместного копача эта соха бытовала на западе и в центре края (Услож­ на, Вологда, Кадников, Кириллов, Белозерье, Вытегра, Тотьма). Точно так же вез­ де применяли однозубую соху-отрез, за исключением северо-западной части (Вытегра). Рыхлящим орудием при перелоге в лесу была борона-суковатка (с зубь­ ями-сучьями), распространившаяся во всех уездах.

Таким образом, разнообразная техника была приспособлена крестьянами к раз­ личным почвенным условиям, ареалы этой техники могут быть сопоставимы с аре­ алами культурно-историческими, происхождение которых в вологодских землях связано с различной этнической историей их жителей. Остальная техника - бороны, цепы, косы, серпы старых конструкций - продол­ жали существовать в Х1Х-начале XX в., правда, некоторые усовершенствовались, ли­ бо появлялись новые. Получили распространение косы-литовки, более удобные, чем прежние горбуши. И сразу же такое новшество отразилось в местном фольклоре:

Придет пора то рабочая Со косами со литовочками, И пойдут люди добрые Подкосят траву шелкову.

Основные сельскохозяйственные работы производились еще традиционными способами, не менялся аграрный крестьянский календарь, по-старому строили и пользовались различными приспособлениями и хозяйственными постройками, где обрабатывали, хранили урожай (овины, гумна, амбары, водяные и ветряные мель­ ницы). Новшеством было создание правительственной "Северной учебной фер­ мы" в 40 км от Вологды, где крестьянские мальчики обучались ведению земледелия по новым системам, приспособленным к местному климату и качеству почв. Другие отрасли земледелия на Севере - огородничество, садоводство - носили в этот период чисто потребительский характер. Кроме выращивания обычных ово­ щей стали больше производить картофеля. Садоводство развивалось лишь в поме­ щичьих хозяйствах (сады, оранжереи). Во второй половине XIX в. оно продвинулось из северной части Черноземья к южной границе Русского Севера. Появились сады и у отдельных крестьян;

из садовых культур преобладали яблоки и вишни. Северная граница последней шла по линии Петрозаводск-Кадников-Вятка. Плодовые кус­ тарники разводились всюду.

Животноводство (за исключением некоторых районов) было подсобной по от­ ношению к земледелию отраслью хозяйства. Крестьяне разводили крупный рога­ тый скот, лошадей, овец, свиней, птицу. Центрами выведения северных пород мо­ лочного скота еще с XVIII в. стали Холмогоры (холмогорская порода, в основном распространенная на Вологодчине), Олонецкая (сюземская порода) и Ярославская губерния (ярославская порода). Содержание скота к этому периоду было уже "отра­ ботано" и базировалось на достаточно богатом крестьянском опыте. Во всех север­ ных районах для скота строили специальные теплые хлевы. Основная забота кре­ стьян - заготовка кормов, поэтому одним из главных дел была разработка сенокос­ ных и пастбищных угодий. Выпас скота в поскотине (специальном огороженном участке), а иногда и в лесу производился без пастухов. В начале пастбищного сезо­ на скот пасся на лугах;

когда наступала очередь сенокоса, он перегонялся в паровое поле;

после поднятия паров - на выгоны (пустопорожние земли, участки возле се­ лений). По снятии сена с лугов туда снова перегоняли скот с выгонов, а после убор­ ки хлебов с полей - на ржаное или яровое жнивье.

В конце ХГХ в. в России выделились районы торгового скотоводства, среди кото­ рых были и вологодские районы. Поскольку животноводство здесь получило молоч­ ное направление, земледелие приспосабливалось к получению рыночных продуктов этого направления. Особое значение приобрело производство вологодского масла, от­ правляемого не только на свои рынки, но и за границу. Вначале маслоделие и сырова­ рение развивались в помещичьих хозяйствах, но уже в середине XIX в. существовали кулацкие и купеческие маслодельни и сыроварни, а в начале XX в. широкое распро­ странение получило производство этих продуктов в крестьянских кооперациях.

Из животноводческого направления в вологодских помещичьих хозяйствах бы­ ло известно коневодство. Большой конный завод существовал у Межаковых в с. Никольское Кадниковского у. б - парник-рассадник в д. Нефёдове* Тотемского р-на.

Фото Т.А. Ворониной, 1991 г.

В ряде мест развивалось птицеводство. Из крестьянских хозяйств Череповецко­ го у. поставляли в Петербург яйца. По развитию сельского хозяйства в Вологодском крае в ХГХ-начале X X в. снова можно вычленить три района, очертания которых совпадают с историко-культур­ ными ареалами, выделенными по другим элементам материальной культуры воло­ годского населения. Одним из аграрных очагов была юго-западная часть губернии (в прошлом с помещичьими хозяйствами), где имелись наилучшие почвы и хорошие климатические условия для земледелия. Здесь хозяйства отличались тщательной об­ работкой полей, достаточным их удобрением, а следовательно необходимым для это­ го разведением скота, производимыми опытами травосеяния и введением многопо­ лья. Там же развивалось и маслоделие. Более усовершенствованная техника имелась в помещичьих хозяйствах, а у некоторых применялись машины кустарного и фабрич­ ного производства.

Средняя часть губернии находилась в худших, чем юго-западная, условиях для сель­ ского хозяйства. Тут ощущался недостаток в естественных покосах и сухих пастбищах. Небольшие участки пригодной для пашни земли "лежали" в речных при­ брежьях, поэтому не было обширных запашек. Довольно часто прибегали к подсеке и пожогу, а на подсеках хорошо рос лен, поэтому льноводство местные крестьяне довели до совершенства. Недостаток в кормах для скота рано привел к травосеянию. В самых северных районах средней части губернии не было твердого трехпольного севооборо­ та, так как там приходилось приноравливаться к местным погодным и почвенным условиям. "Хозяйство вольное", - так определяли его сами крестьяне, ибо часто прак­ тиковали двухполье (озимь-пар) или применяли пар через два посева на плохой почве, через три-четыре года на хорошей;

иногда озимь (ячмень) сажали подряд 4-5 раз.

В этой части губернии наилучшими считались хозяйства у бывших удельных крестьян, привыкших к добротной работе в общественных запашках, принадлежав­ ших удельному ведомству.

Северо-восток губернии в сельскохозяйственном отношении был менее развит.

Земледелие тут оставалось незначительным из-за сурового климата, огородничест­ во почти не практиковали, кроме хмелеводства. Развивалось молочное скотоводст­ во из-за достаточного количества сенокосов и пастбищ. Льноводство (особенно ви легодский лен) давало значительный доход и в этой части губернии. У основного здешнего населения - коми-зырян - чувствовалось "равнодушие" к земледелию, но они были отличными охотниками.


О том, что в пределах старых вологодских районов, населенных и финно-угра ми, и русскими, было "русское земледелие", говорит очень многое. Уже с X I V в. в говорах обоих народов существовала русская земледельческая лексика, особенно связанная с подсекой и лесным перелогом: нива, поляна, лядина, сеча, осек, лемех, сошник и др. Меньшее распространение получили финноугорские слова - мянда (болото), кулига (росчисть), пал, тыл, дерба и др. Приемы земледелия, техника, аграрный календарь у всех народов в земледельческой полосе Севера стали одина­ ковыми. Об этом же свидетельствуют фамилии вологодских жителей, известные с ХУП в., в которых отразились занятия земледелием, скотоводством, промыслами.

Кстати, некоторые фамилии такого типа есть и у русских, и у финно-угров. К ним относятся фамилии, произошедшие от профессиональных прозвищ: Овсянниковы (овсянник производит из овса муку, крупу и торгует ими), Овчинниковы (овчинник скорняк), Огородниковы (огородники), Пахариковы (от "пахать"), Пахотины (от "выпаханных пашен, полей"), Пшеничниковы (торгует зерном, хлебом - от "пше­ ничный хлеб, пирог"), Сальниковы (вытопка сала и продажа его), Свинобоевы (раз­ ведение свиней и торговля ими), Солениковы (торговля солью), Солодовниковы (содержатель солодовни), Солоносовы (погрузка и выгрузка соли с судов), Хомут никовы (изготовление конской упряжи), Чечулины (диалектное - большой кусок хлеба или пирога-чечуля), Мясниковы (убой скота) и др. Так, например, из известных фамилий устьсысольцев 50 было русского проис­ хождения, а носителями их были и зыряне.

Хозяйственное освоение Русского Севера славянами, взаимовлияние культур аборигенов и пришельцев при ведущей роли более высокой славянской культуры привели к общности их хозяйственной жизни. Русский Север уже с начальных эта­ пов своей истории стал формироваться как единая историко-культурная зона, а хо­ зяйственно-культурный его тип все больше определялся русским этносом. Север и Вологодский край в том числе превратились в регион с преобладанием в его эконо­ мике сельского хозяйства, и основной фигурой его хозяйственной жизни стало кре­ стьянство.

Регулирование полеводства и всего хозяйства в деревне осуществляла сельская община. Северная деревня на протяжении своей истории в поземельном отношении была едина, и каждый крестьянский двор имел связь со всей общиной. Такая связь обнаруживается прежде всего в необходимости и неизбежности ведения общего принудительного севооборота на полях, а это в свою очередь обусловливалось свое­ образным использованием всех хозяйственных угодий (пахотных, сенокосных, лес­ ных, выпасов), находившихся в общинном пользовании и время от времени переде­ лявшихся (перераспределявшихся) между дворами крестьян. Каждый двор в общи­ не государственных крестьян имел свой надел-жеребей, соответствующий тяглу способности нести повинности в пользу государства. Крестьянские жеребьи-вотчи­ ны становились наследственными, ибо создавались на участках, которые попадали в руки крестьян при освоении земель по праву захвата, затем приводились их поль­ зователями в культурное состояние и превращались в угодья.

Возникла своеобразная практика пользования и распределения угодий, осно­ ванная на нормах обычного права и обусловленная самим характером угодий, раз­ ных в различных природных условиях районов, как, например, дальние и ближние к селениям поля, подсеки (росчисти в лесах), отхожие пашни {наездом), луговые и лесные сенокосы {пожни, кулиги), естественные и лесные выпасы скота, и т.д. Общинный строй, поземельные отношения и порядки распределения земель напо­ добие русских создавались и у коми-зырянского, и у карельского населения Севера. Создание угодий в ходе заселения Севера начиная с XV в., их классификация по производственному принципу исследованы П.А. Колесниковым, который реконст­ руировал всю многовековую историю освоения земель на Севере, указав на своеоб­ разие хозяйственных комплексов северных деревень и особенности крестьянского землепользования. Научная литература об общинном крестьянском землепользо­ вании Русского Севера начиная с дореволюционной историографии насчитывает несколько сотен исследований. В рамках деятельности крестьянской общины и со­ четания ее поземельных функций с нормами обычного права (земельные перерас­ пределения с учетом наследственных прав крестьян, практика свободного отчужде­ ния земельных участков крестьянами) развивались земледелие с его классическим трехпольем и другие сельскохозяйственные занятия, вырабатывались навыки, вы­ кристаллизовывался опыт и трудовые традиции, ставшие основой народной аграр­ ной культуры. Главное, что сохраняла община, - это присущий русскому народу коллективизм, артельные формы труда, исходившие из сути ведения хозяйства в ус­ ловиях практически любого региона. Такие трудовые принципы существовали в русской деревне всегда и проявлялись в различных видах деятельности. Это и осво­ ение новых земель, и работы в поле (общественные запашки), на покосе, жатве, и деревенские помочи - своеобразный коллективный труд и взаимопомощь. Крестьяне не представляли себе другой жизни, кроме общинной. Жители с. Улом Череповецкого у. так определяли значение общины: "Когда мы живем вме­ сте, у нас все есть: и пашня, и покос, и лес, и выгон. А расселились мы по разным местам, так у одного будет поле, но не найдется покосу, а у другого есть лес, а не 11 Русский Север...

достанет пашни, или нет выгону. Угодья надо наживать, а для этого требуется мно­ го времени". Значение общины для крестьян очень хорошо определил вологодский исследо­ ватель народной жизни А.А. Шустиков. По его мнению, община "возвращает, вос­ питывает, сохраняет общественность между людьми, взаимопомощь и любовь;

в общине в большинстве случаев нет места эгоистическим чувствам, чувству зависти".

Русская крестьянская община, в том числе на Севере, просуществовала до 1930-х годов, когда коллективизация сельского хозяйства привела к гибели традиций на­ родной аграрной культуры. Тем удивительнее наблюдать в наше время, что эта культура не уничтожена окончательно, ибо она была основана на многовековом опыте, а главное - на нравственном отношении крестьян к земле. Еще до коллекти­ визации в 1918 г. по "Положению о социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию" крестьяне могли выбирать любую форму землепользования - общинную, индивидуальную, артельную, хуторскую, ко­ оперативную и др. Надежды крестьян того периода были отражены поэтом А.Т. Твардовским в его "Стране Муравии":

И при хозяйстве, как сейчас, Своим двором пожить хоть раз Да при коне Хотелось мне.

Тогда происходили переразверстки земли и ее переделы. При общинной форме хозяйства, оставшейся везде самой распространенной, землей наделяли по едокам, реже по душам, как это было в XIX в., а иногда за единицу разверстки принимали двор, скот или рабочую силу.

Началось новое движение на хутора, как в начале X X в., - выход из общин и со­ здание самостоятельных хозяйств. Северные хутора не отличались от обыкновен­ ных выселок, так как оставались в общем с деревнями землепользовании. К тому же удаленность хуторов от селений не способствовала нормальному хозяйствова­ нию. "Их некому было содержать", - как говорили сами крестьяне, т.е. не хватало рабочих рук, инвентаря, скота, семенного материала и т.д. Советская власть ограни­ чивала выход на хутора.

Национализацией земли в 1917 г. был перекрыт путь капиталистическому раз­ витию сельского хозяйства, начавшийся после реформы 1861 г., стали возникать его социалистические формы. На базе бывших помещичьих, монастырских, церковных хозяйств и землях Кабинета Его Величества появлялись первые совхозы, а также коллективные хозяйства в виде коммун, артелей, товариществ по совместной обра­ ботке земли (ТОЗ). Из всех форм коллективных хозяйств наибольшее распростра­ нение получили последние. Как земледельческая кооперация с ее общественной формой труда они и являлись истинной коллективизацией, какой не стала позже коллективизация 1930-х годов с ее принудительностью.

Несмотря на свободу выбора землепользования, сельская община оставалась устойчивой и даже расширяла свои земельные резервы. 98-99% крестьянских зе­ мель находились в общинном землепользовании, в том числе в районах Европейско­ го Севера. Но структура сельского населения была уже иной, нежели ранее. В ре­ зультате уравнительной земельной реформы население нивелировалось и состояло теперь из подавляющего числа середняков, правда, их хозяйства оставались малото­ варными. Вызванная гражданской войной и разрухой политика государства - "воен­ ный коммунизм", когда по продразверстке отбирались у крестьян все сельскохозяй­ ственные продукты, не способствовала дальнейшему развитию сельского хозяйства и превращению его в товарное производство. Необходимость же перехода на "сво­ боду оборота" привела советскую власть к введению нэпа и замене продразверстки продналогом. При такой политике путем товарообмена между городом и деревней предполагалось преодолеть катастрофу в сельском хозяйстве. В условиях мелко крестьянской страны и слабости крупной промышленности это был единственный выход из кризиса. Нэп вызвал оживление капиталистических элементов, усиление ку­ лацкой прослойки в деревне, арендовавшей земли у соседей-крестьян и у государства.

Но что собой представляли кулаки того времени? Это были крестьяне, которые уме­ ло вели свое хозяйство, организовав и нацелив его на получение необходимой продук­ ции. Именно таким был северный "кулак". Семьи кулаков были многочисленными по своему составу, имели много рабочих рук, а в страдное время некоторые из них при­ бегали к найму рабочей силы. Такое положение - аренда и наем - наблюдалось в рус­ ской деревне и ранее, и это не мешало развитию аграрной культуры.

Самым ценным, что было в ведении хозяйства "кулаками", - это сохранение, а не нарушение исконных хозяйственных традиций, глубокое знание местных природ­ но-климатических условий, природоохранная деятельность, основанная на вырабо­ танных веками мерах по сохранению почвенного плодородия.


Некоторые крестьянские хозяйства и их коллективы, преимущественно ТОЗы, по-прежнему пользовались традиционными методами ведения хозяйства. К ним прежде всего относятся ранний пар (весенний) и обязательное удобрение земли ор­ ганическими удобрениями и компостами (смесями навоза с другими органическими веществами - соломой, мхом, золой). Вообще первые коллективные хозяйства дали очень важный результат - был накоплен некоторый опыт экономического, а не административного хозяйствова­ ния, распространялись прогрессивные методы труда и велась пропаганда коллек­ тивных форм хозяйства, оправдавших себя на протяжении всей истории российской деревни. Само общинное землепользование создавало благоприятные условия для коллективных хозяйств, где совместный труд мог осуществляться не только на угодьях общины, но и на общинных выселках. Новые коллективные хозяйства взя­ ли на себя функцию, которую раньше выполняла община - поддержание культуры земледелия: происходило внедрение новых его систем (многопольных севооборо­ тов), использовались оправдавшие себя традиции. Кооперативы осуществляли и первичную обработку сельскохозяйственных продуктов, так как открывали специ­ альные предприятия - маслозаводы, мельницы, прососушки, зерноочистительные пункты;

у них имелись опытные поля, рассадники, питомники. Они создавали мели­ оративные организации, внедряли лучший опыт в агрономии, животноводстве, на­ родных промыслах.

В целом, что касается развития земледелия в 1920-е годы, то хозяйственное на­ правление и "география" культур в северных районах оставались неизменными, лишь увеличилась роль льноводства. Агрономической наукой в то время разраба­ тывались технологии с применением исконных традиций. Различные новшества можно было применять, сменив структуру землепользования, а именно уничтожив чересполосицу и мелкополосипу, внедрив многополье, уменьшив расстояния до по­ лей, увеличив посевные площади за счет залежей. Легче всего обратиться к много­ полью было совхозам, которые постепенно превращались в крупные товарные хо­ зяйства. Так создавались предпосылки для перехода к массовой коллективизации.

Но поскольку она была осуществлена государством (сверху), а не самим крестьян­ ством, то она и не стала подлинной коллективизацией. Надежды крестьян на "стра­ ну Муравию" не сбылись.

Сплошная коллективизация 1929-1930-х годов означала переворот в сельском хозяйстве, полную ликвидацию традиционных методов хозяйствования и крестьян­ ского земельного владения. Колхозы, куда насильно "загонялось" крестьянство, стали основными аграрными производителями под неусыпным контролем местных органов власти. Агрокультурные и демографические результаты и последствия этого государственного мероприятия ощутимы до настоящего времени, ибо про­ изошла полная деградация сельского хозяйства. Особенно пострадали российское Нечерноземье и Русский Север в том числе.

11* Утверждение колхозного строя сопровождалось технической реконструкцией хозяйства, ликвидацией старых систем полеводства (особенно трехполья), уступив­ ших место травополью и многополью, широкому использованию вместо традици­ онных пахотных орудий сельскохозяйственных машин. Последнее было связано с созданием машино-тракторных станций (МТС), сосредоточивших у себя всю техни­ ку и обслуживавших колхозные поля. Повсюду вводились новые севообороты, ста­ ли усиленно применяться минеральные удобрения, что привело к снижению почвен­ ного плодородия.

Завершилась нивелировка сельского населения, ставшего сплошь колхозным крестьянством. Изменилось отношение нового крестьянина к земле, поскольку ока­ залось в корне подорванным представление о крестьянской земельной собственно­ сти. Оно было заменено принципом работы на ничьей земле, которую нельзя пере­ дать по наследству потомкам, а потому личная ответственность за землю оконча­ тельно исчезла. Предпочтение в этом обезличенном пользовании отдавалось "соци­ алистической общине, в которой ни земля, ни труд, ни продукты не принадлежали личности", как это было в исконной русской общине. Рушились крестьянское ми­ ровоззрение и представление о земле как о чем-то живом, труд на которой обеспе­ чивал жизнь, а культура хозяйствования на ней могла быть передана по наследству вместе с самой землей. А ведь крестьянское любовное отношение к земле выража­ лось даже в том, какие имена давали крестьяне каждому бугорку, перелеску, троп­ ке, деревне. "...У стариков нашлось свое имя, свое название. Любили люди свою зем­ лю, свои родные места. Пахомкова Гарь, Мамина Зыбка, Поречье, Антохины рас­ копки - вкусно выговорить! - говорится в повести Ф.А. Абрамова "Мамониха". Густо стояли селенья в их лесном краю, по душе пришлась дедам и отцам поднятая из-под корня землица... а названия селениям давали сытные, хлебные... Ржаново, Овсянники, Ржище, Калачи..." Отрицательные стороны хозяйствования в колхозах проявились с самого нача­ ла. Произошел полный отказ от народного опыта, который был объявлен вредным и рутинным, а хозяйство повсеместно велось по шаблону, без учета местных усло­ вий. Нарушением в системах земледелия стала "система В.Р. Вильямса", предпола­ гавшая введение плодосмена и травополья с семью-десятьюпольными севооборота­ ми, посевами трав, со специфической глубокой обработкой почвы, а также исполь­ зование черных (осенних) и занятых (с травами) паров. Расчет по этой системе на двухлетнее выращивание многолетних трав, восстанавливающих нарушенную поч­ ву, не оправдался, так как за два года тимофеевка не превращала земную пыль в комки, а на образование ее корневой системы уходил за это время весь вырабаты­ ваемый клевером азот и последующим культурам удобрений не хватало. Обработ­ ка почвы, производившаяся без боронования и прокатывания почвы, не приводила к накоплению влаги. Эта система подрывала накопленный веками опыт обработки почвы и к тому же она оказалась не везде пригодной.

Научные исследования последующих лет показали невозможность повсемест­ ного применения травосеяния. В частности, А.Г. Дояренко доказал его пригод­ ность лишь в средней полосе России и на юге Севера при достаточном увлажнении почвы. При травополье лучшим, по А.Г. Дояренко, оказывалось пятиполье:

рожь-овес-клевер-картофель-занятый пар (с вариантами культур, в том числе льна) В советских колхозах примеры различных нарушений в земледелии были мно­ гочисленны. "Забыли" зябь, скирдование на гумнах и обмолот зерна зимой были объявлены "правым уклоном". Резко сократились площади пара и внесение органи­ ческих удобрений - основной меры для сохранения плодородия почв. Сама система приготовления и внесения в землю навозного удобрения стала утрачиваться, а рус­ ские крестьяне знали множество таких способов. Уже в 1930-е годы навоз либо не вывозился на поля, либо вносился в почву не вовремя, он плохо запахивался и вооб где унаваживание не велось выработанными для каждой местности способами. За­ былось и компостирование - смесь навоза с торфом, соломой и др. И что самое страшное - навоз при гидросливе его на фермах начали применять в жидком виде, в результате чего он плохо накапливался и хранился, происходили его утечки, отра­ влялись окружающая флора и водоемы.

В период коллективизации повсеместно изменился состав полевых культур (вводились неприемлемые для многих мест культуры). Лишь отдельные колхозные агролаборатории и сельхозстанции вели исследовательскую работу по выращива­ нию новых растений. Селекционные станции издавна существовали в некоторых не­ черноземных районах. В Великоустюжском р-не Вологодской обл. велась селекция семян местных сортов льна, зерновых культур и многолетних трав.

Предпринимались попытки усовершенствования сельскохозяйственных машин.

Была создана специальная комиссия по их обследованию (акад. Б.Н. Горячкина), выработавшая, в частности, классификацию плугов по районам. Изучив опыт мно­ гих поколений, комиссия предложила для каждой климатической зоны свои корпу­ са плугов вместо применяемых везде машин "Сакка". Это начинание не получило дальнейшего развития.

В итоге в 1930-е годы произошли нарушение связи человека с землей, отторже­ ние хлебороба от земли, утрата крестьянской психологии (любовь к земле, отноше­ ние к ней, как к живой), которая могла бы вызвать инициативу крестьян и привес­ ти к правильному хозяйствованию на земле. О нарушении связи с землей говорили жители вологодских деревень:

Не космос погодой правит Народ поохладел к земле.

Вот она, Матушка, и остывает.

В смысле организации труда колхозы не выполняли той роли, которая была присуща русской общине, а дореволюционная производственная кооперация, осно­ ванная на подлинно демократических методах и являвшаяся настоящей коллективи­ зацией, оказалась забыта. В колхозах игнорировались экономические методы регу­ лирования работ. Не способствовало правильному хозяйствованию и уничтожение при раскулачивании и раскрестьянивании лучшей части крестьян - хранителей ис­ конно русских аграрных традиций.

Новые потери крестьянство понесло в Великую Отечественную войну 1941-1945 гг. (убыль населения, разруха), к концу которой Россия вновь стояла пе­ ред проблемой поднятия из руин хозяйства. К началу 1950-х годов в вологодских де­ ревнях восстановили основные угодья, и они заняли четвертую часть территории области (пашни - 31%, сенокосы - 29, пастбища - 36, огороды - 19%). На юге обла­ сти пашенные угодья занимали 60-65% территории, на северо-востоке - 15-20%.

Леса в области составляли теперь половину ее территории (ранее - до 90%). Эксплу­ атация же лесов начала осуществляться всецело в промышленных целях. Остава­ лось много болот, особенно на западе области, осушением которых занимались по­ стоянно. Луга составляли десятую часть территории и являлись всецело продуктом человеческой деятельности, ибо большинство их было расчистками из-под леса. За­ ливные луга по побережьям рек расчищались и вновь вводились в хозяйственный оборот. Суходольные луга, освоенные в предшествующие периоды, по площади оказались больше заливных, но качество их было худшим, поэтому они использова­ лись не постоянно.

В 1950-е годы окончательно определилась специфика сельскохозяйственных районов: 1) молочное животноводство и зерновое хозяйство - западные (Устюжен ско-Череповецкий край) и центральные (Вологодский, Грязовецкий, Сокольский);

2) зерно-льноводческие - Белозерский, Кадуйский;

3) льно-зерноводческие - Ус тюгский, Никольский, восток Тотемского;

4) зерно-молочно-животноводческий северо-запад области (Кирилловский, Вытегорский);

5) молочно-животноводческий и льноводческий - север (от Вожеги до Кокшеньги), запад Тотемского. Ведущая роль отводилась животноводству - разведению холмогорской и ярославской, а так­ же местной домшинской пород скота. В последующие годы начались сплошные эксперименты в сельском хозяйстве, приведшие к его гибели. Первый удар нанесли реформы Н.С. Хрущева, особенно ликвидация крестьянских приусадебных хозяйств, где еще сохранялись традицион­ ные методы его ведения (помочи, семейное кооперирование труда), а затем введе­ ние в севооборот культур, не пригодных к местным условиям (кукуруза и др.). Ши­ рокое применение в 1960-е и потом в 1970-1980-е годы получили "научно обосно­ ванные" системы земледелия, по которым также без учета местных условий внедря­ лась новая структура посевных площадей. Итогом такого хозяйствования было пол­ ное изменение состава традиционных зерновых культур. Основной из них стала пшеница, возделывание которой продвинулось на север Нечерноземья в Вологод­ скую, Вятскую и даже в Архангельскую обл. Рожь занимала 35% посевов. Был вы­ веден ее многолетний сорт, употребляемый на силос и зеленый корм скоту. Посевы ячменя и овса повсеместно сократились, нарушилось льноводство. Лен - трудоем­ кая культура, трубующая много ручного труда, начала исчезать из посевов, так как в производящих его районах происходил сильный отток населения, главным обра­ зом женщин, занимавшихся льноводством.

Гибло почвенное плодородие при усиливавшемся применении минеральных удо­ брений и химических способов борьбы с сорняками. Не принесла нужных результа­ тов и деятельность мелиоративных организаций, не использовавших опыт мелиора­ ции крестьян, в результате чего произошла не только "гибель" земель, но и был нанесен нравственный урон, ибо безнаказанно распоряжались земельными богатства­ ми. Ряд попыток природоохранной деятельности был предпринят в послевоенное вре­ мя, но не в должных масштабах. В настоящее время "ухватились" за почвозащитное земледелие - "безотвальную пахоту", предложенную Т. С. Мальцевым. Его метод да­ ет природоохранный эффект, поскольку при такой пахоте не происходит разрушения плодородного слоя, а следовательно, исчезает необходимость в минеральных удобре­ ниях. Однако для ее осуществления в хозяйствах страны нет необходимой техники плоскорезных орудий, широкозахватных культиваторов, дисковых борон, противо­ эрозийных сеялок и других машин. К тому же "пахота Т. С. Мальцева" применима не во всех регионах и не на всех почвах. В Нечерноземье на глинистых почвах влага накапливается под слоем в 20 см и не проходит в подзол, а корни зерновых злаков проникают на глубину 1,5 м, и безотвальная пахота не дает водяного питания расте­ ниям. Не применима она и в лесных районах, где нет ветровой эрозии.

Последним ударом по сельскому хозяйству явилась проводимая государством политика ликвидации "неперспективных деревень". Ликвидировались не только са­ ми деревни, но и угодья, сокращались посевы, уменьшалось получение кормов для скота. К такому же результату привело бы и осуществление предложенного в 1980-е годы "Проекта переброски вод северных и сибирских рек". Даже без этого проекта сельскому хозяйству нанесен непоправимый урон. Особенно пострадало Нечерноземье, где упадок сельского хозяйства выразился в колоссальных потерях почвенного плодородия, в исчезновении как земледельческого производства многих районов, так и исчезновении самих селений. Об этих потерях говорится в местном вологодском фольклоре:

Сколько ведь земли паханой ране было - страсть!...

А топере все позаросло...

До чего мы дожили, что и ножки съежили... А этот обширный регион вместе с центральной частью России имел огромное политическое, экономическое и культурное значение в жизни страны, ибо это поис тине "сердце русской земли", жители которого внесли вклад в историю и культуру родины.

Довольно образное описание "неперспективных деревень" оставил Ф.А. Абра­ мов: «И в войну тоже совесть знали. Не загорали... - писал он в повести "Вокруг да около". - Пойди-ко по навинам-то - еще теперь мозоли с полей не сошли... А теперь все заросло. Лес вымахал - хоть полозья гни». В повести "Мамониха" он продол­ жал: "Нового дома - ни одного на весь конец, а старые разваливались на глазах... И где бывалошные огороды при домах? Где овцы, которые всегда в жару... лежали под окошками, в тени у старых бань.., свернул на задворки да увидел разворочен­ ные, распиленные на дрова дворы, в которых раньше держали скот... Полей нет. На полях шумит и лопочет густо разросшийся осинник". Крестьянство "неперспективных деревень" было "подрублено под корень", ибо оказался уничтожен его генофонд, и оно не сможет "возродиться", пока ему не позволят самостоятельно хозяйствовать на только ему принадлежащей земле.

Дальнейшее развитие сельского хозяйства потребует мер экономического, право­ вого, воспитательного порядка, которые восстановили бы нравственную связь человека с землей, а это в свою очередь благотворно скажется на духовном состо­ янии всего общества. И здесь на первый план выступают вопросы духовного воспитания людей, которое должно возродить в крестьянине ответственное отно­ шение к земле и своему труду на ней, как это в прошлом осуществляли русские крестьяне. О необходимости воспитания хозяина-земледельца остались свидетель­ ства в фольклоре:

А ты кушай, ягодка, и рости. Поедите* в поле, да и спросите:

Вырастешь болыпой-ой!... А кто тут хозяин?

Потом с Витей, с Васей - трое То, что любой крестьянин обладал безграничными знаниями, как следует вести хозяйство, признавали и чиновники-агрономы. Еще в 1914 г. на сельскохозяйствен­ ном съезде в Вологодской губ. в одном из докладов говорилось: "Каждый крестья­ нин является до некоторой степени метеорологом, в частности предсказателем по­ годы, что он производит без всяких приборов, пользуясь знанием местности, харак­ тером последовательности атмосферных явлений и имея огромный практический опыт наблюдений, как отзывается животный мир и растительный на изменения по­ годы - все это по преданию передаваемых из поколения в поколение примет, не проверенных научным путем". Без такого знания не выдержит ни одна научно обоснованная система земледелия. Народная аграрная культура должна составить основу и современного научного хозяйствования.

Несельскохозяйственные занятия Появление несельскохозяйственных занятий у населения Русского Севера, в том числе в Вологодском крае, относится к далекому времени, когда славяне и фин­ но-угорские народы совместно осваивали эти просторы. Многие из промыслов и ре­ месел здесь имеют многовековую историю, в них сконцентрирован ценнейший опыт и трудовые традиции народов. Как и весь труд по освоению земель на Русском Се­ вере, эти промыслы и ремесла представляют собой вклад в общероссийскую мате­ риальную и духовную культуру, созданную крестьянством.

Железоделательные промыслы и металлообработка, солеварение, судострое­ ние, обработка дерева, добыча пушнины и рыболовство, удивительное народно-изо­ бразительное искусство при создании памятников художественного значения - это краткий перечень основных направлений промыслово-ремесленной деятельности местных крестьян.

Что собой представляло хозяйство и занятия этого населения на заре истории края, известно из археологических исследований. Открытия археологов последних лет отодвигают начальный этап появления славян в пределах нынешней Вологод­ ской обл. с ГХ в. на конец У-начало VI в. Правда, это относится к юго-западной ча­ сти Вологодчины (Суда, Белозерье), а о первоначальном населении и его занятиях в остальных ее районах можно судить по материалам Х 1 - Х 1 П вв.

Для хозяйственного уклада населения уже того периода характерно развитие, кроме земледелия, торговых занятий, соледобычи, лесных работ, железоделания, рыболовно-охотничьего промысла. Находки металлических вещей, в том числе орудий труда (наральник, плужный нож, мотыжка, серпы, коса, жернова), свиде­ тельствуют о развитии такого производства в начале II тыс. в Белозерье ( 1 Х - Х вв.) и в бассейнах Лаче и Воже озер (XI в.). Найденные строительные орудия (топоры) были не только привнесенными на Север, но и изделиями местных кузнецов (Х1-ХП вв.), хотя и ниже качеством, чем орудия городских ремесленников в других регионах того времени. Кроме перечисленных металлических изделий были найде­ ны ботала - железные колокольчики, привязываемые коровам на шею, а также ножницы для стрижки овец, известные здесь уже с Х - Х 1 вв. и сохранившиеся до на­ ших дней, не претерпев особых изменений.

Месторождения болотных и озерных железных руд -железные поля - были из­ вестны еще местным финно-утрам до прихода славян. Устюженско-Белозерское по­ ле (от У сложны Железнопольской до Бабаева, от Мезги до Череповца) являлось одним из крупных залежей руд, другое поле находилось в Устюго-Подвинском рай­ оне в Устюгском у. в Белослудском стане (р. Уфтюга, оз. Цыво). Копашной - добы­ чей руд (их копали) местные рудознатцы занимались уже в начале освоения земель.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 33 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.